Читать книгу Отец подруги. Мой желанный грех (Анна Ковалева) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Отец подруги. Мой желанный грех
Отец подруги. Мой желанный грех
Оценить:

4

Полная версия:

Отец подруги. Мой желанный грех

А меня не оставляло чувство, что это всё показное. Что это образ идеальной девочки, который Раиса отыгрывает как заправская актриса.

Зачем? Хороший вопрос, на который я пока не знал ответа, но надеялся вскоре его найти.

Не купился я на эти большие невинные глаза, личико ангела и поведение скромницы.

Волки очень любят щеголять в овечьих шкурах. И скорее всего, Раиса та еще волчица, которая зачем-то втерлась в доверие к моей дочери, а теперь еще и пробралась в мой дом.

С курсовой она Алле помогла, смешно прям. Зато очень удобный повод для сближения.

Прям как по методичке.

И Алла ведь повелась, хотя я смотрел на этих двоих и не понимал, что общего у Аллы с Раисой может быть.

Они же абсолютно разные на первый взгляд. Раньше с такими правильными девочками, почти серыми мышками, дочь не дружила.

Все ее подруги были теми еще стервозами. И нет, они мне тоже не нравились. Но с ними хоть сразу всё понятно было: одна слаба на передок, вторая балуется запрещенкой, третья просто дура клиническая, а четвертая —оторва, ищущая приключений на свою пятую точку.

Я сразу понял, кто из себя, что представляет и нашел способ, как оградить дочь от их пагубного влияния.

А вот Раиса… С ней ни черта не было понятно. И меня это нервировало, потому что такие личности могут быть самыми опасными.

Не зря же говорят, что в тихом омуте водятся черти.

И я был на девяносто восемь процентов уверен в том, что у Раисы этих чертей, как ювелирных побрякушек в шкатулке моей дочери.

Поэтому решил как можно быстрее вывести эту псевдо-тихоню на чистую воду.

Сразу выказал свое отношение, чтобы знала, что я не купился на ее невинный вид.

А за ужином и прессинг начал, расспрашивая о семье, о родном городе, о дружбе с моей дочерью.

И тут хорошая девочка Рая впервые показала зубки. С каким достоинством заговорила о нормальной семье.

Сразу всплыли и умершие рано родители, и крестная, оформившая опеку над сиротой.

Идеальный рассказ для того, чтобы на жалость надавить. Банальный, но действенный.

Впрочем, развешивать уши я не собирался. Таких давителей на жалость повидал немало и знал, как легко разоблачить даже самую складную ложь.

Дальше давить я не стал, сделал вид, что поверил в слова Раисы.

А после ужина первым делом вызвал начбеза и попросил пробить всю подноготную Раисы Даниловой.

Нужно же было узнать, что из сказанного правда. И с кем на самом деле общается моя дочь.

На время выяснения решил придерживаться с девчонкой нейтралитета, а там уже действовать по обстоятельствам.

Но был уверен, что докопаюсь до истины. Узнаю, чем на самом деле дышит эта овечка, и потом уже буду думать, что с ней делать.

Но упаси бог, если она что-то плохое против Аллы задумала. Или узнаю, что кто-то из моих врагов ее подослал. По стенке размажу и сделаю вид, что так и было.

И не будет эта дрянь никого одурманивать своим ангельским ликом.

После ужина девушки удалились наверх, смотреть кино, как я понял. И я был уверен, что ни Аллу, ни Раису, не увижу до утра.

И каково же было мое удивление, когда я столкнулся с Раей в библиотеке.

Книжку она, блять, возвращать пришла. На ночь глядя. При этом перепугалась при виде меня, чуть не оглушила своим визгом, покраснела вся.

И моя подозрительность еще громче начала подавать голос. Я почти уверился, что совесть у девчонки нечиста.

Было очень похоже, что она что-то разнюхивает. Только непонятно что именно, и как ее прижать.

В итоге сделал самое разумное после того как Раиса убежала. Попросил Светлану внимательно смотреть за Раей, пока она будет гостить в доме, и девочкам-горничным то же самое передать.

И в случае чего сразу сообщать мне и начальнику охраны.

Вот и всё собственно, этого вполне достаточно, чтобы засланный казачок попался. А я всё больше склонялся к тому, что эту девчонку в мой дом кто-то подослал…

Что ж, я этому кому-то непременно дружески пожму шею. Как только расколю этого ангелочка со лживыми оленьими глазами…

Глава 7

Сергей


Из-за этой странной девчонки сна не было ни в одном глазу. Так что я еще с час поработал, разбираясь с документами.

