Читать книгу НА ПРИЦЕЛЕ. Приказ не любить (Дарья Нефедова) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
НА ПРИЦЕЛЕ. Приказ не любить
НА ПРИЦЕЛЕ. Приказ не любить
Оценить:

4

Полная версия:

НА ПРИЦЕЛЕ. Приказ не любить


— Что?


Он расплылся в улыбке.


— А это мысль.


Я закатила глаза.


— Серёга, не начинай.


— Не, ну серьёзно! Он на тебя смотрит как…


— Как на проблему, — закончила я.


— Нет, — задумчиво произнёс Мороз. — Как на проблему, которую не знает, куда деть.


Все рассмеялись. Я тоже. Но где-то внутри неожиданно кольнуло. Почему? Да чёрт его знает. Может, потому что мне действительно хотелось, чтобы Волков перестал видеть во мне только дочь полковника. А может… Нет. Не может. Даже думать не собираюсь.


***


Вечером я зашла к отцу. Он сидел за столом, разговаривая по телефону. Увидев меня, жестом предложил присесть. Я устроилась в кресле и вытянула уставшие ноги. Господи. Как хорошо. Если бы сейчас кто-нибудь предложил мне массаж, я бы, наверное, согласилась выйти за него замуж. Даже за Крылова. Хотя нет. Это уже крайняя степень отчаяния. Отец закончил разговор.


— Ну что, боец?


Я улыбнулась.


— Жива.


— Уже хорошо.


— Пап, твой Волков — садист.


Он усмехнулся.


— Опять мой?


— А чей ещё?


— Не знаю. Ты о нём второй день говоришь чаще, чем о мотоцикле.


Я замерла.


— Пап!


Он рассмеялся.


— Шучу, Саша.


Я скрестила руки.


— Очень смешно.


Отец внимательно посмотрел на меня.


— А если серьёзно?


Я вздохнула.


— Если серьёзно… он хороший командир.


Полковник кивнул.


— Знаю.


— Строгий.


— Знаю.


— Невыносимый.


— Это тоже знаю.


Я помолчала.


— Но справедливый.


Отец улыбнулся.


— Вот поэтому я и отправил тебя к нему.


Я посмотрела на него.


— Ты специально?


— Конечно.


— Чтобы он меня замучил?


— Чтобы ты научилась работать с человеком, который не будет видеть в тебе мою дочь.


Я задумалась. И вдруг поняла. Отец ведь действительно знал, что делает. Волков не собирался меня жалеть. Не собирался облегчать задания. И уж точно не собирался закрывать глаза на ошибки. А именно этого я и хотела. Я медленно улыбнулась.


— Спасибо, пап.


Он удивлённо поднял бровь.


— За что?


— За то, что не сделал мне поблажку.


Отец протянул руку через стол и накрыл мою ладонь своей.


— Я тобой горжусь, Сашка.


И почему-то именно от этих слов у меня защипало глаза. Я быстро моргнула.


— Только не говори это Волкову.


— Почему?


Я усмехнулась.


— А то ещё решит, что я любимая папина принцесса.


Отец рассмеялся.


— Боюсь, он уже так решил.


***


Домой я возвращалась на мотоцикле. Вечерний воздух приятно холодил лицо. Город светился огнями. И впервые за день я почувствовала себя по-настоящему расслабленной.


На светофоре рядом остановился чёрный мотоцикл. Я повернула голову. Ну конечно. Кто бы сомневался. Серый Волк собственной персоной. Он поднял визор. Посмотрел на меня. И медленно покачал головой. Я рассмеялась. Подняла свой визор.


— Товарищ майор! Какая неожиданная встреча!


— Соколова.


— Вы меня преследуете?


— Это вы постоянно оказываетесь там, где я.


Я задумалась.


— Судьба?


Он усмехнулся.


— Наказание.


Я приложила руку к сердцу.


— Как романтично!


Светофор загорелся зелёным. Мы тронулись. На следующем перекрёстке он свернул направо. Я — налево. Но перед поворотом успела заметить, как он поднял руку в коротком прощальном жесте. И почему-то улыбнулась.


