Свидания в Реви

Парень деликатно покашлял, неловко почесав затылок. Я резко развернулась и чуть не впечаталась лицом в его веснушчатый нос. Сердце испуганно ухнуло в пятки, будто этот парень только что телепортировался прямо из воздуха.

— Простите, что напугал вас! — Он так замахал руками, что очки на переносице медленно сползли к самому кончику носа.

— Что вы, всё в порядке, проходите на кассу! — Я мельком поискала глазами Колючку. Если директриса заметит эту неловкую сцену — сразу завалит замечаниями.

Парень успел скользнуть взглядом по моему билету, а затем переключил всё внимание на Катю. Его зажатость тут же удвоилась. Было невозможно не заметить, как пристально — и при этом робко, опустив голову, — он разглядывает её ухоженные руки.

Катя лениво перевела взгляд с билета на покупателя. Розовое, мечтательное настроение, сиявшее в её глазах секунду назад, мгновенно испарилось.

— Пакет нужен? — монотонно процедила она, принимаясь пробивать плитки шоколада.

А я невольно вспомнила нашу встречу с Димой в супермаркете, и то, как он потом назвал меня шоколадкой. Было в этом воспоминании что-то ребяческое, но такое тёплое и милое, что я напрочь забыла про товар, глупо замерев у прилавка.

— Н-н-нет, спасибо… — пробубнил парень, хватая свои сладости. И вдруг неловко протянул одну из плиток Кате: — Вот, это вам! Вам очень идут эти пучки волос… ну, хвостики, или как их там…

С каждым словом он краснел всё гуще, покрываясь пунцовыми пятнами, и я уже всерьёз подумывала, не пора ли бежать за огнетушителем.

— Спасибо, — Катя одарила его искусственной, приторно-милой улыбкой и забрала плитку.

Парень приложил карту к терминалу и поспешно ретировался. Стоило дверям за ним закрыться, как подруга демонстративно закатила глаза:

— Постоянно таскает мне сладости. Мой персональный фанат.

Вопрос с билетом так и завис в воздухе, и я решила отложить этот разговор до конца смены, когда Катя снова сменит гнев на милость. Но долго ждать не пришлось. Уже на перерыве, по дороге в нашу любимую пекарню, она сама как на духу выложила всё о своём загадочном мистере Икс.

— Представляешь, он прислал мне огромный букет пионов! В начале декабря! Я от шока даже забыла выложить их в соцсети! — Катя не шла, она буквально летела от счастья, полностью игнорируя гололед. В то время как я балансировала изо всех сил, судорожно цепляясь за выступы на стенах домов.

— Полегче, Кать. Не хватало мне ещё ногу сломать. Тогда прощай работа и здравствуйте, коллекторы.

— Не бубни, старушка, — белозубо улыбнулась она, толкая тяжелую дверь, из-за которой навстречу нам вырвался умопомрачительный аромат свежей выпечки и ванили.

В лицо привычно ударил густой аромат свежей выпечки и зернового кофе. Этот манящий, дразнящий запах мгновенно вскружил голову, и желудок недовольно заурчал. Чтобы скрасить ожидание в очереди, Катя принялась восхвалять своего кавалера всеми фибрами души. Оказалось, помимо роскошных жестов, он необычайно галантен, умён и — боже мой! — играет на пианино. Я смотрела на подругу и понимала: девчонка втрескалась по самые уши. Ради этого мужчины она, кажется, готова была вычеркнуть из своего списка требований даже пункт про дорогую иномарку, наперекор всем собственным принципам.

Когда мы наконец устроились за крошечным столиком у окна, Катя снова вернулась к теме злосчастного билета.

— Алёна, ну ты пойми: я эти билеты выбила, переступив через собственную гордость! Мне пришлось связаться с бывшим, он там менеджером работает. Ты хоть представляешь, чего мне это стоило? — Катя изящно отставила мизинец, потягивая латте на кокосовом молоке и закусывая круассаном с фисташковой начинкой.

Глядя на её дорогой заказ, я в очередной раз недоуменно подумала: неужели её новый парень уже вовсю снабжает её деньгами? Или она втайне набрала кредитов?

— И каких же жертв это потребовало? Набрать его номер? — усмехнулась я. Мой обед выглядел куда скромнее: самый дешёвый американо без сахара и принесённые из дома бутерброды.

Катя упрямо поджала накрашенные губы и решительно пододвинула мятный конверт ближе к моей чашке. Под её отчаянным, умоляющим взглядом я почувствовала, как моя броня медленно трещит по швам. В конце концов, она ведь старалась. Да и глупо прятаться от целого мира только потому, что первый блин вышел комом.

Я тяжело вздохнула и накрыла конверт ладонью, соглашаясь дать этим свиданиям второй шанс. Катя тут же победоносно засияла.

Но радость длилась недолго. В кармане форменного жилета зажужжал телефон. На экране высветился незнакомый городской номер, и внутри у меня привычно похолодело.

— Алёна Сергеевна? Вас беспокоит банк, — раздался в трубке сухой, лишённый эмоций голос. — Сообщаем, что ваше заявление о переоформлении кредитных обязательств отклонено. Поскольку заёмщиком по договору являетесь вы, банк не может переписать долг на другое лицо в одностороннем порядке. Сергей Николаевич на контакт не выходит, выплаты по автокредиту не поступают уже три месяца. Если до конца недели вы не внесёте сумму просроченной задолженности, банк потребует досрочного погашения всего кредита, а дело будет передано в суд. Ожидайте официальное извещение. Всего доброго.

В трубке раздались короткие гудки. Земля будто ушла у меня из-под ног, а уютный, горячий воздух пекарни внезапно стал удушающим. Я медленно опустила руку с телефоном на стол. Глаза обожгло от подступивших слёз, пальцы мелко задрожали.

— Кать… — хрипло выдавила я, глядя на притихшую, испуганную подругу. — Мне срочно нужны деньги. Очень много денег. А у меня в кошельке… две тысячи до зарплаты.