Письма к Ромео. Книга 3

Родители Риз забрали её тело, покинув университет Ветерис после того, как им внушили не создавать ненужных проблем за пределами Ветериса по поводу смерти их дочери.

Глава 105. Подкрадываясь к нему

Хотя все в Ветерисе праздновали последний день Осеннего Ежегодника, Джули и её друзья были не просто убиты горем, узнав о смерти Риз, но и потрясены видом её тела.

Джули и её друзья вернулись в комнату Мелани, где Коннер сел на кровать, а Мелани пыталась его утешить. Но мало что можно было сказать или сделать в случае такой неожиданной смерти, и в комнате повисла тишина.

Джули думала не только о смерти Риз, но и о том, что Калеб сообщил ей о Романе. Она лишь надеялась, что с ним всё в порядке и его не пытают, где бы руководство сейчас его ни держало.

— Пожалуй, мне пора к себе в комнату, попробую немного поспать, — сказал Коннер, поднимаясь с края кровати. Он провёл обеими руками по лицу.

— Можешь остаться здесь, если хочешь, Коннер, — предложила Мелани, вставая вместе с ним, пока Джули стояла у стены. — Хочешь попросить у мисс Данте разрешения поехать на прощание с Риз?

Коннер покачал головой. — Не думаю, что это возможно, но, пожалуй, я всё же спрошу. Пойду посмотрю, вдруг мисс Данте сейчас у себя в кабинете.

— Позволь мне пойти с тобой, — предложила Мелани, сочувствуя своему лучшему другу, человеку, которого она тайно любила.

— Не стоит. Я в порядке, мне нужно побыть одному и подумать, — ответил Коннер Мелани и, помедлив мгновение, добавил: — Я до сих пор не верю, что Риз пошла ночью в лес. Она никогда не нарушала правила, а вчера у неё болела голова. Может, университету пора уже что-то сделать с этими дикими животными, которые продолжают нападать на студентов.

Джули не проронила ни слова, потому что знала: Риз убили вампиры. Такое уже случалось, и вот случилось снова. «Если мне суждено умереть от рук вампиров, моё тело тоже найдут в таком же состоянии», — подумала Джули.

Они убили невинного человека, и в глазах Джули это был непростительный грех.

— Увидимся позже, — пробормотал Коннер, и Джули кивнула.

— Береги себя, Коннер, — сказала ему Джули, и он слабо улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.

Когда за Коннером закрылась дверь, Мелани устало вздохнула. — Так трудно представить, что Риз мертва.

— Нам всем стоит держаться подальше от леса, — тихо сказала Джули, глядя на дверь, за которой скрылся Коннер. — Пожалуй, я тоже вернусь к себе, Мэл.

— Понимаю, — кивнула Мелани. — Я тоже останусь здесь. Неправильно сейчас быть на улице и веселиться, когда мы потеряли близкого человека.

Вернувшись в свою комнату, Джули заперла дверь. Она ходила взад-вперёд по комнате, напряжённо размышляя, что делать. Хотя Калеб и дал ей информацию о Романе, она не знала, стоит ли ей сидеть сложа руки. Чувство неуверенности, смешанное с тревогой, нарастало у неё внутри.

Прошлой ночью, проведя время с Романом, она надеялась, что он не пойдёт драться с «дикобразом» и его друзьями. По крайней мере, не сразу. Вспыльчивость Романа всегда таилась под его внешней оболочкой.

Она не хотела оставаться в комнате, пока одному Богу известно, в каком состоянии сейчас Роман. Джули не хотела быть той беспомощной девчонкой, которая не знает, что делать в подобной ситуации, ведь именно из-за неё Роман где-то отбывал наказание. Она сжала кулаки, и когда за спиной раздался треск веток, она обернулась и увидела существо в длинном чёрном одеянии.

Джули уставилась в лицо смотревшего на неё птицеподобного существа.

«Ты расстроена», — сказало существо своим низким, скрипучим голосом.

— Прошлой ночью убили подругу моих друзей. Ты что-нибудь об этом знаешь? — спросила Джули, и существо кивнуло.

«Видел, как двое мужчин тащили тело в лес», — ответило существо.

Значит, её догадка была верна.

— Ты знаешь, кто её убил? — спросила она, и Корвин покачал головой.

«Видел только тело в лесу. Тебе следует уйти», — сказало ей существо.

