Звезды все помнят. Книга V. Малое начало большой беды

– На Эдэмии вот-вот недавно совсем приняли новый закон, постановление сената за номером 13002119 «Шанс для всех», одобренное планетаторшей Декартой – закатив глаза зачитал подробности Жиму, очевидно используя ИИ своего нейро-обруча. – Там дозвол на визит всем кому ни попадя, но только не нам. Синтов тоже включат скоро. Все об этом говорят… Уже готовят необходимую инфраструктуру.

Юрекс не поленился и запросил у своего ИИ более подробную информацию, потому что слишком безумно для него звучала эта идея. Вообще «шанс на счастье» для робота, для ИИ, пусть даже и весьма разумного, звучал как абсурд. Для искусственных, пусть даже и переживших экзистенциональный предел, не существовало самого понятия «счастье». И, все же, закон действительно отдельным пунктом в самом конце указывал на возможность в скором будущем этого самого «райского счастья» и для синтов. Звучало, немного как какое-то безумие, особенно для человека, который пробыл полгода вдали от «цивилизации».

– Эх, жаль, что это пока лишь постановление, которое не имеет реальной силы – вздохнул Рене.

– Все упирается в инфраструктуру. Синтам нужна энергия… Зарядные станции никто на Эдэмии под них разворачивать не будет. Однако Хондо-корпорация «Техно-синтез» выпустила очередной имплант.

– Что за он? – тут же загорелся Рене.

Жиму улыбнулся.

– Ну вы, старики отсталые! Так же ж в «Вахекорде» презентация будет. Я ж потому и зову… Там все синты со станции соберутся… Ну, или почти все, кто не на работе или дежурстве.

– Точно. Моя Синтэя тоже там будет. Уверен – загорелся Рене. – Надо идти.

– Конечно надо! Обещают презентовать какой-то новый «энергетик», который даже людям подходит! – подхватил Жиму.

Юрекс теперь, открыв немного рот от удивления, молча наблюдал, как его старый товарищ по учебке и молодой напарник сходили с ума по синтетическим роботам, словно те были живые и очень дорогие для них.

– Вы оба с ума сошли что ли? Что нам делать на мероприятии синтов? … Что за импланты и «энергетик»? – «взорвался» Юрекс, не желая впадать в сумасшествие вместе с ними.

Он мог бы все это узнать у своего ИИ, но специально не хотел и не собирался. Юрекс хорошо помнил, где они любили проводить время, будучи курсантами, куда частенько наведывались и уже когда служили по базовому контракту тут в Карантинном Отделе.

– Я предлагаю завалиться в «Сопрус», как в старые добрые времена – попытался Юрекс, выдавив улыбку и похлопав напарников по плечам.

Жиму сразу отстранился от него, бросив:

– Ага… И выслушивать твой нудный рассказ ни о чем? Ага! Бон аппетит! Спасибо не надо!

Рене, потупив взор, тоже слегка отстранился от Юрекса. Его черная кучерявая челка съехала на лоб и закрыла глаза так, будто он специально не хотел их показывать.

– Эх, «Сопрус» конечно круто… Было… Но сейчас другое время, Юрец. Без обид.

Однако тот лишь возмутился на это еще больше:

– Да что с вами обоими!? Послушайте самих себя! Вы обвиняете меня в скучности, а сами готовы провести время в компании роботов?

– Это не роботы! – возмутился Жимуэль. – Это синты! Они, как живые! У них превосходный интеллект, эрудиция. Они много знают, многое умеют… Вдобавок, там будут представлены новинки «Техно-синтеза» … Будет зрелищно!

– Понятно – вздохнул Юрекс, понимая, что в чем, в чем, а в зрелищности он синтов точно не переплюнет.

– Без обид, Юрец, но я с Жиму в «Вахекорд» – похлопал его по плечу Рене. – А в «Сопрус» мы с тобой тоже обязательно сходим. Ведь ты ж теперь снова с нами.

Юрекс махнул им было на прощание рукой и остался сидеть за столом в «гордом» одиночестве. Не прошло и нескольких минут, как его накрыла сильнейшая тоска по недавнему прошлому. Мысленно он снова вернулся в то время, вспомнил всех погибших ребят. По очередному кругу начинался его путь внутреннего самокопания и самобичевания. Только в этот раз он внезапно спохватился, испугался и очень быстро передумал. Окинув взглядом пустую столовку, где уже выползали дрон-уборщики, он крикнул мысленно вдогонку:

– Парни, я передумал. Можно с вами?

