Дневник летних закатов

Наши дома похожи – одна улица, один воздух, одна привычка оставлять двери открытыми летом. Но у них есть камин, и он всегда выбивается из этого пляжного набора, и я каждый раз на него смотрю, как на доказательство, что Эдисто бывает не только летним. Я вспомнила, как мы когда-то приехали сюда зимой: море было рядом, но ветер пробирал до костей, и мы сидели в доме, грелись какао и жгли бенгальские огни. И сейчас мне почему-то вспомнилось именно это.

– Привет! – Луи за две секунды слетел с лестницы и чуть не сбил меня с ног. – Эй! Ты съела первую порцию! – он указал на крошки у моих губ. – Мошенница.

– Кто первый встал, того и тапки, – я гордо улыбнулась и вышла вслед за Бридж. Она уже ждала нас всех на улице.

Я шла рядом с Бридж, слушая, как за спиной смеются мальчики.

– Луи скучал по тебе. И Крис… тоже, – Бридж сжала мою руку. – Прошлый год был для него… непростым. Это лето ему очень нужно.

– Непростым из-за чего? – я нахмурилась. – Что случилось?

Бридж замедлила шаг и посмотрела на меня так, будто взвешивала, сколько мне можно сказать.

– Просто будь рядом, – Бридж улыбнулась, но как-то грустно. – С тобой ему легче, Мира. Даже если он не показывает.

Я хотела спросить больше, но Луи окликнул нас сзади:

– Эй, вы чего так медленно? – он пронесся между нами, расцепив наши руки. – Мы голодные!

Я вдруг порадовалась, что разговор оборвался сам.

Бридж рассмеялась и ускорила шаг. А я обернулась. Крис шел позади, глядя куда-то в сторону океана. На его лице не было той беззаботности, что у Луи.

И мне стало холодно, несмотря на утреннее солнце.

Мы зашли в дом. Мама уже проснулась и, казалось, только вышла из душа, – ее волосы были влажные, а на плечах лежало полотенце.

– Бридж! – она увидела нас и в первую очередь подбежала к своей подруге. – Когда вы приехали?

– Сегодня ночью. Мы не стали вас беспокоить, – Бридж чмокнула маму в щеку и обняла в ответ.

Затем свою порцию объятий получили Луи и Крис, и мы наконец разместились за большим столом в гостиной. Кенни еще спал, и мы решили, что раз он спит, значит и печенья ему не достанется.

Мама заварила себе кофе, а нам сделала сладкий чай.

Моя мама была ярым противником кофе до совершеннолетия, ведь считала, что он «негативно сказывается на нервной системе детей». Но мы с Бридж заключили безмолвное согласие, что у нее дома мне можно пить все, что я захочу. Из-за этого в четырнадцать лет я попробовала вино, а в пятнадцать пиво. В эти моменты я чувствовала себя взрослой!

Мы завтракали долго. Разговоры не прекращались ни на секунду, в какой-то момент к нам присоединился Кенни. Он не ожидал увидеть гостей, но был безмерно рад этому. Ему осталось совсем немного печенья, но, казалось, его это совершенно не беспокоило. Как и никого не волновало то, что почти все съела я.

Большую часть времени я молчала и с улыбкой смотрела на нашу семью. Я наконец была по-настоящему дома, в кругу любимых людей. Я боялась, что это будет «не моим летом», как в песне The Academic – Not Your Summer*. Но все постепенно обретало знакомые очертания, я вспомнила почему люблю океан, почему так жду начала лета и почему я целый год рисую на уроках в тетрадке ракушки.

Глава 6

12 июня

Пляж сегодня был особенно оживлен. Группа туристов, остановившаяся в отеле неподалеку, расстелила свои покрывала на побережье, расставила мангалы и очень громко слушала музыку. И если бы все это не происходило прямо под нашим домом, то я бы и не обратила на это внимания, но с самого утра под моими окнами столько шума, что внутри всё стягивалось.