Ровно в час заставил себя оторваться от договоров, убрал всё важное в сейф, и дверь в кабинет закрыл на ключ.

Так надежнее, не хотелось эту пронырливую мышку в следующий раз обнаружить, роющейся в моем столе.

Конечно, это было бы отличным поводом поймать ее на горячем, но рисковать не хотелось. Документы там были слишком важные.

Так что закрыв кабинет, отправился в душ. А потом спустился на кухню и налил себе порцию виски.

Обычно это помогало снять напряжение и побыстрее заснуть.

Сделав пару глотков, я прикрыл глаза и почувствовал, как из тела уходит напряжение, и как блаженное тепло растекается внутри…

Еще немного, и можно идти на боковую…

И именно в этот момент нелегкая снова принесла Раису.

Я даже подумал, что мне эта чертова девица уже мерещиться начала. Что паранойю поймал.

Но нет, мне не померещилось. Данилова явилась на кухню собственной персоной. Да еще в каком виде.

Волосы растрепанные, лицо раскрасневшееся, из одежды сорочка и короткий халат, мало что скрывающий.

— Простите, Сергей Анатольевич, я не хотела вам мешать, думала, вы спите. Я просто спустилась попить воды.

И всё, от злости кровь мне ударила в голову.

Зато сразу стало понятно, что из себя представляет эта девица. Никакой она не засланный казачок и не шпион, а обычная нимфетка, у которой между ног зачесалось.

Молоко на губах не обсохло еще, а полезла уже взрослого мужика соблазнять. Идиотка.

Я и раньше сталкивался с подобным, задницей передо мной многие вертели, пытались любым способом пролезть в койку.

Но ни одна не прикидывалась так качественно и нагло, как это делала Раиса. И от этого меня рвало на части.

Нет, вы только посмотрите на нее. Стоит, глазками лупает. Овцу из себя строит, святая простота.

Водички она, млять, попить пришла. Ночью, в коротеньком тонком халатике…

Окидываю взглядом девичью фигурку, невольно отмечая каждую деталь: длинные, стройные ноги, тонкую талию, налитую грудь с торчащими через два слоя ткани сосками.

И от этого вида с каждой секундой сатанею всё больше.

И больше всего злит то, что провокация сработала.

Никогда ведь не обращал внимания на соплюшек, предпочитал трахаться со зрелыми, знающими себе цену женщинами.

А на Раю мое тело почему-то среагировало. И кровь прилила уже не к голове, а к головке.

Я грубо выговаривал девчонке за ее поведение, чтобы мозги включила, а сам…

У самого в голове разворачивалась совсем другая картина.

В которой я не начал трясти Раю, а развязал пояс своего халата и приказал хрипло:

— На колени, живо!

И она, наконец, сбросила маску святой невинности. Подошла ко мне походкой от бедра и послушно опустилась на колени.

В карих глазах при этом горели лукавые огоньки, а на пухлых губах цвела порочная улыбка.

Маленькая похотливая шлюшка показала свое истинное лицо.

— Рот открой, — рыкнул, и она послушно приоткрыла губки…

И я не выдержал, намотал роскошную каштановую гриву на кулак и со всей силы толкнулся в горячий ротик, заставив Раю застонать.

— Как же охуенно, — выдохнул и толкнулся еще раз, входя еще глубже в эту влажную пещерку.

Ротик у Даниловой был просто божественным. Тесным, горячим и жадным. Я будто на небесах оказался.

Правда, распаленное удовольствием сознание тут же отравила ядовитая мысль: а сколько членов до меня побывало в этой райской пещерке?

Скольких еще обслуживала эта невинная на первый взгляд девчонка?

От этих мыслей рвет на части, и я прекращаю сдерживаться.

Беру эту дрянь так как она заслуживает: быстро и жестко, вгоняю член всё глубже и давлю на затылок, пока очаровательный носик не утыкается в мой пах.

Раиса мычит, пытается оттолкнуть, но я не позволяю ей отстраниться. Лишь командую, когда начинает задыхаться:

— Носом дыши! Легче будет.

Она вроде слушается, и дело идет легче. Я продолжаю насаживать ее на свой болт раз за разом, и потом заставляю проглотить каждую каплю выстрелившей спермы…

Эта картинка проносится в моем сознании за каких-то пару секунд. И она настолько яркая, что я с трудом отделяю ее от реальности.

