Тёмный лис Петербурга

* * *

– Ты выполнила мое задание и теперь прощена, – сказал Генерал, и простодушный Сёто даже похлопал в ладоши, все так же оставаясь в образе громилы.

– Я сразу увидел в тебе огромный потенциал, девочка, – Толстяк в виде кота потерся о ее ноги.

– Не подлизывайся, пожиратель снов, – Карико одним четким пинком отправила его в полет. – Благодарю, Генерал. Рада оправдать ваше доверие!

Девушка согнулась в максимально почтительном поклоне, потом, помедлив, опустилась на колени.

– Нет, ну какая наглость! – бывший дракон резко стукнул кулаком по столу, напугав чайник-цугумогами, который сбежал на другой край, семеня ножками, будто большой таракан. – Ты посмела говорить от лица Генерала! Раздавала обещания направо и налево!.. – тут он покосился на своего командира, повернувшегося к нему вполоборота и смотрящего немигающими лисьими глазами. – Но каков результат! Сразу две армии! Генерал, думаю, мы можем начать наносить удары! Представьте, как взвоют смертные, когда одна молниеносная атака пойдет из моря, а вторая – из-под земли! Позвольте мне спланировать операцию!

– Нет, – отрезал Генерал. – Мы не будем атаковать сейчас.

– Вы правы, – Сунэку распалялся. – Это рискованно, потому что Древо еще не окрепло. Надо ждать.

– Враг должен быть поражен стратегически, – добавил Генерал, обведя всех внимательным взглядом. – Толку от тактических вылазок – ноль. Карико…

В этот момент открылась входная дверь, и два бородатых мужика в возрасте, завидев стоящую на коленях девушку, тут же захлопнули дверь обратно.

– Веди меня к рекрутам, – приказал Генерал кошке, не обратив внимание на испуганных посетителей. – Сунэку, пойдешь для прикрытия. Остальным – исполнять прежние обязанности.

– Тайсё! – громила аж подпрыгнул, хлопнув руками по швам, и склонил голову.

Небо над грязными Котлами было непривычно синим, с белыми рваными лоскутками облаков. Из-за этого серость бедных трущоб воспринималась не так тоскливо, мешал разве что сильный ветер, а впрочем… Бегающим по разбитой мостовой мальчишкам он не мешал точно. Те как раз запускали воздушного змея, сделанного из всякого хлама.

– Нам нужно подготовить подземный ход, – говорил Генерал, пока они с Карико и Сунэку шли к ближайшему входу в нижние галереи. – Пока Древо Жизни не окрепло настолько, чтобы суметь защитить весь окрестный квартал, мы рискуем.

– Прямое сообщение с нижним городом, – понимающе закивала девушка. – Чтобы те же морские могли приходить в убежище. И другие духи тоже, пользуясь галереями. Фактически наша кофейня, наше убежище, станет настоящей крепостью с системой ходов и туннелей. Но как мы это сделаем?

– Аканамэ, – ответил Генерал. – Потом объясню.

– Эй, Каришка! – вдруг окликнули девушку. – Братца с дедом выгуливаешь?

По улице шел Федя, сосед с обожженным лицом. Увидев Карико, он широко улыбался.

– Нам некогда, – ответила та, коротко кивнув. Сунэку осклабился, а Генерал даже не удостоил парня взглядом.

– Совсем зазнались, черти… – пробормотал тот, а потом со злостью пнул торчащий из мостовой булыжник.

Духи, не обращая на него внимание, скрылись за углом. На соседней кривой улице как раз находился сток, куда сходились зловонные ручейки. Решетка там, в отличие от стока в порту, была на месте, но Генерал заметил, что прутья были вынуты из пазов. Бросив быстрые взгляды по сторонам, он легко освободил проход.

– Веди, – приказал он Карико.

Бакэнэко прошмыгнула в узкий ход, Генерал скользнул следом.

