Наследие Лилит. Эксперимент тьмы

– Думаешь, я поверю вампиру?! – загремел голос пуще прежнего.

– Она просила передать: «Резать лучше с тыльной стороны». Что бы это не значило… – проговорил я, злясь и в то же время, теряя силы.

Солнечный свет ослаб, а затем и вовсе исчез. Ноги как-то сами собой подогнулись, и я осел на ближайший ко мне мягкий диванчик. У меня и так силы были на исходе благодаря скудному питанию, но этот солнечный свет стал одним из последних гвоздей в моем гробу.

Маленькие каблучки засеменили по паркету и ковру, остановившись в нескольких метрах от меня. Я приподнял усталую голову, чтобы взглянуть на главу ковена. И увидел совсем не то, что представлял. Очевидно, Оливия решила меня не предупреждать…

Передо мной была пожилая женщина, полноватая, но не лишенная изящества. Седые волосы связаны в небрежный пучок, какие носили в мою излюбленную викторианскую эпоху. Густые седые волны обрамляли миловидное лицо. Вероятно, в молодости она была весьма хороша собой, однако сейчас ее лицо «украшало» надменное недоверие.

Она разгладила несуществующие складки на своем абсолютно простом черном платье, сходу спросив:

– Где Оливия? – отчеканила она.

– Она… просила передать Вам это, – протянул я ведьме письмо. Не без смущения заметив про себя, что мои пальцы трясутся. Я стал казаться стариком, каким так часто сам себя и ощущал.

Ведьма тяжело сглотнула и, решительно сделав ко мне несколько шагов, вырвала письмо из моих рук. А затем, отступила назад, искоса на меня поглядывая.

Осмотрев кровавые капли и подтеки на письме, проведя по ним маленькими пальчиками, она резко вскрыла его, будто обладала острыми когтями. Быстро просмотрев содержимое первой страницы, она снова посмотрела на меня, но уже с заинтересованностью.

– Утверждаешь, что все написанное здесь – чистая правда? – спросила она, чуть прищурившись.

– Я в вашей полной власти. Готов к пыткам с Вашей стороны, если это убедит Вас.

– Очень мило… – протянула она, не изменив выражения лица. – Дамы! – позвала она, чуть обернувшись. – Входите.

Гостиная тут же стала крайне тесной. Одна за другой, вошли женщины разных возрастов и рас, но каждая была одета в черное. Как на похороны.

Главная ведьма передала письмо ближайшей к себе ведьме. Та быстро прочитала его, все больше настораживаясь, а в конце, широко распахнув глаза, уставилась на меня. Рыжие волосы являли собой огненные всполохи на фоне могильной черноты ее миловидного платья в оборках. Бледное лицо стало еще бледнее. Она передала письмо следующей ведьме и тихо спросила:

– Стеллу похитил древний вампир?

Остальные ведьмы, кто еще не успел прочитать окровавленное письмо, синхронно охнули, с ужасом в глазах переглядываясь между собой.

– Говорила же мне мама, что не инициированные уходят и не возвращаются! – зашептала одна из самых молодых на вид девушек.

– Помолчи, Кристина. Ничего еще не доказано, – сказала рыжая. Она встала ближе к главной ведьме, тихо ей проговорив: – Верить вампиру – плохая примета.

– Лучше и тебе помолчать, – отозвалась старшая ведьма, искоса на нее взглянув. А затем снова посмотрев на меня. Очевидно, вид у меня был не самый бодрый и презентабельный, потому что она смотрела на меня с жалостью. – В письме сказано, что тебя зовут Себастьян. Это так?

– Уже больше пяти сотен лет. Да, – ответил я максимально честно.

– И ты знаешь этого древнего вампира? – продолжала она допрос.

– Да, он был моим наставником.

– Ты пытался остановить его? – последовал новый вопрос.

