Андрей Андреев.

Разбуди свою харизму



скачать книгу бесплатно

– Ясно, – произнёс я тихим голосом, а потом оживился и спросил: – Хорошо, допустим, я стану руководителем. Как я пойму, какой я лидер, харизматичный или по праву должности?

– Во-первых, не «допустим», а точно станешь, – поправил меня мой наставник. – А во-вторых, ты обязательно почувствуешь свою харизму.

– Как? По каким признакам?

– По той уверенности, с которой будешь принимать решения. По той твёрдости, с которой потом будешь действовать. Ты перестанешь рефлексировать по всякому поводу. Тебя не будут мучить вопросы о том, как твои решения, в том числе и непопулярные, воспримут другие, как всё это отразится на их судьбах. Тебя не будет волновать то, как ты выглядишь в глазах окружающих. Это будет состояние подсознательной веры в свою правоту, а точнее, в полезность своих идей и поступков, причём полезность для всех, кто имеет к ним отношение. Всё это придёт к тебе исподволь, ты даже не заметишь, как станешь харизматиком. А ещё ты это поймёшь по той лёгкости, с какой подчинённые будут соглашаться с тобой, по их готовности решать поставленные тобой задачи. Понятно?

– Пока не очень.

– Это нормально, главное верь. Хорошо?

– Хорошо.

Аким одобрительно моргнул и неожиданно объявил:

– На этой оптимистичной ноте мы с тобой расстанемся. На сегодня всё, – и, продолжая сидеть, добавил прежним, деловитым тоном: – Вот тебе задание на дом: понаблюдай за своими знакомыми и друзьями и подметь, у кого из них есть качества, присущие харизматикам. А также подумай, сможет ли кто-то из них стать лидером благодаря этим качествам, или им надо развивать в себе ещё какие-то другие навыки. Задание понятно?

– Понятно.

– Тогда по домам!

И мы попрощались. Я отправился к себе домой, а мой наставник остался решать какие-то свои рабочие вопросы.

Стать харизматиком – это просто

– Давай-ка вспомним, о чём мы говорили в прошлый раз, – начал Аким без всяких предисловий, как только мы уселись друг против друга, – можно ли воспитать в себе харизматичность? Помнишь?

– Да, помню, – ответил я.

– Итак, мы договорились о том, что все мы рождаемся харизматиками, и нам нужно всего лишь взрастить в себе наши лидерские качества, – он вскинул на меня бровь, и спросил утвердительно: – Мы же договорились, так ведь?

– Так, так, – согласился я и улыбнулся. Было что-то детское в его настойчивости. Но он пропустил мимо глаз мою усмешку и продолжал всё тем же уверенным голосом:

– И ты легко убедишься в этом, понаблюдав за детьми – вот кто настоящие харизматики. Посмотри, как они приковывают к себе внимание взрослых, как они уверенны в себе, когда топают ножкой и требуют чего-то от старших. Посмотри, как они выразительны в своей сердитости, когда складывают ручки на груди и надувают губки. Разве их этому кто-то учил? Нет. Так делают только прирождённые лидеры. И ведь у них получается добиваться своего. Почему? Да потому что они живут в атмосфере любви и бессознательно пользуются этой любовью.

Мы все рождаемся харизматиками, однако со временем родители и общество (детский сад, школа и тому подобное) подавляют в нас нашу харизму, и через какое-то время мы становимся простыми, послушными исполнителями. И парадокс заключается в том, что это подавление начинается именно в том возрасте, когда всех умиляют наши детские топанья ножкой, и когда родители всё ещё потакают нашим капризам. Именно тогда в наше сознание вживляют целую систему запретов. Вот тебе простой пример по этому поводу. Ты же бывал на детских площадках, где мамочки выгуливают своих детей?

– Конечно. Я и сам своих там иногда выгуливал.

– Значит, ты видел типичную картину, когда малыши на детской площадке в своих попытках познать мир пытаются уползти за пределы отведённого им пространства. Видел же?

– Видел.

– А мамы, вместо того, чтобы следовать за своими детьми, и поощрять тем самым их любознательность, загоняют их обратно в маленький мирок песочницы. Видел?

– Много раз.

– Ведь им так удобно: сидеть на лавочке и ничего не делать. Они даже не замечают, как нарушают личностный рост своих детей, как убивают в них самостоятельность, снижают их способность воспринимать обстановку самолично, а не с чьей-то подачи. Думал когда-нибудь об этом?

