Любой ценой

Раньше ее отдушиной, наравне с оглушающим сумрачным пространством ночного клуба, было посещение боксерского зала. Изнуряющие тренировки по самообороне поначалу походили на обычные избиения, но после бесчисленного множества полученных синяков, тело девушки привыкло к нагрузкам. Мышцы окрепли, ловкость увеличилась, а правильное питание вкупе с интенсивными тренировками помогло Эмери набрать силу и все чаще отбивать атаки своего тренера.

Находясь на ринге, Эмери позволяла адреналину проникать в кровь, завладевать сознанием. Она видела перед собой лишь противника. Все остальное, – то, что не давало ей покоя в обычное время – отходило на второй план. Только бой. Только возможность выплеснуть злость. Только способ сконцентрироваться на чем-то одном.

Позволить себе забыть прошлое.

Но с тех пор, как тренер, – единственный человек, рядом с которым она не боялась показать себя настоящую, – покинул ее четыре года назад, ничего не сказав напоследок, Эмери больше не могла найти в себе сил продолжать тренировки. Клубы стали единственным местом, где Эмери чувствовала себя собой. Позволяя грохоту битов наполнять ее, она открывалась, оголяла душу, ощущая себя под защитой.

Эмери знала, что музыка заглушит ее страх и неуверенность. Позволит почувствовать себя сильной. Почувствовать себя живой.

Так же, как заставлял ее ощущать себя тренер, внешность которого всегда оставалась для нее загадкой – каждую тренировку он скрывал нижнюю часть лица черной маской. Эмери запомнила только непоколебимый взгляд пронзающих ее насквозь серых глаз, светло-бронзовый оттенок кожи и высовывающиеся из-под шапки каштановые пряди волос. А еще она помнила силу, с какой он наносил удары на ринге: без какого-либо снисхождения, ни на минуту не давая ей расслабится.

Но он ушел, и лишь с появлением Адриана в ее жизни, Эмери снова начала ощущать то самое забытое чувство собственной значимости и осознание, что она кому-то нужна.

Когда пришла их с Эби очередь входить в клуб, Эмери слегла замешкалась на входе, погруженная в воспоминания, но, стараясь не задерживать поток людей, решительно шагнула вслед за подругой в переполненный зал. Музыка тут же ворвалась в ее сознание, и сердце заколотилось от предвкушения.

Ночной клуб, в который они пришли, на первый взгляд был ничем не примечательнее тех, в которых она уже бывала. Обычные темные стены, украшенные рисунками и всевозможной атрибутикой, светящийся шар на потолке, который безостановочно крутился, отбрасывая разноцветные блики на танцующих в полумраке людей.

Эмери не должна была позволять себе терять контроль. Но это ведь всего на один вечер. На несколько часов она разрешит себе расслабиться и отключиться от внешнего мира.

Эмери глубоко втянула в себя душный воздух, и счастливая улыбка расползлась по ее лицу. Двигаясь вслед за Эби в дальний угол зала, где располагался бар, девушка ловко уворачивалась от толпящихся на танцполе людей, позволяя грохоту битов забираться ей под кожу.

Когда симпатичный парень-бармен протянул девушкам барную карту, Эмери ткнула в первый попавшийся коктейль, а затем развернулась и оперлась локтями о стойку, оглядывая интерьер. Он не казался ей знакомым, значит она совершенно точно была здесь в первый раз.

– Почему именно это место? – спросила она, наклонившись к Эби, которая еще изучала меню.

Эбигейл пожала плечами:

– Одна знакомая посоветовала мне сходить сюда, сказала, что здесь классно. И кажется, они права. Смотри какой коктейль! – Эби вскинула голову, разворачивая к Эмери барную карту. Палец девушки указывал на фотографию стакана со странного вида черно-синей жидкостью внутри. – Давай его закажем?

– Заказывай, – пожала плечами Эмери, а затем перехватила ее взгляд. – Кстати, ты так и не ответила. Твой парень не против, что ты пошла со мной в ночной клуб?

Эби отвернулась.

– Ему не обязательно это знать. По официальной версии мы с тобой мило проводим вечер у тебя дома, – ответила Эби, теребя пальцем уголок меню.

Эмери некоторое время не отвечала, уставившись взглядом в потолок, по которому пробегали разноцветные светящиеся огни.

Зря она это делает. Отношения между двумя взрослыми людьми – не то, куда следует лезть посторонним. Но ситуация касалась ее близкого человека и Эмери не могла промолчать. Тяжело вздохнув, она повернулась к подруге.