— Я уже говорила тебе, почему не могу уйти. Я... — её голос затих, пока она смотрела на него. — Это место связано с Ивовым Ручьём, ты знаешь, где это? Ты оттуда?

«Ивовый Ручей был скрыт годами, он исчез, и никто не мог в него вернуться. Вам нехорошо быть вместе, — глухим голосом произнёс Корвин, и Джули нахмурилась. — Вампиры и ведьмы не ладят. Не предназначены быть вместе, это принесёт смерть».

— Может, так было в прошлом, но сейчас всё по-другому. Как тебя зовут? — спросила Джули, поняв, что никогда раньше не спрашивала.

«Корвин», — ответило существо. «А может, и спрашивала и уже получала такой же ответ», — подумала Джули. Словно почувствовав её взгляд, существо добавило: «У нас нет имён. Мы приходим из смерти».

— Ты была ведьмой до того, как стала Корвином? — поинтересовалась Джули, и существо молча уставилось на неё.

«Может быть, но я не помню. У нас нет воспоминаний о жизни до того, как мы возникаем», — ответило существо, и Джули кивнула.

— Мне кое-что от тебя нужно.

Существо вопросительно склонило голову набок.

— Можешь найти, где сейчас держат Романа?

«Вампира».

— Да, — ответила Джули. — Его наказывают за убийство парня, который причинил мне боль. Это какое-то подземное место, построенное вампирами, чтобы скрывать свои дела. Я хочу, чтобы ты нашёл, где он. Сможешь?

Было видно, что существу не хотелось искать представителя другого вида, который оно не особо жаловало.

— Пожалуйста, — взмолилась Джули. — Я бы и сама это сделала, но сейчас день, и меня могут поймать, если я буду шпионить.

«Хорошо».

— Стой! Но сначала... — Джули быстро подошла к столу, вырвала страницу из своей тетради и что-то нацарапала на бумаге. Закончив писать записку, она сложила её и протянула Корвину. — Передай это ему.

«Я не люблю вампиров», — призналось существо, давая ей понять, что не в восторге от необходимости искать ночное существо.

— Но я тебе нравлюсь, а он нравится мне. Он важен для меня, — Джули дружелюбно улыбнулась существу, и оно взяло записку своими похожими на ветки руками. В ту же секунду существо исчезло из её комнаты. Джули была рада, что Корвин навестил её.

Вдали от комнаты Джули, в запретной части леса, в подземелье, Роман продолжал стоять, прислонившись к стене. С прошлой ночи у него не было возможности утолить жажду, и это медленно ослабляло его тело и разум. Но по его лицу этого не было заметно.

Старейшины, похоже, что-то упустили: у него при себе были пачка сигарет и зажигалка, и он провёл ночь, куря.

— Всегда такой сдержанный, — прокомментировал Донован, пришедший проведать Романа. — Это то, чем я всегда в тебе восхищался, Рим. Проголодался?

— Не особо, — ответил Роман, не сводя глаз со Старейшины, который спустился по лестнице и встал перед его камерой. Но тот пришёл не один, а привёл с собой студента, мальчика.

— Скажи ты, что голоден, я бы поделился с тобой этим мальчиком. Моя закуска, — прокомментировал Донован.

Взгляд Романа упал на мальчика, который выглядел окаменевшим от ужаса, но не смел ни закричать, ни позвать на помощь. Донован провёл ногтем по шее мальчика, и вскоре воздух в подземелье наполнился запахом человеческой крови. Этого было достаточно, чтобы глаза Романа покраснели, а челюсть свело, пока клыки норовили вырваться наружу и впиться в человека.

— Тебе бы лучше пойти и насладиться последним днём празднования в Ветерисе, а не приходить сюда, чтобы проверить, на месте ли я, — безразличным тоном заметил Роман.

— Всё ещё злишься, что я убил твою человечишку? Не переживай, я найду тебе получше прежней. В ней, кажется, не было никаких достоинств, — сказав это, Донован впился зубами в шею человека и начал высасывать его кровь. Оторвавшись, он сказал: — Я тут заметил, что кровь людей стала вкуснее, чем в прошлом, или это потому, что я не пил кровь последнее столетие? — Он облизнул шею мальчика.

— Это потому, что Данте обеспечивает их качественной едой, что, в свою очередь, влияет на человеческое тело, — подыграл Роман старому вампиру в этой глупой беседе.

— Полагаю, это и называется инвестицией, — Донован сделал ещё один укус. — Уверен, что не хочешь выпить?

