скачать книгу бесплатно
– Пытаюсь понять: свободен мертвяк, или же под чьим флагом он стоит. Но отсюда ничего не разобрать. Жаль, что Паф не умеет летать.
При упоминании своего имени квопл внезапно очнулась – что, конечно, удивительно, учитывая, что скачки, мотавшие её туда-сюда по корме, совершенно не произвели никакого эффекта – и вопросительно посмотрела на Клауса наполовину разлепившимися глазами:
– Паф?
– Паф, – улыбчиво согласился великан и полез в карман брюк.
Он достал большое спелое яблоко, которое совсем по-пиратски прихватил с прилавка одной торговки недалеко от заброшенного причала, где, собственно, и была привязана лодка, и протянул Паф. При виде лакомства её светло-голубые глаза моментально распахнулись во всю свою величину и вожделенно заблестели, а округлившийся ротик издал протяжный звук неподдельного восторга, и уже через пятнадцать секунд послышалось довольное чавканье.
– Давай просто высадимся на берег и всё выясним, – проворчала всё ещё недовольная дозорница.
– Выясним, – кивнул Клаус. – Эй, Фил, подгреби-ка сюда.
– Н-не могу… – жалобно пискнул ребёнок, из-за всех этих трясок подхвативший морскую болезнь. – М-меня сейчас стошнит…
– Попробуй смотреть в одну точку на горизонте и перебирать ногами, словно идёшь по земле. Должно полегчать, – участливо посоветовала Элизабет, из чего Клаус сделал вывод, что она на собственном опыте знала, что такое морская болезнь, и наверняка потратила немало времени, чтобы полностью побороть её.
Поверивший словам девушки Филип так и поступил, но облегчение наступило не сразу, а лишь спустя десять минут. Однако вторая пятиминутка выдалась весёлой: доевшая яблоко Паф решила, что он играет в какую-то игру и, выйдя в центр лодки, тоже начала изображать ходьбу на месте, строя забавные рожицы и смеша ими всех присутствующих.
– Спасибо вам! – сердечно поблагодарил Лиз воспрявший духом мальчик. – И тебе спасибо, Паф, – добавил он и пригладил чёлку квопл, после чего всё-таки подошёл к пытавшемуся сдержать девчачью улыбку Клаусу. Тот усадил его на шею и попросил внимательно осмотреть берег, докладывая о любых странностях.
Глазастый мальчонка довольно быстро высмотрел на одной из скал грубо выдолбленный прямо над входом в пещеру знак, изображавший приоткрытый сундук с разбросанными вокруг монетами, о чём немедленно сообщил Клаусу.
– Он не перечёркнут? – поинтересовался тот.
– Нет, – уверенно ответствовал юный дозорный.
– Ооо, – с чрезмерно довольной ухмылкой протянул демонслеер, – повезло так повезло.
– Что, почему? – полюбопытствовала Лиз.
– Увидишь, – пообещал Клаус и, сняв Филипа с шеи, вернулся к гребле.
Причалив к мертвяку, Клаус первым делом втащил лодку на берег и замаскировал валявшимися вокруг обломками скрюченных иссушенных деревьев так, чтобы её нельзя было обнаружить с моря. Затем назначил Фила провожатым до пещеры, над которой тот видел метку. Мальчик со своей работой справился безукоризненно: уже через недолгий промежуток времени они стояли напротив чернеющей дыры, уводящей куда-то в недра умирающего островка. Великан взял Паф на руки и вошёл, поманив остальных за собой. Элизабет вздохнула, взяла Филипа за руку и двинулась следом.
Осторожно ступая по необременённой совсем никаким освещением тропе, они добрались до круто уходившего влево поворота и, свернув, неожиданно увидели вдали слабые проблески света. Клаус улыбнулся и совершенно расслабленной походкой смело пошёл прямиком на свет, а вот Элизабет, наоборот, напряглась, инстинктивно подтянув мальчика поближе к себе.
– Эй, что там? – шёпотом спросила она.
– Пиратская лавка. Самое то побренчать золотишком без лишних вопросов.
– А оно у тебя хоть есть? – не удержавшись, съязвила девушка, насмешливо разглядывая полуголого пирата.
– Какой же дурак будет таскать с собой кошель, набитый золотом? – невозмутимо парировал тот. – Это тебе не рамблы[25 - Рамбл – официальная бумажная валюта Альтаны, сделанная из коры священного дерева, растущего на острове главного храма. Так как Альтана является самым большим архипелагом, по множественным соглашениям рамблы котируются и на других островах, считаясь одной из самых крупных валют в мире, однако сильно проигрывает дублону из чистого золота.], вмиг глотку перережут и в канаву бросят.