После ужасного сна прошлой ночью я надеялась хотя бы выдохнуть. Но с десяти утра сидела с закрытыми окнами и в наушниках – просто чтобы слышать себя. Кенни пару раз заходил, что-то бурчал, но я даже не пыталась вникать. Если ему нужно было с кем-то поругаться, задний двор всегда к его услугам.

На завтрак я вышла лишь в двенадцатом часу. Мама и Бридж сидели в гостиной и смотрели телевизор.

– Сырники в холодильнике, милая, – сообщила мама, не отрывая взгляд от экрана.

– Мира, ты сегодня планируешь куда-то идти? – спросила Бриджет, развернувшись ко мне. – У нас кончилось пиво. Была бы очень признательна, если ты сможешь пополнить его запасы.

– Я хотела сегодня провести день дома.

– Попроси Криса свозить тебя до магазина. Он сегодня весь день валяется на заднем дворе, – заключила Бридж и вновь вернулась к просмотру какого-то тв-шоу.

Что ж, видимо, сходить за пивом было уже не просьбой, а приказом. Возможно, удастся уговорить Криса свозить меня на дальний пляж, где я смогу хотя бы искупаться и позагорать. Мне не нравилась идея того, что я буду светить своими бикини перед десятком людей, нежась у бассейна.

– Хорошо.

После завтрака я надела под одежду купальник, а затем вышла во двор и побрела к соседнему дому.

Крис сидел на шезлонге, уткнувшись в книгу. Он был в одних шортах, и это слегка смутило меня. Но почему? Я столько раз видела его полуобнаженным, летом он вообще наотрез отказывался надевать что-то наверх и вечно ходил в одних шортах. Но сейчас я задержалась у угла дольше, чем нужно, прежде чем выйти к нему. Мы впервые с того года должны были остаться наедине. Я давно старалась не возвращаться к этим мыслям, но взгляд всё равно зацепился за него слишком быстро.

Я сделала глубокий вдох и пошла к нему. Крис даже не поднял взгляда, пока я не подошла вплотную.

– Привет.

– Привет. Ты… видел меня? – спросила я зачем-то и мысленно ударила себя по голове.

– Можно сказать и так. Что случилось? – он опустил книгу к себе на колени и взглянул на меня. – Если тебе просто скучно, то дома Луи.

– Я не затем пришла. И вообще, если бы мне было скучно, то почему ты прогоняешь меня к Луи? Разве я не могу хотеть провести время с тобой… – я на секунду замолчала, – и с Луи вместе. Вы же вроде как комплектом идете…

Что я, черт возьми, несу? Я похоже перегрелась на солнце, иначе я не могу объяснить тот факт, что говорю сейчас какую-то околесицу.

– В любом случае, Бридж и мама послали меня за пивом. Сказали, что ты можешь довезите меня до магазина.

– В чем проблема сходить пешком? Магазин вроде не в Чарлстоне, – Крис продолжал лежать на месте и даже не собирался встать, чтобы поехать со мной.

– Я хотела попросить тебя еще кое о чем. На пляже много людей, – я указала большим пальцем себе за спину. Хотя Крис и сам, наверное, слышал и видел их. – Я подумала, что было бы неплохо съездить на пляж и искупаться.

– Поплавай здесь. Тебе же эти люди не запрещали, – он всем своим видом показывал, что ехать никуда не собирался.

Да, я могу поплавать и здесь. Просто не хочу! А ему совершенно не составит труда свозить меня на часик подальше от этих туристов.

– Крис… Я не хочу плавать здесь. Пожалуйста… – я села к нему под бок и сложила руки в умоляющем жесте. – Они же тоже тебе надоели, не таки ли? Тебе и почитать будет лучше подальше, разве нет?