– Да, но проиграл. Меня оставили в железном ящике на сотни лет. И еще несколько лет ушло на восстановление. Я и Даррен, человек, – уточнил я, – служим под эгидой Ликвидаторов.

– Ликвидаторов?.. – не сдержавшись переспросила рыженькая девушка. Ее взгляд цеплялся ко мне, будто осенний сухой репейник.

– Если не знаешь, то лучше и не знать, – тихо, но уверенно ответила ей темнокожая женщина, что стояла позади всех, будто не стремясь привлекать внимания старшей ведьмы. В отличии от безуспешных попыток остальных барышень.

Я насчитал двенадцать пар глаз, и все они беззастенчиво рассматривали меня, полностью осознавая не только численное, но и магическое превосходство надо мной. Каждая из них была сильнее вампира, измученного жаждой. Тот последний пакет холодной донорской крови меня нисколько не насытил.

– И ваше руководство не собирается вам помогать? – продолжила ведьма свой допрос.

– Не знаю… – честно ответил я, опустив взгляд к полу. С каждой проведенной секундой под этими тяжелыми взглядами, он казался мне все более привлекательным. Всего пару часов на прохладном полу, вдали от солнечных лучей, возможно, позволили бы мне восстановиться.

Казалось, моя усталость не физического характера. Казалось, я устал больше, чем должен был… Я посмотрел на старшую ведьму, полностью осознавая то, что она делает со мной.

– Можете перебрать мои мысли по кирпичикам. И тогда вы увидите, что в нынешних обстоятельствах я готов доверять ведьмам больше, чем кому-либо… Вверяю в ваши руки свою и чужие жизни… – прошептал я прежде, чем свалиться на такой заманчиво твердый пол.

***

– Каково ваше решение, ведьмы?.. – слышал я, будто сквозь толстую вату.

– Оливия ему доверилась. Доверимся и мы… – услышал я ответ.

Кто-то поднес к моему рту стакан. Его твердая поверхность больно стукнулась о мои воспаленные жаждой десны. Однако запах был чудесным, и я приник губами, захлебывая содержимое. Горечь вперемешку с живительной силой, проникла в мой рот, заполняя горло, желудок и насыщая жизненной силой мои вены и мускулы. Мир начал приобретать ясность. А жажда, прорываясь сквозь слабость, охватывала меня целиком, заставляя действовать, порывисто хвататься за стакан.

Последняя капля хотела убежать с уголка губ, но я умело ухватил и удержал ее языком.

– Ну и мерзость… – проговорил женский голосок.

– На себя бы посмотрела, если бы жила впроголодь, – кто-то ответил ей. – И так видно, что он не охотится.

Их перепалки были такими живыми и задорными, что казалось, что даже, если бы они пытались меня унизить или оскорбить, это бы только позабавило меня. Хотелось пить еще…

– Больше нет. Нашли у мясника, – ответила на мои мысли старшая ведьма. Я увидел ее рядом с собой, так четко, что мог бы подсчитать количество морщин-лучиков, исходящих стрелами от ее глаз.

– Баранья кровь… – прошептал я, проводя языком по небу. – Спасибо. Вы узнали из моей головы все, что было вам нужно, чтобы поверить мне?

– Все, – беззастенчиво ответила пожилая ведьма, чуть приподняв верхнюю губу. – И даже больше… Но мы согласны помочь. И сделаем все, что потребуется, чтобы остановить Лукаса.

Я приподнялся на локтях с пола, на котором оказался, лишившись сознания. В гостиной осталось только пятеро ведьм. Каждая из них нашла для себя удобное место, чтобы с удобством расположиться. Некоторые девушки сложили руки в замок на коленях, скрестив ноги в щиколотках. Изящные позы воспитанниц. Они приготовились слушать.

