Развод. Право на счастье

— Да пошел он в жопу со своим моральным ущербом, — вспылила я, стукнув чашкой о стол. — Я в «Avis» не по блату пришла, а значит, и новую должность найду без протекции бывшего любовника. Иначе распишусь в собственной несостоятельности.

— Ладно, тише, не кипятись. Делай как знаешь, — кажется, вино таки подействовало на Лизу. Она сама утихла и меня начала успокаивать. На нее алкоголь всегда действовал как хороший транквилизатор. — Кстати, а что там за баулы в гостиной?

— Даэто я шкаф чистила. Все свои костюмы выгребла. Отвезу завтра в комиссионку.

— Слава тебе, Господи, — Лиза возвела глаза к потолку и сложила руки в молитвенном жесте. — Хоть одна радость от этой ситуации.

— Да ладно тебе, — не сдержала я улыбки. — В последний месяц я этот ужас почти и не носила.

— Но держала его дома, — подруга обвиняюще ткнула в меня пальцем. — Давно пора избавиться от этого тряпья. И накупить обновок не помешает. Давай устроим шоппинг в следующее воскресенье? К тому времени, думаю, получишь расчёт.

— А давай, — пожала я плечами. — Надо же в чем-то на собеседования ходить.

— Значит, договорились, — Лиза хлопнула в ладоши, а потом вдруг замерла, склонив голову набок. Судя по загоревшимся глазам, ее посетила какая-то супер-удачная идея. — Дашунь, а оставь один из своих костюмов, а ? Самый уродский. Тот коричневый, например, который тебя полнил на два размера.

— Зачем? — округлила я глаза.

— Затем. — хитро прищурилась Лиза. — Устроим тебе ритуал перехода к новой жизни.

— Лиз, ты чего удумала? — зная богатую фантазию подруги, я даже предположить не могла, что пришло в ее светлую головку. И от этого стало вдвойне любопытно.

— Потом узнаешь. И не спорь, раньше времени ничего не скажу. — Лиза налила в свой бокал остатки вина. — А сейчас давай чокнемся, что ли, Дашка. Пусть и кружкой с чаем, пофиг. За твою новую жизнь дорогая моя! За новую работу, новый имидж и отсутствие мудаков в радиусе ближайших километров.

— За мою новую жизнь, — чокаясь кружкой с подругой, я надеялась, что ее пожелания сбудутся.

Особенно в той части, что касалась мудаков. Их мне точно не нужно. Спасибо Дементьеву, наелась досыта.

Глава 6

Следующие дни не принесли с собой ничего нового. Я безвылазно сидела дома, пытаясь справиться со сложившейся ситуацией. Понимала ведь, что нельзя вечно валяться мешком на кровати и втыкать либо в телевизор, либо в потолок. Хотела встряхнуться и начать двигаться. В движении легче переносить свалившиеся проблемы.

Но понимать — это одно, а начать действовать совсем другое дело. Не зря ведь говорят, что самый трудный шаг — первый.

И мне было неимоверно сложно его сделать. Наверное, потому, что в глубине души хотелось верить, что все это лишь дурной сон, от которого Ник меня избавит, разбудив жаркими поцелуями.

Или выяснится, что все произошедшее внезапно окажется ошибкой, недоразумением или вынужденной мерой. Представлялось, что вот-вот Никита постучит в дверь, войдет и обнимет, извинится и объяснит ситуацию. И все у нас будет хорошо.

Конечно, ничего такого не произошло и произойти не могло, но меня все глубже затягивало в эти опасные иллюзии. В них мне было уютнее, спокойнее и не так болело сердце. Поэтому я и не шевелилась лишний раз, боясь нарушить свой болезненный покой.

Мысль о том, что надо идти в офис и забирать документы, закинула в самый дальний уголок сознания. Поскольку знала, что это поставит окончательную точку и в моей карьере в «Avis», и в наших отношениях с Дементьевым.

А я не могла так быстро обрубить все нити. Несмотря на боль и обиду, душа все еще надеялась на что-то. Поэтому я как страус засунула голову в песок.

Пытаясь спрятаться от не самой приятной действительности, валялась на диване, перекусывала бутербродами и чаем и смотрела телик. Даже в магазин не спускалась, продукты заказывала онлайн. А еще я спала. Не знаю, стресс ли это сказывался, зимний авитаминоз или что-то другое, но меня нереально клонило в сон.

