Сердце сирены

– Я пришел позавтракать. – Матиас пожал плечами, а затем с необычайной наглостью уселся на стул напротив меня. – И совершенно случайно увидел сбежавшую красавицу. У тебя проблемы с отцом?

– А ты перечитал книг по психологии? – выгнула бровь я. Он начинал раздражать своей навязчивостью. Я осталась на яхте на ночь просто потому, что мне нечего терять. Мне не нужно бояться и переживать за свою честь. Совсем скоро я уеду из этого города, все секреты и грязные ночи останутся в прошлом. В будущем же, вероятно, я стану отличным вариантом для сделки или укрепления связей.

– Ты милая.

– Видимо, словарь прилагательных – единственное, что ты читал в своей жизни.

– Судя по всему, твоя любимая книга «Остроумные ответы для людей за сорок»? – хмыкнул Матиас, подавшись вперед, когда официантка поставила на столик целую тарелку картошки фри. Неужели существуют люди, которые завтракают картошкой фри? Он точно ненормальный!

– Что тебе нужно? – с вызовом спросила я, потеряв терпение. Еще ни один парень не преследовал меня из-за секса. Ни разу в жизни. И я ничего не хотела менять.

– Свидание.

– Ты смешной.

– Видимо, ты тоже читала словарь прилагательных, – заметил он, отправляя ломтик картошки в рот, но продолжал вглядываться в мои глаза. Почему-то его походили на лес. Бескрайний, но солнечный, свежий, готовый укрыть тяжелыми ветвями.

– Не хожу на свидания.

– Почему же?

– Я здесь ненадолго, – выпалила я, желая быстрее от него отделаться, но Матиас заинтересованно повел бровью и сложил руки на столе.

– И как это относится к свиданиям?

– Не собираюсь привязываться к кому-нибудь, – его внимание неожиданно смутило. Я отвела взгляд, и очень вовремя, потому что за окном мелькнула машина Адама.

Черт возьми!

– Хорошо, – я посмотрела на Матиаса. – Мы пойдем танцевать, – усмехнулась я, надеясь, что это его оттолкнет. Но Матиас только широко улыбнулся, расслабленно откинулся на спинку стула.

– Почему так резко передумала?

– Хочу тебя испытать, – в какой-то степени это было правдой. Еще ни один парень не заходил дальше одного свидания. Что-то по типу «как отделаться от парня за десять дней» только по методу Элизабет Велез. – Сегодня в восемь около пляжного бара с ветками пальмы на входе.

– Отлично, – он хотел сказать что-то еще, но его телефон зазвонил. Матиас свел брови к переносице, когда глянул на экран. Я же посмотрела за его спину, на машину Адама. Наверняка он сейчас глазел на все происходящее. – Мне нужно идти, надеюсь вечером увидеть тебя возле бара, – блондинчик подмигнул, кажется, радуясь растерянности на моем лице.

– Я приду, – проговорила я, когда он почти скрылся в дверях.

Я приду, Матиас. И совсем не факт, что тебе понравится это свидание. Совсем не факт. Я собираюсь очень хорошо поиграть.

Но пока я хотела играть с Матиасом, жизнь играла со мной.

Не прошло и минуты, как на стул, который буквально только что занимал Матиас, опустился мой брат. Адам молча разглядывал меня, улыбаясь своей пугающе спокойной улыбкой, которой одаривал всех каждый раз, когда ждал ответа. Но я молчала. Да и что должна сказать?

– Кто это был? – не выдержав, поинтересовался он, наблюдая за удаляющейся фигурой Матиаса. Я проследила за его взглядом. На какую-то долю секунды мне даже показалось, что они знакомы, просто Адам не хочет втягивать меня в это. Но я быстро отмела эту мысль. Адам бы рассказал мне, если бы Матиас был угрозой.

Я снова посмотрела на брата. Почему-то сегодня на нем красовались пиджак и черная рубашка, верхние пуговицы которой оказались расстегнуты.

– Какой-то придурок, – фыркнула я, надеясь, что моя ложь звучала убедительно. Хотя точно ли ложь?

– Вот и хорошо, не общайся с ним, – презрительно выдал Адам, заставив прищуриться.

– Знаешь его?

– Нет, просто беспокоюсь за твою честь как ответственный старший брат, – с этим он, конечно, очень сильно опоздал. Я едва не рассмеялась. Кажется, не одна я здесь пряталась за обманом. Впрочем, ложь Адама я не собиралась раскрывать. Пусть хранит свои секреты. Главное, чтобы он не лез в мои. – Только не говори, что ты завтракала этим, – поморщился Адам, ткнув в картошку. Что ж, видимо, тяга к здоровым завтракам – это наследственное.

