Объединение (часть 1)

Эвион спрыгнул с каменного порожка и пошёл за Хетом, на ходу обернувшись. Гави успешно слез с каменного карниза, Тео показался из-за поворота и тоже спрыгнул на платформу.

Лёгкий свежий ветерок вырвался к ним навстречу, взлохматив и без того спутанные и взъерошенные волосы. Эвион, вспомнив про «любимую», нашёл ей применение в виде резинки для раскиданных по плечам волос, чернокудрому Хету же ничего не оставалось, кроме как откидывать непослушные пряди назад.

Они вышли из полумрака расщелины прямо в цветущий Мезонский лес. Долгожданное тепло, на отголоски которого компания напала ещё в расщелине, наконец встретило их в полной мере. При малейшем дуновении ветра с обширных сочных зелёных крон летели капли прошедшего дождя. Свежий, наполненный разносортными запахами леса воздух радовал замёрзшие лёгкие.

– Куда теперь? – прервал наслаждение от прогулки Тео.

– Вперёд и только вперёд! – Эви распахнул промокшее пальто. – Кто в географии разбирается? Сколько до ближайшего города?

– Впереди есть большая деревня Леки. До неё день идти, если без остановок, – Хет последовал его примеру и расстегнул куртку.

– Может, пообедаем? Пора б уже... – подал голос Гави, до этого любовавшийся красотами леса.

– Выйдем на поляну – поедим, – ответил ему черноволосый, обгоняя компанию и задавая новый, быстрый темп.

– А почему бы не поесть на ходу?! – возмутился отогревшийся Гави и пошёл на обгон Хета. Тот позволил себя перегнать, но так и не ответил.

– Эй, алё!!! Я с деревом говорю? – Гави развернулся на сто восемьдесят градусов и замахал перед носом Хета рукой, проверяя, в состоянии ли тот реагировать на происходящее. Хет с видом короля, чей чай неожиданно остыл и ему не подали новый, уставился на Гави.

– Уйди с дороги, – прошипел он и грубо отодвинул блондина.

– Ну и иди, а я есть буду! – Гави плюхнулся прямо посреди их пути, перегородив дорогу Эвиону и Тео.

– Я тоже не прочь подкрепиться. К тому же, Хет, мы не знаем, кто водится в этом лесу, надо быть... в хорошей форме! – присел рядом с Гави миролюбивый Эвион. Тео, с ужасом осмыслив фразу «не знаем, кто водится», тоже решил остаться на перерыв.

Хет резко повернулся, швырнул увесистый рюкзак рядом с блондином и, с негодованием выпалив «Прекрасно!», сел к ним.

– Приятного аппетита, – как бы невзначай добавил Гави. Черноволосый, к удивлению алхимика, ответил «вам всем... тоже приятного».

Подул ветер и по небу быстро поплыли кучевые облака. Компания с радостью наблюдала за зеленью вокруг, и в душе каждого было ликование, что холод остался позади.

Эвион, Гави, Тео и Хет снова шли по лесу, на этот раз сытые и в другом порядке: первым шествовал Эви, за ним перешучивались по поводу здешних хищников Гави и Тео (шутил, в основном, Гави, а Тео прикидывал вероятность встречи со зверями и поминал всех известных ему богов, моля о помощи). Последним угрюмо плёлся Хет, напоминающий потрёпанного волка, свергнутого с места альфы.

Впереди протекал ручей. Тихое, успокаивающее журчание и прохладная, чистая вода сморили уставших друзей, и компания остановилась тут на ночь. От нечего делать Тео перепрыгивал через ручей, а Гави помогал Эвиону разжечь костёр. Хет ушёл за дровами – по крайней мере, так ответил на вопросительный взгляд алхимика.

Первые звёзды проглядывали сквозь мелкие листья берёзовой рощи, солнце мелькало за деревьями на уровне горизонта. Аромат опавших, сгнивших листьев, лесной свежести и травы постепенно клонил ко сну.

