Читать книгу Пойдём с тобой за горизонт (Анна Богомолова) онлайн бесплатно на Bookz (7-ая страница книги)
Пойдём с тобой за горизонт
Пойдём с тобой за горизонт
Оценить:

4

Полная версия:

Пойдём с тобой за горизонт

— Эй, ну перестань! — возмутился он, между делом поглядывая, в безопасности ли свитки. Те лежали на столике, вне района стихийного бедствия, и Элай вздохнул с облегчением. Теперь он мог не переживать за сохранность бесценных знаний и адекватно ответить нарушителю спокойствия. С воинственным боевым кличем он оторвал от себя наглого захватчика и попытался подмять под себя. На диване завязалась весёлая возня, перемежаемая визгом и смехом.

Через несколько минут, когда оба весельчака, отдуваясь, сидели на диване, отдыхая от своей игры, Элай вдруг понял, что ужасно соскучился. Соскучился по такой вот весёлой шуточной борьбе, по утренним пробежкам, по играм. Как давно он гонял мячик или лазал по деревьям? Он снова посмотрел в окно – теперь уже не на далёкий горизонт, а во двор, где, как всегда в середине дня, кипела жизнь: кто-то гулял, кто-то рисовал, кто-то сидел на лавочке, кто-то направлялся по делам. Солнце светило и наверняка дул свежий ветерок. Эх! Сейчас бы выйти на улицу! Элай оглядел библиотеку новым взглядом. А кто ему мешает? Книги же никуда не денутся! Да, он их полюбил, но всё другое он любит тоже! Элай вскочил на ноги.

— Побежали! — вскричал он. — Кто быстрее окажется во дворе!

Кьяру словно ветром сдуло с дивана, и Элай радостно побежал её догонять. Они сейчас немного побегают и поиграют – так, для разминки. А разрешения он попозже спросит.

Только “попозже” всё отодвигалось и отодвигалось. После игр наступал ужин, затем пора было спать, утром – завтрак и вернувшаяся в обиход неизменная пробежка. Там наступали обед и уроки, потом снова игры на свежем воздухе, снова ужин и так далее и тому подобное изо дня в день. Иногда Элай добегал до библиотеки почитать и тогда вспоминал про свитки Велиоса и море, а также про свои планы насчёт леса и реки. И понимал, что попал в какую-то ловушку бесконечного откладывания разговора с родителями, но не понимал – почему. Он что, боится, что те откажут? Не пустят его? Скажут, что ещё маленький? Но ему же уже девять, почти десять! Он уже очень даже сознательный и ответственный! Он не будет бродить где попало и вернётся домой к ужину. И Кьяру приведёт, да она и сама прибежит, как проголодается! Заблудиться они тоже никак не могут: где там блуждать, иди себе по-прямой, да и всё! Строго на юг к лесу и строго на восток к реке. Проще простого! Так что никаких проблем Элай в своём будущем походе не видел. Что может не понравиться родителям? Они же уже доверяют ему и даже разрешили свободно ходить позади Замка, где магические мастерские и всякие другие интересные вещи. Правда ему строго-настрого наказали не путаться ни у кого под ногами, не мешать и следить за Кьярой, но он бы и так это сообразил! Они с Кьярой там аккуратно себя вели! Не играли и не бегали, и ничего не трогали. Элай только посетил несколько раз пасеку, которая ему очень уж понравилась (Кьяра ждала около входа). Также временами он забегал проведать эльфийских лам, которые паслись на лугу. Когда Элай впервые увидел этих домашних четвероногих, дающих эльфам шерсть и молоко, то был просто очарован: грациозные, похожие на антилоп, виденных им на картинках, только с длинной шеей, с длинной мягкой белой шерстью и двумя – тоже длинными – закрученными спиралью рогами, ламы казались ему невероятно прекрасными, чудесными животными. Он долго ходил среди них, гладил, обнимал, заглядывал в большие карие глаза. Кьяра сидела в сторонке, тяжко вздыхая. Ну чего он там ходит? – думала она с досадой. Ламы её совершенно не заинтересовали, разве что, как потенциальные производители её любимого молока.

