Цена доверия

– Мне надо на работу, – сказал он улыбаясь, отпивая кофе. Запах свежезаваренного экспрессо добрался до Кристиана, и желудок болезненно сжался.

– Похмелье, ты о таком что-то слышал? – Кристиан сел, держась за голову.

– Слышал. – Себастьян обернулся, прислоняясь к стойке. – Но, тем не менее, работы у меня много.

– И когда ты стал таким душным?

– Я не душный, – Себастьян хмыкнул, не оборачиваясь. – Просто у меня тоже нет выбора. – затем спустя пару секунд тишины добавил— Кофе?

– Лучше принеси мне что-то холодное.

Через пару минут перед Кристианом на журнальном столике появилась стеклянная бутылка апельсинового сока и широкий низкий стакан, предназначенный скорее для виски.

– Номер оплачен до двенадцати. Все, я ушел.

– Ты ведь мне позвонишь? – Кристиан кокетливо поиграл бровями, растягивая губы в улыбке, игнорируя пульсацию в висках.

Себастьян закатил глаза, но усмехнулся.

– Не-а, – бросил он, шагая к двери, и через секунду закрыл ее за собой, оставляя Кристиана одного в номере.

Кристиан еще несколько минут тупо смотрел в потолок, пытаясь поймать ускользающую дремоту, бесполезно. В голове шумело, тело требовало движения, а диван окончательно потерял способность быть удобным. Он встали поплелся в душ.

Холодная вода вернула способность мыслить более-менее связно. Он стоял под струями дольше обычного, позволяя им смывать остатки вчерашнего вечера, алкогольного тумана и неприятных разговоров. Выключив воду, он вышел в номер, даже не потрудившись окутать себя полотенцем. Влажные волосы прилипали ко лбу, капли стекали по груди и спине. Он прошел к журнальному столику, сделал глоток сока прямо из горла.

Кристиан оделся, привел себя в порядок настолько, насколько позволяло состояние, и подошел к кофемашине. Рядом лежало меню, плотная ламинированная карточка с фотографиями. Кристиан пробежался глазами по списку, выбирая себе завтрак.

Завтрак привезли через полчаса. Яичница с беконом, тосты с маслом, колбаски, запеченные помидоры и маленький чайник с черным чаем. Классический английский завтрак, от которого Кристиан в нормальном состоянии морщился. Но сейчас организм требовал чего-то основательного, жирного, способного прибить остатки алкогольного угара.

Он ел медленно, без аппетита, просто чтобы заполнить желудок. Затем отодвинув пустую тарелку, взял телефон и начал лениво скролить фотографии друзей в соцсетях. Вверху экрана всплыло уведомление о входящем звонке.

Отец.

Кристиан замер на секунду, глядя на это слово. Палец завис над экраном, желания ответить не было, но он все же провел им по экрану, поднеся телефон к уху.

– Мы с Самуэлем переговорили, – без предисловий начал Чарльз. – На выходные летим во Францию. Самолет будет готов в пятницу утром, Коуэллы пришлют машину.

Кристиан молчал, сжимая челюсть.

– Постарайся быть трезв в пятницу, – продолжил отец. – И чтобы мы не искали тебя по городу. Ты меня понял?

Кристиан закрыл глаза. В груди разрасталось знакомое, тяжелое раздражение, от которого хотелось швырнуть телефон об стену.

– Хорошо.

И нажал отбой.

Глава 6

Отчаяние – это не внезапный обвал. Скорее, это медленное, почти незаметное скольжение в ледяную бездну. Сначала – шок. Он оглушает, парализует волю, лишает способности ясно мыслить. Потом накатывает волна злости, яростное сопротивление. Но эта злость беспомощна, она лишь усиливает горечь осознания. А затем приходит холодный, отрезвляющий ужас. Разум становится беспощаден, отбрасывает эмоции и начинает безжалостно подсчитывать неизбежные потери.

Именно в таком состоянии Кая провела всю ночь после увольнения. Она сидела на краю продавленного дивана, спиной к тусклому свету настольной лампы, и смотрела в темноту за окном. Мир и без того казался ей хрупким, сотканным из непрочных нитей, а теперь он окончательно рассыпался. Не было ни истерики, ни слез, только ледяное оцепенение. Она мысленно пересчитала свои сбережения – точнее, констатировала факт их полного и удручающего отсутствия. Каждая цент, с таким трудом заработанная, без остатка уходила на погашение бесконечных долгов. У неё не оставалось ни гроша, ни малейшей финансовой подушки безопасности, чтобы продержаться хотя бы неделю, не говоря уже о месяце, для поиска новой работы.