– И как же ты собираешься расплачиваться? – не хотела сдаваться Лиз. – За своё бесчестное спасибо?
– Вот как дойдём, сама всё и узнаешь. Однако, – Клаус вдруг остановился и развернулся лицом к Элизабет, – там действуют свои порядки, поэтому забудь, что ты дозорница. И чтобы не выделяться, – он достал из заднего кармана памятную чёрную бандану, которую всегда носил с собой, и протянул ей, – повяжи её поверх волос.
– Нет. Я не собираюсь ни от кого прятаться! – категорично заявила дозорница и с вызовом посмотрела демонслееру прямо в глаза.
– Хорошо. Можешь оставаться здесь без еды и воды, а мы с Филом и Паф войдём внутрь, наедимся от пуза и хорошенько выдрыхнемся. Верно говорю, ребятки?
– Паф!
– Аг…Ай! – вскрикнул мальчик и дёрнул рукой, пытаясь высвободиться из хватки разозлившейся девушки. Она разжала пальцы, однако даже не обернулась на активно сотрясающего сдавленной ладонью воздух Филипа, который сверлил её обиженным взглядом.
– Когда весь этот кошмар закончится, я закую тебя в самые прочные кандалы, какие только найду, и самолично приволоку в столицу, чтобы осудить… – полыхая превратившимися в лёд глазами, процедила дозорница и выхватила бандану из рук сардонически улыбающегося пирата. Остервенело повязала на голову, спрятав каждый голубоватый с лёгкой зеленцой волосок. – Доволен?!
– Не совсем. Нужно ещё что-то сделать с глазами.
Злобно рыча, Элизабет сжала кулаки и сильно зажмурилась. Когда же она открыла глаза – они стали такими же невзрачными, как и у Фила.
– Оо, ну просто вылитая пиратка, – подтрунил Клаус, чем только сильнее распалил Лиз. Сжатые в кулак ладони молниеносно покрылись Силой, однако прежде чем они были пущены вход, великан перехватил запястья девушки, и браслеты от кандалов полностью впитали силовой покров. – Хм, а полезная оказывается штуковина.
– Жаль только на тебя, остолопа, не действует! – закусив губу от досады, буркнула Элизабет, вынужденная смириться с этим своим мелким поражением. – Всё, пусти!
– Как дама скажет. – Демонслеер покорно разжал руки. – Теперь мы можем идти?
Ничего не отвечая, девушка раздражённой походкой устремилась вперёд на свет, и Клаусу с остальными пришлось нагонять её, чтобы вовремя пресечь нежелательные выходки. Однако госпожа Фортуна похоже решила возвратиться к великану и даже немного подсуетилась в качестве извинения за недавнее бегство – пиратская лавка пустовала. Только грубые самодельные столы с бочками вместо стульев, частично вывешенный товар на залитых светом ламп стенах и «Скользкий» Джек, бранящийся за выложенным камнями подобием прилавка со своей благоверной.
– Да откуда ж мне было знать, шо то был дозорник?! – бурно жестикулируя руками, возмущался Джек. – Да таких ругательств, которыми он палил, когда накидался под завязку шо бочка с ромом, ещё поискать где!
– Недоумок! – Жена отвесила мужу звонкий подзатыльник. – Это тебе не косил[26 - Косилы – подражатели на пиратском жаргоне.] кошмарить! Вот вечно вы, идиоты, бранью всё смеряете! А я теперь вынуждена гнить неизвестно где и без гроша в кармане!
– Ну с этим я могу помочь, хозяюшка, – нарочито громко пробасил Клаус, заставив семейную чету пиратов вздрогнуть от неожиданности.
– Клаус! – радостно воскликнула женщина и бросилась обнимать неожиданного гостя, который только и успел поднять Паф над головой, прежде чем две большие руки плотно сомкнулись вокруг его груди, превратившись в сплошной мясистый обруч. Да, пассия Джека ничуть не уступала по комплекции великану. – Сколько лет, сколько зим! Я-то уж думала, отправился за сундуком Морского Дьявола вместе с Морганом, ан нет. Жив, пройдоха! Ухх!
