Мятежный дух

Горничная принесла чай и осталась подле мужчины в ожидании приказов, тот, в задумчивости глядя на кипу документов, гладил ее по упругой попке, девушка краснела, но не смела возражать. Прихлебывая из чашки, он сощурился от удовольствия и крепко сжал ее ягодицу. Через минуту его прервали, чиновник недовольно повернулся к двери и неохотно убрал руку от горничной. Улучив момент, девушка поспешила покинуть кабинет.

В сопровождении слуги, вошла женщина в длинной накидке, капюшон закрывал лицо, она вела себя робко нерешительно, скромно прижимала платок к груди. Плащ не мог скрыть ее соблазнительную фигуру, а слащавое выражение на лице чиновника говорило о том, что женщина обладала невероятной красотой. Во время их разговора аристократ откровенно и похотливо разглядывал ее, нисколько не смущаясь. Она передала письмо, нервно перебирая кружевной платочек в руках, ожидала его решения. Мужчина надменно ухмыльнулся и начал читать, облизнул палец, перелистнул страницу.

Фил чувствовал к нему отвращение, но в следующий миг аристократа затрясло, у него изо рта пошла пена, глаза закатились, а потом тело обмякло в кресле. Женщина перестала изображать робкую невинность, руки больше не дрожали. Она спокойно подошла, проверила пульс, как если бы хотела узнать грязный ли стол, потом бегло просмотрела разбросанные бумаги, уверено проследовала к картине на стене, отодвинула в сторону и достала небольшую коробку из тайника. На пути из кабинета, она повернулась в сторону окна и встретилась взглядом с перепуганным насмерть юношей на дереве.

Прекрасные глаза женщины сощурились, на лице расцвела нежная улыбка, от которой веяло холодом. Она легонько кивнула, как если бы поздоровалась с ним, а Филу почудилось, будто сама смерть приветливо улыбнулась ему. Он стал свидетелем убийства, а убийца отлично его разглядел. В этот момент у парнишки от страха закружилась голова, ему почудилось, словно под ним разверзлась земля и он начал падать в бездну.

«Твою мать!» — Фил спрыгнул с дерева и побежал прочь что есть сил, — Твою мать! – уже вслух повторил он.

Мартин вздрогнул и проснулся. Через окно без штор солнце ярко освещало комнату, слепило глаза. Настырно жужжа, под потолком кружили мухи, ползали по одежде или бились о мутное стекло. За окном во всю щебетали птицы, слышался стук копыт по мостовой и крики возницы, погонявшего лошадей. Наступило утро.

«Парнишка стал свидетелем убийства. Не мудрено, что за его голову назначили награду», — Мартин сел на кровати и вытер взмокший лоб, — «Раз Фил показал мне отрывок из своей памяти, видимо сильно напуган, хотя старается не показывать».

Поднявшись с постели, он вышел во двор, где умылся, выслушал недовольное ворчание мистера Белла, по поводу лишней траты воды и вреде мытья в принципе, потом сразу отправился на работу. По дороге Мартин купил краюху хлеба вместе с куском кровяной колбасы и жевал их пока шел вдоль набережной.

Днем река Рэна выглядела такой же живописной, как и при свете ночных фонарей. По обеим ее берегам раскинулись кварталы для зажиточных горожан. Дома сияли чистотой, большинство из них имели три или четыре этажа, что сильно отличалось от района бедняков. Балконы и дворы украшали зеленые растения и цветы. На противоположной от Мартина стороне реки находился район для знати и богатых торговцев, виднелись ухоженные парки, замок лорда, поместья аристократов, величественные храмы, а также башня магии, если верить словам Фила.

Облик города рассказывал о его прошлом. Если на одном берегу возвышались дворцы и храмы, то на другом старые дома, грузовые причалы для судов и трущобы, оставшиеся со времен активной добычи драгоценных камней. Раньше здесь жили шахтеры и прочие работники, но однажды залежи истощились и многие из них ушли из Янтарного. Опустевшие кварталы стали вотчиной многочисленных «городских крыс».

Со временем на шахтерской стороне реки появились новые районы для зажиточных горожан, в одном из таких находилась купальня, пара гильдий наемников, неплохие магазины и даже рынок, но дома бедняков с трущобами никуда не делись. Они широко раскинулись до самых стен Янтарного, вероятно занимали больше территории, чем весь остальной город.

— Сегодня снова хорошая погода, — Мартин вдохнул воздух с легким запахом навоза и дыма. — Большой город. Это ведь не столица?

