Сказки для взрослых

Ну все, хватит о лирике, пора перейти к главной теме. Сегодня Мать Красной Шапочки спешила. Ей, во что бы то ни стало, надо было успеть за обеденный перерыв посетить церковь, и зайти еще кое-куда отнюдь не из праздного любопытства.

Вторая часть вояжа была даже поважнее, но устоявшейся привычке женщина решила не изменять. Любое дело лучше начинать с молитвы, чтобы в нем сопутствовала удача. А в том большом предприятии, которое она собиралась затеять, без посторонней помощи ей было не обойтись.

Наспех помолившись и попросив у бога содействия, добрая женщина покинула расположение церкви и свернула на другую улицу. Долго путешествовать ей не пришлось. В сказочном городке, под который подошел бы любой чистый провинциальный городок, все было расположено близко.

Поэтому в нем не водились скрипучие разъездные кареты, привычные для мегаполисов. Зато наш городок имел другие удобства, а именно: компактность, доступность, и отсутствие жертв ночного криминала. Добавьте к этому прямо-таки нереальную чистоту, когда газоны «причесаны» травинка к травинке, и вы получите общее представление о сказочном городке. Сами его жители по привычке этого не замечали. Как не замечала и Мать Красной Шапочки, отягощенная грузом рутинных забот.

Проследуем за ней, чтобы не упустить из виду одну из наших главных героинь.

= 3 =

Мать Красной Шапочки подошла к небольшому опрятному зданию, где, кроме других контор, находилась еще и адвокатская контора. Входная дверь была приоткрыта, поэтому добрая женщина без стука вошла во внутрь. Далее, следуя указателям, развешанным на стенах, она поднялась на второй этаж. Там она практически сразу нашла нужную дверь с медной табличкой.

На табличке недвусмысленно было выгравировано: «Адвокатская контора «Адвокат &Адвокат со товарищи». Это чтобы посетители у двери заранее знали, с кем им придется иметь дело. Подразумевалось, что вывеска настраивает клиентов на почтительный лад. То есть, они сразу должны были догадаться, что попадут на прием не к какому-то практику-одиночке, а как минимум к двум практикам, за спиной у которых стоит организация почище масонской ложи.

Мать Шапочки, никогда раньше не бывавшая у юриста, запнулась. Он слегка оробела, когда представила себе, что зайдет в просторную залу, где с перьями за ухом сидит компания занятых людей. Не обернуться ли они, и не посмотрят ли все сразу на нее, отчего ей захочется тут же уйти? Она немного поколебалась, но затем взяла себя в руки, и робко постучала в дверь. Тук, тук.

– Да, да. Войдите. – Услышала она из-за двери приглушенный мужской голос.

Женщина толкнула дверь, которая нехотя и бесшумно открылась. Ей показалось даже, что при входе в дом не пришлось прилагать столько усилий, сколько потребовалось, чтобы попасть в адвокатскую. Но она уже была внутри, а дверь мягко встала на место, чем еще больше усилила ее замешательство. Теперь путь назад был отрезан. И объяснения насчет того, что она, мол, ошиблась адресом, выглядели бы нелепыми. Ну, чему уж быть, того не миновать. Добрая женщина заставила себя робко поздороваться:

– Здравствуйте, господин адвокат.

– Здравствуйте, здравствуйте, – вальяжно ответил тот, вынув толстую сигару изо рта. – Как я понимаю, у вас ко мне какие-то вопросы. Для начала садитесь. Прошу.

И Адвокат широким жестом указал ей стул с резными ножками, с сидением и спинкой, обитой зеленой кожей. Добрая женщина уселась на него и отметила в уме, что на таком стуле она просидела бы сколько угодно. Удобный, мягкий, не то что деревянные стулья у нее дома. Стул прямо втягивал в себя посетителя, чтобы затем долго его не отпускать.

Мать Красной Шапочки постаралась все же не утонуть в нем. Она выпрямила спину и свела колени вместе, как прилежная ученица. А свою сумку она положила на колени, расстегнув ее на всякий случай. Ведь неизвестно, как скоро придется расплачиваться с адвокатом. Только после этого она подняла глаза и разглядела Адвоката получше.

* * *

Он произвел на нее странное впечатление. На вид Адвокат был солидным, и вместе с тем никаким. Человек неопределенного возраста, опрятно одетый, с совершенно незапоминающимся лицом. Правда, его нынешний туалет утверждал, что в этот жаркий день хозяин решил отойти от официоза.