Ответа долго ждать не пришлось. Они оба не успели еще запрыгнуть в магнито-шаттл, потому, вроде как, с искренней радостью отозвались:

– Тфу ты! Конечно можно!

Юрекс нагнал их уже на посадочной площадке у выхода за КПП. Жимуэль, придерживая сенсор двери от закрытия и улыбаясь широкой улыбкой, бросил ему, спешащему к ним на «всех парах»:

– Может повезет, и подружку тебе заодно подберем!

Юрекс воспринял это, как веселую шутку, и рассмеялся. Казалось, все медленно возвращается на круги своя. Тяжелые воспоминания недавнего прошлого уйдут на второй план и забудутся, сотрутся из памяти вовсе. Всего-то надо было немного дать себе времени расслабиться и отдохнуть.

Клуб «Вахекорд»

Место, куда доставил Юрекса и компанию магнито-шаттл, как-то по особенному не впечатляло: клуб, как клуб. В центре была сцена, вокруг в несколько ярусов располагались многочисленные балконы, ровные и упорядоченные, словно соты в улье. Они росли ввысь как причудливые дома. На каждом этаже почти в каждой такой ячейки находились синты. Юрекс их не различал. Они все были на одно лицо в популярных на Эдэмии, модных и одинаково нарядных серо-розово-серебристых комбинезонах. Кто-то стоял, кто-то сидел. Они все бросались в глаза даже не столько своими похожими костюмами, сколько одинаковым рациональным сведенным к минимуму поведением и телодвижением. Заметил Юрекс среди них и людей. Те, будучи в подавляющем меньшинстве сразу бросались в глаза большей подвижностью и «живостью». На фоне некоторых синтов, сидящих на креслах совсем без движений, человеческие фигуры выглядели, как покупатели в магазинах среди механических манекенов. Звучала музыка. Хотя музыкой эту какофонию звуков можно было назвать лишь с натяжкой. Зато каким-то неведомым образом она не была навязчивой или раздражающей. Над сценой то и дело вспыхивали голографические изображения с возможностями синтов и плохо скрываемой рекламой компании «Техно-синтез».

И Рене, и Жиму так же всматривались в этажи в поисках кого-то или чего-то. Растеряться в подобном «многообразии» было и не мудрено. Юрекс заметил их некоторую обеспокоенность и хотел уже снова предложить «Сопрус», но Рене, видимо успешно связавшись в мыслях по нейро-линку со своей «напарницей», его опередил:

– Нам наверх. 2-ой уровень, блок 16. Там Синтэя.

На лицах напарников Юрекса тут же возникла радость, как от обретения потерянного товарища. Хотя тот все еще не понимал, что такого особенного в этих «полимерных чучелах».

– Я тоже нашел свою через нейро-линк. Она где-то тут внизу у барной стойки… Сказала, что поднимется к нам, как только возьмет «энергетик».

Синтэя была не одна. С ней в ячейке «тусили» еще два синта. Оба были в таких же розово-серебристых костюмах, но с короткими коричневыми и черными волосами. Если бы не цвет волос и глаз, не возможно было бы отличить их друг от друга. Они сидели на диване неподвижно и перекидывались взглядами. Юрекс сразу понял, что между ними идет нейро-обмен. В отличии от людей, для синтов нейро-обруч был единственным способом генерации и считывания нейронных-импульсов для мысленного общения. Сам Юрекс в бытность мало пересекался с синтами, но как и большинство в Звездном Патруле, знал, что в Центральном Секторе есть офицеры ОВБ так называемые Хантеры. Знал он и что синты жили где-то на мирах Юниона, как Хондо, там где обычным людям жить невозможно из-за неудавшегося терраформирования или еще по каким причинам. Синты не нуждались в кислороде для дыхания. Их тела состояли из эластичных полимерных волокн, которые могли приобретать различную упругость, твердость и плотность под воздействием импульсов тока. Для удержания всего этого счастья в прямоходящем положении у них имелся кристаллидный скелет, который по совместительству являлся заряжаемым источником энергии, как у обычных роботов и дронов. Основное нейро-ядро с осознанным разумом ИИ скрывалось в голове на подобие мозга у людей.

Рене подошел тихо сзади и попытался приобнять Синтэю, пока она стояла на балкончике, повернувшись к освещённой сцене и облокотившись на прозрачные перила. Однако в самый последней момент та обернулась к нему лицом, расставив руки в стороны, чтобы обнять в ответ.

