Академия Чудовища

С рычанием он выпрямился во весь рост, расправляя крылья. Нет, это не чары. Он был уверен, она и сама не подозревала о силе своей магии. Это было что-то иное, древнее, первобытное. Досадный пережиток прошлого, когда драконы могли выбирать себе пару, руководствуясь звериным инстинктом. Некоторые ароматы особенно сильно будоражили драконью сущность, говоря о физической совместимости. Это не имело ничего общего с истинными парами и соединением душ. Это была простая, животная химия. И этот проклятый инстинкт оказался сильнее воли и разума.

Именно поэтому он и попросил у целительницы особое снадобье – не успокоительное, а сложный состав, подавляющий подобные проявления драконьей натуры. Целительница, если и удивилась, то не подала виду. А после вечерней стычки с адепткой он лишь утвердился в своём решении. Мысль о том, что он набросился на неё, как неконтролируемый юнец, заставляла сжиматься когти. С этим недоразумением нужно было покончить. Девушка была ни в чём не виновата. Ей просто не повезло обладать ароматом, который сводил с ума именно его дракона.

Тирон оглянулся, вдруг по-настоящему осознавая, как далеко находился от Академии. Размышляя о ней, он залетел слишком далеко. За ночь он пересек половину Лирелии, пытаясь вернуть себе железный контроль.

Он понимал, что не успевает к началу занятий. Тирон дотронулся до зачарованного перстня, отправив секретарше краткое сообщение, и надолго замер, уставившись в сторону границы.

Сдавленный рёв вырвался из его груди, разносясь эхом по горам. Он вспомнил другое эхо – эхо войны. Войны, которая отняла у него всё, и которая началась с грязной лжи. Король Тернграда, жаждавший трона тогда ещё единой империи, выдумал историю о связи своей дочери с драконом. Чудовищную ложь, ибо их сущности, магии драконов и тёмных эльфов с начала времён входили в диссонанс, отталкиваясь друг от друга, как одноимённые полюса магнита. Но повод сработал.

На той войне Тирон потерял всё. Родителей. Наставника. Истекающего кровью у него на руках в той последней битве. Один из сильнейших драконов, которых он знал, что-то хрипел, пытаясь передать последнюю волю, но Тирон так и не разобрал слов. Только предсмертный хрип и боль, которую он носил в себе все эти годы.

Так война, унесшая жизни половины драконов, оборотней, эльфов и человеческих магов, расколола континент на Лирелию и Тернград. Ослабленный Король, потеряв дочь, был вынужден подписать мирное соглашение о не развязывании войны. Лирелия сохранила большую часть земель, тёмные отступили в тень ледяных утёсов, позже захватив соседние острова, чтобы усилить своё влияние.

Сейчас, спустя девятнадцать лет, ничто не напоминало о той цене. Лирелия жила, цвела и пела. Лишь пограничный гарнизон нёс свою вахту, бдительно охраняя возведенный магический барьер на границе и вглядываясь в ледяные дали Тернграда.

Вся его ярость, вся накопленная за десятилетия боль теперь странным образом всколыхнулась, находя выход в одном образе – хрупкой человеческой девушке с глазами цвета молодой травы, которая одним своим присутствием угрожала разрушить весь его мир.

Его дракон, обычно молчаливый и покорный, теперь бушевал внутри, требуя, жаждая. Вернуться. Найти её. Вновь почувствовать.

Тирон сжал когти, чувствуя, как под кожей загораются знакомые узоры. Нет. Он не позволит. Он не станет тем безумцем из древних легенд, которого проклятие лишило разума. Он вернётся в Академию. Он будет холоден, как лёд Тернграда. Он подавит это безумие в зародыше.

Но даже мысль об этом казалась ему ложью. Самой опасной ложью из всех, что он когда-либо говорил себе.

Лисса Эйвин

– О чём ты вновь хотела поговорить? – Амерон нарочно сделал ударение на слове, и на его губах играла та самая уверенная, немного самовлюблённая улыбка.

Мы вышли в небольшой сквер, где воздух был густым от сладкого аромата лилий и скромных, но ярких мирзий, усыпавших клумбы своими жёлтыми соцветиями.

Я украдкой вдохнула поглубже, и, убедившись, что вокруг ни души, повернулась к нему.

– Вы взяли с меня клятву о неразглашении нашей договорённости.