— Нет, — отозвался Фил, — Столица Иларии – это Валле.

Утреннее солнце дарило тепло, а от реки веяло свежестью, не доступной в прежнем мире Мартина. В ветвях деревьев над головой кружились карликовые виверны. Своими перепончатыми крыльями, как у летучих мышей они неуклюже ползали по веткам, вытягивая длинные шеи, играли друг с другом, а в следующий миг срывались в небо и устремлялись в неизвестном направлении. Некоторые из них с важным видом устраивались подремать на солнышке, зевая. В такие моменты крошечные виверны действительно напоминали маленьких дракончиков.

— Симпатяги, — улыбнулся Мартин.

— Пф, вредители, — фыркнул Фил. – Не слишком ли ты расслабился?

— Мы одолжили одежду и шляпу у мистера Белла. Никто меня не узнает. Как еще прятаться?

— Не иди посреди дороги, не поднимай голову….

— Ну ты даешь, Фил. Чую без меня ты бы забился в угол и дрожал там от страха.

— Неправда!

Перед воротами купален их разговор закончился сам собой, хотя Фил еще некоторое время ворчал. Мартин отработал до вечера без происшествий, пообедал бесплатно, чему очень обрадовался, а после получения оплаты, заглянул в харчевню, где купил вина для мистера Белла. Следующие три дня прошли одинаково, он продолжал добросовестно трудиться, зарабатывая на жизнь, при том старался не тратить лишнего.

На четвертый день возле заведения появились двое незнакомцев по виду из городских крыс. На фоне прохожих они сильно выделялись, поэтому охранники прогнали обоих, а вот Мартин насторожился. Поблагодарив управляющего Барэдина, давшего ему работу из жалости, он предупредил, что не сможет некоторое время работать по личным причинам, а потом вышел через черный ход и прошмыгнул в ближайший переулок.

— Думал сбежать? – перегородил ему дорогу, оборванец в грязном чепчике и ножом в рук. — Не первый раз я ловлю таких крысят.

— Мы пропали, пропали! – паниковал Фил. — Проси пощады! Предложи денег! Я не хочу уми…

— Золотой будет моим. Хе-хе, — посмеялся мужчина.

Радость его продлилась не долго. Не говоря ни слова, Мартин зарядил ему между ног, схватил руку с ножом и перебросил незнакомца через бедро, прямо об мостовую. Пока тот корчился от боли он забрал нож, обыскал карманы, где нашел всего несколько медяков, а потом убежал оттуда, петляя узким улочкам, насколько хватило выносливости. Тяжело дыша, он привалился к стене и огляделся по сторонам.

— Щас сдохну. Фуф-ха-ха, — он вытер капли пота со лба, — Дыхалка у тебя ни к черту, Фил.

— Ты где так научился драться? Ты нас спас! – восхищался парнишка.

— Ничего такого. За два года в армии и не такому научат. Фуф.

— Сдается мне, к мистеру Беллу больше иди нельзя. Куда теперь?

— Ты мне скажи.

— Не знаю.

— Фуф, — Марин отлип от стены, — Для начала найдем Барни и вытрясем из него все что знает о таверне «Белая роза». Может тогда идеи появляться. Показывай дорогу.

Глава 6. Шумный рынок и кошка.

На трехэтажном здании, возвышавшемся среди трущоб, ветер покачивал табличку с красиво выкованной надписью «Белая Роза». Входная дверь скрипнула и внутрь вошла женщина в накидке с капюшоном, скрывавшем лицо. За ней следовал огромный мужчина, тоже в накидке, от чего напоминал ходячую гору. Никто из присутствующих не посмел их остановить и оба по-хозяйски прошли через общий за таврены.

— Как же утомительно изображать ранимую леди, — вздохнула женщина, — поднимаясь по лестнице на верхний этаж, — Все срочные дела решили … эм … было же что-то еще? Ах да! Я слышала, что в убийстве того чиновника обвинили горничную. Бедняжка повесилась на другой день.

— Да, госпожа. Все сделано чисто.

— Что там с мальчишкой? Как он умер?

— Пока никак? — ответил гигант, шагая следом.

— О! — женщина остановилась на лестнице, — Интересно. Он показался мне простаком. Думала и дня не протянет.

— Нам позаботься о нем?

— Ах-ха-ха, не будь таким серьезным. Зачем стае волков охотится на муху?