– Моим завтраком стал кофе. – Адам усмехнулся, покачал головой, но ничего не сказал. Я знала, что кофе на завтрак тоже его любимый вариант. Наверное, однажды мы умрем из-за какой-нибудь язвы желудка или типа того.

Я поднялась, подхватила сумку, перебросила волосы через плечо и уставилась на Адама в ожидании. Брат несколько раз моргнул, будто перезагружался.

– Снова не спал? – Я переступила с ноги на ногу, ожидая его ответа.

– Уснул под утро, а потом позвонила ты, – признался он, вгоняя меня в еще большую неловкость.

– Тогда я бы добралась сама, зачем вставал?

– Не мог бросить сестру в беде, – отозвался Адам, обхватив меня за плечи. Так, как делал это много лет назад. Беззаботно, со смехом и ехидством. Так, как не делал уже очень давно.

В груди расцвело что-то теплое. Я была рада, что он наконец-то оживал. Может быть, однажды сможет жить так, словно ничего не произошло.

Я заняла переднее сиденье машины, Адам уселся за руль. Всегда вводила в ступор его привычка ездить без водителя. Но с давних пор Адам не доверял никому, кроме себя. Ну и Лукаса, может быть.

Обычно Адам водил осторожно, но не в этот раз. Хотя я была рада и тому, что он не взял мотоцикл, на котором раньше любил ездить. Когда-то у этого парня бушевал адреналин в крови.

Дом семьи Санчес мелькнул за поворотом. Скорее всего, мама прочитает очередную лекцию о том, что нельзя ночевать вне дома, что отец будет недоволен и прочее, но правда в том, что этот самый отец не отвечал мне уже неделю. И я надеялась, что он хотя бы жив. Родителей уже не заботила моя добродетель. Может быть, они смирились с тем, что их дочь – дикарка.

– Надеюсь, твоя мать нормально относится к ночным гуляниям, Лиззи, – строго проговорил Адам, когда машина остановилась. – Не хочу, чтобы София наблюдала за разборками. В последнее время ей хуже. Боюсь, как бы она совсем не ушла в себя, – он отвел глаза, будто ему было некомфортно говорить о состоянии матери. Но София правда все реже выходила из комнаты, все чаще мы видели только тень от нее прежней.

Тетя привыкла жить в роскоши, в безопасности, которую ей гарантировали Карлос Санчес и три сына. И вот ее мужа убивают, а затем и одного из детей. Наверное, она держалась изо всех сил, чтобы не проклясть Лолу, которую Томас побежал защищать. Зачем? Все в нашем мире было сложным. Ничего в нашем мире не поддавалось логике, больше походило на лабиринт из кривых зеркал. Все не то, чем кажется.

– Я постараюсь сделать так, чтобы она меня не заметила, – отозвалась я с такой же серьезностью. – Ей нужен врач, Адам. Сама она не справится, – брат ничего не ответил, а я вышла из машины и направилась в дом. Не хотелось лезть в их семейные взаимоотношения. В моей семье все шло наперекосяк, а в семье Санчес тем более.

– Где ты была, Элизабет?! – злой голос раздался сразу, как только я переступила порог дома.

Что ж, прости, Адам, она караулила.

– Тише, пожалуйста, – я прикрыла глаза, повернулась в сторону матери. Она притаилась на входе в гостиную, сложила руки на груди и, прищурившись, оглядела меня с головы до ног. Впервые я оказалась благодарна тому, что на мне не оставили засосов.

– Здесь я решаю тише или нет! Тебя не было всю ночь! Лукасу очень не понравилось то, что ты гуляешь! Если ты забыла, то он твой глава, ты должна соблюдать правила клана, пока за тебя несем ответственность мы с отцом! – Она все говорила и говорила, а мне хотелось рассмеяться ей в лицо. Какую ответственность они несли за меня? Ту самую, что называется «делай что хочешь»?

– Хорошо, больше не буду, – согласилась я, хотя, конечно, это ложь. – Только в следующий раз пусть Лукас посмотрит на свою жену, прежде чем говорить что-то о моих прогулках! – выплюнула я напоследок и развернулась в сторону лестницы. И сразу наткнулась на насмешливый взгляд Лолы. Жены Лукаса.

Черт возьми!