– Прикрывай, – сказал он перед этим Сунэку, и бывший дракон стал бродить в окрестностях, изображая праздношатающегося старика, но на самом деле не упуская проход из виду.

– Идемте, – Карико уверенно пробиралась по сточной галерее, которая, опускаясь, становилась просторнее. – Сюда.

Спустя пару десятков метров они вышли в небольшой зал с дыркой посередине, куда вода уходила на еще большую глубину. Напротив протока на толстых змеиных кольцах покоилась морская ехидна, рядом стоял необычно крупный и сильный аканамэ-переросток с грязно-розовой кожей и копной синих волос. Из темноты расходящихся галерей внимательно смотрели блестящими глазами его соплеменники. Но змея тоже пришла не одна – из круглой дыры, куда вода стекала на нижние уровни, торчала безликая черная голова без шеи.

– Морской змей, – напомнила Карико. – Он же морской червь.

– Умибодзу, – отреагировал Генерал. – Мелкий.

– Эм… ну да, – бакэнэко поежилась, представив, что подобная «мелочь» способна сделать, если топит порой целые корабли.

Впрочем, этот экземпляр действительно не превышал в росте несколько метров, хотя Карико были известны черные морские змеи, достигавшие трех десятков.

– А вон и морская химера, – девушка показала на оседлавшую край ямы русалку, как чаще называли это существо люди.

Впрочем, те, что попроще, и вовсе использовали странный термин «чудо-юдо морское», но канцелярские называли ее все же «морской химерой», так как существо это, размером с крупную собаку, было больше похоже на помесь рыбы, утки и человека на трех лапках-плавниках.

– И это все, кого она привела? – спросил Генерал, как показалось Карико, с презрением и разочарованием в голосе. – Умибодзу с амабиэ?

– Это и есть Генерал? – пренебрежительно уточнила змея. – Этот мальчишка?

– Поосторожней, ехидна! – крикнула Карико. – Неужели ты не видишь, что это могучий дух, полководец, Девятихвостый Лис?

– Она не видит, – мелькнула в сознании девушки мысль Генерала. – Так надо.

– Хватит мне врать! – зарычала змея и распустила кольца.

Духи-грязнули бросились врассыпную, беря морскую хищницу в клещи. Карико обернулась кошкой, чтобы было удобнее драться. А драться придется – если сама ехидна может осторожничать, то морской червь и химера никаких клятв никому не приносили.

– Я и мои парни с вами, Генерал, – сообщил синеволосый аканамэ. – Я Рин, хех.

– Я знаю, – ответил мальчишка-лис, и в тот же миг клювастая химера-амабиэ ударила ослепительным дождем разноцветных искр.

Несколько аканамэ, не знавшие о таком духе, поплатились за собственную беспечность – в темной галерее свет ослепил их, и теперь они с криками бестолково метались по сторонам, натыкаясь друг на друга. Один даже рухнул в провал, проскользнув мимо загудевшего басом морского червя-умибодзу.

– Вот тварь… – пробормотала Карико и, обратившись кошкой, бросилась под змеиные кольца.

– Генерал? – Сунэку получил мысленное сообщение и теперь был готов в любую секунду броситься на подмогу.

– Пока не вмешиваемся.

– Понял. Жду приказа!

Те аканамэ, которых не задела световая атака химеры, оперативно разделились. Одна группа принялась окружать птицерыбу, вторая сдавила полукольцом червя-умибодзу, а третья попыталась помочь Карико. Правда, ловкости у них было маловато, и ехидна с легкостью расшвыряла их по подземелью хвостом.

– Ха-ха-ха! – смеялась она. – Это и есть победоносная армия? Под стать своему Генералу!

– А вот это ты зря! – Карико в отличие от духов-грязнуль мельтешила со скоростью молнии, уворачиваясь от змеиных ударов и больно раня эфирное тело соперницы.