— Может поднять цену?

— Не надо. Только испортишь веселье! Игра должна быть честной! Мы подобрали ему подходящих противников. Посмотрим сколько протянет, — она продолжила подниматься, — Ну разве не весело?

— Мне все равно, — признался гигант.

— Какой ты скучный. Фи.

— Если мальчишка надумает сбежать из города?

— М-м-м, мне бы это не понравилось.

— Я понял, госпожа.

— Кстати, он держит язык за зубами, — женщина открыла дверь просторного кабинета, зашла внутрь, попутно снимая с рук перчатки, — Давай дадим ему шанс. Продержится еще десять дней, приведи ко мне.

— Слушаюсь!

Тем временем Мартин дремал в переулке, сидя на деревянном ящике. Целый вечер он шатался по городу ища Барни, даже рискнул заглянуть в несколько харчевен, но воришка, как сквозь землю провалился. С наступлением ночи дальнейшее поиски потеряли всякий смысл, поэтому Мартин нашел глухой переулок, где устроился на ночлег. Снимать комнату в таверне он не рискнул.

Живот протестующе урчал, глаза слипались от усталости, но запах отходов и лающая вдалеке собака мешали заснуть, к тому же из окна над головой доносилась ругань людей. Он поднял голову и взглянул на кусочек ночного неба, видневшийся между крышами домов.

— Фил, в городе есть наемники?

— Конечно. Хочешь кого-то нанять для охраны? У нас нет столько денег.

— Я не том. Если присоединимся к ним, получу защиту или нет?

— Ха! Ничего не выйдет! Ты, конечно, умеешь драться, но работа наемника совсем другое дело. Они рискуют шеей почти как солдаты, — объяснил Фил. — Вдобавок снаряжение покупать придется при чем на свои деньги или думаешь прийти к ним с ножиком Барни?

— Мда. Со снаряжением у нас проблемы.

— У нас с деньгами проблемы! Еще с ночлегом, едой…

— Ладно, я понял, — остановил его причитания Мартин. — Может есть что-то похожее? Я не знаю… вроде гильдии охотников или авантюристов, где принимают всех.

— Зачем охотникам гильдия? Взял топор, лук и иди себе в лес. Повезет если вернешься целым. Очень рисковое занятие, — презрительно фыркнул Фил. — Авантюристы… эм… Ты про то отребье? Их гильдия это несколько трактиров, чтобы они не разбредались по городу и не лезли к другим. От них ты защиты не дождешься, скорее нож в спину.

— Почему?

— Они берутся за любую работу если платят, но не слишком надежные. Бегут туда, где можно сорвать большой куш. Им неважно подземелье это, редкий зверь или шахта с магическими камнями, будут драться за нее, как псины за кость. Иногда они выполняют работу наемников, но по мелочи. У них маленькие группки, поэтому ничего серьезного им не доверяют.

— Хм. Похожи на золотоискателей периода завоевания Америки, — предположил Мартин, — Богатеет тот, кто у них скупает все добро. Да уж, гниловатая организация.

— Во-во! Гнилые.

— Попробовать можно, но точно не сейчас…

— Что?

— Ничего. Давай спать. Завтра много дел.

— У нас уже была отличная работа, — бурчал Фил, — не нужна мне другая.

«Парнишка совсем без амбиций», — думал Мартин, — «Как только разберусь с наградой за голову, поищу более прибыльное занятие, чем драить полы, да мусор выносить».

Он понимал, что в феодальном классовом обществе простолюдин без ремесленных навыков никому не нужен, а знания и умения из современного мира казались бесполезными, во всяком случае он не нашел им применения. Идти подмастерьем Мартин не хотел, так как не видел себя ремесленником, да и обучение длилось слишком долго. Он мечтал увидеть мир, а не проводить всю жизнь за стенами одного города.

По началу ему приглянулась профессия наемника. Однако, они не могли свободно путешествовать, слишком зависели от армейской дисциплины и часто рисковали жизнью. Авантюристы подходили для его целей гораздо лучше, однако их организация не нуждалась в официальном трудоустройстве. Любой человек становился авантюристом, если хотя бы раз побывал в переделке за пределами стен или притащил на продажу ценное добро, неизвестного происхождения. Они бы вообще не создавали никаких объединений и не платили бы городу налог, если бы не нуждались в надежной базе для пополнения припасов или рынке сбыта.

«С другой стороны стать торговцем тоже отличный выбор, к тому же не такой опасный», — зевнув, Мартин наконец уснул.