Крис вздохнул, но наконец сел. Его плечо касалось моего, кожа была горячая из-за полуденного солнца и уже успела немного подзагореть. Я любила его загар. И загар Луи. Так они смотрелись естественно, будто родились с ним. С белой кожей я почему-то вообще не могла их представить.

– Дай мне десять минут, – Крис поднялся и встал напротив меня. Он неожиданно положил руку мне на голову и взлохматил мои волосы.

– Эй! Я вообще-то расчесывала их…

– Незаметно. Лучше собери их в хвост, иначе вся машина будет в твоих волосах.

Я надула щеки, но все равно достала из кармана резинку и завязала волосы. Я осталась сидеть на месте, пока Крис собирался.

– Ты идешь? – выглянул он из-за стеклянной двери, и я сразу же вскочила и побежала к машине.

Усевшись на переднее пассажирское, я откинула голову на спинку и прикрыла глаза. Крис завел машину и мы направились в ближайший магазин, где работает одна чудесная тетушка. Она единственная, кто продает нам алкоголь, потому что знает наших мам уже два десятка лет, ну и они не раз посылали нас купить им пива или вина. Этой ситуацией умело пользовались парни, покупая себе бутылочку сидра, прикрываясь мамами.

– Может, музыку хотя бы включишь? – я поставила пакет с пивом на заднее сиденье. – Это так уныло ездить в тишине.

– Меня она отвлекает. Если что-то не устраивает… Дом недалеко , – Крис включил кондиционер и положил руки на руль.

Мне некомфортно в этой тишине. Я слышу стук своего сердца и то, как размеренно и тихо дышит Крис. Я ненавижу эту неловкую обстановку между нами, хотя не думаю, что Крис считает также. А еще больше я боюсь. Боюсь оставаться с ним наедине, потому что мое тело перестает меня слушаться, а мозг отключается. И только сейчас я поняла, что это было моей ошибкой ехать с ним на пляж.

– Ты чего задумалась? Обиделась? – Крис сложил руки на груди и лег на сиденье. Он не торопился заводить двигатель.

– Нет, не обиделась. Поехали, – Крис лишь кивнул и мы отправились до дома.

Я быстро занесла пакет и вновь села к нему в машину. Пляж находился не сильно далеко, но пешком в такую жару мало кто рискнет туда пойти.

– Что бы ты хотела сделать завтра? – Крис прервал молчание, но вопрос задан был именно так, что я поняла, – ему все-таки тоже было не сильно комфортно.

– Я думала, это вы с Луи и Кенни должны думать об этом.

– Ты уже не маленькая и вполне сама можешь сказать, чего хочешь. А мы все устроим.

– Так неинтересно, – я нахмурилась. – В этом и прелесть дня рождения, что я не знаю, какое приключение вы придумаете для меня.

– У нас уже закончились идеи за столько лет, – Крис поправил прилипшую ко лбу челку и посмотрел на меня.

– Следи за дорогой, – все мои надежды на нечто увлекательное в мой день разбились, и говорить больше не хотелось.

Крис перевел свой взгляд обратно на дорогу, но к этому моменту мы уже добрались до пляжа.

Я вышла из машины, захватив из багажника покрывало. Расстелив его на песке, я неспешно стянула с себя одежду и легла на него.

– Ты крем от загара нанесла? – спросил Крис, садясь рядом со мной.

– Утром.

– Ты знаешь, что его нужно обновлять каждые несколько часов? Ты обгоришь.

– Ла-а-а-адно, – я поднялась и выудила из сумки тюбик с кремом.

– Тебе помочь? – Крис потянулся к нему, но я резко дернула рукой, отмахнувшись. Не хватало еще, чтобы он почувствовал, как я трясусь, когда он касается меня.

– Не стоит. Я сама справлюсь, – я нанесла крем на кожу, но до спины дотянуться оказалось тяжелее, чем я думала. Обычно с этим делом мне помогала мама или Бридж.

– Сама? – Крис не отводил от меня взгляда. – Дай.