– Тысяча порезов, – одобрительно подметил Генерал, со спокойным любопытством наблюдающий за сражением.

– Это наша кошка? – уточнил Сунэку, изнывая от нетерпения, и в тот же момент получил подробную мыслеформу. – Хм, а она действительно неплоха!

– Рин! – бросила Карико главному аканамэ. – Не суйтесь под атаки ехидны! Лучше займитесь ее компанией! Вон, кажется, эта птичка с чешуей подлечивает нашу предательницу!

– Сделаю.

Грязнули моментально рассредоточились, навалившись с разных сторон на гневно заклекотавшую морскую химеру. Вскоре они буквально погребли ее под собой, растянули по земле и скрутили.

– Спасибо, Рин! – поблагодарила Карико. – Теперь ехидна осталась без медсестры!

Змея, тоже поняв, что произошло, зарычала и заметалась по подземелью с утроенной силой – своим противником она видела исключительно кошку, оставив многочисленных аканамэ на черного лысого червя-великана.

– Кажется, в этом городе может случиться землетрясение, – заметил бывший дракон, продолжая следить за происходящим в транслируемых Генералом образах.

Дыра, ведущая к нижним уровням, была слишком узкой для червя, и тот принялся бить телом по кирпичной кладке. В стороны полетели обломки, по галерее прошла ощутимая вибрация.

– Значит, пора, – коротко ответил Генерал и в следующий миг бросился в объятия ехидны.

А точнее, дал ей поверить в этот маневр, тонко рассчитав момент и сбив ее с толку парой обманных движений. Когда змея это поняла, Генерал уже обхватил ногами человеческую часть ее торса, левой рукой взял в захват ее шею, а правой потащил изо рта разом обмякшей противницы толстый раздвоенный язык.

– А-э-э! – завыла змея, чувствуя, как рвется ее эфирное тело. – Служба! Служба!

В сознании всех ближайших союзников Генерала забился этот мысленный вопль.

– Ты нарушила слово, данное моей союзнице, – мальчишка с лисьими глазами поймал заполошный взгляд ехидны. – Мне не нужны такие солдаты.

В следующий миг он резким движением вырвал язык у змеи, и из ее пасти брызнул толстый поток энергии ки. Еще рывок – и голова ехидны совершила оборот на сто восемьдесят градусов. Чешуйчатые кольца обмякли, рухнув на грязный пол подземелья сдутыми шлангами. Генерал отскочил назад, приземлившись совсем рядом с дырой на нижние уровни.

Человеческая половина ехидны еще только заваливалась на спину, а черный морской червь-умибодзу застыл, прекратив разбивать кирпичи.

– Приношу тебе клятву верности, Генерал, – прогудел он. Потом замер и поспешил добавить. – До этого я клятв не давал, но эту уже не нарушу…

– А говорят, что чем больше, тем тупее. Вон как ловко сориентировался, – хмыкнула Карико.

– Приношу клятву! – повторила также затихшая химера-амабиэ.

– Отпустите ее, – приказал Генерал, и духи-грязнули мгновенно подчинились.

Морская химера ловко вскочила на свои три нижних плавника и тут же согнулась в нижайшем поклоне. Карико как раз успела обернуться обратно в девушку и смотрела на поверженного врага с легкой усмешкой.

– Амабиэ, – в этот момент мальчишка с лисьими глазами обратился к химере.

– Слушаю, Генерал! – та сразу же отозвалась, не смутившись непривычного имени.

– Назначаю тебя своим поверенным в море. Бери умибодзу, возвращайтесь к себе и передай всем: служба или смерть.

– Служба или смерть, – с готовностью отозвалась химера. – Я не подведу вас.

Не дожидаясь приказа, червь-умибодзу с неожиданной для такого гиганта грацией легко опустился в дыру на нижний уровень, не задев края даже чуть-чуть. Химера скользнула следом, на ходу перекрыв эфирные раны духов-грязнуль, пострадавших в бою.