Кая испытывала тяжесть на душе, прощаясь с коллегами. Анжела и Кассандра, хоть и не стали близкими подругами, были приятными собеседницами во время перерывов. Ребята с кухни, Майк и Джим, всегда поднимали настроение своими шутками. Даже сдержанная хостес Люси иногда проявляла к ней неподдельную доброту. Этот коллектив стал для неё своеобразным кругом общения.

Особые чувства она испытывала к Джейку. Он стал настоящим другом, с ним даже самые затяжные смены пролетали незаметно. Кае искренне нравилось проводить с ним время, и сейчас её грызла тревога: останется ли место для их общения вне работы? Сможет ли она, погружённая в новые заботы, сохранить эту связь? Мысль о том, что их дружба может прерваться, вызывала в ней щемящую грусть.

Последние две недели отработки выжимали из Кай все соки. Постоянный наплыв посетителей, бесконечные заказы и требовательные клиенты оставляли её к концу смены полностью опустошенной. Каждый шаг по пути домой давался с трудом, а мысли путались от усталости.

Она сомневалась, законно ли Фил удерживает её заработок, подозревая, что он превышает свои полномочия. Мысль о конфронтации и возможных разбирательствах вызывала у Кай тревогу. Страх остаться без денег и эмоциональное истощение заставляли её молча терпеть, стиснув зубы.

Последние смены прошли без происшествий, на удивление гладко. Кая жила в постоянном ожидании, что тот парень появится и всё испортит, но он так и не объявился. Несмотря на это, тревога не отпускала, каждый новый клиент казался ей его тенью, каждый звук у входа заставлял внутренне сжиматься. Она ловила себя на том, что вглядывалась в лица прохожих у ресторана, магазина, у дома и прислушивалась к звуку проезжающих машин. Но его не было, и понемногу каменная напряжённость в её плечах начала ослабевать.

Однако на смену одной проблеме пришла другая, более насущная. Необходимость найти новую работу нависала над ней, но за две недели отработки не оставалось ни времени, ни сил даже подумать об этом. Двенадцатичасовые смены выжимали её досуха. В свой последний день она попрощалась с ребятами, пообещав как-нибудь навестить их и вышла на улицу.

Снег хрустел под её кроссовками, отдаваясь в тишине вечера. Дублёнку она кое-как зашила, и теперь этот кривой стежок на рукаве казался знаком выживания, шрамом, который она заработала. Войдя в квартиру, она поставила в холодильник несколько контейнеров с едой. Ребята с кухни втайне от Фила позаботились о ней, снабдив провизией на несколько дней вперёд. Открыв один из них, она стала есть холодную пасту с беконом прямо из пластиковой тары. Микроволновки у неё не было, а на то, чтобы доставать сковороду, греть еду, а потом эту сковородку отмывать, сил не оставалось вовсе.

Приняв быстрый душ, она надела свою мягкую голубую пижаму и легла на прохладную простыню дивана. В тот миг, как её голова коснулась подушки, веки сомкнулись сами собой, и она провалилась в глубокий, бездонный сон, где не существовало ни тревог, ни завтрашнего дня.

****

Следующее утро, после ухода, выдалось на редкость серым, словно сама природа сочувствовала её горю. И оно принесло новую порцию неприятностей – окончательно сломался телефон. Экран, еще вчера мерцавший тусклым светом, сегодня окончательно погас, и устройство перестало реагировать на любые отчаянные попытки включения. С тяжелым вздохом Кая достала из ящика старенькую кнопочную «Нокиа», бережно хранившуюся как память об отце. Этот телефон умел только звонить и отправлять смс. Быть отрезанной от внешнего мира, в её и без того шатком положении, казалось концом света.

Она достала из почтового ящика газету, но список вакансий в печатном издании оказался удручающе скудным и бесполезным. В отчаянии Кая набрала номер единственного человека, который мог ей помочь – Джейка.

Пальцы дрожали, когда она прижимала телефон к уху, слушая длинные гудки.

– Джейк? – голос её дрогнул, выдавая всё напряжение последних недель. – Извини, что беспокою… Мне нужна помощь.