Он резко поднял ладонь, останавливая меня жестом, отточенным и привычным, будто я была подчинённой на совещании. Я даже поперхнулась от такой наглости.

– Я думал, мы на «ты», красавица.

Теперь, при дневном свете, его статная фигура в роскошной мантии кафедры драконов, расшитой золотыми нитями, напоминала мне, кто передо мной. Вчера же, когда он блистал и притягивал взгляд в королевском наряде, я не придала этому значения. Да, со мной явно что-то не так. Проблема с зачислением явно лишила меня не только девственности в глазах академии, но и части здравого смысла.

А ведь с лощёного дракона могло статься раздракониться. Мне не нужны были ничьи милости, но начинать выпускной курс с конфликта с наследником престола – не лучшая затея.

– Но ты… вы не давали мне разрешения на неформальное обращение, – парировала я, вдруг вспомнив, что несколько минут назад, сама же нарушила этот этикет.

– Очень вовремя ты об этом вспомнила, – усмехнулся он. Его золотые глаза искрились насмешливым огнём. – Но я уже успел привыкнуть. Не время сейчас вспоминать об этикете.

Я кивнула, сбитая с толку. Он что, только что сделал мне выговор или оказал милость? Демон его знает. Ладно, не в этом суть.

– Хорошо, – согласилась я, отбрасывая сомнения.

– Слушаю тебя, – он сложил пальцы и посмотрел на меня с преувеличенным вниманием, от которого по спине побежали мурашки.

– Я хочу быть уверена, что ты тоже никому не расскажешь о нашей… тайне.

Он прищурился, выискивая подвох.

– Я дала клятву молчать. Но я тоже хочу спать спокойно и знать, что об этом никто не узнает. От этого зависит моя репутация и место здесь. – объяснила я.

– Думаешь, я стал бы разбалтывать подобное? – он рассмеялся, откинув голову. – Мне, знаешь ли, тоже не с руки светиться в такой истории.

Вот ведь. Я как-то упустила этот момент. Ведь с его точки зрения, я всё ещё могла сыграть в ту самую игру, которой он так боялся – публично объявить о нашей «связи» и потребовать брака. Джея, даже думать об этом было противно! Но у аристократов, видимо, свои параноидальные фантазии.

– Я хочу быть уверена, что ты говоришь правду.

– И что ты предлагаешь? – он облокотился на белоснежную колонну, увитую плющом. – Ещё одну клятву?

Его глаза смеялись надо мной. Было ясно – он никогда не позволит сковать себя ещё одним магическим обязательством. Да и я не хотела. Было бы большой глупостью вновь связывать себя опасной клятвой с драконом. Одно уже висело надо мной занесенным мечом.

– Нашего слова друг другу будет достаточно, – сказала я, уповая на его честь, хотя внутри всё сжалось от неуверенности.

– Тогда я даю тебе своё слово, – его улыбка стала вдруг мягкой, почти ласковой, а золотые глаза скользнули по мне таким оценивающим взглядом, что мне захотелось накинуть на себя плащ. – Наследник Лирелии не бросает слов на ветер.

– Спасибо, Амерон, – кивнула я и развернулась, чтобы уйти, но его рука легла на мою талию, удерживая на месте.

Я резко обернулась, с трудом сдерживая раздражение. Терпеть не могу, когда меня хватают без спроса!

– Сегодня соединение Лилиты и Портуи, – ни с того ни с сего начал он. Я в недоумении подняла бровь. При чём тут астрономия? – Прекрасный вечер для романтических встреч, – продолжил он, замолкая в явном ожидании моей восторженной реакции.

Видимо, любая другая на моём месте уже бы разомлела. Но в мои планы охмурение драконьего принца, к счастью, не входило.

– И? – выдала я.

– Приглашаю тебя к себе. Я припас прекрасное вино из личных запасов, – его голос стал томным, соблазняющим.

Приглашение. Вино. Всё было более чем прозрачно. И слава богине, он пока лишь приглашал, а не требовал исполнения того самого «желания».

– Амерон, спасибо за предложение, – я сделала максимально сожалеющее лицо. – Но сегодня мне ещё нужно разобрать вещи, сделать домашние задания, а ещё нагнать бы программу… – я нарочно вдавалась в скучные подробности, чтобы дать ему понять всю «трагичность» моего положения. Но в конце не удержалась. – Уверена, такая честь обрадовала бы любую другую девушку. Так что не отчаивайся, – и, словно подружка, похлопала его по плечу с самой невинной улыбкой.