Как настала ночь, никто не понял – в этот момент все четверо давно уже видели двадцатый сон. А темнота просто стала дополнением к умиротворяющей атмосфере. Изредка кое-где ухал филин, пробегал молодой кабан, чей след уже взяла лисица. Луны и звёзды освещали ей дорогу, и вскоре рыжая охотница настигнет добычу и насладится ею в эту спокойную тёплую ночь.

Утробные прерывистые стоны задыхающегося зверя разбудили бдительного Хета. Неподалёку от их пристанища в кустах была неистовая возня. Хет быстро оглянул спящих – все ли на месте. Страдавшее существо с громким хрипом втянуло воздух, и шорохи прекратились. От хрипа проснулись Гави и Эвион. Хет прижал палец к губам, подавая им немой сигнал, и достал пистолет. Тихо ступая по сухим листьям, он подошёл к кустам. Из-за обширной листвы донёсся хруст. Сперва приглушённый, будто неуверенный, потом частый и прерывистый. В свете лун трое разглядели: за их укрытием сидела неестественно огромная лисица с длинной грязной шерстью, покрывавшей исхудавшее костлявое тело. У её ног лежал мёртвый кабан, чьим мясом она жадно утоляла голод, периодически хрустя костями.

Хет прошептал Эвиону:

– Уходим отсюда.

Эвион и Гави кивнули и стали отдаляться от оборотня. А на небе из пяти лун сияло два полных диска...

– Вы чего там делаете?! – от крика Тео все трое замерли, а хруст прекратился. Лиса оторвалась от добычи и потянула большим чёрным носом воздух, затем встала и, пошатываясь, пошла прямо через кусты на компанию. Её нижняя челюсть то примыкала к верхней, то безжизненно провисала, словно оборотень нехотя пережёвывал кровавый ночной ужин.

Тео различил в темноте отделившуюся от куста громадину, медленно плетущуюся на мешающих её трапезе. Точнее – на него. Тёмно-жёлтые глаза пристально смотрели на мальчика.

Все мысли в голове Тео перепутались. Он судорожно сунул руку в карман куртки, выдернул и раскрыл маленький нож.

Тело лисы напряглось – она готовилась к прыжку, пригнулась к земле... Хет сделал предупредительный выстрел в воздух, но оборотень не отреагировал. Лиса зарычала, оскалив острые клыки, и кинулась на Тео. Последовало три выстрела, но зверь даже не обратил внимания на пули, рассекающие его кожу. Тогда Хет прострелил оборотню ухо. Лис на полпути развернулся и ударом гигантской лапы сбил парня с ног. Пока Гави выискивал в складках куртки нож, а Хет рыскал по земле в поисках пистолета, Эвион уговаривал талисман атаковать. Но тот даже не изменил формы.

Лиса, хрипло зарычав, клацнула зубами у самой головы Хета. Он тут же отскочил за дерево, продолжая вглядываться в темноту. Пистолет как в воду канул, а оборотень, между тем, пробуя ночной воздух, уже медленно подходил к парню. Из-за дерева, к которому прижался Хет, планировавший орудовать палкой, показалась морда хищника. Рыжая, облезлая, красная от крови своей и чужой.

– А ну отвяжись от него! – раздался отчаянный крик Тео, и оборотень подпрыгнул, заскулил и в смятении уставился на окровавленную лапу, в которую только что всадили нож.

Глаза зверя расширились ещё больше. Два жёлтых блюдца безумно уставились на Тео. На мгновение лис замер, вновь прижался к земле и...

...сразу несколько остриёв вонзились в шею Тео. Сперва стало тяжело дышать, через секунду горячий поток боли сменился ледяными струями крови. Тео вмиг перестал чувствовать своё тело, только видел перед собой два огненных глаза и сморщенный нос оборотня. Мальчик услышал хруст, от которого у него закружилась голова. Он беспомощно колотил лису рукой по огромной морде. Челюсти оборотня сомкнулись на шее мальчика, рука Тео опустилась, глаза закатились, и тело расслабленно подчинилось хищнику. До улетающего сознания доносились отдалённые, будто за набитой пухом стеной, выстрелы. Стальной зажим на шее раскрылся. Тео упал на колени, резко вдохнул воздух, но он так и не дошёл до лёгких...

