Десятая для дракона

Каэл поднял глаза от планшета, лежавшего рядом с тарелкой, и посмотрел на неё. На этот раз его взгляд задержался чуть дольше, чем требовалось для простой вежливости. Он заметил платье, украшения, аккуратную причёску и выражение лица, которое явно сообщало, что принцесса считает этот ужин ненужным испытанием собственного терпения.

- Принцесса Эстерваль, - произнёс император, поднимаясь из-за стола. - Добро пожаловать в мой дом.

Эйра сделала реверанс - безупречный, выверенный до последнего движения.

- Благодарю, Ваше Величество. Надеюсь, ваше гостеприимство окажется более продолжительным, чем моё желание здесь находиться.

Клейден прикрыл глаза ладонью. Каэл медленно положил планшет на стол. А император Клэй Тарвелион неожиданно рассмеялся. Не вежливо улыбнулся, не произнёс дежурную фразу, а действительно рассмеялся, словно Эйра сказала нечто, чего он не слышал много лет.

- Кажется, - произнёс он, указывая на свободное место, - этот ужин наконец обещает быть интересным.

Эйра села, не поблагодарив его за приглашение.

Она ещё не знала, что Клэй лично распорядился принять её во дворце, хотя по условиям договора девушки могли быть размещены в одной из государственных резиденций. И не знала, что за закрытой дверью подземного уровня старый механизм продолжал издавать тихие, едва слышимые щелчки. Но она собиралась выяснить всё. И начинать решила прямо за ужином.

- Ваше Величество, - произнесла Эйра, когда слуги начали подавать блюда, - у меня есть несколько вопросов.

Император поднял бокал.

- Я предполагал, что будут.

- Тогда, возможно, вы объясните мне, почему меня привезли в вашу страну, если даже ваш сын не знает причины ежегодной отправки девушек?

Улыбка исчезла с лица Клэя. Клейден перестал двигать вилкой. Каэл медленно повернул голову к брату, а затем посмотрел на Эйру.

- Кто сказал вам, что я не знаю причины? - спросил император.

Эйра откинулась на спинку стула.

- Никто. Я сама сделала вывод. Если бы кто-нибудь из вас знал ответ, я бы уже услышала его.

Клэй долго смотрел на неё, словно пытался определить, насколько далеко она готова зайти. Затем поставил бокал на стол.

- Эйра Эстерваль, - произнёс он, впервые назвав её без титула, - есть вопросы, на которые нельзя отвечать за ужином.

- Как удобно, - повторила она.

- А есть вопросы, на которые нельзя отвечать вообще.

Эйра улыбнулась.

- Тогда я буду задавать их до тех пор, пока кто-нибудь не передумает.

Каэл смотрел на неё с явным неодобрением. Клейден, напротив, едва заметно улыбался. А император Клэй Тарвелион вдруг понял, что девушка, которую он так долго ждал, может оказаться куда опаснее, чем предполагали все его расчёты.

Император Клэй Тарвелион не ответил сразу. Он медленно покрутил бокал в пальцах, наблюдая, как тёмно-красное вино оставляет тонкий след на стекле, а затем посмотрел на Эйру с выражением, которое она уже начинала ненавидеть. Так смотрели люди, решившие, что собеседник ещё слишком молод, чтобы понять правду, и потому заслуживает лишь той её части, которую сочтут безопасной. Отец Эйры пользовался этим взглядом постоянно, особенно когда пытался объяснить ей, почему очередной её каприз невозможно исполнить. Император драконов, как выяснилось, обладал тем же неприятным свойством.

- Вы задаёте правильные вопросы, принцесса, - произнёс он. - Но делаете это так, словно ожидаете получить ответы немедленно.

- Я провела шесть часов в самолёте, чтобы оказаться в чужой стране, где мне не объяснили даже причину моего приезда. Думаю, я проявляю удивительное терпение.

- Вы провели шесть часов в самолёте, - заметил Каэл, - а не шесть лет в заточении.

Эйра медленно повернула к нему голову.

- А вы, видимо, привыкли измерять чужие несчастья исключительно по собственным меркам.

- Я привык различать неудобство и опасность.

- Тогда вам повезло. Я пока столкнулась только с первым. Хотя ваш характер может изменить моё мнение.

- Достаточно, - негромко произнёс император.