– Эби, слушай, я не собираюсь лезть в ваши отношения, но… Если будет что-то не так, если Том обидит тебя, ты ведь знаешь, что всегда можешь прийти ко мне, да?

Эбигейл моргнула, ее подбородок дернулся. Эмери видела по ее напряженной позе, что она будто хочет ей что-то сказать, но потом Эби расслабленно улыбнулась и кивнула.

Эмери это не успокоило, но она решила оставить неприятную тему.

К моменту, когда бармен поставил перед девушками заказанные напитки, не преминув при этом подмигнуть им обеим, Эбигейл уже подрагивала от нетерпения. Ей хотелось танцевать. Эмери наоборот внешне оставалась спокойной, но, видимая только ей одной буря бушевала внутри нее, выметая напрочь все чувства, оставляя после себя оглушающий покой.

Допив в несколько глотков коктейль, Эби спрыгнула с высокого стула и нырнула в гущу людей, присоединяясь к танцующему потоку. Несколько раз за вечер она возвращалась к барной стойке и пыталась утянуть за собой Эмери, но та лишь с улыбкой качала головой и отмахивалась от подруги.

Танцы никогда не манили Эмери, ей было достаточно слышать музыку и чувствовать ее внутри себя.

– Как же жарко! – с усталой улыбкой произнесла Эби, обмахивая ладонью лицо и стараясь отдышаться от непрерывных танцев в течении последних двух часов, что они находились здесь. Усевшись на стул, она собрала свои густые вьющиеся волосы в высокий хвост на затылке. – Ты тут не скучала?

Эмери многозначительно покачала в воздухе стаканом с остатками алкоголя и улыбнулась.

– Как видишь, мне было очень весело. К тому же я развлеклась, когда послала подальше от себя двух парней, что пытались ко мне клеится.

Эбигейл прыснула в кулак.

– Танцевала я, а клеились к тебе? – Она наигранно надула губы, на что Эмери хихикнула, поигрывая трубочкой в стакане, и допила напиток.

Передав опустевший стакан бармену и отказавшись от новой порции, Эмери схватила сумочку и спустилась со стула.

– Пойду найду уборную. Ты со мной? – спросила она Эби.

– Нет, иди, я тебя подожду тут. Заодно вызову нам такси, – ответила Эби, глядя на экран смартфона. Увидев, как пошатнулась Эмери, она инстинктивно выбросила руку, поддерживая ее за локоть. – Эй, осторожнее! Уверена, что дойдешь сама?

Состроив обиженную мину, Эмери отказалась от предложения подруги и нетвердой походкой пошла на поиски туалета, пробираясь между танцующих тел. Похоже, она все-таки переборщила с алкоголем, потому что ей приходилось прилагать огромные усилия, чтобы идти прямо. Все вокруг немного кружилось, и как бы она не смотрела по сторонам, никакой таблички с указанием местоположения нужной комнаты, не было. Другого персонала клуба поблизости не наблюдалось, а возвращаться назад и спрашивать у бармена Эмери уж точно не хотелось.

Минуя танцпол и оказавшись у стены в противоположном конце зала, Эмери увидела рядом небольшой коридор, уводящий куда-то вглубь. Решив, что там и находится нужная ей дверь, она ступила в темный проем, устланный ковром. Пройдя немного вперед, ей пришлось достать из сумки телефон и включить фонарик, чтобы можно было разобрать дорогу. Возможно, в коридоре перегорели лампочки, потому что вокруг стояла кромешная темнота.

Неожиданно она почувствовала сильный толчок в плечо. Глухо вскрикнув, Эмери больно ударилась локтем о стену, споткнулась и едва удержалась на ногах. Телефон выскользнул из ладони и полетел на пол.

– Придурок! – выкрикнула Эмери в темноту. Подняв с пола телефон и направив свет фонаря вдаль, она успела увидеть только темную рубашку сбившего ее человека, который быстро скрылся за поворотом, даже не удосужившись извиниться. – Чтоб тебя…

Еще раз выругавшись, Эмери продолжила ступать вперед, шипя из-за ноющей боли в правом предплечье.

Через пару шагов вдали забрезжил свет и показался новый поворот, и за ним Эмери, наконец, увидела нужную табличку на одной из дверей. Но не успела она войти в уборную, как до ее слуха донеслись громкие голоса, сопровождаемые свистом, а потом девушка отчетливо услышала музыку.