Ещё позади Замка начинались возделанные поля, на которых эльфы выращивали различные злаки – пшеницу, гречиху, рожь… И здесь Элай снова вспоминал про море – потому что колосья, стелющиеся до горизонта, казались ему похожими на бесконечную морскую даль, которую он видел в своём воображении, – только без воды. А когда дул ветер, пробегая по колосьям, те пригибались к земле, создавая иллюзию волн. “Надо обязательно найти море!” — думал тогда Элай мечтательно, с тоской и восторгом глядя на это необозримое пространство золотого, коричневатого или зелёного, сливающееся с голубым. А для этого, рассуждал он дальше, надо стать путешественником. А для этого надо тренироваться – ходить в походы. А для этого… Да. Для этого нужно, наконец-то, спросить разрешение. Набравшись решимости, он уверенно шёл в Замок спрашивать, но тут его отвлекали то обед, то ужин, то уроки… “Вечером”, — думал Элай в течение дня. “Завтра прям с утра”, — думал он вечером.

Неизвестно, сколько бы Элай настраивался, если бы однажды, во время совместного семейного ужина, проходящего за одним из маленьких столиков в столовой, разговор не зашёл о лесных эльфах – жителях лесной деревни.

— Они прямо там родились, что ли? — спросил Элай, который, конечно, знал о разделении эльфов своего племени на “лесных” и “жителей Замка”, но не вполне понимал причины.

— Не все, — ответил король Элариан, рассеянно вертя в пальцах листик петрушки из своей тарелки с салатом. — Некоторые родились здесь, в Замке.

— Тогда почему они там? — полюбопытствовал Элай и отправил в рот кусок ягодного пирожка – свой салат он уже съел и перешёл к сладкому. В целом Элай догадывался об ответе: если не родились, но живут, значит, наверное, потому, что жить в лесу очень здорово! — Им там очень нравится, да? — спросил он снова с набитым ртом.

— Ты прав на все сто процентов, — улыбнулся Элариан. — Именно потому, что им там нравится – больше, чем здесь. Когда тысячу с лишним лет назад наше племя пришло в эти места, поначалу все жили в Замке – конечно, когда построили его. Но потом, по мере освоения окрестностей, некоторым так понравился соседний лес, что они захотели жить именно в нём – полностью на лоне природы. Никто не видел смысла никому мешать, поэтому они собрались и переехали, построив лесную деревню. С тех пор у каждого эльфа племени есть выбор, где жить – в Замке или в лесу, – неважно, где тот родился.

— Так из леса тоже к нам переезжают?! — воскликнул Элай.

— Ну конечно! Вот, например, Тамлин – наш портной. Сам понимаешь, шить платья гораздо удобнее в Замке, здесь все условия. Или Натаниэль. Когда он у нас гостил, то ему так понравилась пасека, что он решил остаться и стать пчеловодом.

— Ну надо же! — поразился Элай (кто бы мог подумать, что их рассеянный Тамлин, постоянно теряющий иголки и пуговицы, родился в лесу!). — А я тоже смогу выбрать, где жить?

— Конечно же, сможешь, — вступила в разговор Лорана. — Каждый эльф из Замка в отрочестве обязательно посещает лес и, если надо, гостит в деревне, чтобы увидеть всё воочию и решить для себя этот вопрос. Если тебе сильно понравится лес и ты сильно захочешь там жить, никто тебя не остановит. Мы будем рады любому выбору, — добавила она, но по глазам было видно, какой выбор сына она бы предпочла.

— Я только погощу там, а потом вернусь домой, — поспешил успокоить её Элай, тоже это сообразивший. — Потому что я вас с папой сильно люблю – больше, чем лес!

— О, дорогой, мы тоже тебя любим, — улыбнулась королева, целуя сына в макушку. — Но пока рано обо всём этом говорить.