– Всё хорошо, слушаю, – бодро ответил он. В его голосе прозвучала неподдельная радость, ведь ей потребовалась именно его помощь.

–Просто у меня…тут небольшие проблемы. – произнесла она, стараясь скрыть дрожь в голосе за нарочито спокойной интонацией.

Его голос на том конце провода был наполнен немой поддержкой. Она попросила у Джейка ноутбук, чтобы найти новую работу, но тот настоял о встрече. Кая, сжимая в руке дурацкий телефон, слушала, как он очередной раз недоумевал, как Фил вообще додумался её уволить. Джейк считал Каю хорошим работником. Он видел, как она работала, не отлынивая. В итоге они договорились о встречи в кофейне.

Встретились они в кафе спустя час и заняли столик у окна, за которым кружились снежинки. Джейк предложил Кае сделать заказ, но она вежливо отказалась, ограничившись стаканом воды. После того как Джейк все же сделал заказ, который включал в себя небольшой чайник с чаем, Кая стала рассказывать о том, что её телефон сломался, а в газетных объявлениях она нашла лишь устаревшие вакансии. Джейк понимающе кивал. Затем он начал задавать вопросы о том скандале и её увольнении. И здесь, за пределами стен ресторана, без давящего присутствия Фила, Кая наконец рассказала ему всё: о той аварии с проколотой шиной, о выходке того парня в ресторане, и о том, как Фил, будто сам был владельцем, испугался за репутацию заведения и решил уволить её за то, чего по сути и не было.

– Чёрт, Кая… Это просто подло с его стороны, – Джейк провёл рукой по волосам. – Я могу поговорить с Филом, объяснить…

– Нет, – она резко покачала головой. —Он уже принял решение, да и после всего я не хочу там работать, без обид Джейк. Мне просто нужна другая работа.

Джейк внимательно посмотрел на неё, затем молча достал из сумки ноутбук.

– Хорошо. Давай сейчас будем искать варианты, – он открыл крышку, и свет экрана осветил их лица.

Джейк медленно листал сайты с вакансиями, а Кая, сидя рядом, внимательно следила за бегущими по экрану строчками. Первой всплыла вакансия бармена в пабе «Койот» требовался опытный специалист со определенными навыками. Затем курьер в службу доставки, но с обязательным наличием личного автомобиля. Следом появилось объявление о наборе грузчиков на ночной склад с графиком 6/1.

Джейк ненадолго задержался на вакансии кассира на автозаправке «Шелл оил» на окраине города. Неплохая зарплата, но тридцать километров дороги туда и обратно сразу делали эту работу практически бесперспективной, транспортные расходы съедали бы львиную долю оклада.

С каждым новым неподходящим вариантом плечи Каи опускались всё ниже. Сиэтл с его бесчисленными возможностями вдруг стал похож на лабиринт с закрытыми дверями. Отчаяние накатывало, густое и липкое, несмотря на уютную атмосферу кофейни и тёплый свет ламп. Они сидели рядом, их плечи почти соприкасались, склонившись над его ноутбуком, на экране которого мерцали вкладки с сайтами по поиску работы. Но она уже не видела монитора, перед её внутренним взором вставал образ того парня, после которого всё покатилось под откос. Он продолжал портить ей жизнь на расстоянии, и ей даже казалось, что получал от этого извращённое удовольствие.

– Найдём что-нибудь, – твёрдо сказал Джейк, переключаясь на следующую вкладку. Но его уверенность не могла пробить стену её тревоги.

Что ждало её в будущем? Оставит ли он её когда-нибудь в покое? Или будет мучать дальше, находя новые способы отравлять её существование? Чего он вообще хотел от неё? Эти вопросы шумели в голове.

И вот, когда надежда почти иссякла, Джейк наткнулся на сайт, который выглядел слишком пафосно. «Элит Став Соньюнитен» – агентство по подбору домашнего персонала.

– Глянь, – сказал он, прокручивая страницу. – Ищут горничных, поваров, водителей, охранников… Зарплата… Кая, посмотри на эти цифры.

Цифры и правда были заманчивыми, значительно выше того, что она получала в ресторане, даже с учетом чаевых. Но ещё её привлекло другое, условия: проживание и питание предоставляется на время работы. Это значило, что она могла бы не платить за свет и воду в квартире, за еду. Все деньги можно было бы бросать в ненасытную пасть долгов.

– Это… это выход, – прошептала она, и её глаза загорелись редкой искрой надежды.

