Чужая. Новый отсчет

— Иван Купала, про Русалок!

— Можно, — согласился историк.

— А про Халка можно?

— Нет, Халк не подойдет. Это не легенда, а персонаж комиксов.

— А можно про вампиров? — Марта даже не осознала, что сказала это вслух.

— Почему про вампиров? — обернулся учитель и удивленно уставился на нее. — Это, конечно, фольклор, но я думал, что вы возьмете что-то традиционное.

Девушка пожала плечами.

— Мне кажется, это самая загадочная и правдивая легенда.

Тая толкнула ее в бок:

— Я тоже хотела про вампиров.

Крестьянников недоуменно пожал плечами:

— Правдивая? Почему вы так думаете?

Марта поерзала, вот влипла!

— Ну, не знаю, — начала она выкручиваться, — вампир – это человек, пьющий кровь, возможно это лишь аллегория. Плохие люди были всегда, они не давали житья другим, буквально сживая со свету, по-другому – пили кровь. А потом все это обрастало слухами и страшными историями, выдуманными фактами.

Учитель кивнул:

— Ну ладно, напишите про вампиров. Вообще, правил нет, — обратился он ко всем. — Вы даже можете не подписывать эссе, если хотите. Зачитаем самые интересные. Оценки будем ставить все вместе после обсуждения. Хочу послушать, как вы знаете историю не в хронологии, а в легендах. Я подготовил список легендарных существ русского фольклора. Можете выбрать, кто что хочет. Итак, Домовой…

— Я возьму!

— Я хочу про Домового! Веник, уступи даме!

— Если попадутся одинаковые, ничего страшного. Дальше… Дед Мороз…

— У-у-у! — загудел класс.

— Это ж полная ерунда.

— Это для детей…

***

После уроков девочки договорились сразу отправиться в библиотеку. День был таким же чудесным, как утро, на редкость сухим и теплым, даже солнце все-таки выкатилось и показалось в просвете между высотных домов, висело так низко, что светило прямо в глаза, заставляя щуриться. Такое противоестественное явление для ноября и в целом для Питера вызывало двоякое чувство: как будто и радостно, но ты понимаешь, что это чистый воды мошенничество со стороны небесной канцелярии.

— Тайка, пойдем в университет к тёте Геле, там отличная библиотека, — предложила Марта, немного ожив от дара природы, пусть и кратковременного.

Таисия рассмеялась:

— Откуда ты можешь знать? Тебе же память отшибло.

Марта слегка смутилась, она скрыла от подруги, что была там совсем недавно, но тут же собралась и решила не обижаться:

— Да я и не особо помню, просто тетя говорила, что я часто там бывала. Да и ты со мной наверняка ходила не раз, так?

Таисия утвердительно кивнула и, подхватив куртку, пошла следом за Мартой.

— Ты знаешь, я подумала, чего писать про одно и то же? Напишу-ка я эссе на тему дьявола.

— Это про религию или легенда какая? — рассеянно спросила Марта, высматривая свободные места в читальном зале.

— А какая разница, — отмахнулась Таиска, — главное, чтобы историку понравилось. Ха-ха-ха!

Наконец девочки уселись и обложились книгами. Марта внимательно осмотрела зал и вдруг замерла.

— Тая, — прошептала она. — Посмотри налево, только резко не оборачивайся. Видишь, в том конце зала, у выхода сидит мужчина, кажется, кавказец или что-то вроде того.

Таисия, конечно, обернулась в открытую, покрутила головой и довольно громко воскликнула:

— О, Боже! Это же Алекс Давидиани. Репортер с канала «Питер Первый». Думаю, он частенько в библиотеках зависает. Красавчик, правда?

Марта еще раз глянула украдкой.

— Точно! Вспомнила, это он приходил вместе с Плотниковым ко мне в больницу. Хотел первым взять интервью у суицидницы. Из первых уст, так сказать, — горько усмехнулась она.

— А ты что? — хихикнула Тая.

Марта пожала плечами:

— Пришлось разочаровать. Я же ничего не помню.

— Эх ты! Такой кавалер, что ж ты растерялась, глупая? Надо было напридумывать на целый репортаж! Ты только представь, как с ним интересно! Говорят, он не женат и сказочно богат, у него на родине отец какой-то магнат, или как у них там в Дагестане называют богачей?

Марта озадачилась:

— Да? Мне кажется, у него грузинская фамилия.