– Пожалуй, нет.

– Что ж, теперь задумаешься, и о природе собственной несамостоятельности, и о том, как ты воспитываешь своих детей.

Я согласно кивнул головой, Аким тоже кивнул и продолжил свою речь:

– А ещё я видел, как некоторые родители шпыняют своих детей, шпыняют постоянно, по любому поводу.

– И даже без повода, – подхватил я.

– Вот именно. Например, у одних моих соседей есть сын – уже достаточно взрослый мальчишка. Он очень добрый и улыбчивый. И всё же из-за постоянных окриков своей матери он ведёт себя не как все его сверстники. Он слишком тихий и зажатый, боится высказать своё мнение, даже когда его просишь об этом. Абсолютно безынициативный парень. Попадались тебе такие?

– Думаю, да… да наверняка попадались, просто сейчас не могу вспомнить.

– Но есть у меня и другой пример, – сказал мой наставник с ноткой оптимизма. – Когда у одних моих соседей родился мальчик, все жильцы дома лишились покоя. Ваня – так зовут мальчишку – днями напролёт орал благим матом. Даже прохожие на улице возмущались мамашей, которая «мучает своего ребёнка», хотя Лиля1212
  https://www.facebook.com/profile.php?id=100004227166571


[Закрыть]
– так зовут Ванину маму – очень заботливая родительница. Но, самое главное, она мудрая и терпеливая. Она понимала, что «безумные» вопли сына – это всего лишь заявление маленького человечка о себе большому миру, это проявление характера. Я ни разу не слышал, чтобы она на него накричала. Лиля позволяла Ване делать всё, что он захочет. И также терпеливо она относилась к его проявлениям самостоятельности, когда он подрос и начал ходить. Она следовала за ним, за живчиком, повсюду, как наседка за цыплятами, всячески потакая его любознательности. В результате Ванюшка вырос очень активным и солнечным мальчиком. При виде его у меня на душе всегда становилось тепло. Мне, в общем-то, все дети поднимают настроение, но Ваня заражал своей жизнерадостностью. Он буквально приковывал к себе внимание окружающих и всегда верховодил сверстниками, но не потому, что был самым рослым или самым сильным – нет, он был средних размеров, – а потому, что был самым развитым как личность. Встречались тебе такие дети?

– Да, – на этот раз уверенно ответил я.

– Так вот, к сожалению, лишь единицы детей, в ком взрослые не смогли заглушить их упрямую харизму, вырастают лидерами, ну и ещё такие вот Ванюшки, в ком родители осознанно поощряют самостоятельность и любознательность. Остальные же очень быстро забывают о своих врождённых задатках и становятся простыми исполнителями. Однако… – Аким внушительно поднял указательный палец, а потом направил его в мою сторону, – не стоит залипать в своих обидах на взрослых. Ведь родительское воспитание со всеми его ошибками – это всего лишь начальная школа жизни, а высшее образование мы получаем самостоятельно. Например, в моём дипломе стоит тройка по высшей математике, но я же не обижаюсь за это на свою школьную учительницу. Ведь это было в моей власти – восполнить базовые знания и усерднее учиться в универе. Верно ведь?

– Верно.

– Точно так же и с харизмой. Без каких-либо обид на кого бы то ни было, мы способны пробудить и развить в себе свои врождённые лидерские качества, будучи уже взрослыми людьми… – он встал и написал на доске всё тем же энергичным почерком:


РАЗБУДИ СВОЮ ХАРИЗМУ!


и подчеркнул три раза, потом вернулся в своё кресло и посмотрел на меня так, словно спрашивал: «Понятно?» – но вместо согласия я возразил:

– Но ведь дети любимы, потому что взрослыми движет инстинкт продолжения рода и инстинкт сохранения вида. Разве не так?

– Так, – охотно согласился мой наставник. – Дети и в самом деле бессознательно несут в себе идею сохранения рода, и именно на этом держится их детская харизма. Мы уже не раз с тобой наталкивались на мысль, что харизматики являются носителями некоей идеи, которую они продвигают в массы, продвигают неосознанно и без всяких внутренних сомнений. Об этом и я неоднократно говорил, и в твоих тезисах тоже есть упоминания. Помнишь?

– Угу.