Ни Каэл, ни Эйра не стали продолжать. Однако по тому, как наследник отложил вилку, а принцесса выпрямилась на стуле, Клэй понял, что тишина продлится недолго. Он много лет управлял драконами, которые не терпели чужих приказов, и прекрасно знал, что иногда достаточно одного неосторожного слова, чтобы спокойный разговор превратился в столкновение двух упрямств. Эйра напоминала ему именно такого дракона, только без крыльев, чешуи и привычки сжигать мебель, когда что-то шло не по плану.

- Вы хотите знать, почему десять девушек ежегодно отправляются в Тарвелион, - продолжил император. - Я расскажу вам то, что имею право рассказать.

- Как великодушно.

- Если вы будете перебивать меня после каждого предложения, мы не закончим до полуночи.

- А если вы будете отвечать уклончиво, мы не закончим никогда.

Клейден опустил взгляд в тарелку, скрывая улыбку. Каэл бросил на брата предупреждающий взгляд, но тот лишь сделал глоток воды. Клэй же неожиданно усмехнулся.

- Теперь я понимаю, почему ваш отец так часто жаловался на ваш характер.

Эйра застыла.

- Мой отец говорил обо мне с вами?

- Король Эстерваль и я не раз обсуждали условия договора.

- И ни разу не сочли нужным сообщить мне, что моё имя может оказаться в списке?

- Ваш отец не знал, что оно там появится.

Она посмотрела на него внимательнее.

- Вы хотите сказать, что король не принимал решения отправить меня?

- Я хочу сказать, что список, который вы видели, не составлялся вашим отцом.

Эйра медленно положила вилку на тарелку. Впервые за ужин она перестала думать о том, как бы ответить колкостью. Если отец действительно не знал, что её имя окажется среди десяти девушек, значит, кто-то другой включил её в список, а король лишь согласился с решением, которое уже не мог изменить. Это не оправдывало его, но меняло саму картину. Эйра не любила ситуации, в которых ей приходилось пересматривать собственные выводы, особенно если эти выводы успели стать основой для нескольких весьма удачных оскорблений.

- Кто составил список? - спросила она.

- Об этом мы поговорим позже.

- Нет. Мы поговорим об этом сейчас.

- Эйра, - предупредил Каэл.

Она даже не посмотрела на него.

- Если вы собираетесь требовать от меня послушания, то можете хотя бы начать с объяснений.

- Никто не требует от вас послушания, - ответил Клэй. - По крайней мере, за этим столом.

- Тогда почему я здесь?

Император откинулся на спинку кресла. На несколько секунд его лицо утратило привычную неподвижность, и Эйра заметила в его глазах нечто, чего не ожидала увидеть у правителя, прожившего гораздо дольше любого человеческого монарха. Усталость. Не физическую, а ту, что накапливается годами, когда один и тот же вопрос возвращается снова и снова, а ответ на него не становится легче.

- Чтобы понять это, вам придётся узнать историю договора, - сказал он. - Не ту, которую публикуют в учебниках, и не ту, которую пересказывают политики перед камерами. Настоящую историю.

Эйра придвинулась к столу.

- Я слушаю.

Клэй сделал знак слуге, и тот убрал со стола несколько блюд, освободив место. Затем император коснулся панели на подлокотнике своего кресла. На стене за ним погасло изображение старой карты, и вместо него появилась проекция континента, разделённого границами государств. Земли людей были отмечены золотым цветом, территории фейри - зелёным, вампирские владения - тёмно-синим, а огромная область Тарвелиона - серебристым.

- Тридцать семь лет назад на Земле открылся Разлом, - начал он. - Вы знаете это.

- Разумеется.

- Через него пришли драконы и фейри. Мир изменился за несколько месяцев. Государства пытались установить контроль над новыми территориями, военные силы людей столкнулись с существами, которых не могли остановить обычным оружием. Вампиры, веками скрывавшие своё существование, вышли из тени. То, что прежде казалось легендой, стало политической реальностью.

- А затем люди заключили Великий союз, - продолжила Эйра. - С вампирами и фейри. Двадцать лет назад.

- Верно. Но до Великого союза были годы переговоров, конфликтов и попыток понять, как теперь должен существовать мир, в котором ни одна раса не могла полностью подчинить себе остальные.

Клэй провёл рукой над проекцией. Границы изменились, появились старые обозначения и линии, которых больше не существовало на современных картах.

- Фейри оказались лучше остальных подготовлены к этому миру. Они пришли не просто с магией. Они принесли с собой знания о древних законах, которые существовали задолго до появления современных человеческих государств. Они знали о переходах между мирами, о клятвах, способных связывать целые народы, и о договорах, нарушение которых могло иметь последствия, далеко выходящие за пределы политических отношений.