— А да, точно! — махнула рукой Тая и продолжила: — А еще он из какого-то старинного княжеского рода. И что он здесь забыл?

— Наверное, подыскивает материал для своего нового репортажа, — пожала плечами Марта.

— Да я не об этом. Я про его несметные богатства.

— Да бог с ним, — успокоилась Марта и, потеряв интерес, уткнулась в очередную книгу.

В итоге ничего нового она там не прочла, какие-то мелкие детали, которые ей были полезны не для эссе, а просто для себя. Например, что вампиры способны внушать человеку любые мысли, что они без проблем могут спрыгнуть с большой высоты или, наоборот, подпрыгнуть высоко. Об этом рассказывали легенды разных стран и даже континентов. В общем, образ был собирательный, с некоторыми повторениями, противоречиями и фактами, очевидно передававшимися из поколения в поколение, обрастая подробностями.

В основном же писали об иносказательном образе вампира, о чем, собственно, она и сказала историку. Чаще вампиры упоминаются, как обычные люди, злые и жестокие, способные подавлять и подчинять других. На Руси они назывались упырями или вурдалаками. Ими пугали детей и верующих в нечистую силу взрослых. И в художественной литературе это был нередкий персонаж. Писал о них Толстой, Гоголь и даже Пушкин.

И снова Марта не нашла ни слова о том, как становятся кровопийцами и уж тем более не было ничего о том, как можно снова стать человеком. Однако одна интересная вещь ей все-таки попалась. Оказывается, вампиры были хорошими врачевателями. Они попросту давали свою кровь больному, и он поправлялся. Не всегда, но такие чудеса случались…

***

Деревня Негуши. Страшная тайна

Ледяные ветра пришли, как водится, с севера. Мощный и свирепый ветер-бура сдувал с близких горных вершин снег и гнал аж до самой деревни, а ночная стужа уж не давала снегу-первенцу растаять. Со стороны высокого и густого леса, который заграждал путь ветру-строптивцу, снег так и оставался лежать на крышах низкорослых изб, на плетнях и сараях. Лишь дороги, разъезженные телегами, да растоптанные башмаками оставались свободными и, наконец-то после осеннего распутья, легко проходимыми. Земля подмерзла, а стало быть, пришла пора готовиться к зимнику. Мужики доставали из сараев сани, смазывали да шлифовали деревянные полозья — широкие и гладкие, как ладонь.

Вся деревня готовилась к зиме. Подготовленные ледники для заморозки мяса и ягод, возвышались в каждом дворе, там же висели на проветривании зимние тулупы из овчины и прочая теплая одёжа. Что-то нужно было повыветрить, что-то простирать, да чтобы успело высохнуть до выпадения снега.

— Неужто тебе не холодно? — подивилась София, притащив очередную охапку белья и одёжи к ручью, где Марта в одном платье, засучив рукава, отстирывала застарелые пятна на льняных простынях и занавесках.

— Даже жарко, — слабо улыбнулась Марта.

— Завтра придет Милош, ледник доделает.

Марта вытерла руки и выпрямила спину, сделав движение, будто затекла спина.

— Это тот, что вчера лесных ягод Тияне принес? Видный такой, молодой, — прищурилась Марта и снова улыбнулась. — Жених твой?

София зарделась:

— Да ну… Нет, конечно… Но ты права, он давно за мной ухаживает. Только, сама понимаешь, сейчас не до свиданий, — сестра тяжко вздохнула и повернувшись пошла к дому.

А Марта с сочувствием посмотрела ей вслед. Тяжело Софии без главы семейства, хочешь иль нет, а замуж выйти придется, мужчина в доме нужен.

Тем временем Марта изо всех сил пыталась помочь сестре подготовиться к зиме.

Все это время без устали она намывала дом, стирала, стряпала, пока София трудилась на ферме. Больше девочкам не на кого было надеяться, кроме самих себя, вот Софии и пришлось пойти ухаживать за скотом. Хозяин фермы рассчитывался с ней молоком и мясом, даже давал немного денег, чтобы купить крупы и муки. А к Рождеству обещал подарить сиротам корову. Кроме этого, в птичнике у Нежичей паслось несколько гусей и курочек. Сестры ели мало, а Марта и вовсе не ела, лишь делала вид, а потому голодной смерти девушки не боялись, да и запасов уже было собрано с лихвой.

