Сказки для взрослых

Но нет, это был легкий обман. Если присмотреться внимательней, портрет достоин восхищения. Художник, так мастерски изобразивший вульгарность, был тонким виртуозом живописи. А женщина, служившая натурой, не зря вдохновила его на рисунок. В ней чувствовался характер, сильный, и вместе с тем женский, способный воспламенить страсть. Портретом художник раскрыл эту женщину, возможно ни разу до нее не дотронувшись. Теперь, благодаря нему, любой, кто видел ее впервые, желал бы, чтобы она сошла с холста и протянула ему руку.

Охотник еще долго стоял бы, уперевшись в портрет. Но звонок заставил его вздрогнуть и прийти в себя.

Когда он вернулся к лестнице, суета внизу шла полным ходом. Девушка и женщина в годах расхаживали в прихожей, а точнее, первая следовала за второй, которая в свою очередь хмурилась. Широко раскрыв глаза, девушка с заговорщицким видом о чем-то ей громко шептала. Но та отмахивалась в ответ, как от чего-то несерьезного.

– Я тебе говорю Бабушка, у нас дома полицейский. Он хочет тебя видеть и даже не сказал, зачем.

– Мне полицейский не нужен. – Отрезала Бабушка. – Я его не вызывала.

– Простите, – вмешался в их разговор Охотник. – По роду службы мне часто приходится посещать людей без вызова. Нам нужно с вами поговорить, мисс Бабушка. Скоро вы сами все поймете.

Бабушка и ее внучка разом подняли головы вверх. Девушка слегка покраснела, будучи уличенной в попытке сплетничать, но Бабушка не выразила ничего, кроме неудовольствия. Охотник тоже с неудовольствием отметил про себя, что выглядит Бабушка не очень, особенно на фоне свежей внучки. Дама бальзаковского возраста или чуть старше того в кружевном чепце и без очков (их ей заменяли контактные линзы). С девушкой он болтал бы хоть целый день, без должной причины и повода. А с Бабушкой решил ограничиться строгой беседой минут на 10-15, не больше. Чтобы не выпустить инициативу из рук Охотник спустился на первый этаж, и предложил Бабушке отойти в сторону.

* * *

Как ни старалась любопытная сеньорита быть рядом, к каким бы уловкам она не прибегала, Бабушка запретила ей присутствовать при разговоре. Она дала обиженной внучке денег на мороженое и ласково, но настойчиво выпроводила ее за дверь. Затем она уселась напротив Охотника за гостиным столом.

– Мадам, – официально начал Охотник. – Меня привело сюда отнюдь не праздное любопытство. Скажите, как часто вы ходите в лес?

Бабушка наморщила лоб. Она не могла понять, куда клонит этот полицейский.

– Да так, не то чтобы уж очень часто. От случая к случаю, или по нужде.

– И по какой нужде, позвольте вас спросить? – не унимался Охотник.

– На что вы намекаете! Я женщина небедная, у меня все удобства дома.

– Да вижу, – решил не обострять отношения Охотник. – Дом у вас действительно замечательный.

Наверное, он перестарался, поскольку его собеседницу тут же потянуло на откровения. Охотник и сам не подозревал, что затронул больную для нее тему. Бабушка, которая домом все же гордилась, не преминула пожаловаться ему на бессовестных подрядчиков, желающих получать деньги ни за что, на горе-работника с отменным аппетитом, повисшего у нее на шее, и еще на много разных обстоятельств, мешающих ей нормально жить. Свои причитания она разбавляла словами: дескать, куда полиция смотрит. Почему не призовет к ответу мошенников, и все такое.

Охотник поежился под напором собеседницы и напрочь забыл о цели своего визита. Надо признать, собеседница умела завладеть чужим вниманием. Теперь уже не она отвечала на его вопросы, а он старательно подбирал нужные слова, чтобы не уронить имидж полиции. Ну а поскольку Охотник был неглупый малый, ему удалось перевести беседу в более мирное русло. В какой-то момент Охотник и Бабушка занялись обсуждением спиртных напитков. Здесь Охотника ждал еще один неприятный сюрприз.

Оказалось, что Бабушка, которую он записал в провинциалки, лучше него разбирается в алкоголе, особенно в алкоголе дорогом. Охотник, считавший самым крутым вином венгерский «Рислинг», и не пробовавший другого коньяка, кроме армянского, «поплыл», когда Бабушка прочитала ему лекцию о достоинствах и недостатках ведущих спиртных марок. Бабушка говорила, как профессиональный дегустатор, не стесняясь в выражениях и невзирая на этикетки. Если она хвалила напиток, то только по делу, если ругала, то неспроста. Закончила она экскурсию в мир жидких градусов неожиданно:

– … и вообще, скажу тебе откровенно: если хочешь напиться, пей водку, а если посмаковать – коньячный спирт с кондитерской фабрики. Он приятнее, чем «Метакса». «Наполеон» сложный, к нему еще надо привыкнуть. «Хеннесси» хорошо идет с сигарой, а «Джонни Уокера», хоть красного, хоть черного, вообще лучше не открывать. Чистому самогону он и в подметки не годен.