Академия Чудовища

Также здесь были оборотни с необычными вторыми сущностями, с которыми я прежде не сталкивалась. Например, оборотни с сущностями сокола, тигра и варана. Варан, представляете! Это чем же могла быть полезна его вторая сущность? Хотя, возможно, я просто плохо знаю фауну сущностей оборотней.

– Привет, – рядом со мной приземлилась Нели, сияя ослепительной улыбкой. – Вижу, ты всё же поступила? Я не дождалась тебя вчера, поэтому решила, что ничего не вышло.

– Привет! – я тоже обрадовалась ей. – Эта мымра, ваша комендантша из-за своих дичайших правил не стала селить меня в одну комнату с тобой.

– А-а, – тут же поняла меня Нели, – Да, я совсем забыла о её расизме. Она половине общежития потрепала нервы, поверь мне.

Я кивнула, соглашаясь с ней. В ушах эльфийки были причудливые серёжки в виде бутонов тюльпанов, повисших на колечках. Их покачивание отвлекало меня, поэтому я не сразу поняла её следующий вопрос.

– Так что? Всё же получилось? – спросила она с лёгкой неуверенностью в голосе, быстро и украдкой взглянув на меня, а затем снова уставилась на свой салат.

– Ты о чём? – не поняла я, – Говорю же – поступила.

– Нет, я о твоей задумке с… Амероном, – гораздо тише произнесла она, и мне пришлось наклониться к ней, чтобы услышать имя дракона.

А-а. Так вот что её беспокоило? Я совсем забыла о её увлечённости этим самолюбивым щёголем.

– Можно сказать, да. Он помог мне, – кивнула я, наблюдая за её стремительно тускнеющим лицом.

Да-а. Клиника.

– Не так, как ты подумала. Но я, правда, не могу рассказать, – тут же вставила я, надеясь разгладить ситуацию.

– Не можешь? – не уверенно спросила она. Затем, удивляя меня быстрой сменой настроения, эльфийка резко отбросила локон за спину и с явным безразличием произнесла: – Знаешь, это не имеет значения. Гораздо важнее, куда я тебя сегодня приглашаю…

Я закатила глаза и улыбнулась, удивляясь её способности быстро менять тему разговора. Я и не ожидала, что она окажется такой любительницей вечеринок.

Мне пришлось тактично отказаться от её предложения, напоминая себе, что я пришла сюда вовсе не за вечеринками. К тому же мне нужно навёрстывать упущенный материал, поэтому сейчас не самое подходящее время для веселья.

Затем к нам присоединились друзья Нели, с которыми она меня вчера познакомила. Пришлось спешно вспоминать, как их зовут, и включаться в разговор. Всем было очень интересно, как я умудрилась перевестись к ним через неделю после начала обучения. Я не стала раздувать из этого историю и отделалась лишь формальным объяснением необходимости перевода. Что мне было некомфортно учиться в школе, которая находилась в эпицентре постоянных штормов и гроз, что отчасти было правдой. За пределы стены цитадели школы, находящейся на искусственно созданном острове, я выбиралась редко. Погодные условия выводили меня из равновесия, поэтому мне было спокойнее, если я их не видела. Поэтому я почувствовала облегчение, оказавшись здесь, в окружении природы, где даже занятия проходили в аудиториях разных корпусов.

Амерон на завтрак не явился. Хотя, возможно, он питался отдельно, раз у него были настолько «личные» покои. Комнатой в общежитии его апартаменты точно не назовёшь. Поэтому я решила, что необходимо будет найти его позже. Мне нужно убедиться, что он сохранит в тайне свою помощь мне. Я бы не хотела прослыть легкомысленной девицей, умолявшей наследника помочь ей расстаться с невинностью для того, чтобы поступить.

Затем мы с ребятами разбрелись по аудиториям. Хоть некоторые среди них и были выпускниками, общих предметов у нас сегодня не оказалось. Я вздохнула и поплелась искать свою аудиторию. Благо, с картой я разобралась быстро.

– Добрый день, адепты! Сегодня мы продолжим изучать виды использования кристаллов и драгоценных камней в качестве магических инструментов и источников энергии, – поприветствовал нас и сразу же перешёл к делу приятный светловолосый старичок невысокого роста, но с очень очаровательной улыбкой, без одного нижнего клыка.

