Лиса. Зов Великой Пустыни

– Не смог бы никто Криса оживить, сама знаешь.

– А не думалось ли тебе, девонька, что скажет сам Император, когда достигнут сии вести его царственных ушей?

Лиса замолчала, потому что и правда не думала пока об этом.

– Кристиан не даст слухам разойтись, – начала она.

– Ага, – фыркнула Василина. – Это после того, как изверг энтот в застенках сказывать станет о фениксе? А особливо после того, как храмницы раструбят о чуде на всех углах. Им ведь только волю дай. Они и песни слагать станут. Вон, мол, Храм у нас какой, и Источник действующий, и феникс души умерших воскрешает. Чудо на чуде. Скоро и сама Светлая Богиня быть в гости обещалась.

Лиса стыдливо опустила глаза.

– А врагов почто новых наживаешь? – не прекращала наставница.

– Каких еще врагов? – удивилась Лиса.

– А ты думаешь, этот пес раммаринский тебя не запомнил? Еще как запомнил. И ты о нем не забывай, коли умудрилась такому дорогу перебежать.

Василина снова неодобрительно покачала головой и, вздохнув, присела на краешек кровати рядом с ученицей.

– Ну, да сделанного не воротишь, – примирительно произнесла она. – Я ведь не со зла тебя ругаю. Боязно мне за тебя, Лисонька. И меня рядом нет, чтобы уму-разуму поучить. Только ты из одной передряги еле вылезла, тут же в другую по уши влезла.

Наставница погладила Лису по склоненной голове, а потом притянула к себе.

– Ты не серчай на меня, что поучаю. От сердца это. Слушай наказ мой. Впредь не лезь впереди всех. Поумней тебя найдутся. Твое дело – учеба. Учись, вот и весь мой сказ. А будет нужно – зови на выручку старших, опытных. Вон как ты их подивила, да только не к добру это. Самой невмоготу будет, коли весть разлетится. Как учиться будешь, коли на каждом углу пальцами в тебя тыкать возьмутся? А ежели еще и просить-умолять в горестях бесконечных помочь? Уразумела ли? Не в том суть твоя.

Лиса отстранилась от наставницы и посмотрела в ее синие глаза.

– Врать, что помогать не буду, не стану. Но сдерживаться постараюсь, наставница. Обещаю. В одном ты права: учиться мне нужно.

– Вот и умница. Иного не прошу, – улыбнулась Василина. – Да и Огнянка тебе пособит.

Ведунья вновь притянула к себе Лису, баюкая в объятиях, как маленькую. А та услышала сквозь сон слабый зов. Слов было не разобрать, но Лиса тут же узнала голос, и ее сердце затрепетало.

– У, демон сероглазый, – проворчала наставница, отпуская Лису, – не даст посидеть, посекретничать. Задурил девочке голову любовью своей.

Лиса понимала, что наставница ворчит лишь для вида.

– Смотри мне, Лиса. Честь до свадьбы блюди! Прознаю про что такое, несдобровать вам по весне. Верное мое слово.

– Наставница, – прошептала, совсем уж смутившись, Лиса.

– Давно уж наставница, – ответила Василина. – В обиду тебя не дам. Пусть сначала женится.

– Глупости какие. Он ни о чем таком и не говорил.

– Не говорил. И ты помалкивай. До конца учебы все одно нельзя. Вот и проверим, истинно ли любит.

Лиса покачала головой, не соглашаясь с Василиной. Но спорить не стала, а, вновь услышав зов, заторопилась.

– Пора мне, наставница, хоть и не хочется уходить отсюда.

– Иди уж, – фыркнула Василина. – Вижу, как не хочется, ажно пятки горят. Ступай, неслушница, да Огнянку прихвати. Коль нужна буду – здесь меня сыщешь. Ступай-ступай. А-то еще сюда пожалует, не приведи Светлая Богиня.