Непременный адвокатский парик висел вместо шляпы на вешалке, а на груди не было жабо из тонких кружев. Его Адвокат видимо снял, чтобы ему легче было дышать. Во рту у Адвоката торчала дорогая заморская сигара, тлеющая сама по себе. А в руках он вертел тонкий полированный хлыст с расплющенным кожаным наконечником на конце. Мать Красной Шапочки догадалась, что мужчина держит в руках мухобойку.

Когда еще был один, Адвокат лениво курил сигару, напевая себе под нос фривольную песенку:

Жозефина-фина-фина,

Наконец нашла умного осла.

В самом старом королевстве,

Самого упрямого осла!

Песенка была ни к чему, он случайно услышал ее на базаре. Но она так удачно прилипла к языку, что не опускала Адвоката уже второй день. В такт песенке Адвокат помахивал мухобойкой, будто смычком, управляя воображаемым оркестром на потолке:

Жозефина-фина-фина…

При этом Адвокат, которому в одиночестве не было нужды притворяться, сидя в кресле, положил ноги в кожаных ботинках на стол. Эту его позу тоже можно было расценить как благодушие.

Когда к нему постучалась Мать Красной Шапочки, он быстро убрал ноги, и опустил ниже стола руку с мухобойкой. Когда же она к нему вошла, Адвокат перестал прятать под столом руку, из чего следовал вывод, какое значение он придает будущей беседе.

Адвокат, с его проницательностью и жизненным опытом, вполне мог бы работать в ломбарде. Он с первого взгляда определил, что с этой клиенткой каши не сваришь. Но, работа есть работа.

– Слушаю вас, мадам.

= 4 =

Мать Красной Шапочки откашлялась про себя, не зная с чего начать. Она сначала робко, а затем уже и смелее оглядывалась по сторонам, чтобы привыкнуть к незнакомому помещению. Теперь, кроме непосредственно самого Адвоката, в глаза ей стали бросаться мелочи, красноречиво обрамлявшие его быт.

Вешалка, со виду из красного дерева, чернильница, поддерживаемая на весу медным ободком с тремя гнутыми вензелями, пенал, из которого торчали белоснежные гусиные перья, массивное пресс-папье; все это придавало нейтральному субъекту, сидящему напротив нее, некую важность.

Надо сказать, что сделаны вещички были недурно. И Мать Красной Шапочки невольно зауважала хозяина кабинета, собравшего их у себя. Впрочем, она сразу скисла, когда представила, что за такое мещанское уважение ей тоже придется доплатить.

– Мада-а-м. Слушаю вас. – С нетерпением повторил Адвокат, которого чужое молчание начинало нервировать.

– Я пришла к вам для того, чтобы проконсультироваться, – тихо вымолвила добрая женщина, тщательно выбирая слова перед тем, как произнести. – Понимаете… м-м-м… у меня есть одна проблема…

– Понимаю, – по-отечески поддержал ее Адвокат. – Я здесь как раз для того и нахожусь, чтобы решать проблемы своих клиентов. Смелее, не стесняйтесь. Представьте себе, что вы на исповеди. Чем больше и точнее вы мне расскажите о своей проблеме, тем быстрее я смогу вам помочь.

В адвокате, который уже махнул было рукой на скромную во всех смыслах визитершу, взыграло профессиональное честолюбие. Он строил с ней разговор так, как будто она была для него долгожданным VIP-клиентом. В конце концов, нельзя расслабляться по этой жаре. А то когда действительно повезет, и воображаемый VIP-клиент заглянет к нему в контору, можно с непривычки нахамить и ему, одурев от безделья и скуки.

– У меня есть мать, – продолжила бодрей Мать Красной Шапочки. – Зовем мы ее Бабушка. Так вот, Бабушка живет отдельно от нас в загородном доме в лесу. Дом очень хороший, дорогой. Там, правда, на стене появилась трещина, но это не важно. Дом все равно хороший.

– Ну-ну, продолжайте, – поощрительно кивнул Адвокат, для которого из тумана начали проступать контуры чужой проблемы. Ну конечно: мать, дом, кадастровый участок, имущественный спор между хозяйкой дома и … Стоп! Вот он попался первый сорнячок.

– Постойте, вы сказали «мы». Кто это «мы»? – сам себя перебил Адвокат. – У вас что, есть брат или сестра?

– Да нет же, нет. У меня есть дочь – Красная Шапочка. Братьев и сестер у меня, слава богу, нету. – Отчиталась перед Адвокатом Мать Красной Шапочки.