Я вновь стушевалась из-за пропущенного материала, но затем быстро поняла, что, судя по расписанию, пропустила лишь один урок по данной дисциплине. Ещё бы получить учебники, которые лежали перед другими адептами, и тогда нагнать материал по оставшимся дисциплинам будет гораздо легче.

А ещё, слушая магистра, я поняла, что именно эта дисциплина и поможет мне узнать, какими чарами или заклинаниями заряжен медальон, который я нашла вчера в коробке с барахлом. Поэтому я с ещё большим усердием стала вникать в тему.

– Виды использования напрямую связаны с изначальными основными свойствами и энергетикой кристаллов, а также уже принятыми разнообразными методиками использования их в магических практиках.

Таким образом, драгоценные камни и кристаллы использовали для медитаций, при ритуалах и различных заклинаниях как усилители и преобразователи. Особым типом использования была зарядка и напитка драгоценных камней и кристаллов определёнными чарами. И здесь было очень много нюансов. Также их использовали как аккумуляторы для хранения большого резерва магии, равного или большего, чем сама сила мага, либо для некоторых древних ритуалов, которые требовали чрезвычайно много магической энергии. Такими аккумуляторами пользовались обычно человеческие маги. Резерв у каждого мага индивидуален. У кого-то он достаточно большой, а у кого-то мал. Он закладывался с рождения и чаще всего рос по мере развития и роста способностей мага. Однако предел имелся. Драконы, оборотни и эльфы обычно имели очень большие резервы магии, которые к тому же быстро восполнялись. А у драконов резерв практически не имел ограничений. Их силу было невозможно сопоставить с источниками магии других существ. Разве что тёмные эльфы могли бы сравниться с ними по мощи, да и то не факт. О силах тёмных эльфов ходили лишь смутные слухи и домыслы. Как я уже успела заметить, все материалы, в которых упоминались их способности и особенности магии, были изъяты из библиотек и общей базы знаний Лирелии.

В конце занятия магистр Алистер, как я поняла из разговоров однокурсников, дал задание. Каждый адепт должен был подготовить отчёт о любом известном драгоценном камне или кристалле по своему выбору.

Дисциплина оказалась настолько захватывающей, что я вылетела из аудитории с горящими глазами, не замечая ничего вокруг. Неудивительно, что я чуть не врезалась лбом в спину какой-то девушки. Та резко затормозила, явно не подумав о том, что сзади может кто-то идти.

– Ай! Глаза разуй, слепая! – девушка тут же взъелась на меня, хотя я лишь легонько толкнула её. К тому же машинально извинилась и уже хотела пройти мимо.

Но она, по всей видимости, собиралась спустить на меня своё плохое настроение.

Эффектная черноволосая красавица с выдающимися формами, при этом будучи стройной и гармонично сложенной, недовольно обернулась ко мне. Её компания, с которой она до этого активно обсуждала что-то, тоже обратила на меня внимание.

Да, похоже, мне не повезло «наступить на ногу» предводительнице очередной стайки. Я сразу поняла, что передо мной был оборотень. Ох, ну и жгучей же её внешность была. Карие с золотым отливом глаза, чёрные блестящие волосы, пухлые губы и вздёрнутый нос. Не говорю о её выдающихся формах и выпуклостях. Мне даже стало интересно, кем была её вторая сущность. Но я не успела этого узнать, так как сзади нас появился и начал поторапливать магистр Алистер. Мы загораживали выход, поэтому всем пришлось рассыпаться в разные стороны. Девушки изображали покладистость, а я воспользовалась случаем и прибилась к «ледоколу», который разгонял толпу на своём пути.

Мне было не до недовольств оборотницы. До следующего занятия оставались пятнадцать минут. А мне ещё предстояло найти свою аудиторию, ориентируясь по карте. Поэтому я мысленно плюнула на дышащую недовольством мне в спину девушку и скрылась с её глаз.

Следующим предметов в расписании была алхимия. Её мы изучали с самого первого курса, поэтому программа имела продолжающий характер. Здесь я была как рыба в воде. И даже смена школы не повлияла на это. Как оказалось, изложение материала было примерно одинаковым.

Вот только через десять минут после начала занятия и ощущения всё того же прожигающего мне спину взгляда, я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Рядом со мной с шумом приземлился никто иной, как его высочество. Амерон собственной персоной. Почему он сел рядом со мной? И как он мог явиться с опозданием?

