Дневник

Глава 5

Мой одноклассник по кличке Голова Младший (он именно так просил себя называть: прозвище он унаследовал от старшего брата, которым, надо сказать, очень гордился; поэтому, когда мы его называли просто Головой, он не обижался), так вот, Голова Младший подошёл ко мне после уроков с предложением записаться в баскетбольную секцию. Я понимал, что он ищет человека, на чьём фоне сам будет выглядеть выигрышно, ведь он, насколько я знал, в отличие от меня, немного играл в баскетбол.

По словам ребят из нашего класса, уже не один месяц посещавших секцию, в группе, куда он собирался попасть, дебютантов не было и все парни достаточно неплохо играли. А Голова, следует отметить, не привык выступать в роли аутсайдера и трепетно относился к своей репутации альфа-самца. В школе поговаривали, что недавно он закрепил свой статус первым сексуальным опытом с рыжеволосой старшеклассницей с вечно бегающими, практически бесцветными, пустыми глазами, которую в городе называли Дикой. Вдобавок характером он обладал непростым, истерическим, как он сам говорил: «Я могу себе это позволить, ведь за мной мой старший».

Младший Голова был одержим двумя вещами — своей внешностью и своим половым органом. И при каждом удобном случае пытался либо продемонстрировать своё достоинство, либо обратить внимание окружающих на свою наружность. Особенно ему льстило, когда из-за копны светлых курчавых волос люди находили сходство между ним и поэтом Сергеем Есениным.

Его одержимость собой была настолько сильна, что иногда могла выйти за рамки дозволенного. Так, например, однажды на уроке украинского языка, пока учительница решала какие-то вопросы с коллегой в соседнем кабинете, он спровоцировал соседа по парте на громкий спор — сможет ли Голова показать всем свой член или нет. Всё случилось вмиг. Без каких-либо колебаний смельчак расстегнул брюки и гордо продемонстрировал своё достоинство присутствующим. В следующее мгновение в классе поднялся переполох. Все, кроме Кристины Зыриной и Женьки по прозвищу Мутант, увидев стоящего в центре класса со спущенными штанами Голову Младшего, начали либо отворачиваться, либо, ахая и охая, закрывать лицо руками.

Пока Голова с пенисом в руках громко кричал, призывая одноклассников взглянуть на него, Кристина, не стесняясь, во все глаза смаковала представление. После этого памятного урока она, уже не заставляя победителя спора долго её упрашивать, давала ему списывать по первому же требованию.

А вот Женька Мутант воспринял эту демонстрацию как личный вызов.

Женя был самым высоким в классе, ему с тринадцати лет без лишних вопросов начали продавать сигареты и спиртное в магазинах. Его услугами часто пользовались старшеклассники, отправляя за дешёвым вином и куревом. Мутант действительно выглядел старше. Ещё в седьмом классе начинающая учительница, пришедшая заменить заболевшую преподавательницу географии, увидев сидящего за последней партой небритого Женю, отказалась проводить урок.

— Мужчина, сейчас же покиньте помещение! Вы ведь взрослый человек, зачем издеваетесь надо мной! Я не буду проводить урок, пока вы не уйдёте отсюда! — Она в упор смотрела на него, а он от страха не мог промолвить ни слова. Молодой педагог восприняла это как провокацию и ещё больше разозлилась.

Мы все, придя ему на помощь, пытались объяснить ей, что Евгений наш ровесник — просто выглядит на тридцать. Она не поверила, думая, что мы её разыгрываем, и позвала директора.

Не знаю, кто именно был инициатором, но спустя какое-то время после описанного выше перформанса Женька Мутант и Голова Младший решили всё-таки выяснить, у кого из них двоих длиннее член.

Голова не признал поражения, поэтому ребята вынуждены были привлечь согласившихся стать третейскими судьями в этом споре Ваньку Дементьева и Мишу Ходырева. Судьи единогласно подтвердили победу Мутанта. Голова решительно не смирялся со своим фиаско и периодически возвращался к спору, критикуя неправильно проведённые замеры.

— Так что, ты зайдёшь за мной? В пятнадцать сорок пять у меня во дворе. — На меня с недовольным лицом смотрел Голова.

