
Полная версия:
Омега для волка
– Как ты? – спросил Марк.
– Паршиво, но держусь.
– Ты её чувствуешь? – спустя время осторожно спросил он.
– Да, но очень слабо… – Дима замолчал, но потом добавил. – Знаешь, странное чувство, как будто ниточка, что нас связывает раздваивается.
– Как это? – удивился Марк.
– Сам точно не знаю. Чувствую, что одна часть светлая и Васька словно тянется к ней, цепляется изо всех сил и я стараюсь эту связь подпитывать, но… – Марк ждал пока его друг продолжит говорить. – Та, вторая нить, какая-то другая. И я пытаюсь схватить её, но она ускользает, как вода сквозь пальцы. Она как будто не моя, не принадлежит мне, понимаешь?
– Ты уверен?
Дима кивнул.
– В таком случае… ты же не хочешь сказать, что Игнатов может быть… – он даже боялся подумать о таком, не то, чтобы сказать.
– Хах, – горько усмехнулся Дима. – Я не удивлюсь, если так и будет.
– Но тогда… что ты будешь делать? – думать, что такое и правда возможно не хотелось и было действительно страшно. Ни одному волку он бы не пожелал такого. Это просто немыслимо. Это равносильно тому, что твоя Пара бросила тебя или погибла.
– Я в неё верю. И в то, что чувствую, в нашу связь. Иначе всё было бы по-другому.
Какое-то время они провели в молчании. Марку было не понять Диму, потому что он не проходил через подобное, но мог отчасти чувствовать боль своего вожака и друга, который порой не мог сдерживать своё страдание.
– Ты, знаешь… – начал он, – она наплевала на свою безопасность ради нас. Ещё и сказала, что не нам решать, как ей поступать и что делать, при чём в своей привычной манере, – горько ухмыльнувшись, сказал он. – Я в долгу перед ней. В неоплатном долгу…
– Потому что она знает, как вы все дорогие мне и стали дороги ей, – улыбнулся Дима. – Как-то даже она просила меня рассказать ей о каждом из вас. Хотела лучше понять вас…
– Я не знаю, как отплатить ей… но если потребуется, я готов даже…
– Забудь об этом! – довольно резко прервал его Дима. – Если хочешь вернуть ей долг, то постарайся прожить долгую и счастливую жизнь, – и после обнял друга за плечи, прекрасно понимая, что он сейчас чувствует. В его жизни тоже был похожий момент, который он никогда не забудет.
—
Арсений привёл Василису в помещение, которое напоминало научную лабораторию. Два человека в белых халатах что-то бурно обсуждали. Они резко повернулись, когда услышали звук захлопнувшейся двери.
– Арсений? – воскликнул один из них.
– Как успехи?
– Мы наконец-то разобрались в принципе действия яда на ваш организм.
Арсений повернулся и посмотрел на побледневшую Василису. Конечно, в её голове уже сложилась полная картинка.
– Так это она сотворила с вами такое? – спросил второй человек. В его голосе явно звучали нотки презрения.
– Сбавь тон. Она тут ни при чём, но если будем вежливы и учтивы, очень надеюсь, что Василиса согласится помочь и…
– Помочь? – перебила его девушка.
– Очень надеюсь на это, – улыбнувшись уголками губ и склонив голову, ответил Арсений.
– Ваш род сотворил такое зло, а ты ещё торгуешься?! – снова заговорил тот самый парень.
– Кажется я просил быть вежливым и учтивым, – зарычал Игнатов.
Парень тут же замолк и зло сверкнул глазами в сторону Василисы.
– Я хотел бы, чтобы мои потомки жили свободно, – пояснил он.
– А ты? – с ужасом в голосе спросила она, что не укрылось от альфы.
– Мне уже ничем не помочь, – он говорил слишком спокойно и отстранённо, как будто это не его вовсе касается. Или он смирился с этим уже очень давно? Как будто это его неизбежность.
– Что..? Но… как…
– Это может помочь моему сыну.
– У тебя есть сын?! – воскликнула Василиса, не скрывая удивления.
– Да, скоро он должен родиться. И пока это не произошло, хочется верить, что его не постигнет та же участь. И он сможет прожить счастливую жизнь без мучений и страданий.