– То есть, – ухватился за мысль Адвокат. – Вы единственная наследница первой категории. Ведь так?

– Да, да. Вы правильно сказали. Я единственная наследница. – Поспешила ответить добрая женщина, как будто адвокат мог передумать и добавить в наследницы первой категории кого-то еще.

– Ну вот видите, как вам повезло, – сделал дежурный комплимент Адвокат, и не желая дольше терять время взял сразу быка за рога. – Как я понимаю, у вас с вашей Бабушкой конфликт по поводу наследства?

Мать Красной Шапочки молча кивнула.

– Скажите, – подчеркнуто любезно задал вопрос Адвокат. – А существует ли в природе бабушкино завещание? И как вообще Бабушка себя чувствует?

– Да она-то неплохо себя чувствует. Ей-то что. Всю жизнь жила в свое удовольствие, ни в чем себе не отказывала. Не то, что я, – работаю как вол, с утра до ночи, без личной жизни и выходных.

Мать Красной Шапочки достала из сумки платок и промокнула им влажные глаза. Она сама не ожидала от себя такой сентиментальности.

– Понятно, – разочаровано протянул Адвокат, загрустивший совсем по другому поводу. – Насколько я понял, завещание на вас если и есть, то в наследные права вы вступите нескоро. Или, может быть, вы боитесь, что Бабушка совсем оставит вас без наследства?

Адвокат оказался мастерски точен. Одним вопросом он вскрыл гнойник, который давно нарывал у женщины в душе. В ответ она выпалила скороговоркой:

– Да, боюсь. То есть, нет, не боюсь. То есть, боюсь, но не за себя. Она обещала, что отпишет дом и участок на внучку, ее она очень любит. Меня Бабушка не любит. Я всегда ей мешала вести распутную жизнь. А я все равно боюсь. Вокруг нее постоянно увиваются какие-то проходимцы. Она им, конечно, не нужна, кому нужен мешок с костями. Зато от ее имения ни один дурак не откажется. Охмурят они ее, женят на себе. Что мне тогда прикажете делать?

= 5 =

Опасения доброй женщины были отнюдь не напрасны.

Следом Адвокат наговорил ей таких гадостей из гражданского кодекса, что у нее буквально потемнело в глазах. У Матери перехватило дыхание. И Адвокат был вынужден встать из-за стола и поднести ей стакан воды. Мать Красной Шапочки выпила воды, отдышалась и завела пластинку по-новой:

– Я знала, знала. Любой альфонс с улицы может оставить меня с дочерью без гроша за душой. А ведь девочка растет. Ей скоро замуж, нужно приданое. Про себя я молчу. Мне уже ничего не нужно. Но, что же делать? Неужели нельзя как-то застраховаться?

– Успокойтесь, – миролюбиво предложил ей Адвокат. – Даже если она внезапно женится, у вас все равно останутся права на часть наследства. Его тогда придется делить. Скорее всего, по суду. А чтобы вас не обделили в суде, вам нужен хороший защитник.

– И сколько стоят услуги такого хорошего защитника? – выдавила из себя Мать Красной Шапочки, опустив глаза. Она смирилась с тем, что этого вопроса не избежать. Но все равно его страшилась.

– Ну, как вам сказать… Конечно, они стоят денег, – оправдывался Адвокат. – Но бесплатный сыр бывает сами знаете где. Так, без адвоката, вы потеряете гораздо больше. А если вы воспользуйтесь услугами нашей адвокатской конторы, мы сделаем все, чтобы отстоять ваши интересы. Я вам сейчас примерно напишу что почем. Но не отчаивайтесь, возможны скидки.

Здесь в разговоре повисла томительная пауза. Мать Красной Шапочки сосредоточено ждала ответа, а у Адвоката не получалось держать непринужденный тон. Наконец, он не очень ловко вытащил из пенала перо, обмакнул его в чернильнице, и со скрипом чиркнул что-то на маленьком клочке пергамента. Не гладя на добрую женщину прямо, Адвокат осторожно пододвинул вольную записочку поближе к ней.

Когда Мать Красной Шапочки увидела цифру с четырьмя нулями, ей грешным делом показалось, что Адвокат тоже хочет жениться на Бабушке. Да, да, жениться, и всерьез претендовать на долю ее имущества. Женщина открыла было рот, но так ничего не произнесла. Ей сразу стало все ясно. Адвокат, который в это же время внимательно изучал свои ногти, краем глаза никак не мог уловить настроения собеседницы.