– Так вот, не имеет значения, о чём та или иная идея, главное, что она увлекает людей и побуждает их любить того, кто является её носителем. В детстве у тебя была харизма, основанная на идее продолжения рода, но со временем она никуда не испарилась, она осталась в глубине твоего подсознания, просто нужно достать её оттуда и взрастить на основе уже новых идей. Да, это будет стоить тебе определённого труда, и всё же это осуществимо. Веришь мне?

– Верю, – ответил я без колебаний. Аким мотнул головой в знак одобрения и скомандовал:

– А теперь вспомни свои выписки с характеристиками харизматиков, вспомни все те качества и способности, которых тебе не достаёт, и ответь, можешь ли ты воспитать их в самом себе?

Я задумался, перебирая в памяти все тезисы, а потом уверенно ответил:

– Могу.

– То-то и оно! – произнёс он торжествующе. – Вот и выходит, что харизматичность можно развить в себе, и делается это достаточно просто.

– Просто? – переспросил я с сомнением в голосе.

– Да, – уверенно ответил он и пояснил: – С определёнными трудовложниями и всё же просто. Откуда я это знаю? Из личного опыта. Мои родители – простые рабочие люди, выходцы из деревни – всю жизнь мечтали о том, чтобы я получил приличное образование. Это своё желание они всячески доносили до меня, и я ещё в детстве сделал свой выбор. Я решил осуществить их мечту. Я всегда знал, что поступлю в хорошее учебное заведение и ежедневно следовал своему выбору. Я прилежно учился, читал книжки, занимался спортом, активно участвовал в жизни школы, одним словом, всесторонне развивался. И всё это логично увенчалось получением хорошего аттестата, а затем и поступлением в престижный ВУЗ. В университете, несмотря на то, что я был оторван от родителей, я всё равно продолжал следовать их мечте (уже самостоятельно) и идти к своей цели. Я прилежно учился, читал книги, занимался спортом, активно участвовал в студенческих мероприятиях. И, хотя учёба в универе давалась мне намного труднее, чем в школе, проблемы и неудачи только подстёгивали меня. Ведь я не мог подвести своих родителей, да и самого себя тоже. И вот спустя много лет, когда я решил стать харизматиком, я вспомнил эту до гениальности простую методику и применил её в достижении уже исключительно своего желания. Я просто всё время стремился соответствовать стилю жизни харизматика. Я просто шёл по выбранному пути и в итоге достиг задуманного, – Аким улыбнулся мне и резюмировал убеждающе: – Вот и у тебя всё получится. Потому что ты очень способный ученик.

– Правда что ли?! – произнёс я иронично, скрывая своё смущение. Аким проигнорировал мою насмешку и продолжил свои «предсказания»:

– У тебя всё будет так же, как и у меня, а вернее, как у многих других проснувшихся харизматиков. Правда, правда… – мы несколько секунд посидели молча, глядя друг другу в глаза, а потом он неожиданно встал из-за стола и скомандовал:

– А теперь идём пить чай! – и мы отправились в кухню-столовую…

После чаепития мы продолжили разговор о дремлющей харизме.

– Разумеется, – сказал Аким, устраиваясь поудобней в кресле, – в силу каких-то психологических и интеллектуальных особенностей одним людям труднее пробудить в себе лидерское начало, а другим легче, и в связи с этим у меня есть одна очень важная оговорка. Я не психоаналитик и не могу, да и не хочу, докапываться до глубинных причин твоего желания стать руководителем. Я просто предупреждаю тебя, как и всех своих учеников: если ты поставил себе такую задачу ради какого-то конкретного человека, например, ради любимой женщины, или ради детей, или ради родителей, то такая твоя цель ложная, а значит, и само желание стать лидером тоже ложное. Единственным верным мотивом для саморазвития может быть твоё личное счастье… Понятно?

– Понятно.

– Об этом более подробно мы обязательно поговорим чуть позже, а сейчас просто прими поправку, как важное условие нашего учебного процесса… – он просмотрел на меня пристально и спросил: – Принимаешь?