Я махнула головой и продолжила свое дело.

– Отдай, – более напористо проговорил Крис и, наклонившись надо мной, выхватил у меня тюбик. – Ты такая же вредная, Мира. В кого интересно ты такая?

– В тебя, – я хмыкнула и повернулась к нему спиной. – Раз взялся помогать, то помогай, а не языком трещи.

Крис посмеялся и выдавил крем себе на руки. А затем его теплые руки коснулись моих плеч. Я вжалась головой в плечи, обхватила лодыжки руками, будто стараясь в прямом смысле держать себя в руках. Он приятно массировал каждый участок кожи, аккуратно обходя завязки от купальника. Когда он дошел до низа спины, я резко дернулась и вскрикнула:

– Щекотно!

А его это только позабавило. Он нарочно начал щекотать меня за бока и живот, а я повалилась на песок и задыхалась от безудержного смеха. Крис прекратил лишь тогда, когда я начала пинаться ногами и чуть не зарядила ему по носу. Он смотрел на меня сверху вниз какое-то время, пока я тяжело дышала и пыталась прийти в себя. Он замер на секунду, а потом резко встал и сел чуть подальше.

– Песок прилип к коже из-за тебя. И в чем был смысл этого крема, если я сейчас его смою? – я начала неловко отряхивать песок с рук, а взгляд бегал туда-сюда, пытаясь зацепиться хоть о что-то. Но я все равно исподлобья посмотрела на него.

– Обычно крема водостойкие. Загарай. Песок успеешь смыть с себя, —он почесал макушку и обхватил свои колени руками.

Я молча легла на покрывала, скрыв раскрасневшееся лицо полотенцем, и не заметила, как задремала.

Проснувшись, я не обнаружила его рядом. Но, сев и осмотревшись, я поняла, что от жары он скрылся в машине. Не долго думая, я направилась к нему и постучала в окно.

– Почему ты оставил меня запекаться на солнце, а не разбудил?

– Ты проспала минут шесть. Не успела бы превратиться в стейк, не переживай, – он опустил сиденье так, чтобы было удобно лежать на нем, и читал книгу.

– Убери, пойдем искупаемся, – я открыла дверь и села на порог машины.

– Иди сама. Мне и тут хорошо, – он закрыл книгой лицом.

– Ты приехал ради меня на пляж и ты думаешь я позволю, чтобы ты просто сидел в машине под кондиционером? – я взялась за его руку и потянула на себя. Крис немного сдвинулся, но моих сил не хватило, что притянуть его сильнее.

– Слабачка, – он усмехнулся. – Да и вообще, ты сама сказала, что мне будет удобнее читать здесь.

– А я передумала! Прямо сейчас!

Ненавижу, когда меня называют слабой или другими синонимами этого слова. Я встала на ноги и схватилась двумя руками за него и со всей силы дернула его. Спина Криса наконец оторвалась от сидения и у меня получилось поднять его!

– Ладно, беру свои слова назад. Ты стала чуточку сильнее, – он широко улыбался и я не могла не смотреть на его лицо. Я думала, что он вообще потерял свою способность так улыбаться, но, как я вижу, все в порядке.

– Пойдем. Освежись немного, – я положила руку на его книгу и опустила ее ему на живот.

Крис поддался и мы двинулись к воде. Она была сегодня спокойной, а значит, должна быть теплой. Я зашла по пояс, когда как Крис с разбегу вбежал в воду, брызгами задев мою еще сухую кожу. Я уже готовилась нырнуть, чтобы привыкнуть к холодной воде, как Крис стал неистово размахивать руками и брызгать меня, пока я окончательно не намокла и уже от безысходности не нырнула под воду. Я зажмурила глаза и, разгребая воду руками, плыла. Теперь я чувствовала не раздражающий холод, а приятную прохладу, а вода наконец смысла с меня противный песок и липкий крем. Когда кислород закончился, я вынырнула из воды и оказалась совсем недалеко от Криса. Он стоял в воде по плечи и наблюдал за моим барахтаньем.