Из спячки меня вырывал голод, желание сходить в туалет или звонки Лизы. Подруга все пыталась надавать мне люлей, чтобы я очнулась и прекратила хандрить.

И ей в конце концов это удалось. Вечером в четверг я уже немного ожила и начала более-менее сносно соображать. А после плотного ужина и знатной прочистки моих мозгов, мы вместе с Лизкой правили мое резюме и искали места, куда можно было бы его разослать.

Все-таки терять время было нежелательно. Да, у меня были сбережения на первое время, но не сказать чтобы много. А на шее висела ипотека, за которую надо было платить каждый месяц немаленькую сумму. И банк точно не будут интересовать мои личные драмы, если я вовремя не внесу очередной платеж.

Так что нагоняй от лучшей подруги пришелся как нельзя кстати. Как говорится, иногда шаг вперед – это результат хорошего пинка под зад. В моем случае это было именно так.

***

В пятницу утром я окончательно дозрела до стадии принятия. Последние частички розовых очков разлетелись мельчайшим крошевом, и я смогла побороть вредоносные мечтания.

Пришла пора посмотреть правде в глаза. Никита попользовался мной как куклой и выбросил, как только наигрался.

А я повелась, как последняя идиотка, поддалась его напору и своим чувствам. Сама виновата, что уж там. Знала какая у Дементьева репутация, и все равно позволила затащить себя в койку. Нашла кому верить.

Только плакаться уже поздно, я сама себе злобный Буратино. Ввязалась по дурости в запретные отношения, получила жестокий урок, но назад уже ничего не вернешь. Время вспять никому не дано поворачивать. Остается только расхлебывать последствия.

И самое первое из них — это с высоко поднятой головой прийти на работу и забрать документы. Наплевав на косые взгляды и пересуды за спиной.

Сказать, конечно, было проще, чем сделать, но и выбора у меня не было. Одевалась я долго и тщательно, зная, что будут обсуждать мой внешний вид вплоть до трусов. Прошерстив то, что осталось в шкафу, надела платье с цветочными мотивами и полусапожки в тон. Волосы собрала во французскую косу, на лицо пришлось наложить побольше макияжа, чтобы скрыть мешки под глазами и излишнюю бледность. Вроде бы получилось сносно.

Пока ехала в метро, успела мысленно приготовиться к неприятным встречам и разговорам. Хотя надеялась, что обойтись удастся малой кровью и до скандала не дойдет.

Отчасти мне повезло, народа в коридорах было не так уж много, а те кто попадался, были заняты своими делами и на меня внимания не обращали. Но и без неприятных встреч не обошлось.

В вестибюле второго этажа меня остановила Люська из бухгалтерии. Смерила самодовольным взглядом и ядовито процедила:

— Что, недолго твое краденое счастье длилось, Дашечка? Пролетела как фанера над Парижем? А планов-то наверное настроила уже, змеюка?

— Оставь меня в покое, — ругаться в мои планы не входило, поэтому я просто попыталась обойти Шевцову стороной, но она схватила меня за руку, удерживая на месте.

— Ну нет, не оставлю. — прошипела в лицо. — Признавайся, что ты там себе надумала? Что Дементьев тебя замуж возьмет? Да ты на себя посмотри! Где ты, и где Илона? Ты даже при макияже выглядишь как курица ощипанная. Ни рожи, ни кожи. Вообще не понимаю, как наш красавец на тебя повелся. Подпоила, что ли, его?

— Ты по себе-то не суди, — вырвала руку из захвата. Клянусь, я не хотела скандала. Люська сама нарвалась. — Ты уже не первый год за ним бегаешь. Кто на прошлом корпоративе тряпкой перед боссом стелился? И идея подпоить шефа и залезть к нему в штаны только в твоей больной голове крутилась. Если не получилось реализовать, не надо на меня свои методы перекладывать.

— Вообще-то, я просто шутила тогда, — надула губы Люся. Хотя ни черта подобного, она бы пошла до конца, если бы шанс представился. — Шутить и претворить в жизнь — вещи разные. Да и вообще, я никогда не скрывала, что Никита мне нравится. А ты все святошу из себя строила, вечно глазки закатывала, осуждала всех и вся, ведь «я не такая, я жду трамвая». А в итоге как змеюка подколодная заползла к нему в постель. Как крыса последняя в щель просочилась… Тьфу на тебя…

— Да пошла ты, — бросила я ей, пытаясь пройти. Но Шевцова снова перегородила мне дорогу.