Неловко…

Я смущенно опустила глаза.

– Лукас только и делает, что смотрит на свою жену, – усмехнулась Лола, подойдя ближе. Признаться, она немного меня пугала. Никогда не знаешь, чего от нее можно ожидать – поддержки или удара ножом. Вот и сейчас она выглядела скорее как кобра, а не примерная жена.

– Я не это имела в виду.

– Просто не задерживайся допоздна, сейчас опасное время для ночевок у незнакомцев, – усмехнулась девушка и, больше ничего не сказав, оставила меня посреди коридора. Надеюсь, это был не намек на то, что она все знает. Надеюсь.

Я прикрыла глаза, выдохнула, а затем рванула в комнату. Нет уж, они не могли за мной следить. Не могли!

Хотя… даже если и следили, то черт с ним. Пусть видят, что на их идиотские правила мне плевать. Я не собиралась хоронить свою молодость ради чести.

Глава 5

Матиас

Какого черта я вообще подумал о том, чтобы ее найти? Когда девушка убегает после секса, это о многом говорит. И чаще всего о том, что мужчина плох. Хотя, конечно, я надеялся, что она убежала не поэтому.

Нужно было дать ей уйти, но вот Элизабет сидела напротив меня, мило морщила аккуратный носик в ответ на каждое мое слово и абсолютно очаровательно пыталась послать меня на девятый круг ада. Не знаю, что бы мне пришлось сделать, если бы она не согласилась на свидание. Конечно, я бы не стал действовать как отец, угрожать похищением или чем-то в этом роде. Хотя… нет, точно не стал бы. Пусть он и был примером для меня долгое время, теперь я не мог сказать, что все его действия были правильными. Многие из них я осуждал. И точно не хотел стать похожим на него.

И я был готов продолжать наблюдать за сомнениями Элизабет хоть весь день, но телефон разрушил эти планы.

Хорхе почти никогда мне не звонил. Было странно увидеть его номер на экране. Еще страннее было услышать взволнованный голос Луизы на том конце провода. Я даже толком не попрощался с Элизабет, оставив ее одну за столиком. Впрочем, когда сестра заплетающимся языком и сквозь слезы просит приехать, о других мало думаешь.

Я кинулся в машину, а затем вдавил газ в пол, пока в голове крутились ужасные мысли о том, что Луиза могла пострадать.

Черт… скоро год со смерти отца… и Марии.

Прошел целый год, а я никак не мог смириться с мыслью, что все разрушено.

Я остановил машину на парковке около дома Гонсалеса, буквально вылетел из нее, хлопнув дверью, и ворвался в дом. Луиза вышла из гостиной с размазанной под глазами тушью и с дрожащими ладонями. Я давно не видел сестру плачущей, и я не придумал ничего лучше, чем обнять ее.

Это облегчение ни с чем нельзя сравнить. Она в порядке. Она жива. Пожалуй, раньше я не задумывался об этом, но теперь… теперь я боялся ее смерти так сильно, что сам был готов умереть.

– Что случилось? – тихо спросил я, все еще прижимая сестру к груди. Луиза всхлипнула, вцепившись в мою футболку с такой силой, что казалось, еще немного и она просто разойдется по швам.

– Машину Аарона взорвали, – я прикрыл глаза, боясь услышать продолжение. Я знал, что Луиза бы никогда не оправилась, если бы с Аароном что-то случилось. Иногда мне казалось, что она бы умерла следом за ним. От боли. Было страшно от того, что можно любить кого-то так сильно. И одновременно с этим страшно никогда так не полюбить.

Я не стал задавать других вопросов. Просто стоял и ждал, пока Луиза продолжала говорить. Но если она все еще не в истерике, не кричит и не пытается никого убить, то, вероятно, все отделались лишь испугом.

– Они с Хорхе как раз собирались поехать на встречу с Санчесом, как прогремел взрыв. Таймер сработал раньше, чем нужно, только поэтому они оба остались живы. Просто потому что не успели выйти из дома. Потому что Хорхе не мог найти чертову зажигалку! – выпалила она, а я снова испытал облегчение. По крайней мере, мне не придется оплачивать лечение у психиатра для сестры.

– Уже известно, кто устроил взрыв? Вполне в духе Санчесов.

– Точно не они, – пробурчала Лу. – Есть подозрения, именно поэтому здесь собрались все. Отец Аарона тоже приехал, – сестра отстранилась, нацепив на себя маску без эмоций. Уверен, когда она останется одна, то еще успеет обо всем подумать. А сейчас она повернулась к зеркалу в коридоре, поправила макияж, затем гордо выпрямила спину, и мы направились в сторону гостиной.