На его лице на секунду застыло чистейшее недоумение, сменившееся нахмуренными бровями. К отказам он явно не привык.

– Ты уверена? – в его голосе прозвучало неподдельное изумление.

Мои «домашние задания», видимо, не произвели на него впечатления. Конечно, какие могут быть дела, когда в своих покоях тебя ждал сам наследник?

– Более чем. Извини, вот-вот начнётся занятие. А опоздания не всем сходят с рук, – я снова виновато улыбнулась и буквально пустилась наутёк, мысленно костеря этого самоуверенного дракона.

Его внимание было совсем некстати, учитывая, что привлекать к себе внимание для меня было нежелательно. Некстати были и завистливые взгляды половины курса. Без них мне будет гораздо легче жить. Пусть кто-то другой занимается бесполезными попытками «покорить сердце» драконьего принца. У меня есть дела поважнее.

Занятие по Биомагии Воды прошло в сплошном унижении. Если в теории я была сильна, то на практике моя стихийная магия вела себя как капризный ребёнок. Преподаватель требовал создать устойчивые структуры, а у меня получался лишь жалкий, тут же расплывающийся жгут. Я пыхтела, краснела и покрывалась испариной, но на фоне однокурсников мои потуги выглядели жалко.

Из аудитории я вылетела раздражённая и взмыленная. Какой толк от моей стихии, если я не могу ею как следует управлять? Перспективы слабенького стихийника воды были туманны – разве что в глухой провинции, для осушения болот.

Моё уныние мгновенно испарилось, когда на занятии по Гидротелепортации преподавательница материализовалась прямо из водной стихии. Сначала возникла, как призрачная дымка, постепенно обретая плотность и чёткость контуров, а затем бегущими ручейками, заструившимися по её телу, превратилась в себя настоящую. Это было потрясающе!

Я поняла, что сижу с открытым ртом. А ещё, что готова расшибиться в лепёшку, чтобы научиться так же.

Но телепортация – была невероятной сложной наукой. Поэтому осваивать этот навык мы начали с азов – с переноса капель воды. Это оказалось не менее сложно, чем создание структур из воды. Но мой азарт горел ярко. К концу пары я, вся в поту и с кружащейся головой, всё же смогла перебросить увесистый шар воды через всю аудиторию. Чувство удовлетворения было оглушительным!

По ходу занятия я невольно познакомилась с Анитой и Ливием – одним из неудачных переносов я умудрилась окатить их обоих. После совместной сушки мантий и общего смеха они оказались довольно милыми ребятами.

К концу дня я еле волочила ноги, мечтая только о своей кровати. Мысль о вечеринке, на которую звала Нели, вызывала лишь нервный тик. Семь этажей… эти проклятые семь этажей!

Поднимаясь, я с ненавистью обнаружила, что шестой этаж был отведён под учебные помещения и просторную гостиную. Из чего становилось очевидно – женское общежитие не испытывает недостатка в местах! От этой мысли во мне вскипела новая волна ярости к комендантше.

Войдя в свою комнату, я швырнула сумку на кровать и остановилась перед заветной дверью. Ванная. С этим нужно было разобраться. Сегодня. Мне нужно было помыться, в конце концов!

Ощупью, с зажмуренными глазами, я распахнула дверь… и, приоткрыв один глаз, едва не завизжала.

Глава 9

Из темноты комнаты, не мигая, на меня смотрели два светящихся зелёных глаза. Не завизжала я лишь потому, что судорога страха намертво свела горло, а в нос ударил настолько смрадный запах, что все болота разом показались бы цветущими садами.

Я быстро захлопнула дверь и, привалившись к ней спиной, часто задышала. Мне показалось? – это была первая, обманчиво-успокаивающая мысль. Ну, не может же всё быть настолько плохо!

Пауки, плесень и грязь, которые я рисовала вчера в воображении, ни в какое сравнение не шли с этим. Комната была полна буйной болотной растительности, и в ней было КАКОЕ-ТО СУЩЕСТВО. С огромными светящимися зелёными глазами!

Ладно, может, глаза и не были огромными – у страха, как говорится, они велики. Но я проспала здесь ночь, отделённая от него всего лишь одной дверью! Святая Джея! А вдруг оно опасно?!