— На месте Илоны я бы сделала так, чтобы ты никуда больше не устроилась. Чтобы сгнила под забором. Ну или на панели бы загнулась. Там тебе самое место, шлюшка.

Лишь усилием воли сдержала себя. Хотя рука так и чесалась влепить ей затрещину. Понимала, что эта стерва сознательно провоцирует меня. Чтобы потом полить грязью и выставить себя пострадавшей стороной. За годы работы я прекрасно ее изучила и давно поняла какая она интриганка.

— А ты так хочешь на место Илоны? — хмыкнула я, переходя в режим самозащиты. По крайней мере, перед Люсей я точно ничем не виновата и не ей меня шлюхой обзывать. Сама она в свое время сознательно увела мужика у лучшей подруги.

Ну как увела. Сперва настропалила подругу, рассорила их. А потом, когда жена уехала к матери чтобы остыть, побежала утешать незадачливого муженька. Тот по пьяни и дал слабину. Когда все вскрылось, семья рухнула.

Но и Люсе не обломилось ничего, кроме одной ночи. Протрезвев, мужчина послал ее ко всем чертям. Это я узнала по секрету от одной общей знакомой. Мир бывает очень тесен. Отсюда, видимо, ее фетиши про спаивание. Мечтает хоть кого-то окрутить. Хотя почему хоть кого-то, от охранника Вити Шевцова нос воротит, ей нужен мужик при статусе и деньгах.

— Хочешь на ее место? Так вперед, пробуй, — махнула рукой в сторону лестницы. Кабинет Ника располагался на третьем этаже. — Может, что и обломится. Но я бы не советовала сильно надеяться. Ты тоже, знаешь ли, далеко не Мэрлин Монро. И да, смотри как бы тебя Илона поганой метлой не поперла. А теперь отвали, мне документы забрать нужно.

— Сука… — Шевцова больше не пыталась меня останавливать, но я слышала ее шипение до тех пор, пока не скрылась в кабинете, отведенном отделу кадров.

Там все прошло относительно быстро. Я забрала свои документы, поставила подписи, где нужно. Но потом Вера Степановна, с которой мы довольно хорошо общались, соизволила внести свою ремарку. Хорошо хоть, что в кабинете мы были одни в это время.

— Не ожидала от тебя такого, Даша, — осуждающе покачала она головой. — Ты же всегда была правильной. А отношения с женатым мужчиной заводить последнее дело. Только жизнь портить и себе, и другим. На чужом несчастье свое счастье не построишь.

— Даже хорошие девочки иногда совершают опрометчивые поступки. — пожала я плечами. Мне нравилась Вера Степановна, но каяться перед ней я не собиралась. — Не хотела я разбивать ничье счастье, так получилось.

— Эх, девочка, — вздохнула она. — Ты не думай, я ж не с целью тебя задеть говорю. Понимаю, как у вас все закрутилось. Многое в жизни повидала, знаю, как мужики умеют лапшу на уши вешать. Что жена такая-сякая, не любит- не понимает, и что брак угас. А наивные дурочки верят, в любовь с головой кидаются, а потом плачут… Нельзя так, Даша. Если мужику так плохо в браке, пусть сначала заканчивает отношения, а потом в другие лезет. А то им очень удобно, знаешь ли. Дома жена в качестве прислуги, плохая, но удобная, а любовница на стороне в качестве отдушины и десерта. Чтобы интереснее жилось.

— Ладно, Вера Степановна, мне пора, — пробормотала я. Не хотелось и дальше слушать нотации, тем более они не совсем подходили под мою ситуацию. Но в общем и целом женщина была права. Будет мне урок на всю жизнь.

— До свидания, Даша. Удачи тебе на новом месте.

Глава 7

После визита в отдел кадров быстро спустилась по лестнице и вышла наружу. По дороге никого из знакомых не встретила, и это меня очень порадовало. Свой запал на сегодня я исчерпала.

На улице мне сразу стало легче, будто бы с шеи тяжеленный камень упал. Вот и все, самый трудный шаг сделан. Прежние связи оборваны, а впереди предстоит долгий процесс по наведению новых мостов.

Хотя нет, не все еще закончилось. В кармане пальто лежали ключи от квартиры Никиты, и они буквально жгли мне руки, когда пальцы нечаянно касались металла.

Сначала я хотела отнести их в его кабинет, но передумала. Стычка с Шевцовой вызвала желание поскорее убраться из компании и ни с кем больше не пересекаться. Особенно с самим Дементьевым и его секретаршей, которая тоже бы попыталась по мне пройтись катком. Нет уж, с меня хватит этого дерьма.