Василиса протянула ему руку, давая понять, что готова помочь. Она даже раздумывать не стала. Ей казалось, что это именно то, что она должна сделать, что именно это будет правильным. Ни для неё, ни для Игнатова и его учёных не было секретом то, что всё строится на её крови. И только её кровь может дать ответ на главный вопрос. Арсений благодарно кивнул, после чего учёный и его помощник принялись за работу. Они взяли у Василисы несколько пробирок крови и больше её не беспокоили.
Девушка молча стояла, глядя в окно, облокотившись на стену. Игнатов видел в её глазах тоску, видел, как сменяются эмоции на её лице. Он знал это чувство, прекрасно понимал, что она испытывает боль из-за разлуки со своим альфой. И быть может, если не роковая судьба и дурацкие поступки их предков, эта девочка была бы с ним и уже давно спасла бы не только его род, но и свой. Однако прошлого не изменить. Его время почти закончилось, а у неё вся жизнь впереди. Мужчине приходилось бороться с желанием забрать себе, отобрать и присвоить, но только он понимал, что так действительно сломает ей жизнь. К тому же он уже всё продумал и просчитал, и отступать от плана не намерен.
– Василиса, ты не пленница здесь. Сходи, прогуляйся.
Девушка посмотрела на него с недоверием. Невидимые шоры опустились на её глаза, сужая мир до него одного, стоявшего напротив. Он смотрел широко и открыто. Казалось, что в комнате наступила давящая тишина. Василиса, сглотнув и облизав сухие губы, её сердце на секунду пропустило удар, и она отвела взгляд. И девушка невольно передёрнула плечами. Всё это время она размышляла о том, что сотворили её предки, на какие муки обрекли волков из рода Игнатова. Она не могла уложить у себя в голове, что её род уже в те времена знал способы, как обречь других на верную медленную и мучительную смерть. Каким бы ни был грех людей из клана Игнатова, они не заслужили такой участи для всего рода. Когда она думала о невинных детях, которые подверглись таким мукам, ей хотелось выть от безысходности. Девушка чувствовала вину перед Игнатовым и всей его семьёй, думала о его ребёнке, которого может постигнуть такая же участь. Ребёнок ведь ни в чём не виноват. Почему он должен страдать из-за давно минувших дней. Вина. Всепоглощающая вина окутывала её. Васька думала о том, что таким образом её предки сами обрекли себя на истребление. И теперь всё это казалось весьма логичным и обоснованным. Хоть кто-то из них подумал о том, что будет дальше? Чем всё это может закончиться? И всё это только потому, что не смогли найти компромисс. Зло порождает зло, месть порождает месть. Порочный круг, в который они с Игнатовым попали не по своей воле. И что с этим теперь делать? Должна ли она искупить вину своего клана перед ним? Но в то же самое время разум дал о себе знать. Ведь и она не была виновата перед ним. Не она же лично сделала всё это. Так почему тогда ей выпала участь искуплять грехи предков? Но она уже сделала первый шаг и отступать не намерена. У неё есть своя жизнь и она должна думать о себе. Теперь у неё есть семья. Она омега, у которой есть альфа, её истинная Пара. Она приняла его и отказываться не собиралась. Василиса хочет быть с Димой и только с ним. Поэтому она должна найти способ связаться с ним.
– Чёрт… – выругался мужчина.
– Снова осечка? – уж как-то спокойно спросил Игнатов, не сводя пристального взгляда с девушки.
– Мы что-нибудь обязательно придумаем. Нам чего-то не хватает, но пока не можем понять, чего именно, – как-то обречённо сказал парень, а затем похлопал себя по щекам и снова взялся за работу.
– Продолжайте работать, – кивнул Игнатов, после чего вновь обратился к Василисе. – Подыши свежим воздухом. Ты вся бледная, того глядишь в обморок упадёшь.
– Там кругом аконит, трудновато будет дышать.
– Уверен, ты что-нибудь придумаешь, – сказал мужчина и жестом руки показал, что она действительно может идти.