Уже дома я стояла перед зеркалом в ванной. Снимала резинку с волос. Разглядывала ссадины на ладонях. И думала о прошедшем дне. О тренировках. О ребятах. О том, как отец сказал, что гордится мной. И, конечно… О Волкове. Чёртов майор. С его вечным недовольством. Серым взглядом. И улыбкой, которую он почему-то так редко показывал.


Я взяла телефон. Открыла нашу переписку. Последнее сообщение было от него. «Завтра построение в восемь. Без опозданий». Я усмехнулась. Ну что ж. Надо пожелать командиру спокойной ночи. Всё-таки вежливость никто не отменял. Я напечатала: «Товарищ майор, докладываю: личный состав в количестве одной Красной Шапочки благополучно прибыл домой. Потерь нет. Настроение отличное. Командир по-прежнему зануда. Спокойной ночи». И свои любимые смайлики.


Отправила. Положила телефон. И пошла в душ. Ответ пришёл через несколько минут. «Соколова, у вас слишком много свободного времени». Я улыбнулась. «Хотите занять?»


Три точки. Он печатает. Пауза. И наконец: «Вы даже не представляете, насколько опасно задавать мне такие вопросы».


Я замерла. Перечитала. Один раз. Второй. Третий. И вдруг почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Потому что это было уже не совсем похоже на обычную командирскую нотацию. Совсем. Я медленно улыбнулась. «А вы попробуйте удивить меня, товарищ майор».


Ответа не было. Минуту. Две. Пять. Я уже решила, что перегнула палку. Но потом экран загорелся. «Завтра после построения зайдите ко мне. Поговорим о ваших перспективах в подразделении. И, Соколова…»


Следующее сообщение пришло отдельно. «Не играйте с огнём».


Я посмотрела на экран. И тихо рассмеялась. Ах, Волков. Милый мой Серый Волк. Ты даже не представляешь, с кем связался. Потому что если уж я решила чего-то добиться… Остановить меня практически невозможно.


И пока я ещё не знала, чего именно хочу от этого мужчины. Чтобы он признал меня хорошим офицером? Чтобы перестал смотреть свысока? Или чтобы однажды вместо очередного приказа просто подошёл… Обнял. И поцеловал. Так, чтобы у меня наконец закончились все мои дурацкие шуточки.


Я резко отложила телефон.


— Соколова! — строго сказала собственному отражению. — Даже не думай!


Отражение смотрело на меня совершенно невинно. Но почему-то улыбалось. И я вдруг поняла одну очень неприятную вещь. Кажется, мой новый командир начинал нравиться мне гораздо больше, чем следовало. А это уже было опасно. Очень опасно. Особенно если учесть, что завтра он собирался поговорить со мной наедине. И судя по его последнему сообщению… Разговор обещал быть весьма интересным.


ГЛАВА 4


Артём Волков


В семь сорок утра я уже пожалел о трёх вещах. Первое — что вчера вообще взял телефон в руки. Второе — что ответил на сообщение Соколовой. И третье — что написал ей эту идиотскую фразу: «Не играйте с огнём».


Господи. Мне тридцать два года. Я майор специального назначения. За моей спиной десять лет службы, десятки операций и вполне заслуженная репутация человека, которого практически невозможно вывести из себя. И что я делаю? Переписываюсь по ночам с собственной подчинённой, словно восемнадцатилетний придурок, впервые увидевший красивую девушку. Причём девушка эта обладает характером бешеной рыси и языком, который следовало бы официально признать оружием массового поражения.


Я посмотрел на телефон. Последнее сообщение от Соколовой. «А вы попробуйте удивить меня, товарищ майор». Я хмыкнул. Удивить? Ну что ж, Александра Викторовна. Сегодня у вас будет прекрасная возможность удивиться. Только не уверен, что вам понравится.


— Командир, разрешите?


Я поднял голову. В дверях стоял Белов.


— Заходи.


Роман вошёл с папкой в руках.


— Медицинские допуски по группе. Всё в порядке.


— Хорошо.


Он положил документы на стол, но уходить не спешил. Я прищурился.


— Что?


— Ничего.


— Белов.


— Просто хотел спросить…


Я откинулся на спинку кресла.


— Если про Соколову, можешь сразу выходить.


Он улыбнулся. Вот ведь. Даже Белов. Самый спокойный человек в подразделении. И тот туда же.


— Вообще-то именно про неё.


— Роман.


— Артём, я серьёзно.


