Ошибка

— Хм, — задумался он. —И зачем леди Куи Фан убивать Вас?

— Месть, — короткоответил я.

— Пока мы на войне, томой командир — это Вы и граф Вуй Ле, — задумчиво ответил он. — Но даже прикажиона мне такое после войны… — Дао замешкался, — я бы не стал выполнять!

— Спасибо! — искреннепоблагодарил я, облегченно вздыхая и присаживаясь на траву.

— Можно вопрос? —неожиданно сменил тему он.

— Угу.

— Как звали вашего отцаили деда? — обрадованно заговорил он. — Все воины и освобожденные из рабствакрестьяне уже вторые сутки выспрашивают это у леди Во. Но она не отвечает.

— Зачем вам это? —начиная догадываться, о чем идет речь, уточнил я.

— Как же!? — удивилсяДао. — Молиться и возносить хвалу вашим великим предкам за то, что они послалинам на помощь благородного Арчи Донована!

— Мои предки не были… —начал было объяснять я.

— Они не быличестолюбивыми! — перебил меня громкий голос, подошедшей к нам Лун.

— Да, госпожа, —обернувшись к Лун и кивнув ей в знак согласия сказал Дао.

Лун одними глазамиуказала ему в сторону и моего сержанта как ветром сдуло. Она хмуро посмотрелана ничего не понимающего меня, но тут же её брови распрямились, и она озорноплюхнулась рядом со мной, попутно отмечая мое преображение. Вслух Лун ничегоговорить не стала, но я по глазам и улыбке понял, что ей нравится.

— Ты меня удивляешь,Арчи, — хихикнула она. — Кто кроме меня и Чунга знают, что ты из простолюдинов?

— Вуй, — подумав,ответил я. — Но у нас нет знати и простолюдинов. В Эдеме люди делятся только поуровню богатства, — шепотом пояснил я.

— Тогда ты не можешьутверждать, что ты не из знати. Хотя бы то, что у тебя есть фамилия уже омногом говорит. Для простолюдина уже только это показатель твоего благородногопроисхождения, — немного подумав резюмировала она. — Позволь всё же мнепередать твою историю бойцам. — Как звали твоего батюшку?

— Его звали УильямДонован, — начал свой рассказ я. — В свою молодость он послужил в армии надолжности водителя, а когда закончил службу, то пошел работать механикомсельхозтехники. Это он научил меня боксировать, благодаря чему я до сих поржив. А когда начался экономический кризис, то владелец плантации разорился, иотец потерял работу. Квартира была под залогом и банк забрал её у нас. Мыоказались на улице. Тогда-то отец подорвал здоровье и вскоре умер, но передэтим он смог отстоять право на разницу между стоимостью квартиры и долгом передбанком. — закончил говорить я и болезненно сглотнул. Надо бы поберечьгорло. Даже шепотом говорить было тяжело.

Мои раздумья прерваливсхлипывания Лун. Когда я обернулся к ней, она вытирала уголком платьяраскрасневшиеся глаза. Я про себя улыбнулся. Лун была совершенно непохожа намое представление о знатных леди. Ее гипертрофированное романтическое естестворезко контрастировало с решимостью в своем деле медика. И только подчеркивалоее человеколюбие и несвойственную знати порядочность.

— Я передам твои словалюдям. Не уверена, что все поняла верно, но так даже лучше! — проговорила она.

— Хорошо, — хрипяответил я и улыбнулся ей.

— Жаль у меня почти неосталось спирта, про который ты говорил, — спохватилась она. — Тебе бысогревающий компресс на горло наложить, но, с тех пор как ты объяснил, как егоиспользуют медики асов, он у меня в дефиците.

Лун молодец. Быстросхватывает. Стоило ей один раз что-то подсказать, как она тут же брала это навооружение. Жаль, конечно, что спирта не осталось. Погреть горло действительноне мешало бы. Хотя стоп! Я посмотрел на Лун, которая в этот момент печальнолюбовалась заходящим солнцем. Через полчасика будет совсем темно.