У него были волнистые белокурые волосы, большие, слегка оттопыренные уши, глубоко посаженные глаза светло-голубого цвета, крупный нос и маленький пухлый рот. Из-за сутулых плеч казалось, что мы с ним одного роста, в действительности же он был гораздо выше.

Мне очень хотелось ответить отказом, но ещё больше хотелось научиться играть в баскетбол. К тому же его вспыльчивый нрав мне был известен, так что я согласился зайти за ним, хотя для этого и требовалось сделать большой крюк.

Я пришёл минут на десять раньше, сел на лавку под деревом в центре двора и попытался перестать волноваться. Мысли всё возвращались к ребятам, которые ещё в начале года записались на баскетбол. Я видел, как здорово они обращаются с мячом на уроках физкультуры, мне же в кольцо и с двух метров попасть не всегда удавалось. Было страшно, что меня не примут.

Одноклассник опаздывал, меня это злило. Наконец, громко толкнув ногой дверь, он вышел из подъезда. Был он не один, а со своим знакомым на год старше нас. Подойдя ко мне, Голова Младший, рассеянно посмотрев куда-то вдаль, небрежно кивнул в мою сторону.

— Привет, — улыбаясь, парень, подошедший вместе с Головой, протянул мне руку. — Константин.

— Дмитрий.

— Классные кроссовки.

Он, не стесняясь, разглядывал мою обувь, но это не вызывало никакого раздражения, а, наоборот, было даже приятно.

— Обычные, спасибо. Вот у тебя очень крутые, это ведь Air Max?

— Да, очень старая модель! Родственники из Питера подогнали. Что, пойдёте на баскет? Я весь прошлый год отходил, а в этом никак не получается себя заставить. Не знаю почему.

— Думаю, меня навряд ли примут, — не стесняясь, я поделился своими опасениями. — Я, если честно, играть абсолютно не умею.

— Примут, можешь не сомневаться, а через месяц будешь играть не хуже других. Пойдём, я с вами схожу за компанию, всё равно делать нечего.

Я ещё не встречал человека, который вёл бы себя так же естественно. У Константина была уникальная способность с какой-то природной лёгкостью говорить абсолютно обо всём — неважно, шла ли речь о серьёзных вещах или о чём-то пустяковом, он был одинаково расслаблен. Мы шли, поглощённые разговором, не обращая никакого внимания на моего одноклассника. Казалось, это не я только что познакомился с Константином, а мой школьный приятель случайно оказался в нашей компании.

— Ты с Головой в одном доме живёшь?

— Да, только это моей бабушки дом. Я у неё частенько остаюсь, можно даже сказать, что живу, а к маме, когда у неё есть время, прихожу на выходные.

Рядом с Костей я забыл обо всех своих волнениях.

У меня было такое ощущение, что в лице этого парня я наконец нашёл недостающую часть самого себя, ту часть, которой мне так не хватало для того, чтобы чувствовать себя полноценным человеком.

Я, конечно, слышал о существовании любви с первого взгляда, но я и представить не мог до того, как встретил этого человека, что существует ещё такая вещь, как настоящая дружба с первого разговора.

Глава 6

Знакомство с Константином сильно изменило мою жизнь. Дни закружились в безумном ритме. Теперь меня редко можно было застать дома. Я активно занимался баскетболом, помимо этого Костя предложил записаться вместе с ним ещё и в секцию бокса. Я с удовольствием согласился. В результате три раза в неделю мы вместе ходили на бокс, а кроме того он иногда приходил к нам в зал побросать в кольцо мяч.

Дни, которые мы проводили порознь, казались какими-то неправильными, неполноценными. Не успел я оглянуться, как уже просто не мог обходиться без своего друга. Отныне мы встречались практически ежедневно. Если не получалось увидеться утром, мы навёрстывали упущенное вечером или среди дня, а на выходных или каникулах у нас всегда находилась тысяча причин, чтобы улизнуть из дома и отправиться куда-то вдвоём.

Парадокс заключался в том, что нам всегда было о чём поговорить, сколько бы времени ни прошло с нашей последней встречи — тридцать минут или несколько дней.

Мы настолько сблизились, что научились понимать друг друга с полуслова. Без всякого стеснения мы делились своими комплексами, безумными идеями, страхами, доверяя друг другу без остатка.

