Встречный шторм

— Спасибо за завтрак, Ривер, я — твой должник.

— Еще бы.

— Ты сама не торопись, ладно? Позавтракай спокойно, прими душ.

«Оо, так от меня теперь воняет?!»

— Увидимся чуть позже.

Деннинг исчезает с кухни, судя по звукам, оказывается в прачечной, переодеваясь в чистую рабочую одежду, а затем хлопает парадной дверью, присоединяясь к своей семье. Я стараюсь не смотреть на то, как они все тепло по очереди обнимают Кая, как поддерживают его и действительно искренне беспокоятся — в смысле, я правда очень рада, что он переживает случившееся не один, просто я… не знаю, каково это — быть на его месте.

Поэтому я стараюсь отвлечься: быстро завтракаю, мою посуду, потому что Кай вернется вечером слишком уставшим для этого, переодеваюсь в рабочую одежду и даже приоткрываю дверь Барксу на задний двор, когда он чертовски спокойно сидит возле нее, будто хочет выйти. Я еще ни разу не видела, чтобы трехлапый пес бывал на улице — Кай говорил, что он ходит в специально оборудованное место где-то в доме, но все равно оставляет одну из дверей открытой, если тот вдруг все же решится выйти. Поэтому я открываю для собаки дверь, наблюдая за тем, как он настороженно оказывается на улице, спускается с небольшой веранды и метит дерево буквально в сантиметре от самого дома, а затем слишком быстро возвращается обратно.

— Ты знаешь, что ты самый милый пес на свете? — сообщаю ему я, хватаясь за сердце, но Баркс одаривает меня глубоко осуждающим взглядом, что заставляет только хмыкнуть, и возвращается на свою лежанку в гостиной.

И только после этого я присоединяюсь к остальным, стараясь работать наравне со всеми. Весь день мы то разбираем завалы в доме, то меняемся и идем чинить ангары — где-то слетела часть крыши, где-то растрепало сено. Вокруг висит невероятно теплая сплоченность и слаженность: несмотря на дикую усталость и ломоту во всем теле, люди постоянно переговариваются, подбадривают друг друга и даже смеются.

Пару раз за день, когда я оказываюсь в бригаде Кая, все еще соблюдая дистанцию, я ловлю на себе его хмурый взгляд — будто он не особо рад меня здесь видеть или я делаю все неправильно, хотя я выполняю каждое указание и даже ничего не порчу, но стоит нашим глазам встретиться, как он тут же отворачивается.

На все восстановительные работы — где что-то нужно разобрать или немного прибраться, а не полноценно строить — уходит весь день, так что я вваливаюсь в дом Кая лишь к девяти вечера, когда на ранчо остаемся только мы вдвоем. Мне велели собрать свои вещи, чтобы мы перебрались к Ашеру, но я понятия не имею, насколько это хорошая идея. В смысле — Ашер-то явно не против моей компании, мы определенно ладим лучше, чем с Каем, но… к Деннингу-старшему я переехала только из-за внезапного ремонта в прошлой квартире, да и то лишь потому, что облажалась перед ним.

Если бы не та авария — меня бы здесь не было, поэтому могу ли я действительно остаться с ними или было бы лучше самой постараться снять номер в отеле? Уверена, если бы я взяла чуть больше подработок и работала даже в дни общественных работ, выходя на смены после восьми вечера — мне бы хватило средств жить одной, даже если бы я чертовски уставала.

— Ривер, ты готова? — долетает до меня голос Кая из прихожей, когда мы оба уже приняли душ после работы и собрали все свои вещи. — Нас уже все ждут.

— Я не знаю, стоит ли мне брать свитер, — признаюсь я, выкатывая свой чемодан к парадной двери. — Я положила пару своих более-менее теплых кофт, твою одолженную джинсовую куртку и…

— Не обязательно перевозить весь свой гардероб, Андерсон, — хмыкает Кай, подхватывая мой чемодан. — Мы вернемся домой уже через пару дней, и ты всегда можешь заехать сюда, чтобы забрать необходимое.