Только что делать с ключами? Не выбрасывать же. И не просить Никиту приехать и забрать их самому? Помаявшись пару минут над этой дилеммой, решила на время отодвинуть ее в сторону и отвлечься. Хотя бы на то, что происходит вокруг.

Погода в городе стояла чудесная: солнышко не только светило, но еще и пригревало, а прохладный мартовский ветерок бодрил. После нескольких дней затворничества дико захотелось прогуляться, проветрить голову. А то сама себе стала напоминать старую кофту, пропитавшуюся нафталином.

Вот я и бродила по улицам, дышала относительно свежим воздухом. Сначала бесцельно, отрешившись от всего: Наблюдала за дракой голубей, прогуливающимися неподалёку парочками и перебегающими дорогу подростками, рассматривала витрины, вывески, фасады старинных домов и модных новых жилых комплексов.

Когда ноги уже начали ныть, зашла в ближайшее кафе и заказала чашку латтэ с кусочком чизкейка. Пила напиток долго, небольшими глоточками, варясь в котле внезапно забурливших мыслей. В итоге к концу трапезы я нашла решение своей небольшой проблемы.

Глубоко вздохнув, быстро вызвала такси в два адреса и поспешила на выход из кафе. Первым пунктом моего назначения был кондоминиум, где жил Дементьев. Ключи от апартаментов я решила оставить консьержу. Это лучший и безопасный вариант. Поэтому и такси отпускать не стала. Чтобы не задерживаться ни одной лишней минуты в обиталище Дементьева. Отдать ключи и уехать к себе домой. План простой как три копейки. Проще и легче просто не бывает.

Несколько минут потраченного времени – и я полностью свободна.

***

Да, конечно. Размечталась, что все пройдет легко и быстро. Как бы не так. Сначала таксист долго плутал по городу, как будто в трех соснах заблудился, потом едва не устроил ДТП и умудрился проколоть шину. Которую менял долго и с отборными матами.

В итоге поездка до дома Никиты заняла в два раза больше времени, и я приехала вся нервная и издерганная.

Выскочив из машины, практически понеслась вперед. Так не терпелось избавиться от чертовых ключей.

Но и внутри меня ждал облом. Консьержа на месте не было. Не знаю, куда он подевался, но проторчала я у стойки добрых десять минут. Отчаянно нервничая и наматывая локон на палец.

А в тот момент, когда уже решила плюнуть и уматывать отсюда, пока таксист не уехал, за спиной раздался до боли знакомый голос.

— Даша? Ты что здесь делаешь? — всего одна небрежно брошенная фраза, а у меня сердце екнуло и в пятки ушло.

Черт! Черт! Черт! Дементьев же должен быть в офисе в это время. Я точно знаю, сама же составляла график его работы. Что ему в квартире в неурочный час понадобилось? Да и вообще, он же с женой помирился? Неужели вещи свои не успел перевезти? Или их мировая еще не успела зайти так далеко, чтобы Илона пустила блудного муженька домой?

Оборачиваюсь медленно, как кукла, у которой заржавели шарниры. И сразу же натыкаюсь на ледяной взгляд. Никита хмурится, поджимает губы. Явно недоволен тем, что застал меня здесь.

Блин, можно подумать, что я его сильно рада видеть. Или именно так он и думает? Что я собираюсь бегать за ним, унижаться, уговаривая остаться со мной?

— Пришла вернуть ключи, — постаралась придать лицу такое же недовольное выражение. Чтобы пресечь возможные недоразумения на корню. — А консьерж куда-то запропастился. Извини, если бы знала, что ты будешь здесь, то приехала бы в другой день.

— Я и не собирался заезжать. — пожал он плечами. — Но у меня деловая встреча с Сафоновым, а Света пролила мне кофе на костюм.

— Странно, — вздернула бровь. — Раньше за ней такого не водилось.

— Бывает, — на лице Никиты не дернулся ни один мускул. Идеальная ледяная статуя, а не мужчина. — Рука дрогнула у человека, никто от этого не застрахован.

— И она даже не уволена? — вопрос вырывается сам собой. Но я не жалею, хочу услышать ответ.

— Даша, — Никита становится еще более мрачным. — Я не могу позволить себе увольнять ценных сотрудников…

А вот это уже было сродни пощечине. Жестокой и очень болезненной. То есть я оказалась пустышкой? Несмотря на все годы, которые я пахала без нормального сна и отпуска на благо компании, я оказалась лишь расходным материалом?

