Читать книгу Репетиция без возвращения (Елена Ладина) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
Репетиция без возвращения
Репетиция без возвращения
Оценить:

5

Полная версия:

Репетиция без возвращения

Лидия не стала оправдывать его всеми случаями сразу. Были и другие вечера, когда он знал, видел и всё равно просил «только сейчас». Но этот принадлежал ей тоже. Она открыла блокнот и написала дату, когда обещала прислать программу. Потом коротко: «Сказать до отказа». Не афоризм для жизни, а напоминание о конкретной привычке.

На следующий день перед концертом Матвей принёс ей чай в бумажном стакане. Лидия уже переоделась и сидела с нотами на коленях. Он поставил стакан рядом, не заглядывая в страницы.

— У тебя сегодня своё занятие было?

— Было.

— Получилось?

— Не всё.

Он кивнул. Потом спросил, что она играет. Лидия рассказала про Брамса и Шуберта, про порядок, который ещё проверяла. Матвей слушал, опершись плечом о стену. В какой-то момент она заметила у него желание что-то предложить — знакомое движение головы, вдох перед репликой. Он сдержался, и ей стало легче говорить дальше.

— Елена Сергеевна передала запись куратору в Москве, — сказала она. — Может быть, будет вечер. Пока не знаю.

— Сольный?

— Да.

— Это хорошо.

Он сказал сразу, без видимой оговорки. Лидия почти обрадовалась заранее, будто следующий трудный разговор уже выдержан. Потом спросила себя: какой разговор? Ни дат, ни условий ещё не было. Пока её желание ничего у него не отнимало.

— Я тоже думаю, что хорошо, — ответила она.

Их позвали на сцену. Матвей взял свою папку, Лидия — свою. На этот раз он не спросил, готова ли она, просто подождал у двери. Она допила чай, выбросила стакан и подошла. В общем движении к выходу не было ничего нового, кроме того, что за пределами этого вечера у неё теперь существовала другая, произнесённая вслух возможность.

Глава 10. Не их музыка

Свободный день начался без звонка будильника. Лидия проснулась от света, полежала, не пытаясь определить время, потом всё-таки посмотрела на телефон. Почти десять. Впервые за поездку она проспала гостиничный завтрак и не почувствовала, что упустила что-то полезное.

Матвей написал: «Я собираюсь гулять. Если захочешь, буду внизу в одиннадцать. Если нет, увидимся вечером». Лидия прочитала сообщение и положила телефон. Ей понравилось, что отказ уже был предусмотрен без обиды, но она не хотела благодарить его за каждую нормальную просьбу. Просто ответила: «Пойду».

Он ждал у дверей гостиницы в тёмной куртке и шарфе, который она не знала. Это маленькое незнакомое оказалось приятным. У Матвея были вещи, купленные без неё, и не все они казались неудачными. Она заметила, что он выбрит тщательнее обычного, и сделала вид, что смотрит на застёжку сумки.

— Куда хочешь? — спросил он.

— К воде. Пока не дождь.

Они пошли медленно. Не нужно было успеть к настройщику, поймать машину, сохранить голос до вечера. Матвей мог говорить в полную силу, а Лидия — молчать без подозрения, что мысленно проверяет трудное место. На перекрёстке он привычно коснулся её локтя, предупреждая о машине, и сразу убрал руку. Она не отстранилась, но и не повернулась к нему.

У воды было холоднее. Лидия застегнула пальто до горла, спрятала руки в карманы. На дорожке женщина учила маленькую собаку идти рядом; та всё время останавливалась и смотрела назад. Матвей задержал взгляд, потом сказал, что после развода несколько раз думал завести собаку.

— Почему не завёл?

— Потому что думал вечером. А утром вспоминал, сколько меня не бывает дома.

Лидия кивнула. Раньше она бы сразу начала перечислять, кому можно оставить животное, кто выгуляет, сколько это стоит. Теперь просто представила его одного на кухне, где слишком тихо после ужина.

— Я первое время оставляла радио, — сказала она.

— Ты же не любишь, когда говорят без конца.

— Поэтому включала тихо. Чтобы не разбирать.

Матвей посмотрел на неё, но ничего не спросил. Лидия была благодарна. Ей не хотелось сейчас рассказывать, как трудно было засыпать без другого дыхания и как раздражала собственная тоска по тому, от чего она сама ушла.

Они дошли до кафе. Внутри было тесно, свободный стол стоял у окна, на подоконнике сохли чашки после мытья. Матвей заказал себе суп, Лидия — горячий пирог и чай. Он не спросил, почему она не ест нормально; она не напомнила, что ему лучше не брать слишком горячее. Маленькие запреты, которыми они заботились друг о друге годами, остались невысказанными, и еда от этого не стала опаснее.

На стене у входа висел листок с объявлением о дневном концерте: струнное трио, маленькое пространство неподалёку, начало через час. Лидия прочитала имена, никого не узнала. Матвей проследил за её взглядом.