– У нас появился целитель, – довольно проговорил бывший дракон. – Генерал, теперь я могу спуститься?

– Жди наверху.

– Генерал… – Карико стояла, понурившись.

– Задание все равно выполнено, – бросил тот, не глядя на нее. – Морские ёкаи с нами, а нурэ-онна, предав, отошла в Дзигоку. Рин!

– Эт я, Генерал! – грязно-розовый аканамэ сделал шаг вперед и почтительно склонился перед парнем с лисьими глазами.

– В стоках много вещей смертных?

– Много, – ответил Рин. – Многое попадает сюда с наводнениями, ага, что-то… с заблудшими смертными, хех.

– Нужны инструменты. Лопаты, кирки, молоты. Все, что способно ломать кирпичи и породу.

– Соберем, Генерал, – кивнул Рин и послал мысленный приказ.

– Подземный ход… – понимающе улыбнулась Карико, потом посерьезнела. – Позвольте спросить?

– Спрашивай.

– Вы… мы могли бы спокойно ждать, пока Древо наберет силу, – осторожно проговорила девушка. – И тогда духи сами вставали бы в очередь, чтобы принести вам клятву. Зачем все это было нужно? Неужели?..

– Ты только сейчас это поняла? – фыркнул Сунэку, который тоже слышал их мысленный разговор как правая рука Генерала. – Тебе дали шанс. Цени это!

– Спасибо, – Карико согнулась в глубоком поклоне.

– Этой вылазкой мы заявили о себе, – добавил Генерал. – Одно дело, когда к нам приходят только из-за Древа, и совсем другое, когда всем ясно: оно у нас не случайно.

– А в надежных руках, – снова не удержался бывший дракон. – И каждый, кто решит примкнуть к нам, должен понимать изначально: служба или смерть. Нурэ-онна своей глупостью подтвердила серьезность убежища Сэйбё.

– Сэйбё? – переспросила Карико.

– А что? – рыкнул Сунэку. – Красиво же. Генерал, вы согласны?

Тот не ответил. Спустя полчаса аканамэ начали приносить к его ногам залепленные грязью инструменты. Тот придирчиво осматривал их и отбрасывал в сторону те, что были в приличном состоянии, а те, от которых не было толку, сваливал через яму на нижний уровень.

– Мне нужны два десятка готовых к перерождению, – закончив отбор, Генерал посмотрел на Рина.

Карико с интересом наблюдала за происходящим.

– Что за перерождение?.. – начала было она, но Генерал снова приказал ей молчать.

– Мы готовы умереть за вас, Генерал, – из галерей к парню потянулись аканамэ, склоняя головы.

– Нет нужды, – сказал тот. – Лучше живите с пользой.

В следующий миг он схватил одного из духов-грязнуль, прорвал его эфирное тело, выпуская энергию ки. Аканамэ завопил от боли, остальные дрогнули, но устояли, продолжая терпеливо ждать своей участи.

– Разве это жизнь… – начал было Рин, но умолк.

Генерал, продолжая удерживать корчащегося грязнулю правой рукой, левой подхватил с пола тяжелый молот и вбил в него духа, наполняя инструмент перерожденной ки.

– А ведь я где-то уже это видела, – улыбнулась Карико, продолжая завороженно смотреть, как Генерал соединяет с инструментами одного аканамэ за другим.

– Пятеро идут со мной, – приказал лис, когда закончил создание цукумогами. – Будут долбить и копать в подвале кафе. Остальные пробивают проход отсюда. Задача: сделать не только надежный туннель, но и такой, что можно будет контролировать и перекрыть в случае опасности. И сделайте лодки. Маленькие, но надежные, они всегда должны будут ждать внизу. Приказ ясен?

– Да, Генерал, – синеволосый Рин снова склонил голову.

– Выполнять.