– И это все? – вдруг неожиданно для себя ляпнула Мать. Ее повело куда-то в сторону. Больше всего ей хотелось бы сейчас покинуть кабинет Адвоката без лишних слов. Но женщина не знала, как вырваться из неудобного положения, куда она отчасти загнала себя сама.

– Да-а-а…, – неуверенно подтвердил Адвокат, истолковавший ее реакцию превратно. Он лихорадочно соображал, как бы не продешевить, и вместе с тем не отпугнуть клиентку. – В основном, все. Таковы расценки на судебную защиту средней сложности. Хотя в исключительных случаях, конечно, возможны коррективы по обоюдному согласию.

Мать Красной Шапочки, казалось, не слушала Адвоката. Она о чем-то напряженно размышляла, судя по зрачкам, которые коротко ходили вправо-влево. Сбитый с толку Адвокат не счел нужным вмешиваться в ход ее мыслей. Он ждал, пока с ее стороны будет хоть малейший предлог.

* * *

Однако предлог долго не давал о себе знать. Женщина, чем дольше думала, тем сильнее менялась в лице, но все равно оставалась безмолвной. Наконец, к глубокому облегчению Адвоката, Мать Красной Шапочки спросила его:

– Скажите, на ваш взгляд, я смогу победить Бабушку в борьбе за наследство?

Она говорила уже достаточно откровенно, не прикрываясь больше одними лишь интересами Красной Шапочки. Внезапная перемена настроения сильно подействовала на Адвоката. Тот решил, что не должен упускать такой момент.

– Конечно, сможете. Нет, я не страховая компания, и не собираюсь морочить вам голову. Но обычно выигрывает тот, кто готов добиваться победы. Кто не рискует, тот не пьет шампанского! – попытался выставить себя эдаким шалопаем Адвокат.

Мать Красной Шапочки в ответ вздохнула:

– Вы не знаете Бабушки. У нее везде могут быть связи.

– Ах, связи, – спохватился Адвокат. – Ну это ничего, дело поправимое.

Он потянулся через стол и пером удвоил на записке сумму своего гонорара. Мать Красной Шапочки машинально кинула записку к себе в сумочку, скрипнула молнией, и наконец взглянула Адвокату в лицо.

– Мне надо идти, – просто и без обиняков сказала женщина. – Я устала. Позвольте, я пойду.

– Да, да. Пожалуйста. – Адвокат поднял ладони вверх, как нашкодивший баскетболист. – Желание клиента для нас закон. Когда надумаете, приходите.

– Спасибо.

Добрая женщина открыла кошелек, отсчитала ровно три медные монеты, положенные Адвокату за прием, и наклонилась вперед. Адвокат небрежно взял у нее деньги и, не считая, бросил их в стол.

Прежде чем Мать Красной Шапочки покинула кабинет Адвоката, тот заставил ее еще раз чиркнуть молнией и спрятать визитку с указанием адреса адвокатской конторы и его данных. После этого они расстались. Адвокат проводил женщину до лестницы. Затем он вернулся в кабинет, зажег потухшую сигару и безнадежно упал в кресло.

«Ну вот, опять в пролете, – тоскливо подумал Адвокат. – Приходят такие вот сироты, сморкаются в тебя, как в платок, а толку никакого».

Мать Красной Шапочки, тем временем, успела перейти на другую сторону улицы. С Адвокатом она ни о чем не договорилась, и уже не гадала, что когда-нибудь еще к нему придет. Но она отнюдь не считала их встречу пустой. Адвокат пригодился хотя бы тем, что избавил от иллюзий. Теперь добрая женщина не сомневалась, что никто чужой ей не поможет. И эта простая мысль стимулировала в ней решимость.

Мать Красной Шапочки еще не знала как, но уже твердо решила для себя, что будет бороться за бабушкин дом. Причем, бороться сама, без посредников. И на душе у неё от этого стало немного легче.

3. Дом с мезонином.

Так что же это за дом, вокруг которого началась тихая юридическая возня?

С одной стороны, дом как дом, ничего особенного. Снаружи обыкновенный 2-х этажный кирпичный особняк в дачном поселке, расположенном в 5 километрах от сказочного городка. Точнее сказать, все-таки не дом, а дача, поскольку к нему прилагался фруктовый сад на несколько соток, место под оранжерею и неработающий фонтан с античной скульптурой во главе.