Так я узнал, что, когда Косте было три года, каким-то образом выяснилось, что его отец уже несколько лет живёт на две семьи и кроме сына у него есть ещё годовалая дочь. Мать, не раздумывая, подала на развод. И с тех пор мой друг не поддерживал никакой связи с папой.

Мы абсолютно не стеснялись учиться друг у друга, хотя сейчас мне кажется, что учился в основном я у него. Он был, несмотря на свой юный возраст, тончайшим психологом. Думаю, что, зная моё прошлое, он использовал любую возможность для того, чтобы поднять мою самооценку. У него это здорово получалось.

Было нетрудно заметить, как с момента нашего знакомства поменялось отношение окружающих ко мне. Одноклассники, ребята из секции бокса и парни, с которыми я играл в баскетбол, перестали донимать меня дурацкими выходками и высказываниями, которые они регулярно отпускали между собой.

Внутри меня при косвенном участии моего друга шла какая-то масштабная стройка с использованием сверхпрочных современных материалов. Я ощущал, как во мне формируется новый человек.

Он всегда знал, что сказать, когда мне нужна была поддержка, а в некоторых случаях мне от него и слов никаких не требовалось — достаточно было видеть его глаза.

Костя всегда очень серьёзно относился к тому, что я говорил, и спокойно выслушивал мои подчас эмоциональные аргументы, когда я был с ним в чём-то не согласен. Если мы спорили по каким-то вопросам, что случалось нечасто, и я в конце концов менял своё мнение, соглашаясь с другом, я никогда не чувствовал, что моё самолюбие задето. Для меня было очевидно, что цель любых наших споров одна — наше общее благо.

Таким Константин был со мной, но, как у любого человека, у него было множество лиц. С разными людьми он вёл себя соответственно по-разному. Мог быть чёрствым, временами заносчивым не только с ребятами, которые не вызывали у него симпатии, но и со своими товарищами.

На людей, которые не были с ним близко знакомы, он зачастую производил впечатление надменного юноши из зажиточной семьи. Многие видели в нём денди, ведущего беззаботный образ жизни, но никто никогда не видел в нём человека, к которому можно было подойти и запросто похлопать по плечу.

Глава 7

Меня разбудила выпавшая из моих рук книга. Через секунду зазвонил телефон. Дома никого не было, поэтому пришлось быстро встать и практически побежать на кухню к стоящему на микроволновой печи ярко-красному кнопочному телефону.

— Привет, — в трубке раздался громкий смех. — Дим, ты что, спал?

— Читал и уснул.

— Смотрю, ничего не меняется: этот, не побоюсь сказать, шедевр по-прежнему вызывает у тебя сонливость, — уже серьёзно добавил Константин.

— Да, кто бы мог подумать, что «Братья Карамазовы» окажутся моим снотворным, несмотря на тот безумный карнавал, который происходит в этом семействе. У меня, наверное, просто голова забита всякой ерундой, поэтому так тяжело даётся эта вещь. Приходится по несколько раз перечитывать каждую страницу, чтобы не упустить суть, — попробуй тут не уснуть.

— Постарайся не думать, как ты говоришь, о всякой ерунде, по крайней мере когда ты читаешь. Я прочёл, значит, и ты должен, и не забывай, что следующую книгу твоя очередь выбирать. Когда закончишь Достоевского, обязательно компенсируешь все свои мучения какой-нибудь остросюжетной вещицей, типа романа Джеки Коллинз «Жеребец», например. Помнишь, как мы наткнулись на этот томик в книжном? — Он еле сдерживал смех. — Ты только «Братьев» закончи, пожалуйста, побыстрей!

— Стараюсь, мне на самом деле немного осталось. «Жеребца», может, есть смысл Голове подарить? — Я улыбнулся, представив эту картину.

— Если он когда-нибудь и начнёт читать, то явно что-то в этом духе. Дим, «Братья Карамазовы» — очень крутая вещь, тебе понравится, надо просто дочитать, а потом спокойно переварить прочитанное. Не сомневаюсь, что тебя зацепит не меньше моего.

— Ок. В ближайшее время добью, вот увидишь.

