Объединение (часть 1)

– Ладно, всем спасибо, я пошёл! – долгожданные слова, произнесённые Теаном, вмиг вернули застывшего над пустым стаканом Эвиона к жизни.

Выйдя в холл, Эвион поспешил за покидавшим гостиницу парнем.

– Теан! – окликнул его Эвион, догоняя парня на полупустой, освещённой лунами и высокими фонарями улице. – Слушай, а вы кабель в лесу ещё не заменяли?

Парень развернулся на ходу.

– Не, пока нет... А откуда ты узнал? – на лице юноши не было враждебности, что обрадовало Эвиона.

– Я случайно услышал. И хотел бы помочь вам, – как можно убедительней сказал Эвион.

– Отлично! Хотя нет...

– Что «нет»? Нельзя? – Эвион даже немного испугался. Теан нахмурился, явно напряжённый этим разговором.

– Понимаешь, у нас чем меньше ферра... то есть людей в этом деле, тем лучше. В лесу приметную компанию задерут в два счёта.

– У меня есть оружие...

– Да у нас есть кое-кто похлеще оружия, но толку-то? Если нападёт группа вампиров или оборотни – нам конец, а в прошлый раз задрали двоих... – Теан опустил голову, выдержав несколько секунд, и продолжил:

– А зачем тебе в лес?

– Помочь вам...

Теан отрицательно покачал головой, то ли не веря, то ли запрещая идти. Эвион решил раскрыть истинные намерения.

– Понимаешь, за мной охотится один... человек. И чтобы не подвергать друзей опасности, мне надо оставить их и уйти как можно дальше. Из-за меня они и так сильно пострадали, а ни в чём не повинные люди погибли. Только всё начало налаживаться...

Теан заламывал руки, глядя на еле заметную в темноте землю.

– А как ты намерен отделаться от этого человека?

– Ну... Есть один способ, но пока не обдуманный, – Эвион вдруг вспомнил о желании, которое он может загадать в храме Морьенте. А ведь это и правда выход – загадать, чтобы граф от него отстал! Ещё лучше: чтоб тот окончил свою грязную жизнь в тюрьме. Или прямо сейчас! За всех убитых им людей...

– Что ж... Хорошо, – согласился Теан, чувствуя, что парню просто больше не к кому обратиться. – На этой неделе вряд ли уже пойдём, опасно. А вот на следующей... Наверное на следующей, – он медленно пошёл по дороге вверх. – Я тебе сообщу. Только выходим мы вечером. Один из нас в облике ферра очень крупный и в темноте будет не так заметен... Ладно, удачи!

– И тебе.

Эвион вернулся к гостинице.

***

На маленьком балконе многоэтажного дома стоял мужчина в синем, идеально сидящем на нём костюме. Он нервно выкуривал сигарету за сигаретой. Луны вышли из-за облаков, осветив его белые волосы и лицо со шрамом. В этом взволнованном человеке смутно угадывался главный союзник графа Спеода – генерал Линс. Обычно и тени тревоги нельзя было вызвать на его лице. Вечно надменный, он смотрел на окружающих с неприязнью. Но что-то в одночасье надломилось, когда он встретил Олимпию, смуглую девушку с пышными кудрями и дерзкими чёрными глазами. Она походила на диковинное лесное существо, и генерал Линс влюбился в неё до беспамятства.

Теперь он не был полноправным хозяином своей судьбы. Рай, в котором раньше жил Гертам, перестал быть для него таковым. Должность генерала стала не любимой работой, а наказанием: дисциплина в полках, военные действия, убийства, потеря родных и расточительство сломанной души – всё это, словно раны от не перестающей рубить сабли, снова и снова атаковало его. Гертам хотел положить конец этой жизни и начать новую. С ней.

Из большого дома он переехал в однокомнатную квартиру на окраине. Продал машины, фабрику покойного отца. Олимпия рассталась с фамильными украшениями. Но и этого не хватило, чтобы расплатиться с долгами. И тут появился Белиан Спеода. Добрым благодетелем он согласился помочь влюблённым обрести счастье и финансовое равновесие, всего-то запросив у них два года службы. Пятый год подходит к концу, а граф не погасил их долги, не дал жениться, не отпустил на волю. Они словно птицы в клетке. Но это уже не та золотая клетка, стены которой вначале рисовались Олимпии и Гертаму. Это скорее заброшенный птичий вольер. Положение Гертама в политической сфере слишком приглянулось Белиану, и расставаться с приобретением ему не хотелось.