— Есть способ согретьгорло без медицинского спирта. Но мне для этого понадобиться твоя компания,несколько сладких фруктов, свеча или лучина и пара стаканов.

— Что ты задумал? —хитро прищурилась она, забывая про зрелище стремительно падающего к горизонтукрасного диска солнца.

*

— Повторяй за мной, — всвете крохотного огонька тлеющей лучины, сказал я.

Лун жадно впилась в менявзглядом, ловя каждое движение. Я демонстративно поднял деревянный стакан сблагородным напитком, аккуратно втянул носом аромат выдержанного в дубовыхбочках коньяка, слегка пригубил и улыбнулся теплу, растекающемуся по горлу ижелудку. Только после этого я не спеша взял кусочек манго и закусил чудесный,но всё же крепкий коньяк.

— Теперь ты, — прошепталя, удивляясь тому, как изменилась атмосфера в моем шалаше. Дорогой алкоголь,экзотические закуски, волнительная компания молодой девушки, которая уже давностала мне не безразлична. Да я везунчик!

Лун, не скрывая своеволнение, взяла свой стакан и с хирургической точностью повторила все то, чтопроделал я. Сбилась она только в тот момент, когда проглотила напиток ипопыталась насладиться эффектом. Закашлявшись с выпученными глазами, оназатрясла перед ртом рукой, судорожно пытаясь спасти положение. Но я был начеку.Бесцеремонно запихнув кусочек личи ей в рот, я улыбнулся. Морщась, и вытираяпроступившие слезы, Лун жадно жевала сочный фрукт, довольно отмечая, чтозакуска отбила вкус. Но по её глазам и поведению я видел, что растекающеесятепло почувствовала и она.

— Ну, как тебе? — хитроспросил я.

— Здорово! Еще хочу, —неожиданно заявила она и улыбнулась мне, — но чуть-чуть попозже.

Затягивать вечер мы нестали. У Лун был тяжелый день и завтра предстоит не легче. Задачи напоить её уменя не было. Лучше мы позже ещё раз или два это повторим. После третьей порцииконьяка я заметил, что Лун поплыла, да и я с непривычки быстро захмелел. Нехватало чтобы завтра к боли в теле добавилась боль в голове. Но бонус послеэтого вечера все же был. Лун легла спать не просто рядом. Она плотно прижаласько мне и, бесцеремонно закинув на меня ногу, погладила по щеке, разворачиваямою голову в свою сторону. Лучина уже давно догорела и в шалаше стоял настоящиймрак, от которого все чувства не связанные со зрением обострились.

— Спасибо тебе, Арчи, зато, что ты для меня сделал и продолжаешь делать, — прошептала она, разбиваясвое дыхание о мои губы.

Я не стал юлить илискромничать. Я даже не стал ей ничего говорит в ответ. Не знаю коньяк это такподействовал или я стал смелее, но повинуясь порыву страсти я подался к ней инаши губы встретились. Если бы я сейчас стоял, то земля ушла бы из-под ног,если бы я не знал, что это наяву, то решил бы, что это сон. Тепло от её губ щекочущейволной растеклось по всему телу, и я зачем-то закрыл глаза, спасая свой разумот избытка чувств. Тело горело, мысли путались, руки дрожали, но я нашел в себесилы прервать поцелуй для того чтобы привести нервы в порядок. Я был счастлив иединственное, чего я боялся — это растерять свое счастье.

— Мои губы впервыегрехом покрылись, — довольная Лун прошептала строчку из криво перерассказанного мною отрывка Ромео и Джульетты.

— Тогда верни мне егоназад — подыграл я, и теперь уже она поцеловала меня.

Глава 13 Леди Фан

Боги посмеялись наднашим народом, послав своего Пророка. Позор и бесчестье — все что он принёснам.