— Да, ты уж постарайся, я ведь после «Карамазовых» так ничего и не читал. Жду тебя и твою литературную селекцию, очень надеюсь, что ты мне доставишь удовольствие.

— Ну, после Достоевского небольшой перерыв тебе пойдёт только на пользу.

— У тебя время есть? Мне надо купить кое-что, пойдёшь со мной?

— Конечно, я ведь ждал звонка от тебя.

Уже долгое время мы читали одни и те же книги. Вместе заранее договаривались, когда приступаем к чтению. Тот, кто осиливал произведение первым, ждал, пока закончит товарищ, чтобы снова начать что-то новое в один и тот же день.

Книги выбирали поочерёдно. Выбор первого произведения достался Константину. Он не задумываясь объявил, что читать мы будем «Как завоёвывать друзей и оказывать влияние на людей» Дейла Карнеги.

Одна книга была у него дома, а вот второй экземпляр нам пришлось одолжить у маминой коллеги, имевшей огромную библиотеку, где можно было найти любую литературу.

Читая в основном по вечерам, мы буквально проглотили эту вещь практически одновременно. Константин всего на день опередил меня. Карнеги помог нам иначе взглянуть на многие вещи.

Помню, как позвонил ему в воскресенье утром и объявил, что дочитал. Не откладывая, решили встретиться в парке. Стоял прекрасный весенний день. Мы долго делились впечатлениями, сидя на скамейке, у Кости от возбуждения блестели глаза, он не мог усидеть на одном месте, вставал, садился, принимался ходить вокруг скамьи. В конце встречи он пристально посмотрел на меня, я почувствовал, что он собирается сказать что-то важное.

— Димон, нам больше надо читать разной литературы, уверен, что это нам здорово пригодится в жизни. Надо интеллектуально развиваться. Физически, кстати, тоже. Наступает момент, когда мы должны задуматься о своём будущем.

— Так это ты на прошлую тренировку забил, и в баскетбол всё реже играешь.

— Да, ты абсолютно прав! Обстоятельства, ты ведь знаешь, но не об этом речь. — Он серьёзно смотрел на меня. — Ты понимаешь, что скоро нам придётся уехать из нашей дыры? Если мы останемся здесь жить, то либо окажемся за решёткой, либо превратимся в маргиналов. — Он поднялся со скамейки, неожиданно став совсем взрослым. — Пойдём, мне пора, матери пообещал быть к обеду.

После этого разговора мне почему-то стало очень тоскливо. Я возвращался домой с ощущением, что сегодня нас безвозвратно покинуло детство.

В ту ночь я практически не сомкнул глаз. Пробовал читать, но ничего не получалось.

Нашим вторым общим прочитанным произведением, по совету моей матери, стал роман Эриха Марии Ремарка «Три товарища». Костя, как только перевернул последнюю страницу, позвонил мне — я был уже в постели.

— Димон, извинись, пожалуйста, перед своей мамой за поздний звонок. — Его голос звучал непривычно официально.

— Костян, ты на меня за что-то злишься?

— Да, за твой выбор! Больше так не поступай. Тебе ещё много осталось?

— Чуть меньше половины, а что?

— Да ничего! Пожалуйста, быстрей дочитывай! Мне очень надо с тобой поговорить об этой истории. Мой тебе совет — на ночь лучше не читай! Good night. — Он бросил трубку, не дождавшись моего ответа.

Я же, конечно, не послушался друга, о чём потом сильно пожалел.

Прошёл не один месяц после этого ночного звонка. Мы сидели как-то с мамой вечером на кухне и болтали.

— Возвращаюсь я сегодня с работы, Костик идёт мне навстречу, на себя не похож, грустный какой-то, поздоровался, а потом говорит: «Спасибо вам за книгу». Я не поняла, спрашиваю: «За какую ещё книгу?» — «За книгу, которую вы посоветовали». Ответил, быстро попрощался и ушёл. А я всё тщетно пыталась вспомнить, что я там вам насоветовала.