Я кивнул в знак согласия, после чего он продолжил:

– И ещё одна оговорка. Она касается твоей будущей линии поведения. Если ты планируешь быть лидером только в определённое время, в определённом месте и в определённых условиях, то это также большое заблуждение. Потому что невозможно быть харизматичным в какой-то конкретной ситуации или в определённое время суток, оставаясь по жизни обычным человеком. Это только артисты так умеют: играют харизму на сцене или перед камерой, а в жизни остаются скучными и закомплексоваными. В реальности человек, который ещё вчера проявлялся как серая мышь, а сегодня вдруг решил заделаться вождём, не вызывает доверия у окружающих. Потому что в жизни харизму невозможно сыграть. Она основана в первую очередь на доверии, а доверие не возникает в одночасье. Оно строится на основе личностной привлекательности и укрепляется множеством поступков, а вернее, результатами этих поступков. И тебе, чья профессиональная успешность оценивается конкретными результатами, это понятно лучше других. Так ведь?

Я снова согласно кивнул головой. Аким ответил мне тем же жестом и продолжил свою речь:

– Харизма – это жизненный уклад, а не временное состояние, не какой-то ситуативный образ. Так что, тебе предстоит быть харизматиком всегда, везде и со всеми. Такая линия поведения не обязательно должна быть прямой, она может быть и извилистой, однако она всегда сплошная, а не пунктирная. Понимаешь, о чём я?

– Понимаю.

– И ещё одно предостережение. Ты как-то сказал, что твоя работа тебе нравится общением с людьми и твоей автономностью. Помнишь?

– Да, помню.

– Ты ещё говорил что-то там про амбициозность и боевитость твоей компании.

– Говорил.

– Однако я так и не понял, нравится ли тебе сама работа? Нравится ли она тебе по-настоящему? Не получится ли так, что через какое-то время у тебя опять наступит личностный, а потом и профессиональный кризис? К чему я веду. Если ты собираешься стать вожаком из неопределённого желания добиться успеха, то сначала проясни, зачем тебе это надо: стать успешным в том деле, которым ты сейчас занимаешься?.. Зачем ты хочешь быть ещё более успешным продавцом?

Вопрос застал меня врасплох, и я не нашёл ничего лучшего, как просто брякнуть:

– Ну, как… это же очевидно! Успешными все хотят быть.

– Очевидно-то оно очевидно, да не совсем, – возразил мой наставник. – Одного лишь общего желания здесь недостаточно. Чтобы стать настоящим профессионалом, нужна не только компетентность, но и осознанность выбора, нужно понимание мотивов, которые побудили тебя заниматься именно этим делом.

– Ну, хорошо, а даже если и ошибся с выбором профессии, – упрямился я, – что плохого в том, что харизма у меня будет просто так? Она ведь потом в любых других сферах пригодится.

– Оно, конечно, так. Харизма помогает решать любые жизненные задачи, но для успеха в карьере нужны ещё и мотивы, которые будут соответствовать выбранной профессии, которые будут продвигать тебя.

– И зачем же мне нужна такая осознанность выбора?

– Чтобы не вышло так, что ты делаешь всё возможное и невозможное для раскрытия себя как лидера, а в профессии наблюдаются неудачи и застой, потому что твои истинные мотивации не соответствуют особенностям данной профессии, и подсознательно ты не любишь её. В итоге профессиональные неудачи приведут к внутреннему конфликту и неверию в то, что харизму можно пробудить и воспитать. Понятно?

– Теперь понятно.

– Зато в случае осознанного выбора профессии и закономерных успехов в ней вера в свои лидерские способности укрепится, а твои новообретённые навыки повлияют и на другие области жизни, о которых ты сейчас даже не задумываешься.

– Да я это уже понял, – произнёс я нетерпеливо и заверил наставника: – Мне нравится моя работа, зуб даю, – и поторопил: – Поехали дальше.

– Ладно, – сказал он с улыбкой, – тогда перейдём к психологическому портрету продавца, – и спросил: – Как ты думаешь, кто является хорошим торговцем?

Это вопрос уже не застал меня врасплох, и я сходу ответил:

– Например, тот, кто любит пропускать через свои руки потоки денег, кто этими деньгами измеряет свою профессиональную успешность… – я посмотрел на Акима в ожидании его реакции, и он отозвался поощрительно:

– Хорошо, – и спросил: – А ещё кто?

– Тот, у кого всё в порядке с самоконтролем, кто уверенно чувствует себя в «свободном плавании», – ответил я.

– А ещё кто? – продолжал он допытываться.

– Тот, у кого хорошо подвешен язык.

– И всё?

– Нет не всё. Наверное, ещё тот, кому нравится общаться с людьми.

