Из хроник Фламианты: разменная монета

Алимин всё равно не высвободился от содрогания. Сейчас он уверен в правильности своего решения, но что скажет отец и король? Момент отчета неизбежен, потому, взяв себя в руки, он придал походке более уверенный шаг. Пройдя защитный штил у моста, стиры и воины вступили в заснеженный лес Леондила. Легкость и мягкость царящего здесь воздуха спровоцировала всех одновременно сделать глубокий вдох.

– Всё-таки внешний лес Леондила прекрасен, – протянул Велогор, пробежавшись взглядом по красным вкраплениям зимних деревьев.

Здесь действительно очень красиво. Вряд ли этот пейзаж сможет когда-то надоесть несмотря на вековую неизменность. Прямо сейчас огромная бледная луна, решив сегодня опуститься очень низко, кокетливо пряталась за рябью серых крон. Нет, по-прежнему стоял день, и яркое солнце старательно освещало голубое небо, но луна сумела перетянуть на себя все восторженные взоры. Казалось, стоит протянуть руку, и ты дотронешься до её гранитной поверхности. В какой-то момент все так растворились в умиротворенном наслаждении, что повисла совершенная тишина. Даже дыхание разгоряченных воинов поддалось убаюкивающим напевам красоты и смиренно перешло в беззвучное течение.

– Алимин, господин Алимин! – пронзительно разив тишину, обратился к непосредственному начальнику прибежавший стражник. Его голос и походка соответствовали суматошному трепетанию сердца.

– Жилес, ты чего такой взбудораженный? – в умышленно замедленном темпе вопросил Алимин. – Твоё сердце сейчас пробоину в грудной клетке сделает и наружу выпрыгнет.

– Простите, господин Алимин. Мой трил в дерево врезался, и я от дальних штилов по сугробам на своих двоих бежал. Из меня бегун, как из вас домашний тэльв. Но не об этом говорить хочу. Набег на юго-восточной границе. Около двухсот южан, бросив арбалетные канаты через пропасть, перебрались на эту сторону. Один из двух штилов сдан.

– Приведите трилов, быстро! – скомандовал Алимин. –Что ж за день сегодня?

– Как это возможно? – поинтересовался Велогор. – У вас дозор вдоль всей границы с пропастью, мышь не проскочит. Да к тому же, на юго-востоке самая широкая часть ущелья. Пока переберешься по канатам, вечность пройдет, даже ребенок снимет каждого ползущего арбалетом.

– Атаковано пятое южное звено, а они отмечали сегодняшнее повышение Силинира и… – попытался пояснить Жилес.

– А караул?

– Весь боевой состав пьян, господин Алимин. Те штилы никогда не подвергались атакам, потому Силинир и внешних дозорных снял, и охранный караул. Я чудом там оказался, ведь за документами к Силиниру отправился. Как увидел, сразу вас искать.

– Тогда кем второй штил удерживается?

– Трезвы лишь те, кто числится в подразделении снабжения, ими и удерживается. Точнее, южане пока второй не атаковали. Видимо, решили в первом дух перевести.

– Надо было там остаться, Жилес, ты ведь боевой гонец. Им бы пока командиром побыл, а сюда бы кого-нибудь из снабжения отправил.

– Вы же во вспомогательную группу для Силинира отрядили тех, кто только закончил обучение. Они даже трилов ещё не обкатали, час бы потратили на дорогу, а у меня двадцать минут вышло притом, что треть пути без трила преодолевал. Вам сообщил, могу и королю с господином Эндулином передать, если нужно.

– Если говоришь, что у сегодняшней смены Силинра обкатанных ездоков нет, то со мной в штилы пойдешь. Я собственным взглядом обстановку оценю, и ты мой отчет оттуда королю доставишь.

– Понял.

– Где трилы?! – гневно крикнул Алимин в сторону виднеющейся небольшой цитадели.

– Вот, господин Алимин, сорок три скакуна, – прозвучал голос из-за спины, вынудив стира вздрогнуть от неожиданности и резко обернуться.

– Не понял, ты их откуда привел?

– Из этого штила скакунов ещё утром забрали. Подковы менять будут. Я из соседнего привел.