Я поднял бровь. Белов редко обращался ко мне по имени на службе. Значит, разговор действительно серьёзный.


— Говори.


Он присел напротив.


— Ты её слишком жёстко гоняешь.


Я усмехнулся.


— Два дня в подразделении, а уже защитники появились.


— Дело не в этом.


— А в чём?


— Она нормально подготовлена. Не хуже некоторых наших ребят. Но ты будто специально пытаешься доказать, что ей здесь не место.


Я замолчал. Потому что неприятнее всего слышать правду от человека, которого уважаешь.


— Мне не нужна в подразделении папина принцесса, — произнёс я.


Белов посмотрел на меня.


— А ты уверен, что она принцесса?


Я отвёл взгляд. Передо мной лежало её личное дело. Я изучил его вчера до последней страницы. Хорошая подготовка. Высокие результаты по стрельбе. Отличная физическая форма. Дополнительная медицинская подготовка. Несколько грамотных решений на предыдущем месте службы, отмеченных в характеристике. Нет. Она не была случайным человеком. И именно это раздражало меня ещё сильнее. Потому что теперь я не мог просто сказать, что она не подходит. Приходилось искать настоящие причины собственного сопротивления. А их было несколько. Во-первых, дочь полковника. Во-вторых, женщина в подразделении, где каждый день может закончиться очень плохо. И в-третьих… Чёрт. В-третьих, мне слишком нравилось, как она смотрит на меня. А это уже была моя проблема. Не её.


— Она должна понимать, куда пришла, — ответил я наконец.


Белов кивнул.


— Согласен. Только не перепутай подготовку с желанием её наказать.


Я медленно посмотрел на него.


— Ты сейчас меня воспитываешь?


Он поднялся.


— Нет. Просто напоминаю, что ты хороший командир.


У двери остановился.


— И ещё кое-что.


— Что?


— Когда она вчера ободрала ладонь, то больше переживала, что ты заметишь, чем из-за самой раны.


Я нахмурился.


— И?


Роман едва заметно улыбнулся.


— Ничего. Подумай.


И вышел. Я посмотрел на закрытую дверь. Потом на личное дело. Потом в потолок. Прекрасно. Теперь ещё и собственный медик решил стать психологом.


В восемь ноль две в дверь постучали.


— Разрешите войти, товарищ майор?


Я узнал голос сразу. Звонкий. Уверенный. С этой проклятой улыбкой, которая слышалась даже через дверь.


— Войдите.


Соколова появилась на пороге. Сегодня она была в форме, волосы собраны в высокий хвост. Никакой косметики, кроме едва заметного блеска на губах. Хотя я понятия не имел, зачем вообще обратил на это внимание.


— Старший лейтенант Соколова по вашему приказанию прибыла!


Я кивнул на стул.


— Присаживайтесь.


Она села. Аккуратно. Серьёзно. И молчала. Я посмотрел на неё. Она — на меня. Прошло секунд десять. Потом двадцать. На тридцатой я не выдержал.


— Что?


Она удивлённо подняла бровь.


— Простите?


— Вы ничего не хотите сказать?


— Вы приказали явиться. Я явилась. Теперь жду указаний.


Я прищурился. Что-то здесь не так. Где шутки? Где дерзости? Где эта её дурацкая улыбочка?


— Соколова.


— Я!


— Вы заболели?


Она моргнула.


— Никак нет.


— Тогда почему молчите?


И вот тут её губы дрогнули. Ага. Вот оно.


— Товарищ майор, — произнесла она самым невинным голосом, — вчера вы выразили желание, чтобы я наконец научилась молчать. Я стараюсь соответствовать вашим высоким ожиданиям.


Я медленно выдохнул. Господи. За что мне это?


— Можете не стараться настолько демонстративно.


Она улыбнулась.


— Есть. Тогда доброе утро, Серый Волк.


— Соколова!


— Всё, всё. Товарищ майор.


Я поднялся из-за стола. Обошёл его. Остановился напротив.


— Давайте сразу договоримся.


Она тоже встала.


— Давайте.


— На службе никаких прозвищ.


— Хорошо.


— Никаких личных сообщений после отбоя.


Она задумалась.


— А если срочно?


— По служебным вопросам — можно.


— А если мне приснится кошмар?


