Коралл. Королева вампиров

Я не знал, чем могу смягчить для Коралл правду.

— Она показывала первые признаки превращения в миракль. Пойми меня, Коралл, я призван убивать таких, как она. Миракли представляют угрозу всему живому.

Коралл тряхнула головой, не в силах поверить в услышанное.

— Этого просто не может быть!

— Я говорю тебе правду. Миракли никак не могут стать обратно людьми. Они зависают в переходном состоянии от человека к вампиру и могут привести к настоящим разрушениям. Поэтому они так опасны. Мэри опасна. И боюсь, Рубин все еще с ней, если он жив конечно.

Коралл, надо отдать ей должное, сохраняла самообладание, будто она уже о чем-то подобном догадывалась.

— Но зачем было убивать твою Мать? — тихо спросила она, словно желала отвлечься от разговора о Мэри. Вряд ли она могла так просто принять, что я планировал избавиться от ее подруги.

Я потянулся к коробочке и распахнул ее, вручая моей хани. На черном бархате лежало колье моей матери. Одна из древних реликвий Маруна. Коралловое ожерелье. Фамильная драгоценность леди Ханимун, хозяйки Медового острова.

— Хочу, чтобы ты примерила, — прошептал я, беря колье в руки. — Кажется, этот дом, этот остров… сама магия… выбрали тебя.

Эпизод 7. Коралл

Я все еще пыталась осознать колючую правду: Мэри потеряна, навсегда. Нет, я не могла этого принять, но Кармину я ничего такого не сказала. Миракли были злом, которое он поклялся искоренить.

Однако и вампиры, и люди были ничуть не лучше.

После нашего пикника под ясенем мы вернулись в дом. Весь окружающий мир предстал для меня в ином свете — я видела все предельно четко, реагировала на малейшее движение и невероятно чутко различала цвета и оттенки. После пребывания во тьме это ужасно будоражило мои чувства, и я не переставала благодарить лорда-вампира, что вернул мне зрение, пусть и ненадолго.

Изменилось и кое-что другое. Мою шею обхватывало коралловое ожерелье, реликвия дома Ханимун. Несколько багровых капель спускались в ложбинку декольте, куда то и дело падал взгляд моего супруга.

Несмотря на всю злость и обиду на него, я все еще испытывала жгучее желание, к которому теперь примешивались и более теплые чувства. Я могла понять Кармина, он защищал то, что ему было дорого.

Только я не понимала одного: еще никто и никогда так не заботился обо мне. Я чувствовала себя неловко и готова была уличить Кармина в миллионе заговоров и океане лжи.

Если сначала колье показалось мне не более чем красивым аксессуаром к ночному приему, то войдя в дом, я поняла разницу. Я буквально чувствовала особняк и все, что в нем находится.

— Это невероятно, — выдохнула я, вцепившись в руку Кармина. Он привлек меня к себе и окинул взволнованным взглядом. — Дом… он будто бы дышит.

— Все, что ты видишь здесь, Коралл, было создано моей матерью. Она действительно управляла этим домом, как делает любая Великая Мать и леди своего дома. Все эти бесконечные чашки, кресла, портреты… это ее рук творения.

— Я думала, это все ты…

Кармин мотнул головой и грустно улыбнулся.

— Я лишь паразитирую на том, что создала она. Боюсь, на самом деле я умею лишь разрушать. Но теперь ты сможешь сделать здесь все так, как захочешь сама. До приема есть еще пара часов. Обещаю тебе во всем помогать!

Я скрестила руки на груди, делая вид, что обдумываю его предложение, хотя мне до безумия хотелось поскорее взяться за дело. Возможно в этом тоже была какая-то магия: не только Кармин Ханимун околдовал меня, но и сам дом.

— Договорились, монстр, — наконец выдохнула я. — Начнем с гостиной.

Это был определенно не вопрос, а приказ хозяйки дома Медовой луны.

Под моим руководством лорд-вампир расчистил пространство в огромной столовой и заменил тяжелый прямоугольный стол на более обтекаемый — в форме лодки. Я планировала украсить все живыми цветами и травами, не розами с их ядом и шипами, а чем-то более воздушным и легкомысленным.

Мы сняли тяжелые шторы, оставив игривый кружевной тюль. На окна повесили фонарики, которые бы создавали ощущение уюта — хотя бы для меня. Все чопорные или громоздкие предметы я сменила на более легкие. И даже позволила себе отказаться от красного фарфора в угоду белому с черными узорами.

Мое обостренное зрение позволяло не только подмечать оттенки и тона, но и малейшие движения и проявления внимания со стороны лорда. То, как он проходил мимо с какой-нибудь вазой и легонько касался свободной рукой кончиков моих волос. Или бросал на меня взгляд украдкой — теперь я все это прекрасно видела! Игнорировать его было совершенно невозможно.

И все же я героически сосредоточилась на своих новых обязанностях. У меня никогда не было настоящего дома. Квартира, которую мы делили с Мэри, была гораздо лучше нашей комнаты в приюте, но я бы не могла назвать нашу студию домом. Сейчас же, отдавая команды лорду-вампиру, я впервые почувствовала нечто особенное — эту принадлежность к дому, к семье. Будто здесь и впрямь было мое место, а прежде я только и делала, что блуждала в потемках.