Отступница леди Куи Фан

Озорной смех Ланмелодично разнесся по коридорам курсантского общежития эхом отражаясь от голыхстен. Одетая в женскую форму училища, она смотрелась в этом месте вполнеорганично, и я невольно ухмыльнулся её фантазии в выборе мест встреч инарядов.

— Так и сказал? Механиксельхозтехники? Экономический кризис? Водитель? — вытирая выступившие слезы,переспросила Лан. — Чему ты тогда удивляешься?

— Удивляюсь томурассказу, что сочинила твоя сестра, — искренне недоумевал я. — Могла быуточнить у меня детали.

— Забыл кто она? — сноваулыбнулась Лан. — У нее нет среднего образования. По сути, даже начальноенеполное. К тому же она дочь графа и ей может показаться унизительным что-то незнать. Тем более она не хотела выглядеть перед тобой дремучей деревенщиной.

— Да, ты права, —согласился я. — Но как она мой короткий рассказ про отца превратила в целуюлегенду? Мол он крупный землевладелец, который верно служил своему сюзерену, поприказу императора доблестно воевал с дикарями индами, получил ранение ивернулся в родовое поместье? Но сюзерен по имени Банк не оценил доблесть своеговассала и отобрал земли, оставив ему только титул. Отцу пришлось занятьсяремеслом, на котором он окончательно подорвал здоровье. Но вассалу было малополученных земель. Он решил унизить отца ещё сильнее и забрать родовое имение.Защищая свой дом, мой отец погиб, но вместе с собой забрал жизнь предателягерцога Банка, возведя себя в ранг святого и мученика одновременно. К счастьюдля народа вьетов Уильям Донован успел обучить своего сына секретным техникамведения боя, и я только и жажду поквитаться со всеми сторонниками герцогаБанка.

— Из твоих уст этозвучит ещё смешнее, — снова залилась смехом Лан. — Моей сестре в писательствебы попробоваться. Не замечала раньше за ней таких талантов. Может это ты ихоткрыл, своими романтическими рассказами перед сном?

— Она, кстати,передавала привет.

— Да, знаю, — кивнулаЛан.

— Не хочешь передать ейчто-нибудь в ответ? — уточнил я.

— Поцелуй? — хитроулыбнулась она. — У нас с тобой ещё есть полминутки.

— Думаю, ответногопривета будет достаточно, — я потупил взгляд.

— Что случилось? — Ланзаглянула мне в глаза. — Раньше ты был не против поцелуев со мной.

— Да, но теперь я с Лун,— признался я. Скрывать что-то от Лан не имело смысла.

— Молодец, Арчи. Мненравится твоя верность. Абсурдно, конечно, но все же. Даже в своих видениях тыостаешься верным.

— Может подскажешь какмне быть с их помолвкой с Чунгом? — быстро спросил я, понимая, что наша встречаподходит к концу.

— Не спеши, — Лансделала шаг назад, — Все само наладится. Ты уже сделал для этого все, чтонужно, — проговорила она и растаяла, словно ее здесь и не было.

*

— Я тебе говорила, чтоты во сне разговариваешь? — сонным голосом прошептала Лун, прижимаясь ко мневсем телом. — И я не всегда понимаю говоришь ли ты со мной или с сестрой.

— Мне почему-то начинаетказаться, что вы для меня становитесь единым целым, — признался я, понимая, чтобольшую часть наших разговоров Лун слышит. От её близости, моя сонливость сразукуда-то пропала и мне даже пришлось приподнять одну ногу, чтобы она не наткнуласьна мое возбуждение. — Нет уже той решительной и грозной Лан, которая не просилапощады и была готова идти до конца.

— Тебе не понравиласьмоя история о твоей семье? — сменила тему она.

— Понравилась, но онагораздо лучше, чем было на самом деле.

— За то все вьеты открестьянина до правителя Хунга в нее поверят. Им она будет понятна, —оправдалась Лун.

— Я тебя не ругаю, —попытался оправдаться я. — В этом вопросе полностью полагаюсь на тебя!