Но это оказалось не похоже на хор битов из зала. Мелодия, доносившаяся из комнаты неподалеку, была иная. Пробирающая до мурашек, притягательная.

Опьяняющая.

Эмери замерла и огляделась в поисках источника звука. Завлекающая мелодия проникала сквозь стены дальней комнаты в самом конце коридора и струилась по полу, окружая Эмери со всех сторон.

Завороженная, она пошла вслед за музыкой и дойдя до двери, на которой не было никаких опознавательных знаков, взялась за ручку. Не раздумывая, она потянула ее вниз. Но не успела дверь отвориться, как до Эмери донеслись быстрые шаги сбоку, а затем ее голову пронзила острая боль.

Мир померк.

А вместе с ним смолкла и музыка.

***

Очнувшись, Эмери не могла определить где находится. Вокруг было так темно, что не удавалось разглядеть даже очертания окружающих ее предметов. Лишь спустя мгновение она поняла, что на глазах была повязка, закрывающая весь обзор. Виски пульсировали, а в голове стоял туман.

Выпрямив спину, она попыталась пошевелить руками и ногами. Тщетно.

Моргать под повязкой было тяжело, каждое поднятие век разносило волны тупой боли по всей голове, но Эмери не собиралась сидеть и ждать, когда к ней придут, пока она в таком беспомощном состоянии. Дернувшись, девушка обнаружила, что запястья связаны чем-то шершавым и грубым, похожим на бечевку, а локти так сильно заведены назад, что конечности онемели, и боль от врезавшейся в кожу веревки практически не чувствовалась.

Эмери оказалась связана по рукам и ногам и прикована к стулу. Даже рот был заклеен чем-то липким. Скотч.

Тело пронзил импульс зарождающейся паники.

Только не это. Надо выбираться отсюда и поскорее.

Стараясь дышать мелко и часто, чтобы не дать панике взять над собой верх, Эмери попыталась напрячь и расслабить мышцы рук, как ей когда-то показывал тренер, и попробовала освободиться от пут. Безуспешно. Тот, кто связал ее – знал свое дело. Веревки намертво впились в кожу.

Склонив голову к плечу, она попыталась сорвать с лица повязку и, спустя несколько попыток, у нее получилось немного сдвинуть ее на лоб. Но это не сильно помогло – в комнате стояла непроглядная темень.

Если бы она могла дотянутся до правого ботинка, где у нее было спрятано лезвие, тогда, возможно, она смогла бы разрезать веревку. Но, как бы Эмери не пыталась раскачиваться на стуле, у нее не получилось даже сдвинуться с места.

Эмери зашипела от бессилия. По щекам потекли злые слезы, и из-за неспособности сдержать эмоции внутри, ее гнев усилился. Но хорошо различимый в тишине звук проворачивающегося в замке ключа заставил ее замереть, и она быстро опустила голову, чтобы не дать похитителю понять, что она уже очнулась.

Дверь отворилась и захлопнулась с тихим хлопком. Задержав дыхание, Эмери прислушивалась к походке неизвестного человека: тяжелая поступь, размашистые шаги – это наверняка был мужчина.

Подойдя вплотную к девушке, незнакомец обошел стул, к которому была привязана Эмери и остановился за ее спиной. Поправив сползшую с глаз повязку, он затянул ее потуже. От мужчины так сильно несло сигаретным дымом, что в носу у Эмери защипало. Какое-то время ничего не происходило: было слышно только его тихое дыхание, а затем мужчина грубо схватил Эмери за волосы и, намотав на кулак, потянул на себя.

Голова Эмери запрокинулась. С губ сорвался тихий вздох, который она не успела приглушить. Стараясь мысленно успокоить бешеный ритм сердца, что билось с удвоенной силой, Эмери пыталась унять предательскую дрожь в теле.

Продолжая удерживать Эмери за волосы, второй ладонью мужчина скользнул к ее шее и с силой сжал. Эмери инстинктивно дернулась в его руках, и что-то холодное, твердое и круглое впилось в ее сонную артерию, пока сильные пальцы сдавливали горло. Каждая струна в теле девушки натянулась до предела, а шум в ушах заглушал все остальные звуки.

Из-за отсутствия достаточного количества кислорода, в глазах Эмери заплясали искры. Когда тело уже настолько ослабло, чтобы продолжать сопротивляться, а сознание начало покидать девушку, мужчина разжал руки. Уронив голову на грудь, мыча и всхлипывая, Эмери со свистом втягивала носом воздух, чувствуя, как грудная клетка горит огнем.