Когда с перестановками и декором было покончено, я плюхнулась в роскошное бархатное кресло темно-винного, почти черного цвета. Кармин Ханимун устроился в кресле напротив, а на столик между нами положил увесистую папку на завязках.

— Этот званный ужин покажет, кто будет на нашей стороне, а кто останется верен Карлу, — проговорил мой супруг. — В этой папке досье на самых весомых личностей в вампирских кругах. На ужине нам нужно заручиться их поддержкой.

— Я в этом не помощник, — проговорила я, положив ноги на столик рядом с папкой. — На меня они будут смотреть исключительно как на источник крови.

Кармин скинул туфли с моих ног и обхватил ладонями сначала одну ступню, тщательно разминая ее, следом взялся за вторую.

— Ты недооцениваешь себя, хани, — прошептал он, пуская дрожь по моему позвоночнику. — Ты умная, красивая, смелая…

— Прекрати, — невольно улыбнулась я. — Я просто человек. Смертная — как вы говорите.

— Ты прошла Шоломанс, встретилась с настоящими монстрами и не дрогнула. И ты все еще здесь, рядом с таким, как я.

Он исподлобья посмотрел на меня, не переставая массировать мне ногу. Было в этом что-то до ужаса интимное. Он будто смотрел мне в душу. И не просто смотрел. Он оставил там свой отпечаток. Я должна была признаться в этом самой себе. Кармин Ханимун волновал меня гораздо сильнее других мужчин, вампиров или нет. Это было не просто развлечением — я хотела находиться тут, рядом с ним, в этом доме. Быть его женой. Его настоящей женой. Его любимой. Заботиться о нем так же, как он обо мне. И пусть мне это было чуждо, я бы научилась. Но нас по-прежнему разделяла пропасть. Он вампир, я человек. А весь знакомый мир вокруг нас, казалось, вот-вот рухнет.

Я чуть подалась вперед и прошептала:

— Ты гораздо лучше, чем ты о себе думаешь, монстр.

Я опустила ноги на пол, а потом как кошка забралась ему на колени, обхватывая его шею руками. Легонько коснулась его носа своим, оставила на его губах невесомый поцелуй. Мы оба жаждали большего, но впереди было слишком много дел.

Кармин крепко-крепко стиснул руки у меня на талии, будто не мог поверить, что я первой проявила чувства, хотя он все это время просто пожирал меня взглядом.

— Если бы не этот проклятый званый ужин, хани, я бы не отпускал тебя из своих объятий до окончания Тьмы. А может и Света.

— Но мне еще нужно выбрать наряд… — промурлыкала я.

— Этого колье было бы достаточно, — прорычал лорд-вампир у меня над ухом.

Я подавила огненную вспышку в своем животе и коварно улыбнулась лорду.

— Пора накрыть на стол, милый, гости будут совсем скоро.

Я заметила, как расширились зрачки его вишнево-карих глаз. Как в них заплясали теплые искорки. Я закусила губу — и вовсе я не собиралась говорить ему нежности. Оно само выскочило. Мне вдруг стало неловко, и я вырвалась из ласковых объятий лорда-вампира.

— Так, а теперь за дело, — протараторила я. — Нам еще нужно пересчитать столовые приборы, стулья и кресла… да, кресла…

К наступлению Тьмы я еле стояла на ногах от усталости, но результат превзошел мои ожидания. Дом помогал нам усовершенствовать его: появилась новая бальная зала, просто из ниоткуда взявшаяся комната с кафельным полом, который напоминал шахматную доску. Идеально для нашей сегодняшней партии. И еще Кармин Ханимун пообещал устроить для меня сюрприз, чего я особенно ждала. Что мой супруг устроит на этот раз? Или нас ждет очередная церемония, где мы признаемся друг другу в вечной любви?

Мы условились встретиться на пристани, куда прибудут гости. Зверюга тоже потрудился на славу: среди вереска появилось несколько шатров. Белая ткань с эмблемой луны, пчел и трав (мое нововведение) покачивалась на легком ветерке, будто знамена несуществующей армии.

Зная, как относятся вампиры к красному цвету во время своих приемов и церемоний, я намеренно избегала его в своем наряде, выбрав строгое элегантное черное платье, которое скорее напоминало длинный сюртук, надетый на голое тело. Широкий ремень с эмблемой дома Ханимун крепко обхватывал мою талию, а на шее была единственная яркая деталь — коралловое ожерелье.

Я прошла по каменистой дорожке, ведущей к деревянному причалу. Полы моего платья-плаща расходились в стороны при каждом шаге, демонстрируя высокие разрезы и мои ноги. Лорд Ханимун уже ждал меня. Он окинул мой наряд восхищенным взглядом и улыбнулся одним лишь уголком губ.

Волосы я собрала в высокий хвост, а в мочках ушей поблескивали маленькие серьги, любезно предоставленные мне домом, — пчелка и лунный серп. По черной ткани платья бежала легкая вышивка, вторя этим символам.

Да, сейчас я чувствовала себя истинной леди Ханимун. Возможно, это ожерелье придавало мне храбрости, а может я наконец нашла свой дом.