Васька не стала медлить и вышла на улицу, а её новый надзиратель Игорь молча следовал за ней. Дом, в котором ей приходилось жить, был красивым и современным. Сразу становилось понятно, что в него вложено не мало средств. Принадлежал ли он Игнатову, девушка не знала, да и какая разница? Дом был отделан красным деревом, что само по себе создавало ощущение уюта. Сочетание природных натуральных материалов с чёткими линиями современного дизайна хорошо передавали отличный вкус хозяина дома. Так и не скажешь, что здесь убежище убийц. Здесь были и каменные дорожки, вдоль которых росли красивые разноцветные цветы, газоны, что так манили своей зеленью и бархатистостью, что невольно хотелось упасть на него и просто поваляться. По кругу дом окружали деревья, похожие на великанов. Тайга, одним словом. Душа так и рвалась в лес. Но всю эту прелесть портило одно НО. Гулять в округе было действительно трудно. Запах аконита обжигал лёгкие, казалось, что он разрывает их изнутри. Стоя перед полем с аконитом, за которым виднелся лес, Васька, как никогда до этого почувствовала свою связь с лесом, с природой, со своей волчицей и Димой. Острая боль пронзала всё тело. Сейчас ей хотелось оказаться в крепких объятиях Димы, почувствовать его рядом, почувствовать себя в безопасности. Сбежать из этого места как можно скорее и как можно дальше. Сердце рвалось из груди так отчаянно, что кажись проломит грудную клетку. Только давящая липкая тишина окружала. Девушка не задумываясь пошла вперёд, лишь бы не стоять на месте. Аконит оставлял сильные ожоги. Снова и снова. Ускоренная регенерация Василисы не спасала. Слёзы текли по щекам, боль усиливалась, дыхание затруднялось, но она продолжала иди, словно только так она могла почувствовать жизнь, почувствовать свободу. Васька очнулась только когда добралась до опушки леса и поняла, что за ней никто не гонится. Она резко обернулась и увидела вдалеке Игнатова, который просто наблюдал за ней. Он не послал своих волков за ней, не пошёл сам. Он отпускал её. И это пугало ещё больше. Холодный пот стекал по вискам, сердце учащённо билось и все инстинкты кричали об опасности. Какое-то время она не могла пошевелиться и просто смотрела в глаза своему «палачу», а потом, что есть силы, побежала в самую чащу леса, подальше отсюда.
Он смотрел, как она уходит. Иногда приходится принимать очень сложные решения, особенно тяжелы те, где тебе приходится отпускать кого-то. Он не знал, вернётся ли она. Но точно был уверен в том, что её уход не станет концом смысла жизни, ведь у него всё ещё оставалась надежда, что она вернётся. Ему надо только подождать. Проявить ещё немного терпения. В своей жизни он повидал всякое и многому научился. Одной из таких вещей было умение отпускать. Порой это был единственный путь, чтобы остаться собой. Пусть она и в дали от него… всегда была, есть и будет, но он воспользуется каждым мизерным шансом, что у него есть, чтобы чувствовать её рядом по-настоящему.
—
Дима вместе со своими самыми сильными и лучшими ребятами, как и Клим, прибыли в городок и остались незамеченными. Светиться им было нельзя, поэтому они действовали очень осторожно. Связи помогали и были как нельзя кстати. Разместились в старой небольшой гостинице и решили действовать тихо и осторожно, чтобы не спугнуть Игнатова и его псов. Время уже было вечернее, они сидели в кафе на первом этаже, которое было на уровне, хоть и было расположено на окраине города, рядом с лесом, который был через дорогу. Местные предприниматели всячески старались обустроить городские места, сделать город лучше, ведь когда-то он был крупным промышленным центром. Но сейчас все уезжают отсюда, но Диме казалось, что если здесь развивать места и деятельность, которая будет интересна молодёжи, обеспечить рабочие места, то город оживёт. И это альфа взял себе на заметку, на будущее. Они ужинали небольшими компаниями, чтобы не привлекать лишнее внимание, когда Дима почувствовал резкую колющую боль в области сердца и схватился за грудь.
– Ты чего? – спросил Жека.
– Да чёт сердце кольнуло… не хорошее у меня предчувствие…
– Васька…
– Надеюсь, что нет.
– Нет, ты не понял. Васька, – повторил Жека и указал на улицу.
Из леса через дорогу медленно шла его девочка.
Часть 11
Он сорвался с места. Расталкивая людей, попадающихся ему на пути, бежал вперёд. К ней. Перебегая через дорогу, Дима не обращал внимания на резко тормозящие машины и гневные выкрики людей. В самый последний момент он еле успел поймать её, чтобы вместе осесть на землю. Его омега была почти без сил, уставшая и вымотанная. Дима прижимал её к себе, целовал везде, где мог дотянуться и всё никак не мог поверить, что она сейчас в его руках. Он вжимал её в себя так, словно боялся, что её отнимут, снова заберут, но он больше этого не допустит. Вдыхая родной запах, дыхание срывалось. Он втягивал воздух под завязку, стараясь сблизиться с Парой максимально возможно. Сейчас ему было срать на всех и всё вокруг. Ничего больше не существовало, только она.