Не дав Эмери отдышатся, похититель остановился у ее колен и снова до боли стиснул в кулаке ее волосы. Приблизив свое лицо к ее, опалил щеку жарким дыханием. По телу Эмери пробежала дрожь отвращения.

Дыхание мужчины участилось. Проведя губами дорожку по ее щеке, он дотронулся кончиком носа скулы и лизнул кожу.

Эмери передернуло. Не выдержав, она всхлипнула.

Оставляя мокрые поцелуи, мужчина продолжил двигаться вниз и, добравшись до ее рта, резким движением сорвал скотч и накрыл ее губы своими.

Эмери содрогнулась, а затем задохнулась от неожиданного вторжения, пока язык мужчины собственнически изучал ее внутри.

По ощущениям прошло не менее нескольких минут, когда он, наконец, отстранился. Тихо хмыкнув, ублюдок продолжил правой рукой удерживать голову девушки запрокинутой, но, стоило Эмери сделать рваный вдох, как пальцы его другой руки вцепились ей в подбородок. Подушечкой большого пальца он скользнул чуть выше и обвел контур губ. Эмери изо всех сил сомкнула их, но мужчина потянул нижнюю губу вниз и нажал на нее, заставив девушку приоткрыть рот. А затем она снова ощутила на себе его дыхание с привкусом пепла.

Медленно. Очень медленно он дотронулся своими губами ее рта, но Эмери больше не собиралась позволять ему продолжать.

С рычанием, она подалась вперед, намереваясь ударить похитителя лбом, но мерзавец будто ждал этого. Легко уклонившись от ее удара, он выпрямился и снова шагнул за спину девушки. Стальной хваткой удерживая горло Эмери, сжимая гораздо сильнее, чем раньше, он прижался к ней сзади. Эмери почувствовала, как ее затылок уперся во что-то твердое и мускулистое, и яростно дернулась, но, как она ни старалась вырваться, у нее не получалось даже мотнуть головой.

Мужчина держал крепко. Даже слишком. Не издевательски, не стремясь ее напугать, как было в первый раз, а будто с твердым намерением задушить. Его пальцы больно врезались Эмери в шею, а кольцо, (Эмери показалось, что это было именно кольцо), вдавилось прямо в ее гортань.

Неужели это конец? Но она же не успела…

Мыслей не осталось. Эмери попыталась дернуть ногами, но почувствовала только боль от врезавшихся в лодыжки пут. Она хотела закричать, но мужчина быстро оборвал ее крик, дав Эмери такую мощную пощечину, что она прикусила язык. Во рту образовался привкус крови, а затем девушка услышала шуршание, и в ее шею воткнулся какой-то острый предмет.

Инстинктивно она дернулась, но никто ее больше не держал. Первые секунды ничего не происходило, а затем ее пронзила волна боли. Спина девушки выгнулась, насколько позволяли веревки, рот приоткрылся в беззвучном крике и ее всю обдало холодным потом.

А затем боль утихла так же внезапно, как и появилась. Тело Эмери обмякло.

Но перед тем как полностью провалиться в темноту, уже второй раз за день, она успела разобрать тихий шепот.

«Я знаю кто ты, Эмери Акай».

Глава 6. Эмери

Эмери чувствовала, что задыхается. Тело сводило судорогами, по лицу струился пот.

Она распахнула глаза. Ее всю колотила мелкая дрожь, а воспоминания затуманивали разум, не давая ясно мыслить.

С трудом сев на диване, Эмери прижала ладонь к колотящемуся сердцу, набирая полную грудь воздуха. За восемь прошедших лет Эмери уже давно должна была привыкнуть к чувству беспомощности в первые секунды после пробуждения: каждый раз кошмары накатывали с новой силой, практически никогда не оставляя ее в покое.

Сдерживать их иногда помогало только присутствие Адриана рядом, но сейчас он был очень далеко.

Отдышавшись, Эмери огляделась. Глаза резанул яркий свет лампы, свисающий с потолка. Эмери зажмурилась. Следом ее настиг кашель: вырываясь из груди противными хрипами, он больно царапал пересохшее горло.