Ранним утром его разбудила собака с облезлым боком, вероятно больная лишаем. Она лизала ему лицо, руки, подобрала с земли мусор пожевала, потом продолжила облизывать спящего человека. Из окна выплеснули помои недалеко от нее, спугнув животное. Мартин наконец открыл глаза.

— Вы совсем очумели? Тут люди спят, а вы помои льете!

— Ах ты сопляк! Скажи спасибо, что не на голову! — ругалась женщина, — Убирайся отсюда!

— Скорее иди умывайся, — подал голос Фил, — Тебя лизала бездомная псина.

— Не мог разбудить меня раньше?

— Я пытался, да все бестолку.

Умывшись колодезной водой, Мартин направился на рынок, где частенько подворовывал Барни, а по пути купил кусок хлеба с кровяной колбаской. Вкус оставлял желать лучшего, но хотя бы живот перестал урчать. Он скучал по вкусной еде хозяйки плотницкой лавки, ее нежной заботе и улыбке с ямочками на румяных щеках.

На глаза ему попалась оружейная лавка и из любопытства Мартин заглянул внутрь, чтобы прицениться на будущее. С задумчивым видом он ходил вдоль полок, взвешивал в руках мечи, топоры или копья, иногда делал пару взмахов. Несмотря на внешнюю слабость тело Фила вполне справлялось с оружием. При должной настойчивости и регулярных тренировках из него получился бы сносный боец, способный постоять себя.

Из всего увиденного оружия ему больше всего приглянулся прочный топор с дубовой рукоятью. Он не требовал особых навыков, обращаться с ним проще, чем мечом или копьем, справился бы и новичок, а в лесу от топора больше пользы, можно нарубить веток или дров, прорубить дорогу, не опасаясь мелких сколов на лезвии. Если к нему прикупить щит, то шансы на выживание заметно возрастут. Копье имело большой радиус атаки, но громоздкое само по себе оно годилось только для боя.

«Но после пары взмахов у меня закончатся силы», — подумал Мартин и перевел взгляд на стену, где висели луки. — «Ничего сложного — целься и стреляй».

Среди всех остальных сильно выделялся черный боевой лук, так и просился в руки. Мартин снял его со стены и попытался натянуть тетиву, и та безжалостно впилась в тонкие пальцы, заставив его скривиться от боли. С красным от напряжения лицом, он так и не сумел полностью натянуть лук. Когда он отпустил тетиву, то на пальцах осталась глубокая красная полоса.

«Как он может быть настолько тугим? Кто вообще способен из него стрелять?» — возмущался про себя Мартин.

— Молодой человек, этот лук требует большой силы и мастерства, — обеспокоенный хозяин лавки поспешил к нему и забрал оружие, — это для опытных наемников.

С прилавка он взял обычного вида лук, короче первого и не такой мощный на вид, в самый раз для начинающего, и протянул его Мартину. У того все еще болели спина и пальцы, однако натягивать тетиву оказалось в разы легче, а удобная кожаная накладка позволяла удобно держаться и стрелять. Несмотря на всю простоту цена оружия превышала нынешний бюджет Мартина, а вместе со стрелами выходило больше десяти серебряных монет.

— Столько денег даже у меня никогда не было, — раздался в голове голос Фила, — Зачем тебе вообще лук?

— Из любопытства, — ответил Мартин. — а денег у тебя не было, потому что ты тратил их сразу, при чем на бордели.

— Не вижу ничего плохого в том, чтобы заплатить хорошей женщине за приятную ночь.

— Не собираюсь с тобой спорить, — отмахнулся Мартин. — Ты как-то слишком одержим платной любовью.

Пока разговаривали добрались до рынка и начали поиски мелкого воришки. Время от времени Мартин бросал взгляд на выставленные товары, разнообразие которых поражало воображение. Здесь тоже продавали оружие и стоило оно в двое дешевле, однако даже неискушенный человек заметил бы разницу в качестве. Некоторые лезвия имели сколы, царапины, почти весь товар уже побывал в бою, возможно не раз. Доспехи со следами вмятин. Наспех исправленные они продавались как слегка поношенные.

Утро — самый разгар торговли. Люди шумели, спорили толкались. Мычание коров, блеяние коз или ржание лошадей смешивались в один гул толпы. Некоторые умудрялись продавать пирожки, ставили лотки с едой, поэтому запах дыма, лошадиного пота и людей смешивался в неповторимое зловоние рынка.