– Я видела таких же существ, как и те, что похитили Стеллу. Я видела образ в твоем сознании. И я узнала их, – проговорила ведьма, чем заставила меня выпрямиться и сесть на диванчик, в который я только что упирался спиной. – Когда мне было шестнадцать, меня похитил вампир. Возможно, как это сделали с бедной человеческой девочкой, Астрой. Мои подруги, не инициированные ведьмы, тоже пропадали. И я подозревала, что меня ждет та же участь. Но вампир, который похитил меня, говорил, что, наоборот, хочет остановить похищения ведьм. Мол, он знает кто похищает и для чего…

– Ради экспериментов, – тихо отозвался я. – Чтобы создать сверхмощную армию…

– Да. Тот вампир, предложил мне выбор: обратиться в вампирскую сущность с уродствами и попытаться остановить древнее зло, или же уехать навсегда в другую страну, сменив имя, позабыв всех, кто был мне дорог и, ради их безопасности, больше никогда с ними не связываться… – сглотнула ведьма. Тяжкий вздох говорил больше слов. – Я тогда была еще слишком молода… И мне было страшно. Я решила воспользоваться вторым предложением. Я сбежала. Он дал мне достаточно денег, чтобы я смогла обеспечить себя на ближайшие годы в новом далеком месте. Он сдержал слово, а я сдержала свое, – кивнула она, будто самой себе. – Я больше никогда не говорила ни о нем, ни о ведьмах, ни о своей семье. Во мне не было врожденного дара. Я была одной из тех, кто родился в семье магов, но сама была… как это сейчас называется, маглом. И лишь только годы спустя, мучаясь чувством вины… – она посмотрела на меня так, как я и сам бы на себя смотрел. Понимание было болезненным. – Я решила вернуться к ведьмовству. Я искала того вампира. Хотела ему помочь. И только сейчас судьба дала мне возможность исправить свои ошибки, побороть свои страхи. Она привела меня к тебе. Возможно, судьба дала такой же шанс и тебе.

Глава 26

ЭЛИЗА

Ох, как же сладко было во рту… Кровь такая сочная, летняя, с оттенками меда и полевых цветов. Я бы лакомилась ею. Я бы убила ради этой крови… Редко найдешь человека, не загрязняющего себя синтетическим питанием, алкоголем или курением. Мне нестерпимо хотелось еще…

Все мои мысли только и крутились вокруг вкуса и запаха этой крови. Пока мое сознание блуждало где-то в потемках. Пока тяжесть металла не сковала мои движения.

Кровь дурманила меня, и потому я не сразу осознала всю ограниченность своих движений. Руки в наручниках из специального сплава. Меня приковали, подвесили за крюк на цепь, вытянув руки к потолку. Я разлепила уставшие веки. Знакомые лица… Предатели!

– Что ты намерен делать? – прозвучал голос Адриана: глухой и шокированный.

– А как еще ты предлагаешь очистить ее кровь? – вскипел Калеб, почти готовый кинуться в бой.

Я уже видела этот взгляд многие и многие сотни лет. Этот взгляд значит лишь одно: он упрямится против судьбы. Задумал что-то и будет идти до последнего. Я служила с Калебом слишком давно, чтобы не понимать его характер. Он был моим другом… Будет грустно убивать его по приказу Лукаса, когда тот узнает о предательстве своего солдата. Но я буду вынуждена это сделать. Как и всегда.

Адриан стоял за спиной Калеба. Мне даже смотреть в его сторону было тошно.

Я хрипло рассмеялась, смотря на них сверху вниз. Они сами поставили себя в такое положение – быть ниже меня.

– Элиза… – мое имя из уст Калеба казалось пропитанным ядом предательства. – …это для твоего блага…

И я плюнула ему в лицо. Не сдержалась.