Разве рано? – удивился про себя Элай. Он же того и гляди вырастет! Уже почти вырос и вполне может… И тут он вспомнил, наконец, о своём вопросе. Ему же надо спросить разрешение! И вот как раз шанс – они же о лесе разговаривают!

— А можно мне уже пойти в лес? — выпалил он, чтобы не передумать и снова не забыть. — Ну, не в сам лес, а только до него дойти и посмотреть, — поспешил он уточнить, пока удивлённые брови обоих родителей не превратились в нахмуренные. — Я же стану путешественником, и мне надо тренироваться, — торопливо продолжил он объяснения, проглатывая слова, — а ближайшие места – это лес или река, и, значит, надо пойти туда в поход – больше некуда. Мы с Кьярой дотуда просто дойдём и быстренько вернёмся, прямо к ужину, вы и глазом моргнуть не успеете!

Кьяра, сидевшая на соседнем стуле и уже слегка задремавшая, услышав своё имя (а также слово “ужин”), встрепенулась и навострила уши.

— Хм, — сказал Элариан, и сердце Элая упало, потому что брови отца всё-таки нахмурились. — В лес вам, пожалуй, ещё рановато, — продолжил тот немного погодя, — что же касается реки… — тут сердце Элая вновь наполнилось надеждой.

— До Дарлинки довольно долго идти, несколько часов, — заметила Лорана. Её изящные полукруглые брови тоже озабоченно сдвинулись к переносице.

— Мы выйдем пораньше, — торопливо пообещал Элай, — в семь… нет… в пять утра!

— В любом случае, это на целый день, — возразила королева. — Стоит ли вот так, сразу? Может, вначале с кем-нибудь…

— Давай не будем решать это прямо сейчас, за ужином, — произнёс Элариан. — Мы подумаем, — повернулся он к Элаю. — Но одно я скажу тебе точно: это произойдёт не раньше, чем тебе исполнится хотя бы десять.

— Но мне ведь уже почти-и-и… — разочарованно протянул Элай.

— Извини, но “почти” не считается, — твёрдо сказал король. — Но это и хорошо, ты сможешь за это время как следует подготовиться, — на что Элай только вздохнул.

Сказать, что Элай совсем уж недоволен результатом разговора, было нельзя. Наоборот – он был очень даже доволен. Во-первых, разговор состоялся – наконец-то! А во-вторых, ему ведь не запретили идти, просто отсрочили. Но эта отсрочка, по его мнению, была совершенно излишней! Зачем ждать, разве что-то изменится за несколько месяцев? И чего там готовиться?? Они же не в дальнее странствие собираются – на год, например, – а всего-то на один день, даже меньше. Им лишь нужно дойти до реки и обратно – делов-то! Насколько понял Элай из свитка, до Дарлинки примерно восемь часов ходьбы. Ходьбы! А кто сказал, что они будут идти шагом? Они будут бежать бегом! Элаю эта мысль казалась гениальной. Ведь, если бежать, время наверняка сократится как минимум вдвое, а то и втрое! Он специально проверил: сначала прошёл по тропинке шагом, а потом пробежал, и каждый раз считал про себя. У него получилось быстрее аж в четыре раза! Это они могли бы за два часа добежать! Ну, за два с половиной, если делать перерывы. Но всё же Элай подумал и сделал скидку на окружающую среду: ведь если они будут бежать слишком быстро, то вряд ли разглядят что-то по пути, а это ну совсем неинтересно! “Будем бежать только в два раза быстрее”, — решил он. Чтобы как следует насладиться новыми видами – в конце концов, они же в первый раз отправятся куда-то далеко от Замка. Вдруг там, по пути, что-нибудь потрясающее, а они мимо пробегут и не заметят! Приняв такое решение, Элай с полным правом посчитал, что достаточно подготовился и осталось только дождаться десятого дня рождения.

Глава 6. Разве мы не будем жить вечно?