Мы купались до тех пор, пока конечности не начали неметь, а губы не приобрели синюшный оттенок. По крайней мере у меня. Крис, казалось, привыкал абсолютно к любой температуре воды и чувствовал бы себя вполне комфортно даже в проруби. Мы вышли на берег и побрели к машине, захватив с собой мою сумку и покрывало. Песок налип на мокрые ноги, но нам было как-то все равно. Мы наконец-то подключились с Крисом к одной волне и непринужденно болтали, иногда смеясь с какой-нибудь глупости.

Я залезла на сиденье машины и начала поднимать ноги, как Крис сел перед мной и протянул свою руку.

– Дай отряхну. Мама будет не рада песчаным горам на ковриках, – Крис улыбался. А я без задней мысли положила ногу ему на руку. Он аккуратно стряхнул почти весь песок, и затем я полностью забралась в машину.

По своей глупости я забыла взять полотенце и было немного прохладно после воды, а моя майка особо мне не помогала согреться. Кожа все еще была влажная, а включенный кондиционер в машине сулил мне скорой простудой.

– Держи, – Крис протянул мне свою футболку. Что-то мне это напоминало…

– Точно! – выкрикнула я, – Тогда, в прошлом году, когда ты подвозил меня в дождь до дома. Ты отдал меня свою футболку с яхт-клуба. Я должна вернуть ее тебе. – Я накинула его майку себе на плечи и она оказалась теплой. Это слегка успокоило мою дрожь.

– Не стоит. Мне выдадут новую в этом году. Можешь выбросить ее. Хотя я удивлен, что ты не сделала это раньше.

– Почему я должна было выкинуть ее? Это же не моя вещь.

– Я почему-то думал, что ты будешь сильно рассержена на мен… нас и захочешь избавиться от футболки в порыве гнева. Но, как я вижу, ты не сильно то обиделась.

– Ты считаешь, что я должна была из-за вашего неожиданного отъезда впасть в ярость и разорвать все ваши вещи, которые есть у меня? – я смотрела на него немного рассерженно.

– Так ты не обиделась?

Я обиделась. И сильно расстроилась. А еще больше я боялась, что мы не увидимся. Но я не хочу, чтобы Крис думал, что я маленькая обидчивая девочка, которая не понимает, что в жизни может случиться всякое.

– Я не обиделась. Но вы могли хотя бы позвонить или написать. Я переживала, – я опустила голову и вздохнула. Вроде, сказала вполне естественно и непринужденно. Так и должна говорить подруга, наверное…

– Прости, я не думал об этом, – его лицо помрачнело, будто я задело то, что он спрятал внутри себя.

– Произошло что-то серьезное? – я не на шутку испугалась. Я столько раз пыталась выкинуть все плохие мысли из головы и всем сердцем надеялась, что это просто так сложились обстоятельства.

– Я не думаю, что готов рассказать тебе все сейчас. Это… не то, чем я бы хотел с тобой делиться.

Его слова задели сильнее, чем я ожидала. Мне казалось, что между нами нет и не было секретов. И насколько бы плохо не было одному из нас, мы всегда знали от чего. Но Крис поставил тяжелую кирпичную стену между нами, будто говоря: «Ты не тот человек, с которым я хочу делиться своей болью». Мне стало тесно в машине, я отвернулась к окну и больше ничего не сказала.

Крис завел машину, включил тихую музыку и мы, не проронив ни слова, доехали до дома.

Я валялась на кровати, пока за стеной мальчишки играли в Манчкин, а мамы сидели на террасе и болтали за бутылкой вина. Я то и дело слышала вскрики брата и смех Луи. Крис во время этой игры чаще всего был сосредоточен, поэтому лишь изредка можно было услышать его шиканье и удары по столу.