Лишь одна беда угнетала обеих — Тияна, которая по-прежнему хворала и угасла прямо на глазах. София смирилась, просто ожидая кончины сестры, местный знахарь давно ходить перестал, лишь одна Марта не сдавалась, с диким упорством продолжая выхаживать сестренку.

Роднее сестер у нее никого не осталось, их надо беречь. Забота и любовь сделают свое дело, была уверена девушка.

Днями и ночами Марта сидела возле Тияны, молила Всевышнего помочь несчастной. А еще корила мысленно Мирослава за то, что не научил обращать людей в себе подобных. Она пыталась вспомнить, что он делал тогда в часовне. Кажется, давал ей какое-то зелье, оно пахло кровью и как будто лекарственными травами, а потом… Дальше она плохо помнила, как было. В любом случае, она не знала, как сделать это с Тианой.

Однажды ночью девочка застонала и стала задыхаться. Марта заметалась в поисках воды и вдруг остановилась. Тияна умирала, она уже слышала ее хрипы, подошла и низко склонилась.

Марта смотрела на бледное личико, облепленное мокрыми темными волосами, закрытые глаза и по-детски пухлые губки. Сердце было готово разорваться от горя!

И тут Тияна открыла глаза и прошептала:

— Пить… дай пить…

Ни секунды не медля, подчиняясь внутреннему голосу, Марта, упала на колени и, надкусив свое запястье, приложила к губам сестренки.

Та жадно втянула в себя красную жидкость, захлебнулась, закашлялась и вдруг затихла.

Марта в ужасе вскочила и затрясла несчастную за плечи, но тут поняла, что та крепко уснула. Она упала рядом с кроватью сестренки и расплакалась. Затем снова прислушалась — дыхание девочки было тихим и ровным.

Проспала Тияна двое суток, а когда очнулась, попросила воды, а на следующий день захотела поесть. София не могла нарадоваться случившемуся чуду, а Марта с опаской наблюдала за Тияной. А вдруг она превратилась в такую же, как она сама?

Но ничего такого не случилось. С каждым днем девочке становилось лучше, она с аппетитом ела обыкновенную человеческую еду, а вскоре стала вставать. За окном уже вовсю мела метель, но сестры не унывали. Милош помог запасти дров, и еды было припасено до самого лета, а то и больше.

Наконец в доме наступил покой, сестры были счастливы. Однако у Марты имелась еще одна проблема, которую нужно было срочно каким-то образом решить. Запасы, данные Мирославом, давно закончились. Она была жутко голодна, иногда по ночам убегая в лес, она наспех ловила кого-нибудь зайца и мчалась бегом домой. Но настала зима, и звери попрятались. Оставались только жители деревни, но девушка никак не могла решиться питаться ими.

Настало долгожданное Рождество, и хозяин фермы сделал обещанный подарок. На утро следующего дня сын фермера привел к ним во двор только что отелившуюся корову. Девочки радовались, Тияна смеясь хлопала в ладоши. Теперь у них всегда будет парное молоко!

Марта продержалась неделю. Она честно и бережно ухаживала за телочкой, кормила сеном и убирала за ней. Но каждый раз при виде бьющейся на шее жилы сердце внутри замирало. Марта закрывала глаза, чтобы не видеть этого, но жажда, мучившая ее уже не первый день, была нестерпимой.

Однажды она сдалась и, боязливо оглянувшись, стремительно припала к шее несчастного животного, утолив голод.

Вдруг позади послышался скрип двери, и Марта услышала голос Софии.

— Марта?! Что ты делаешь?!

Та резко обернулась и злобно оскалилась. София попятилась, увидев окровавленные клыки сестры, и в ужасе закричала…

Глава 12

Наши дни. Библиотека

— Марта! Марта!

Девушка очнулась от того, что кто-то тряс ее за плечо. Это была Таисия.

— Господи, что же ты так пугаешь?! Я уж хотела «Скорую» вызывать.

— Что случилось? — Марта осмотрелась и поняла, что уснула прямо за столом. Вспомнив сон, она схватилась за голову и в ужасе застонала. Неужели все, что она видит во снах — это правда?!

— Ой-ой-ой! Марточка, тебе плохо? — обеспокоенная Таисия вглядывалась в лицо подруги.

Но та уже пришла в себя и поспешила успокоить:

— Нет-нет, ничего страшного. Я просто уснула. Наверное, устала, и голова болит, — соврала она.

Вокруг собрался народ, все пытались чем-то помочь. И тут Марта увидела, как сквозь толпу пробирается уже знакомый ей молодой человек — студент Глинников.