– Диман…
Только не сейчас. Дима знал, что Жека хочет как лучше и увести их с улицы, но сейчас он готов был открутить голову любому, кто посмеет помешать ему насладиться встречей с его омегой. Пусть только попробуют приблизиться… Дима тёрся о Ваську, зарывался пальцами в волосы, хотел ещё больше прочувствовать свою маленькую и хрупкую девочку. Он целовал её везде, где мог дотянуться. Его ещё несколько раз пытались позвать, но он только сильнее начинал злиться и рычать, пока не услышал тихое:
– Дима…
И только теперь, ярость и злость, что в нём закипали вперемешку с радостью от встречи с Парой, ушли. Дима сглотнул и посмотрел на Ваську, медленно моргнул и сглотнул ком, который появился в горле, стоило ему только услышать её голос.
—
– Вася, ты в своём уме?! – негодовал Дима. Да что там негодовал, он был в ярости и полнейшем недоумении.
– Дима… – устало проговорила Василиса, потирая переносицу, глядя на своего единственного мужчину. – Пойми, если я не вернусь и не постараюсь помочь, эта вражда так и будет продолжаться и …
– Да плевать я хотел. Ты туда не вернёшься. А Игнатов отправится на тот свет, как ему и положено, – рыкнул Дима. Ну как?! Скажите, как он мог отпустить её обратно?
– Дима, мои предки виноваты в том, что происходит с их волками! Мой родной отец пытался найти способ это исправить, но не успел. И если я могу помочь спасти невинного ребёнка, отдав ему записи отца, я это сделаю.
– И ты решила возложить на себя миссию по спасению его отпрыска? Вася, ты не мессия, не спасатель. Он тобой умело манипулирует, а ты ведёшься на это…
– Это моё собственное решение! – прокричала девушка, вскакивая со своего места. – Я ведь тебе всё рассказала, неужели ты…
– Я всё понимаю, Вася, – Дима в два шага оказался возле неё, взял её лицо в свои ладони и глядя ей в глаза продолжил говорить. – Но я не могу тебя туда отпустить! Только не после всего, что произошло. Игнатов охотился на тебя всю жизнь, обвёл нас вокруг пальца, ворвавшись на МОЮ территорию, убил многих ребят, похитил тебя и после этого я должен отпустить тебя обратно?! Он посягнул на МОЁ, понимаешь?! И должен понести ответственность!
– Дима, – Вася прижалась к нему и продолжила, – я не говорю, что ты должен будешь его простить и отпустить. Меня всё также надо будет спасать, но я прошу лишь дать мне немного времени. Доверься мне, пожалуйста, – с одной стороны она знала, что он прислушается к ней, потому что был по-своему мудрым человеком, но с другой стороны она боялась того, что видела. Его реакцию, его взгляд, не говоря уже о словах.
Дима кипел от злости и негодования. Отпустить её в лапы другого альфы он просто не мог. Знать, что еще несколько дней она будет там, что этот ублюдок может что-то с ней сделать… Для него подобное было недопустимо. Но больше всего злило то, что она сама стремилась туда вернуться, пусть даже из-за альтруистических побуждений, но легче от этого не становилось. А ещё он боялся. Боялся того необъяснимого чувства, которое появилось, когда они смогли восстановить свою связь целиком. Дима даже на секунду не хотел пропускать мысль, что то, чего он больше всего боялся, всё же произошло. Альфа думал, что хуже быть не может, но не нет, вот получите, пожалуйста. Он обнял свою омегу в ответ, услышав её слова.
– Мне страшно, Дима. Страшно туда возвращаться, страшно снова оставлять тебя и быть на расстоянии. Это больно. Но я должна… Чтобы невинный ребёнок смог расти без всей этой ненависти, понимаешь? Если это не остановить, то это будет продолжаться вечно. Это перекинется на следующие поколения вперёд. Мне совесть не позволит оставить всё так, как есть. Но и остаться в стороне я не могу. Только зная, что ты рядом и сможешь вытащить меня оттуда в любой момент, у меня получится… только так я смогу справиться.
– Ты же понимаешь, что надолго я не смогу тебя отпустить? – прижимая её к себе ещё сильнее, спросил он.
Васька кивнула.
– И что мы всегда будем поблизости и будем наблюдать?
Васька снова кивнула и сильнее прижалась к своему альфе.