— Ты и ночью чуть былоне положился на меня, — хихикнула она. — Ладно, пора вставать. Одолжишь мнеснова твоего порошка для зубов?

— Конечно! Если хочешь,то и мыло бери.

— Спасибо, — выдохнулаона, взяла все необходимое и выскользнула из шалаша.

Мне тоже пора былособираться. Вуй вернулся из разведки вчера вечером и сказал, что неприятельстягивает в этот район крупные силы. Меня он избегал, но его люди передалирезультаты разведки. Сегодня было решено собираться и уходить. Три дня мыпровели в этом месте и часть раненых стала чувствовать себя значительно лучше.Во всяком случае мы подготовились и собрали для них волокуши и носилки. Теперьдаже тех, кто не может идти сам, можно без серьезной потери в скорости нести всоставе колонны. Крестьяне тоже без дела не сидели. Вуй был неправ вдвойне,когда сказал, что они — это лишние рты. Благодаря крестьянам у нас в рационебыло много свежих фруктов, грибов и рыбы. Не говоря о том, что они ловкосооружали для всех шатры, латали одежду и снаряжение, готовили и… Как сказалаЛун, к концу этой недели половина девушек из нашего отряда понесут. Поначалуменя это возмутило! Солдаты ходят к крестьянкам и берут их, когда имвздумается. Никаких приличий и дисциплины! Да они же из-за этих бабперессорятся все! Этого ещё нам не хватало! Не говоря уж о моральном аспекте…Но Лун мне объяснила, что это абсолютно нормально. Если бы мы вели классическиебоевые действия и останавливались в захваченных или освобожденных деревнях, тодело обстояло бы гораздо хуже. И крестьяне, и солдаты привыкли к такомумиропорядку и ни у кого даже в мыслях не было его нарушать. Тогда яприсмотрелся к происходящему и понял, что она права. Никто из крестьян какбудто бы и не возражал. Они просто терпели. Крестьяне вообще привыкли терпеть.

Особой популярностьюпользовались те восемь девушек, что мы освободили из борделя. Хотя, когда яузнал о происходящем, то был не уверен, что в борделе асов им было сильно хуже.Но, как заверили меня мои командиры и выбранные из крестьян старшины,конфликтов на этой почве пока не возникало, но будь моя воля, я бы пресек все этона корню. Ведь есть ещё один побочный нюанс, кроме беременностей. Вьеты ничегоне знают об инфекциях, передаваемых половым путем. На этот вопрос мне никтоничего не смог ответить. Даже Лун. Они вообще плохо понимали, что такое вирусы,бактерии и отчего возникают болезни. Если знать, и их приближенные имелисмутные понятия о гигиене, то большинство крестьян считали, что болезни импосылают злые духи. И лучший способ бороться с ними — это молиться предкам ихлордов. Так же в ходу были наговоры, нелепейшие обряды, зачастую делающиетолько хуже, ну и само собой смирение со своей участью. Мол на все воля богов.Если суждено загнуться от пореза ржавой железкой, то так тому и быть. Со всем сэтим я был готов бороться, но не здесь и не сейчас. Хотя кое-что я все жеделал. Показывал личный пример. Осталось научиться варить мыло и заставить всехим пользоваться. Лун говорила, что в высших кругах вьетов про мыло знают и нередко используют. Надо будет разузнать об этом поподробнее.