— Марта! — растолкав всех, он подскочил и, склонившись к ней, схватил за запястье. — С тобой все в порядке? Пульс частит! Элла, вызывай «Скорую»! Срочно! — он был не на шутку встревожен.

Следом за ним протиснулась молодая девушка: миловидная, невысокая, со светлыми длинными локонами и голубыми глазами. Она была необыкновенно хороша, почему-то Марту это слегка задело.

— Уже вызываю, — успокоила красавица, — не волнуйся ты так.

Девушка тоже наклонилась к Марте и внимательно вгляделась в ее глаза.

От пристального внимания та смутилась:

— Со мной все в порядке! Не надо «Скорую»!

— Но тебе нужно показаться врачу, — тем не менее настаивал Глинников, — поверь я знаю, что говорю. Я ведь почти врач.

Он и его подруга Элла продолжали суетиться возле Марты, переговаривались и совещались, выдвигая предположения, словно на консилиуме врачей. Теперь Элла попыталась нащупать пульс, но Марта резко выдернула руку. Ей все это надоело!

— Прекратите! Всё хорошо, я просто плохо спала ночью и отключилась.

Совершенно непроизвольно она посмотрела в тот конец зала, где сидел репортер, но на месте его не оказалось. Она обвела глазами окружавших ее людей и вдруг встретилась с Давидиани взглядом. Он стоял позади толпы, возвышаясь над всеми. Казалось, лишь любопытство заставило его встать с места, по крайне мере сочувствия в его взгляде Марта не увидела. Она тут же отвернулась, но в голове успела промелькнуть мысль — они знакомы, но вовсе не с момента встречи в больнице, а раньше. Гораздо раньше. Холодок рефлективно пробежал по спине.

Девушка снова взглянула в его сторону, однако он уже потерял к ней интерес и смотрел на… спутницу Глинникова, которая продолжала что-то горячо обсуждать с другом. Марта усмехнулась, похоже два будущих медика решают ее судьбу, смешно. Таисия все это время пыталась успокоить столпившихся студентов-зевак.

Наконец все разошлись, а Денис продолжал беспокоиться.

— Марта, тебе нужно обследоваться, — вполне серьезно заявил он.

Куда делся его веселый нрав, которым он фонтанировал в их прошлую встречу, подивилась она.

— Да, и немедленно, — подтвердила Элла.

— Я здорова, — Марта с неприязнью посмотрела на спутницу Глинникова. — И вообще, оставьте меня в покое!

— Марта, кстати, познакомься, это моя одногруппница Элла Беляева.

Марта с сарказмом усмехнулась:

— Я уж поняла.

— Она, между прочим, отличница, — попытался защитить подругу Глинников, видя в ее глазах откровенную неприязнь.

Марта снова хмыкнула, она не хотела знакомиться, ей бы со своими старыми знакомыми разобраться. Еще раз глянув исподлобья на Эллу, девушка отвернулась, но тут же уперлась взглядом в Давидиани, который не только не ушел, но даже приблизился, все так же не отрывая глаз от Эллы Беляевой.

— Тая, пойдем отсюда. Мне действительно надо отдохнуть.

Марта встала, подхватила под руку зазевавшуюся Таисию и чуть не силой повела к выходу. Тая упиралась, оглядываясь на Глинникова и пытаясь строить ему глазки.

— Приятно было познакомиться, еще увидимся! — разулыбалась она, но подруга, крепко ухватив за локоть, буквально вытолкала ее из читального зала.

Сама Марта прежде, чем выйти, еще раз обернулась. Давидиани уже приблизился к Элле и о чем-то с ней разговаривал.

— Марта, что за симпатичный «почти врач»? Откуда ты его знаешь, и почему о нем не знаю я? — засыпала вопросами подругу Таисия, едва они вышли на улицу. —А? Марта! Ты слышишь? Ты собиралась рассказать мне про него?

Марта все еще сердилась и не могла отойти от случившегося, но вдруг резко остановилась:

— Тая, а почему ты спрашиваешь? Красавчик Давидиани был совсем рядом, а ты обратила внимание на какого-то студента-недомедика?

Тая растерянно пожала плечами.

— Ну… Он такой красавчик.

— Кто?

— Денис.

Марта снова стремительно пошла вперед.

А Таисия поспешила за ней, попутно оправдываясь:

— А Алекс смотрел вовсе не на меня. Ты заметила? Он явно запал на эту блондинку. Фу, она какая-то неестественно красивая.