— Я лучше возьму нового, чем буду делить с тобой, — ответил Роман, и Донован улыбнулся.

— Как грубо. Знаешь, будь на твоём месте кто-то другой, я бы свернул ему шею или вырвал сердце из груди, — сказал Донован, не сводя глаз с Романа, с едва заметной насмешливой улыбкой на губах.

— Почему бы тебе не попробовать, — бросил вызов Роман, и в его глазах вспыхнул огонёк, который так обожал Донован.

— Хм, может, однажды, но сегодня я не в настроении, — услышав это, Роман закатил глаза.

Он предпочитал собственное общество компании этого старого хрыча, который пришёл сюда лишь для того, чтобы подразнить и поиздеваться над ним. Он задумался, не опоздал ли он с планом выбросить все их гробы в океан, и уставился на Донована.

— Знаешь, — протянул Донован, поднося руку человека к своим губам, и укусил её, прежде чем выпить оттуда кровь. Оторвавшись, он сказал: — Когда-то была одна женщина, и она была прекрасна.

— Ты её убил? — с каменным лицом спросил Роман, в его глазах не было и тени юмора.

Но, как обычно, Донован счёл вопрос Романа забавным и ответил: — Нет, хотя жаль, что не убил. Я думал, мы хорошо проводили время, но она исчезла. Просто вот так. Полагаю, она уже давно мертва. Сам знаешь, как коротка человеческая жизнь, — он сделал ломающее движение обеими руками.

— Поэтому ты такой озлобленный и не хочешь, чтобы у меня кто-то был?

— Озлобленный?

Роман на секунду закрыл глаза, затем открыл их и сказал: — Желчный.

Донован отмахнулся от слов Романа и продолжил: — Я слышал, ты столкнулся с охотниками. Знаешь, сколько их было?

— Около семи, но, возможно, больше, — ответил Роман, и на лице Донована появилось задумчивое выражение.

— С давних пор охотники — наши враги. Помнишь, как они пытались ставить на тебе опыты? Мы и люди — мы одной породы, пытаемся убить друг друга, — с губ старого вампира сорвалось фырканье, и он сказал: — В любом случае, хорошенько тут отдохни, а когда закончишь, нам пора будет отправляться на поиски охотников. Сейчас они, должно быть, затаились, зная, что вампиры за ними вернутся. Я бы хотел посмотреть, какое ещё оружие они создали против нас. А ещё не торопись, можешь поскорбеть по девчонке.

Роман, не говоря ни слова, испепелял Донована взглядом.

— Я оставлю этого человека здесь, — сообщил Донован, — чтобы ты знал, что здесь есть еда, если захочешь пить. — Старый вампир провёл ногтем по шее мальчика так, что по ней заструилась кровь.

— Спасибо за твою заботу, — саркастически произнёс Роман, потому что между камерой и местом, где сидел человек, было большое расстояние.

Донован махнул мальчику рукой, чтобы тот сел, а затем сказал Роману: — Этот пытался шпионить в особняке, и я как раз поймал крысу. Видя, как ему интересно, что я делаю, я решил привести его сюда к тебе. — Перед уходом Донован добавил: — Если сможешь выбраться из камеры — попробуй, никто тебя за это не осудит. — И он сказал это, потому что ещё ни один вампир не смог выбраться из этих камер.

Донован вышел из подземелья с вежливой улыбкой на губах, оставив истекающего кровью человека сидеть перед камерой Романа.

Роман прикусил щеку изнутри, ощущая вкус крови во рту, прежде чем сглотнуть.

Накануне, во время матча, когда Роман укусил себя, чтобы набрать в рот крови, ему потребовалось немало времени, чтобы восстановить силы. Он выпил достаточно крови, прежде чем пойти в комнату Джули, так как не хотел наброситься на неё и иссушить до капли.

Пока Старейший вампир оставил истекающего кровью человека, чтобы соблазнять и разжигать его голод и жажду крови, Роман услышал тихий шорох, и вдруг в камеру упала записка. Он нахмурился, огляделся, а затем подошёл к бумажке и поднял её.

Развернув бумажку, зная, кто её написал, Роман прочёл её содержимое:

«Я слышала от телохранителя, что тебя держат в подземелье, и надеюсь, у тебя всё хорошо, Рим. Риз мертва, мы видели её тело час назад. Коннер опустошён этим происшествием и хочет поехать на прощание с Риз.