– Разве у тебя совсем нет сомнений?.. – спросил Калеб, невозмутимо вытирая лицо рукавом рубашки. – Совсем никаких? Лукас использует тебя, он внушает тебе повиноваться ему. Но в твоей власти это прекратить. В твоей власти избавиться от внушения…

– Ты никогда не был достоин его покровительства, – проговорил мой осипший голос. – Вы оба. Вы оба не заслуживаете быть частью его армии…

– Да я и не хочу быть его солдатом! – вскипел Калеб, подходя ко мне смертельно близко. – И ты тому причина!

Мне отчаянно захотелось вцепиться в его горло, причинить немыслимую боль… Но его слова поставили меня в тупик.

– Как ты смеешь винить меня в своем отступничестве? – зашипела я на него.

– Думаешь, я не вижу, как он тебя истязает? – сжимая губы процедил Калеб. Глаза сияли сдерживаемой злостью, сверкали как голубые алмазы в сумеречном свете. – Ты даже представить себе не можешь как я переживаю за тебя…

– О себе переживай.

Внимательный взгляд давил на меня:

– У нас больше нет времени на раздумья, и я вынужден рассказать тебе кое-что. Себастьян просил меня никогда этого не делать…

«Его имя… Имя моей души…»

Это разозлило меня вновь, гася любые преграды на своем пути.

– Не вспоминай это имя! – закричала я в отчаянии. – Не вспоминай! Не произноси…

– Не закрывайся от боли, – прошептал Калеб мне прямо в лицо. – Она тебя спасет. А теперь слушай очень внимательно. Я и Себастьян… Когда ты была еще ребенком… Мы оба были в отряде инквизиторов. Мы одевались как служители церкви. Таков был замысел Лукаса. Мы должны были схватить и привести ведьм к Лукасу. Ради его экспериментов. Думаешь, как давно он забавляется с ведьмами?.. Это был его приказ. И в этом приказе было уточнение: если хотя бы одна ведьма освободится, будет представлять угрозу смерти вампиру, мы должны убить их всех и членов их семей… Чтобы не осталось ни одной ведьмы, что захотела бы отомстить…

Адриан стоял позади Калеба потупив взгляд в пол, но удивленным не выглядел.

– Что ты несешь? – Снова бросила я гневный взгляд на своего бывшего друга.

– Это мы убили всю твою семью. Мы сожгли деревни, – тихо проговорил Калеб. Смысл произносимых им слов никак не желал укладываться в моей разгоряченной голове.

– Нет, – слишком тихо, бесцветным голосом отозвалась я. – Все не так… Это люди… Люди возненавидели ведьм… Была война… Так говорил Лукас.

– Да, была. Между вампирами и ведьмами. Они были нужны Лукасу для его экспериментов. А мы – его верные псы – приносили их ему. А ты… Себастьян нашел тебя. Посчитал, что если уж мы не сможем привести всех тех ведьм Лукасу, то приходить совсем с пустыми руками, будет равносильно самоубийству. И он привел Лукасу тебя. Маленькую, еще не инициированную ведьму.

Я тихо всхлипнула, мотая головой из стороны в сторону.

– Лукас хотел использовать ведьм, и ты стала его первым экспериментом. Неудачным, вероятно. Но своим характером, своим упрямством и обаянием, ты очаровала Лукаса. Ты стала вампиром и его солдатом.

– Убийцей других неудачных экспериментов, – прошептала я, желая вырвать из груди свое мертвое сердце. – Убийцей таких же как я.

Калеб смотрел на меня потухшим взглядом из-под светлых, словно покрытых инеем, ресниц.

– Все эти годы я ненавидел себя за то, что позволял Лукасу так с тобой обращаться. Он взвалил на тебя всю грязную работу. Могу лишь догадываться обо всех тех ужасах, что он заставлял тебя делать. Ты была так невинна… – тихо проговорил он будто для самого себя. А когда поднял взгляд, меня обожгло холодом. Челюсть сжалась, кадык качнулся. Он принял решение и проговорил: – Тебе придется это вынести. У тебя нет выбора. Но ты справишься. Ты вынесешь это…

Не успела я спросить, что именно мне предстоит вынести, как боль пронзила мое тело. Калеб и Адриан методично и слаженно прорезали через кожу все вены, до которых смогли добраться. Они выкачивали из меня всю кровь: только недавно выпитую и кровь моего создателя.