— Пойдём?

— Ты хочешь слушать музыку в выходной?

— Не нашу — хочу.

Она улыбнулась, не от шутки, а от точности ответа. Да, не их. Музыку, в которой не надо было подхватывать чужой вдох и помнить, что за следующим поворотом обычно случается спор.

Зал оказался комнатой на втором этаже, с окнами в пол и рядами разных стульев. Они пришли слишком рано и сначала стояли у стены, пока организатор переставлял последний ряд. Матвей предложил помочь. Лидия держала его шарф, пока он переносил два стула к окну. Ткань ещё сохраняла тепло его шеи; она заметила это и не стала отвлекаться на телефон.

Они сели не в центре, а сбоку, ближе к выходу. Лидия хотела видеть руки альтистки. Матвей не возражал, хотя отсюда акустика могла быть хуже. Перед началом он достал телефон, выключил звук и убрал его глубоко в карман. Не положил на колено, не оставил экраном вверх.

Первые минуты Лидия слушала профессионально. Отмечала, где ансамбль расходится, где виолончель слишком настойчиво ведёт за собой, где скрипка берёт звук острее, чем нужно комнате. Потом музыканты вошли в медленную часть, и эти замечания перестали быть главными. Альтистка, женщина с короткими волосами, чуть наклонялась к коллегам, но не искала их взглядов. У неё было спокойное лицо человека, который делает трудную вещь и не обязан сообщать об этом всем вокруг.

Лидия положила ладони на колени. В какой-то момент почувствовала рядом руку Матвея. Он не касался её — просто локти оказались близко на узких стульях. Можно было отодвинуться на сантиметр, и она не отодвинулась. Музыка шла дальше, не требуя, чтобы это небольшое решение стало событием.

После окончания они долго не вставали. Люди выходили, кто-то благодарил музыкантов, у двери собирались деньги в коробку. Матвей посмотрел на Лидию и открыл рот. Она почти услышала начало привычного разбора: во второй части можно было… Он остановился.

— Мне хорошо, — сказал он вместо этого.

Лидия смотрела на пустеющие стулья.

— Мне тоже.

На лестнице он протянул руку. Не помогая спуститься, просто ладонью вверх. Лидия вложила в неё свою. Его пальцы сомкнулись осторожно, без торопливого подтверждения, что всё вернулось. Они вышли на улицу, и несколько шагов шли так, неловко подстраивая длину шага. Когда-то это получалось без внимания. Теперь требовалось заново заметить, что он ходит быстрее.

Дождь начался у перехода. Они спрятались под козырьком закрытого магазина, прижавшись к стене. Лидия достала из сумки маленький зонт; вдвоём под ним можно было идти только очень близко. Матвей спросил, хочет ли она вызвать машину. Она ответила, что дождь скоро кончится, хотя не знала.

Он стоял рядом, глядя на воду, текущую по асфальту. Лидия видела его профиль — складку возле рта, неровность на переносице, чуть отросшие волосы за ухом. Ей хотелось прикоснуться, и от этого желания стало страшно. Оно было простым, не нуждалось в доказательствах, а всё, что могло последовать, было сложным.

— Я скучал, — сказал Матвей.

Она не ответила сразу.

— По чему?

Он повернулся к ней.

— По тебе.

— Я понимаю. Но…

Лидия замолчала. Не хотела требовать правильной формулировки, как экзаменатор, который уже знает ошибочный ответ. Ему было трудно сказать даже это, а она сразу проверяла, достаточно ли точно.

Матвей посмотрел вниз, на их всё ещё соединённые руки.

— По тому, как ты утром читаешь и ничего не слышишь. По твоим волосам на подушке. По тому, что можно было прийти и не объяснять весь день с начала. Не только по роялю, Лида.

У неё защипало глаза. Она отвернулась к улице, потому что не хотела, чтобы он увидел слёзы раньше, чем она сама поймёт, что с ними делать.

— Я тоже скучала, — сказала она. — Очень.

Он не притянул её сразу. Только большим пальцем провёл по её ладони. Лидия сама повернулась и положила свободную руку ему на грудь. Куртка была влажной по краю, под ней чувствовалось тепло. Она подняла лицо, и Матвей поцеловал её — коротко, почти спрашивая. Отступил на несколько сантиметров.

Лидия не отпустила его куртку.

Второй поцелуй был дольше. Она узнала его не как привычку, а как человека, которого всё ещё хотела. В этом не было ни доказательства, что развод был ошибкой, ни обещания забыть последние месяцы. Но на несколько мгновений она перестала держать между ними список причин, по которым нельзя быть близко.

Дождь продолжался. За стеклом закрытого магазина стояли манекены в летней одежде, нелепой для холодного октября. Матвей убрал прядь волос с её щеки и спросил, не замёрзла ли она. Лидия кивнула. Он взял зонт, раскрыл, подождал, пока она встанет рядом.