Женщина стиснула Клауса ещё сильнее и, что казалось совсем уж нереалистичным, даже немного оторвала от земли, легонько потрясая в воздухе. Это развеселило Элизабет, которая весьма красочно представила великана в образе этакой дородной леди, что тайно выскользнула на долгожданную встречу со своим возлюбленным, а тот, не сдерживавшись, чувственно заключил её в объятия и закружил в воздухе. Она пробормотала всё это вслух и в конце монолога прыснула со смеху, обращая на себя внимание хозяйки лавки, которая тут же поставила демонслеера на место и переключилась на неё.
– Ой, а это что за красавица, Клаус? – проворковала она, рассматривая щурившуюся от смеха дозорницу, которая как истинная леди тактично прикрывала рот ладошкой. – Неужто тоже отдал шварты в тихой гавани?
– Нет, в моем сердце только Паф, – пошутил великан и нежно взлохматил челочку с интересом озирающейся по сторонам квопл. – Хочешь посмотреть поближе? – осведомился он у неё.
Паф с энтузиазмом качнулась вперёд всем телом. Клаус улыбнулся и опустил её на пол. Квопл стремглав помчалась изучать ассортимент лавки, составляя компанию не менее заинтригованному Филипу, который занимался этим с тех самых пор, как приметил на стене изумительный короткий мушкет необычного потёрто-бронзового цвета с позолоченной скобой у спускового крючка.
– Рад снова видеть твою рожу! – бросив короткий взгляд на улепётывающий на всех парах колобок, поздоровался подковылявший – правая нога ниже колена была деревянной – Джек и протянул великану тощую руку.
– И я рад. – Демонслеер пожал руку и добавил: – Особенно сейчас.
– Нужда привела?
– Именно, но о делах потом. Зазет, – обратился он к женщине, продолжавшей изучать разошедшуюся Элизабет, – не будешь ли так любезна приготовишь нам ужин?
– Конечно, конечно! – воскликнула женщина и упорхнула в одно из ответвлений пещеры.
– Рома? – обыденно предложил Джек.
– Добро, – согласился великан, и хозяин, постукивая протезом, поковылял обратно до прилавка за нектаром небес, по мнению каждого знающего толк в хорошей выпивке пирата.
Клаус подхватил под локоток сотрясающуюся всем телом девушку, отвёл к одному из столиков и усадил на бочку.
– Ну и сколько ты ещё собираешься ржать? – присаживаясь напротив, сухо поинтересовался он.
– Н-ни…ско… н-ниско… – веки Лиз плотно сомкнулись, и она, прикладывая просто титанические усилия, – наглоталась воздуха и задержала дыхание, превратившись в хомячка, который не рассчитал вместительность щёк и теперь всеми силами старался удержать припасы во рту, смешно кривя губами, – прекратила наконец смеяться, как умалишённая. – Нисколько.
Пятью минутами спустя Джек прикатил добротный бочонок рома и поставил на стол три пол-литровых деревянных кружки. На само собой напрашивающийся вопрос: «Для кого третья?», пират кивнул в сторону Филипа, но чересчур правильная Элизабет возмущённо воскликнула, что он ещё ребёнок, и в столь раннем возрасте ему законом запрещено употреблять спиртное. Хозяин лавки равнодушно пожал плечами – морские разбойники плевать хотели на какие-то там законы – и, воспользовавшись подвернувшейся оказией, спросил у Клауса разрешения присоединиться. Великан добродушно махнул рукой, приглашая его за стол. Джек вскрыл бочонок припрятанной за пазухой дагой и принялся заполнять пустоты кружек янтарным нектаром. Когда треть бочонка была приговорена, подоспела Зазет с тарелками, на которых аппетитно дымились подкопчённые ломти мяса, украшенные нарезанной зеленью и овощами. Источаемый мясом аромат тотчас привлёк Паф и Филипа. Истекая слюнями, они наперегонки бросились к столу, словно оголодавшие дикие животные. Хотя, розовошёрстая квопл таковой и являлась на самом деле. А вот Фил скорее походил на бродяжку. Такого же оголодавшего.