Я в безопасности у себя в комнате, но волнуюсь. Волнуюсь за нас обоих, и я посылаю это письмо через птицу. Пожалуйста, будь в порядке.

— Твой Проблемный ребенок».

— Умная девочка, — пробормотал себе под нос Роман, отметив, что она не упомянула ни своего имени, ни имени Калеба.

Он огляделся, но не увидел Корвина, доставившего её записку.

Внезапно он начал кашлять, прикрывая ладонью губы, которые покраснели от выкашлянной им крови. Опустив руку, он заметил рану, которая образовалась, когда Матео вонзил ему в ладонь гвоздь. Это был металл, который пагубно влиял на тело вампира.

Вытащив из кармана зажигалку, он сжёг записку, пока та не превратилась в пепел.

Вдали от подземелья, в одной из комнат особняка, Старейшина Лучиано сидел, откинувшись на спинку удобного кресла, а перед ним стоял Гриффин.

— Не смей больше выкидывать такие фокусы, по крайней мере, без моего ведома. Радуйся, что в камеру посадили только Мотенора, а ты не присоединился к нему, — отчитал его Лучиано, на лице которого было написано недовольство.

— Но, Старейшина Лучиано, Роман заводит отношения с людьми и пытается создавать проблемы.

— И что? Мне на это плевать, — Лучиано закатил глаза и сказал Гриффину: — Трать своё время на что-то более продуктивное, например, на выслеживание охотников, а не на такие бесполезные вещи. Донован уже решил эту проблему, убив девчонку прошлой ночью.

— Убил девчонку? — удивлённо спросил Гриффин.

Внутренне он не мог сдержать улыбки при мысли о том, что человека больше нет в живых. Он знал, что Старейшина так и поступит, как только узнает о драгоценном человеке, которого Роман Молтеноре пытался удержать при себе. Прямо сейчас ему хотелось пойти и поиздеваться над Романом, посыпать соль на рану от его потери.

— Если я не ошибаюсь, я слышал от Кастиэля, что семья девушки приехала забрать тело и уже уехала некоторое время назад, — прокомментировал Лучиано. Эти слова, произнесённые Старейшиной, были музыкой для ушей Гриффина.

Как только его создатель отпустил Гриффина, тот направился в столовую и вернулся на территорию кампуса. Он слышал тихий шёпот студентов, обсуждавших смерть девушки.

— Я слышал, на неё напал волк. Как думаешь, что она делала в лесу? — спросил один из студентов.

На губах Гриффина появилась улыбка, и он не мог сдержать своего счастья. Увидев нескольких вампиров-первокурсников, игравших за его команду в футбольном матче, он сказал: — Давайте я угощу вас всех баночкой охлаждённой крови высокого качества. Отпразднуем, хоть мы и проиграли.

Гриффин и парни вошли в столовую, где им предложили по бесплатной банке крови.

Часы шли, и всё больше студентов покидали свои комнаты, чтобы отпраздновать последний день ежегодного торжества. Музыка из динамиков стала громче, пока все с нетерпением ждали выступления музыкальной группы, которое должно было состояться сегодня вечером в качестве заключительного мероприятия Осеннего Ежегодника.

Джули не выходила из комнаты, даже во время еды, поскольку они с друзьями потеряли аппетит, увидев тело Риз. Джули наблюдала за студентами из своего окна, когда услышала треск и, обернувшись, увидела вернувшегося Корвина.

— Ты передал ему записку? — с тревогой спросила Джули, и существо кивнуло. — Как он?

«Заперт в камере без крови. Ночные создания пытают своих же. Он кашлял кровью перед моим уходом», — сообщил ей Корвин, и Джули нахмурилась. — «К нему приходил один из старых вампиров».

— Это, должно быть, Донован, — ответила Джули и прикусила нижнюю губу.

Джули хотела увидеть Романа, потому что кашель с кровью не сулил ничего хорошего ни для человека, ни для вампира.

— Корвин... — обратилась Джули к Корвину по имени, которое она ему дала. — Ночью все будут заняты. Я хочу, чтобы ты отвёл меня туда, где держат Романа. Мне нужно, чтобы ты покараулил, пока я там, и убедился, что никто не войдёт.

«Хорошо».

Прошли часы, и Джули дождалась заката. Мелани ушла на встречу с Коннером, а Джули выскользнула из своей комнаты и стала пробираться сквозь толпу. Она прикрыла нижнюю часть лица платком, чтобы её никто не заметил. Её карие глаза осматривались по сторонам, пытаясь убедиться, что она не пройдёт мимо кого-то из знакомых.