Луи звал меня присоединиться, но я была точно не готова к тому, чтобы еще раз увидеть Криса. В голове был наш сегодняшний разговор и Крис ясно дал мне понять, что многое из его личной жизни для меня недоступно. А я была уверена, что это касается именно его, потому что таким тоном точно не будут говорить о делах матери или брата.

Каси позвонила мне ближе к девяти. Мы проболтали несколько часов, пока она не ушла спать. Я тоже решила, что пора наконец выспаться, да и завтра мой день рождения, не хочу встречать его с синяками под глазами и зеленой кожей.

После душа я переоделась в пижаму, расправила кровать, скинув одеяло на пол, и, укутавшись в плед, завалилась в постель. Свет в комнате всех еще был включен, но мне было лень вставать и выключать его. Я все равно планировала еще прогуляться до кухни, чтобы захватить стакан воды, поэтому пока продолжала лежать в кровати и залипать в телефон.

В глубине души я надеялась, что ребята и мамы придут поздравить меня в полночь. Но за дверью комнаты все также было шумно и никакого намека на поздравление и не было. Я ворочалась туда-сюда, и наконец вскочила с кровати. На часах половина двенадцатого.

Я вышла в коридор и прошла мимо игровой, словно призрак. Не хотела я, чтобы меня заметили. Спустившись на кухню, я налила себе стакан воды и уже направилась к лестнице, как меня окликнула мама:

– Мира, подойди! – они все также сидели на террасе, а пустая бутылка от вина стояла под столом.

– У вас сегодня разнообразие алкоголя, я смотрю, – я вышла во двор и села на кресло, укутавшись в мамину кофту.

– Отмечаем! – вскрикнула Бриджет, и они с мамой чокнулись бокалами. – Ты выглядишь грустной. Что случилось с моей малышкой?

Я даже не знала, что именно я могу им рассказать. Точно не просто Криса. Это то самое, которое я хочу оставить между нами в надежде, что однажды Крис сможет открыть этот секрет лично мне. Но и про так ожидаемый мной день рождения я говорить не хочу, ведь кто вообще напоминает про это? Да и Бридж с мамой вряд ли забыли, я все-таки «их» дочь.

– Все хорошо, я просто перегрелась на солнце сегодня, – я улыбнулась.

– Пусть будет так, – Бридж посмотрела на меня, но затем вернулась к распитию вина.

– Ты не играешь с мальчиками? – вмешалась в разговор мама. – Они в Манчкин вроде играют. Тебе нравилась эта игра.

– Я просто не хочу. Я всегда чувствую себя аутсайдером, играя с ними. Я лучше дождусь папу и Каси.

Манчкин была нашей любимой игрой, и каждый раз, когда мальчики звали присоединиться, я думала, что они подмешивают мне карты, чтобы я была в самом низу и не могла подняться до десятого уровня. Я всегда бросала игру на середине, делая вид, что мне всё равно.

А вот в Уно я люблю играть. Нет никого, кто мог бы победить меня больше двух раз подряд. Я всегда избавлялась от карт настолько быстро, насколько это возможно, не пренебрегая и жульничеством. Раз мальчики могут мухлевать, то и я не промах, и могу выбить себе победу любой ценой. Но в Уно со мной не играют, так как мой обман часто вскрывался и я превращалась в мошенника, которого бойкотировали почти весь день.

– Крис уезжает в колледж в этом году. Не могу представить, что мы с Луи останемся вдвоем, – Бриджет облокотилась локтями на стол и вздохнула. – А Луи уедет в следующем. Как же быстро растут дети.

– Они планируют уехать из Бриджтона? Я сомневаюсь, что твой мальчик Луи способен уехать куда-то за пределы Нью-Джерси, – мама посмеялась.

– Как ты пережила отъезд Касии? Ты так легко смирилась с тем, что твоя старшая дочь уехала далеко от дома?