Время потекло в томительном ожидании, и Элай даже принялся отсчитывать дни, но вскоре сбился и перестал. Желание немедленно отправиться в путь тоже постепенно сгладилось, круговерть обыденности взяла верх. Тем не менее, он ничего не забыл и сразу после дня рождения тут же напомнил родителям об их обещании.

— Ну хорошо, — сказал на это Элариан. — Раз обещано, то будет. Надеюсь, ты достаточно подготовился?

— Конечно, — уверенно подтвердил Элай.

— Ты подумал, что наденешь? Что возьмёшь с собой? Какую еду? — озабоченно поинтересовалась Лорана.

— Еду?

— Ну да. Вы же собираетесь перекусывать по дороге? И там, на реке.

Эта мысль оказалась для Элая неожиданной. О еде он как-то не подумал. И ведь действительно, после долгого бега захочется перекусить. Особенно Кьяре.

— Конечно, я не забуду про еду, всё в порядке, — успокоил он мать – ни к чему ей тревожиться попусту. А про одежду что она там говорила?

В назначенный день Элай проснулся полным воодушевления и бодро вскочил с постели. Было пять утра – как он и планировал. Чем раньше они выйдут, тем быстрее вернутся домой, и родители даже не успеют забеспокоиться (а значит, в следующий раз не станут сомневаться – отпускать или нет!). Умывшись, Элай принялся одеваться. Он всерьёз обдумал вопрос с одеждой и решил, что лучше всего надеть то, что удобно для бега. Его обычные зелёные льняные штаны и рубашка навыпуск показались ему вполне подходящими, но на ноги вместо чересчур лёгких сандалий он надел мокасины из плотной зачарованной ткани – непромокаемые, предназначенные для дождливой погоды (и это тоже было кстати – они ж на реку идут, где полным-полно воды!). А чтобы не мёрзнуть с утра, сверху он надел тёплую шерстяную куртку на пуговицах. Всё – он был готов. Промчавшись по полусонному Замку, он вприпрыжку вбежал в кухню, Кьяра весело бежала следом – у неё тоже было хорошее настроение – мысль о грядущем приключении ужасно заряжает!

Кухня встретила их тишиной – суета в ней начнётся позже, когда проснутся братья Шанорто и Эмиль, заведовавшие готовкой. Однако их кот Одуванчик, к неудовольствию Кьяры, был уже тут как тут, возлежа на одном из столиков для обедающих. Да что же это такое! – возмутилась Кьяра мысленно. Даже рано утром от него не избавишься! Как будто и вправду на кухне живёт. Выпрямившись, она прожгла его негодующим взором, в ответ Одуванчик беззвучно оскалился. “Ишь, шипит на меня, — ещё больше возмутилась Кьяра, — несносное создание!” Она надменно прошла мимо столика с котом и гордо забралась на свой персональный, низенький, ожидая, пока Элай нальёт ей молока. Такие молчаливые пикировки происходили почти каждый раз, когда Кьяра и Одуванчик встречались, будь то на кухне или в другой части Замка. Оба ощетинивались и бросали друг на друга выразительные взгляды – каждый с чувством собственного превосходства. Что при этом думал Одуванчик, оставалось загадкой, но Кьяра только лишний раз убеждалась, что она по всем статьям лучше, чем эти “обычные” кошки! И неважно, что они так сильно на неё похожи. Она – другая! В сто раз красивее и умнее! И ещё у неё крылья есть! И разум! А эти бессовестные, наглые… они… они… да они даже мышей ловят и едят их потом – фууу!!! От мысли съесть кого-нибудь живого её аж передёргивало. Если кто-то бегает и пищит, разве его можно считать едой? Эти кошки, наверное, совсем глупые! Вот то ли дело – молоко. Перед походом Кьяра решила выпить его как можно больше – как бы запастись. “А у тебя булькать не будет?” — усмехнулся Элай, наливая ей третью миску. Сам он решил перед выходом много не есть, разумно предположив, что бежать на сытый желудок не лучшая идея. Сжевал только пару яблок. И несколько яблок и груш положил в небольшую котомку. На перекус по дороге как раз хватит, думал он. А больше и смысла нет брать – зачем таскать лишнюю тяжесть? Он вычитал в свитке, что по берегам реки встречаются плодовые деревья. А раз так, то правильнее найти себе обед прямо там, на месте, а не тащить его из дома. Ну и что, что тот будет фруктовым – сам он мог есть фрукты сколько угодно! Кьяре, конечно, придётся потерпеть на фруктовой диете – молоко он точно с собой брать не станет! Но ничего, денёк-то переживёт! А вечером они уж как следует поужинают дома. Все эти рассуждения показались ему очень разумными и, довольный ими, дождавшись, когда Кьяра наконец допьёт своё молоко и доест пару варёных морковок, оставшихся со вчера (а также доиграет в свои гляделки с Одуванчиком), он вышел из кухни и направился к главной двери – на выход.