Было восемь вечера, и музыкальное мероприятие должно было начаться через несколько минут.

Казалось, Джули была единственной, кто мог видеть Корвина, и существо повело её к опушке леса, прежде чем они вошли в него. Лес был тёмным, и из подземелья не пробивался свет. Если бы не помощь существа, она бы никогда его не нашла.

Добравшись до места, Корвин остался снаружи, а Джули пошла вниз по узкому проходу и крутой лестнице. Оказавшись внизу, она заметила ярко горящий на стене факел. Она лишь надеялась, что Старейшины и другие не поймают её здесь.

В подземелье было тихо, и некоторые его части были погружены во мрак. Она пробиралась вперёд, пока не увидела человека, который сидел, прислонившись к стене, и, казалось, спал. Джули надеялась, что он не мёртв, а просто потерял сознание.

— Уинтерс?

Услышав голос Романа, Джули резко повернула голову и увидела Романа за металлическими прутьями. Она быстро подбежала к камере, радуясь, что он не ранен так, как она себе представляла. Его глаза выглядели немного уставшими.

Он прищурился, посмотрел в ту сторону, откуда она пришла, и спросил: — Что ты здесь делаешь?

— Корвин сказал, что ты кашлял кровью, и я захотела тебя увидеть. Он ждёт снаружи подземелья, чтобы покараулить, и меня не поймали, — ответила Джули. Когда она подняла руки, чтобы дотронуться до него, его голос прозвучал резко, и он сказал:

— Не надо, — он отступил назад, и его красные глаза испепеляли её взглядом. — Я не в том состоянии, чтобы контролировать свою жажду крови, — дал он ей понять, и Джули опустила руки.

— Калеб сказал, что ты пробудешь здесь неделю, — сказала Джули, и Роман кивнул.

— Я действительно убил студента Ветериса, который был вампиром. Это против правил, и это наименьшее наказание, которое я мог получить за содеянное, — заметил Роман. Хотя ему и не хотелось произносить следующие слова, он всё же сказал: — Даже с Корвином тебе не следовало сюда приходить, — произнёс он с серьёзным видом. — Думаю, тебе лучше последовать за Корвином. Потому что есть ещё один человек, с которым мне нужно свести счёты.

Джули почувствовала тяжесть на сердце и покачала головой. Тихим голосом она сказала: — Нет, тебе не нужно делать это ради меня.

Роман посмотрел на Джули и сказал: — Кто сказал, что я делаю это для тебя, глупая девчонка? Я делаю это из собственных эгоистичных побуждений и не успокоюсь, пока не сравняю счёт.

Она увидела, как он закашлялся прямо перед ней и ухватился за один из железных прутьев, чтобы удержаться на ногах. На его руках была кровь, и Джули обеспокоенно спросила: — Почему ты кашляешь кровью?!

— Сегодня утром мне ввели небольшую дозу Серебряной Воды. Всё не так плохо, как кажется, — Роман криво усмехнулся, вытирая губы тыльной стороной ладони. Джули знала, что всё гораздо хуже, чем показывал Роман, и ей стало не по себе. — Ты выглядишь так, будто вот-вот расплачешься.

— Так я себя и чувствую. Зачем ты его убил? Можно было просто избить... — сказала Джули, гадая, стоила ли месть того.

— Ты думала, я спущу им с рук то, что они с тобой сделали? — спросил он, склонив голову, и добавил: — Я не дам спокойно жить никому, кто попытается причинить тебе боль.

Вместо того чтобы отступить от Романа, Джули сделала шаг ближе к нему и протянула правую руку вперёд, просунув её между прутьями, которые их разделяли.

— Я знаю, что ты голоден, — сказала ему Джули.

Роман прищурился и сказал: — Тебе следует вернуться в свою комнату, Уинтерс. Если я вопьюсь в тебя зубами, то могу не остановиться, пока ты не остынешь на земле. Я могу выжить и без крови.

— Я верю, что ты этого не сделаешь, Рим, — уверенно произнесла Джули.

Роман стиснул зубы, потому что слышал, как кровь пульсирует в её сердце, слышал её пульс. В последний раз, когда он был так голоден, он убил целую семью.