...ещё несколько выстрелов...

Мальчик распахнул глаза, желая увидеть, что происходит. Перед ним предстал красный лес, красное небо, красный оборотень. Тео, как обезумевший, вертел глазами, перед которыми всё являлось в алом цвете, потом ещё раз бездумно попытался вдохнуть. Шея его, словно почти отрезанная, запрокинулась назад, он увидел красные, смеющиеся над его беспомощностью звёзды... и его бездыханное тело упало на мягкую землю.

Глава двенадцатая

Сладких снов

Тео бродил по своим мыслям, лёжа на холодной земле. «Что теперь? Что это за место? Я останусь навеки в темноте? Это ж надо... Целился бы в глаз, выжил бы... Нет, жалко лису... Плохо... Почему я тогда проснулся? Теперь умер я, умрёт оборотень... Или Хет, Гави и Эвион... А воздуха-то... нету... – Тео сглотнул, почувствовал привкус крови. – Как? Вкус? Тут есть вкус крови? Ах да... Моя кровь... Я мёртвый. Лежу тут, на земле, как мои друзья. Я должен был быть под белым снегом, а не под... – он втянул воздух. – А не под кустом мяты... Запах? У меня, вроде, нет теперь горла, я не чувствую. Но я чувствую! Это мята!» – он ещё раз вдохнул, выдохнул, замер. Собравшись с последними силами, Тео открыл рот и с хрипом втянул как можно больше кислорода.

Тут же кипяток пролился на его измученные внутренности. По венам текли острые жгучие реки, сердце пульсировало как никогда громко, голова раскалывалась, кости ныли. Он всё вдыхал воздух. При выдохах боль затихала, но Тео снова принимался жадно ловить то, чего ему так не хватало. Было больно, он ощущал, как бьётся в конвульсиях на земле, то и дело накалываясь лицом и руками на ветки куста. Огонь дошёл до сердца. Огромная головешка загорелась вместо него, тело «вспыхнуло» несколько раз и мгновенно остыло. Мальчик остался лежать с раскрытыми, но ничего не видящими глазами на земле, по инерции хватая воздух.

– Живой... – в страхе с примесью удивления прошептал Гави, склонившись над Тео. Лежащий уставился на блондина, медленно наклоняя набок голову. По лицам трёх друзей пробежал ужас – почти разорванная шея со всеми неровно перекушенными трубочками и сосудами, раздробленными костями предстала перед ними лучше, чем в учебниках анатомии. Тео открыл было рот, но из изувеченной гортани вышел лишь сдавленный хрип.

– Боги... – так же тихо, как и Гави, прошелестел Хет, указав на шею, часть которой уже не казалась такой безнадёжно расшитой: кожа стягивалась, восстанавливались внутренние органы, и мальчик приходил в себя.

Тео заморгал от яркого света. Как прозревший слепой, он вглядывался в непривычные утренние лучи после бесконечной ночи. Над ним проступали мелкие листочки, ветки, нависали три фигуры. Чётче становилось изображение, вспоминались лица. Тео сузил веки, закрыл на мгновение глаза. Он оттолкнулся руками и спиной от холодной, мокрой от росы земли и сел.

– С возвращением... – медленно проговорил Эвион, поддерживая мальчика под спину.

Тео посмотрел на него, но рта не раскрыл, потом медленно обвёл всех троих взглядом, дотронулся дрожащей рукой до шеи, снял чей-то платок, которым его друзья пытались задержать кровь, – не осталось ни единого пореза, даже следа от клыков, не то что огромных дырявых ран. Вдыхая полной грудью, Тео сглотнул, открыл рот и произнёс:

– С... сколь-ко в-врем-ени?