Снаружи на крыльце, к его лёгкому удивлению, уже стояли родители – а он почему-то думал, что те будут в это время ещё спать. Но это был приятный сюрприз, и он тут же расплылся в улыбке.

— Ну что, сынок, ты готов к своему первому взрослому путешествию? — спросил Элариан совершенно без тени иронии.

— Конечно! — бодро воскликнул Элай, его так и распирало от воодушевления.

— Всё, что надо взял? Приготовился?

— Само собой, — с сознанием собственной правоты подтвердил Элай, помахав в доказательство котомкой с фруктами.

— Ну хорошо, но не задерживайтесь там, мы с мамой ждём вас к ужину, не забудь.

— Разумеется, — снова согласился Элай, подумав про себя, что вернуться обратно вовремя наверняка окажется проще, чем вырваться от провожающих.

— Будьте осторожны, — напутствовала их Лорана, словно подтверждая эти мысли. — Не лезьте в воду. Большая река не похожа на ручей, там сильное течение.

— Ну, конечно, мама, я знаю, что река намного больше, чем ручей! Не беспокойся, я же не маленький!

Лорана вздохнула и обняла сына. Поправила на нём курточку, пригладила волосы, снова обняла.

— Ну, я пошёл, — сказал Элай. Он спустился с крыльца, обернувшись, помахал рукой остающимся и поспешил через двор к ближайшей дорожке, ведущей на восток, – пока родители вовсе не передумали его отпускать. Кьяра вприпрыжку последовала за ним.

— Какую-то маленькую сумку он взял, — озабоченно произнесла Лорана, когда двое юных путешественников скрылись за деревьями сада. — Что он туда положил?

Элариан приподнял прямые светлые брови:

— Думаешь, надо было проверить?

Лорана заколебалась, будто раздумывая, не догнать ли уходящую парочку.

— Пусть идут, — Элариан положил ей на плечо свою руку. — Даже если они плохо подготовились, лучше всего такие вещи усваиваются на личном опыте.

— А если они очень плохо подготовились?

— Самое худшее – они вернутся страшно голодными. Не беспокойся, мы же все через это проходили, помнишь?

— Я не бродила по окрестностям в десять лет.

— Ты у меня домоседка, — улыбнулся Элариан, — но я-то бродил! И ничего – выжил.

Ширина Садов, окружающих Замок, в самом широком месте – на востоке – была не так уж велика, и Элай с Кьярой вышли за их пределы всего-то за десять минут. Они остановились на краю, с восторгом обозревая раскинувшийся перед ними простор, и владела ими одна и та же мысль: как же здорово будет пробежаться! Погода стояла прекрасная, лёгкая утренняя прохлада бодрила, дул свежий ветерок, донося запахи мокрой от росы травы, посветлевшее небо синело вовсю, а редкие облачка на востоке розовели от восходящего солнца, золотой краешек которого уже показался над горизонтом. Ещё немного, и первый тёплый луч разольётся по земле, прогонит остатки ночных теней, сделает мир ярче, наполнит сердца радостью. Элай и Кьяра уже ощущали эту радость внутри, та просилась наружу, и, переглянувшись, они, не сговариваясь, сорвались с места и побежали. Прямо по лугу, по мокрой траве, не разбирая дороги. Да и какая тут дорога? До самого горизонта лишь эта трава по колено с мелкими луговыми цветочками то тут, то там.