– И почему в моем доме стал собираться всякий сброд? – высокомерно выдал Роберт, когда мы с Луизой появились.

Сестра еще выше задрала подбородок, с грациозностью опустилась на край дивана рядом с Аароном, который держал лед около щеки. Рядом с ним сидел Хорхе в потрепанном костюме, около него примостилась Анабель в легком платье с аптечкой на коленях. Мартина сидела в кресле, наблюдая за происходящим, а сам Роберт стоял около окна с сигарой в руках. Это напоминало начало анекдота.

– Нас немножечко подкосило взрывной волной, – пояснил Хорхе, заметив мой удивленный взгляд.

– Да, теперь на собственной свадьбе я буду выглядеть, словно подросток после школьной драки, – ворчливо заметил Тайфун. Черт возьми, если бы он не был моим боссом, то я бы посмеялся. Хотя именно это я сделал.

– Значит, на свадьбе обойдется без драки. Считай, что ты просто спас мою сестрицу от лишних нервных затрат. Она понервничала заранее.

– А мне кажется, что у красотки запасов терпения так много, что она и поделиться с нами может.

– Развели тут трагедию! – выплюнул Роберт, покачав головой. В нем легко угадывался человек старой школы. Такой же, как отец: беспринципный, жесткий, не приемлющий слабостей и чувств. Удивительно, что Аарон получился таким… другим.

– Тебе вообще положено молчать, – зло отозвался Аарон. – Из-за твоих идиотских затей мир с итальянцами рухнул!

– Всего лишь один взрыв.

– Вы хуже, чем мой бывший муж! – не сдержавшись, выпалила Мартина. Роберт заинтересованно повернулся, растянув губы в усмешке.

– Страшно представить, кем был ваш муж, уважаемая.

– Боссом итальянской мафии.

– Как интересно, – прищурился Роберт. Черт возьми, он походил на змею, которая почуяла добычу. – Мар-ти-на, – будто пробуя на вкус каждую букву, произнес он. – Женщина, которой удалось сбежать от мафии. Интригующе.

– Приму это за комплимент.

– Почту за честь услышать историю из первых уст, – он что, флиртовал с ней? О господи! Взгляд Аарона не передала бы ни одна фотография. Никогда бы не подумал, что можно так смотреть – со смесью ужаса и истеричного смеха одновременно.

– Мы вам не мешаем?

– Вообще-то… – начал Роберт, но его перебила Мартина:

– Роберт уже удовлетворил свое любопытство.

– Нисколечко, – Роберт обнажил белоснежные зубы. – Для моего удовлетворения история должна быть рассказана полностью.

– Не хочу знать, – застонал Аарон, откинувшись на спинку дивана. Луиза покачала головой, а Хорхе тяжело вздохнул. Мир точно сошел с ума. И признаться, я не мог перестать думать о том, чем бы сейчас занимался мой отец. Сидел бы здесь с нами? Плел бы интриги? Или уже затеял бы войну с Робертом? Хотелось бы мне знать, заглянуть за границу миров, посмотреть на другую версию событий, но вместо этого я направился на кухню. Нужно хоть чем-то занять руки, чтобы не перелистывать в голове книгу под названием «тревога».

– Прости, что попросила приехать, – я обернулся на голос, замечая Луизу в дверях.

– Ты правильно сделала, нужно организовать совет, когда все немного утрясется, – в ответ на мои слова зажужжала кофемашина, Лу вздрогнула, отвела взгляд. На какое-то время воцарилось молчание, я не знал, что сказать, рассматривал сестру, глаза которой то и дело наполнялись слезами. Но Луиза была бы не Луизой, если бы не собрала всю свою силу воли, не спрятала бы боль глубоко в себя. А ведь это время должно быть одним из самых счастливых периодов в ее жизни. – Скоро свадьба, не лучше ли перенести ее на более тихие времена?

– А когда в нашей жизни наступят тихие времена? – улыбнулась Лу, совершенно по-сестрински отбирая кружку с кофе из моих рук. – Меня больше тревожит то, что торжество ровно через год после смерти Марии и отца. Правильно ли это? – Она вновь замолчала, застыв взглядом в одной точке, а я наблюдал за ней. Кажется, она стала еще сильнее, чем прежде. Не просто камень, а самая настоящая скала, о которую разбиваются корабли и недостойные. Признаться, никогда бы не подумал, что она выберет такого человека, как Аарон. Я бы не удивился, если бы узнал, что он ее приворожил.

