Чужая. Новый отсчет

В общем, теперь, когда она знала, что доктор Герд не человек, было тревожно, но едва она переступила порог кабинета, сразу попала в зону спокойствия и доверия, обаяние доктора делало свое дело, и теперь Марта понимала, что это одна из способностей вампира — умение располагать к себе смертных.

И это первое, что она ему сказала.

— Я не помню вас, однако здесь мне очень легко, думаю, я так свободно раскрываю перед вами душу, не потому что вы хороший психолог, а по другой причине. Верно?

Он удивленно уставился на нее.

— Я знаю, что была вампиром. И знаю, что вы вампир.

Он рассмеялся, казалось, с облегчением.

— Я должен был догадаться, что ты знаешь, а Ангелина могла бы и предупредить. Но видимо, я недостаточно опытный, чтобы предугадывать человеческие мысли или внушать что-то, если ты об этом. Да и ты теперь отнюдь не обычный человек.

— Да уж, — согласилась Марта и вздрогнула плечами. — Я ничего не помню, но тётя Геля меня немного ввела в курс дела, хотя от этого не легче, признаюсь.

— Понимаю.

— Я с самого начала чувствовала себя в безопасности с вами, почему?

— Ты необычный человек, я необычный вампир.

— Почему? — с настойчивостью ребенка снова спросила Марта.

Яков Петрович отвечал не раздумывая, а значит, ничего не скрывал и не выдумывал, поняла она.

— Потому что ни разу не укусил человека. Я долго привыкал к пакетам с питанием, к своей новой жизни, мне было очень тяжело. И в тот момент ты была моим психологом, — с нежностью улыбнулся он. — Но главное — ты мой создатель, и я почитаю тебя, кем бы ты теперь не являлась. А фактически ты спасла меня от смерти.

Марта задумчиво откликнулась, в голове уже наплывали картины из прошлого.

— Да, тетя рассказывала. И то, что теперь нужно опасаться, чтобы о вас никто не узнал.

— М-да.

— Ну что ж, теперь я понимаю, почему чувствую себя в безопасности рядом с вами. Давайте начнем сеанс.

— Хорошо. Сегодня ты будешь спать. Ничего не бойся. Я выведу тебя из транса, если что-то пойдет не так.

Она встала, прошла к дивану и улеглась.

— А что я увижу?

— А что бы ты хотела?

— Я хотела бы увидеть маму и отца, и, конечно, братика. Я точно знаю, что у меня был брат. А еще хочу знать, кто обратил меня.

— Хорошо, тогда давай начнем с самого начала, — доктор придвинул к дивану кресло и сел. — Сегодня простое задание. Постарайся вспомнить свое прошлое, когда ты еще была человеком, или когда, к примеру, произошло что-то значимое. Полагаю, это как раз и будет момент обращения.

— Вы уверены, что гипноз подействует? — посмотрела она с надеждой, ее немного потряхивало от того, что она может узнать.

— Почти уверен. Ты, конечно, необычный человек, но я учился управлять сознанием людей у самого Ричарда Вэбстера и задолго до того, как стать вампиром, — он рассмеялся. — Устраивайся поудобнее. Можешь закрыть глаза или наблюдать за секундной стрелкой, — он указал на часы, висящие на стене, прямо напротив нее. — Не волнуйся. Постарайся ни о чем не думать. И слушай мой голос... Ты совсем юная, тебе пятнадцать лет…

Марта слушала его умиротворяющий, тихий голос и проваливалась в прошлое…

— Расскажи, что ты видишь?..

***

1920 год. Город Нежичи.

Мне пятнадцать. Я дома. Мама суетится на кухне, во внутреннем дворике жужжит гончарный круг, за которым сидит отец в тени огромной секвойи. Я раскачиваю качели, подвешенные к толстой ветке той самой секвойи. На качелях братик, ему пять лет. Его зовут Сержик, родители назвали в честь дедушки Сержа Смеянова, отца матери.

— Ива! — кричит отец. — Иди скорей сюда!

Мама наспех вытирает льняной тряпицей руки и выглядывает во двор.

— Что, Стани́слав?

— Посмотри, какая получилась чаша. Мы сможем продать ее подороже.

Ива любуется чашей, мужем и смеется.

— Красота! — соглашается она и с улыбкой добавляет: — Ты лучше посмотри, какие у нас красивые и дружные дети!

Она подходит ко мне и обняв целует в макушку. Сержик радостно смеется и просит раскачать еще сильнее. Мы семья, счастливая семья.

Картинка меняется. Прибегает Янинка, лучшая подружка, чтобы позвать купаться на реку. За нами, конечно, увязывается Сержик. Мы смеемся, плескаясь в студеной горной реке, нам весело и совсем не холодно. Но вернувшись домой, я застаю маму, она причитает и рыдает. Пришла плохая весть. Под обвалом в горах погиб отец. В семье траур, счастья словно и не было. А вскоре пришла новая беда. Заболела мама, а за ней и Сержик…

— Марта, на счет три ты проснешься. Раз, два, три…

Марта открыла глаза и поняла, что плачет.

— Я видела маму, — она вытерла слезы, — я видела всех, и я помню их! И на этот раз помню все в мельчайших подробностях! Пожалуйста, давайте продолжим!

Но Яков Петрович покачал головой.

— Опыт был не совсем удачным, он не принес тебе облегчения.

Марта вскочила и запротестовала:

— Нет-нет, что вы! Я же видела родных! Давайте продолжим! Я должна знать, нашла ли я брата!

И снова секундная стрелка отсчитывает время, неумолимо двигаясь в сторону небытия. Марта смыкает веки, вновь погружаясь в тяжелый гипнотический сон.

На этот раз она стоит на крыше высотки. Рядом в тени стоит мужчина, высокий и крепкий на вид, она вглядывается в его лицо, пытаясь рассмотреть, вдруг он выходит из тени и резко толкает ее. Взмахнув руками, она с криком летит вниз, успев разглядеть своего врага…

Но вот она уже сидит в кафе, а напротив он, тот самый мужчина, столкнувший ее с крыши. Они поднимают бокалы с красным вином, Марта делает всего пару глотков…

И тут она видит себя под сводами старинной, заброшенной часовни, крутые ступени ведут на самый верх, ее несет на руках высокий, сильный мужчина в темных одеждах. Он кладет ее на скамью, а затем протягивает чашу. Она послушно пьет. Но вдруг он, откинув капюшон, срывает с нее платок и вонзает острые клыки в шею. Она снова пытается разглядеть его лицо, но все расплывается, хочет крикнуть, но сил совсем нет, и наконец она чувствует, как в ней иссякает жизнь…

Марта с криком проснулась.

— Я видела его лицо! Это он! Он обратил меня! Но кто он? Кто?

Доктор вскочил и склонился над девушкой.

— Не надо бояться. Это далеко в прошлом.

— Да нет же! Я видела, кто столкнул меня с крыши, и это он обратил меня в человека. Он что-то подсыпал мне в бокал! А потом эта часовня. — Марта говорила сбивчиво, почти бессвязно. По крайней мере, логики в ее словах не было никакой. — Я почти уверена, что это тот самый глава клана. Получается, сначала он обратил меня вампира, а затем обратно в человека.