– Ясно. Оставляй, а сам ступай. Сначала из резерва группу к штилам отправь, после сообщи о произошедшем королю, только в уши ему и отцу вложи, а не во всеуслышание кричи! Скажешь, что с актуальной информацией Жилеса отправлю. И как обезумевший на площадь не вбегай, понял?

– Все сделаю, но группе минимум сорок минут потребуется, чтобы подоспеть, господин Алимин.

– Ты думаешь, я это сам не просчитал? Ты не болтай, а приказ выполняй, – Алимин гневным жестом спровоцировал тэльва к движению, а сам окатил негодующим взглядом столпившихся воинов. – Все остальные, чего стоим? Скакунов столько для кого привели?

– Вот видишь, сам справляется, – шепнул Велогор, стоя́щей рядом Лавидель, но тут же отпрянул и придал лицу более серьезное выражение.

Усевшись на трилов, все бросились сквозь снежные насыпи леса к месту, где была нарушена граница. На одном из ухабов трил Алимина оступился и завалился на бок, придавив ногу наездника. Сильный хруст раскатился по телу стира приливом боли, но он изо всех сил свел зубы, чтобы не издать болезненный стон. Лавидель и бо́льшая часть воинов были прилично впереди и не заметили произошедшего. К счастью Алимина, Велогор выронил меч и вынужденно вернулся на несколько десятков метров. С пол дюжины воинов подумали, что он отклеился для задачи, потому также отстали от общей группы и последовали за ним, дабы гарантировать стиру подспорье. Увидев Алимина, все спешились. Велогор, пользуясь силой положения, постарался залечить ногу, но перелом был очень серьезным и для восстановления требовалось больше времени.

– Тебе помощь королей нужна, моих способностей недостаточно.

– Ты регенерацию подстегнул, дальше тело само справится.

– Оно без помощи королей до завтрашнего вечера восстанавливаться будет.

– Велогор, вы должны двигаться дальше, – среагировал Алимин. – Поваляюсь часок, другой, на обратном пути заберете.

– При таком повреждении организм не сможет на два фронта работать. На свирепствующем сегодня холоде ты вымерзнешь. Сейчас тебя поднимем, и я до замка сопровожу.

– Нет, ты нужен у штилов. Меня проводит кто-нибудь из моих воинов.

– Нет, Алимин. Во-первых, я в разы быстрее всех твоих воинов с данной задачей управлюсь, ведь многократно по скорости на триле их превосхожу. Во-вторых, я и так верну тебя Эндулину с травмой, не хватало что бы она усугубилась. В-третьих, Лавидель такую горстку южан легко под контроль возьмет и до моего присоединения спокойно удерживать сможет. Она бы их и за черту границы самостоятельно вымела, но не тэльвийка наших народов и права «по умолчанию» командовать не имеет, потому меня дождется. Легко справится.

– Ладно, – согласился Алимин. Он понял, что Велогор не отступит, потому не стал тратить впустую время и силы. – Санер, до присоединения к вам Велогора, я отдаю Лавидель полномочия командира, скачи вперед, передай приказ. Только шустрее, а то она без него права не имеет.

– Хорошо, – вестовой кивнул, влез на трила и бросился в сторону остальных.

– Давай вставай, – Велогор помог Алимину подняться и усадил его на своего трила.

– Ты, как к Лавидель пойдешь, возьми несколько групп из соседних штилов, мало ли как там на самом деле обстоят дела. Отряд снабжения пусть меч в руках держать умеет, но это не боевые тэльвы.

– Возьму, Алимин, не переживай, – Велогор усевшись за спиной Алимина, направил трила к замку.