Марта снова остановилась, да так резко, что Таисия в нее врезалась.

— Алекс?

Тая посмотрела виновато:

— Ну да, его зовут Алекс. Александр, то есть. Не могу понять, что тебя так взбесило? Ты точно башкой ударилась, когда падала с крыши!

Марта не обиделась, потому что точно знала, это Тая ударилась головой! Причем еще в детстве! Глупая, что с нее взять?

***

Деревня Негуши. Родная кровь

— Марта, спускайся вниз!

— Нет! — Несчастная и сама не заметила, как пулей взлетела на сеновал, под самый потолок сарая. Ее мучил стыд до такой степени, что она вся дрожала.

— Говорю, спускайся! Иначе сама к тебе поднимусь!

В подтверждение своих слов София подошла к ведущей на сеновал деревянной лестнице из длинных жердей с шаткими поперечинами.

Завидев ее выглянувшую макушку, испуганная Марта забилась в самый угол.

— Не подходи! Не подходи ко мне! Я могу причинить тебе боль!

Но София уже вскарабкалась наверх и вглядывалась в сумеречное пространство, пытаясь разглядеть Марту.

— Не может быть, ты добрая. Расскажи, что с тобой, и я обязательно помогу тебе. Ты все-таки переболела той страшной болезнью? Не бойся, расскажи, я слышала о таких людях. Они пьют человеческую кровь. А ты? Только кровь животных? Ну же, не бойся. Выходи.

Марта несколько раз глубоко вздохнула. Будто это могло помочь вампиру! Но удивительное дело, действительно помогло. Неожиданно она поняла, что не испытывает хищных намерений и понимает, что вполне может держать себя в руках. Потому что она очень любит Софию! Это ее семья, родная кровь! И ни в коем случае она не станет пить эту кровь.

— Прости меня. Я не хотела, чтобы ты это увидела, — Марта вылезла из своего укрытия и села рядом с Софией.

— Как ты стала такой?

— Тебе нельзя этого знать. Но раз ты узнала мою тайну, мне придется уйти.

— Что ты, Марта! — София крепко обняла сестру.

Та сжалась в комок от страха, но тут же расслабилась, она действительно не могла причинить вред Софии.

— Не уходи! Мы так привыкли к тебе! Я обещаю, никогда и никому не открывать твой секрет!

Марта помолчала, Шумар не одобрил бы, но она верила сестре.

— Ладно, я расскажу тебе… Это не болезнь. Вернее, я действительно заболела, но меня спас один хороший парень, он что-то дал мне выпить, а потом, когда я очнулась, сказал, что теперь я буду питаться кровью. Ты не бойся меня, я научилась сдерживаться.

Рассказав все, Марта почувствовала огромное облегчение, больше не надо было скрываться хотя бы от сестры, София понимала ее и подбадривала. Часто отправляла ее на ферму вместо себя, понимая, что Марте нужно питаться, однако там всегда были люди, и это было очень рискованно.

Однажды, когда девочки сидели после ужина в светлице, а Тияна крепко спала, София протянула сестре руку:

— Марта, если хочешь, пей. Я тебе доверяю.

Та с ужасом посмотрела на сестру и замотала головой:

— Нет-нет, не надо, Софи!

— Не бойся, подойди.

Марта встала из-за стола и, несмело сделав шаг, уставилась на запястье. Рука была тонкой с синими извилистыми прожилками и слегка дрожала. Она подняла глаза на Софию. Боится, поняла Марта и снова посмотрела на вену. Голубая жилка под бледной кожей трепетала, пульсировала, гипнотизируя и притягивая, словно магнит…

***

Наши дни. Урок истории.

В понедельник Крестьянников вошел в класс, едва прозвенел звонок. Все галдели, перебрасывались скомканными бумажками, никто даже не посмотрел в сторону историка. Лишь один человек пристально наблюдал за новеньким. Это была Марта. Она сразу заметила его стремительную походку, словно он хотел обогнать самого себя, особенно бросалось в глаза напряженное выражение лица: сурово сведенные брови и сжатые губы. Кажется, он был зол.

— Что вы знаете о бессмертных? — тихо спросил Сергей Леонидович, резко остановившись у доски.

Класс внезапно затих, все уселись и молча уставились на учителя.

Он повторил:

— Кто-то слышал о бессмертных?