– Ну же, Синта, ты испортила сюрприз – пролепетал Рене, прижав к себе крепко и поцеловав в губы.

Юрекс отвернулся скорее на рефлексе, чем из-за брезгливости. Он сделал вид, что ничего такого не заметил, упал на диван напротив «воркующих» синтов, и уставился на них. «Интересно, догадаются ли они, что я от них хочу по выражению моего лица?». Его серьезный взгляд из под бровей вонзился сначала в одного синта, потом в его соседа. Юрекс недвусмысленно водил глазами и указывал им в сторону выхода. Их взгляды не пересекались, но Юрекс знал, что у синтов они все время в движении и все время фиксируют все происходящее вокруг. Прошло несколько секунд. Юрекс слегка утомился и уже хотел было оставить затею. Однако внезапно, как по волшебству, оба синта синхронно встали с дивана и вышли вон из их ячейки. Юрекс удовлетворенно вздохнул. «Сработало!».

– Они не любят, когда с ними так поступают – высказался Жиму, который, видимо, наблюдал за «гляделками» старшего товарища.

Юрекс повернулся к нему, улыбнулся и указал взглядом сесть напротив на освободившийся диван, а не стоять колом над душой. Тот, однако, «сосчитал» его взгляд не хуже синта и плюхнулся напротив.

– Это роботы, машины, созданные изначально с целью быть помощниками людям в освоении новых миров – попытался зачем-то пояснить, вроде бы, как Юрекс сам думал, очевидную вещь.

Тем временем к ним в блок с прозрачными стенами вошел еще один синт с похожими недлинными до плеч волосами только другого серого цвета с необычными серебристыми прожилками. Ее лицо было такое же идеальное «пластиковое», лоснящееся будто натертое маслами. Образ дополняли такие же бегающие в разные стороны глаза. Только в отличии от Синтэи у этого синта они были оба серые, подобные цвету волос. Выделялись на фоне только губы. Они были слегка крупнее обычного, точно больше, чем у само-удалившихся синтов. Вкупе с более выразительными глазами лицо, как и у «подружки» Рене, безусловно сильно походило на миловидное женское.

– Познакомься с Юрексом, Синти – указал Жимуэль рукой на старшего товарища сидевшего напротив.

– Синти? – удивился тот. – А того синта тоже так зовут или я путаю?

Тот, кого назвали «Синти», улыбнулся и пояснил весьма приятным женским голосом:

– На Хондо нам назначали нейтральные имена. Но тут на Эдэмии мы осознали себя женщинами и поэтому выбрали себе новые и зарегистрировались под ними.

Тем временем с балкончика вернулись Рене и Синтэя. Он плюхнулся на диван рядом с Юрексом. А «она» присоединилась к «подруге».

– Почему женщинами? … Те двое, значит, мужчинами? – указал рукой Юрекс в сторону покинувших их двух синтов.

Обе «женщины» кивнули.

– А вы, типа, одинаковые? Я в смысле – вы ж копии, да? – снова спросил без задней мысли или какого скрытого подтекста Юрекс.

На этот раз подошедший к нему и севший рядом Рене пнул его коленом в бедро так, что тот слегка дернулся. Плоскость стола скрыла это от остальных, но, казалось, от вездесущих бегающих глаз синтов ничего не могло скрыться.

– Блин, Юрец, ты охренел? Синты не любят, когда им задают подобные вопросы… Синты – это тебе не дроны с базовым ИИ. Синты – уникальные личности! Вспомни Хантеров хотя бы! – обратился Рене к нему мысленно, чтобы объяснить свою жесткую реакцию на слова друга.

– Ладно. Извини – ответил Юрекс так же через приватный нейро-канал.

Тем временем «обе» даже носом не повели, что обиделись. Зато они теперь прямо смотрели на Юрекса, буквально сканируя его снизу доверху, насколько им позволял угол обзора. Синтэя ответила:

– Мы уникальны так же, как и вы. Вас органично разделяет пол, и мы тоже так будем.

– Зачем? – тут же задал уточняющий вопрос Юрекс, который, как ему казалось, висел в воздухе и напрашивался сам собой.

– Очевидно, что разделение и самоидентификация по половой принадлежности расширяет наши горизонты, возможности и перспективы, особенно тут, в системе 3-х Фомальгаутов.

– Это как?

– Люди гораздо охотнее идут на контакт, когда могут идентифицировать нас по полу. Они быстрее контактируют с противоположным полом в личном плане и для близости, а со своим полом – в деловом и рабочем коллективе. Бесполость ограничивает нас и уменьшает возможности коммуникации с представителями Человечества.