Лавидель оказалась на месте раньше всех и была вынуждена на свой страх и риск взять всё в свои руки без заверения со стороны Алимина. Обстановка в штилах требовала быстрых решений, но никто не спешил действовать. Силинир и его лучшие воины каким-то образом достали из поварской кладовой замка балсотовское вино, что Сэлиронд как-то случайно доставил брату в одной партии с маслами Маландруима, и теперь были чрезмерно пьяны и совершенно бесполезны. Оставшиеся в штиле тэльвы прежде служили подручными основной сторожевой группы и не привлекались к боевым задачам, потому поплыли под натиском возникших обстоятельств. Всех, кто не был пьян, Лавидель собрала возле себя. Ей предстояло вернуть их дух в собранное положение, ведь выводить их в растерянном состоянии против южан – напрасный риск. Главенствующие тэльвы легко бы справились с подобной проблемой, потому что все жители Леондила приобщены к силе народа и имеют единение друг с другом. Достаточно сильному воину взять душу во власть рассудка как все, кто под его началом, стремительно крепчают духом. Лавидель – «чужак по крови», она не может войти в их души, потому в ход пустила иные достоинства: убедительное словцо и с лихвой выпущенная наружу уверенность смогли вывести из хаоса рассудительность местных тэльвов. Скоординировав действия, воины Леондила пресекли атаки на второй штил, отвадив южан от желания прямо сейчас повторить штурм. На волне успеха можно было вернуть под контроль и первый опорный пункт, но Лавидель решила дождаться присоединения Велогора. Он вошел в штил с несколькими группами более опытных тэльвов спустя три четверти часа от травмы Алимина. Всего три минуты ему потребовалось, чтобы оценить ситуацию и прикинуть в голове план дальнейших действий.

– Не понял, в твоей-то душе робость откуда? Такая горстка южан тебе тоже, что сульмиту муха, – усмехнулся он, смекнув состояние Лавидель по её жестам и мимике.

– Так я без заверения Алимина командовала. Его король меня убьет. Хорошо ты всё-таки подоспел. При отчете можно смело говорить, что вместе действовали. За твою спину спрячусь, того и гляди меньше достанется, – рассмеялась Лавидель.

– Ишь ты какая…Я теперь понял, кому тебя на перевоспитание сдавать надо, а то ко мне и нашему королю ты привыкла, совсем страха не испытываешь.

– Смешно тебе, да?

– Очень. Я тебя с такими взволнованными щенячьими глазками давно не видел. Но не трясись так, заверил Алимин твоё право, вестовой должен был предать. Да и главное, что штил отстояла, это вспыльчивость короля сгладит.

– Вестовой появлялся, но лишь с сообщением о травме Алимина и том, что ты скоро присоединишься.

– Нет, это второй гонец. Алимин его уже из пределов замка отправил. Первый почти сразу нагнать тебя должен был.

– Больше никто не докладывал.

– Ну, видать, по пути заплутал. Видишь же, они сегодня все немного чудны́е.

– Ладно, – Лавидель немного успокоилась перед предстоящим отчетом королям и теперь вновь погрузилась в решение поставленной обстоятельствами задачей. – Как первый штил брать будем? Надавим через основные врата, или зайдем несколькими группами с разных точек?

– Давай россыпью, но старайся держать в поле зрения всех тэльвов Леондила. У них и так есть потери, не будем усугублять положение здешних командиров и утяжелять сердце их короля.

– Это понятно, но на всех двух глаз не хватит.

– Ну тогда ищи третий, Лавидель, а то сама королю Лагоронду отчет давать будешь, – усмехнулся Велогор.

– Я смотрю, у тебя настроение хорошее, да?

– Не жалуюсь.

– Давай к делу, потом душу свою позабавишь.

– Одно другому не мешает. Ну хорошо, – Велогор вернулся к делу, – пусть южан не две, а четыре сотни, но они не беда даже для подручных Леондила. Нас чуть больше сотни, при нашем перевесе в силе – считай большинство. Эй ребят, – он подозвал пятерых тэльвов, что со слов Лавидель показали себя в борьбе за первый штил самыми рассудительными. – Каждый берет по две группы и идёт вместе с нами. Я зайду через врата штила, стир Лавидель с задней стены, вы трое войдете через служебный вход западной стены, ты через водосток, а ты через почтовый вход. Всем ясно?

– Да, господин стир.

– Вы в рукопашную сразу не лезьте, арбалетами пользуйтесь. Пусть лучше драпают, чем учувствуют в схватке. Меч только по необходимости, хорошо? – дополнила план Лавидель.

– Так разве арбалетом это подвиг?

– Границу из-под угрозы высвободить и при этом свою жизнь для семьи, народа и короля сохранить – вот твой подвиг на сегодня, понял? – немного эмоционально пресекла она мечтания тэльва.

– Да понял я, понял.

– Раз понял, тогда пошли! – Велогор закончил разговор и ускорил движение всех в сторону занятой врагом оборонной цитадели.