— Это вы о ком, Сергей Леонидович? — выкрикнул с последней парты главный хулиган и двоечник Вадик Наумов.

— Я о вампирах, — отчеканил он и уставился прямо на Марту.

Под его тяжелым взглядом девушка слегка поежилась, но промолчала.

— А в чем дело-то? — спросила сидящая рядом Тая и хихикнула. — Может, у нас в классе появились бессмертные? Вампиры? Ха-ха-ха!

Класс дружно загоготал следом за ней.

— Именно, — коротко ответил Крестьянников и, подойдя к столу, покопался в портфеле. — Вот. Здесь так и написано: «Бессмертные среди нас», — он торжественно потряс несколькими белыми листками с напечатанным текстом.

— Ну и что там интересного? Кто у нас такой выдумщик?

— Ерунда, кто-то пошутил. Или у вас есть сомнения?

Марта тоже не стала молчать:

— Сергей Леонидович, вы же не думаете, что это я написала? Да, я писала про вампиров, но мое эссе написано от руки.

— Да хватит галдеть! — гаркнула староста Даша Сутулова. — Сергей Леонидович, мне кажется, вы очень расстроены. Что же там такого ужасного? Или плохо написано? Зачитаете нам?

Крестьянников нахмурился еще больше и, присев на край стола, положил рядом стопку сочинений.

— Написано идеально. Если смотреть с точки зрения художественной литературы. И литературный прием весьма удачный – от первого лица, в эссе это допустимо. Даже тема раскрыта на все сто. Если бы не одно «но». Содержание вызывает, мягко говоря, оторопь, — он внимательно обвел глазами класс. Сведенные брови и напряженный взгляд говорили о высшей степени беспокойства или даже тревоги.

Марта внимательно следила за преподавателем, он и впрямь был серьезно потрясен. Чем же вызваны такие эмоции? Неужели простым школьным эссе?

— Ладно. Вот, послушайте сами, — будто прочитав ее мысли, произнес Сергей Леонидович.

Крестьянников взял в руки несколько листов обычной белой бумаги.

— Заголовок: «Бессмертные среди нас», — прочитал он на титульном листе и рывком перевернул его. — «А что, если это не легенды, что, если они среди нас? Вы только представьте, какие у них возможности. Сейчас все чаще говорят о продлении жизни. Наверное, вы не раз читали на различных ресурсах об этом. Так может, они уже среди нас, и просто решили себя легализовать? Бессмертные — как много в этом слове!

Я признаюсь, я вампир. И каждый день нахожусь рядом с вами. Пью вашу кровь, а вы этого даже не замечаете...»

Все загоготали, показывая друг на друга пальцами.

Но историк не разделял их веселья, он внимательно обвел взглядом каждого сидящего в классе.

— Кто это написал?

Все притихли, никто не ответил.

Но учитель был очень серьезен.

— Кто это написал?! Вы понимаете, что это может быть психическим отклонением? Другими словами, среди нас человек, который не в себе.

Марта возразила:

— То есть вы уверены, что это не может быть правдой?

— Марта, ты правда веришь в существование вампиров? Может, все-таки это ты написала? Я слышал у тебя не так давно была травма головы?

Девушка оскорбилась:

— Со мной все в порядке. И нет, это не я написала. Впрочем, мое сочинение подписано, и вы наверняка его прочли.

— Прочитал. С точки зрения истории написано отлично. Я поставил вам пять.

— Тогда в чем дело? У меня отличное от таинственного автора мнение. Я уже говорила, что вампиры: это скорее аллегория или просто страшилки. Но… Почему это для вас так важно? Почему вас это так задело?

Он замешкался и ответил не сразу.

— Не говорите, что беспокоитесь за учеников, потому что боитесь, что кто-то из нас псих, и поэтому нам всем угрожает опасность.

— Именно так. Я очень беспокоюсь. Ведь это моя обязанность.

Но Марта снова возразила:

— Вы можете настолько беспокоиться, только если среди нас действительно вампир.

Все притихли в ожидании ответа историка, Марта была настолько логична, что даже недалекая Тая заерзала, оборачиваясь и вглядываясь в одноклассников.

— Не говорите ерунду, — рассердился Крестьянников. — Вампиров не существует. Всё! Урок окончен. Если автор этого эпоса решит рассекретить себя, жду его после уроков здесь в кабинете. Хочу с ним поговорить с глазу на глаз. Если, конечно, у него хватит смелости. Все свободны!