Мысль бежать к комендантше была бы естественной, если бы не её ядовитый, торжествующий взгляд при моём заселении. Она явно подсунула мне эту комнату назло. Но даже она не пошла бы на такое нарушение правил безопасности. Значит, не знала. Но от этого было не легче.

Что мне теперь делать? Запечатать дверь и отказаться от ванной? А если существо магическое и чары его не удержат? Теперь оно знало, что я здесь.

Демон! Теперь я точно не смогу сомкнуть глаз!

Стало ясно одно: нужно выяснить, что это. Благо, курс по магической фауне я сдала на отлично. Оценив угрозу, уже можно будет решать – справлюсь сама или нужно бежать за помощью. Возможно, придётся идти к самому ректору. Безопасность академии – это уже его уровень.

Я возвела вокруг себя слабенький, но стабильный щит, на который хватило опустошённых сил, и, с мерцающими на кончиках пальцев опутывающими чарами, осторожно открыла дверь.

С затаённым дыханием я жадно разглядывала просторное пространство комнаты. Тёмная, заросшая комната, болотная растительность, оплетающая каждый сантиметр, и запах, от которого тут же защипало в носу. Но больше ничего! Никаких глаз. Никакого существа.

Я постояла несколько секунд, прислушиваясь к бешеному стуку сердца в горле, пока оно не стихло, уступая место гулкой тишине. А затем несколько раз открыла и закрыла дверь, желая убедиться, что в ванной действительно никого не было.

Не могло же мне показаться? Или могло? На почве сегодняшнего перенапряжения и магического истощения могло и не такое привидеться…

Но факт оставался фактом. Никаких существ в комнате не было.

Поэтому я облегченно вздохнула. И всё-таки чихнула. Четыре раза. И с горькой усмешкой признала – меня ждала очередная уборка.

Я перевязала лицо тканью и переоделась в то, что не жалко. Немного поразмыслив, опытным путём обнаружила, что бытовое заклинание для штопки, превращающее ткань в труху, отлично работает и на растениях. Влив в него почти все оставшиеся силы и расширив радиус, я запустила его. Комната потонула в зловонной пыли. А у меня на секунду потемнело в глазах от истощения. Но цель была достигнута – чистить стало проще.

С помощью крупицы магии починила светильники, и, наконец, я смогла разглядеть ванную. Вернее, купальную. Огромная ванна, утопленная в пол, красивые бронзовые ручки, красивое большое зеркало почти на всю стену, мраморные раковина и… горшок. Возник закономерный вопрос: как такие роскошные удобства оказались на чердаке? Похоже, у этой комнаты было интересное прошлое… и отнюдь не каморки.

Я отмывала всё с остервенением, сметая грязь, как будто могла смыть и абсурдность происходящего и собственный страх от привидевшегося. И когда комната засияла первозданным блеском, с наслаждением погрузилась в воду.

Вода… Как долго я мечтала об этом…

Она смывала не только грязь, но и усталость, по крупицам возвращая силы. Как источник магии стихийников воды она помогала быстрее восполнить магический резерв и восстановить силы. Распластавшись, я закрыла глаза, и едва не уснула. Теперь воздух был окутан приятными ароматами масел и трав.

Чтобы взбодриться, решила потренироваться – сегодня на занятиях водные структуры совсем не удавались. Силы понемногу возвращались, а вокруг было столько воды… Сосредоточилась на дыхании. Вдох – через всё существо. Выдох – отпускание. Я отпустила силы, позволив энергии течь.

И – о чудо! – в окружении большого количества воды всё получилось. Я создала и жгут, и даже небольшой фонтан. Небольшой, но живой. Он бил в центре ванны, струи переливались. И в груди, вопреки всему, вспыхнула та самая, чистая, звенящая радость.

Усталая, чистая и довольная, я рухнула на кровать, надеясь, наконец, выспаться и не двигаться до утра. Но едва сознание начало уплывать, как из ванной донёсся шорох. Ледяная игла безотчетного страха пронзила тело. Я замерла, распахнув глаза. Шорох повторился. А за ним последовал отчётливый звук падающих баночек. Моих баночек!

Меня подняла с кровати волна чистой, беспощадной ярости. Я два часа отдраивала эту ванную!

Я распахнула дверь, и на меня вновь уставились два светящихся зелёных глаза. Но теперь, при ярком свете, я разглядела нарушителя. И… чуть не поседела.

Мерлок!