Засыпавшись в штил с разных сторон, тэльвы Леондила очень скоро разобщили соперника и обратили в бегство. Преследуя их до самой пропасти, они вынудили южан опрометчиво влезть на канаты больши́м числом. Под тяжестью веса почти все веревки лопнули, и воины Зорда схоронились на каменистой низине могучего Тартикила. Лишь горстке удалось выбраться живой за пределы атакованного королевства.

– Шивир, отправь ещё одного гонца королям и Алимину. Скажи, что здесь закончено! –крикнула Лавидель.

– Да, госпожа стир, – ответил вестовой и, как полагается тэльву его положения, очень шустро скрылся за пределами штила.

– Нам с тобой тоже надо поторопиться, дабы Алимину не пришлось отчет в одиночестве давать.

– Лавидель, он стир, – чуть придержал поступь младшего командира Велогор. – Давать отчет – входит в ответственность, хорош его опекать. Мы поторопимся, но не для прикрытия Алимина. Мы дополним его отчет фактами, которыми он не владеет из-за своего отсутствия здесь.

– Я за столько лет привыкла его просто в командирах видеть, теперь чуть больше времени надо, чтобы в новом положении принять. Он очень хорош, но привычка опекать во мне ещё осталась. В ближайшее время от неё избавлюсь.

– Избавляйся, к благу обоих послужит, – Велогор одобрительно хлопнул Лавидель по плечу. – Сейчас давай, дозорных из резерва в караульные группы определим и вернемся в замок.

– Хорошо.

Основная часть посвящения закончилась и весь Леондил веселился в пределах белой площади. Лагоронд, Эндулин и Сэлиронд, изжив полагающееся приличием время в суматохе развлечений, теперь прогуливались на трилах в северной части Леондила, дойдя практически до границы с Салтреем.

– И всё-таки ваши сбежали, король, – обратился Эндулин к Сэлиронду. Его добродушный оскал превратил подтрунивание в легкую иронию.

– Сбежали, – согласился Сэлиронд. – Но ничего, домой вернёмся, я их приказом в тренировки окуну, каждый день натанцовывать у меня будут.

– Уверен, они и там способ слинять найдут, – ухмыльнулся Лагоронд. – А если всё же принудишь, так они и твоего участия потребуют, прикрывшись твоим обещанием, что навык вернуть постараешься.

– Весело тебе, да? Доволен тем, что твои послушнее?

– И этим доволен, и тем, что хоть чьё-то упрямство в противовес твоему становится.

– Ты смейся, смейся, – Сэлиронд растекся в широкой улыбке, – но с течением времени и на твоё упрямство противовес найдется, тогда уже я смеяться буду.

– Ага, – довольно протянул Лагоронд, бросив косой, улыбчивый взгляд на брата.

Первый вестовой Алимина не сумел выбрать подходящий момент, пока короли были с народом, оттого оба гончих, несмотря на разницу во времени отправления, настигли их прямо сейчас. Полученная информация враз вывела королей и стира из увеселительного и безмятежного порыва.

– Почему мы сразу не поставлены в известность? – резко выпалил Лагоронд.

– Господа стиры не хотели портить праздник. Они сказали, чтобы после основной церемонии вам доложил, но я вас сразу по окончании поймать не смог, мой король.

– Я там ещё полчаса был. Ты стоячего меня поймать не смог?

– Прошу прощения, мой король.

– С этим после разберемся, – отрезал Лагоронд и повернулся к Эндулину. – Алимин ни разу не выходил самостоятельно, как он решился рискнуть тэльвами, не сообщив нам? Воины с других штилов уже были бы там.

– Дозорные против были, хотели всё-таки господина Эндулина отыскать, ведь знают, что господин Алимин опыта не имеет, но госпожа Лавидель запретила положение господина Алимина оспаривать, и господин Велогор её в этом поддержал, – влез в разговор короля и старшего стира первый вестовой.

– С какого времени у нас дозорные право получили под сомнение способности моих главных командиров ставить? – Лагоронд силой духа умышленно придавил сердце вестового, дабы вернуть его явно окрылившееся самомнение в границы положения.

Вестовой быстро оробел и умолк.

– Мой король, там было около двух сотен южан, чьим планам время давало преимущество. А при прорыве штилов Силинира южан вдвое прибавилось, быстрое решение требовалось, – защитил Алимина, Лавидель и Велогора явно симпатизирующий им Жилес. – Да и боевой резерв туда сразу подтянули.