Он говорит это так буднично и просто, будто мое возвращение в его дом — что-то совершенно нормальное и естественное, будто Кай собирается приложить максимум своих усилий, чтобы это точно произошло, и…

— Может… ты вообще хочешь остановиться в отеле? — вдруг спрашивает он, и я не совсем понимаю, что именно он имеет в виду. — Я могу снять нам пару комнат, если ты против очередного ранчо.

— Ты… поедешь со мной?

— А ты не хочешь?

— Нет. В смысле — я с удовольствием останусь и у Ашера, если он, конечно, на самом деле не против. Я не хочу докучать еще одному Деннингу, и…

— Ривер.

— Он ведь не хочет, чтобы я к нему ехала, верно? Ты должен сказать мне правду, Кай. Я не хочу никого стеснять.

— Андерсон.

— Он ведь позвал меня ради приличия, правда? На самом деле он против, а ты не хочешь меня задеть? Потому что если это так…

— Ривер, пожалуйста, — устало выдыхает Кай, оказываясь слишком близко ко мне, когда из-за очередного приступа паники я даже не заметила этого. — Клянусь тебе — вся моя чертова семья в восторге от тебя. Черт, да они обожают тебя больше, чем меня, поэтому просто расслабься, ладно? Все тебя безумно ждут.

— В-все? — только сейчас я улавливаю это. — Кто это все?

— Оо, поверь мне, тебе понравится увиденное. Будет чертовски громко, смешно и нелепо. Ты будешь в полном восторге.

Кай ставит свою дорогую дорожную сумку на мой маленький чемоданчик, этой же рукой уверенно подхватывает поводок Баркса, а свободной — распахивает передо мной входную дверь, легко подталкивая меня на улицу. Я мгновенно порываюсь предложить ему свою помощь, чтобы не казаться такой бесполезной, но, замечая, как сосредоточенно он хмурится, тут же решаю не делать этого. Я просто первой ступаю к его пикапу, открываю для него багажник, чтобы закинуть вещи, а после — подхожу к задней пассажирской двери, открывая ее для Баркса, куда пес ловко взбирается сам по специальной подножке.

Но эта слаженная работа, ничуть не смущает Деннинга, ведь он уже привычно ступает ко мне, открывая мою дверь, и только когда я оказываюсь внутри — он занимает свое водительское сиденье, и уже через пять минут у соседнего ранчо, мы снова проделываем все тоже самое, но уже в обратно порядке.

Ладони отчего-то влажные, а в животе нарастает противный, колющий узел нервозности, когда Кай даже не думает стучать в дверь или звонить в звонок, а просто уверенно входит внутрь как к себе домой. Он мягко подталкивает меня вперед, следом за нами проскальзывает Баркс, тут же испаряясь куда-то на второй этаж, и только после этого Деннинг-старший продолжает вести меня через просторный коридор прямиком в гостиную к остальным.

— Ну наконец-то! — первая с восторгом взрывается Уиллоу, даже не отрываясь от плазмы с джостиком в руках.

— Чего вы так долго? — поддерживает ее Ашер, оборачиваясь на нас с дивана.

— Ха-ха, лузе-е-е-ер! — тут же тянет девушка, победно пихая его в плечо, как только побеждает его в бою.

— Хэй, это нечестно! Они отвлекли меня, когда я старался проявить гостеприимство и…

— Гостеприимство? Серьезно? — хмыкает Уиллоу, — поэтому моя мама печет чертово печенье на твоей кухне?

— Следи за языком, дорогая, — раздается позади меня от шерифа, когда Карл проходит мимо с деревянным подносом-столиком, входя в гостиную к сладкой парочке.

— Верно, пап, я хотела сказать «гребанным» печеньем, — с довольной улыбкой исправляется рыжеволосая и тут же прячется за бокалом вина, как только в нее летит убийственный взгляд ее отца.

— Вся в мать.

— Ты же ее любишь, — смеется Уиллоу.

— Да, но двух таких как она — я едва ли тяну, — морщится Карл, оборачиваясь на Ашера, — удачи, Деннинг.

— Спасибо, сэр.

— Ну начинается, — закатывает глаза Уиллоу, поднимаясь с места. — Пошли отсюда, Ривер. Эти несносные мужики…

— Ты же нас любишь, Уиллоу, — передразнивает ее Ашер.

Но в ответ ему прилетает лишь средний палец, когда девушка хватает меня за руку и уводит в кухню под довольную ухмылку Кая.