Сначала друзья припустили во весь дух, и ветер с готовностью помчался им навстречу. Восходящее солнце слепило глаза, в ушах стоял оглушительный стрёкот кузнечиков, да ещё стук собственного сердца. Элаю казалось, он и сам мчится, как ветер. В груди поднимался дикий восторг, ноги норовили того и гляди оторваться от земли и побежать по воздуху! В порыве чувств он раскинул руки в стороны. Эх, почему у него не крылья! Он бы сейчас взлетел!

Кьяра думала о том же. Но, в отличие от Элая, у неё были крылья, и, пользуясь этим, она расправила их во всю ширь, пытаясь ловить ветер. Её прежний способ – махать ими как можно чаще – в эту минуту казался ей не самым лучшим. Она вдруг вспомнила, что птицы вовсе не машут ими всё время и тем не менее с неба не падают. А она очень хотела быть, как они! Может, если как следует разбежаться, она сможет взлететь! Прямо сейчас! У неё было чувство, что ещё немного, ещё чуть-чуть, и она поднимется в воздух… сейчас… вот сейчас… надо лишь бежать ещё быстрее! И она бежала и бежала. Но, то ли крылья пока были коротковаты, то ли мешала высокая для неё трава, – только она всё никак не взлетала, а через некоторое время начала уставать. Элай тоже вскоре запыхался, восторг постепенно исчезал вместе с воздухом. Снова не сговариваясь, друзья замедлились и остановились, повалившись в траву, которая теперь доходила Элаю почти до пояса, а Кьяру скрывала целиком.

Отдышавшись, Элай поднялся и огляделся вокруг. Замок всё ещё виднелся вдали, но выглядел ужасно маленьким, почти игрушечным! И, кроме него, от горизонта до горизонта не было больше ничего. Совсем ничего, ничегошеньки! Всё обозримое пространство занимали зелёное море травы и бесконечное голубое небо. Столько неба за раз Элай не видел никогда! Огромный сверкающий купол раскинулся над ним во все стороны и, казалось, нет тому ни конца и ни края. Это невероятное зрелище потрясло Элая до глубины души. Он даже забыл о цели похода – стоял и глазел на небо, запрокинув голову, до тех пор, пока в ноги не ткнулось что-то мягкое и требовательно мяукающее. Кьяра отдохнула и желала идти дальше.

В этот раз Элай решил идти шагом. Бег был хорош, но, похоже, они переоценили свои силы. Или недооценили свою скорость? Одним словом, они бежали слишком быстро и так же быстро устали. А он ведь собирался бежать только в два раза быстрее пешего хода! Конечно, вокруг не обнаруживалось пока никаких особых достопримечательностей, мимо которых существовал бы риск проскочить. Кроме неба, конечно, но оно было везде, мимо него не проскочишь! Однако дело, как уже начал понимать юный путешественник, не в этом, а в усталости. Чем быстрее бежишь, тем быстрее и сильнее устаёшь. Он вроде бы и раньше это знал, но именно сейчас осознал со всей определённостью. А чем сильнее усталость, тем дольше отдыхать, и поэтому сэкономить время на беге ну никак не получится. Несмотря на это, Элай всё равно не сдавался: они будут чередовать бег и шаг, и всё равно доберутся раньше, чем пройдёт восемь часов!