А как только отделяю, усилием воли вытравливаю из сознания.

Напоминая себе, что эта мокрощелка — подружка моей дочери. И я даже думать о минете с ней не должен.

Даже если она сама этого жаждет.

Но в реале Рая не смотрит на меня глазами, полными вожделения. Она так и строит из себя приличную девочку.

Глазами сверкает и обидки свои предъявляет, хоть и дрожащим голоском.

— Знаете что, Сергей Анатольевич. Кажется, вам стоит проверить зрение. Потому что меня вы точно не видите насквозь и зря вините во всех грехах.

— Что сказала? — рычу я, а чертова фантазия, подогретая неукротимой похотью, подкидывает уже другую картину.

Как я срываю с девчонки сорочку вместе с халатом, загибаю над столом и заставляю раздвинуть ножки пошире.

— Сергей …Анатольевич, — томно стонет она, когда я начинаю тереться членом о ее горячую дырочку. — Пожалуйста…

— Что «пожалуйста»? — сопровождаю вопрос жестким шлепком по ягодицам. — Хочешь меня, маленькая дрянь? Хочешь, чтобы я тебя трахнул?

— Да… — выстанывает, и я с рыком вторгаюсь в желанное тело. И едва не схожу с ума от влажности и тесноты девичьего лона.

Сил сдерживаться нет, двигаюсь жестко, размашисто под ее страстные стоны:

— Еще, Сергей…еще…

А в реале Рая продолжает доказывать свою невиновность.

— Задайте вопрос самому себе, Сергей Анатольевич. Если я хотела бы вас соблазнить, то почему не притащилась к вам в спальню или в кабинет? Там шанс столкнуться с вами был бы выше, чем на кухне в полвторого ночи? Разве нет?

Не знаю, как у нее это получилось, но именно последним вопросом Раиса помогла мне подавить морок дикого вожделения.

Я встряхнулся, отвел взгляд от девушки, нежданно вызвавшей во мне греховное желание, и задумался.

Ведь логика в словах Раи была. Ей реально проще было меня ловить в спальне или кабинете.

Как это сделала моя бывшая помощница, пока мы были в командировке. Заперлась ко мне в номер в неглиже и растянулась на кровати.

Естественно, вылетела она не только из номера потом, но и из компании с желтым билетом.

Так может, я действительно зря наехал на девчонку? Может, я к ней предвзят? И предвзят именно потому, что изначально воспринял ее как женщину?

Может, поэтому меня так корежит? И я пытаюсь сделать из Раисы шпионку, шлюху и лгунью тупо чтобы подавить влечение к ней?

И иметь возможность с чистой совестью избавиться от раздражителя, запретив Алле с ней общаться.

Осознавать правду неприятно и болезненно. И Раиса, стоящая с обиженным видом, лишь усугубляет мои внутренние терзания.

Да, я осознаю, наконец, что был неправ. Что несправедливо обидел нормальную девушку. Но что делать с этим — не представляю. Не извиняться же.

И гордость не позволит, и характер не тот. Да и Раисе этот урок на пользу пойдет. Не будет расхаживать по чужим домам в откровенно провокационном виде.

Поэтому прокашливаюсь и выдаю нейтрально, как будто и не устраивал девушке несправедливой взбучки.

— Кажется, ты пришла выпить воды? Так проходи и пей.

Краем глаза успел заметить взбешенный девичий взгляд, и подумал, что тихоня Рая сейчас сорвется и пошлет на меня на три великих буквы.

Но нет, она сдержалась. И даже выпила воду за которой пришла. А потом вылетела из кухни так, словно за ней гналась толпа демонов.

А я остался со стояком, рвущим штаны, который девушка не заметила лишь чудом.

И глубокой моральной дилеммой: как справиться с желанием трахнуть лучшую подругу дочери и не поехать при этом крышей?

Глава 8

Сергей

Чтобы унять возбуждение, пришлось закинуться еще несколькими порциями виски.

А потом встать под холодный душ и да, черт побери, довести себя до разрядки ручником.

Одним усилием воли эрекцию подавить не удалось.

Член стоял совсем как в молодости, когда хотелось трахать всё, что шевелится. А что не шевелится, то шевелить и трахать.

Так что пришлось представлять Раю, стоящую передо мной на коленях. Нагую, растрепанную, с горящими от возбуждения глазами и приоткрытыми пухлыми губками.