Ни один из сидевших вокруг не шелохнулся – этого вопроса друзья точно не ожидали. Вероятнее всего было бы, если бы Тео спросил: «Где я», «Что произошло» или «Это Рай».

– Полшестого, – обрёл дар речи Гави, который счёл несколько странным говорить с живым мертвецом. Этого на курсах им не преподавали, хотя предупреждали, что иногда алхимикам удаётся вызвать души умерших.

– Спасибо, – Тео, пошатываясь, встал. На синей куртке остались капли крови. Он потёр их рукой. Поняв, что занятие бесполезное, мальчик сделал шаг вперёд.

– Ну вы чего сидите? – удивился он.

– Ты хоть понял, что с тобой было? – Гави смотрел на Тео, как на сумасшедшего.

– Меня загрызла лиса, а что? – Тео осёкся, пребывая будто бы в трансе. – А где она? Где лиса? Я думал, она вас убила…

– Успокойся, сбежала она, – кивнул в чащу Хет.

– Ты тогда на неё так неистово накинулся... всё лицо ей исцарапал, она так взвилась! Еле оторвали, – добавил Гави. – Так до тебя не дошло? Ты оборотень теперь.

– Да только из-за этого я и жив! – сорвался Тео, и тут до него дошёл смысл сказанного. – Ох, чёрт... Это же кошмар...

Он осел на землю, обхватив голову руками. Что теперь? Он будет оборотнем? Каждое полнолуние преображаться в животное, бродить по лесу, выть на луны? На все пять лун! Две первые луны становятся полными в одно время, три другие через несколько дней. Два перевоплощения за месяц. Итого недосып, дикая жизнь, изоляция от общества... У него никогда не будет семьи. Кому нужен оборотень?

– Ой, да ладно тебе! – сел рядом Гави. – Зато сколько возможностей!

– Это тебе «да ладно»! Как я жить буду?! В лесу?! В шалаше до ближайшего полнолуния! – Тео резко встал и пошёл прочь. От боли в шее не осталось и следа.

– Тео, правда, в этом ничего такого нет, – шёл за ним Эви. – Я же без руки живу как-то. У меня лишение, у тебя – приобретение.

– Ты не понимаешь! Теперь я для вас опасен!

– Можем прерывать цикл превращений таблетками... – вспомнил Гави.

– Всю жизнь как наркоман будет... – встрял в разговор Хет. – Просто смирись. Что в этом плохого? Один минус – не выспишься. И только.

– А ну умолкни! – Тео врезал кулаком по дереву и пробил ствол внезапно появившейся оборотнической силой. – Видите?! И что дальше будет?!

– А ничего! – улыбнулся Гави. – Человек так силён только в первые часы после укуса. Потом сила частично уйдёт и полностью будет пробуждаться лишь в образе зверя. Кстати... Ты теперь лиса?

– Видимо, да. А лиса – хорошее животное... – попытался успокоить себя Тео.

Одинокое солнце медленно плыло по небу. Горы позади почти скрылись за деревьями. Стройные берёзы перемешались с дубами, клёнами, осинами... Сочные цвета радовали глаза, утомлённые серым камнем Мезонского хребта, мелодичное пение птиц вовлекало в праздность, а свежий тёплый ветер успокаивал.

– Вот приду в город, сразу же куплю таблетки против перевоплощения, – твердил Тео.

– А может, тебе понравится быть лисой, – предположил Гави. – Этому сумасшедшему оборотню же нравится.

– Во-первых, он именно сумасшедший, во-вторых, я – человек! Был им...

– Первый оборотень тоже был человеком, – припомнил рассказ Офэна Эви.

– С чего ты взял? – Хет откинул назад непослушную прядь чёрных волос.