Но эйфория быстро угасла, когда они изучили требования. Безупречная биография, знание этикета, опыт работы в подобных должностях, стрессоустойчивость, полная медицинская комиссия за свой счет… Каждый новый пункт в длинном списке становился еще одним камнем, ложащимся на плечи. Особенно пугающе выглядела необходимость оплатить медицинское обследование, сумма была неподъемной для её текущего положения.

– Я в этом ничего не смыслю. У меня не выйдет, Джейк, да и страховка не покроет медкомиссию, – с тоской сказала Кая.

– Неправда, – Джейк покачал головой, и в его голосе прозвучала неподдельная уверенность. – Ты самая стрессоустойчивая и трудолюбивая, кого я знаю. А этикету можно научиться. В интернете есть всё, разберёмся.

Кая молчала, сжимая руки на коленях. Все необходимые обследования и курсы должны были оплачиваться из её кармана. Из кармана, который был пуст. Это был риск. Она могла провалиться на одном из этапов. Но это был и шанс.

– Джейк… – её голос дрогнул. Она ненавидела себя за то, что сейчас скажет, но отступать было некуда. – Я знаю, что это неправильно… и я пойму, если ты откажешь. Но… одолжи мне, пожалуйста, эти деньги. Я верну. Ровно через месяц. Я даю слово.

Она произнесла это почти шёпотом, не в силах поднять на него глаза. Каждый слог обжигал ей губы, отзываясь унижением и стыдом. Просить о деньгах, особенно у него, было последним, на что она была готова. Но другого выхода не оставалось, только эта вакансия могла стать тем трамплином, что вытащит её из ямы.

Он вздохнул, долго и тяжело, глядя на её осунувшееся лицо. Ему нравилась Кая. Он был бы рад взять часть её расходов на себя, безвозвратно. В ней была то самое, что заставляла его сердце биться чаще каждый раз, когда она проходила мимо бара. Он бы вообще взял на себя все её траты, но знал, что она не позволит. И сейчас он видел, как эта сила борется с отчаянием, и не мог позволить ей сломаться.

– Конечно, – наконец сказал он. – Я одолжу тебе денег на медкомиссию и на расходы, пока тебя не примут. Нет, даже не качай головой, Кая. Тебя сразу не возьмут, а на что-то тебе жить надо. Можешь вообще не возвращать.

– Джейк, я так не могу, – твёрдо сказала она. Идея взять деньги у Джейка безвозвратно казалась ей неправильной до самой глубины души. – Я верну тебе деньги в любом случае, – добавила она тише, но с той же непоколебимой уверенностью. Гордость и упрямство, всегда были её и силой, и слабостью, не позволяли принять такое предложение. Даже от него, особенно от него.

– Ладно, ладно, – сказал Джейк с улыбкой. – Вернешь, когда устроишься, можешь через год, меня это не парит.

Облегчение, хлынувшее на Каю, было таким сильным, что у неё перехватило дыхание. Она была ему так благодарна в этот момент, но слова застревали где-то глубоко внутри. Порыв броситься ему на шею и крепко обнять был почти непреодолим, но вместо этого Кая лишь кивнула, сжимая губы до побелевшей узкой полоски. Она смотрела на него, стараясь дышать ровнее, и в этом молчаливом кивке было больше искренности, чем в любых громких словах.

– Спасибо… – голос дрогнул, но не сорвался. – Я никогда этого не забуду.

– Я знаю, – он улыбнулся, и в его глазах светилось что-то теплое и надежное.

****

Джейк долил ей в чашку свежего облепихового чая и заказал к нему пирожное, указав на то, что нужно было отметить эту маленькую победу. Они хотя бы не остались ни с чем.

За столиком он говорил Кае, что ни секунды не сомневается в ней, и слова его были наполнены такой искренней верой, что постепенно эта уверенность начинала передаваться и ей самой. Под его поддерживающим взглядом будущее, еще недавно казавшееся туманным и пугающим, теперь обретало четкие очертания реального плана.

Его согревала та редкая улыбка, что она ему дарила, порой сама того не осознавая. В эти мгновения его мир обретал ясность и простую, безусловную цель быть рядом. Для него было важно, физически ощутимо важно, чувствовать, что он ей нужен. Даже если она считала это просто дружеской поддержкой, он был готов и на это, лишь бы оставаться рядом.