На балкон вышла Олимпия в голубом халате. Она обняла любимого.

– Я тебя сколько раз просила? – протянула она, медленно вытаскивая сигарету из его пальцев.

– Прости, – тихо ответил ей Гертам. – Сам знаю, самому мерзко... Но это, чёрт, помогает ведь!

Девушка затушила сигарету в пепельнице и ловко развернула к себе и не думающего сопротивляться генерала.

– А я, значит, уже не способна тебя расслабить? – игриво спросила она, следуя взглядом от его глаз к вороту рубашки. – Тебе надо чаще обращаться ко мне за помощью, Табакерка.

Он хохотнул, поднял девушку на руки, и они скрылись в тёмной комнате от любопытных взглядов заинтересованных звёзд.

Глава шестнадцатая

Факиры, эльфы, духи

Ещё с раннего утра Тео топтался в огромной очереди за билетами в цирк. Люди создавали праздничный ажиотаж в ожидании интересного представления и взволнованно переговаривались. Наконец, подросток купил шесть билетов.

Еле-еле просочившись обратно сквозь возбуждённую толпу, Тео побежал в пустой переулок. Через несколько поворотов подросток добрался до «Золотого павлина».

На скамейке у дверей сидел Хет, разморённый солнцем.

– Твой билет! – протянул ему длинную, разрисованную в красных и рыжих тонах бумажку Тео. – Видел Теана, Эрику или Гави с Лагорой?

– Гави и Лагора ушли вверх по улице, Теан с Эрикой, кажется, ещё в гостинице, – ответил Хет, читая надпись на билете.

Мальчик вбежал в «Золотого павлина» и нос к носу столкнулся с братом и сестрой.

– Ваши... – Тео протянул Эрике и Теану билеты.

– Спасибо, – улыбнулась Эрика. – Ой, Теан, через двадцать минут начало... Не опоздать бы...

Тео выбежал из гостиницы и припустил по дороге наверх. Ни Гави, ни Лагоры и близко не было. Мальчик добежал до вывески «Природные ванны Синоран», и из сарая рядом до него долетел яркий смех.

– Гави? Лагора? Вы тут? – Тео осторожно приоткрыл дверцу сарая и тут же получил охапкой сена по лицу.

Смех утих, Тео отряхнулся от сухих травинок и удивлённо оглядел присутствующих: Гави и Лагора сидели по пояс в стогах, растрёпанные и раскрасневшиеся от боя сеном.

– Ну? Чего ждёшь? – азартно спросил Гави, а Тео схватил пучок сена и запустил в алхимика. Он разлетелся в стороны, не попав в адресата, а троица рассмеялась.

– Десять минут до начала представления! – объявил Тео, вручая им билеты.

– Спасибо, вперёд! – Гави вытянул из соломы Лагору, и они убежали из сарая.

– А убираться тут кто будет?! Чей это вообще сарай? – догнал их Тео, на бегу вытаскивая из волос сено.

У большого полосатого шатра собралась толпа народа. Несколько девушек в длинных малиновых платьях накалывали билетики на длинные иглы, некоторые из них гоняли безбилетников, норовивших пролезть под тканью шатра внутрь. Гави, Лагора, Хет, Тео и Теан с Эрикой вошли под купол цирка.

Внутри витала атмосфера ожидания. Зрители рассаживались на тесно поставленные стулья вокруг большой круглой арены. Под куполом цирка на столбе висели софиты и два больших прожектора. Там же были установлены тонкие канаты и брусья. Тихо заиграла арфа в углу. Свет софитов выхватил мужчину в коричневом, блестящем брошами сюртуке. Его золотые кудри были небрежно собраны рыжей лентой в пышный хвост. Мужчина заговорил в небольшой микрофон:

– Добрый день, дамы и господа! Вас приветствует Эстер, директор цирка «Билеклиум», – в знак приветствия дети и взрослые зааплодировали ему. – Уверяю вас, что представление вам понравится! Также мы приготовили для вас подарки!

В шатёр вошли девочки-акробатки. Одни – в розовых костюмах с блёстками, другие – в оранжевых, с россыпью страз. В руках у них были корзинки с карандашами и листочками бумаги.

– Итак! – Эстер кивнул девочкам. – На этих листках напишите название желанного подарка! Предупреждаю, подарок не должен превышать размер котёнка и по стоимости не должен заходить за двести пятьдесят синаплас! А то цирк разорится...