Мама улыбалась. Наверное, ей было тяжело, когда Касия поступила в колледж. Но у нее были мы с Кенни и папа. Не думаю, что у нее было время долго тосковать.

Каси всегда казалась взрослой – даже когда нам было по десять. Она знала, как помочь, как поддержать и, в отличие от мамы, всегда выслушивала мои детские и подростковые проблемы. Она знает о моих чувствах к Крису, но она никогда не смела смеяться надо мной или как-то упрекать. Все мои поступки были тем или иным образом оправданы, и, мне кажется, я никому не могла довериться также, как ей.

– Каси повзрослела раньше, чем я успела моргнуть. Кажется, она не сильно то и нуждалась в нас, – мама вздохнула. – Я думаю, благодаря Кенни и Мире мне было легко. С ними некогда скучать.

– В глубине души я надеюсь, что Крис и Луи всегда будут рядом. Девочек проще отпускать, – Бридж подняла телефон со столика и посмотрела на дисплей. – Мира.

Глава 7

13 июня

– Да? – я слушала их разговор сквозь легкую дрему. Теплая летняя ночь расслабляла, а шум волн работал как колыбельная, под которую я так любила засыпать.

– С Днем рождения, милая, – Бридж поднялась со стула и, сев на край кресла, крепко обняла меня и поцеловала в макушку.

Мама поздравила следом, сунув мне в руку что-то маленькое и прохладное. Сквозь темноту я смогла разглядеть серебряный блеск и поняла, что это была цепочка. Простая серебристая цепочка. В знак благодарности я поцеловала маму, но внутри все еще был легкий трепет от ожидания мальчиков. Я боялась, что сегодняшняя ночь вновь будет бессонной, ведь я никогда не могу заснуть, когда жду чего-то!

Бридж гордо вручила мне большую коробку, перевязанную золотистым бантом. Внутри оказалось платье, очень праздничное и с открытыми плечами.

– Я хочу увидеть тебя в нем на выпускном балу. Надень его для меня, хорошо? – ее взгляд был мягким, почти также смотрят на новорожденных детей.

Затем мамы вернулись к своим разговорам, когда как я решила вернуться в постель. Поднявшись на второй этаж, я не услышала ни единого звука с игровой, к тому же нигде не горел свет. Поначалу мне показалось, что мальчики ушли спать, но стоило мне только появиться в дверном проеме, как пара цепких рук выхватили меня и я оказалась на чьем-то плече. В полной тишине мой голос звучал очень громко, я пыталась вырваться и наконец оказаться на полу, так как мальчики могли с легкостью сейчас скинуть меня со второго этажа в бассейн. Но ничего такого не последовало и мы даже не приблизились к балкону. Меня довольно жестко уронили на диван, и я приземлилась на какую-то твердую вещь.

– Больно! – я вскрикнула в надежде, что вся эта глупая шутка прекратиться и они наконец включат свет, чтобы я смогла оценить нанесенный мне ущерб. Но я слышала лишь топот вокруг себя и редкие хихиканья. – Кенни! Крис! Луи, ну пожалуйста, хватит.

Я уже скулила от безнадежности. Я понимала, что от них стоило ожидать нечто подобное, но шутка уже должна закончиться! В какой-то момент все стихло, и я даже задержала дыхание в ожидании, что же произойдет сейчас.

Свет включился. От неожиданной яркой вспышки мои глаза самопроизвольно зажмурились и я услышала громкий крик:

– С Днем рождения! – я открыла глаза и оглядела комнату. Передо мной стояли мальчики, а в дверном проеме, все также с бокалами, затаились Бридж и мама, они тихо посмеивались и что-то шептали друг другу.

В руках у Луи был белый йогуртовый торт, а Кенни держал в руках подарочный пакет. Я привстала с дивана и выставила руку перед собой, опасаясь, что этот прекрасный тортик прилетит прямо в меня.