– Не думаю, что отец бы одобрил твой брак с Тайфуном.

– А ты? Ты его одобряешь? – не знаю, почему она спрашивала это у меня. Луиза всегда поступала так, как ей нужно. Она слушала, кивала головой в такт каждому слову, улыбалась, а потом делала по-своему. И ни разу не проиграла.

– Конечно, – качнул головой я. – Не хочу, чтобы ты всадила в меня пулю за то, что я высказался против твоего жениха.

– Я спрашивала про брак, а не про Аарона.

– Да, Лу, – кружка с кофе снова оказалась в моих руках. – Я только рад тому, что ты живешь дальше, что пытаешься быть счастливой, – хотелось бы и мне так уметь.

– Спасибо, – тихо проговорила Луиза, отвернувшись. Наверное, снова пыталась спрятать слезы.

– Ты пойдешь со мной? – Не уверен, что смог бы снова оказаться один на один с гранитными памятниками, не превратившись в один из них.

– Мы не должны проходить через это в одиночку.

– Но тебе все же пришлось, – не думаю, что когда-нибудь прощу себя за то, что сделал.

– Я была не одна, – конечно, не одна. Рядом с ней был тот, за кого теперь она собиралась замуж. Даже если бы захотел, я бы не смог сказать и слова против их брака.

– Вы слишком милые. Аж до тошноты, – усмехнулся я, Луиза толкнула меня плечом.

– Подрастешь, поймешь, – о, кажется я уже начал понимать, иначе почему в ответ на эту реплику в памяти всплыл образ ночной гостьи? Я точно сходил с ума. Может быть, на самом деле она – сирена, которая заманивала мужчин на морское дно? Может быть, поэтому и пришел в порт вчера.

Глава 6

Элизабет

Я крутилась вокруг зеркала, разглядывая темные волосы до талии, в которых то и дело мелькали кольца и бусины. Я уже давно свыклась с этим образом, он стал моим отражением, ощущением внутренней свободы. Не знаю, была ли она у меня на самом деле. Иногда казалось, что я живу в золотой клетке, из которой только один выход – смерть. Но и этого удовольствия я была лишена. И хорошо, наверное.

Нет, нужно переодеться.

Я переворошила кучу одежды на кровати и достала оттуда белое платье с легкой юбкой.

Какого черта я вообще так наряжалась на прогулку с парнем, которого собиралась отшить?

Я выдохнула, скинула с себя шорты и топ, надела платье и завалилась на кровать. Я не собиралась красоваться перед ним. Нет уж. Красавчик-Матиас-блондин не удостоится такой чести.

И, словно напоминание о прошлой ночи, нога отозвалась легкой болью. А за ней вспомнились и его теплые руки, гуляющие по бедрам.

Я точно сошла с ума от скуки, если думала о парне, с которым провела всего лишь одну ночь. Абсолютно точно не в себе. И нужно бы остаться здесь, привести мысли в порядок, но к восьми я все равно вышла из дома и направилась к пляжному бару, до которого легко добраться и пешком.

По улицам уже сновали туристы, немного подвыпившие местные, отовсюду слышались музыка, крики и ссоры, и все это смешивалось в целый коктейль звуков, из которого нельзя выбраться, в нем можно только утонуть, поймать волну расслабления, отдыха и беззаботности. Всего на один вечер можно стать кем-то другим. Кем-то, кто не ночует на непонятных яхтах. Кем-то, чья жизнь не предрешена.

Матиаса еще не было, и я надеялась, что буду тем, кто уйдет первым.

Музыка заставляла пританцовывать, вызывала импульсы по телу, от которых хотелось забыть обо всем и двигаться прямо здесь, посреди улицы, но я стояла, сложив руки перед собой, и с любопытством осматривала каждого, кто проходил мимо. Что скрывалось за их улыбками? Что они прятали в шкафах и дальних уголках дома? Были ли они счастливы? А свободны?

Взгляд сам по себе скользнул по высокой фигуре парня. Сначала мозг даже и не понял, кто это, а потом дошло, что в голубой рубашке изо льна был Матиас. Он выглядел так официально, так правильно, что я бы не узнала в нем парня, которого увидела пару дней назад в клубе.

– Дай угадаю, – начал Матиас, остановившись рядом. – Надеялась, что я не приду?