Поначалу периодические пробежки доставляли им удовольствие. Не такое острое, как в самом первом забеге, но достаточное, чтобы поддерживать приподнятое настроение. Однако чем дальше они продвигались, тем меньше хотелось бежать. Солнце поднималось всё выше. Небо оставалось ясным, обещая жаркую погоду. Роса на траве давно испарилась, ветер потеплел. Сама трава снова стала ниже, и из неё уже торчали не только кончики крыльев Кьяры, а её нос и хвост, которые, впрочем, постепенно и неуклонно опускались к земле. На одном из коротких привалов, которые они устраивали, чтобы отдохнуть, Элай достал яблоки и груши. Он хотел было растянуть припасы на два раза, но Кьяра мигом слопала обе свои порции, так что он махнул рукой и тоже съел свои. После чего тяжко вздохнул: такого он не предвидел. Он не подумал, что после физической активности (в том числе и длительного бега) аппетит повышается. Также он не подумал о воде. Вернее, подумал, но посчитал, что сочные груши вполне её заменят, а потом они доберутся до реки и любые проблемы с водой разрешатся. Однако реки не было и в помине, а пить уже хотелось – груши не помогли. Ещё и солнце начало весьма ощутимо припекать. Вспомнив, что одет в куртку, Элай снял её и сложил в освободившуюся котомку.

Они побрели дальше. Бежать расхотелось полностью, силы как-то стремительно таяли. В чём дело, почему? – удивлялся Элай. Вроде же они шли совсем недолго, всего-то часа четыре, судя по положению солнца. Да они дома, бывает, бегают на улице гораздо дольше. И не устают! А тут… Может быть, дело именно в солнце? Дома-то везде тенёчек. Или в том, что вода и еда в любой момент доступны? Он принялся вспоминать, сколько раз во время прогулок и игр прерывался на минутку попить водички или съесть всё то же яблоко. А может, в путешествиях всегда так? Может, это такое их особое свойство? Начинают действовать какие-то специальные законы природы, когда идёшь куда-то далеко? Он вытер пот со лба. Ну когда же уже река! Чтобы отвлечься, он начал думать о будущих путешествиях, когда он вырастет и станет путешественником. Конечно же, он будет не просто путешественником, а великим, как дядя Амари. Будет так же бродить по свету и искать море. И однажды непременно найдёт! Вот тогда-то и окупятся все эти тренировки, которые, само собой, ещё впереди, но это – первая из них! Потому что это вовсе никакие не страдания от жары и усталости – это он просто тренируется, как бы репетирует. Он как-то раз видел репетицию музыкантов перед выступлением (честно говоря, лучше бы не видел и не слышал!) – у них ничего не получалось! Зато последующий концерт был просто потрясающим, все долго хлопали в ладоши, и папа тогда сказал ему, что чтобы так играть, нужно много репетировать. Наверное, и в путешествиях также. Ну, подумаешь, он не взял еду и воду, в следующий раз возьмёт! Он посмотрел на Кьяру, понуро бредущую рядом: нос опущен вниз, крылья не вверху, как обычно, а тоже опущены – даже слегка волочатся по траве, и хвост где-то внизу. Всё у неё было опущено, являя все признаки неземных страданий. Словно почувствовав внимание, Кьяра подняла голову и бросила на Элая страдальческий взгляд. Хоть тот и знал достоверно, что не меньше половины Кьяриных страданий – результат её драматических талантов, всё равно испытал неприятные уколы совести. Потому что тоже ощущал жажду – самую настоящую. Он снова попытался отвлечься: начал представлять, будто уже вырос, странствует по миру, и они идут не к реке, а прямо к морю. Это было даже символично: и море, и река – они же из воды состоят! Но тут же понял свою ошибку: мысли о воде сделали только хуже – он ещё больше пить захотел! А солнце поднималось всё выше, скоро полдень! Он оглянулся назад – Замка не видно, а он даже не заметил, в какой момент тот исчез из виду! Теперь вокруг были лишь пустые горизонты – и ни намёка на какой-то ориентир. Если бы не солнце, они бы даже не знали, правильно ли идут! Плохо было то, что солнце, являясь таким важным указателем, являлось одновременно и колоссальной небесной печкой, светящей к тому же прямо в глаза. Элай всегда любил солнце, но сейчас оно приоткрывалось ему совершенно с другой стороны.

1...56789...12
bannerbanner