– Друг легенду рассказывал. Как-то раз гуляла прекрасная девушка по лесу, повстречала молодого лесника. Они влюбились... Но её родители запретили с ним встречаться – девушка из богатой семьи была, а он – бедняк. Она слишком любила родителей, чтобы им перечить, пошла к леснику рассказать, что им пора расстаться. Он сказал, что девушка будет или его, или не достанется никому, и предложил уйти от родителей. Девушка испугалась и побежала в лес, лесник за ней. Она добежала до ручья, совсем выбившись из сил. На другом берегу сидела волчица. «От кого ты бежишь, дитя моё?» – спросила волчица, и девушка поведала ей свою историю. Тогда волчица перепрыгнула ручей и при прыжке задела щёку девушки когтём, потом села и завыла. По её призыву наступила ночь и вышли две полные луны. На глазах лесника девушка превратилась в волка, и он в ужасе убежал. Наутро она вернулась к себе домой в истинном обличье. С тех пор в той деревне лесник больше не появлялся. Конец!

– Обязательно дай номер своего друга, есть о чём поговорить! – оживился Гави. Эвион кивнул ему. – Хотя оборотни и до этого, по-моему, существовали. Но легенда привносит в обряд романтику!

– Ага, отлично, – угрюмо ответил Тео. – Романтично убегать из дома по ночам, носиться по лесу... А если преобразишься дома – прибьёшь кого-нибудь из семьи! Жить в вечном страхе и опасности я не хочу. Не хочу подвергать опасности родных…

– Таблетки... – пропел Гави.

– А потом в психушку от передозировки... – продолжил Хет.

– Вовсе нет! Таблетки безвредны! – развёл руками Гави.

– Посмотрим.

– Да что за жизнь?! – вновь взбесился Тео, взвесив все «за» и «против». – Ни семьи, ни дома, ни спокойствия! – он с силой врезал кулаком по первому попавшемуся стволу, но тот не поддался, как в прошлый раз. Тео завыл от боли.

– Ну вот, организм уже приспособился и силы утихли, радуйся, – положил ему руку на плечо Гави.

– Меня это ой как радует... – прошипел ему мальчик, потирая ушибленный кулак.

Зашелестели кроны деревьев, несколько узких листиков закружилось в потоке ветра и улетело прочь сквозь ветви. Вокал птиц и шёпот листьев сливались в длинную, наполненную красками песню. Голоса то обрывались, уступая ещё не окрепшему соло, то вступали вновь, сплетаясь с другими или выбиваясь из общего строя свежей фиоритурой. Между строк этой оперы четверо друзей начинали различать новую волну. То не было песней леса, то была музыка деревни.

Глава тринадцатая

Цивилизация

Компания, прислушиваясь, ускорила темп. Из листвы невдалеке выступали деревянные дома, слышался плеск воды. Друзья ещё не дошли до деревни, а земля под ногами уже сменилась каменной дорогой, ведущей их к низкому фонтану с тихо журчащей водой. По краям дороги стояли деревянные, плотно жмущиеся друг к другу домики, некоторые с вывесками. Гави, Эви, Хет и Тео вошли в умиротворённую, пустую на первый взгляд деревню. Жителей ещё не было видно, хотя из приоткрытых окон слышался звон посуды и голоса. Из дальнего дома вышел мужчина, наспех завязывая в кривой хвостик русые волосы. Он пересёк улицу и стал отпирать дверь дома с вывеской «Ветклиника». Гави отметил, что такое расположение работы и жилья весьма удобно. Мужчина поменял табличку «Мы закрыты» на «Мы открыты» и скрылся внутри, даже не заметив людей у фонтана. Эвион спешно подошёл к ветеринарной клинике и постучал.

– Чем могу быть полезен? – дверь сразу же открылась. Приятно улыбающийся мужчина был удивлён, увидев новое лицо в своей деревне. – Здравствуйте... Вы тут... недавно?

– Да, несколько минут. Моему другу нужна помощь, не могли бы вы... – Эви указал на Тео.

– А... Конечно-конечно! – ветеринар помахал троим у фонтана, приглашая войти.