— Фил, ты тоже смотри по сторонам!

— Да знаю я.

Пока Мартин высматривал серди толпы воришку Барни ему на глаза случайно попался арбалет. Он подошел к прилавку и попросил торговца посмотреть товар. Взяв в руки оружие, Мартин осмотрел его со всех сторон, взвесил, с помощью заряжающего механизма легко взвел тетиву, это не потребовало ни особых навыков, ни силы. Несмотря на некоторую громоздкость и медленную скорость стрельбы арбалет являлся точным и мощным устройством. При минимальной подготовке с ним могли справиться даже дети.

«Именно такое оружие я искал», — подумал Мартин. — «Как только разживусь деньгами, куплю один. Подойдет для охоты или защиты».

На прилавке лежали несколько образцов, но они мало чем отличались друг от друга, у всех простая, надежная конструкция. Однако ни у одного из них не было приклада, стрелять, предполагалось, держа арбалет навесу, в довольно неловкой позе или зажимать подмышкой. Не слишком удобно, но Мартин не видел сложности во внесении небольших изменений в корпус или спусковой механизм. Насколько он мог вспомнить, приклады появились с развитием огнестрельного оружия. Если использовать арбалет наподобие ружья, то проблем с точностью не возникнет даже без прицела. С большой неохотой он вернул смертоносное устройство продавцу.

— Фил, что скажешь? Шикарная вещица!

— Большая неуклюжая штука. Зачем она тебе? — удивленно спросил Фил, у которого начали возникать тревожные подозрения.

— Ничего ты не понимаешь в брутальной красоте, — покачал головой Мартин.

— Ты же не собираешься его покупать?

— На какие шиши?

Все еще под впечатлением от арбалета, он чуть не врезался в мужчину, несущего клетку с курами. Птицы недовольно закудахтали, а одна зашипела, размахивая из стороны в сторону хвостом, как у ящерицы. Мартин шарахнулся от них и налетел спиной на кабана, чья холка доставала ему до плеча, животное даже не отреагировало, только дернуло ухом отгоняя мух.

— Куда я попал вообще?

— Тут и животных продают, — заметил Фил. — Вон там шерстистый носорог. Эка его нагрузили! Целый передвижной склад. Хех.

— Ну да. Обычное дело.

Толкучка на рынке быстро утомила Мартина, вдобавок живот начал протестующе урчать, поэтому он отправился к недорогой харчевне рядом с торговой улицей. Без постоянной работы ему приходилось экономить. Годилась любая еда способная утолить голод, даже безвкусная или немного с душком. По пути он, как всегда, рассматривал фасады зданий, и заметил на другой стороне дороге группу зверо-людей расы Гату, разгружавших повозки с товаром.

За время, проведенное в этом мире, он видел много гномов, а вот со зверо-людми столкнулся впервые. Прижавшись плечом к стене ближайшего дома, он с большим интересом наблюдал за ними. От шеи и до середины бедер, тела зверо-людей не отличались от обычных человеческих, разве что их покрывала шерсть, а вот ниже бедер ноги выглядели как у кошек, если тех поставить на задние лапы. Диковинные доспехи и кожаная обувь на них смотрелись довольно забавно. Общий стиль одежды отдаленно напоминал степных кочевников, живущий в юртах и разводящих скот.

Двое крупных воинов зашли в лавку кожевника, а у телеги осталась изящная девушка расы Гату. Она раскладывала тюки с товаром и напевала веселую мелодию. На ее вполне человеческом лице ярко сверкали зеленые глаза, аккуратный носик слегка подергивался от пыли, а пухлые вишневые губы шевелились, когда она пересчитывала составленные на землю бочонки. Волнистые волосы черными ручейками огибали ее кошачьи ушки и ниспадали на плечи. При каждом шаге она по-кошачьи грациозно покачивала бедрами, вид на которые немного загораживал хвост, хотя довольно красивый.

— Невероятно, — пробормотал Мартин, заглядевшись на необычное, но милое создание.

Время от времени девушка наклонялась к тюкам с товаром и проверяла содержимое. Ее упругая попка торчала вверх, а над ней плавно раскачивался хвост. Штаны из кожи плотно прилегали к ягодицам вполне себе человеческим, подчеркивая каждый соблазнительный изгиб. Девушка потянулась вперед, навалившись на большой тюк ткани, попка поднялась еще выше, а материал на ней натянулся сильнее.