Она огляделась. Комната, в которой она находилась, с виду была похожа на подсобку, что подтверждали стоявшие в углу ведра с тряпками и пара метел. Помимо дивана в центре комнаты возвышался стол, заставленный разными бутылками, одеждой и косметикой, а у голой стены стояло огромное двухметровое зеркало. Сделав пару шагов в том направлении, Эмери увидела свое отражение: кожа с потеками макияжа была бледной, волосы взъерошены, а под глазами темнели синяки.

Опустив взгляд ниже, Эмери бегло осмотрела свое тело: помимо смятой одежды, на запястьях виднелись красные полосы, похожие на следы, оставленные веревкой.

Она покачнулась. Воспоминания о прошлом вечере нахлынули лавиной. Громкая музыка – коридор – темнота – боль – невесомость. Неизвестный человек, давящее присутствие которого она ощущала рядом с собой, и произнесенная им одна-единственная фраза:

«Я знаю кто ты, Эмери Акай».

От осознания того, что кто-то в этом городе знал ее настоящую фамилию, Эмери замерла. Ужас сковал ее горло стальными прутьями.

Кто был этот человек?

Она не знала ни его имени, ни лица. Запомнила только тяжелые шаги, набатом отдающиеся в голове, сбивающий с ног сигаретный запах и напористость, с которой он целовал ее…

Вместе с ужасом, Эмери охватило отвращение. Она все еще чувствовала чужие руки на шее и ключице, ощущала влажное дыхание на губах. И помнила свой рваный крик и острую боль в шее от укола.

Желчь подступила к горлу. Эмери согнулась, едва удерживая в себе содержимое желудка.

Где бы она ни была, надо срочно выбираться отсюда.

Едва тошнота немного отступила, Эмери схватила с дивана сумку, которая каким-то чудом оказалась при ней и порылась в карманах, пытаясь отыскать свой телефон. Он был на месте, но стоило экрану загореться, как он тут же погас. Но Эмери успела увидеть время и дату – было только два часа ночи, а значит с момента похищения прошло всего несколько часов.

Кинув аппарат обратно в сумку, Эмери на цыпочках прошла к двери. Отворив ее, вышла в уже знакомый коридор ночного клуба – того самого, в который они пришли вместе с Эбигейл.

Эби! Эмери мысленно взмолилась, что с подругой все в порядке и она без проблем уехала домой.

Скользя рукой по стене, она двинулась вперед, пока коридор не свернул, и не вывел ее к той самой комнате, из которой по-прежнему лилась гипнотическая музыка.

– Что вы здесь делаете, мисс? – Громоподобный возглас заставил Эмери подскочить на месте. – Вам не положено тут находится.

Она обернулась – позади нее стоял широкоплечий мужчина, который грозно взирал на нее с высоты своего роста. Черный смокинг, белый проводной наушник, рация на поясе, непроницаемый взгляд, закрытая поза – мужчина явно был чьим-то телохранителем.

Но кого он охранял?

– Вам нельзя туда, мисс, – повторил мужчина, кивая на закрытую дверь.

– И кто мне запретит? – с вызовом спросила Эмери, сжимая в руках ремешок сумки. – Вы?

Все внутри нее взывало, чтобы она последовала голосу разума и быстрее убиралась из этого проклятого клуба, но другая часть ее личности, именно та, со своевольным характером, упрямо не хотела подчиняться непонятно откуда взявшемуся незнакомцу.

«Не можешь защищаться – нападай».

Вряд ли ее бывший тренер имел в виду именно такой исход событий, когда произносил эти слова, но они подошли сейчас как нельзя кстати.

Охранник презрительно скривил губы, но не успел он ничего произнести, как сбоку от них, из тени, донесся еще один голос.

– И правда, кто посмеет запрещать что-либо такой прелестной девушке?

Говоривший сделал шаг вперед. Не успела Эмери отодвинуться, как чужая рука обвила талию Эмери, и мужчина дернул ее на себя.

И так нетвердо стоявшая на ногах из-за неизвестного вещества, вколотого похитившим ее мерзавцем, Эмери ничего не оставалось, как подчиниться. Она оказалась прижата спиной к мускулистому телу. Вздрогнув, она попыталась освободиться, но мужчина резко развернул ее кругом и впился пальцами в подбородок, вынуждая Эмери поднять голову.

– Верно я говорю, красавица? – Мужчина средних лет, одетый в дорогой костюм, с массивными часами на запястье, провел кончиком языка по нижней губе, обводя похотливым взглядом лицо девушки. От него так сильно разило перегаром и табаком, что Эмери пришлось задержать дыхание, чтобы не закашляться.