Приёмная, скрывающаяся за дверью со стеклянным окном, была белой, чистой и прохладной. В нос Эвиону ударил запах свежести вперемешку с дезинфицирующим средством, цветочным ароматом, спиртом и бумагой. На стеллажах до потолка теснились лекарства и склянки с цветными жидкостями. Было светло и чисто – от этого все четверо сильно отвыкли, поэтому топтались в дверях, побаиваясь испачкать белый пол лечебницы.

– Вы проходите, нечего там стоять. Сюда, пожалуйста, – приветливый доктор указал Тео на кушетку у стены. – Акион Аделист, рад знакомству! – ветеринар оглядел запачканную кровью одежду Тео. – Подрался ночью?

– Да вроде того... На меня напал оборотень, – Тео оглянулся на стеллажи. – У вас есть лекарство от перевоплощения в полнолуния?

– Укусил-таки?.. – оптимистичный доктор сразу потух, внимательно оглядев Тео. – Лекарство есть, сейчас, где же оно...

Под дверью в кабинет вдруг вспыхнул белый свет, и дверь резко распахнулась. Нервный Акион Аделист от неожиданности растворился в коричневой дымке, и через секунду на полу у стеллажа сидел весь ощетинившийся мангуст. Увидев причину шума, доктор принял свой обычный облик и, поправляя халат, оглядел прибывшую – весёлую девушку с миловидным личиком в форме сердечка. Её длинные чёрные кудри ниспадали из-под нежно-голубого ободка под цвет лёгкого развевающегося платья, а большие тёмные глаза с любопытством разглядывали гостей, преимущественно Хета.

– Здравствуй! – тут же оживился Гави. Девушка отвлеклась от Хета и глянула на блондина.

– Утро доброе! – прозвенел её весёлый лёгкий и приятный голосок.

– Лагора, наконец-то! – рассеянно улыбнулся своей помощнице доктор Аделист. – Где противоперевоплощенческие таблетки?

– Как всегда... – девушка сняла с полки прямо перед Акионом прозрачную баночку с жёлтыми таблетками в глазури. – Вот! – она победно вручила её доктору.

– Спасибо. Это вам! – Акион Аделист попытался вспомнить имя парня, интересовавшегося таблетками.

– Просто Тео! – отреагировал на взгляд мальчик и потянулся за баночкой. – Сколько с меня?

– Это за счёт клиники. Ах да! Не больше одной таблетки во время полнолуния, – доктор краем глаза увидел, что Лагора со словами «как душно» открыла окно, и кинулся его закрывать. – Что ты! Простудимся!

– Параноик, – засмеялась Лагора, уступая окно взбудораженному Аделисту.

Гави и Тео переглянулись и снова посмотрели на девушку, которая, почувствовав на себе их взгляды, улыбнулась парням.

– Вы здесь недавно? Решили посетить Леки? – её свежий голосок заворожил Гави.

– Мы искали населённый пункт. В Квйере сошла лавина, и мы не успели эвакуироваться, поэтому прошли сквозь хребет в лес. Там нас и потрепал оборотень. Потом нашли вашу деревню. Это был светоч в темноте!.. – вкратце объяснил блондин, покорив последними словами весёлую девушку.

– Акион, мы просто обязаны им помочь! – театрально воскликнула она. На вопросительно поднятые брови врача Лагора решительно кивнула. – Мой отец – мэр этой деревни, а мама владеет гостиницей, так что можете остаться у нас.

– Кстати, по статье 35-ой Кодекса Леки, если на путешественника во время полнолуния нападает житель нашей деревни, то вся деревня несёт ответственность за жизнь пострадавшего и обеспечивает его первое время жильём и едой, – добавил Акион и рассмеялся. – Разумеется, в истории нашей деревушки редко бывали такие случаи, за исключением нападения на вампиров. Но то было только в целях самозащиты. Так что располагайтесь.