Глава 9

– Лиса…

Слабый шепот около уха вызвал множество мурашек, которые заспешили по рукам и ногам в известном только им направлении. Девушка улыбнулась, не открывая глаз. Губы Кристиана коснулись ее век, и она тут же распахнула их, чтобы убедиться, что терпкий лесной запах ей не почудился, и это действительно маг. Глаза его откликнулись, принимая в свой светло-серый плен.

– Просыпайся, соня. С днем рождения.

Поцеловав ее в лоб, ректор отклонился, давая Лисе возможность подняться. Окинув взглядом комнату, девушка вспомнила, что и впрямь спала в доме семьи Эль, причем по собственной воле. Правда, с помощью отвара магессы Темпора, которая обещала непременно разбудить ее, если что-нибудь случится.

– С Длинноночьем, – прошептала она, возвращая поздравление, но тут же спохватилась. – Как все прошло?

– А я-то думал, что ты меня будешь рада видеть, – иронично произнес он, и Лиса смутилась.

– Конечно, рада, правда…– начала она.

– Ладно уж, верю. Поднимайся, в соседней комнате подарок ждет.

Лиса вскочила, бросилась к открытой двери и на полном ходу врезалась в Миранту, которая в этот момент входила. За спиной у той показался Риз и Эш. Отойдя на шаг, Лиса на миг застыла и тут же бросилась обнимать подругу.

– Мира, Мира! – повторяла она, крепко обнимая Миранту. – Как ты? Светлая, Богиня, как хорошо, что все удалось. Он не навредил тебе?

Лиса продолжала держать подругу за плечи, будто не верила, что та оказалась жива. Миранта тоже улыбалась.

– Лиса, – слезно проговорила она.

Лиса скользнула ладонями по рукам подруги, но у запястий пальцы наткнулись на что-то твердое, и улыбка слетела с ее губ. Лиса увидела это сначала в глазах Миранты. Засевшую, затаенную боль. Глубоко-глубоко внутри. И лишь потом, сквозь навернувшиеся слезы, разглядела зачарованные браслеты на запястьях Миранты.

– Мира, – побледневшими губами прошептала Лиса. – Как же так?

Она требовательно посмотрела на Риза.

– Риз? Вы не успели?

Тот лишь покачал головой. Лиса обернулась на Кристиана, и он, встретив ее взгляд, сглотнул.

– Лиса, – хрипло начал он. – Мы бы все равно не успели. Он провел ритуал еще ночью.

Лиса отвернулась, вновь принимая подругу в объятия. Утешала, деля на двоих ее боль. И отгоняла собственные мысли, которые больно жалили душу. Нужно было сразу, сразу отправляться за Мирантой. Может быть, Риз подождал бы еще день? А что теперь? Понадобилось несколько минут для того, чтобы Лиса осознала, что то, чего они избегали, уже случилось. И теперь нужно придумать, как действовать дальше. Она отошла, разжимая объятия, и посмотрела подруге в глаза.

– Мы справимся, Лиса, – сказала Миранта. – Обязательно. Как всегда.

Риз дернулся, чтобы притянуть любимую к себе, но, застыв на полпути, опустил руки. Лиса удивленно посмотрела на него.

– Поругаться уже успели? – спросила она.

– Браслеты не дают коснуться, – объяснил он, покачав головой. – Бьют меня разрядами.

Лиса кивнула, понимая.

– Так, – фальшиво бодро сказала она, – пойдемте-ка попьем чаю. Еще было бы неплохо чего-нибудь пожевать. Правда, Эш?

Орк понял ее намек и криво улыбнулся.

– Неплохо, – согласился он.

– Поедим и потом обсудим, что можно придумать, – постановила Лиса, разворачивая удивленную Миранту к выходу. – Давайте, давайте, не стойте на пороге. Миранта, мы в гостях у тебя или у кого? Веди.