А ещё я провел ревизиюоружия и боеприпасов. К моему удивлению, после боя с асами мои парни собралинеплохие трофеи. Даром что была уже ночь. Так что помимо обновлённого запасапатронов мы разжились ещё тремя десятками винтовок и четырьмя ящиками мин. Моибойцы знают какую ценность играет миномет в решающий момент и как только бойбыл закончен, первым делом отправились искать боеприпасы именно для него. Аизбыточное количество винтовок, которые я тут же принялся проверять, натолкнулименя на мысль, что пора бы расширять взвод стрелков. Бойцы, вооруженныехолодным оружием в нашем отряде, были в избытке. Поэтому вчера утром, кактолько заслушал доклад о разведке, поручил своему сержанту выбрать три десяткасамых толковых из них. Если нужно, то разрешил даже среди крестьян искатьлюдей. Может кто из них имеет опыт в военном деле. Дао принялся за работу совсей ответственностью, подключил к делу Бао, всех ефрейторов и несколькорядовых. В приоритете были те, кто умел хотя бы из лука стрелять. Так что,заняв делом свой взвод, я весь вчерашний вечер проковырялся с трофейнымвооружением.

Лун быстро управилась сутренним умыванием и вернулась в шатер в приподнятом настроении. Она подостоинству оценила мыло и зубной порошок и очень быстро научилась импользоваться. Вот и сейчас, одарив меня лучезарной улыбкой, она передала мнеумывальные принадлежности, и я неохотно поднялся с нашей лежанки, отправляясь кпруду.

Когда процедуры былизакончены, и я вернулся в шатер чтобы вернуть на место драгоценное мыло изубной порошок, то заметил, что Лун ещё здесь. Высота нашего шатра была совсемнебольшой и стоять в полный рост не могла даже Лун, поэтому большинствоперемещений происходили на четвереньках. Вот и сейчас она находилась в этойпозе спиной ко мне, склонившись над своей сумкой и частично загородив мне вход.Подол её платья слегка натянулся, частично оголяя неширокие, но крепкие бедра иоблегая упругие ягодицы. От увиденного я нервно выдохнул и сглотнул, отмечая,как внизу опять колыхнулось. Игнорировать то, что рядом со мной все это времянаходится столь привлекательная девушка становилось все сложнее и сложнее. Ямог бы протиснуться мимо, но вдруг решился на маленькую шалость.

— Посторонись-ка, —нежно похлопав её по подставленной попе, сказал я и приготовился к тому, чтоона меня осадит.

— Это так ты ведешь себяс благородной леди? — обернулась она. Её взгляд и выражение лица абсолютноничего не выражали.

— Я… Просто…

— Шучу! — прыснула сосмеху она. — А за проход придется заплатить! Один поцелуй!

— Благородная леди Во, —моментально сориентировался я, забывая про свой конфуз, — Вашими стараниями я исам теперь благородный лорд! Не соблаговолите ли взыскать с меня плату за всемои неоплаченные входы в шатер?

— Ещё и с процентами! —подыграла она и ее руки обвили мои плечи, а расплывшиеся в улыбке изящные губыприжались к моим губам.

Я тоже не отставал иположил руки на самый низ её талии, очень медленно опуская их все ниже и ниже.

— Милорд Донован, —раздался снаружи голос Дао. — Вы здесь?

Я про себя чертыхнулся.Мало того, что все мои бойцы теперь обращаются ко мне только как к лорду, такон ещё умудрился прийти именно в тот момент, когда я почти добрался ладонями довожделенных ягодиц моей любимой.

— Да, что случилось? —нехотя прервав поцелуй, ответил я.

— Если Вы хотитепообщаться с лордом Ту Чунгом, сейчас самое время. Он хорошо себя чувствует исейчас совсем один.

— Иди, — ласковопрошептала Лун. — Наверстаем ещё.

— Тебе-то легкоговорить, — поправляя ремень, прошептал я в ответ и Лун ответила беззвучнымсмехом.

— Называй меня Арчи, —недовольно проворчал я, обращаясь к Дао, когда вышел из шатра.

— Не могу! — если кто-тоуслышит, что я не проявляю должного уважения благородному лорду, меня ждётнаказание.

— Когда мы наединеможешь говорить со мной как раньше, — пошел на компромисс я. — Я не привыккозырять своим титулом.

В ответ Дао триждыпоклонился и я, закатив глаза, поспешил в сторону шалаша Чунга. Тот был ивправду один, если не считать его телохранителя, помогающего ему с одеждой.