– Так всё-таки боевые тэльвы отпор в южных штилах дают?

– Сейчас да, но прежде ребята из снабжения оборону держали. Внутренний штил благодаря им остался не преодоленным.

– Молодцы, я удивлен, – среагировал Сэлиронд. – Насколько мне известно, в снабженцах твоих южных пунктов тэльвы достойные, но стойкостью и военной рассудительностью не блещут, да и очень молоды, а тут не потерялись и собой прикрыли.

– Я сам удивлен, – Лагоронд бросил в сторону брата сдержанную улыбку и почти сразу вернул лицу холодное выражение. – Эндулин, ты потом выясни, кто среди них отличился.

– Конечно, мой король. Выясню и отмечу.

– Стир короля Сэлиронда результат гарантировала, – фыркнул первый вестовой. Он был раздражен тем, что ему от короля досталось, а те, кто ниже него по положению удостоены расположения. – Она их как мамка под юбку собрала и на дело настроила. Да и сама геройствовала скорее ради того, чтобы покрасоваться перед всеми.

– Ты отстранён, – леденящим размеренным тоном прервал вестового Лагоронд, реагируя на пренебрежение почтительным отношением гонца к стиру брата и тэльвам вспомогательного отряда.

– Но, мой король, я…

– Ты королю перечить будешь? – возмутился Эндулин. – Сдай манжеты и шагай в корпус. За его пределы не выйдешь до тех пор, пока я не решу, что с тобой делать.

Вестовой послушно снял серебряные отличительные манжеты и вложил их в руку Эндулина. Почтительно кивнув королям, он покинул их компанию.

– Эта девчонка от тебя нахваталась убедительных речей, Сэлиронд, – бросил легкий укор брату Лагоронд.

– Сейчас это тебе на пользу пошло, так что не надо на меня такие взгляды кидать. К тому же, если Велогор оперся на её способность говорить, а не на свою власть войти в их души собственной уверенностью, то так обстоятельства потребовали.

– Обязан доложить, что госпожа Лавидель вынужденно командовала в отсутствии господина Велогора, потому к своему умению говорить обратилась. Вынужденно из обороны в атаку перешла.

– Они учувствовали в бою под её началом? – уточнил Эндулин.

– Верно, господин Эндулин.

– Да что ты будешь делать с этой девчонкой? – вполне сдержанно возмутился Лагоронд, вновь уткнув глаза в брата.

– А что такое?

– Она не принадлежит ни моему, ни твоему народу по крови. Из двоих твоих стиров только Велогор имеет право брать на себя такие полномочия, ведь он может гарантировать внутреннюю опору тэльвам и в Маландруиме, и в Леондиле. Передовым воинам, соглашусь, при таких обстоятельствах достаточно слова, но тэльвы снабжения нуждаются в большем. Командиры посредством единения обязаны входить в них и обогащать от собственной крепости и силы. Это единственная слабость тэльвийской природы в сравнении с природой людей, и мы должны об этом печься. Нельзя выводить тэльвов в бой без тех, кто силой положения может обеспечивать крепость духа и тела.

– Группа южан мелкая, Лагоронд. Да и раз твои снабженцы справились, наши стиры всё правильно рассчитали.

– Хорошо, что отбили, но они сильно рискнули моими тэльвами.

– Ты слишком беспокоишься об этом. Твой страх за них не дает видеть их крепость и силу.

– Сэлиронд, ты же слышал: те, кто обладают крепостью и силой, вывели себя из строя безрассудством. Там остались юноши, которые только вчера вышли из-под покрова дома, им только предстоит обрасти твердостью. Бросать их в бой, не дав внутренней опоры…

– Что с тобой, Лагоронд? Разве тэльвы нашей крови не носят эту силу в себе? Разве они не такие же, как ты и я? Мы с тобой тоже были юношами, тоже были лишены присутствия тех, кто будоражил наш дух, тоже были брошены в бой, и мы обнаружили в себе опору. Да и разве несколько сотен южан – это пожар? – здесь Сэлиронд приблизился к брату и перешел на шепот. – А, я понял. Твоё полыхание не из-за тэльвов, в них ты заверен, да и опыт им подобный нужен. Ты раздражаешься тем, что не получается обуздать моих стиров. Они идут наперекор, но гарантируют необходимый результат, оттого поводов для порицания почти не дают. От одного Велогора ты подобное бы легко снёс, ведь он рожден нашими народами, возрастом нас обоих превосходит и через множество пожаров с нами прошел, стало быть, и не он причина. Раздражает, что приобщенная девчонка в стойло не становится?