В тот момент Мартин осознал, что его тело само по себе сделало шаг вперед, потом еще один, по пути споткнулось, но не отвело взгляда от чарующих ягодиц. Оно словно завороженное медленно приближалось к дороге, вытянув веред одну руку, хуже всего, приоткрыв рот, оно лизнуло воздух в направлении девушки. Подобного позора Мартин не переживал никогда прежде, к тому же в окне лавки мелькали фигуры хорошо вооруженных зверо-людей.

— Фил! Твою мать! Остановись! — закричал он.

Однако слишком поздно. Девушка обернулась и увидела незнакомого парня, похотливо пялившегося на нее. Нахмурив брови, она вызывающе приподняла подбородок, но Фил не заметил и продолжал пялиться на ее бедра. Кошачьи глаза девушки прищурились. От злости она схватила обвязанный веревками бочок и одной рукой запустила его в наглеца. Со свистом выпущенного из пушки ядра увесистый снаряд быстро нашел свою цель и разбрызгивая вонючую жидкость разлетелся в щепки. Тело парнишки отбросило назад, словно лист на ветру.

«Твою мать, Фил! Я только выздоровел», — успел подумать Мартин, теряя сознание.

На шум из лавки выскочили воины Гату, но увидели лишь тощего парня, лежащего на земле и остатки бочонка. Они принялись осматривать товар и разгонять зевак, собравшихся на шум. В то время, как старший из них с седой бородой осуждающе смотрел на девушку, а та виновато опустила голову и потерла лапкой землю.

— Он сам виноват, отец. Я не причем, — оправдывалась она.

— Ты что мне обещала, когда я согласился взять тебя с собой? А? — вздохнул седовласый воин. — Товар вон испортила… Эх.

— Прости…

— Вот тот беспорядок теперь твоя забота, — он показал пальцем на парня в мутной луже, — Если умрет, больше никогда не возьму тебя в город. Ясно?

— Угу.

Глава 7. Попался, засранец!

Лежа в кровати, Мартин в замешательстве смотрел на незнакомый потолок, все его тело жутко болело, а во рту чувствовался металлический привкус крови, а в левом ухе немного звенело. При попытке подняться его тело пронзила жуткая боль от чего на миг потемнело в глазах. Он вспомнил летящий бочонок, трусливое бегство Фила, а потом удар. Все произошло слишком быстро. В тщетной попытке защититься Мартин успел лишь выставить перед собой руки.

«Плата за пользование чужим телом слишком высока», — с грустью вздохнул он и тихонько пошевелил пальцами, потом кистями рук, — «Перелом не серьезный. Заживет».

– Простите, что напала на Вас, — послышался женский голос из угла комнаты, — Отец сказал ты слабый и чуть не умер из-за меня, но ты сам виноват. Нельзя так пялиться на людей! Надеюсь, ты выучил урок.

– Я тоже надеюсь, — печально усмехнулся Мартин, — Во мне словно два человека, когда вижу красивую девушку, совсем теряю рассудок.

– Разве так бывает?

– Еще как бывает.

– И правда, сейчас ты выглядишь по-другому, — задумчиво произнесла она, – взгляд не такой мерзкий, как прежде.

– Ты не могла бы подойти ближе, мне больно ворочать шеей, а разговаривать с потолком довольно странно. Все-таки ты меня здорово приложила, — заметил Мартин, — Не бойся я не кусаюсь?

– Пф, было бы кого бояться. Чтоб ты знал, я воин племени! – девушка подошла к кровати, ее прекрасные глаза грозно сверкали.

– Я так и понял, — равнодушно ответил он. – Только почему ты такая вспыльчивая? Я тебе ничего не сделал, а ты просто взяла и швырнула в меня бочку.

— Эй! Я уже извинилась!

— Не чувствую искренности. Да и что мне делать с твоими извинениями? Посмотри на меня.

— Сам виноват!

— Ты могла просто отругать, а не кидаться бочонками! Может у тебя куча денег, только мне нужно работать каждый день, чтобы выжить. – возмущался Мартин, — Ты чуть не убила человека просто потому, что он на тебя посмотрел! Ведешь себя как горри…

– Лучше бы тебе заткнуться! Не испытывай мое терпение! – девушка сжала кулак и угрожающе склонилась над кроватью, — Отец разрешил тебе остаться, пока не встанешь на ноги. Буду кормить два раза в день. С голоду не умрешь. Теперь доволен?