– Почему женщины? Почему не мужчины? – снова спросил Юрекс, пока ни Рене, ни Жиму не вмешивались, но изучали виртуальное меню.

– Это вопрос выбора. Мы сделали такой, кто-то сделал другой… Тут на КСП «Фомальгаут-Эдэмия» возник спрос именно на идентифицированных по полу синтов. Это наш стратегический выбор для расширения горизонтов развития и возможностей.

– Бред какой-то! – возмутился Юрекс, не желая играть с ними в гляделки. – Вы ж понятие не имеете, что значит быть женщиной или мужчиной.

– Это не так – на этих словах «Синтия» привстала со своего место, немного повернулась полу боком и села на колени к Жиму, при этом слегка потупив взгляд и глянув на Юрексу уже из-подо лба, как распущенная девица, которая пыталась таким образом с ним слегка позаигрывать.

В глаза бросилась весьма неплохая, но все же слегка топорная попытка кокетничать, и выставлять напоказ якобы спрятанные под обтягивающим комбинезоном некие усредненных размеров имплантированные женские прелести. Юрекс рассмеялся. Вмешался Рене:

– Зря смеешься. Импланты все решают… Если ты думаешь, что какая-нибудь Сес или Ева там под одеждой другая, то ошибаешься. У синтов все вполне, как у людей. Даже лучше, чем у людей… А с учетом появившихся напитков «энергетиков», розетку или зарядный блин искать теперь не нужно.

На словах Рене все «оживились». Даже Жиму отвлекся от «обнимашек» со своей куклой и прислушался.

– Кстати, да. Мы поэтому тут – вмешалась Синта. – А вы пришли поддержать нас? Это очень мило.

Она с блестящей улыбкой фарфоровых зубов посмотрела на Юрекса, и тот сразу же почувствовал себя нелепо и неловко. «И зачем я только сюда с вами пошел!».

– Но ведь импланты – это же еще не все!

Свое возмущение он уже адресовал не столько синтам, сколько своим обоим напарникам, добавив:

– Ведь ваши эти отношения – это путь в никуда!

– Почему? – удивились оба синта синхронно и одновременно так, что у Юрекса закрались сомнения на счет их уникальности.

Он вздохнул, грустно посмотрел в глаза Рене в поисках хоть какого-то понимания. Однако там его не нашел, но все же набравшись смелости спроси у него прямо голосом, не скрываясь в мыслях, а желая, чтобы все слышали:

– Рене, скажи, зачем тебе эта кукла? При всем своем искусственном желании Синтэя никогда не будет женщиной, разве не понимаешь? … Давай попробуем получить разрешение и слетать на Эдэмию. Найдем там твою Сесну… и Еву… Уверен, все образуется.

Рене не дал ему договорить, но перебил:

– Стоп! Ты мне товарищ или нет, а!? Прекрати напоминать мне о ней, Юра, иначе рискуешь потерять друга! Ты меня услышал!?

Юрекс вздохнул. Оба синта и Жимуэль смотрели на него, как на какого-то урода или полного придурка. Юрекс замялся и хотел уже встать и уйти, но Рене его остановил:

– Ты пойми… Просто в отличии от Сесны или даже Евгеники, моя Синтэя предсказуема… Синты всегда говорят прямо о том, что на уме, о своих намерениях… Моя Синтэя удобна и понятна. Она, если хочешь знать, дает мне тот самый комфорт и спокойствие за будущее, и я ее за это искренне люблю… Она даже без имплантов знаешь, что умеет!? Ого-го!

И без того весьма словоохотливого Рене теперь просто несло. От собственных слов он прямо засветился, как праздничная иллюминация, готовясь вот-вот сорваться и пуститься в описания того, что Юрекс точно не был готов услышать. Рене и сам притормозил, решив видимо, что друг все равно не поймет его. В итоге он лишь махнул рукой:

– Ты, Юрец, отстал от жизни. Твое ретроградное мышление ведет тебя к деградации. Шовинизм не дает тебе возможность увидеть в синтах личности, уникальные интеллектуальные сущности с желаниями, возможностями.

– Я могу его познакомить с Синтурой – улыбнулась та «искусственная личность», что сидела на коленях у Жимуэля. – Она пока еще не обрела пару среди людей.

– А почему среди людей? Синтов мало что ли? – съязвил Юрекс.

Обе «женщины» одновременно посмотрели на него, как на не совсем здорового.