Все, это полный абзац. Теперь я кажется поняла, что со стороны Дементьева это было даже не мимолетное увлечение, а тонкий коварный план.

Никогда он меня ценным сотрудником не считал, и вздумай я облить его кофе — уволил бы сразу. Но я не косячила, и он терпел. А потом, когда увидел, что не такой уж я и синий чулок, решил избавиться вот таким способом. И поиметь, и унизить, и свое мужское самолюбие потешить.

Господи, какая же он сволочь. Слов нет. В груди разливается тянущая боль и я машинально потираю левую сторону. В висках начинают стучать молоточки и на мгновение перед глазами все расплывается.

— Даша? Что такое? Тебе опять плохо? — мне мерещится, или на лице Никиты проносится тень тревоги, да и голос кажется обеспокоенным.

Впрочем, ключевое слово здесь — кажется. Это мое воображение опять играет, выдает мне то, чего нет и в помине.

— Со мной все отлично, — на Дементьева больше не смотрю. Слишком больно. Чтобы не прикасаться к его руке, бросаю ключи на стойку и иду прочь.

Прощаться смысла не вижу.

— Даша, подожди, — Дементьев не оставляет меня в покое и идет следом. Догоняет у самых дверей, преграждая дорогу.

— Пропусти, меня такси ждет.

— Даша, тебе нужно показаться врачу. Ты опять бледная вся, тебя шатает. Вдруг это что-то серьёзное?

— А тебе какое дело до моего здоровья? — шиплю я. Абсурдность ситуации разрывает мои мозги на части. Никита сперва шпыняет меня как может, а потом советует пойти к врачу. Что это вообще такое? Пародия на заботу, особенно изощренная садистская издевка или раздвоение личности?

Впрочем, мне-то какая разница теперь. Главное, убраться отсюда подальше.

— Даша, послушай меня, — внезапно голос Никиты ставится мягким, таким, каким он говорил со мной, пока мы были вместе.

Явно хочет мне что-то сказать, но медлит. А я не собираюсь стоять и ждать. В дверь проходит пожилая супружеская пара и я, пользуясь тем, что Никита отвлекся, выскальзываю в открытую дверь.

Удивительно, но мой таксист все еще не уехал. Машина стоит на том же месте. Зато счетчик наверняка включен на полную катушку. Боюсь даже представить, сколько будет стоить эта поездка.

А впрочем, я готова даже заплатить цену равную цене билета на самолет, лишь бы он увез меня подальше от Дементьева.

Не обращая внимания на неутихающую боль в груди, практически бегу к автомобилю. Благо, тот стоит совсем рядом.

— Даша!!! — кричит Дементьев, выскакивая на крыльцо, но я не реагирую на окрик. И не оборачиваюсь, просто не могу. Продолжаю нестись вперед словно за мной гонятся все черти ада.

Лишь когда машина выезжает со стоянки, немного расслабляюсь. При этом замечаю краем глаза как Дементьев со всей силы ударяет кулаком в стену…

Глава 8

После нежданной встречи меня начало трясти. Руки дрожали как у припадочной, лоб покрыла испарина. А еще меня укачало. Впервые в жизни. К горлу подкатила такая жуткая тошнота, что пришлось приоткрыть окно и высунуться наружу. Чтобы хоть как-то погасить сильные спазмы.

Даже водитель забеспокоился спустя пять минут.

— Девушка, вам плохо? Может, остановить машину?

— Нет, – протестующе замотала я головой. — Укачало немного. Довезите меня домой побыстрее.

Водитель кивнул, продолжив маршрут, но выдохнул с облегчением, когда мы наконец добрались до конечного пункта.

Боялся, наверное, что отключусь или запачкаю рвотной массой весь салон. Я же всю поездку просидела с закрытыми глазами и прижатой ко рту ладонью. Изо всех вил борясь с тошнотой. Пару раз думала, что придется тормозить у обочины и избавляться от содержимого желудка. Но пронесло, к счастью.

Выбравшись из машины, кое-как доплелась до скамейки и обессиленно рухнула на нее. Долго сидела, втягивая прохладный воздух ртом.

Рискнула встать и войти в подъезд только когда немного отпустило. Но облегчение это было временным. Стоило переодеться и выпить немного чая, как тошнота усилилась, а спустя еще минут я извергла содержимое желудка в унитаз.