Кристиан нагнал их уже в коридоре и тенью последовал за Лисой. Она знала, что он хочет рассказать ей все, но, оставив эти разговоры на потом, девушка мертвой хваткой вцепилась в ладонь эльфийки, намереваясь для начала успокоиться, поесть, а уж после обдумывать и разговаривать. Она сердилась, сердилась на мага и на себя, а в таком состоянии разговоры точно ни к чему хорошему не привели бы.

Асса Каламия сидела в столовой вместе с ассой Клементиль и Эдмондом. Мрачная атмосфера тяжелым покрывалом висела и здесь. Услышав про ужин, глава дома Эль оживилась, тоже посчитав это хорошей идеей. Есть не хотелось никому, но это давало возможность хоть как-то разрядить обстановку. Слуги, собиравшие на стол, следуя указаниям хозяйки дома, выставили вино. Лиса, ни разу не пробовавшая подобного, невольно покосилась на собственный бокал, размышляя, стоит нарушить правило или нет.

Магистры присоединились ко всем уже за столом. Глядя, как магистр Альмирель отпивает из бокала, Лиса тоже взяла свой в руку. Пальцы девушки гладили грани рисунка, отвлекая от желания бросить взгляд в сторону ректора. На Кристиана она старалась не смотреть, боясь увидеть в его глазах чувство вины, но ощущала его взгляд, тревожащий и оттого заставляющий сердиться еще больше. Она нарочно перевела внимание на лекарку, сидевшую в другой стороне от Кристиана, и поймала ее одобрительный кивок.

Вино оказалось сладковато-терпким на вкус. Горечь скрадывалась сладостью, а аромат ягод сбивал с толку. Девушка растерла каплю вина на небе, пытаясь угадать вкус, и поняла, что вино сделано из агриссы, той же, что и давешнее варенье, которым их угощали в этом доме.

– Эдмонд, надеюсь, не существует никаких традиций, связанных с вином из агриссы? – шутливо спросила она, умоляя его взглядом поддержать ее игру и рассеять тяжелую тишину, повисшую над столом.

Эдмонд, видимо, уловил ее намек, хоть и не подал виду. Он лишь стрельнул глазами в сторону ректора, а после растянул губы в усмешке.

– Вряд ли у нас найдется свободный от традиций продукт, связанный с этой ягодой, Лиса, – эльф даже на минуту напомнил Лисе того себя, каким был до всех этих событий.

– И что, это опять что-то связанное со свадебным обрядом? – спросила Лиса, споткнувшись на последней фразе.

Бросив извиняющийся взгляд на подругу, она уже пожалела, что затронула эту тему. Тишина вновь повисла над столом, словно только и ждала этого момента, чтобы снова захватить свои позиции. Эдмонд молчал, не зная, как выправить ситуацию. Спасла всех асса Клементиль.

– Деточка, полагаю, Эдмонд смутился потому, что за столом сидит ваш ректор. А в его присутствии заводить разговоры о свадьбе, признак дурного тона, да и дурных последствий, думаю. Не так ли, асс ректор?

Лиса осторожно бросила взгляд на Кристиана. Он выглядел таким удивленным, что она чуть не фыркнула от смеха.

– Не имею понятия, о чем вы тут говорите, асса Клементиль, – Кристиан даже отложил приборы, пытаясь понять смысл шутки.

Миранта, которая все это время нервно катала из хлебного мякиша шарик, принялась объяснять.

– Мой недалекий брат, асс ректор, попытался не так давно прощупать почву в отношении Лисы. В плане свадьбы. Дело в том, что варенье из ягод агриссы, которое он предложил Лисе в тот раз на пробу, предлагают женихи своим невестам перед свадьбой. Вот Лиса и интересуется теперь, не касается ли эта традиция и вина из этих ягод.

Взгляды мужчин встретились, а Миранта, не думавшая, что ректор может всерьез принять эту шутку, с тревогой посмотрела на брата, отчего-то упрямо не уступающего ректору в этом поединке.

– До окончания обучения адепты не имеют права вступать в брак, – процедил ректор.

– О чем я уже ему не один раз намекала, – спохватилась Миранта.