Через минуту перед довольно осклабившимся Сунэку друг за другом вылезли на поверхность сам Генерал, Карико и пятеро чумазых рабочих в холщовых робах с инструментами на плечах.

Уловив, что от каждого идет не один ручеек ки, а сразу два, бывший дракон понимающе хмыкнул.

Глава 12

К вечеру Алисе стало заметно хуже. Усилился жар, грудь сдавливал кашель, а голова болела так, будто накануне было очень весело. Если бы!

– Чертова бестия! – в очередной раз выругалась девушка, тут же зайдясь лающим кашлем.

Вот зачем нужно было выскакивать ночью в осенний холод? Глупый вопрос! Чтобы ликвидировать нечисть, которая нагло разгуливала по ее улице. Рядом с ее домом. Можно ли было поступить иначе? Да. Спала бы она потом спокойно? Нет.

Алиса откинула уже ставшее липким одеяло, заставила себя подняться. Комната быстро остыла, и девушка закинула в печку-голландку кривых дров. Насыпала стружки, чиркнула огромной спичкой. Поддерживать тепло большинству жильцов слишком дорого, топят чем попало, и вонь на весь дом стоит страшная. А дальше будет еще хуже – зимы в Петербурге холодные, и на ближайшие полгода придется всем затянуть пояса, потому что именно на дрова начнет уходить большая часть жалованья. На дрова и на керосин.

Когда-нибудь этот чертов дом сгорит, подумала вдруг Алиса. Такое нередко бывало в Котлах и других бедняцких кварталах. И всем на это плевать. Не зря же опять шепчутся, что грядет новая революция…

Дождавшись, пока пламя охватит кривые дрова, купленные на слободском рынке, а до этого явно собранные на лесопильной свалке или вовсе выловленные в Неве, Алиса вернулась на койку. Закрыла глаза, слушая собственное неровное дыхание, потрескивание огня и странный глухой стук, доносящийся откуда-то с улицы.

Бумм! Бумм! Бумм!

Как будто бы кто-то копал туннель или ломал стены. А может, и то, и другое. Неужели начали строить метро? Слухи такие давно ходили, вон в Лондоне подземные поезда уже лет пятьдесят возят мертвенно-бледных англичан. Хотя… Вряд ли его начнут строить сразу в Котлах. Это же для господ, не для черни. Девушка усмехнулась собственным мыслям.

Бумм! Бумм! Бумм! Крак!

Ну, точно что-то ломают. Слушая мерный гул и пытаясь понять, что это может быть, Алиса уснула. Проснулась уже сильно затемно, а за окном по-прежнему доносились заунывные звуки.

– Да что же это за черт! – девушка рывком села на кровати, чувствуя, что состояние словно бы изменилось.

Завтра на службу, а значит, нужно хоть как-то привести себя в порядок. Водка с перцем! Выпить и лечь спать, а наутро – как огурчик. Спуститься в «Мангазею», заказать, не особо рассиживаясь, и вернуться в теплую, еще не остывшую комнату под вонючее, но такое уютное одеяло…

– Слыхала? – едва Алиса вошла в кабак и проследовала к стойке, Евсеич сразу же приступил к обсуждению последних новостей. – Соседи-то наши что-то в подвале делают…

– А-а-а, так это они долбят! – девушка выругалась, тут же закашлявшись.

– Ага, – кивнул кабатчик. – Расширяться, что ли планируют? Хотя какое там расширение – с такими ценами, как у них, сюда вряд ли господа с Невского будут приезжать. А наш народ тем более не привык по рублю оставлять за посиделки с чайком.

– Да уж, – покачала головой Алиса, опрокинув протянутую Евсеичем рюмку водки, от души сдобренную перцем. – Сами делают? Старик с внуком? Или охранника подрядили?

– Не-ет! – вытаращил глаза кабатчик. – Работяг наняли! Аж пять человек!

– Тоже мне, бедные родственнички. Ладно, спасибо, Евсеич. Пойду отлеживаться.