Глава 8

Костя стоял напротив почты и без особого интереса, думая о чём-то своём, смотрел на проходящих мимо людей. На нём были белые кроссовки, голубые джинсы Levi’s и просторная рубашка навыпуск в тёмно-бордовую клетку. Его облик, как обычно, контрастировал с внешним видом окружающих. Он всегда выглядел одновременно просто и не по-провинциальному модно — никогда не позволял себе, в отличие от основной массы нашего городка, надеть яркие подделки известных марок с кричащими надписями.

— Опаздываешь, Димон! — На его лице появилась улыбка.

— Нет, это ты раньше пришёл.

— Пойдём. Вчера у Шефа, — он так называл своего отчима, — было хорошее настроение. Представляешь, дал мне двести долларов на одежду, хоть я и не просил. Ты ведь знаешь, какой он, всё жалуется, что всё дорого, а тут сам предложил. Не знаю, что с ним стряслось, но он впервые спросил меня за ужином, чем бы я хотел в будущем заниматься. Сделал вид, что ему интересно услышать мой ответ. Наверняка он какую-то крупную махинацию провернул, я только так могу объяснить это внезапное проявление внимания и щедрости.

Отчим моего друга больше смахивал на научного сотрудника, чем на тайного воротилу. Шеф был нелюдим, носил большие очки с толстыми тёмными линзами, затёртые классические костюмы и широкие галстуки. И уже много лет работал директором одного из государственных предприятий в нашем городе.

— Смотри. — Константин осторожно показал мне две стодолларовые банкноты. — А это мои собственные накопления. — Он с гордостью продемонстрировал ещё две купюры по пятьдесят долларов. — Итого триста зелёных. — Он хлопнул меня по плечу и спрятал деньги обратно в карман.

Мой шаг непроизвольно замедлился.

— Зачем тебе столько денег?

— Я ведь тебе говорил, что джинсы хочу купить, чёрные, ну и ещё кое-что из одежды. Не останавливайся, пойдём, я тебя с людьми познакомлю. Они каким-то образом небольшими партиями получают фирменные вещи из Штатов и Канады. Не знаю, как они всё это организовали, но вещи предлагают очень классные. Продают только среди своих знакомых. Мать у них вечно что-то покупает для себя.

— Но ведь это очень много денег, правда?

— Всё очень относительно! Ты слышал — Боря, племянник начальника милиции… ну, этого усатого жирного мусора… Ты понял, о ком я?

— Да, понял.

— Говорят, он со своей компанией друзей-дегенератов за два дня больше тысячи долларов потратил.

— Жесть! На что, интересно? И главное, где он их взял?

— Сейчас я тебе всё расскажу. Борька два дня разъезжал на такси со своей братвой — рестораны, дом отдыха, чёрт знает куда там ещё они ездили. Много проиграл на игровых автоматах. А перед этим он купил несколько стаканов плана, пару пачек папирос и ходил всех угощал. Мне тоже предлагал. С таким подходом, согласись, можно и больше потратить, даже и в нашей деревне. Думаю, что у него есть доступ к дядиной казне, вот он и подтаскивает понемногу. Решает семейную проблему избыточного заработка. Понимаешь теперь, откуда деньги?

— Значит, он их просто-напросто ворует?

— Да! Говорят, у стража порядка столько денег, что он не знает, что с ними делать. Под ним весь город. Ему все платят — коммерсанты, преступники, даже директора государственных шахт и фабрик. У них ведь у всех рыльце в пуху… Боря очень хочет дружить со мной. Наверняка из этих отношений можно будет извлечь какую-то пользу. — Константин задумался. — Надо прикинуть.

— Ты осторожно с Борисом. Все знают, что у его дяди руки по локоть в крови. Он реальный псих. Кто-то рассказывал, он недавно в бильярдной разозлился и кий сломал об официанта — тот забыл принести его заказ или принёс, но с опозданием.

— Да это я тебе рассказал про этот случай, совсем память потерял! К чёрту этого мусора-колхозника. Мне понятно одно — в нашем болоте у нас два выбора: идти на шахту и по полгода ждать зарплату и пить либо пора нам задумываться, как начать зарабатывать на нормальную жизнь. Что скажешь?