– Надеялась не прийти сама, – фыркнула я. Матиас только покачал головой и усмехнулся. Кажется, этот парень – самый настоящий мазохист, потому что я не понимала, на кой черт ему сдалась девчонка, которая только и делает, что сыплет ядом на каждое его слово.

Больше я ничего не сказала и направилась в бар. И не потому, что у меня не находилось слов. Их как раз было в избытке.

План Элизабет Велез «как избавиться от парня» начал действовать.

Вот только я ожидала, что, как только мы окажемся внутри, Матиас отправится к бару, забудет про музыку и будет сидеть со скучающим выражением лица. И я никак не могла представить, что он почти сразу схватит меня за руку и закружит в танце, почти повторяя движения бачаты. Никогда бы не заподозрила в нем человека, который умеет танцевать, но парень вел уверенно, его руки спускались по моей спине, останавливались непозволительно низко, а взгляд зеленых глаз казался таким пронзительным, словно стрела, выпущенная из лука, попала прямо в центр мишени.

Этой мишенью была я.

А стрела попала точно в цель.

Я сдалась, отдаваясь во власть мелодии, прикрыла глаза, доверяя его рукам и темпу. И ни разу не наступила ему на ногу. Даже специально. Потому что делать этого не хотелось.

Момент абсолютной свободы, когда не оглядываешься на других, когда отдаешься секундам полностью, растворяешься в них и теряешь контроль. Эта история легкая, как летний ветер, как морской бриз и раннее солнце. В этой истории хотелось жить.

– Не знала, что ты так хорошо танцуешь, – пытаясь перекричать музыку, проговорила я. Матиас сократил расстояние между нами еще сильнее, слегка наклонился.

– Несколько лет уроков танцев, – признался парень. – Отец считал, что я обязан танцевать. Он бы не потерпел позора или ошибки.

Я ничего не знала о нем. Кажется, это и не нужно было. Это ведь просто свидание, которое закончится на той же ноте, что и мои предыдущие.

Я не ответила, повела плечами, как бы сбрасывая с себя эту историю. Тема родителей правда не то, о чем хочется говорить, когда музыка обволакивает каждую клеточку тела. Ни о чем не хочется говорить. Хочется только чувствовать. Что мы и делали.

Матиас прижимал меня к теплому телу, кружил в танце так легко, словно ветер игрался с лепестком белой розы.

В конце концов, курортные романы тоже имеют право на жизнь.

Три песни. Мы танцевали три песни подряд, не сбавляя темпа, оставляли миллиметры до поцелуя, бросали откровенные взгляды друг на друга, усмехались и не считали нужным притворяться приличными. Все прикосновения выходили за рамки. И нам это нравилось.

Я сама потащила Матиаса к бару, когда ноги стали заплетаться, а бабочки закружили в животе слишком быстро.

Мне понадобилась передышка. Я хотела довести свой план до конца. Хотя я уже сомневалась в своем желании это делать.

– И в чем заключалось твое испытание? В танцах? – с издевкой спросил Матиас, кивнув бармену. – Неужели все твои парни такие скучные, Элзи? – Я покачала головой, загадочно улыбнулась. Он ведь даже не представлял, что его ждет.

А что, если?..

Я не стала дожидаться коктейля, схватила его за руку и потянула к выходу. Духота клуба сменилась влажным, спертым воздухом. Матиас смеялся, расспрашивая меня, а я упорно шла вперед. Теперь он точно убежит.

И кто здесь еще скучный, красавчик?

Я остановилась возле тату-салона. Матиас переводил взгляд с меня на неоновую вывеску и обратно, а я молча наблюдала за его реакцией. Густые брови сдвинулись к переносице, взгляд стал растерянным, но он все еще держал меня за руку, а я ждала, когда он скажет, что моя идея полный бред.

– Хочешь набить себе цветочек на заднице? – наконец спросил Матиас, зачесав волосы назад.

– Только если на твоей.

– Ладно, ты привела меня в тату-салон, это и есть твое испытание? – Честно сказать, я еще никогда не заходила настолько далеко. Кажется, он это понял, когда я опустила взгляд в пол. – Ты и сама не знаешь, что делать дальше, да?

Черт побери! Больше всего на свете мне не хотелось выглядеть тупой идиоткой, но почему-то именно так я себя и ощущала!

– Да уж, Элзи, страшно представить, на что тебя еще может толкнуть скука, – усмехнулся Матиас, а затем крепче сжал мою ладонь в своей. – Давно хотел тату, – и потянул меня ко входу.