Забвение

– Адриан… – я прикрываю глаза, полностью наслаждаясь моментом и тем, как умело мужчина пользуется своим языком.

Стены вокруг меня сжимаются, воздуха становится всё меньше, но меня это не волнует, когда я безустанно толкаюсь своей киской ему в лицо.

Он отстраняется, на его лице вырисовывается ухмылка, а горячий шепот обдает мою сердцевину раньше, чем до меня доносится насмешливое:

– Ты можешь быть очень испорченной, не так ли, голубка?

– П-пошел к чёрту…

– Я предпочитаю место между твоих ног, – он возобновляет ласки, но на этот раз покусывает мой клитор, заставляя меня терять связь с этим чертовым миром. Когда мне кажется, что я вот-вот кончу, он резко отстраняется и опускает меня на ноги. Это была очередная подлость со стороны мужчины, но, когда я сталкиваюсь с его диким взглядом, а мой живот касается чего-то твердого, я понимаю – это далеко не так.

Адриан подхватывает меня на руки и распахивает дверь. Мы входим в мою спальню, и теперь он укладывает меня на кровать.

– Что ты… – мои глаза расширяются, когда он стягивает с себя футболку, открывая мне вид на свои напряженные мышцы, на рельефе которых играют тени. Его грудная клетка быстро поднимается и опускается, я так же не упускаю из виду подтянутый пресс.

В какой-то момент я понимаю, что начинаю дышать тише, чтобы он не заметил, как участилось моё дыхание.

Лишь от того, что он снял футболку.

Он так же стягивает с себя джинсы, и тогда осознание врезается в меня. Меня накрывает волна паники, когда он остается в одних боксерах.

– Стой…

– Слишком поздно.

– Адриан, я девственница.

Это заставляет его замереть. Я поднимаю голову, заглядывая ему в глаза, и сразу распознаю, как расширилась его радужка. Что-то темное и совершенно мне незнакомое наполняет его взгляд, когда он раздвигает мои ноги и накрывает моё тело своим. Его член упирается в мой живот, но это не волнует меня, когда его лицо оказывается напротив моего. Он сжимает мою челюсть между большим и указательным пальцами, прикосновение нежное, что удивляет меня больше всего.

– Скажи мне уйти.

– Ч-что?

– Если ты этого не хочешь, я уйду и оставлю тебя в покое. Я обещаю.

– Обещаешь?

– Да.

Я думаю, что пожалею об этом, но, когда я обхватываю лицо Адриана ладонями и обрушиваю на него поцелуй, это последнее, что меня волнует.

Прямо сейчас моё истинное желание – мужчина, нависший надо мной с болезненным ожиданием во взгляде. Я мечтаю забрать этот взгляд и спрятать в закоулки своей души, чтобы каждый раз он был жестоким напоминанием о том, что именно я сломала в нём.

Адриан поврежден из-за меня. И сейчас, лежа под ним, единственное, чего я жажду, – исправить это. И если это означает подарить ему свой первый раз, я сделаю это.

– Ты кое-чего не знаешь, голубка, – с большим усилием отрываясь от моей шеи, хрипло произносит он. – Даже в самых моих смелых мечтах не было того, чтобы ты была моей первой.

– Ч-что?

– Я здесь для тебя, – едва слышно шепчет Адриан. Я чувствую, как его головка касается моего клитора, и ощущаю легкое головокружение. – Впервые, Таисия.

Я жадно впиваюсь в его глаза, не осмеливаясь разрушить момент и сказать что-либо. Меня завораживает то, как ярко они горят теплым блеском и кричат о заботе.

Адриан заботится обо мне. Несмотря на то, сколько боли я ему причинила, он продолжает любить меня.

Эти мысли заставляют меня притянуть лицо мужчины к своему и завладеть его губами. Это единственный способ, который может показать ему, что мне не плевать. На самом деле я чувствую так много, что в моей грудной клетке отдается тупая боль.

Мои глаза расширяются от неожиданности, а в воздухе раздается стон, когда Адриан входит в меня. Он хватает мои руки и поднимает над головой, удерживая так, чтобы я не могла ничего сделать. Не то чтобы я хотела.

Я зажмуриваюсь от приходящей боли, поджимая губы, чтобы не застонать в очередной раз.

– Я вошел лишь на половину, Таисия, – я раскрываю глаза, и вижу напряженное лицо Адриана. Почему-то от этого зрелища хочется улыбнуться, но потом на меня обрушивается значение его слов, и я ахаю.

– Всего на половину?

Увидев мою реакцию, он замедляется, но я протестую, начиная покачивать бедрами самостоятельно.

– Не жалей меня.

– Тебе больно.

– Мне нравится такая боль, – я смотрю ему в глаза и замечаю, как они вспыхивают. Постепенно Адриан ускоряется, всё ещё не так, как мне бы хотелось, а моя боль перемешивается с удовольствием, заставляя закатывать глаза и выгибаться при любом удобном случае.

– Моя, – толчок. – Только моя.

Я чувствую, что не могу удержаться, и кончаю, а его слова лишь усугубляют ситуацию. Зарываясь лицом в подушку, я издаю смелые стоны, ощущая надвигающийся оргазм. Адриан достигает пика своего удовольствия сразу после меня и ложится рядом, притягивая меня ближе к себе.

– Я вдруг понял, – шепчет он, и я замираю, боясь даже моргнуть. – Кажется, я слишком одержим тобой.

Он поглаживает мой бок, а я молчу, наблюдая за его едва прикрытыми глазами.

– Что нам теперь делать?

Вопрос мужчины заставляет меня улыбнуться. Прежде чем окончательно окунуться в темноту, я произношу:

– Не бояться того, что ждёт нас впереди.

И затем я засыпаю. Я засыпаю, даже не догадываясь о том, что именно случится с нами дальше.

Глава 10

Таисия

2016 год. 18 лет.

Я не сплю. Я боюсь открыть глаза.

Я знаю наверняка, кто прямо сейчас лежит в моей постели и обнимает меня, и от этого мое сердце бьется так сильно, как, казалось, не билось никогда.

Мой разум кричит о том, что я совершила ошибку, но на этот раз я не могу осознать этого до конца.

Мне слишком понравилось. Я была в такой эйфории во время и после процесса, что у меня совершенно не осталось времени поразмыслить над произошедшим

– М-м-м, – Адриан переворачивается на спину и увлекает меня за собой. Он укладывает меня на свою грудь, но я продолжаю делать вид, что сплю. – Я знаю, что ты давно проснулась.

Я распахиваю глаза, встречаясь с горячим взглядом, безжалостно обжигающим меня.

– Как ты догадался?

– У тебя неровное дыхание, и сердце бьется быстрее, чем у кролика, который отбился от охотника.

Я закусываю губу, подавляя улыбку. Он с самого детства умел читать меня и мои эмоции, но я не думала, что он всё ещё способен на это.