Я посмотрел на неё. Она смотрела на меня. Совершенно серьёзно.


— Тогда обращайтесь к медику.


— А если в кошмаре будете вы?


Я стиснул зубы.


— Особенно к медику.


Она рассмеялась. И чёрт бы её побрал… Я едва не улыбнулся в ответ. Пришлось отвернуться.


— Садитесь, старший лейтенант.


Она села. Я вернулся за стол. Взял папку. И наконец перешёл к делу.


— Сегодня у вас будет комплексная проверка подготовки.


Улыбка исчезла с её лица. Мгновенно.


— Слушаю.


Вот. Совсем другой человек. Собранный. Внимательный. Я раскрыл папку.


— Физическая выносливость. Полоса препятствий. Стрельба. Работа в группе. Оказание первой помощи.


Она кивнула.


— Понятно.


— Результаты покажут, какие задачи вам можно доверять на данном этапе.


— Справедливо.


Я посмотрел ей в глаза.


— И запомните, Соколова. Я не собираюсь рисковать своими людьми ради чьих-либо амбиций.


Она перестала улыбаться окончательно.


— Я тоже, товарищ майор.


Что-то в её голосе заставило меня замолчать. Никакой дерзости. Никакого кокетства. Только спокойная уверенность.


— Я знаю, что вы считаете меня лишней, — продолжила она. — Но я не прошу особого отношения. Просто дайте возможность доказать, что могу быть полезной.


Я внимательно смотрел на неё.


— Возможность получите.


Она поднялась.


— Спасибо.


И направилась к двери.


— Соколова.


Она обернулась.


— Да?


Я помолчал.


— Вчерашние результаты были хорошими.


Она удивилась. По-настоящему. Словно совершенно не ожидала услышать от меня ничего подобного. Потом медленно улыбнулась. Не нагло. Не насмешливо. А тепло.


— Спасибо, товарищ майор.


И почему-то именно эта улыбка оказалась значительно опаснее всех её предыдущих выходок.


Я отвёл взгляд.


— Свободны.


Она взялась за ручку двери. Остановилась. И тихо добавила:


— Кстати, Волков…


Я поднял голову.


— Что?


— Вам тоже доброе утро.


И вышла. Я посмотрел на дверь. Потом медленно опустился в кресло.


— Да чтоб тебя…


***


На полигоне стоял прохладный ветер. Бойцы уже готовились к занятиям. Крылов увидел меня первым.


— Командир! Доброе утро!


— Крылов.


— Я сегодня молчу!


— Уже врёшь.


Громов рассмеялся. Соколова стояла рядом с Морозовым и проверяла снаряжение. Когда я подошёл, она вытянулась.


— Товарищ майор.


Я кивнул.


— Сегодня работаем по программе. Все задания выполняются с соблюдением требований безопасности. Никакой самодеятельности.


Мой взгляд остановился на Соколовой. Она подняла бровь.


— Почему вы смотрите на меня?


— Потому что у меня хорошая память.


Крылов прыснул. Я продолжил:


— На первом этапе проверяем физическую подготовку. На втором — работу в паре. После перерыва — стрельбище и медицинский сценарий.


— А обед будет? — осторожно спросил Серёга.


Я повернулся.


— Крылов, тебя только еда интересует?


— Нет, командир. Ещё сон и женщины.


Громов расхохотался. Соколова прикрыла рот ладонью. Даже Мороз улыбнулся. Я посмотрел на Серёгу.


— Прекрасно. Значит, сегодня проверим, сколько из этих трёх удовольствий тебе действительно необходимо для выживания.


Он мгновенно посерьёзнел.


— Обед можно оставить?


— Начали!


Первый этап прошёл без особых сюрпризов. Соколова держалась уверенно. Не пыталась выделиться. Не спорила. Не жаловалась. И это было подозрительно. Очень. На полосе препятствий она двигалась быстро, но на одном участке допустила ошибку. Я остановил упражнение.


— Соколова, повторить.


Она выпрямилась.


— Ошибка в прохождении?


— Да. Вы поторопились и потеряли устойчивость.


— Поняла.


— Не нужно пытаться быть быстрее всех. Нужно выполнять задачу правильно.


Она кивнула.


— Есть.


И повторила. На этот раз без ошибки. Я отметил результат.


— Хорошо.