Только после этого смог кончить, да так, что ноги едва удержали…

Кое-как дотащился потом до кровати и отрубился мгновенно, стоило голове коснуться подушки.

Только и в чертовом сне Раиса не желала меня оставлять в покое.

В этом сне мы были с ней на улицах какого-то незнакомого города. Она смеялась, кружилась, дразнила меня своим шифоновым красным платьем.

Алым как кровь.

Красным, как цвет порока.

И Раиса убегала от меня, да. Я шел за ней, продираясь сквозь толпу, а она убегала всё дальше и дальше…

И это дерзкое бегство лишь сильнее разжигало во мне азарт и будило первобытную жажду обладания.

Площади сменялись улицами, улицы переулками, и я уже не шёл за ней, а бежал.

Пока наконец не загнал в небольшой переулок, из которого не было выхода.

— Ну вот ты и попалась, девочка, — подумал про себя и двинулся вперед, сокращая расстояние между нами до минимально возможного.

Рая знает, что бежать ей некуда. Прижимается к стене и ждет моего приближения.

Зрение мое обостряется до предела, и я отчетливо вижу, как полыхает румянцем ее лицо, как высоко вздымается грудь, как лихорадочно блестят красивые глаза.

Но это не от страха, вовсе нет.

Это от возбуждения и предвкушения.

Плохая девочка Рая знает, что ее ждет, и трепещет в ожидании удовольствия.

— Развернись и положи руки на стену! — бросаю резко и отрывисто.

Самого от возбуждения скоро разорвет, так что на нежности и долгие прелюдии времени нет.

Но Рае, кажется, они тоже не нужны. Она покорно разворачивается и упирается руками в стену.

Я медлю недолго, всего какие-то доли секунды выжидаю. А потом приближаюсь и с остервенением разрываю на части платье.

Для меня оно сейчас как красная тряпка для быка в руках умелого тореадора. И я с большим удовольствием превращаю его в лохмотья.

Следом за платьем в тряпье превращаются бюстгальтер и трусики Раисы. И она остается полностью обнаженной передо мной.

Тут я заставляю себя притормозить и просто рассматриваю стоящую передо мной девушку.

Такую красивую, желанную и покорную.

Хочется подольше посмаковать, насладиться этим зрелищем.

Кладу руки на обнаженную девичью спину и не сдерживаю рычания, ощутив податливую плоть под пальцами.

Кожа у Раи просто невероятная, гладкая как шелк, теплая, мягкая, как перышко. И от одного этого меня пиздец как вставляет.

Я ласкаю всё, до чего могу дотянуться: спину с прямой линией позвонков, плечи, упругие ягодицы и плоский живот.

А потом с наслаждением сжимаю грудь. Она у Раи небольшая, но упругая и красивая. Идеальная, словно для моих рук выточенная.

Тискаю мягкие полушария, а потом резко сдавливаю в пальцах твердые камушки сосков.

Раиса тут же выгибается и начинает бормотать:

— Н …нет… не на…

— А ну-ка, прекрати этот цирк, — рычу и жестко шлепаю по ягодице. — Тебе же все нравится, признайся.

— Да… — признается на выдохе, и я в наказание резко прокручиваю и оттягиваю соски.

— Ммм, — сладко стонет и вся дрожать начинает от сладкой боли и возбуждения.

— Вот так, девочка, — теперь уже одобрительно ее шлепаю. — Вот так правильно. А теперь раздвинь ножки пошире…

Рая всхлипывает, но послушно расставляет ноги, и я не отказываю себе в удовольствии ее помучить.

Ласкаю нежную кожу и все чувствительные местечки, заставляю сладко постанывать и извиваться от удовольствия.

И только когда вижу, что Рая почти на грани, приставляю головку к нежным складочкам и требую:

— Проси!

— Пожалуйста, Сергей Анатольевич, — томно просит, изнывая от нетерпения.

И я не выдерживаю, врываюсь в нее одним резким толчком. Сразу и до упора. Вырывая из горла надсадный крик.

О да, хищник догнал свою добычу. И теперь не остановится, пока не растерзает.

На минутку застываю, наслаждаясь своим триумфом. А потом начинаю двигаться, быстро и жестко, выматывая не только Раю, но и себя…


******

Я был довольно искушенным человеком во всех смыслах. И даже пресыщенным, не побоюсь этого слова.

В том числе и в плане сексуальных отношений с женщинами.