***

АСТРА

Проснулась я на нашей кровати отлично выспавшейся, свежей и невероятно бодрой. Словно уже успела закинуться крепким кофе. Проведя кончиками пальцев по телу, я с наслаждением потянулась в постели, утыкаясь носом в чудесно пахнущие простыни. Я слышала на них его запах. Какао и восточные пряности.

Спальня оказалась пуста, но меня это почему-то не особо заботило. Это утро было спокойным и тревожиться о чем-либо совершенно не хотелось. Потому я переоделась в легкий топ и облегающие джинсы, обула лодочки на низком каблуке. Вряд ли когда-либо за свою жизнь я чувствовала себя достаточно уверенно, чтобы надевать подобную обувь. Однако, сегодня я странным образом не чувствовала всегда преследующей меня зажатости, страха показаться не к месту одетой. Мне было спокойно, и я наслаждалась этим.

Пройдя в гостиную, в кухонном углу я нашла чайник и сделала себе жасминовый чай. Улыбнулась про себя, найдя такой выбор чая в духе Адриана. Только где же он сам?..

Любопытство победило, и я поднялась по лестнице к спортивной части гаража. Оттуда доносились голоса Адриана, Калеба и Элизы. Последнее – заставило меня притормозить, не выскакивать на их обзор, не разобравшись в происходящем.

– Прости Элиза… Это нужно сделать, чтобы из тебя вышла не только недавно выпитая тобой кровь Астры, но и кровь Лукаса. Он ведь снова заставлял тебя пить… так ведь?

– Мерзкие предатели! Не важно кем я стала. Неважно, что я делала. Я все про себя знаю, но я ни о чем не жалею! Это все во имя Лилит и Лукаса! – закричала на них связанная девушка.

Я осторожно выглянула из-за угла, рассматривая то, что происходит. Элизу подвесили за руки под железный потолок ангара. Запястья в наручниках, а от них идет цепь к потолку, обвивается вокруг массивной балки.

– Потерпи…

Пронзительный крик Элизы разнесся по широкому пустому пространству. Он был таким громким, что казалось заложил мои уши. Я не могла не смотреть, не могла уйти. Застряла, боясь сделать последний шаг. Закрыла уши ладонями, хотя это и было бесполезно. Ее крик стучал в моих венах.

Адриан удерживал Элизу, а Калеб продолжал ее резать. Этот нож не просто резал плоть, он рубил и пилил словно напильником. Темная кровь стекала ручейками, образуя лужу под ногами девушки.

– Вспомни, Элиза! – закричал в ее лицо Калеб. Его волосы разметались, да и выглядел он как безумец с дрожащими руками. – Вспомни Себастьяна. Он пытался тебя остановить. Он видел… Мы видели, что с тобой происходило, когда ты возвращалась с заданий Лукаса. Вспомни! Я сдался… – уже тише продолжил Калеб, словно обессилев. – Я перестал задавать тебе вопросы. Но Себастьян – нет. Потому Лукас приказал тебе его убить.

Элиза водила пустым взглядом по полу, мотая головой из стороны в сторону, будто отрицая каждое слово произнесенное Калебом.

– Он не приказывал этого делать… – осипшим голосом отозвалась Элиза.

– Приказал, – твердил Калеб. – И ты, послушное оружие в руках Лукаса, убила любовь всей своей бессмертной жизни.

– Я убила предателя! Он хотел убить Лукаса! – заорала Элиза с перекошенным лицом, брызжа слюной. Сейчас ни осталось ничего от той самоуверенной блондинки, какой она была, казалось, совсем недавно.