Участок вокруг дома был огорожен высоким железным забором, с остриями, стилизованными под лилии французского королевского двора. Добавим к этому, что дорожки внутри дачи были выложены из бурых булыжников, специально подогнанных друг к другу.

И наконец, если внимательней присмотреться со стороны, от нас не ускользнет маленькая круглая башенка, органично встроенная в здание. Сверху она сильно не выпирала, и не кажется лишним элементом в строгом архитектурном контуре. Скорее, это деталь, одна из тех, что придает любому загородному дому недостающую индивидуальность.

Все это уже кардинально меняет дело. Дом, значит, уже не просто дом, а усадьба. То бишь, это целое состояние, ценимое еще со времен Христа. Теперь понятно, отчего Мать Красной Шапочки ходила к Адвокату. Потерять его по воле родителя, такого и врагу не пожелаешь. Поэтому не будем сразу обвинять ее в корысти. Кто знает нас самих, сунь нам под нос подобное искушение.

Единственным недостатком Бабушкиного дома было то, что дорога к нему, и ко всему дачному поселку, пролегала сквозь лес. И она была не прямой, а извилистой. Путешествовать туда-обратно по ней лучше было при свете дня, чтобы не подвергать себя чрезмерным волнениям. В лесу давно перевелись хищники. Но суеверный страх перед ним создавал ощутимый барьер между сказочным городком и деревней.

Однако, что мы все о доме, и о доме. Пора бы уже поинтересоваться, как там поживает его хозяйка – Бабушка. О ней мы едва не забыли, пока скрупулезно оценивали загородный дом с тетрадкой в руке.

= 2 =

Спешу вас успокоить, Бабушка ничуть бы не обиделась, узнай она про наш интерес к дому. В этом смысле у нас с ней оказалось бы много чего общего. Бабушка сама, если не вспоминала о внучке, могла часами говорить о своем доме. А именно: как тяжело он ей достался, и каких усилий требовал, чтобы его содержать.

Она обязательно бы пожаловалась, что превратилась в его придаток, вместо того, чтобы наслаждаться всеми положенными удобствами. Мы бы, наверное, восприняли это за шутку, дескать: богатые тоже плачутся. Но Бабушке уж точно было не до шуток. Сейчас вы сами узнаете почему.

От бабушкиного дома в лес вела тропинка, которая уже лесу разделялась еще на несколько троп. Бабушка давно грозилась ее заасфальтировать и превратить в настоящую дорогу, как и разбить около усадьбы поле для гольфа. Но у нее, пардон, не доходили до этого руки.

То сначала она строила лодочную станцию на речке. И потом еще долго судилась с соседями, категорически возражавшими против будущей станции. То стена ее кирпичного дома давала трещину, и все бабушкины силы шли на укрепление просевшей стены. Какие-то мелочи постоянно мешали ей воплотить в жизнь планов громадье.

Бабушке, с ее активной деятельной натурой, наверное, следовало бы родиться дедушкой. Но природа рассудила иначе. Она загнала в слабую женскую оболочку вулкан из задумок, желаний и всевозможных проектов, которые Бабушка тут же бралась претворять в жизнь.

Жаль только, что по мере их воплощения, всегда возникали какие-то проблемы. Они, как паразиты, впивались в светлую мечту, не давая ей реализоваться в задуманной красоте. И Бабушка, которая мыслями вечно была за горизонтом, вместо того, чтобы возводить новое, опять остервенело воевала со старым.

Вместо обустройства площадки для гольфа, она была вынуждена по решению суда отодвигать лодочную станцию на 20 метров вниз по течению реки (что, якобы, затрудняло соседям доступ к воде). Вместо строительства асфальтированной дороги в лес, Бабушка возилась с треснувшей стеной, что оказалось делом совсем нелегким.

Инженеры-специалисты, приглашаемые ею, каждый раз цокали языками и горестно сокрушались. Они в один голос утверждали, что если бы Бабушка вызвала их раньше, когда закладывался фундамент, все было бы в полном ажуре. А теперь, видите ли, так как дом стоит на зыбучих песках, ничего уже не поделаешь.

Нет, их профессиональная гордость не позволяет оставить такое безобразие в покое. И если Бабушка готова хорошо заплатить, они попробуют что-нибудь сделать. Но, разумеется, без претензий с ее стороны в случае чего. Ведь наша жизнь вообще непредсказуема. Даже страховая компания вряд ли застрахует вас, мадам, от любых форс-мажорных обстоятельств.