А точнее, щенок мерлока. Существо с волчьим телом, покрытым белоснежной драконьей чешуёй с золотистыми полосами, смертельно опасными клыками и шипами на спине. Один укус взрослой особи мог убить. Мерлоки были магическими существами. Они были разумны, чрезвычайно опасны и телепортировались на неограниченные расстояния. Взрослые особи своим рыком могли оглушать противников.

Охота на них была строжайше запрещена законом, хоть их яд чрезвычайно высоко ценился на черном рынке. Мерлоков в империи осталось очень мало. А сами они никогда не покидали насиженных мест – северные леса и Ледяные горы на самой границе с Тернградом. Что же тогда этот щенок делал здесь?

Мы застыли друг на против друга. Пока в моей голове проносились лихорадочные мысли, я не рисковала даже вздохнуть. Интересно, а что будет если тебя укусит не взрослый, а щенок мерлока?

Я медленно покачала головой и тихо заговорила, не сумев скрыть дрожи в голосе:

– Всё хорошо. Тебе не угрожает опасность. Я не причиню тебе зла. Сейчас я закрою дверь, а ты сиди, как сидел, хорошо?

Первое, что я собиралась сделать после того, как запру мерлока: бежать в ректорат. Но стоило мне потянуться к ручке, как мерлок дёрнулся и зарычал. И пока я испытала всю гамму чувств от ужаса до паники – исчез с тихим хлопком. Телепортировался.

Он вновь исчез! Чтоб его!

Оставаться здесь и дальше, ожидая, когда он вновь явиться, было безумием. Я наспех накинула мантию на ночную сорочку и, не обращая внимания на мокрые волосы, побежала в ректорат.

В ректорате меня ожидаемо встретила запертая дверь. Поэтому, недолго думая, я побежала вверх, вспомнив по расположению объектов на карте, что апартаменты преподавателей находились в этом же здании.

Мне улыбнулась удача. Первую же дверь, в которую я постучала, открыла секретарша ректора. Девушка застыла в проёме, удивлённо задрав брови.

Только сейчас до меня дошла запоздалая мысль – сейчас было очень поздно. Отбой стукнул уже давно.

– Что вы здесь делаете?

– Прошу прощения, что потревожила. Но случилось кое-что чрезвычайное. Мне срочно нужен ректор!

Она удивилась ещё больше, но, кажется, не впечатлилась моей эмоциональностью.

– Адептка…

– Лисса Эйвин.

– Верно, – вспомнила она. – Адептка Эйвин, вы понимаете, что сейчас ночь и ректор не может принять вас в не рабочее время? Приходите завтра в ректорат.

– Я это понимаю, но у меня срочное дело! – поспешно ответила я.

Она нахмурилась и устало потерла пальцами виски.

– Хорошо, – согласилась она и в приглашающем жесте раскрыла передо мной дверь, ведущую в гостиную, на журнальном столике которого остывала кружка чая. – Но для начала – объясните мне, что произошло.

Я закачала головой, не желая терять время и пользоваться гостеприимством девушки.

– Сегодня вечером, в своей ванной я обнаружила странное существо. Это был мерлок.

Она замерла. Рука так и повисла в приглашающем жесте. А рот непроизвольно раскрылся от изумления.

– Вы уверены, что это был именно мерлок? – поражено спросила она.

– Да, я знаю, как выглядят мерлоки.

Она потрясенно вздохнула и неверяще закачала головой.

– Если то, что вы говорите – правда… – она на пару секунд потеряла дар речи, но затем взяла себя в руки и прочистила горло. – Вопросами безопасности Академии занимается ректор. Вы правильно сделали, что сразу пошли искать его, – подтвердила она. – Я бы пошла с вами, но очень скоро у меня должен состояться важный звонок по внутренней связи академии. Поэтому… – она быстро вбежала в гостиную и очень скоро вернулась с запиской в руках.

– Апартаменты ректора находятся выше – на третьем этаже. Как подниметесь, поверните в левое крыло и постучитесь в последнюю дверь. Если он не станет вас принимать, то покажете ему записку.

Я забрала записку, поблагодарила девушку и больше не теряя ни секунды, помчалась к лестнице. Левое крыло, последняя дверь.

Нетерпеливо, почти отчаянно постучала и замерла. Сердце гулко забилось. Всего через секунду дверь распахнулась. И я, вместо того, чтобы протянуть записку, заверенную его секретарём, застыла перед его взглядом не в силах пошевелиться.