До гостиницы шли почти молча. Зонт всё время тянуло ветром, и Матвей держал его чуть в её сторону; Лидия один раз поправила его руку, чтобы не мокло его плечо. У входа они остановились. Она не знала, что сказать про вечер, про номера, про завтра. Матвей, кажется, тоже.

— Поужинаем? — спросил он.

— Да. Только я сначала переоденусь.

— Я подожду внизу.

В своём номере Лидия сняла пальто и прислонилась к двери. На губах ещё оставалось ощущение поцелуя. Она была счастлива и боялась этого счастья, но страх не отменял того, что случилось. Достала сухой свитер, расчесала волосы, потом села на кровать и несколько минут позволила себе ничего не решать.

Глава 11. До утра

За ужином они говорили о людях, которых давно не видели. Лидия рассказала, что у Светы сын уехал учиться и теперь звонит только из магазина, когда не знает, какое молоко покупать. Матвей спросил, как сама Света это переносит. Раньше он бы спросил про город и специальность; Лидия заметила перемену и тут же запретила себе делать из одного вопроса большой вывод.

Он рассказывал про мать. Та решила поменять окна на даче, выбрала мастеров сама и сообщила ему об этом, когда деньги уже были переведены. Матвей ездил смотреть, сердился, потом признал, что окна поставили хорошо. Лидия слушала и впервые за вечер не думала о том, что между ними. Просто представляла Веру Николаевну на дачной веранде, где она годами заклеивала щели полосками бумаги, отказываясь от помощи, пока не находила собственный способ всё устроить.

— Она спрашивает про тебя, — сказал Матвей.

— Я ей звонила летом.

— Знаю.

Лидия отложила ложку. Ей не хотелось, чтобы разговор с бывшей свекровью оказался тайной, которую у неё только что раскрыли.

— Она сама сказала?

— Да. Сказала, что ты помогла найти врача её подруге. Я не расспрашивал.

— Я только дала телефон.

Матвей кивнул. Лидия почувствовала, что ждала упрёка там, где его не было. Эти ожидания утомляли не меньше настоящих обид: приходилось всё время решать, что происходит сейчас, а что она принесла с собой.

После ужина они остались за столом, хотя официант уже убрал тарелки. Матвей заказал чай. Лидия не хотела возвращаться в номер, но и сидеть до закрытия из страха перед следующим шагом казалось нелепым. Она смотрела на его руки: знакомый шрам у большого пальца, коротко подстриженные ногти. Когда-то он порезался о разбитую банку, пытаясь собрать осколки раньше, чем она наступит на них. Лидия помнила, как тогда ругалась, что он лезет голыми руками. Не помнила, сказала ли спасибо.

— Я не знаю, как сейчас правильно, — произнесла она.

Матвей поднял глаза.

— Что?

— Мы поцеловались. Я хочу быть с тобой. И мне страшно, что завтра всё станет таким, как будто ничего не было. Ни развода, ни этих месяцев.

Он долго смотрел на чашку.

— Я не хочу делать вид, что ничего не было.

— Ты после первой репетиции сказал, что мы ничего не потеряли.

— Я сказал про музыку.

Лидия молчала. Матвей провёл ладонью по лицу.

— Не только про музыку. Да. Мне хотелось, чтобы это означало больше.

Она почувствовала облегчение от признания, которое не было красивым. Не требовало, чтобы он сразу объяснил всю свою ошибку. Достаточно было перестать защищать точность старой фразы.

— Мне тоже хотелось, — сказала она.

Матвей протянул руку через стол, но не взял её ладонь, оставил свою рядом. Лидия сама положила пальцы на его запястье.

— Я не обещаю, что смогу всё быстро, — сказал он.

— Я тоже.

— И я не знаю, чего ты от меня ждёшь.

На этот вопрос хотелось ответить списком: слышать, спрашивать, не принимать её готовность помочь за отсутствие других желаний. Но сейчас список сделал бы их вечер похожим на переговоры, которые они оба уже умели вести до изнеможения. Лидия посмотрела на его лицо и сказала то, что было нужно именно сегодня:

— Чтобы ты не торопил меня назвать это возвращением.

Матвей кивнул.

— Хорошо.

Они поднялись в лифте вместе до предпоследнего этажа. Дальше к её номеру нужно было идти по лестнице. Матвей придержал дверь лифта, ожидая, что она скажет. Лидия посмотрела на него, потом взяла за руку.

— Пойдём ко мне.

В номере было тесно для двоих. Её раскрытый чемодан занимал подставку, на спинке стула сушился шарф, на столе лежали ноты. Лидия вдруг увидела всё это чужими глазами и начала убирать папку, хотя Матвей не смотрел на беспорядок. Он стоял у двери, не зная, куда положить куртку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

bannerbanner