— Как дела у самогоотчаянного и самого безрассудного рубаки, по эту сторону моря? — с улыбкой налице я протиснулся в шатер.

— Арчи! — радостнопробасил Чунг, приподнимаясь с лежанки устланной сухой травой. — Как я рад тебявидеть! Третий день только и слышу про твои подвиги! Почему раньше не заходил?

— Мне в крайнем бою тожекрепко досталось, — почесывая до сих пор саднящее горло, ответил я и приселрядом. Ну и твоя новая подруга… Сам понимаешь…

— Леди Куи Фан, —мечтательно проговорил Чунг. — Она… она… Замечательная! Я так рад, что богисвели нас.

— Графиня не будет ввосторге от моей компании…

— Да, — блаженство наего лице сменилось задумчивостью. — Ей есть за что ненавидеть асов.

— Да ещё и её отец, —добавил я.

— Ничего, Арчи. Онапривыкнет и все будет нормально, — заверил меня он. — Я так благодарен тебе,что ты завернул в то проклятое место. Дружище, я кажется… — немного покрасневзамялся он.

— Влюбился? — хитроуточнил я.

— Да, — признался он. —Мне наконец-то стало ясно, о чем ты говорил, когда мы обсуждали нас с Лун.

— Помолвка отменяется? —затаив дыхание уточнил я.

— С кем? — ужаснулсяЧунг, сделав до абсурда глупое лицо.

— Тебя и Лун, — стараясьдержать себя в руках уточнил я, вспоминая с кем я говорю. Это же Чунг. С нимнадо попроще и поконкретнее.

— Ааа, — расслабился он.— Я уж думал ты про Куи! Не беспокойся, Арчи. Лун твоя! Никто на этом свете несможет отобрать у меня мою милую Куи! Отец не будет против. Она гораздо лучшаяпартия, чем Лун. Если только…

— Что? — уточнил я.

— Если только не станетизвестно откуда мы её вытащили, — многозначительно закончил он.

— Из плена, где она былагорничной и официанткой, — уверенно сказал я. — Все, кто будет распускать проледи Фан порочащие её слухи, будут немедленно вызваны мной на дуэль! — увереннозаявил я, прекрасно понимая, что если всплывет информация о том, что она быласекс рабыней, её репутации конец. Как и их с Чунгом будущему.

— Спасибо, дружище, —снова отвечая на мой манер, Чунг похлопал меня по руке. — Я дважды у тебя вдолгу. Еще бы с Лун поговорит на эту тему, но я не знаю как могу посметьпросить у нее что-то после того, что между нами было. Я ведь принуждал её кбраку со мной. А она, не раздумывая бросилась спасать мне жизнь.

— Я поговорю с ней, —улыбнулся я. Она будет придерживаться моей версии, будь уверен.

— Ты уже поблагодарилЛун? — опомнился Чунг.

— Постоянно это делаю, —ухмыльнулся я, — За что именно?

— Ты не помнишь? — оннеуверенно заглянул мне в глаза. — Что произошло после того, как ты закинул последнююмину по позициям асов?

— Не знаю, — пожалплечами я. — Бао сказал, что я отключился.

— У асов тоже былминомет, — начал рассказ Чунг. — Лун как раз закончила со мной, когда этослучилось. Я был без сознания, но мой телохранитель в отражении атаки асов неучаствовал и все это время был возле меня, — он кивнул в сторону выхода изшалаша, за которым только что скрылся его человек.

— И что случилось, когдая выпустил последнюю мину? — перебил его я.

— Асы сосредоточилиогонь на твоей позиции, — еще больше посмурнел он. — Надо сказать, что тыобращаешься с этой игрушкой лучше, — хмыкнул он. — Первая и вторая их мины ушлис перелетом. Третья с недолетом. А вот четвертая попала бы довольно точно.

— И как я остался жив, —нервно сглотнув, спросил я.