Взгляд его бордовых глаз ударил, сняв всю спешку. Мгновенное воскресшая в памяти вчерашнее: как он прижимал меня к дереву, как его дыхание смешалось с моим. А вид его груди в полураспахнутой, застёгнутой лишь на половину пуговиц, светлой тонкой домашней рубашке с закатанными рукавами, заставил кровь прилить к щекам, а в низу живота сжаться томным, предательским ожиданием. Его волосы были в непривычном беспорядке, неожиданно так шедшем ему.

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как сердце гулко отдаётся в груди, и отвела, наконец, взгляд от оголённой части его груди. Однако вид его красивых, очерченных мышцами предплечий тоже не позволял сильно успокоиться.

Ректор, заметив моё смущение, застегнул рубашку на все пуговицы.

– Адептка Эйвин. Что вы делаете здесь в такое время? И ещё… в таком виде? – от его бархатного голоса что-то ёкнуло в груди, заставив ощутить легкое головокружение.

Я подняла голову и поняла, что мне невероятно неловко. Ведь я стояла перед ним в ночной сорочке, пусть и под учебной мантией, и с мокрыми волосами.

Посильнее запахнув мантию, я всё же посмотрела ему в глаза, чтобы снова почувствовать, как спотыкается сердце. Святая Джея! Возьми себя уже в руки! Вспоминай, что собиралась ему сказать! Мерлок! Точно! Мерлок его подери!

– Магистр Делони, простите за беспокойство. Но я прошу принять меня. Я должна вам кое-что рассказать.

Он выгнул бровь и вновь обвёл меня взглядом, заставляя краснеть ещё больше. Черт побери! Вот почему рядом с ним я всегда чувствую себя так, словно делаю что-то постыдное?

– Конечно, не стойте в коридоре. Тем более с мокрой головой. Здесь довольно прохладно.

Да? А я думала, что сгорю сейчас от своего смущения.

Он пропустил меня внутрь, и, преодолев небольшой тамбур, мы оказались в приятной, но тускло освещённой гостиной в шоколадных тонах. Здесь приятно трещал камин, и играла спокойная музыка. Вдоль стен стояли шкафы с книгами, а чуть поодаль, возле больших панорамных окон с закрытыми сейчас дверями, стоял небольшой обеденный стол. Он выключил мелодию и предложил присесть в одно из двух кресел напротив камина.

– Вам нужно отогреться. На улице уже совсем не лето.

Я благодарно кивнула, только сейчас ощутив, что мокрые волосы действительно были холодными и неприятно холодили шею и спину.

Магистр положил мне на колени плед и вручил в руки горячий напиток. Судя по запаху, из разогревающих трав.

– Спасибо, – вежливо улыбнулась я.

– Теперь я вас слушаю, – сказал он, сев в соседнее кресло и сцепив перед собой руки.

Его острый внимательный взгляд мешал и путал мысли, поэтому я посмотрела на огонь в камине. Да что же такое? Я теперь всегда буду чувствовать себя так рядом с драконами? И почему его секретарь посчитала, что ректор не примет меня?

– Вчера мне выделили комнату на самом верхнем этаже общежития. Это было довольно поздно, – смутилась я, запоздало вспомнив, из-за кого я так задержалась по пути к комендантше. – Поэтому я не смогла обнаружить это вчера.

– Разве на верхнем этаже есть комнаты для проживания? – спросил ректор, нахмурившись.

– Судя по всему, есть, – повела я плечами, не вдаваясь в подробности нашей перепалки с комендантшей. – Так вот, в ванной, находящейся при комнате, творился ужас. Сравнить её на тот момент можно было только с болотом.

Ректор нахмурился ещё сильнее, но скосил на меня глаза, не понимая, к чему я веду. Да, действительно. Слишком много лишней информации.

– Когда я убирала её сегодня, обнаружила там существо. Мерлока.

С его лица сошли краски. Пару секунд он переваривал услышанное и задал тот же вопрос, что его секретарь.

– Вы уверены в этом?

– Да. Я видела его дважды сегодня, – чтобы дракон не сомневался в моих словах и дальше, я описала ему мерлока. – Яркие мерцающие глаза, драконья чешуя на волчьем теле, когти, клыки и шипы на спине.

Он кивнул и ещё крепче стиснул свои руки.

– А вчера при осмотре комнат его там не было?