– Я люблю тебя, – прошептала девушка. – Дима, мне было так плохо и больно в дали от тебя. Что же тебе пришлось пережить…
– Как и я тебя. Ты самое дорогое, что у меня есть, Вась. И я не хочу снова тебя терять, – в ответ. – Пресвятые помидоры, ты ещё беспокоишься о том, каково было мне… – усмехнулся он. – Рядом со мной хотя бы были родные и друзья, стая. А вот ты, моя малышка, была совсем одна. И это я должен спрашивать, как ты смогла справиться.
– Мне помогали мысли и вера в то, что мы обязательно увидимся, а ещё стремление использовать любую возможность, чтобы сбежать.
– Мой храбрый волчонок, – поцеловал её в макушку.
– Дима, там кругом растёт аконит. Вы должны быть осторожны, не подходите слишком близко.
– Хорошо.
– И вам лучше быть в альтер форме рядом с ним, так безопаснее.
– Хорошо.
– Дима! Ты меня вообще слушаешь?!
– Хорошо, – сам же Дима просто ловил каждый момент близости со своей Парой и ушёл в нирвану, если так можно сказать.
– Дима! – воскликнула Васька и пихнула его в бок.
– А, эй! Ты чего?
– Ты меня не случаешь!
– Слушаю я тебя.
– Да? Тогда, что последнее я сказала?
– Вась, – серьёзным тоном начал Дима, и она сразу замолчала, пристально глядя в его глаза. – Я очень нуждаюсь в тебе, больше чем в кислороде, если честно. Нуждаюсь в том, чтобы видеть тебя, быть с тобой рядом, чтобы, сидя подле тебя, я мог нежно гладить твои пальчики, – на этом моменте он взял её за руку и поцеловал каждый пальчик. – Чтобы я мог говорить с тобой о чём угодно или просто молчать. Хочу дышать твоим запахом, перебирать пальцами твои мягкие волосы, прижимать тебя к себе и целовать, укрывать от любой опасности. Я хочу каждый день говорить тебе о том, как сильно я полюбил тебя. И очень надеюсь, что всё это ты понимаешь и без слов. И также смею лелеять надежду на то, что всё это взаимно.
Она смотрела на него и плакала. Василиса не верила, что такие чувства бывают, но глядя на Диму, понимала, что он реален, как и его чувства. Она чувствовала, что в ней вместе с этим пробуждается тепло.
– Дима, ты многое изменил в моей жизни, даже то, что тебя не касалось. Я сколько себя помню, не ценила то, что было в моей жизни и всё время пеклась только о себе любимой, – с усмешкой сказала она. – Но ты показал мне, что в этом мире есть более важные вещи. Жизни дорогих мне людей также дороги. Я ценю тебя больше всего на свете и без тебя нет и меня, понимаешь? Ты стал смыслом моей жизни, который я выбрала сама. И никогда не отступлюсь от своего решения. Ведь то, о чём я даже мечтать не смела – сбылось. И всё благодаря тебе. Ты подарил мне покой и любовь…
—
– Ты уверен, что всё пройдёт гладко? – спросил Жека.
– Нет.
– Тогда почему?
– Я верю ей.
– Вера верой, но это Игнатов.
– Да. Он позволил ей уйти, прекрасно осознавая, что она свяжется со мной и что я приду сюда.
– Зачем ему всё это? Игнатов прекрасно знает, чем для него обернётся всё, что он сделал.
– Он пошёл на этот шаг осознанно.
– Неужели он правда думает, что сможет спасти своего сына с помощью Васьки?
– Васька считает, что да. И я ей верю. Такой решительности в её глазах я ещё не видел.
– Поэтому и отпустил.
– Да.
Жека похлопал его по плечу и пошёл к остальным ребятам, чтобы проверить готовность. А Дима смотрел, как его омега уходит глубоко в лес, отдаляясь от него всё дальше. Альфа снова чувствовал эту тянущую боль от расставания с Парой, но сейчас это было не так болезненно, как раньше. Сейчас он знал где она и мог находиться поблизости. И всё же, где-то глубоко внутри сидел гнилой червяк, который словно нашёптывал ненавистные слова, от которых хотелось рвать и метать. Он словно бы издевался, напевая, что его омега уходит в лапы другому альфе и кто знает, чем они там будут заниматься. Злость и гнетущая ревность переполняли его. Каких усилий ему стоило оставаться на месте и довериться своей омеге, одному богу известно. Но он должен постараться ради неё.