— Лун оттащила тебя всторону и укрыла за деревом за несколько секунд до того, как стало бы поздно, —отведя взгляд в сторону закончил он, как будто извиняясь.

Я нервно вытерпредательскую слезинку, выступившую из края глаза. Даже с учетом того, что япохудел, мой вес где-то килограмм семьдесят пять. Плюс броник, ботинки,пистолет и так далее. Лун весит не больше пятидесяти пяти. Дальше думать мнебыло страшно. Но мне и не пришлось.

— Что он здесь делает? —прозвучал властный грудной женский голос и я обернулся на вошедшую Куи Фан.

В один момент мне сталиясны две вещи. Во-первых, она меня никогда не простит. А, во-вторых, я понялпочему на Лун мужчины почти не заглядываются. Дочь графа не должна вести себякак Лун. Она должна держаться, выглядеть, говорить, смотреть, двигаться как КуиФан. С первого взгляда было понятно, что передо мной благородная леди. Лун, сеё гипертрофированными честностью и человеколюбием смотрелась на фоне Куи,словно наивная и блаженная крестьянка. Куи была абсолютным антиподом Лун.Волевая, взбалмошная, суровая и величественная. Но несмотря на все, оченьпривлекательная девушка. И сейчас она смотрела на меня не скрывая презрения.Если бы она умела убивать взглядом, то я бы уже лежал замертво. Казалось, чтоеё возмущает сам факт того, что им с Чунгом приходится дышать со мной однимвоздухом.

— Доброе утромиледи, — неуклюже поклонился я. — Вот, пришел проведать своего боевоготоварища.

— Твои боевые товарищигниют, сраженные доблестными воинами вьетов! — фыркнула она.

— Еще полгода назад такбы и было, но не сейчас, — как можно любезнее ответил я, не намереваяськонфликтовать со взбалмошной графиней. — А сейчас мне пора идти. Чунг, ледиФан, — кивнув им на прощание, я вышел из шатра.

— Небось пошел получатьраспоряжения от своего пленного командира, — презрительно бросила Куи Фан мне вслед.

Что это она ещёпридумала? И только шагов через пять я понял смысл её слов. Пленный командир! Ядумал того полковника, что мы взяли в плен, давно прикончили злющие солдаты. Нокажется он до сих пор жив. И не просто жив, но его ещё и скрывают от меня.Неужели Вуй настолько мне не доверяет, что скрыл от меня пленного полковникабоясь, что я дезертирую обратно к асам? Да я же своими руками в том боюпристрелил полковника и целого генерала! Пылая изнутри праведным гневом, ярешительно направился в сторону шатра Вуя чтобы высказать ему все, что о немдумаю.

*

Лан сидела на самом краюпалубы десантной баржи, свесив ноги вниз и забавно ими болтая на фоне воды. Мышли по морю в составе огромного флота тех самых посудин, что доставили меня наберег, принадлежащий народу вьетов. Морской ветер развивал её волосы, подгонялволны, бьющиеся о борт десантного корабля, подбрасывал соленые брызги,долетающие до нас. Но мне было не до любования видом океана. На Лун, одетую втельняшку и матросские брюки я тоже особо внимания не обращал. Вместо этого ярасхаживал у нее за спиной, высказывая свое недовольство Вуем, своимиефрейторами и сержантом, моей Лун и их недоверием ко мне. Никто из них неудосужился рассказать мне о полковнике.

— Скрыть от меня наличиетакого ценного пленника — это верх неуважения! — негодуя закончил свой монологя. — И это после всего, что я для них сделал!

— Это был приказ Вуя, —Лан обернулась в мою сторону, и я осекся. На её лице не было привычной мнедружелюбной улыбки. — Он опасается тебя, он завидует тебе. Вот он и строитзаговоры у тебя за спиной. Знать тренируется в этом ремесле с самого детства.Даже не пытайся переиграть его. Вы в разных весовых категориях.

— Я должен ответить емуна такое кощунственное неуважение! — поджав губы процедил я.