Позже он проводил её до дома. Они коротко попрощались, и он бережно передал ей сумку с ноутбуком. Джейк не ушёл сразу, он дождался, пока свет в её окне вспыхнет, и она появится в нём, уловив его силуэт в темноте, помашет ему. Лишь тогда, с тихой улыбкой, тронувшей его губы, он развернулся и зашагал к себе, испытывая глубокое чувство выполненного долга и ту самую тихую надежду, что начинала пускать ростки где-то глубоко внутри.

****

На следующий день Кая стояла у входа в офис «Элит Став Соньюнитен». Стеклянные двери, хромированные детали, декор, всё здесь дышало деньгами и недоступностью, создавая атмосферу безупречного совершенства.

Её джинсы и простая блузка казались ей уродливым пятном на этом отполированном фоне. Сверху она натянула свою старую дублёнку, и кривоватая строчка на рукаве, которую она перестала замечать, теперь казалась огненной чертой, клеймом, отделявшим её от этого мира благополучия. Каждый шаг по скрипуче-чистому полу отзывался в ней сомнением, а отражение в зеркальных стенах выглядело чужим и неуместным.

Она провела за ноутбуком почти всю ночь. Сначала скрупулёзно составляла резюме, потом с горечью понимала, добавить в него практически нечего. Образование среднее, она не могла пойти учится, нужно было работать. Да и нужных навыков и опыта у неё не было.

Затем она перешла к изучению информации о работе горничной: читала о тонкостях профессии, смотрела видео с инструкциями, сверяла требования вакансий со своими возможностями. Сомнения не отпускали: возьмут ли её без опыта в такую солидную компанию? Вряд ли. Но поддержка Джейка, не только материальная, но и та вера, которую он в неё вложил, согревала изнутри и придавала сил. Хоть что-то в жизни должно сложиться, думала она, с надеждой глядя на экран. Хотя бы этот маленький кусочек места под солнцем.

– Кая Тёрнер? – Голос секретарши выдернул её из мыслей. Женщина за стойкой окинула её с ног до головы безразличным, отточенным взглядом, на мгновение, по крайней мере так показалось Кае, задержавшись на дублёнке. – Мисс Шулси, ждёт вас. Прямо и налево, кабинет двести пять.

Мисс Шулси оказалась женщиной лет сорока с идеальной строгой прической и взглядом, способным заморозить лаву. Она изучала распечатанное резюме, и каждая секунда молчания казалась Кае вечностью. Кая сидела, стараясь дышать ровно и не сутулиться, скрестив ладони на коленях. Ей казалось, что кривой шов на рукаве её дублёнки пылает, словно маяк, выдавая всю её неуместность в этом кабинете.

– Итак, мисс Тёрнер, – женщина отложила бумагу, и звук был оглушительно громким в тишине кабинета. – Опыта работы в частных домах нет. Образование… недостаточное. Что заставило вас обратиться именно к нам?

Кая сделала глубокий вдох, заставляя себя встретиться взглядом с ледяными глазами менеджера.

– Я понимаю, что мой опыт ограничен, – её голос прозвучал тише, чем хотелось бы, но не дрогнул. – Но я готова компенсировать это трудолюбием и вниманием к деталям. Я изучала требования к должности и уверена, что смогу обеспечить безупречный порядок и комфорт. Мне важна стабильность, которую предлагает эта работа, и я готова полностью посвятить себя своим обязанностям. Этот график возможность сосредоточиться на работе без отвлечений.

Она умолкла, сжимая пальцы под столом, и в воздухе повисла пауза, которую Кая ощущала каждой клеткой своего тела.

Мисс Шулси внимательно её выслушала, пальцы с идеальным маникюром сложились домиком.

– Если вы действительно хотите работать через наше агентство, докажите это. Наши сотрудники – визитная карточка компании, и мы не можем позволить себе ни малейшего компромисса в качестве.

Она откинулась на спинку кресла, и её взгляд стал ещё пронзительнее.

– Наши клиенты платят большие деньги за безупречный сервис. Малейшая ошибка и репутация агентства оказывается под угрозой. Нам нужны не просто сотрудники, а профессионалы. Вы должны пройти полную медицинскую комиссию, психологическое тестирование и двухнедельные курсы этикета и стандартов обслуживания. Все это за ваш счет.