Видимо, тем же вопросом задалась и магистр Хлори, тут же обратив свой взгляд в нашу сторону, недовольно хмуря брови и кривя тонкие губы, густо накрашенные в цвет малины.

– Адепт Сонаура! Раз вы всё же почтили нас своим присутствием, не будете ли столь любезны объяснить: что именно вас так задержало и почему вы отвлекаете остальных адептов от учебного процесса своим поведением.

Дракон рядом со мной тут же расплылся в обезоруживающей улыбке. Магистр должна была как минимум растечься по полу, как мёд. Но нет, она продолжала стоять и хмуриться, хоть уже и без прежнего явного недовольства во взгляде. Чем тут же заполучила моё уважение.

– Что вы, магистр. Я не собирался никого отвлекать. Прошу прощения, если доставил неудобства, – Амерон встал и развернулся к аудитории, склоняясь в шуточном поклоне. Но даже его поклон был величественным и снисходительным, и совершенно точно не тянул на извинение. Все девушки разом сделали «ах». – А опоздал, потому что явился прямиком со встречи с отцом. Ещё раз искренне прошу прощения, что прервал занятие.

Магистр, услышав объяснение, тут же подобралась. Ещё бы! Сына вызвал сам император. Попробуй тут, отчитай теперь.

– Ясно, адепт Сонаура. Вы можете садиться. Продолжим занятие, – бегая взглядом от наследника к своему материалу в руках, ответила она.

А этот до невозможности самодовольный дракон вернулся на стул и повернулся ко мне, тут же подмигнув плутовским взглядом. Прожигающий мне спину взгляд стал ощутимо тяжелее.

– Ну, здравствуй, красавица! – на полтона тише обычного обратился он.

– Привет, Амерон, – ответила я, возвращая взгляд на магическую доску и записывая за профессором формулу расчёта пропорций смешения звёздочника и зелья ослабления защиты.

И зачем он сел рядом со мной? Вон ещё несколько мест пустует. Теперь вся женская половина аудитории пожирает меня взглядами. А я ещё даже познакомиться ни с кем не успела.

– Как прошло заселение? Нормальную комнату выдали?

– Просто замечательную. Прекрасный вид. Очень просторная, – ответила я, лишь на секунду обратив на него внимание.

Амерон прищурился, словно не верил мне. Ну да. О нраве комендантши, пожалуй, знали все, учитывая её скверный характер.

– Странно, – подтвердил мои догадки дракон.

Я пожала плечами и продолжила записывать материал. О котором, кстати, он совсем не переживал. Я, конечно, знала, что у драконов отличная память, но полагаться только на неё – не лучшая идея. Хотя не мне трястись над образованием наследника.

Больше дракон меня не трогал. За что ему большое спасибо. Он лишь вальяжно развалился на скамье, слушая магистра и изредка поглядывая на меня.

После окончания занятия я повернулась к дракону.

– Мне нужно с тобой поговорить, – выдала я, понимая, что получилось совсем в лоб.

– Вот как, – разулыбался он.

Интересно, о чём он подумал? Вон как глаза хитро заблестели. Знать бы, что на уме у этого плута.

Глава 8

Тирон Делони

Ветер свистел в ушах, скользил по чешуе, бил в лицо ледяными струями дождя. Он летел, не разбирая пути, вгрызаясь в штормовые тучи, словно хотел их разорвать. Скорость, ярость, мощь – единственное, что могло заглушить огонь в крови, разожжённый одной лишь мыслью о ней.

Пропасть его поглоти, эта девчонка! Прошлым вечером он, Тирон Делони, чёрный дракон, ректор Академии, прижал к дереву выпускницу, прошедшую проверку и посмевшую дерзить ему. И всё из-за какого-то дурацкого запаха, который сводил с ума его звериную сущность. Шесть лет железного самообладания – и всё рухнуло в одно мгновение.

Шесть лет. Возможно дело было в том, что именно в этот день шесть лет назад Оракул вынес ему приговор: ему никогда не слиться со своей истинной парой. Он не собирался раскрывать своё пророчество столь рано, если бы не настояние Совета, где рассматривали его кандидатуру на пост ректора.