Блин, что ж так фигово то? Отравилась, что ли? Но чем???

Как -только позывы утихли, сразу же закинулась активированным углем и начала отпаивать себя водой. На еду смотреть не могла вообще. Точно отравление, похоже.

Только ближе к вечеру смогла оклематься. Проснулся жуткий аппетит, а в холодильнике, как назло, было шаром покати. Пришлось брать ноги в руки и топать в ближайший супермаркет.

И вот там я замерла, проходя с тележкой возле ряда с гигиеническими принадлежностями. Машинально взяла пачку прокладок, вспомнив, что дома осталась всего пара штук, а цикл должен начаться…

А когда, собственно? Лихорадочно прикинула и поняла, что цикл задерживается уже на пять дней. И тут же побелела, поскольку сопоставила задержку со своими симптомами: обморок, головокружения, тошнота…

Нет, нет, нет! В голове панически забегали мысли. Только не беременность, нет! Да и когда бы? Ник всегда успевал вытаскивать, если мы занимались сексом без презерватива. Нет, это просто гормональный сбой. Точно…

Оглушенная размышлениями, до кассы я добралась как в тумане. Даже расплатиться чуть не забыла, настолько была шокирована предположением о беременности.

И как ни пыталась отмахнуться, но в аптеку возле дома все же заглянула и купила тест. Для успокоения совести.

Правда, сделать тест было труднее, чем его купить. Оттягивала я до последнего. Сперва приготовила еду, потом поужинала и помыла посуду.

И только перед самым сном сходила в туалет и опустила полоску в стаканчик с мочой. Пока ждала результата, успела вся известись, но когда увидела одну полоску, то выдохнула с облегчением.

Пронесло. Хоть в малом мне повезло. Не то чтобы я не любила детей, но в данной ситуации беременность была бы худшим исходом.

Ребенок должен расти в семье, в любви и заботе обоих родителей. А я сомневаюсь, что Дементьев бы обрадовался новости про отцовство.

При мысли о том, что мне пришлось бы бегать за ним и рассказывать о беременности по коже прошел холодок. Реакцию на новость вообще старалась не представлять. Страшно было подумать о том, что Ник отправил бы меня на аборт. Сам, может, и не додумался бы, но Илона точно бы надоумила…

Так что все к лучшему…. За мои ошибки не должен расплачиваться ребенок. Да, так определенно лучше.

Только вопреки самовнушению на душе все равно было тошно и засыпала я опять в слезах.

***

Вся следующая неделя прошла в рассылках резюме и походах на собеседования. И ничего хорошего за эти дни я не узнала. Мне либо не отвечали вообще, не приглашая на собеседования, либо после оных отделывались стандартными фразами про «мы вам перезвоним».

После пятого провального собеседования в голову начали закрадываться подозрения. Неужели Илона приложила руку к тому, чтобы для меня были закрыты все вакансии. С нее станется, пожалуй. Только чего она добивается? Хочет, чтобы я уехала из города?

Так не дождется. У меня ипотека на шее, куда я денусь? Буду искать и дальше, и обязательно что-нибудь найду. Не думаю, что у Дементьевой настолько длинные руки, чтобы она способна была повлиять на всех в этом городе.

Так что я не отчаивалась, хотя в отдельные минуты слабости все же жалела, что не пошла на собеседование к Ильиной. Мне звонила ее ассистентка Катя, напоминала, но я тогда вежливо отказалась, заявив, что уже нашла более подходящую вакансию.

Правда, минуты слабости проходили быстро и я снова считала, что поступила правильно. Не нужна мне такая протекция. Сама устроюсь, куда надо. Благо, время еще терпит.

Погода стояла совсем теплой, я уже успела сменить шубку на кожаный плащ, а сапоги на легкие ботильоны. После очередного неудачного собеседования возвращаться домой не хотелось, поэтому я всего пять остановок проехала на автобусе, а потом вышла и пошла пешком.

Путь до моего ЖК был неблизкий, но по такой погоде грех не погулять. Поправив легкий шарф, чтоб шею не надуло ветром, я шла по улицам, ни о чем особо не думая. Даже по сторонам смотрела чисто автоматически.

И уже возле перехода, ведущего к дому, из состояния задумчивости меня вывел резкий визг тормозов. Взвизгнув, отскочила в сторону и шокированно уставилась на красный автомобиль марки ауди, чуть не раздавивший мне ноги. Подозрительно знакомый автомобиль…