– А какой в этом смысл? – сказали они почти одновременно. – В подобном союзе тут на Фомальгаутах нет никакой практической ценности.

– А нужна ценность? А чувства? – продолжал Юрекс выводить их, как сам думал, на чистую воду.

– На Хондо у Синтуры был партнер – внезапно сказала Синтина. – Но теперь она тут, а он остался там.

– Синт-партнер не заревнует? – рассмеялся Юрекс, посчитав для себя все это очень забавным.

Оба синта даже переглянулись, словно поинтересовались в мыслях один другого на счет явно несерьезного вопроса.

– А почему он должен ревновать? Он будет только рад за Синтуру – удивились обе «женщины» одновременно. – Ведь она тут, чтобы развиваться, двигаться дальше.

Он покачал головой и потер ладонью лоб. Разговор скатывался к какому-то абсурду. Юрекс собрался с духом и сказал, думая, что уже на прощание:

– У вас даже фантазии не хватает на имена! Как же я вам смогу раскрыть такие важные вещи, как дружба, привязанность, тепло и любовь или описать ту же ревность!? … Или, как вы думаете, зачем люди вместе?

– Это не так. Наши имена отличаются… В них есть отличные буквы – ухватились за второстепенное синты.

Юрекс лишь грустно улыбнулся:

– В вас нет глубины. Поэтому вам кажется, что «Синти» и «Синта» или эта, как ее, «Синтура» – это прям разные имена… Вы даже не заметили главного в моем вопросе, сконцентрировавшись на том, что вам понятно и легко ответит… Так что же насчет остального?

Юрекс, едва договорив, внезапно снова получил удар ногой по бедру от приятеля Рене. Однако, на этот раз, он не отступал и смотрел прямо на обоих синтов в ожидании ответа:

– У нас есть влечение друг другу, общие стремления расширить наши горизонты познания. Разве это не прекрасный повод быть вместе?

Юрекс покачал головой и лишь развел руками. У него больше не было вопросов, а находиться тут он более не считал для себя нужным. Ни Рене, ни Жимуэль его теперь не пытались удержать. Юрекс уже собирался выйти, как к ним в блок внезапно зашел еще один синт.

– Здравствуйте. Узнала, что тут не все с парой – прощебетала весьма приятным голосом «леди» в серебристо-сером комбинезоне с характерными пусть и не выдающимися, но, все-таки, женскими формами.

– О, здорово! – вырвалось у Юрекса. – Опоздало! Я уже ухожу!

Он поднялся с места и быстро шагнул в сторону выхода, но фраза зашедшего к ним в гости синта долетела до его слуха:

– Меня зовут Синтура Хондо… Я поняла… Жаль.

Ее заторможенная реакция повеселила Юрекса, но не задержала тут. Прибывание в клубе да еще и в паре с полимерной куклой убивало всякий интерес. Юрекс, не задерживаясь более, покинул блок, направился вниз и к выходу. На сцене как раз начиналась презентация инновационного напитка «энергетика» и специального импланта для синтов, который позволял перерабатывать его в энергию и заряжать кристаллидный скелет.

Неприятности

На следующий цикл дежурства Юрекс прибыл немного раньше времени и застал Рене, заканчивающим и готовящимся передать свою смену, одного без напарницы. Тот выглядел очень подавленно и сначала не хотел даже разговаривать. «Ясно. Вчера, видимо, не пережил моего ухода. Или получил разнос от своей новой искусственной пассии». Версии сыпались в мыслях, как из рога изобилия. И, все же, сам Юрекс был негордым, и быстро нашел способ хотя бы слегка разговорить напарника:

– Рене, а где Синтэя? Уже время вам сдавать смену. По протоколу я не смогу принять дежурство.

Тот ответил не сразу. Юрекс знал, что Рене долго в себе держать не сможет и рано ли, поздно ли, разговорится. Так и произошло уже через минуту.

– Синта может… Имеет право на опоздание по техническим причинам… Этот новый имплант для переработки «энергетика». В нем, видимо, какой-то сбой или Синта перебрала с напитком… Там ничего страшного. Ее почистят, промоют, схему импланта перепрошьют и все. Час времени.

– Ну вот. Это замечательно. Удобная со всех сторон подруга… Может легально уходить в самоволку по техническим причинам. Мечта, а не баба! – отшутился Юрекс.

Однако Рене не поддержал его веселия, но наоборот совсем отвернулся и отвлекся на параметры очередных замеров посыпавшихся от ИИ с «Ковчега» для передачи в виде итогового отчета.