– О чем я был уже в курсе, – ответил Эдмонд.

– А раз так, то не нужно прожигать друг друга взглядами, – положила конец собственной неудавшейся шутке Лиса и смело допила вино до конца.

По телу тут же растеклось тепло, предупреждая о возможных последствиях. Да, все же нужно было что-нибудь съесть для начала. Лиса потянулась за куриной ножкой, но Эш уже опередил ее, подкладывая кусок жирного мяса вместо курицы.

Асса Каламия подняла бокал, привлекая внимание.

– Я хочу поднять бокал в благодарность за то, что вы вернули мне мою дочь, – сказала она. – И несмотря на то, что избежать нежелательных последствий нам не удалось, я верю, что отыщется способ избавиться от гнетущего действия этих браслетов. В конце концов, я доверяю своей сестре, которая хоть и до фанатичности предана вере, но все же остается родной кровью и не стала бы обманывать меня в моей надежде. А она говорила, что избежать действия браслетов можно.

Лисе подумалось, что доверять настоятельнице Таланиэль после ее обмана она бы точно не стала, но все же понадеялась на милость Светлой Богини. Может с помощью настоятельницы они отыщут способ. Пусть теперь и без такого талантливого артефактора как магистр Молениус.

За успешный исход дела она даже бы выпила, но, ощущая легкое головокружение, не стала просить наполнить свой бокал снова. Она жадно вцепилась в предложенный Эшем сок, тут же осушив половину стакана.

Отправлялись в Университет все в той же давящей тишине. Магистр Хайте, вновь вернувшаяся в свое привычное флегматичное состояние, помогла Кристиану открыть портал, куда один за другим шагнули сначала адепты, а после преподаватели вместе с магессой Темпора.

Все четверо молча стояли в портальном зале, словно все еще не верили, что снова вместе. Кристиан попрощался с магистрами и тоже покинул зал, давая Лисе возможность побыть с друзьями. Нужно было возвращаться в пансион, но расставаться не хотелось: будто после всего, что произошло, даже короткая разлука несла что-то тяжелое и безрадостное.

– Нужно идти, – проговорила, наконец, Миранта. – Хочется по-настоящему отдохнуть.

Риз лишь сжал кулаки, не имея возможности обнять ее. Вместо него за руку эльфийку взяла Лиса. Она переплела ее пальцы со своими и ободряюще кивнула.

– Мы справимся.

– Конечно, справимся, – подтвердил Эш, обнимая их обеих. Как ни странно, на орка браслеты Миранты не действовали.

– Ребят, – попросила Миранта. – Идите, мы вас догоним. Дайте нам с Крисом поговорить.

Лиса, взяв Эша за палец, потянула к выходу, размышляя по пути, что ей тоже было бы неплохо поговорить кое с кем. Взгляд ее зацепился за украшенную лестницу, и она вспомнила, что сегодня Бал Длинноночья. Вот почему так пусто, все готовятся к балу.

– Малышка, – отвлек ее от мыслей Эш. – Наверное, странно сейчас об этом спрашивать, но ты просто подумай, ладно?

Она вопросительно посмотрела на своего гороподобного, но, как оказалось, не менее уязвимого, чем все они, друга.

– О чем ты?

– Я о своем приглашении. – Эш смутился. – Я понимаю, что это не ко времени. Но ты только скажи, я пойму. Мне просто нужно знать.

Лиса задумчиво шагала по лестнице, размышляя, как поступить.

– Давай сделаем так, – решила она. – Сейчас нужно действительно отдохнуть, как сказала Миранта. Поэтому обговорим все завтра за завтраком. Хорошо?

Эш кивнул, подставляя ей локоть. Такой знакомый жест. Все верно. Они всегда так ходили по территории Университета. Тепло и благодарность наполнили ее.