На миг ей даже показалось, что это и есть ее похититель, но запахи и ощущение от прикосновений все же отличались. Голос тоже был другой.

Липкий страх, покрывший тонкой пленкой ее позвоночник, – отступил, сменившись беспокойством и раздражительностью. Сжав зубы, она уже готовилась поднять колено, намереваясь зарядить мужчине в пах, но не тут-то было. Перехватив ее ногу, он оскалился, забрал из рук телохранителя протянутую ему пластиковую карту, и приложил ее к электронному замку на стене.

Красный мигающий огонек на замке сменился зеленым. Дверь открылась, и мужчина бесцеремонно втолкнул Эмери внутрь. В темноту. Едва не споткнувшись о порог, Эмери чертыхнулась.

– Ты же хотела туда попасть? Так чего встала? Идем, – холодно произнес мужчина, ступая следом и вцепляясь в предплечье Эмери мертвой хваткой. Она дернула плечом, но мужчина держал крепко, таща упирающую Эмери за собой.

– Что это за комната?

Будь у девушки больше сил, она смогла бы отбиться, но все, что получалось сейчас – послушно следовать за мужчиной.

– Помещение для персонала клуба и vip-гостей.

Эмери очень не понравилось выражение его лица, плохое предчувствие заныло под ложечкой.

– Обычным посетителям туда вход закрыт, но так и быть, я проведу тебя.

– Лучше просто отпусти, – прошипела Эмери сквозь зубы.

Мужчина хитро усмехнулся.

– Нет уж, я не лишу себя такого удовольствия.

Пройдя вперед несколько метров по узкому проходу, освещенному небольшими светильниками, они завернули за угол, и Эмери поняла, что за секрет скрывался за этими стенами.

Внутри ночного клуба находился еще один.

***

По всему периметру просторного зала на расстоянии нескольких метров друг от друга стояли круглые столики. Окружали их маленькие диванчики, на которых с величественным видом восседали шикарно одетые мужчины разных возрастов. Потягивая алкоголь из прозрачных стаканов, они были заняты разговорами и не обращали никакого внимания на вновь прибывших. Перед многими из них извивались полуобнаженные девушки, а кое-где Эмери заметила и юношей.

По ее спине пробежал холодок, а тревожное предчувствие усилилось, когда она увидела на некоторых из них ошейники. Тошнотворное чувство поднялось к горлу, и она заставила себя отвести взгляд.

Помимо столов, стоявших в центре зала, были и те, что находились на достаточном отдалении от других, огороженные портьерами, которые при желании можно было опустить, сохраняя иллюзию приватности.

Падающий с потолка красный свет, скрывал в полумраке лица присутствующих, делая обстановку интимной. Левую сторону помещения занимала большая овальная сцена с длинным шестом посередине, а в других концах зала были расположены сцены поменьше, на которых танцевали девушки, соблазнительно покачивая бедрами в такт пленительной мелодии.

Доносившаяся из огромных динамиков музыка обволакивала помещение, проникала под кожу, заставляя вслушиваться в каждую ноту. Именно она и привлекла внимание Эмери. Словно загипнотизированная, она вдыхала витавший в воздухе запах дорогого табака и элитных духов, смешанных со сладковатым ароматом кальянного дыма.

Когда мужчина, не сбавляя шаг, тащил Эмери за собой мимо главной сцены, играющая в тот момент песня закончилась. В образовавшейся тишине на сцену вышел молодой человек.

Одетый в облегающие черные джинсы, с распахнутой на груди рубашкой, он уверенно шагал по сцене, но дойдя до шеста, остановился и, вскинув голову, повернулся лицом к зрителям.

Прожекторы вспыхнули, и Эмери не смогла сдержать удивленный вздох.

Зацепившись за что-то ногой, она покачнулась, инстинктивно вцепившись в лацкан пиджака своего спутника. Мужчина зашипел и резко обернулся, грубо встряхнув девушку за плечи.

Но Эмери не смотрела на него. Все ее внимание было приковано к происходящему на сцене. Из динамиков полилась зажигающая музыка и, под одобряющий свист некоторых присутствующих, парень начал вращать бедрами. Он двигался так естественно, так плавно, словно не музыка вела его, а он сам стал ее частью. После очередного танцевального па его руки потянулись к рубашке и, расстегивая пуговицу за пуговицей, парень медленно стянул ее с плеч и отбросил на пол.