Император настоял о его назначении – награда за долгие годы безупречной службы на границе и вера в его педагогический талант. Или же… жалость и уважение к его отцу… Тирон не рвался к креслу ректора, но возможность вернуться к мирной жизни, оставить позади кошмары преследовавшие его уже не только во сне, но и наяву, показались тогда желанной передышкой.

Главным условием назначения, древней формальностью, было то самое раскрытие пророчества об истинной. Никто уже по-настоящему не верил в старое проклятие, но традиции Академии чтили.

Если бы его истинная уже родилась или могла вот-вот явиться в мир, его кандидатуру отвергли бы. В прежние времена нити судеб истинных пар могли быть растянуты на столетия. Теперь же, будто сама Джея желала укрепить поредевшие в войне ряды драконов – их истинные рождались в одну эпоху. Но его пророчество об истинной в тот день ошеломило всех. Он вышел из зала поверженный знанием и под огнем сочувствующих взглядов.

В тот день он похоронил надежду, выстроив на этом знании ледяную крепость своего контроля. А теперь каждая клетка его тела, каждый инстинкт дракона восставали против этого приговора, чувствуя в ней что-то, что заставляло глухую сталь тотального самоконтроля давать трещину.

Он с силой вонзился когтями в скалу на самом краю утёса, с наслаждением чувствуя, как камень крошится под его тяжестью.

Что это было? Чары привлечения? Феромоны неопытного оборотня? Но она была человеком. Человеческим магом с потенциалом, который заставлял его дракона насторожиться, и с запахом… Богами, этим запахом! Сладким, как запретный плод, и острым, как сталь. Он въелся в сознание, пожирая его изнутри.

С рычанием он выпрямился во весь рост, расправляя крылья. Нет, это не чары. Он был уверен, она и сама не подозревала о силе своей магии. Это было что-то иное, древнее, первобытное. Досадный пережиток прошлого, когда драконы могли выбирать себе пару, руководствуясь звериным инстинктом. Некоторые ароматы особенно сильно будоражили драконью сущность, говоря о физической совместимости. Это не имело ничего общего с истинными парами и соединением душ. Это была простая, животная химия. И этот проклятый инстинкт оказался сильнее воли и разума.

Именно поэтому он и попросил у целительницы особое снадобье – не успокоительное, а сложный состав, подавляющий подобные проявления драконьей натуры. Целительница, если и удивилась, то не подала виду. А после вечерней стычки с адепткой он лишь утвердился в своём решении. Мысль о том, что он набросился на неё, как неконтролируемый юнец, заставляла сжиматься когти. С этим недоразумением нужно было покончить. Девушка была ни в чём не виновата. Ей просто не повезло обладать ароматом, который сводил с ума именно его дракона.

Тирон оглянулся, вдруг по-настоящему осознавая, как далеко находился от Академии. Размышляя о ней, он залетел слишком далеко. За ночь он пересек половину Лирелии, пытаясь вернуть себе железный контроль.

Он понимал, что не успевает к началу занятий. Тирон дотронулся до зачарованного перстня, отправив секретарше краткое сообщение, и надолго замер, уставившись в сторону границы.

Сдавленный рёв вырвался из его груди, разносясь эхом по горам. Он вспомнил другое эхо – эхо войны. Войны, которая отняла у него всё, и которая началась с грязной лжи. Король Тернграда, жаждавший трона тогда ещё единой империи, выдумал историю о связи своей дочери с драконом. Чудовищную ложь, ибо их сущности, магии драконов и тёмных эльфов с начала времён входили в диссонанс, отталкиваясь друг от друга, как одноимённые полюса магнита. Но повод сработал.

На той войне Тирон потерял всё. Родителей. Наставника. Истекающего кровью у него на руках в той последней битве. Один из сильнейших драконов, которых он знал, что-то хрипел, пытаясь передать последнюю волю, но Тирон так и не разобрал слов. Только предсмертный хрип и боль, которую он носил в себе все эти годы.

Так война, унесшая жизни половины драконов, оборотней, эльфов и человеческих магов, расколола континент на Лирелию и Тернград. Ослабленный Король, потеряв дочь, был вынужден подписать мирное соглашение о не развязывании войны. Лирелия сохранила большую часть земель, тёмные отступили в тень ледяных утёсов, позже захватив соседние острова, чтобы усилить своё влияние.