– Хорошие у вас законы! – обрадовался Гави и, чтоб особенно понравиться Лагоре, добавил, – только можно проживание в гостинице я... отработаю? А то деньги в Бефи остались...

Законы в деревне Леки были такими хорошими не всегда. Всё изменилось после того, как во время Свободной войны 4013 года деревушка прославилась соседством с полем битвы войск Эсии и Ригены. Леки принадлежала Эсии, которая отстаивала права ферра и оборотней на свободу, утверждая, что они – не простые животные, на которых было разрешено охотиться ригенцам, а люди, лишь на время принимающие другое обличье. Ригена же, будучи вампирской державой, утверждала, что если человек становится зверем, то вампир имеет право начать на него охоту и убить его.

На самом же деле целью вампиров была Яинапсия, страна-заповедник, на территории которой, без вмешательства других народов, жили обычные звери. Но путь к Яинапсии Ригене перекрывала Эсия и море Нарея. Поэтому, чтобы в дальнейшем наслаждаться бескрайними просторами желанной Яинапсии, бесконтрольно пить кровь её жителей и наслаждаться мягкостью их редких мехов, Ригене требовалось избавиться от Эсии. Та, в свою очередь, понимая, что стоит на пути вампиров, сразу сдружилась с Афтонией – соседствующей с Яинапсией страной, и описала той красочные перспективы жизни при получении Ригеной Яинапсии. Огромная Афтония незамедлительно известила Ригену о том, что если та и дальше будет нападать на Эсию, то Афтония переместит свои войска в Эсию и вдвоём они сметут вампиров до их столицы. Ригена внешне утихла, но в лесах близ Леки до сих пор встречаются обескровленные тела оборотней и ферра или же растерзанные останки вампиров – доказательство скрытой борьбы.

Получив в подарок от расчувствовавшегося доктора ещё одну баночку таблеток про запас, Тео, Хет, Эвион и Гави пошли за Лагорой, которая решила устроить им обзорную экскурсию по уже пробудившейся Леки. Деревня в свете тёплых лучей солнца была приветливой и казалась защищённой от всех напастей окружающего её леса. Людей в деревне не было вообще, только оборотни или ферра. Потому, учуяв запах человека, жители заинтересованно, но беззлобно глядели вслед друзьям. Тео не представлял для них интереса как существо, разве что как личность. От него теперь исходил запах животного, лисицы, и в какой-то степени он был этому даже рад. Мысленно сравнивая своё положение и положение Эви, Тео приходил к выводу, что ему сказочно повезло.

Жизнерадостный Гави умудрился заболтать Лагору, Хет сохранял молчаливое спокойствие, хотя изредка пускал на алхимика косые взгляды со скрытым смыслом. А тем временем их обступали принявшие человеческий облик ферра и наоборот – на широкой улице места хватало, чтобы бок о бок шли и лошадь, и курица.

Лагора подвела их к невысокому деревянному зданию. Снаружи у огромной дубовой двери стояли четыре колонны, издалека казавшиеся мраморными, но на самом деле сделанные из дерева. Компания поднялась по ступенькам.

Внутри мэрия сияла белизной: белый пол, белые стены, а посередине – широкая белая лестница на второй этаж. Светлое помещение, в котором туда-сюда ходили сотрудники, разбавлялось красными акцентами на занавесках, обивке стульев и ковре на лестнице. Всё было чисто и симметрично: одинаковые горшки с цветами, расставленные, словно по линейке, стулья.

От группы беседовавших в стороне людей отошла девушка с зеленовато-чёрными волосами и направилась к Лагоре, выравнивая стопку бумаг в руках. Лицом девушка очень напоминала ящерицу: длинные узкие губы, курносый нос, большие внимательные глаза. Одёрнув серый пиджак, в которых ходила большая часть сотрудников, она кивнула Лагоре:

– Здравствуйте, госпожа Лайфелль, чем могу быть полезна?

– Папа не занят? – простенько спросила Лагора, вмиг разрядив обстановку официальности.