– Но ты любила Себастьяна. Признай это… – продолжал Калеб так, будто повторял это уже много раз. Словно он пытался достучаться до ее эмоций, до ее внутренней сути.

Мне было жаль Элизу. Я встретилась взглядом с Адрианом. Он молча держал девушку со спины, контролируя ситуацию, но не вмешиваясь.

Когда он заметил меня, в его глазах не было удивления моим появлением. И осуждения тоже не было. Он не прогонял меня, не стыдился того, что здесь происходило, будто от части он, возможно, даже хотел бы, чтобы я видела это. «Эти пытки, эти истязания… Для чего?» – думала я про себя.

– Любила… И, кажется, я его убила… – прошептала Элиза, встревожено смотря в пустоту.

Мгновение было слышно лишь как продолжает капать кровь вампирши.

– «Кажется»? – тихо переспросил Калеб, внимательно посмотрев на Элизу. – Ты не уверена?.. Ты не помнишь, как убивала его?

Слезы заструились по мертвенно бледным щекам. Она замотала головой из стороны в сторону.

– Я положила его в гроб, – просипела Элиза, отрешенно посматривая на Калеба. – Я не помню… не помню его… пепла…

Адриан столкнулся взглядом с Калебом.

– Он может быть жив… – сказал Адриан с застывшим выражением лица.

Калеб промолчал и вновь продолжил резать Элизу. Ее неистовый крик разнесся, вновь меня оглушая.

Я видела, как Адриан смотрит с беспокойством, будто желая, но не решаясь прервать Калеба.

– Вспомни все, что когда-либо Лукас заставлял тебя делать и что шло вразрез с твоей совестью, – продолжал Калеб, глубоко дыша. Вряд ли он это делал из-за усталости. Скорее из-за всех тех жутких эмоций, что сейчас испытывал. – Расскажи нам. Это будет твоим покаянием… Твоим первым шагом на пути собственного прощения…

Сквозь крики боли стали прорываться бессвязные слова.

– Ведьмы… стеклянные кубы… – шептала Элиза между криками, когда Калеб дал ей временную передышку.

Он и сам, казалось, был до безумия измучен кошмарным процессом, не позволяя себе отступиться.

– Стеклянные кубы? – переспросил Калеб. – Ты была в его лаборатории? Там ты видела стеклянные кубы? – уточнял подробности Калеб, стирая со лба пот и брызги крови тыльной стороной ладони.

Элиза прямо посмотрела на него, в этом взгляде было подтверждение.

– Что еще ты там видела? Расскажи мне…

Тяжело сглотнув, вновь опустив взгляд в задумчивой отрешенности, Элиза прошептала:

– У нее такие синие глаза… Как мои. Понимаешь? Как мои. Я увидела в ней себя…

– Кто она? – тихо спросил Адриан.

– Ведьма. Эксперимент. Его новая игрушка…

– Расскажи как она выглядит, – вышла я к ним ближе. В груди стало тяжко.

Элиза подняла на меня тяжелый взгляд.

– Живая… молодая… Как ты. Кудряшки до плеч…

У меня внутри все перевернулось.

– Ее зовут Стелла, – сама не знаю зачем сказала я Элизе.

Какое-то легкое взаимопонимание проскользнуло между нами. И тут же прервалось, когда Калеб продолжил резать плоть прямо на тех местах, что только что срослись. И гараж вновь заполнился отчаянными криками, дробясь и преумножаясь эхом во сто крат.

– Если ты не освободишься от влияния Лукаса, то эта невинная девушка может стать очередной твоей жертвой. Тебе вновь придется убить свою сестру!.. – Резал Калеб не только плоть Элизы, но и ее душу. – Откажись от Лукаса!

Элиза начала уже откровенно рыдать. Ее лицо скривилось от боли – физической или эмоциональной. Руки тряслись, посылая вибрацию по цепям к железной балке.