Когда же были приговорены две трети, а в раздувшиеся после сытного ужина животы не лезло больше ни кусочка съестного, Филипа, которому так и не удалось поспать прошлой ночью, разморило. Мальчик начал клевать носом и всё ближе клонил голову к своей тарелке, помышляя заночевать прямиком в остатках салата. А вот явно перебравшая Элизабет вдруг ни с того ни с сего сделалась несколько… недружелюбной в отношении Джека, грозясь раскрыть себя. Чтобы избежать неприятностей, Клаус быстренько взвалил обоих на плечи и в сопровождении Зазет отнёс на хозяйский корабль, пришвартованный в небольшом подземном озере с выходом в море. Он уложил их в кают-компании по свободным койкам, и Лиз, буянившая всю дорогу не хуже несносного ребёнка, вырубилась в то же мгновение, как оказалась в объятиях мягкой перины. Великан улыбнулся, в который уже раз подивившись темпераменту дозорницы, и вернулся в лавку, поговорить о делах, а заодно докончить начатый бочонок. А там, где разлился один, непременно разольётся и второй. Ночка обещала выдаться весёлой…
II
В полдень, когда из неприятных последствий ночной попойки остались лишь тупые, но терпимые пульсации в голове, малоприятный запах изо рта да хрипотца в голосе, в лавке объявилась Элизабет. Её до жути бледное лицо искажала мученическая гримаса, в обращённом на Клауса страдальческом взгляде плескалась вселенская усталость пополам с некоторой обреченностью, а на искривлённых губах застыл крик о помощи.
– Лиз? – окликнул её великан. – Что с тобой?
Она раскрыла рот, но вместо слов с губ сорвался надрывный стон, а ногти на пальцах правой руки остервенело вцепились в бок. Будто хотели вырвать засевшую там дрянь, что отравляла девушке жизнь. Элизабет шатко шагнула навстречу встрепенувшемуся Клаусу, но силы покинули подгибающиеся ноги. Поражало, что в своём нынешнем состоянии она вообще умудрилась добраться до сюда самостоятельно и не заблудиться, учитывая, что проход, связующий лавку и озеро, несколько раз разветвлялся, соединяясь с множественными ответвлениями подземных тоннелей.
– Что это с ней?? – растерянно вопросила своевременно оказавшаяся рядом Зазет, которая успела подхватить обессилевшую Лиз на руки прежде, чем та разбила себе что-нибудь о каменистое дно пещеры.
– Не знаю. – Великан осторожно перенял из рук хозяйки корчившуюся в болезненных судорогах девушку. – Где Фил?
– Он сказал, что пойдёт на берег. Вроде как забрать что-то.
Клаус развернулся и двинулся на выход, измеряя расстояние до берега широкими стремительными шагами. Правда, озвучить точное их количество он вряд ли бы смог. Все подсчёты мгновенно улетучились из головы, едва великан добрался до места, где обнаружил кучку зубоскалящих пиратов. Они собрались в круг и без какого-либо зазрения совести шпыняли напуганного мальчика, прижимавшего к груди мешочек с лекарствами. Прозябавшая в скуке в венах кровь взбурлила в предвкушении хорошего мордобоя, а прозорливый взгляд приметил чудесный на вид пиратский корабль, стоявший на якоре.
– Потерпи ещё немного, Лиз, – сказал он девушке, укладывая её на землю. – Я скоро вернусь с подмогой.
Дозорница что-то неразборчиво простонала и, свернувшись калачиком, обхватила живот руками. Клаус же, посчитавший, что идти с пустыми руками будет неприлично, вооружился куском ствола, бывшего некогда стройной грациозной берёзкой, и бесстрашно вышел к незамечающим ничего вокруг за издёвками над ребёнком негодяям.
– Эй, малец, чё молчишь, словно метку проглотил? – гнусавым голосом глумливо поинтересовался долговязый прощелыга в щегольском плаще, по?лы которого простирались аж до самой земли. – А ну кажи, чё в мешочке прячешь.
Заслышав знакомый, пускай и чуток загнусавивший, говор, Клаус вдруг растянулся в широчайшей улыбке. Да, ещё несколько дней назад великан был совсем не рад встрече с Рэтом, однако сейчас обстоятельства изменились. Не удержавшись, он даже дружески потрепал его за плечо, когда подкрался со спины на расстояние вытянутой руки.
Рэт вздрогнул, повернул покосившееся вправо – особенно в районе носа – лицо к пришельцу и изумленно вылупился на бывшего товарища с внушительной оглоблей в руках и ухмылкой, не предвещающей ничего хорошего.
– Привет, – буднично поздоровался демонслеер, и вскинутая наотмашь оглобля с хрустом переломилась о правую скулу вытянутой крысиной рожи, отправляя её обладателя кувыркаться по воздуху до ближайшего чахлого кустарника. – Фил, пойди помоги Лиз. Ей нехорошо.