Дорога от корпуса до пансиона выдалась быстрой. Хоть магистры и постарались сделать всю территорию Университета не слишком холодной, однако сейчас повсюду лежал снег, как дань традиции праздничной ночи. Парк друзья пересекли почти бегом. У пансиона Лиса легко взяла Эша за руку на прощанье и, обернувшись, вспомнила:

– С праздником, Эш, – сказала она. – Загадай что-нибудь хорошее. Ведь сегодня все желания исполняются.

– С праздником, малышка, – растянул губы в улыбке Эш.

Коридор на втором этаже будто жужжал. Из комнат то и дело слышались взрывы смеха. Девочки готовились к балу. Лиса поймала себя на мысли, что, несмотря на все случившееся, ей бы тоже хотелось выбросить из головы все переживания и окунуться в легкую праздничную атмосферу. Почувствовать, что все прошло, как дурной сон. Покружиться в танце, да просто похохотать без особого повода, словно ничего и не было.

Дверь в их комнату была закрыта, а ключа у нее с собой не было. Где и когда она его потеряла, кто теперь скажет? Пришлось возвращаться к нирре Брунгильде. Комната комендантши была закрыта, но в ответ на стук послышался бодрый голос гномки. Открыв дверь, та увидела Лису, ахнула и почти рывком затащила девушку внутрь. Внешний вид комендантши заставил Лису остолбенеть. Завитые рыжие волосы гномки и густые голубые тени на ее глазах смотрелись… необычно. Нет, Лисе приходилось видеть всю эту раскраску на Миранте и других девушках, но, чтобы нирра Брунгильда… Никогда. Нет. Никогда-никогда.

– Лиса, Лиса! – верещала комендантша, не обращая внимания на ошалевший вид гостьи. – Ты должна, нет, ты просто обязана мне все рассказать. Тут такое было, а я только краем уха слышала. Все меня спрашивают, а я и не знаю.

– Что, нирра Брунгильда?

Лиса ощутила, как холодок пробежал по ее спине.

– И она еще спрашивает! – пробурчала комендантша. – Сначала прибегают эти, из Управления. Помнишь, тот, что с тобой был раньше? В первую нашу встречу.

– Ламар? Янис Ламар, он? – уточнила Лиса.

Гномка кивнула.

– Да, точно, он. Врывается он, значит, с двумя такими… – нирра Брунгильда вытянула ручку вверх как можно дальше, показывая рост прибывших, – и говорит, чтобы я позвала тебя, потому что дело срочное. Но я ему сразу так и сказала, что, мол, тебя нет, что вы с Мирантой и ребятами отбыли еще дня три… постой, когда, то бишь, это было? Ну, неважно. Отбыли, мол. Он давай тут метать гром и молнии. Говорит, что быть того не может. Что маячок какой-то указывает, что ты в Университете. Какой, говорю, маячок? Но он объяснять не стал, в сторону Центрального корпуса побежал. А мне, стало быть, думай, что хочешь. В другой раз не пущу его вовсе.

Лиса внимательно слушала гномку и сравнивала ее рассказ с тем, что знала сама. Значит, по мнению Ламара, на ней был какой-то маячок. Интересно, какой? И почему тогда ее искали так долго? Ведь они пришли только тогда, когда она отправила на помощь Янку.

– А потом, потом как загрохотало, – продолжала рассказывать нирра Брунгильда. – И завыло так страшно. Я даже подумала, что все. Конец света пришел. Все, как в бабкиных преданиях. Свет померк и грохот повсюду. Визгу было-о-о! Жилички все повыбегали, одна другой краше. А после стихло все. Магистры по корпусам разошлись, успокоили всех. Сказали, что на Факультете Ментальной магии что-то вышло из-под контроля, вот и грохнуло. Но я-то не совсем еще!

Брунгильда постучала себя по темечку.

– Ну что ты молчишь? А? И потом, говорят, что магистр Молениус замешан был в этом. Неужто правда?

– Нирра Брунгильда, я не могу ничего рассказывать, – Лиса посмотрела на нее с сожалением. – С меня клятву взяли.