Она назвала сумму, от которой у Каи похолодели руки и на мгновение перехватило дыхание. Это было даже больше, чем она предполагала, больше, чем было указано на сайте. Ведь ей требовались дополнительные курсы. Комната будто поплыла перед глазами, но Кая заставила себя сохранять внешнее спокойствие, лишь чуть сильнее вцепившись пальцами в край стула.

– Я… понимаю требования, – проговорила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Готова пройти все этапы отбора.

– Решение за вами, – мисс Грей протянула ей папку с документами. – Если решитесь, ознакомьтесь с условиями. Первый взнос за обследование необходимо внести до конца недели.

Кая вышла из офиса с папкой в дрожащих руках. Она стояла на ступенях стеклянного небоскреба, и до неё доносился гул делового района. Она сделала первый шаг. Теперь предстояло самое трудное, найти в себе силы сделать следующий шаг, а за ним еще один, и не оступиться. Помимо основного долга, висевшего на ней тяжелым грузом, теперь добавился и долг перед Джейком. Эта мысль становилась и дополнительной тяжестью, и одновременно, мощным стимулом. Она не могла провалится, отступать было просто некуда.

Глава 7

Кристиан смотрел в иллюминатор. Самолет набирал высоту, но салон заполняла плотная, почти осязаемая тишина, двигатели работали где-то там, за толщей идеальной шумоизоляции, не нарушая покоя пассажиров. Коуэлл мог позволить себе роскошь, граничащую с абсурдом. В самолете было четыре спальни, две ванные комнаты и даже джакузи. Зачем в самолете джакузи, Кристиан предпочитал не думать. Они вылетели в девять утра, но полет был долгим с учетом разницы во времени самолет должен приземлится только вечером.

Кристиан посмотрел на Лейлу. Она сидела напротив, но с другой стороны борта, откинувшись в кресле. Глаза закрыты, на голове были наушники, а тонкие плечи были укутаны пледом, с длинными ворсинками. Ее лицо сейчас, впрочем, как всегда, выражало какое-то спокойствие, граничащее с безразличием.

Он перевел взгляд на родителей. Чарльз разговаривал по телефону в самом конце салона, голос звучал приглушенно, но деловые интонации угадывались даже сквозь расстояние. Чуть ближе к центру, за небольшие столы на котором были расположены закуски, Самуэль рассказывал о своем любимом курорте, о горах, о ресторане на вершине, куда обязательно нужно подняться в первый же день. Это была их первая общая поездка, и Элеонор слушала Самуэля с почтительным вниманием.

Кристиан вернул взгляд к окну. За толстым стеклом иллюминатора тянулась белая пустота, борт уже пробил облака и теперь шел ровно, почти невесомо. Ему хотелось домой. Или нет, скорее к Джулии и Николасу, отвлечься от всего этого, поменять обстановку, но, чтобы в этой обстановке не было Лейлы. Ему не хватило тех нескольких дней, когда приезжала сестра. Они даже толком не поговорили, все прошло слишком быстро. Он скучал по ней.

– Мистер Костелло?

Кристиан дернулся, выныривая из мыслей. Над ним, слегка согнув колени для равновесия, стояла стюардесса в бордовом платье.

– Прошу прощения, я не хотела вас напугать, – произнесла она с улыбкой, которая не касалась её глаз. – Вы хотите чего-нибудь?

Да, Кристиан хотел. Хотел спрыгнуть с этого самолета и разбиться о какую-нибудь скалу. Но он лишь отрицательно мотнул головой. Девушка кивнула и направилась вдоль салона, задавая тот же вопрос остальным.

Через час картина в салоне переменилась. Лейла теперь медленно пила зеленый напиток через толстую трубочку, уткнувшись в телефон. Уголки ее губ вздрагивали в улыбке, которую она будто пыталась скрыть, прикусывая губу, но предательская легкая кривизна все равно выдавала, что разговор на том конце провода ей приятен. Кристиан смотрел на нее пару секунд, потом отвел взгляд.

Элеонор ушла в одну из спален, тем временем Чарльз сидел на месте жены напротив Самуэля. Тот как обычно, пытался перевести тему на отдых и на то, как важно иногда выключать голову, но Чарльз то и дело возвращался к отчетам, к сделке, к каким-то цифрам, которые горели у него в телефоне.

– Чарльз, послушай меня, – Самуэль говорил мягко, но настойчиво. – Я очень расстроюсь, если вся эта поездка превратится в офис. Поверь, горы стоят того, чтобы хотя бы на неделю забыть про работу.