Соколова остановилась. Посмотрела на меня. И вдруг спросила:


— Товарищ майор, это была похвала?


Я вздохнул.


— Это была оценка.


— Положительная?


— Соколова.


— Всё, поняла. Запишу в дневник.


За моей спиной послышался смех. Я повернулся. Крылов моментально уставился в землю.


— Что смешного?


— Ничего, командир. Просто жизнь прекрасна.


Я посмотрел на него.


— Ты сейчас сделаешь её ещё прекраснее. Дополнительный круг.


Серёга вздохнул.


— Вот поэтому я и не женюсь. Женщины приносят одни неприятности.


Соколова повернулась к нему.


— Серёга, тебя никто и не зовёт.


Громов заржал так громко, что спугнул птиц с ближайших деревьев. Даже я не удержался. Уголок рта дёрнулся. Александра заметила. Разумеется. И улыбнулась так довольно, будто только что выиграла чемпионат мира.


На втором этапе я поставил её в пару с Морозовым. Денис был одним из самых спокойных и опытных бойцов. Никаких лишних движений. Никаких разговоров. Идеальный напарник. И, главное, человек, который не собирался флиртовать с каждым симпатичным лицом. В отличие от Крылова.


— Ваша задача, — объяснил я, — пройти учебный маршрут, найти условно пострадавшего и организовать его эвакуацию. Время ограничено. Оцениваться будет не только скорость, но и взаимодействие.


Соколова кивнула. Мороз тоже. Я дал сигнал. Они начали. Первые минуты всё шло нормально. А потом возникла непредвиденная сложность. На одном из участков учебного маршрута лежало тяжёлое снаряжение, обозначавшее препятствие. Мороз предложил обход. Соколова быстро оценила ситуацию. И предложила другой вариант. Я наблюдал за ними с расстояния. Денис выслушал её. Коротко кивнул. Они изменили маршрут. И выиграли время. Никаких споров. Никаких попыток перетянуть командование на себя. Просто работа.


Я медленно выдохнул. Чёрт. Она действительно умеет. Когда они вернулись, я уже ждал возле контрольной точки.


— Доклад.


Мороз коротко сообщил результаты. Соколова стояла рядом. Спокойная. Сосредоточенная. Я посмотрел на секундомер. Результат оказался лучше ожидаемого.


— Почему изменили маршрут? — спросил я.


Александра ответила первой:


— Первоначальный путь занимал больше времени. Мы оценили альтернативу и согласовали решение.


— Кто предложил?


— Я.


— Кто принял окончательное решение?


— Морозов.


Я перевёл взгляд на Дениса. Он кивнул.


— Подтверждаю.


Я снова посмотрел на Соколову.


— Почему не настояли на своём варианте сразу?


Она слегка нахмурилась.


— Потому что мы работали в паре. Я предложила. Напарник оценил. Мы приняли решение вместе.


Я замолчал. И вот тут впервые за два дня почувствовал не раздражение. Не желание спорить. А уважение. Настоящее. Профессиональное.


— Хорошая работа, — сказал я.


Она улыбнулась. Совсем чуть-чуть.


— Спасибо, товарищ майор.


Я кивнул. И вдруг заметил, как Крылов за моей спиной беззвучно изобразил аплодисменты. Вот идиот.


К обеду я окончательно убедился, что Соколова не собирается уходить. Более того. Она, кажется, решила здесь остаться надолго. И что самое неприятное… У неё были для этого все основания.


Мы сидели в столовой. Я — за отдельным столом с документами. Ребята — неподалёку. Соколова устроилась между Крыловым и Беловым. Серёга что-то рассказывал. Активно. Громко. С размахиванием вилкой. Александра смеялась. Громов поддакивал. Мороз спокойно ел. Белов качал головой. И вся эта компания выглядела так, словно знакома не два дня, а несколько лет.


Я невольно задержал взгляд. Соколова смеялась, запрокинув голову. На щеке появилась маленькая ямочка. Я раньше её не замечал. И лучше бы не замечал сейчас. Потому что мозг немедленно зафиксировал эту совершенно ненужную информацию.


— Командир!


Я поднял голову. Крылов махал мне рукой.


— Идите к нам!


— Я занят.


— Мы тут спорим!


— Меня это не касается.

bannerbanner