Ошарашенный Филип неуверенно прошёл сквозь брешь в кольце вросших в землю соратников крысиного капитана и со всех ног припустил к месту, на которое указал Клаус. Едва силуэт мальчика скрылся из поля зрения, великан отбросил превратившуюся в труху оглоблю и обратился к остолбеневшим пиратам:
– Ну и чё застыли? Днищем на риф сели, дамочки?
Как и в прошлый раз провокация сработала на ура: вытаращенные глаза разом обозлившихся пиратов налились кровью. Страшно скрежеща уцелевшими после последней взбучки зубами, они вскинули сабли и с рёвом бросились на Клауса. Он довольно осклабился, раскинул здоровенные ручищи и, слегка пригнувшись, в буквальном смысле пошёл на таран. Могучие предплечья беспощадно впились в животы первых, оказавшихся на пути бедолаг, вышибли из них дух и впечатали в бежавших позади. Возникла сумятица: обмякшие тела валили союзников одного за другим не хуже подло брошенной кем-то посреди дороги банановой кожуры. Самым изворотливым удалось вовремя увильнуть в стороны, однако это не спасло их от позорного падения – Клаус награждал ловкачей старым добрым джебом в лицо. Тех, кто пытался подняться или же исподтишка полоснуть великана саблей по ноге, ждал коварный удар железным носком ботинка, наносивший гораздо больше увечий, нежели голый кулак. В общем, называть происходящее дракой язык не поворачивался. Скорее уж рядовое поколачивание пиратской шайки отбросов, оказавшихся не в том месте, не в то время и не на том мертвяке. Уложив последнего пирата, – им оказался космач, ради мимолётной прихоти выхвативший кручёным под дых, – великан удовлетворённо похлопал ладонями на манер домохозяйки, только что закончившей генеральную уборку дома, и, весело насвистывая, побрёл к Филу и Элизабет.
– Как она? – первым же делом осведомился он у мальчика, склонившегося над девушкой.
Филип от неожиданности передёрнулся и боязливо обернулся, но при виде довольного великана тут же выдохнул. Он только собрался ответить, как из-за его плеча выглянула Элизабет, вернувшая ясность своему выражению лица.
– Я в порядке.
– Ну вот и славно. Значит, пойду к Джеку, прихвачу пару мотков крепкой верёвки, – проходя мимо них, обронил великан.
– Зачем?.. – то ли от испуга, то ли от растерянности промямлила Лиз, но Клаус не удостоил её ответом, продолжая идти вперёд и насвистывать песенки.
Отыскав одноногого пирата, он взял то, зачем пришёл и заодно обрадовал известного крохобора новостью, что вполне возможно рассчитается с ним прямо сейчас, а не картой с обозначенным на ней тайником[27 - Рисовка карт с тайниками – самый распространённый способ оплаты среди пиратов. Покупатель сообщал торговцу название острова, на котором находился клад, а после рисовал детальную карту, указывая все направляющие знаки, проливающие свет на его местонахождение. Такая сделка проходила на честном слове, однако всех нечестных рано или поздно находили с перерезанными глотками.], как было обговорено ранее. Джек мельком поинтересовался, откуда тот вдруг разжился пиастрами, но Клаус только загадочно улыбнулся и покинул лавку.
По возвращению на берег он застал Филипа за весьма интересным занятием: мальчик разыскал худосочное тельце Рэта и теперь увлечённо наминал ему бока своим деревянным башмаком. От такого зрелища великан звучно хмыкнул. Элизабет, что с огорошенным видом взирала на валявшиеся то тут, то там распростёртые тела, немедля среагировала на это хмыканье.
– Это ты их так? Один? – поражённо спросила она, и поразилась ещё сильнее, когда Клаус одарил её утвердительным кивком. – Кажется, я начинаю понимать, почему кандалы на тебя не подействовали… С такой-то силищею…
– Не в этом дело, – возразил демонслеер, направившись к замаскированной лодке. – Просто вы, люди, ни черта то о нас и не знаете.
– А что мы должны знать? – заинтересовавшаяся Лиз последовала за ним. Как пить дать решила, что это отличная возможность вызнать все его секреты, чтобы затем безо всяких проблем скрутить и доставить на Альтану.
– А разве вы хотите что-то о нас знать? – отчего-то опять по-философски заговорил Клаус, методично расчищая лодку от веток. – Мы для вас лишь оружие, расходный материал, который всегда можно заменить. Всего-то и нужно, что иметь под рукой пачку рамблов да потолще.