– Поправляйся, милая.

– Спасибо.

Странные люди, думала Алиса, поднимаясь к себе. Открыли кофейную в бедном районе, еще и цены ломят, как в центре. И вдобавок задумали расширяться! Глупые или хитрые? Впрочем, плевать.

Она вновь попыталась вспомнить события минувшей ночи, но по-прежнему что-то не стыковалось. Что-то очень важное выпало из головы и никак не хотело возвращаться.

Как тогда, когда она потеряла все, и пришлось начинать жизнь заново.

* * *

– Может, все-таки стоит закрыть дом иллюзиями? – пожиратель снов опять попытался поднять волнующую его тему. – Этот грохот…

– Энергии мало, – сказал Генерал. – На доме и так стоят охранные заклятья, а скрыть что-то можно и без магии. К нам пришли рабочие, что-то делают.

– В старом доме плохой подвал, – подхватил Сунэку, заваривая на всех чай. – Перестраиваем под себя.

– А еще Сиро-унэри там больше не скучает, – осклабился Сёто, напомнив о наказанном тряпочном змее.

– Что-то от морских долго никого нет, – бывший дракон нервно почесался. – Может, еще раз тебе к ним сходить, кошка?

– Сами придут, – лениво отрезала Карико, довольная тем, что Генерал принял ее труды и простил. – Червь и химера принесли клятву, а еще увидели то, что бывает, если ее нарушить. Пытаться атаковать, чтобы занять место хранителя Древа, как это пыталась сделать ехидна, тоже глупо. Химера, как поверенный Генерала, легко убедит их в этом. Ну, а если нет… им же хуже.

– Прошу к столу, – тем временем бывший дракон закончил приготовления. – Эти смертные сами не понимают, от чего воротят носы. Глупые!

– Я бы все-таки снизила цены, – заметила Карико.

– Незачем, – отрезал Генерал. – Мы не торговцы. Мы воины.

– Когда Древо окрепнет, нам все равно придется уйти отсюда, – добавил Сунэку, снисходительно глядя на Карико. – И вот готовая легенда – мы разорились и были вынуждены уехать.

– Плевать на то, что думают люди. Когда Древо окрепнет, нам незачем будет уезжать, – возразил Генерал. – Высадим его на заднем дворе, под открытым небом. Его силы хватит на поддержание крепкого убежища.

– Снесем все окрестные халупы, – бывший дракон ударил кулаком по ладони. – И эти грязные Котлы станут цитаделью нового мира. С них начнется очищение! Отличная мысль, Генерал.

Парень с лисьими глазами на этот разне ответил, он молча поглощал чай.

– Генерал, – бакэнэко думала об этом весь вечер, но не решалась начать, а теперь вдруг почувствовала, что можно попробовать. – Ваша армия выросла. И… еще вырастет, когда химера приведет новых морских. Как думаете, мы теперь достаточно сильны для того, чтобы отбивать своих?

– Ты где витаешь? – хмыкнул бывший дракон. – В каких облаках? Сказано же не раз, что мы затаились. Ждем. А ты предлагаешь штурмовать город?

– А разве ты сам не жаждешь все время вылить свой гнев на смертных? – повернулась к нему Карико.

– Но при этом сдерживаюсь! – зарычал Сунэку.

– Тихо, – заговорил Генерал. – Ты сказала «отбивать своих», кошка. Поясни.

– Ну… – Карико запнулась, поняв, что все-таки еще рано. – Это наш пожиратель снов был приживалой у купца Митрофана. Но есть духи, которых смертные держат силой.

– Всему свое время, – лисьи глаза как будто пронизывали ее насквозь, и девушке захотелось поежиться.

* * *

Большую Морскую нередко называли Бриллиантовой, настолько она утопала в роскоши. Все лучшее из европейских и заморских магазинов было здесь, потому что в ослепительных особняках жили богатейшие и влиятельнейшие люди империи.