- И именно они придумали договор о десяти девушках? - спросила Эйра.

- Да.

Она ожидала услышать что угодно, но не это.

- Зачем фейри понадобилось придумывать договор между людьми и драконами?

- Потому что после открытия Разлома стало очевидно: одних военных соглашений недостаточно. Драконы не собирались подчиняться человеческим правителям, люди не желали отдавать территории существам, которые могли уничтожить целые армии, а фейри стремились предотвратить дальнейшее разрушение границ между мирами. Каждый преследовал собственные цели. Никто не доверял остальным.

- И тогда фейри предложили решение, которое включало отправку десяти девушек в вашу страну.

- Именно так.

Эйра посмотрела на проекцию. На карте серебристая территория Тарвелиона казалась почти безграничной, а тонкая линия на севере обозначала место, где находился Разлом. Она знала, что драконы охраняют его, но до сих пор не понимала, почему для выполнения этой обязанности требуется ежегодное прибытие человеческих девушек.

- Кто подписал договор? - спросила она.

- Люди и драконы.

- Без фейри?

- Фейри разработали его условия, но не стали стороной соглашения. Они выступили посредниками и свидетелями. Окончательный договор был заключён между человеческими коронами и драконьей империей при участии фейрийской делегации.

- То есть фейри придумали условия, убедили обе стороны их принять, а затем остались в стороне?

- Не совсем. Они закрепили договор собственной магией.

Эйра нахмурилась.

- Что это значит?

- Это значит, что договор не является обычным документом, который можно разорвать, если одна из сторон передумает. Он был создан по законам, которые фейри называют древним правом. Его положения закреплены не только подписями и печатями, но и магией, существовавшей задолго до того, как наши народы впервые встретились на Земле.

- И вы не можете его отменить?

- Я не сказал этого.

- Но и не сказали, что можете.

- Потому что ответ сложнее, чем вам хотелось бы.

Эйра раздражённо откинулась на спинку стула.

- Все здесь говорят так, словно простое объяснение способно разрушить мир.

- Иногда так и бывает, - произнёс Каэл.

Она повернулась к нему.

- Вы тоже собираетесь читать мне лекцию о том, насколько я наивна?

- Нет. Я собираюсь напомнить, что договор старше большинства государств, которые его подписали. Его последствия невозможно оценить, просто взглянув на несколько страниц текста.

- Но вы знаете, что именно произойдёт, если его нарушить?

Каэл не ответил сразу. Он посмотрел на отца, и между ними состоялся короткий, безмолвный разговор, в котором Эйра не смогла разобрать ни одного слова. Клэй едва заметно качнул головой, и наследник снова обратил внимание на принцессу.

- Мы знаем достаточно, чтобы не проверять это без необходимости, - сказал он.

- Поразительно. Целая империя, вооружённая современными технологиями, древней магией и существами, способными превращаться в драконов, боится проверить собственный договор.

- Мы не боимся, - холодно ответил Каэл. - Мы понимаем последствия безрассудства.

- А я понимаю, что вы не собираетесь отвечать на мои вопросы.

- Тогда, возможно, вы наконец начнёте задавать их правильно.

Эйра уже открыла рот, но император поднял руку.

- Достаточно. Вы оба можете продолжить этот спор после ужина, если он всё ещё будет вам интересен. Сейчас речь идёт о другом.

Клэй снова коснулся панели, и проекция изменилась. На экране появилась древняя рукопись. Её страницы были исписаны символами, часть которых Эйра не узнала, хотя некоторые напоминали письменность фейри, изучаемую в королевских академиях. Внизу располагались подписи представителей людей и драконов, а по краям проходили тонкие линии, похожие на узор переплетённых ветвей.

- Это первая сохранившаяся копия договора, - объяснил император. - Оригинал находится не здесь. Он хранится в месте, доступ к которому ограничен даже для членов моей семьи.

- Подземный уровень? - немедленно спросила Эйра.

- Вы успели заинтересоваться им быстрее, чем я предполагал. - Клейден медленно повернул к ней голову.

- Значит, я права?

- Я ничего не говорил.

- Но и не отрицали.

Клэй позволил себе едва заметную улыбку.

- Вы напоминаете мне одного фейри, с которым мне довелось вести переговоры много лет назад.

- Надеюсь, это был комплимент.