Тогда и послышался треск. Железная балка, через которую была продета цепь, треснула. Балка накренилась, падая в сторону. А цепь падала прямо на голову девушке и держащему Адриану.

Я замерла, всматриваясь в надвигающуюся катастрофу. Но, что для меня мгновение, для вампиров, с их молниеносными реакциями, целый час. Или немного меньше…

Адриан попытался удержать Элизу, но она ловко вывернулась. Ее каблуки увязали в крови, но это не помешало ей со соединенными руками обрушить на Калеба цепь, сделав ее своим оружием. Схватка была слишком стремительна для моих человеческих глаз.

Мгновение, и Адриан оказался передо мной, защищая своим телом, ожидая, что Элиза нападет на меня вновь, как на единственный источник свежей крови в этом помещении. Но Элиза стремительными движениями боролась лишь с Калебом, уходя от его попыток связать ее вновь.

Оказалось, ей удалось опутать Калеба прочной цепью. А сама бросилась прочь из помещения.

– Черт, Адриан! Твоей смертной ничего не угрожает!.. – рычал Калеб, вырываясь из некрепко удерживающих его железных пут.

Адриан оказался рядом с ним и помог освободиться. Не обращая внимания на его необузданный гнев, Адриан проговорил:

– Отправляйся за ней. Она не пройдет по теням пока на ней наручники… А мы – к Лукасу…

Калеб бросил на меня взгляд из-за спины Адриана.

– Сочувствую тебе, – со странным голосом проговорил Калеб, сверкая льдистыми глазами, прежде чем броситься вслед за Элизой.

Глава 27

ДАРРЕН

– Головы́ не поднимать! Не обращаться к Лукасу, пока он сам к вам не обратиться! Все ясно?

С нами не церемонились. Обыскали, забрали все оружие и ножи. Заковали руки наручниками за спиной.

Судя по всему нас здесь ожидали. Слишком много людей, да и та сила, что притянула нас к зданию… Это было подготовлено специально для нас, заранее.

С наставленными на наши головы винтовками, нас препроводили в замок. Через главный вход с мраморными лестницами, высокими окнами, где по углам стояли большие вазы с живыми, источающими тонкий аромат, нежно-розовыми розами, мы, нестройным маршем, прошли к тому, что являло собой, тронный зал. Иначе и не скажешь, потому что стоило войти в это богато обставленное помещение, как мы увидели на возвышении золотой трон, на котором восседал молодой вампир.

На секунду я удивился тому, как много солнечного света было в этом открытом пространстве. Через высокие витражные окна солнечный свет заливал все разноцветными тенями и бликами, будто мы попали в аквариум к рыбкам. Так много света… и здесь вампиры. Однако, минутное замешательство прошло, когда я вспомнил, что для тех, кто может себе позволить огромный замок на отшибе мира, доступны и другие блага вампирской цивилизации. А именно, стекло со специальным фильтром, не пропускающими ультрафиолет.

Эти уроды теперь могут жить припеваючи, убивать ночью, а днем наслаждаться солнечным светом… Никакой совести.

Я отвлекся от разглядывания феерически красивого помещения на древнего вампира, восседающего во главе зала. Он посмотрел на меня в ответ, прожег мою суть до основания, а далее, осмотрел моих спутников – с нескрываемым интересом. Ясные зеленые глаза с искрами добродушного удивления. Золотистые волосы мягко подсвечивали черты его лица. Чуть наклонил голову. Он производил впечатление радушного хозяина.

Пытаясь не выказать страха, я быстро глянул на своих соратников. Оливия потеряла свою бейсболку, ее волосы растрепались. Но в целом она выглядела уверенно, смотрела на древнего вампира, восседающего на троне, будто готова была дать ему под дых.

Или дать под дых мне…

Что-то в происходящем было неправильным. Нет, я морально готов к неожиданностям. Планы редко целиком и полностью претворяются в жизнь. Чаще же, все идет наперекосяк. Однако сейчас…