— Я не святой, — он снова посмотрел на неё, не убирая испепеляющего взгляда. Выражение его лица изменилось, как и взгляд в глазах, который стал хищным.

Джули кивнула; не опуская руки, она сказала: — Я знаю.

Она смотрела, как Роман уставился на неё, прежде чем схватить её за руку и сказать: — Будет немного больно.

Джули увидела, как появились клыки Романа, и он впился ей в запястье.

Глава 106. Пора собирать вещи и уезжать

Этот укус был далеко не таким нежным, как тот, что Джули почувствовала прошлой ночью. Он оказался слегка болезненным, она ощутила укол его клыков, и рука её начала слабеть. Она не пыталась его остановить. То ли потому, что так долго держала руку протянутой, то ли из-за крови, которую она стремительно теряла.

Спустя ещё несколько секунд Роман вытащил клыки из её запястья и дочиста облизал кожу в том месте, куда ранее их вонзил.

По выражению лица Романа Джули поняла, что его жажда не была утолена полностью, и было очевидно, что он хотел ещё, так как темнота в его глазах не исчезла. Но он пытался сдержаться. Он медленно опустил их сцепленные руки, но так и не отпустил её ладонь.

Роман провёл языком по губам, собирая последние капли крови Джули. Джули задумалась, когда это её вкусы на парней успели так измениться. С вежливых они сместились в сторону опасных типов. И что ещё страннее, она влюблялась в него всё сильнее, даже при том, что он смотрел на неё, как на добычу.

— Тебе лучше? — спросила Джули, всё ещё слегка хмурясь, так как вид кашляющего кровью Романа её встревожил. — Думаешь, у ведьминой крови есть какие-то целебные свойства? — тихо спросила она его.

— Мне нравится твоя надежда, при том что мы понятия не имеем, кто может нагрянуть сюда с визитом-сюрпризом, — заметил Роман, проводя языком по клыкам, и уголок его губ приподнялся в усмешке.

— Я полагаюсь на Корвина. Хорошо, когда есть кто-то на нашей... стороне, — с паузой закончила Джули, и Роман поднял бровь. — Он не любит вампиров.

— Это неважно. Если он сможет тебя защитить, для меня этого будет более чем достаточно, — ответил Роман. Притянув её ближе, он просунул вторую руку сквозь прутья решётки и положил на щеку Джули. Джули сократила оставшееся расстояние и поцеловала его. Поцелуй показался драгоценным, словно глоток воды, данный человеку в пустыне, который изнывал от жажды. — Не знаю, то ли ты храбреешь, то ли просто дура, раз пришла сюда, даже зная, чем это грозит.

Джули хотела что-то сказать, но Роман произнёс: — Но я рад видеть, что с тобой всё в порядке. Мне жаль насчёт Риз, — извинился он.

Когда он упомянул Риз, она поняла, что назвать её идиоткой было бы правильнее — идиоткой, которая следовала за Романом, как мотылёк. Она волновалась и не могла удержаться, чтобы не увидеть его.

— Они думают, что Донован убил того, кого нужно, так что это даёт нам немного времени. Но не слишком много, и я не выйду отсюда в ближайшие дни, — напомнил ей Роман, слегка нахмурившись. Затем он сказал: — Тебе не нужно ехать к дяде. Вместо этого найди мотель и останься там на несколько дней. Если Гриффин расскажет Лучано, будут проблемы. С тобой всё будет в порядке?

Джули кивнула: — А ты будешь в порядке? Без крови? — спросила она его.

Прошло всего несколько часов, а Роман уже кашлял кровью. Она спросила его: — Если Серебряная Вода вредна для вампиров, зачем они тебе её дают?

— Таковы уж вампиры, — он заправил прядь её волос за ухо. — Собери всё, что тебе нужно, и уезжай. Не езжай в города своих друзей, где живут их семьи.

— Я и не планировала... Но почему? — спросила Джули у Романа.

Но прежде чем они успели сказать что-то ещё, со стороны лестницы появился Корвин и подошёл к тому месту, где она стояла. Когда Джули повернула голову в его сторону, Роман тоже обернулся, но увидел лишь пустоту.

— Он здесь? — спросил Роман, и Джули кивнула.

Корвин сказал: «Кто-то идёт. Пора уходить».

Заметив, как увяло лицо Джули, Роман сказал: — Есть город под названием Куинсторм. Там ты найдёшь мотель «Роуз Вейл». Остановись там. Тебе нужна моя карточка? — спросил он её.