Слова Клауса по новой огорошили дозорницу, и какое-то время она с приоткрытом ртом молча наблюдала за тем, как он разгребал нагромождённые друг на друга ветки, а после голыми руками выкорчёвывал росшие по близости рассохшиеся деревья и укладывал их ровным плотным рядком, стараясь соблюдать одинаковые пропорции.
– Нет. Ты не прав, – наконец сказала она, однако прозвучало это как-то неубедительно.
Клаус подложил под деревья два поперечных бревна в начале и в конце, похожие брёвна положил поверх, разместив их параллельно нижним, сбросил с плеча верёвочные мотки и только затем обратился к Элизабет:
– В чём? – и не дожидаясь ответа, начал разматывать верёвку.
– Ну… это… как бы… – Лиз силилась подобрать правильные слова, однако они упрямо продолжали ускользать от неё. В итоге девушка разозлилась и выпалила всё как есть: – В общем, ты не прав, и всё тут! Мы люди, криолисы или нет, неважно, слабые и смертные существа. Не ровня практически неуязвимым демонам. Поэтому я не вижу ничего плохого в том, чтобы нанять вас, демонслееров, гораздо более сильных и приспособленным к сражениям с тёмными порождениями, чтобы таким образом гарантировать себе безопасность. А ещё, чтобы ты знал, к вашей расе на Альтане относятся с большим уважением, причём даже на законодательном уровне. Вот!
Клаус перестал связывать концы брёвен и с долей укоризны снова взглянул на девушку.
– Лиз, в бою с демонами мы такие же смертные, как и вы. Любая осквернённая рана с лёгкостью может прикончить нас. Пожалуй, единственное реальное преимущество, которым мы обладаем, это неуязвимость к их магии. Поэтому, когда вы отправляете кого-то из моих соплеменников в бой с жалкой горсткой вооружённых пустышками солдат, то фактически посылаете его на смерть. Да, может бесы и не ахти какие бойцы, да даже генералы не всегда оказываются сильны, но будь там капитан или кто повыше – исход боя предрешён. Падёт командир, падёт его войско.
– Н-но ведь есть же поддержка… Ближайшие провинции обязаны выслать корабли…
– И? Ты – капитан дозорников, неужели не знаешь, по каким правилам проходят бои на воде?
– Да всё я знаю! – недовольно буркнула в ответ дозорница. Само собой разумеется, она ни единожды участвовала в водных баталиях по долгу службы.
Начинаются они всегда одинаково, с перестрелок и стремления потопить вражеское судно прежде, чем оно пойдёт на абордаж. Когда это случится – надеется на подмогу бессмысленно. Да и что, в сущности, могут поделать в такой ситуации союзники? Не станут же они стрелять по сцепившимся судам, подвергая своих товарищей риску ради призрачной надежды потопить недружественный корабль. Но даже если им это и удастся – ничто не помешает противнику захватить побеждённый фрегат в случае успеха. А идти на сближение ради помощи в рукопашной – столь же несусветная, сколь и непозволительная глупость. Если флот противника насчитывает более одного корабля – отправят на дно морское сию же секунду. Так что как бы не хотелось Элизабет признавать правоту демонслеера, он всё же был абсолютно прав.
– Но вы хотя бы не становитесь слабее вдали от родного острова! – не собираясь уступать, воскликнула она.
– О, это ты про ваш хвалённый овердрайв[28 - Овердрайв – состояние, при котором криолис черпает силы непосредственно из острова, управляя им. Существует четыре ступени овердрайва. Каждая пройденная ступень пассивно усиливает дар, но лишь немногие способны преодолеть третью ступень. А преодолеть четвёртую ступень удалось лишь одной леди Альтане – защитнице и негласной хозяйке одноимённого архипелага.]? – хмыкнул великан, вернувшийся к своему занятию.
– Именно о нём! Когда мы покидаем пределы острова, то больше не можем использовать овердрайв. Приходится рассчитывать лишь на один «голый» дар. Однако далеко не всегда он приспособлен для боя, что делает нас ещё более беспомощными перед демонами. Не в пример вам, полубессмертным воинам, которые без труда залечивают даже такие серьёзные раны, как прямой удар в сердце!
Клаус усмехнулся, крепко стянул веревкой правые концы верхних брёвен и связал их тугим узлом. Затем размотал новый моток и принялся перевязывать нижние брёвна.
– Ну и что смешного? – надула губы девушка.