Присутствующие засмеялись, из колонок пошла прерывистая электронная музыка, и девочки забегали по рядам, раздавая листочки и карандаши. Некоторые дети тихонько спрашивали у склонившихся к ним родителей, как пишется «щеночек игрушечный» или «красная машинка», и тронутые родители предлагали написать за детей их пожелания.

В это время на арену вынесли вёдра с водой.

Девочки закончили с листками и исчезли за кулисами. Под куполом стало темно, громкая музыка сменилась на тихую, романтичную мелодию. На сцену вышли два молодых парня в белых свободных штанах. Арена погрузилась в полумрак.

Под лирическую музыку парни опустили руки в воду и, когда подняли, за ними по воздуху медленно проскользили струи воды. Вода блестела в свете единственного горевшего софита, и казалось, что это вовсе не вода, а два Млечных Пути. Парни подняли руки вверх и два потока столкнулись над их головами.

Зрители были прикованы к картине, в которую сливалась вода... Вот она приняла вид рыцаря...

Рыцарь шёл по лесу, минуя созданные из воды деревья. Впереди ему открылась башня. Башня и рыцарь столкнулись, и в воздухе повис большой водяной холст. Он преобразовался в девушку, сидевшую у окна.

Ещё один всплеск – и перед зрителями снова рыцарь, смотрящий на принцессу в башне. Ещё всплеск – и башня перетекает в злого колдуна огромных размеров. Начинается схватка. Колдун трясёт над рыцарем посохом, но тот сражает злодея ударом меча. Рыцарь открывает дверь внизу башни и к нему выходит принцесса в длинном платье из перетекающих капель. Рыцарь и принцесса сливаются в поцелуе, и вода, по велению двух мастеров водных искусств, разделяется обратно по вёдрам.

Музыка кончилась, зажглись остальные прожекторы. Зрители, в особенности дети, громко хлопали парням, а те, поклонившись, забрали вёдра и ушли со сцены.

Под яркую весёлую музыку выбежали две юные акробатки в блестящих костюмах. Свет снова погас. Вдруг от костюмов отделились блёстки, и зрители узнали в маленьких жёлтых огоньках фей.

– А я думала, феи не дрессируются... – послышалось с задних рядов.

Огоньки сгруппировались над зрителями и, когда музыка заиграла быстрее, разлетелись в стороны. Феи стали похожи на звёздное небо.

В воздухе они вырисовывали разные фигуры: сперва солнце с длинными лучами, потом очертания птицы, паука, лошади и, блеснув напоследок так ярко, что зрители заморгали, опустились на костюмы девочек. Акробатки стали танцевать под музыку, а феи на костюмах продолжали светиться. Сделав очередное синхронное сальто назад, девочки подпрыгнули и под овации зрителей убежали за кулисы.

Наконец сцену осветили все прожекторы. В сияние неторопливо вышла высокая длинноволосая девушка с заострёнными ушами – эльфийка. Септет заиграл тревожную музыку, и девушка запела грустную песню. Сначала медленно, нагнетая обстановку, а потом на припеве взяв удивительно высокие ноты своим лёгким, чарующим голосом, она резко обрушила песню поверх аккомпанемента. В струнах её голоса мелодия из какой-то знакомой всем оперы зазвучала новыми гранями.

Из колонок вырвалась неудержимая громкая музыка, на сцену выбежали шесть человек: четверо мужчин и две девушки в белых развевающихся одеждах. Точнее, кто-то выбежал, кто-то перекувырнулся в воздухе. Они, танцуя, расположились на сцене в шахматном порядке. Вдруг девушки вспыхнули алым пламенем и через секунду превратились в пепел. Пепел снова вспыхнул, и перед испуганными зрителями девушки предстали в огненном обличие. Теперь полыхнул задний ряд танцующих. Все шестеро размытыми пылающими фигурами мерцали в танце. Некоторые выпускали в зрителей огненные шары, которые, как успели убедиться присутствующие, вовсе не были горячими. Зато всё чаще по шатру проходил шёпот о повелителях огня – одних из хозяев четырёх стихий – воды, воздуха, земли и пламени. И тут между рядами стали вспыхивать стулья. Те, кто ещё не понял, что огонь не жалит, вскрикивали. Дети смеялись и хлопали в ладоши, взрослые с опаской косились по сторонам. В колонках зазвучал барабан, шестёрка в мгновение ока приняла человеческий вид и, поклонившись замершим от неожиданного финала зрителям, перешучиваясь, убежала за кулисы. Только выждав паузу, люди очнулись и захлопали. Мужчины-факиры снова выглянули из-за кулис и послали девушкам огненные поцелуйчики по воздуху.