Королева эльфов. Возмездие

— Неплохо, папуль, — слабоулыбнулась Диэль. Усталость последних дней и сонное зелье, которое ей даллекарь, лишили ее привычной энергичности. — Ты знаешь, что произошло?

— Я не встречался с королевой, нодогадываюсь, — нахмурился Мирэль, с любовью смотря надочь. — Они всех убили?

— Да, и даже лорда Дух Осени… Мнетак жаль, пап, я думала, что смогу его спасти.

Ни один мускул не дрогнул на лице Мирэля,лишь в глазах промелькнула тень боли, когда он ответил:

— Не печалься, звездочка моя, это ихдолг и жизнь. Мы все знаем, как опасна наша служба.

— Ну, па-ап! — протестующепротянула Диэль. — Я же просила не называть меня так! Мне уже тристалет, я взрослая женщина.

— Безусловно, — серьезнокивнул Мирэль. — Иначе бы ее величество не доверила тебе миссиюпосла.

— Ну да… А ты не знаешь, кто это унее рядом вьется, такой белобрысый мерзкий тип с ухмылочкой? Невысокий ипротивный.

Мирэль, как истинный дипломат, сумелспрятать улыбку и вежливо ответил:

— Это лорд Каэн Тень Клинка.Советник королевы. Он весьма важное лицо в Альэнэрэ, скажу без прикрас, на немдержится многое. Королева очень ценит его.

— Правда? — с ехидствомпоинтересовалась Диэль. — И насколько она его "ценит"?

Мирэль бросил на дочь укоризненныйвзгляд.

— Личная жизнь ее величества —не нашего ума дело. Но могу тебе с уверенностью сказать, что Каэн никогда небыл любовником королевы, я знаю их обоих достаточно давно, чтобы судить обэтом.

— Ну да, — пробормоталаДиэль, погружаясь в сон. — Какая женщина захочет этого спесивогоиндюка…

Отец еще пару раз навещал Диэль, а когдаона немного поправилась, то перевез ее в их столичный дом. Там сейчас как разжила леди Нейрис и ее младший ребенок, маленький эльф пяти лет от роду.

На следующее утро после переезда Диэльпроснулась рано, почувствовав чужое присутствие. Взгляд ее тут же уперся втощего мальчишку, как две капли воды похожего на отца. Его маленькие детскиеглазки смотрели на нее с наивным любопытством и тревогой. В ладошке у него быллисток золотистой ромашку, лекарственного растения, которое часто использовалиэльфийские целители.

— Привет, — лучезарноулыбнулась Диэль брату.

Тот засмущался пуще прежнего и протянулромашку сестре.

— Мама сказала, что тыболеешь, — пролепетал он.

— Спасибо,Ниэль, — поблагодарила Диэль. — Садись, поболтаем. Я тебяпомнила младенцем, а теперь ты так вырос.

Ниэль залез на кровать и пристроилсярядом с сестрой. Он еще не преодолел смущение, вызванное общением с незнакомой,по сути, девушкой, но любопытство все сильнее одолевало его.

— Ты такая крррасивая, какмама, — вздохнул Ниэль.

— А ты очень похож напапу, — с улыбкой заметила Диэль.

— Папахоррроший, — ответил ей улыбкой Ниэль, и разговор потек дальше, вмирном семейном русле.

Диэль болтала с младшим братом и усиленностаралась не думать о том, что сейчас происходит в Драконьем королевстве и наего границах. Как там ее старый дружок, Лориэн? Воюет наверняка, у него всегдабыл нюх на неприятности.

***

У Лориэна был талант находитьнеприятности. Нет, он не влипал в них сам, ему хватало благоразумия, но егосовесть и душевные порывы часто приводили его на помощь другим, что косвеннорождало неприятности и для него. Диэль всегда говорила, что он чует проблемы иидет на них, как пес. Что ж, возможно. Но сейчас Лориэну не в чем было себяупрекнуть, теперь он был генералом, командовал целой армией и не мог отойти всторону.