Но таких изощренных снов у меня не было никогда. Даже в зеленой и спермотоксикозной юности.

Чего я только не делал с Раей в этом сне: брал и в горячую киску, и в ротик, и в тугую попку. В общем, всё, на что только хватило фантазии.

И девочка принимала меня, покорно и очень охотно отдавалась… До тех пор, пока чертов сон не кончился.

Проснулся я невыспавшимся, перевозбужденным и разбитым. Кое-как удалось вытащить себя из кровати и дотащиться до уборной.

И то только потому, что позывы отлить были слишком сильны.

Собственное отражение в зеркале привело в ужас: всклокоченные волосы, налитые кровью глаза, мрачная небритая рожа мужика, помешавшегося на похоти к молодой девице.

Пока любовался своей помятой рожей, снова вспомнил сон и от злости заскрипел зубами.

Ведьма. Не иначе Рая меня приворожила, поэтому и колбасит так. Ну или я просто вконец ебанулся.

Седины у меня в шевелюре еще нет, а бес уже постучался. И хрен знает, что теперь с этим делать.

В общем, я злился и на себя, и на Раю, и на Аллу, что умудрилась притащить в дом девчонку, ставшую для меня личным триггером.

Лишь после душа более-менее очухался и пришел в себя.

На завтрак не спустился, правда. Попросил принести еду в кабинет.

Потому что не представлял, как буду сидеть и смотреть на Раю, зная, какие непотребные вещи творил с ней в своем сне.

Не смог бы сидеть, видеть, как она ест и не вспоминать, как во сне она жадно сосала мой член.

Тут даже моя железная выдержка бы не помогла. Поэтому и предпочел уединиться в кабинете.

От греха подальше, так сказать.

А ведь еще надо было подумать, как продержаться в выходные, в течение которых Рая будет бродить по моему дому.

Это вообще полный пи…

Я покончил с завтраком и налил вторую кружку чая, когда в кабинет неожиданно ворвалась Алла.

Как всегда, без стука. Как ни учили ее хорошим манерам, но врываться без стука куда ни попадя она так и не отучилась.

— Алла, — сделав глоток чая, строго посмотрел на дочь. — Ты забыла, что надо стучаться? Да, даже ко мне. Потому что я могу быть занят.

Но дочь мои нотации пропустила мимо ушей. Уперла руки в боки и возмущенно воскликнула:

— Как ты мог папа? За что ты так поступил с Раей?

Я едва не подавился чаем от такого вопроса. Хорошо, что вовремя понял, что дочь не может знать, что я делал с ее подругой в интимных фантазиях.

Понял и выдохнул. Но чашку с чаем всё же отодвинул от себя подальше.

— Не понимаю, о чем ты. — с деланным спокойствием откинулся на спинку кресла и посмотрел на дочь.

— Папа, не притворяйся дураком! Из-за тебя Рая уехала! А у нас были планы на выходные!!!

Уехала, значит? Что ж, хорошо. Так будет лучше. И для нее, и для меня. Не стоит мне оставаться под одной крышей с девушкой, от которой так кроет.

Рая оказалась умненькой девочкой. И гордой. Правильно сделала, что уехала. Вдали от меня и ее гордости, и ее телу будет безопаснее.

Алле я этого объяснить не мог, конечно. Поэтому лишь спросил равнодушно:

— С чего ты взяла, что из-за меня? Что она тебе сказала?

— В том-то и дело, что ничего. Она уехала до того, как я проснулась. Только сообщение написала и трубку сразу отключила. Ты ей вчера что-то сказал, да? Рая расстроилась, что не понравилась тебе. Я пыталась ее убедить, что это не так… Но, похоже, она оказалась права, да? Что она тебе такого сделала, пап? Что ты заставил ее уехать?

— Алла, прекрати истерить!

— Ну уж нет, папуля. Ты меня не заткнешь. Я тебе всё сейчас расскажу.

Алла все с тем же гневным видом плюхнулась в кресло и начала рассказывать. О Рае, их необычной дружбе, о том, как любит и ценит подругу.

И чем дольше дочь рассказывала, тем паршивее я себя чувствовал.

По всему выходило, что Рая — действительно хорошая девушка. Искренняя, честная, без камня за пазухой.

И с дочерью моей дружит по-настоящему, и мне вечера ни словом не солгала.

А я… Я, получается, повел себя как похотливый козел. Обидел девчонку из-за своих плотских желаний.