Сейчас, спустя девятнадцать лет, ничто не напоминало о той цене. Лирелия жила, цвела и пела. Лишь пограничный гарнизон нёс свою вахту, бдительно охраняя возведенный магический барьер на границе и вглядываясь в ледяные дали Тернграда.

Вся его ярость, вся накопленная за десятилетия боль теперь странным образом всколыхнулась, находя выход в одном образе – хрупкой человеческой девушке с глазами цвета молодой травы, которая одним своим присутствием угрожала разрушить весь его мир.

Его дракон, обычно молчаливый и покорный, теперь бушевал внутри, требуя, жаждая. Вернуться. Найти её. Вновь почувствовать.

Тирон сжал когти, чувствуя, как под кожей загораются знакомые узоры. Нет. Он не позволит. Он не станет тем безумцем из древних легенд, которого проклятие лишило разума. Он вернётся в Академию. Он будет холоден, как лёд Тернграда. Он подавит это безумие в зародыше.

Но даже мысль об этом казалась ему ложью. Самой опасной ложью из всех, что он когда-либо говорил себе.

Лисса Эйвин

– О чём ты вновь хотела поговорить? – Амерон нарочно сделал ударение на слове, и на его губах играла та самая уверенная, немного самовлюблённая улыбка.

Мы вышли в небольшой сквер, где воздух был густым от сладкого аромата лилий и скромных, но ярких мирзий, усыпавших клумбы своими жёлтыми соцветиями.

Я украдкой вдохнула поглубже, и, убедившись, что вокруг ни души, повернулась к нему.

– Вы взяли с меня клятву о неразглашении нашей договорённости.

Он резко поднял ладонь, останавливая меня жестом, отточенным и привычным, будто я была подчинённой на совещании. Я даже поперхнулась от такой наглости.

– Я думал, мы на «ты», красавица.

Теперь, при дневном свете, его статная фигура в роскошной мантии кафедры драконов, расшитой золотыми нитями, напоминала мне, кто передо мной. Вчера же, когда он блистал и притягивал взгляд в королевском наряде, я не придала этому значения. Да, со мной явно что-то не так. Проблема с зачислением явно лишила меня не только девственности в глазах академии, но и части здравого смысла.

А ведь с лощёного дракона могло статься раздракониться. Мне не нужны были ничьи милости, но начинать выпускной курс с конфликта с наследником престола – не лучшая затея.

– Но ты… вы не давали мне разрешения на неформальное обращение, – парировала я, вдруг вспомнив, что несколько минут назад, сама же нарушила этот этикет.

– Очень вовремя ты об этом вспомнила, – усмехнулся он. Его золотые глаза искрились насмешливым огнём. – Но я уже успел привыкнуть. Не время сейчас вспоминать об этикете.

Я кивнула, сбитая с толку. Он что, только что сделал мне выговор или оказал милость? Демон его знает. Ладно, не в этом суть.

– Хорошо, – согласилась я, отбрасывая сомнения.

– Слушаю тебя, – он сложил пальцы и посмотрел на меня с преувеличенным вниманием, от которого по спине побежали мурашки.

– Я хочу быть уверена, что ты тоже никому не расскажешь о нашей… тайне.

Он прищурился, выискивая подвох.

– Я дала клятву молчать. Но я тоже хочу спать спокойно и знать, что об этом никто не узнает. От этого зависит моя репутация и место здесь. – объяснила я.

– Думаешь, я стал бы разбалтывать подобное? – он рассмеялся, откинув голову. – Мне, знаешь ли, тоже не с руки светиться в такой истории.

Вот ведь. Я как-то упустила этот момент. Ведь с его точки зрения, я всё ещё могла сыграть в ту самую игру, которой он так боялся – публично объявить о нашей «связи» и потребовать брака. Джея, даже думать об этом было противно! Но у аристократов, видимо, свои параноидальные фантазии.

– Я хочу быть уверена, что ты говоришь правду.

– И что ты предлагаешь? – он облокотился на белоснежную колонну, увитую плющом. – Ещё одну клятву?

Его глаза смеялись надо мной. Было ясно – он никогда не позволит сковать себя ещё одним магическим обязательством. Да и я не хотела. Было бы большой глупостью вновь связывать себя опасной клятвой с драконом. Одно уже висело надо мной занесенным мечом.