Прошла неделя после судьбоносных приказовЛориэна, семь дней они ждали нападения. И вот наконец это случилось. РазведчикиДивиэль отработали четко и слаженно — сигнал пришел в лагерь раньше, чемтуда прилетели драконы. Да, именно драконы. Если бы в тот момент Лориэна незаботила тактика боя, которым он командовал, он от души бы посмеялся наднедоумевающим Хеильином. А так он только рявкнул, пробегая мимо товарища:

— Хеильин, отставить бездельничать!Поднимай воинов!

Менестрели умеют красиво петь о великихбитвах, описывая чудовищные сражения так чудесно, что невольно веришь, что всеименно так и происходит. На самом деле в жизни куда больше грязи. Любаявойна — это бойня. Жестокая и кровавая, и неважно, кто именно воюет.Лориэну доводилось биться и с людьми, и с горными гоблинами. Ни те, ни другиене отличались милосердием, поля боя после битв напоминали кровавую кашу, пирдля стервятников. Сражение с драконами несильно отличалось от всех остальных,однако для эльфов, которым впервые пришлось противостоять крылатым огнедышащимсозданиям, те несколько часов показались кошмаром. Спасли их две вещи —выдержка воинов, приобретенная благодаря постоянной муштре, ипредусмотрительность Лориэна. Если бы у них не было скорпионов, которые генералКровавая Роса лично спроектировал и заставил построить в сжатые сроки, они быпогибли. Драконы сожгли бы все леса и уничтожили бы бо́льшую часть армииэльфов. Скорпионы спасли их, но даже с этим преимуществом бой вышел тяжелый.

Семь драконов обрушили свое пламя налеса, где скрывались эльфы. Благодаря эффекту неожиданности, воинам Лориэнаудалось сразу убить двух драконов. Оставшиеся пять поняли, что им грозитопасность, и стали нападать куда осмотрительнее. А ведь еще были наземныевойска. Правда, их насчитывалось всего несколько сотен. Видимо, драконырассчитывали на своих крылатых сородичей, а пехоту отправили в качествеподдержки. Пока Дивиэль и Каренор командовали наземной битвой, Лориэн с двумядругими генералами руководил воздушной. К сожалению, далеко не сразу удалосьподбить оставшихся драконов, так что они успели сделать несколько пролетов надлесами, где рассредоточилась армия эльфов, поджигая деревья струей пламени.Очень скоро пожар распространился по всей чаще. К этому Лориэн тоже был готов,и бо́льшая часть его воинов тут же бросилась тушить многовековые деревья,которые приняли на себя первый удар. Стрелки за скорпионами целилась вспускающихся к лесу драконам, воины быстро разворачивали орудия. Спустя полчасаудалось сбить еще одного дракона. Он рухнул прямо в центр лагеря, унеся ещенесколько жизней. Зато оставшиеся четыре стали намного осторожнее. Они режеподлетали к лесу, реже рисковали выходить из облаков, в которых прятались.Долго еще эльфийские стрелки не могли сбить их. Сражение стало затягиваться,перевес был уже не таким явным, тем более на земле драконов разгромили. Лориэнуже думал, что их бессмертные соседи отступят. Но они лишь атаковали с ещебольшим остервенением, когда услышали рог собратьев, командующий отступление.Его, кстати, уже через секунду переломили надвое, и вой резко прекратился.Разозлившиеся драконы резко спикировали вниз. Из десяти скорпионов уцелелошесть, и каждый из них выстрелил точно, прошив тела драконов. Двое рухнули наокраине леса, один — в центр, а последний дракон, которому длинныйстальной шест пробил крыло, смог стряхнуть огромную стрелу, кое-как выровнятьполет и скрыться в облаках до того, как скорпионы выпустили второй залп.

— Ушел, ушелтварь, — бормотал где-то за спиной Хеильин, но Лориэн еще не спешилпраздновать победа.

Не обращая внимания на раны, он бросилсяк тому месту, куда упал последний дракон. Два других точно были мертвы, имстрелы скорпионов прошили горло, а вот этот мог быть еще жив, ему задело бок икрыло. Лориэн минут десять прорывался к упавшему дракону сквозь клубы дыма,стирая с лица кровь. По ушам били чьи-то крики, в нос ударял запах гари,паленного мяса. Не хотелось думать о том, сколько его воинов сегодня сгорелозаживо.