Пусть уж лучше так, чем сейчас открыть все тайны. Ведь неизвестно еще, что решат магистры. Нирра Брунгильда поджала губы, но потом махнула рукой.

– Ладно. Но кончилось-то все хорошо?

Лиса кивнула.

– Вот и славно, – гномка затихла, а после всплеснула руками. – Да что ж я все копаюсь? Муж заждался небось. Он меня сегодня на бал пригласил. А ты почему не идешь?

Лиса дернула плечом.

– Да мы как-то уже наплясались.

– Чушь, – постановила нирра Брунгильда. – Я в твои годы знаешь, как отплясывала? М-м-м, даже мужу совестно рассказывать.

– Нирра Брунгильда, а у вас запасного ключа не будет от нашей комнаты? – решилась все же спросить Лиса, чувствуя, что гномку не остановить. – А то потеряли мы с Мирантой, и сами не знаем, где.

– Эх, ветродуйки, скачут, скачут, себя не помнят, – посетовала нирра Брунгильда. – Найдется, как не найтись. У меня все всегда на месте. На то я и комендант.

Гномка залезла куда-то в комод и тут же протянула Лисе ключ, точь-в-точь, как утерянный.

– Доброй ночи, нирра Брунгильда, – тепло попрощалась с ней Лиса.

– Неужто и впрямь на бал не пойдете? – расстроенно протянула та. – Там, говорят, магистры сущую сказку придумали.

Лиса вновь покачала головой и повернулась к лестнице.

– Сказок нам тоже хватило.

– Ну, может оно и к лучшему. Уж больно бледная ты, точно снегом напудрилась, – приглядевшись, заметила гномка. – Иди-ка и правда отдохни что ли. Даже обидно, что пропустишь бал. Да, а подружку свою где потеряла?

– Сейчас подойдет, – ответила Лиса. Она уже поднялась на несколько ступенек. Пришлось снова остановиться, чтобы ответить на вопросы гномки.

Сокрушенные вздохи и ворчание комендантши так и сопровождали девушку до самой комнаты. Даже привычный скрип ступенек не заглушил их.

В комнате было тихо и темно. Лиса не стала зажигать лампы. Она бесшумно знакомым путем прошла к кровати и, усевшись на нее, попыталась припомнить, сколько не спала на ней. Пять дней? Шесть? Да, похоже на то. Так мало и так непостижимо много.

Поднялась и подошла к окну. За стеклом красиво падал снег. Вечер радовал идеальной погодой, созданной магистрами. Даже фонари на улице загадочно светили, обещая чудеса. С улицы доносились приглушенные голоса и смех. Адепты праздновали Длинноночье.

Миранта тоже не стала зажигать светильники. Лиса спиной почувствовала ее взгляд и повернулась, опершись о подоконник.

Эльфийка молча смотрела на подругу. В свете уличных фонарей глаза ее блестели слезами, выдавая эмоции. Лиса, поколебавшись, шагнула вперед и обняла ее. Та, будучи выше подруги, легко обвила девичьи плечи, и создалось впечатление, что именно Миранта утешает Лису, а не наоборот. Постояв так немного, Лиса разомкнула объятия и потянула эльфийку за руку к окну.

– Смотри, как красиво, – сказала она, глядя на крупные хлопья снега. – Волшебная ночь.

Миранта молча вздохнула.

– Когда мы уезжали, то совсем не так представляли Длинноночье, верно? – спросила эльфийка. – По крайней мере, я.

– А как ты его представляла? – спросила Лиса, вспоминая свои ожидания.

– Думала, мы оставим Раммарина с носом и побежим с ребятами на Бал.

Лиса хмыкнула.

– Конечно, с первым пунктом не вышло, – начала говорить она и замолчала. – Но мы все еще можем сходить на Бал, если хочешь.

– Все уже ушли, – ответила Миранта, качая головой. – Я встретила девочек на лестнице.

Лиса пожала плечами.