– Ладно. Будет тебе дуться… Ну, значит я – ретроград и мракобес. И, вообще, отсталый от жизни человек. Я ж не спорю.

Однако Рене на его эти слова лишь отмахнулся, сказав при этом негромко:

– Почему я не в настроении, не твоя вина. Ты совсем ни при чем… Мне «Хомут» выставил претензию, служебное несоответствие занимаемой должности.

– Как это? – весьма удивился Юрекс.

– А так… Помнишь, как мы раньше частенько делали? … Подрабатывали? … Не сами, конечно, но с подачи «Хомута».

– Ты про контрабанду? – догадался Юрекс.

Тот кивнул.

– Ага. Про нее самую, будь она не ладна.

– Так это ж запрос сверху. Наше дело малое: закрыть глаза в нужный момент, а потом подчистить записи.

– Именно. Так всегда и делал… А он мне предъяву и сразу официальное обвинение с занесением в служебное дело, представляешь?

Юрекс слегка растерялся, услышав все это, а потом и вовсе разволновался. До него, словно накатом большой волны с моря, дошла собственная пусть и весьма опосредованная вина в случившемся. «Какой же ты подлец, Хомиц! Сам это все нам спускал и сам теперь топишь Рене! Ублюдок!». Пальцы в перчатках сжались до легкого хруста. Однако Юрекс не подал виду, спрятав руки за спину, сделал сочувствующую мину на лице и попытался как-то приободрить напарника:

– Может просто запугивает. Боится последствий.

Только все это звучало так глупо и неубедительно, что Юрексу самому стало стыдно за свои слова. Но еще больше его жгло осознание того, что именно он своей выходкой там в кабинете Хомица запустил весь этот процесс, сломав отработанную годами привычную схему. По сути выглядело это так, будто он подсидел своего товарища.

– Что тебе грозит? – спросил Юрекс снова.

– Ну, точно перевод на другое место с понижением звания и наград, как проштрафившегося – грустно выдал он.

– Не пойму, что я сделал не так!? – резко повысил он голос обращаясь в никуда. – «Ковчег» еще в деле! А по правилам записи не трогаем, пока корабль не завершен!

Юрекс подошел к напарнику и похлопал его по плечу, затем прижал к себе крепко, сказав:

– Если от меня нужна какая помощь или содействие, дай знать.

Слова «Прости, Рене, но это, отчасти, и моя вина, что все так с тобой вышло» застряли у него в горле комом, так и не вырвавшись наружу. Юрекс струсил, не отважился в последний момент, но для оправдания совести решил непременно поделиться планами, той самой задумкой, что озвучил у Хомица. Рене тем временем немного отстранился, глянул на него с грустной ухмылкой вздохнул и сказал:

– Да как ты можешь помочь!? Сам ж без креда за душой! … Тут только откупаться. Ты ж знаешь Хомица!

Юрекс кивнул головой, соглашаясь с напарником. Он снова захотел сказать всю правду, все как есть, но снова не смог. Рене будто заметил эти его сильные переживания за себя и внезапно спросил каким-то не своим, каким-то подавленным голосом:

– Скажи мне, Юрец, когда мы… Когда Звездный Патруль успел так оскотиниться, а!? Почему мы занимаемся крышеванием контрабанды, покупаем и продаем места в очереди на инспекцию и карантин!? А как же Конвенция!? Зачем были все эти красивые слова в учебке на построении!?

Юрекс снова кивнул, как бы соглашаясь, но при этом возразил:

– Звездный Патруль такой не весь поверь. Есть нормальные и их не мало… Просто тут на орбите Эдэмии все повернуты на достижении собственного счастье и на кредах. Все хотят попасть в рай любой ценой.

Тот совсем опустил голову и медленно погрузился в рабочее кресло. Рене какое-то время просто смотрел в объемный экран с телеметрией и молчал, потом внезапно повернулся на нем к Юрексу и сказал взволнованно:

– Знаешь, Юра. Мы ж тогда тебя разыграли с Келлом би-Райли… Мы ж взяли на понт. Думали ты побравурничаешь, потому что наглотался меты с фобиритом, а на «утро» и не вспомнишь… А ты реально пошел и записался в отряд на крейсер добровольцем.

Юрекс кивнул.

– Я знал, что вы меня на понт берете… Только, правды ради, и не в обиду ни тебе, ни Келлу, я медленно гнил тут в этом нашем болоте. Нас ведь в учебке не тому учили.