После откровений потенциальных спасителей Бабушке оставалось искренне недоумевать, как ее дом вообще стоит и не падает. И как эти самые зыбучие пески его еще не поглотили. Проблема с одной из стен действительно была. Но строители-эскулапы, не особенно вникая в нее, сразу же принимались обрабатывать Бабушку, дабы набить себе цену. И еще они заранее готовили пути отхода на тот случай, если все пойдет вкривь и вкось.

Бабушка, которая плохо понимала в строительстве, но неплохо разбиралась в людях, гнала их всех вон. Поэтому треснувшая стена долго была бесхозной, пока, наконец, Бабушку не посетил представитель одной строительной фирмы. Он не причитал, не ругал своих бездарных коллег, соорудивших здание, а ходил вокруг стены, и что-то внимательно писал в блокнот. С собой он принес диковинный инструмент на треноге, какой-то, видимо, глазомер. Гость несколько раз смотрел сквозь него на стену, прежде чем в блокноте что-то себе пометить.

Его поведение, настоящее или искусно разыгранное, так покорило Бабушку, что она решила остановить свой выбор на этом человеке. Тот озвучил прайс (не очень высокий) за услуги фирмы, предложил Бабушке для ознакомления контракт на 10 страницах. После этого он скрылся до послезавтра с обещанием в следующий раз приехать с работником. Слава богу, дело сдвинулось с мертвой точки, чему Бабушка была несказанно рада.

* * *

В обещанный срок представитель фирмы действительно приехал с работником, который нес на плече сумку-баул, набитую разными инструментами. Работника оставили пока ночевать в подсобке бабушкиного дома. А хозяйка и курьер хлопнули по рукам, перед тем как разойтись.

Уходя, представитель наскоро обещал прислать телегу с кирпичами и цементной смесью. Бабушка же, которая внесла 90% предоплаты за работу и материал, стала ожидать часа, когда ее стену наконец начнут ремонтировать.

Гонца из фирмы, сосватавшей Бабушке наемного работника, нельзя было назвать чистым мошенником. Просто он и его невидимые боссы по-разному понимали с Бабушкой суть договорных отношений. Бабушка имела в виду ремонт стены. А ее деловые партнеры – услуги за предоставление специалиста, оформившего такие отношения, включая выезд на дом, поставка строительных материалов и лесов, и пожелания успеха в будущем.

При этом боссы гуманно разрешили Бабушке не оплачивать заранее труд их сотрудника, которому и суждено будет заниматься ремонтом. Более того, они даже посоветовали за ним приглядывать, чтобы тот не натворил чего-нибудь страшного.

Спасителем бабушкиного дома оказался гастарбайтер из Украины: некто Владимир Вовк.

По натуре Вовк был словоохотливым или даже болтливым малым. Своим новым знакомым Вовк заявил, что он одессит. Хотя Бабушка, отобравшая у него синий паспорт с вычурным трезубцем, ему не поверила. Она лично убедилась, что живет гастарбайтер в Житомире. Оттуда он и приехал, судя по железнодорожному билету.

Но вступать с ним в прения Бабушка не стала. Кто их знает, этих одесситов. Быть может, и такие в природе есть. Житомирские. К тому же происхождение работника интересовало ее в последнюю очередь. Был бы мастер исправный, стену бы починил как надо, а все остальное – ерунда.

Но Вовк не унимался. Он балагурил, сверкал глазами и отпускал плоские шутки, над которыми первым же начинал гоготать. Неизвестно, каким он был одесситом, но оптимистом Вовк точно был. Хотя он и не блистал умом, как положено. Этот смуглый долговязый человек, с черными глазами и кучерявым волосом, без паспорта вообще напоминал цыгана. Только его поведение и характерный украинский говорок свидетельствовали в другую пользу.

Бабушка, которая уже поняла, что с подвохом заключила договор с подрядной организацией, поначалу отнеслась к Вовку настороженно. Однако, спустя некоторое время она была сбита с толку его бахвальством. На словах Вовк ничего не баялся. Его не смутила кривая трещина в стене, так удручавшая заезжих инженеров. Вовк еще обещал разобраться с зыбучими песками и ошибками в строительстве. Он готов был сделать все быстро и здорово, как он это обычно делает.

Бабушка еще колебалась, верить ли ему на слово. Дабы развеять эти сомнения, Вовк попросил хозяйку накрыть на стол, чтобы откушать в ее приятном обществе в беседке, устроенной в саду. Бабушка, которая перенервничала и изголодалась не хуже Вовка, сочла эту мысль весьма неплохой.