– Нашего слова друг другу будет достаточно, – сказала я, уповая на его честь, хотя внутри всё сжалось от неуверенности.

– Тогда я даю тебе своё слово, – его улыбка стала вдруг мягкой, почти ласковой, а золотые глаза скользнули по мне таким оценивающим взглядом, что мне захотелось накинуть на себя плащ. – Наследник Лирелии не бросает слов на ветер.

– Спасибо, Амерон, – кивнула я и развернулась, чтобы уйти, но его рука легла на мою талию, удерживая на месте.

Я резко обернулась, с трудом сдерживая раздражение. Терпеть не могу, когда меня хватают без спроса!

– Сегодня соединение Лилиты и Портуи, – ни с того ни с сего начал он. Я в недоумении подняла бровь. При чём тут астрономия? – Прекрасный вечер для романтических встреч, – продолжил он, замолкая в явном ожидании моей восторженной реакции.

Видимо, любая другая на моём месте уже бы разомлела. Но в мои планы охмурение драконьего принца, к счастью, не входило.

– И? – выдала я.

– Приглашаю тебя к себе. Я припас прекрасное вино из личных запасов, – его голос стал томным, соблазняющим.

Приглашение. Вино. Всё было более чем прозрачно. И слава богине, он пока лишь приглашал, а не требовал исполнения того самого «желания».

– Амерон, спасибо за предложение, – я сделала максимально сожалеющее лицо. – Но сегодня мне ещё нужно разобрать вещи, сделать домашние задания, а ещё нагнать бы программу… – я нарочно вдавалась в скучные подробности, чтобы дать ему понять всю «трагичность» моего положения. Но в конце не удержалась. – Уверена, такая честь обрадовала бы любую другую девушку. Так что не отчаивайся, – и, словно подружка, похлопала его по плечу с самой невинной улыбкой.

На его лице на секунду застыло чистейшее недоумение, сменившееся нахмуренными бровями. К отказам он явно не привык.

– Ты уверена? – в его голосе прозвучало неподдельное изумление.

Мои «домашние задания», видимо, не произвели на него впечатления. Конечно, какие могут быть дела, когда в своих покоях тебя ждал сам наследник?

– Более чем. Извини, вот-вот начнётся занятие. А опоздания не всем сходят с рук, – я снова виновато улыбнулась и буквально пустилась наутёк, мысленно костеря этого самоуверенного дракона.

Его внимание было совсем некстати, учитывая, что привлекать к себе внимание для меня было нежелательно. Некстати были и завистливые взгляды половины курса. Без них мне будет гораздо легче жить. Пусть кто-то другой занимается бесполезными попытками «покорить сердце» драконьего принца. У меня есть дела поважнее.

Занятие по Биомагии Воды прошло в сплошном унижении. Если в теории я была сильна, то на практике моя стихийная магия вела себя как капризный ребёнок. Преподаватель требовал создать устойчивые структуры, а у меня получался лишь жалкий, тут же расплывающийся жгут. Я пыхтела, краснела и покрывалась испариной, но на фоне однокурсников мои потуги выглядели жалко.

Из аудитории я вылетела раздражённая и взмыленная. Какой толк от моей стихии, если я не могу ею как следует управлять? Перспективы слабенького стихийника воды были туманны – разве что в глухой провинции, для осушения болот.

Моё уныние мгновенно испарилось, когда на занятии по Гидротелепортации преподавательница материализовалась прямо из водной стихии. Сначала возникла, как призрачная дымка, постепенно обретая плотность и чёткость контуров, а затем бегущими ручейками, заструившимися по её телу, превратилась в себя настоящую. Это было потрясающе!

Я поняла, что сижу с открытым ртом. А ещё, что готова расшибиться в лепёшку, чтобы научиться так же.

Но телепортация – была невероятной сложной наукой. Поэтому осваивать этот навык мы начали с азов – с переноса капель воды. Это оказалось не менее сложно, чем создание структур из воды. Но мой азарт горел ярко. К концу пары я, вся в поту и с кружащейся головой, всё же смогла перебросить увесистый шар воды через всю аудиторию. Чувство удовлетворения было оглушительным!

По ходу занятия я невольно познакомилась с Анитой и Ливием – одним из неудачных переносов я умудрилась окатить их обоих. После совместной сушки мантий и общего смеха они оказались довольно милыми ребятами.