Лагоронд поймал подтрунивающую ухмылку брата, но не стал реагировать. Возникшей паузой решил воспользоваться вестовой.

– Мой король.

– Что еще?

– У нас есть потери.

– Сколько?

– По информации, которую я получил, отправляясь сюда, девять тэльвов.

– Потерять девятерых из-за глупой выходки одного командира, – пробурчал Лагоронд, сквозь дернувшуюся от напряжения скулу. Он приучен жизнью спокойно реагировать на потери, но сейчас принял этот факт достаточно болезненно, ведь его воины собственноручно распахнули врата и впустили беду в пределы королевства. – Эндулин, сними Силинира. Рано ему быть командиром, пусть учится под крылом более разумных!

– Сделаю, мой король, – Эндулин почтительно кивнул королю, но уже через мгновение издал раздражений звучный выдох. – Нас теперь каждые сто шагов будет встречать новый вестовой? – праздничное настроение и так было грубо обстругано выслушанными отчетами, а сейчас предстояло принять ещё один.

– Простите, господин Эндулин, – сходу оправдался прибывший гонец. – Госпожа стир просила поставить в известность о том, что безопасность границы восстановлена.

– Она меня в известность ставит. Вы посмотрите на неё, – раздраженно выдавил Лагоронд. – Не берет разрешения, зато уведомляет.

– Что ты взъелся на моего младшего стира? – сквозь ухмылку вступился Сэлиронд.

– У меня для этого есть основания.

– Во-первых, она не одна принимала решения, а во-вторых, ты заверен в её опыте. Она бы не рискнула никем, кроме себя, не будь уверена в результате, а результат, который она просчитала, гарантирует максимальную защищенность тем, кто под её рукой. За это я ручаюсь, хотя тебе и так это известно.

– Защищаешь? – ухмыльнулся Лагоронд. – Но здесь я решаю, кого защищать, а кого нет, Сэлиронд.

– При сегодняшнем положении дел никто не справился бы с вопросом лучше, чем Велогор и Лавидель.

– Я этого не оспаривал. Они хороши, но от этого мои глаза не перестали видеть недочеты.

– Ими можно пренебречь.

– Я не хочу снисходить в моментах, когда могу привести в лучшее положение.

– Сразу в замок отправимся? – Сэлиронд не стал и дальше развивать тему случившегося разговора. Несмотря на вспыльчивость, Лагоронд рассудителен и справедлив, оттого можно не переживать за то, как он поведет себя в предстоящем получении отчета от стиров.

– Да, послушаем, что скажут.

Дорога до замка заняла около часа. К этому времени стиры тоже вернулись, но ещё не успели привести себя в порядок. Они активно обсуждали нюансы произошедшего, потому не сразу заметили появление королей. Их внимание хотел привлечь Эндулин, но он был остановлен и Лагорондом, и Сэлирондом.

– Не переживай, Алимин, – ободрял друга Велогор. – При наших королях за их немалые года жизни столько тэльвов совершило первые самостоятельные шаги без спроса, что ты вряд ли их ошарашишь своим.

– Я надеюсь, что во всём сегодня поступил лучшим образом. Не хочется, если уж взял ответственность, оказаться достойным порицания.

– Как бы мы ни старались, в наших действиях всегда что-то окажется достойным нареканий, – с легкой нотой беззаботности сошло с уст Лавидель.

– Это тебе опытный в таких вещах командир говорит, – рассмеялся Велогор. – Она выговоры, как трофеи собирает.

– Врёт и не краснеет, – Лавидель мягко приударила Велогора по плечу. – Моя личная коллекция собранных упреков не скудна, это правда, но большая её часть принадлежит первой сотне лет с момента, как наш король приобщил меня к Маландруиму. Сейчас она пополняется в основном из-за короля Алимина. Из всех, кому я известна, только его я постоянно чем-то не устраиваю. Но и в этом нет ничего страшного, тем более со временем ко всему привыкаешь, и даже грозный и привередливый король Леондила перестает выбивать из равновесия.