- Он разрушил три дипломатических встречи, дважды обманул моего советника и однажды убедил целый совет, что заседание перенесено на другой день.

- Мне он уже нравится.

- В конце концов его изгнали из собственного двора.

- А вот это уже несправедливо.

Клейден рассмеялся, и даже на лице Каэла появилось выражение, которое можно было принять за сдержанное веселье. Эйра осталась довольна собой. Если ей предстояло жить среди драконов, то хотя бы некоторые из них должны были признать её превосходство в разговоре. Однако император снова стал серьёзным.

- Фейри назвали этот договор Соглашением десяти, хотя в человеческих документах он известен под другим названием. Согласно его условиям, каждый год человеческие королевства должны предоставлять десять девушек, которые прибывают в Тарвелион в установленный срок. Империя обязуется принять их, обеспечить безопасность и выполнить собственную часть соглашения. Нарушение сроков или отказ одной из сторон влечёт за собой последствия, прописанные в закрытых разделах документа.

- Каких именно последствий? - спросила Эйра.

- Это зависит от характера нарушения

- И вы не можете сказать даже в общих чертах?

- Могу. Но не стану

Она уставилась на него.

- Вы издеваетесь?

- Нет.

- Я приехала сюда по договору, который придумали фейри, подписали люди и драконы, закрепили магией, а теперь мне говорят, что я должна его соблюдать, хотя никто не желает объяснять, что он означает. Вы действительно считаете это разумным?

- Я считаю, что вы имеете право знать больше, чем вам сообщили. Но это не означает, что я могу раскрыть всё за один вечер.

- Почему?

- Потому что некоторые сведения не принадлежат только мне.

- Кому же они принадлежат? Вашему брату? Вашему совету? Призракам ваших предков?

- Эйра, - произнёс Каэл, - вы забываете, где находитесь.

- Нет, наследник. Я как раз начинаю понимать, где нахожусь. В стране, где никто не отвечает прямо, все разговаривают загадками, а любая дверь, судя по всему, ведёт к очередной государственной тайне.

- Вы находитесь в императорском дворце, - сказал Клэй. - И я не собираюсь удерживать вас в неведении ради собственного удовольствия. Но договор не был создан одним человеком и не может быть объяснён одним человеком. Даже я не знаю всех его условий.

Эйра замолчала. Это было уже не просто уклончивое объяснение. Император признал, что не обладает полной информацией о соглашении, которое его государство исполняло годами. А если он действительно говорил правду, то причина ежегодной отправки девушек могла скрываться в той части договора, которая была недоступна даже правящей династии.

- Тогда кто знает? - спросила она тише.

- Возможно, те, кто его создал.

- Фейри.

- Да.

- Значит, мне нужно спросить у них.

- Вы можете попытаться, - ответил Клэй. - Но не рассчитывайте, что они станут говорить с вами откровеннее, чем я.

Эйра посмотрела на древнюю рукопись. В ней было что-то тревожное. Символы по краям словно менялись при каждом взгляде, хотя она понимала, что это всего лишь эффект проекции. Ей показалось, что один из знаков напоминает раскрытый глаз, а другой - переплетённые кольца. Она моргнула, и изображение вернулось к обычному виду.

- Почему именно десять? - спросила она. Император не ответил. - Почему девушки? Почему каждый год? Почему их привозят именно сюда? Если договор придумали фейри, значит, они должны были объяснить, зачем нужны эти условия. Вы говорите, что они выступали посредниками, но посредники обычно знают, что именно предлагают сторонам.

- Обычно, - согласился Клэй.

- Значит, вы знаете больше, чем говорите.

- Я знаю, что договор необходимо соблюдать.

Эйра сжала пальцы на краю стола. Она почувствовала знакомое желание подняться, заявить, что не собирается участвовать в этом фарсе, и уйти, хлопнув дверью. Но теперь к гневу примешивалось любопытство. Впервые с момента объявления о её отправке она столкнулась с загадкой, которая не имела очевидного решения. Её имя оказалось в списке не по воле отца, а причина ежегодной отправки была неизвестна даже императору. Фейри создали договор, но не участвовали в его исполнении. Драконы охраняли Разлом, однако никто не объяснял, как это связано с десятью девушками.

Слишком много несостыковок. И слишком много людей, которые предпочитали молчать.

- Хорошо, - сказала Эйра наконец. - Допустим, я поверю, что вы не можете рассказать мне больше. Тогда ответьте хотя бы на один вопрос.

- Какой? - спросил император.