— Вы что, целовались? — лыбится Уиллоу.

— Что?! Нет!

— Тогда чего так долго?

— Я не знала, что мне с собой взять, — признаюсь я.

— Скажи, что ты спасла все свои туфли, Ривер, — умоляет девушка.

— О каких туфлях идет речь? — дверь холодильника захлопывается позади нее, и передо мной оказывается…

— Оливия?

— Привет, — радушно улыбается девушка из книжного магазина.

— Лив — это Ривер. Ривер — Лив, — представляет нас Уиллоу, когда из соседней комнаты, по-видимому, из столовой появляются еще две женщины средних лет, мужчина в очках и маленький мальчик лет семи.

— Ты, должно быть, Ривер, — первой замечает меня женщина с точно такими же рыжими волосами, как у Уиллоу. — Я Эмма.

— Очень приятно, мисс Альбон.

— Оу, милая, зови меня просто Эмма.

— Хорошо.

— Оливия и Джордж — кузены Деннингов, — тут же поясняет мне Уиллоу. — А это мистер и миссис Кэнтингтон — Хантер и Тина.

— Здравствуйте, — я пожимаю руку каждому из них, пока маленький Джордж смущенно прячется за спиной Уиллоу.

— Нам тоже, милая. Мы так много о тебе наслышаны.

— Это меня и пугает, — шепотом хмыкаю я.

— Да брось, — отмахивается Лив. — Это же Сикрет-Крик — тут ни у кого нет секретов. Так что давай раздевайся — я тоже хочу взглянуть на эту знойную фигурку.

— Оливия-Грейс! — строго отзывается ее мама.

— Все в порядке, — смеюсь я, чувствуя, как щеки заливает краской. — Я знаю, что она шутит.

— Неужели? — хмыкает девушка, за что в нее тут же летит кусок печенья от Уиллоу.

— Хватит смущать ее.

— Вообще-то это комплимент!

— Пожалуйста, хватит пугать мне Ривер, — раздается за моей спиной низкий голос Кая, когда он оказывается совсем рядом. — Дай мне знать, когда они тебя все достанут и мы сразу уйдем, хорошо?

— А ты до этого со мной поиграешь? — Джордж тут же отлипает от Уиллоу и запрыгивает на Кая, когда тот совершенно спокойно подхватывает его на руки.

— Он в любом случае с тобой поиграет, — хмыкает Хантер, орудуя ножом над стейками на кухонном острове. — Но сначала мы все вместе поужинаем, договорились?

— Но брокколи я есть не буду, — хмуро заявляет мальчик, и когда его лицо оказывается наравне с Каем, я замечаю, насколько сильно они похожи, особенно когда оба чем-то недовольны.

— Если будешь тихо себя вести, — тихо шепчет ему Кай, но я все равно слышу каждое его слово, — эта красивая девушка сворует все твои брокколи, и никто этого даже не заметит.

— Правда?

— Она всегда ворует мои, когда думает, что я не вижу.

— А что ты забираешь у нее?

— Не знаю, — комично морщится Кай. — Лучшие годы ее жизни?

Я коротко хмыкаю, но все равно легонько пихаю его в бок, он сдавленно смеется, направляясь вместе с мальчиком в столовую, пока я стою на месте и понятия не имею, как вообще реагировать на его слова. Во-первых, в свое оправдание скажу, что я вовсе не воровала его брокколи, а просто забирала их с его тарелки, потому что он их явно не ел, а во-вторых… я еще ни разу в жизни не видела Кая таким… живым и открытым, как в этой шумной толпе его семьи.

Я знала, что они с Ашером очень близки — помимо того, что живут в пяти минутах друг от друга, так они еще и созваниваются по несколько раз на дню, но даже этого было чертовски мало, чтобы увидеть его улыбающимся, совершенно спокойным и настолько расслабленным.

Стараясь отвлечься от этого и выкинуть подобные мысли из своей головы, я вхожу в столовую к Каю с мальчиком еще трижды, помогая остальным накрыть на стол. Наконец меня отпускают занять себе место, и Джордж подзывает меня к себе:

— Ривер? —он будто уточняет у Деннинга действительно ли меня так зовут, — ты сядешь рядом со мной?