– Ну и что? Разве есть правильное время, чтобы прийти на Бал? Ведь он будет идти почти всю ночь. А хочешь, возьмем ребят и отправимся в город, погуляем по Центральной улице? Или ты устала?

Миранта задумалась, потом покачала головой. Лиса помолчала. Вопросы мучили ее, однако она не хотела терзать подругу. И в то же время ей нужно было знать.

– Мира, – неловко начала она. – Раммарин, он… он обидел тебя?

Девушка повернулась и посмотрела на Миранту. Лицо той было спокойно. Она качнула головой. Тишина в комнате нарушалась лишь их дыханием.

– Не так, как ты думаешь. Сначала меня просто держали на какой-то гадости без сознания. Вливали новую порцию отвара, и я снова отключалась, – проговорила эльфийка спустя мгновения, которые показались бесконечными. – И так до тех пор, пока Раммарин не привел меня в чувство.

Пальцы Миранты неосознанно потерли скулу, и Лиса догадалась, как именно он это сделал. Кулаки сжались сами собой.

– Потом, когда я очнулась, все вспомнила. Наше сражение, предательство, гиб… гибель Криса, – эльфийка сглотнула. – Раммарин снизошел сообщить мне о готовящемся обряде. Подлый рейвен.

Миранта скривилась, вспоминая несостоявшегося жениха.

– Я сказала, что он может убить меня, но согласия не получит, – она горько усмехнулась. – Знаешь, что он ответил?

Лиса покачала головой.

– Просто схватил за горло и сказал, что убить – это не проблема, но ему нужно кое-что другое от меня. Пока что. – Зубы Миранты сжались, и она замолчала на несколько мгновений. – А потом пригрозил смертью матери и брата, если я не соглашусь.

Эльфийка зябко повела плечами и обхватила себя руками, пытаясь согреться.

– Там было холодно, – продолжила она. – холоднее, чем сейчас за окном. Я до сих пор чувствую этот холод.

– Что ты ответила? – Лиса слушала подругу и сравнивала ее ощущения со своими.

– Отказалась. – Миранта снова усмехнулась. – Очень порадовала его перекошенная от злости морда, когда он уходил. И вот она я – убивай, сколько влезет, а нельзя. Хотя, мне тогда, после смерти Криса уже, кажется, все равно было. Сначала. Потом наоборот, отомстить хотелось. И сейчас хочется. А тогда… Думала сбегу ночью, пока он не добрался до родных. Попыталась, но стража перехватила меня почти сразу. Тяжело бежать, когда твои ноги в эльфийском аркане. А там уж и Раммарин вернулся на следующий день, объявив, что согласия с моей стороны больше не требуется. Что ритуал проведет его жрец, тому согласие не нужно.

Миранта закрыла лицо руками и, замерев на несколько секунд, потерла его, пытаясь скрыть непрошеные слезы. Лиса сделала вид, что не заметила этого.

– Я не знала, что делать, Лиса, – призналась подруга. Отчаяние все же прорвалось в ее голосе. – Пыталась уговаривать его, объясняла, что из этого союза ничего путного не выйдет, что я никогда не перестану ненавидеть его. В конце концов, сказала, что ему даже опасно иметь такую жену, как я. Но он лишь смеялся в ответ и говорил, что моя любовь – последнее, что ему нужно, а близость опасности даже будоражит. Его интересует лишь законное наследство, связь с нашим родом, имеющим такой сильный дар Жриц Храма. Это и еще, пожалуй, наследник – вот все, что ему от меня нужно.

– Если он хотел всего этого, то почему не провел сразу обряд венчания? Почему такой длинный путь? К чему так долго ждать после обручения? – спросила Лиса.

Миранта задумалась.

– Может, потому что незаконность этого выплыла бы наружу? Ведь он знал, что я не стану молчать и надеялся на действие браслетов. А он, каким бы мерзавцем ни был, старался не вызвать гнев Императора. Думаю, что его как главу темных эльфов пригласили на сегодняшний Бал во дворце.