— Я за. Ты ведь знаешь моё положение: мне не на кого рассчитывать, кроме себя. Мой подход прост: можно заниматься чем угодно, главное — с головой. Не хочется нажить себе менингит…

Мы тем временем подошли к обшарпанной хрущёвке, поднялись на первый этаж и позвонили в деревянную дверь, покрытую глянцевым, ещё свежим лаком. Нам открыл поджарый мужчина с приятным лицом лет сорока — сорока пяти.

— Здорово, Константин!

— Это мой друг Дмитрий. Я с твоей женой говорил по телефону.

— Да-да, она передала: тебе нужны чёрные Levi’s и кроссовки.

— Да, всё верно, только кроссовки — это мой друг хочет купить.

Я открыл было рот, чтобы возразить, но, увидев красноречивый протест в глазах друга, промолчал.

— У Дмитрия какой размер?

Костя будто шутя больно сжал моё плечо.

— Как у меня — сорок третий.

— Сорок третьего размера у нас есть неплохие «найки» и крутой New Balance.

— Мы посмотрим и те и другие, — отчеканил Константин.

— Хорошо, сейчас принесу.

Я попытался возразить, но Константин тут же зашептал мне в ухо:

— Делай то, что я тебе говорю, так надо. Заплатить за кроссовки должен ты.

Он резким движением сунул в передний карман моих джинсов стодолларовую купюру.

— Пожалуйста… Дим. — Он улыбнулся, смягчив взгляд.

Мужчина принёс две коробки с обувью, поверх которых лежали штаны с яркой этикеткой.

— Мерить джинсы будешь?

— Нет, это мой размер. Дим, хоть я и фанат Nike, но эта модель New Balance очень крутая.

— Ты прав, Константин! Поэтому они на двадцать баксов и дороже.

— Короче, ты, Димон, «найки» лучше не бери, а то будем практически в одинаковых ходить.

Я вышел на улицу с ярко-синей коробкой в руках. Голова кружилась.

Это были мои первые фирменные кроссовки.

Глава 9

Мы всё чаще стали заходить в так называемый компьютерный клуб «Атари». Клуб находился в самом центре города с тыльной стороны Дома культуры. Здесь можно было поиграть на приставке, купить кислотного цвета газировку, взять напрокат видеокассету и даже выкурить косяк, при условии, конечно, если вы были знакомы с нужными посетителями этого заведения. Открывшись, это место практически сразу снискало неоднозначную репутацию среди масс. Тут появились первые в городе игровые автоматы. «Атари», как магнит, притягивал отчаянных авантюристов всех возрастов из различных социальных прослоек. Вдохновлённые идеей быстрой наживы, они не жалели средств в погоне за грезившимся им выигрышем.

Это место стало напоминать сериал в жанре «триллер».

Здесь регулярно происходили невероятные события, как правило с драматическим концом. Те, кто вот-вот готовился сорвать большой куш, неожиданно проигрывали автомобили и квартиры, после чего начинали мечтать о том, чтобы по крайней мере вернуть потраченное. Бегали по всему городу, словно безголовые курицы, занимая там-сям крохи, чтобы опять попытать своё счастье и хоть частично компенсировать потерянное добро. Бывали случаи, когда приехавшие в отпуск работяги за один день спускали то, что копили годами, во всём себе отказывая, тяжело работая за границей.

Поэтому новость вроде той, что один из менеджеров клуба, пятидесятилетний Коля Конь (голова у него уж больно напоминала шахматную фигуру), задержавшись на работе до глубокой ночи, проиграл двухмесячную зарплату, безрезультатно пытая счастье, уже не вызывала у завсегдатаев клуба большого удивления.

Это место обнажало в посетителях такие качества личности, о существовании которых они даже не подозревали.

Так произошло и с нашим новым товарищем.

Любомиру тогда было около двадцати, он всем казался серьёзным и ответственным молодым человеком. И за недолгое наше знакомство не раз вёл себя очень смело в разных ситуациях. Но однажды по поручению своей матери он пошёл оплачивать диван и два кресла. Завернул по дороге в «Атари» поздороваться с ребятами — и подчистую проиграл на автоматах деньги, предназначенные для покупки мебели. Спустя некоторое время он в точности повторил историю, правда на этот раз спущенные деньги предназначались на новый телевизор. После этого Любчик тщетно пытался обелить свою репутацию в глазах родных и близких.