—
Мужчина стоял на крыльце дома и смотрел на опушку леса, соединяющуюся с аконитовым полем. Было ранее утро и солнце только начинало просыпаться, а он уже стоял и ждал её возвращения. У него не было абсолютной уверенности, что она вернётся, но где-то в глубине души он не хотел терять надежду на это. Прохладный утренний ветерок гулял по округе, а первые лучи солнца едва коснулись верхушек деревьев, как он заметил её. Девушка появилась из-за деревьев и стояла сейчас перед зарослями аконита и смотрела прямо на него. На его губах появилась лёгкая улыбка и какое-то облегчение растеклось в груди. Арсений смотрел, как эта, с виду хрупкая девушка, пробирается сквозь аконитовое поле, испытывая жгучую боль, но несмотря на это, упорно продолжает идти вперёд.
Она прошла через это чёртово аконитовое поле. Дышать было тяжело, всё тело ныло, силы покидали её. Васька уже на краю сознания почувствовала, что кто-то подхватил её на руки и куда-то понёс. Этот чёртов аконит отнимал все силы и с каждым разом всё больше. Последнее, что она помнила, это как Игнатов пошёл к ней навстречу.
В считанные секунды он оказался рядом с ней, не позволяя ей упасть. Арсений прижал её к себе и нежно поцеловал в висок, после чего потерся о неё щекой, делая глубокий вдох. Мужчина чувствовал запах другого сильного альфы и неосознанно издал недовольный рык, но сейчас она была в его руках. Хотя бы на мгновение. Хотя бы на считаные минуты, но она будет в его руках, в его власти. И он запомнит эти мгновения. Он улыбнулся своим мыслям и пошёл в дом. А с окна верхнего этажа на них смотрела пара антрацитовых глаз.
Она знала, что не является Парой для Арсения, поэтому терпела его пренебрежительное отношение всё это время. Николь старалась не строить иллюзий на свой счёт, но разве сердцу прикажешь? К тому же она была омегой-девушкой, которых во всём мире слишком мало, поэтому в глубине души надеялась, что это сыграет хоть какую-то роль. А когда узнали, что у них будет ребёнок, то розовые фантазии взяли вверх, ведь он начал уделять ей больше внимания и заботы. Однако продлилось это недолго. На горизонте появилась она, ту, что он так отчаянно искал и всё в одночасье рухнуло. К ней он относился по-особенному, ей даже и не мечталось. Но чем она хуже?
Арсений аккуратно уложил её на кровать и ещё какое-то время любовался. С собой она принесла какой-то дневник, просмотрев который он был очень удивлён. Тут и надежда вдруг появлялась, и в то же время нет, всё зависело от неё.
Голова гудела, но в теле больше не было боли и напряжения. Яркий солнечный свет ударил ей в глаза, стоило их только открыть, поэтому девушка сразу же зажмурилась. Выждав минуту, она вновь открыла глаза и села в кровати. Оглядевшись, Васька увидела, что блокнот её отца лежит на прикроватной полке. Игнатов не стал его забирать, а оставил ей. Она тут же схватила блокнот и соскочила с кровати. Открыв дверь комнаты, Васька врезалась в Игоря, который снова был представлен к ней. Он недоумённо уставился на неё.
– Мне надо поговорить с Арсением. Это срочно! – выпалила она.
Игорь молча кивнул и пошёл вперёд, давая ей знак, чтобы она следовала за ним.
Он уже долгое время сидел и выслушивал недовольство Ники и готов был сорваться, когда в дверь постучали и зашёл Игорь, а следом за ним и Василиса.
– Арсений, я… – Васька остановилась на полуслове, поскольку заметила, что Арсений здесь не один. – Не хотела мешать.
Ника видела, как его взгляд изменился. Стоило появиться в его поле зрения этой девице, как взгляд из холодного превратился в тёплый и заботливый. За всё время он ни разу так не смотрел на неё, но этой же достаётся то, о чём она всегда мечтала. Как же она ненавидела это. Ненавидела её.
– Поговорим позже, – сказал Арсений, обращаясь к Нике.
– Стоит ей появиться на пороге, как ты бросаешь все свои дела и…
– Николь, – холодно и жёстко произнёс альфа.
Женщина понимала, что бы она ни сказала, сейчас это будет бесполезно. Поэтому злобно глянув на Василису, она молча удалилась. Игорь вышел следом за ней и закрыл деверь.