— За что, пап? — Алла сдулась и теперь смотрела на меня печальными глазами. — Я наконец-то нашла настоящую подругу. Которая не врет, поддерживает меня во всем и не сплетничает за глаза. И которая, между прочим, стимулирует меня больше заниматься учебой, налегать на языки, подбила меня статью на престижный конкурс написать. А ты ей пинок под зад. Это ужасно, пап.

— Мне жаль, — я прокашлялся и отвел взгляд в сторону, — что так вышло, Алла. Произошло недоразумение и недопонимание.

— Ах, так? — дочь тут же вытерла слезы и подобралась. — Раз это недоразумение, то тебе его исправлять.

— Алла, что ты от меня хочешь?

— Ничего сверхъестественного, — пожала плечами и прищурилась. — Хочу, чтобы ты поехал к Рае и извинился перед ней. Извинился и сказал, что двери нашего дома для нее всегда открыты…

Глава 9

Из особняка Миллеров я уехала рано утром. Не могла больше там оставаться после пережитого ночью унижения.

Я бы даже ночью рванула, но благоразумие оказалось сильнее. Пришлось бы просить охрану меня выпустить, а это могло привести к новой стычке с отцом Аллы.

Да и в общагу в два ночи меня никто бы не пустил. А ночевать на лавочке как-то не хотелось.

Вот и пришлось коротать время до утра и отчаянно торопить наступление рассвета.

Даже сном забыться не смогла, слишком растревоженным было сознание. В мозгу отчаянно крутились сцены неудавшегося знакомства, ужина и стычки на кухне.

И чем больше я об этом думала, тем сильнее меня грызла обида.

Сергей Анатольевич реально на меня всех собак навешал. Взъелся непонятно на что.

Соблазнить я, видите ли, его пыталась, Господи. Как же мне было стыдно это выслушивать.

Кое-как допила чертову воду и пулей вылетела из кухни. Не хотелось ни минуты оставаться наедине с этим мужчиной.

А вернувшись в комнату, минут пятнадцать вертелась перед зеркалом, пытаясь понять, что могло натолкнуть мужчину на мысль о соблазнении.

Халат и сорочка — самые обычные, из плотной вискозы. Ничего прозрачного, никаких кружев и оголённых мест, длиной совсем чуток выше колен.

Соблазнительницы носят совсем другие наряды. Я в фильмах видела. Такой взрослый и опытный мужчина, как Сергей не мог не видеть разницы.

Но тем не менее решил, что я развратная девка, готовая в первый же день знакомства прыгнуть в койку к взрослому мужчине.

Да не просто к мужчине, а к отцу лучшей подруги…

Неужели я в его глазах такая шлюха?

Или всё дело в том, как я на него смотрела там, в холле?

Да, я позволила себе лишнего. Залюбовалась Сергеем как красивым мужчиной. И то это был эффект неожиданности.

И длилось это всего пару минут, а потом я отвела глаза. И ничего неприличного себе не позволила.

Я не кокетничала, не флиртовала, не строила глазки. Наоборот, за ужином старалась не смотреть в сторону отца Аллы, а потом мы с подругой поднялись наверх.

Так в чем моя вина?

Чем дольше я об этом думала, тем больше убеждалась в том, что проблема не во мне.

Вся проблема в отце Аллы. Сергей Миллер — высокомерный сноб с непомерным ЧСВ и чудовищными загонами в голове.

И невзлюбил он меня из-за того, что я из простой семьи. Видимо, решил, что из-за денег я готова и с Аллой дружить, и к нему в штаны залезть.

Вот такая извращенная психология. Раз я небогата, то априори мошенница, воровка, потаскушка…

А ведь за всё то время, что мы с Аллой дружим, я ни разу не просила в долг. И когда мы вместе куда-то выбирались, я всегда старалась платить за себя сама. Это был мой принцип.

Господину Миллеру это невдомек, и разбираться он точно не будет. А я не собираюсь ничего доказывать.

Вчера уже высказала всё, что хотела. Этого достаточно взрослому, разумному мужчине, чтобы сделать правильные выводы.

Но Сергею Анатольевичу мешают увидеть правду собственные предубеждения и непомерная гордыня.

Так что нечего и пытаться что-то объяснять. Это будет разговор с глухим и слепым.

Поэтому я и предпочла уехать с утра пораньше. Чтобы не пересекаться с отцом Аллы и сохранить свое достоинство.

bannerbanner