В одном из таких домов с большой башней посередине горел электрический свет, хотя почти весь квартал уже был погружен в темноту по случаю наступления ночи. А еще там опять погасли уличные фонари, как бывало время от времени, когда в доме с башней ставили опыты. Владелец особняка был на особом счету у царской семьи, и ему позволялось чуть больше, хотя его собственная усеченная фамилия говорила о том, что сам он – внебрачный сын одного влиятельного человека. Что, впрочем, не мешало ему занимать высокую должность главы Канцелярии по ведению аномальных дел.

– Николай Алексеевич, следующего? – завороженно глядя на клокочущую черную массу в железной клетке, спросил помощник.

– Грузовик пришел? – граф Стужев обернулся, вытер со лба пот.

– Ждут указаний.

– Сколько?

– Три образца. Домовой, которого выловили в Пулкове…

– Начнем с него. Тащите.

Помощник кивнул и ринулся прочь из лаборатории. А Стужев, улыбнувшись, посмотрел на сосредоточенного парня в застегнутом наглухо медицинском халате. Сын давно возмужал, но граф до сих пор осторожничал – все же единственный наследник… Хотя злости и напора ему точно не занимать.

– Готов, Лёвушка?

– Да, папа, – немного нетерпеливо ответил тот. – Все в порядке.

– Не мутит?

– Шутишь? – сын недоверчиво посмотрел на отца, подумал и махнул рукой. – Хоть какая-то польза от этих тварей… И то горят, как свечки.

– Все-таки они тоже мучаются, – заметил Стужев.

– Это нечисть, – отрезал парень, и на юном лице проступили чересчур взрослые черты. – И гореть ей в аду.

– Смотрите, как бы сами не сгорели… – донеслось от одной из клеток.

– Опять она! – возмутился Лев, раздражаясь. – Давай ее расплавим!

– Расточительно, сын…

– Тогда зарядим от нее батарею!

Стужев не ответил, в этот момент открылась дверь, и четверо рослых мужчин в мундирах особого отдела КВАД внесли в лабораторию шестиугольный чемодан, похожий на гроб и потому неофициально так называвшийся. Поставили его на пол, раскрыли.

– Вот это расточительно, папа, – едко сказал сын, указав на блестящее в свете лаборатории серебро.

– Что поделать, – Стужев пожал плечами. – По-другому их сложно перевозить, чтобы не сбежали… И чтобы не убить.

– Да я понимаю, – парень усмехнулся. – Это сарказм.

– Грузите его на стол, – приказал Стужев.

Один из мужчин особым электромагнитным захватом грубо поднял из «гроба» обмякшее тело с синей кожей, львиной огненно-рыжей гривой и в такого же цвета накидке. Маленький, настоящий карлик, но при этом взрослый и довольно уродливый.

– Домовой, – понимающе закивал Лев. – Он же полтергейст. Не слабовато для опытов?

– В самый раз, – улыбнулся Стужев. – Попробуем на нем сбалансированный подход. Сможешь?

Парень размял ладони, похрустел суставами пальцев.

– С радостью.

Бесчувственного домового поместили под большой стеклянный колпак на лабораторном столе. Дух тихо зарычал, приходя в себя, и Стужев быстро закрыл колпак, после чего принялся подсоединять к нему многочисленные электроды и трубки.

– Включай! – закончив, скомандовал он сыну, и Лев повернул рубильник.

По синему телу домового пробежала судорога. Парень деловито, как будто уже лет пять это делал, проверял панель приборов, регулируя мощность подаваемого тока, и сосредоточенно смотрел на особый циферблат – светло-сиреневый с темно-фиолетовой стрелкой.

– По нулям.

– Увеличь напряжение.

Дух завопил, осыпая наблюдающих за его мучениями людей угрозами и проклятьями.

– Смертные! Вы не представляете, что вас ждет! А-а! Вр-аа!