– Ну, хорошо, достаточно, – прервал он меня, наконец. – Всё это, конечно, верно. Все перечисленные тобой качества в той или иной мере присущи любому хоть сколько-нибудь успешному продавцу, и все же они вторичны.

– Вторичны?! – удивился я. – А что же тогда первично?!

– Настоящий торговец просто любит торговать. Настоящий продавец любит свою работу без всякой причины, без всяких «потому что», без всяких «нравится». И только тот, кто по-настоящему любит свою профессию, добивается в ней успеха. А тот, кто на вопрос «почему ты занимаешься торговлей?» начинает рассказывать про деньги, про автономность, про приятное общение и всякое такое, в действительности совсем не любит процесс продаж.

«Камень в мой огород», – подумал я, а Аким тем временем продолжал развивать свою мысль:

– Единственный правильный ответ: «Я не знаю почему. Нравится и всё тут». Здесь всё также просто, как и в отношениях между людьми. Мы не знаем, за что любим других. Просто любим, и точка. Поэтому для меня слова «призвание», «талант» и «любимая профессия» – практически синонимы.

– Ну, хорошо, – сказал я примирительно, – а лично ты как понял, что любишь свою работу? Ты задавал себе такой вопрос?

– Конечно, задавал, и много-много раз. Я долго сомневался в правильности выбора профессии и спрашивал себя: «А может быть, это просто стечение обстоятельств?» Ведь, когда я подался в бизнес, продавцы были очень востребованы, а мне тогда нужно было по-быстрому срубить денег, без долгой профподготовки. А потом я так и увяз в этом деле. Вопрос о моём профессиональном выборе мучал меня даже тогда, когда я уже дорос до руководителя продаж. Я по-прежнему спрашивал себя: «А вдруг я занимаюсь этим делом не по собственной воле, а от безвыходности?» Однако всё встало на свои места после одного моего разговора с матерью. Она, несмотря на свои семьдесят с лишним лет, наперекор старческим болячкам продолжает ходить на рынок и торговать там всяким рукоделием. И когда я поинтересовался, зачем ей это надо, она ответила бесхитростно: «Нравится мне это», – и рассказала, как с детства любила торговать. Бывало, насобирает в огороде всякой всячины и бегом в соседнюю деревню на рынок. В их большой крестьянской семье только у неё были такие наклонности… – лицо Акима просветлело от сыновней нежности, и он с улыбкой закончил своё откровение: – Так вот, после рассказа матери я понял, что торговля у меня в крови. Я понял, что это моё призвание… – он замолчал на пару секунд, а потом продолжил своё признание: – А ещё после того разговора я стал изучать людей, занимающихся торговлей. Я бы мог, конечно, и на других профессионалов обращать внимание, но я управляю продажами, поэтому меня интересуют мотивации исключительно продавцов. Такое понимание очень важно для моей работы. Например, однажды, меня пригласили в молодую компанию, с очень ограниченным стартовым капиталом. Поскольку из-за финансовых ограничений я не мог собрать команду из опытных продавцов, передо мной встала простая, но трудоёмкая задача просеять через тонкое решето подбора персонала огромный поток неопытных новичков. В ходе долгих поисков и собеседований мне нужно было отобрать тех, кто подходит под психологический портрет продавца. Меня интересовали люди, пускай и не обнаружившие сами в себе тяги к торговле, но имеющие соответствующий набор внутренних стимулов. Во время каждого интервьюирования мне важно было понять, останется ли человек продавцом навсегда, или рассчитывает временно поработать, пока не найдёт занятие, к которому у него лежит душа и имеется талант.

– Извини, – перебил я, – а к чему так заморачиваться? Ну, подумаешь, не того человека взял. Ведь, если что не так, то его можно уволить и взять нового. Как говорят в таких случаях, методом проб и ошибок. Или ты за юные души переживал?

– Ни за кого я не переживал, – ответил мой наставник и объяснил: – Просто текучесть кадров не позволила бы мне создать стабильный, успешный коммерческий отдел, вот и всё.

– А-а-а, – произнёс я понимающе.

– Вот тебе и «а-а-а»! – передразнил он меня и добродушно улыбнулся.

– Ну, и как? – поинтересовался я. – Получилось?

Он устремил свой взгляд в пространство, словно подсчитывал что-то в уме, а потом ответил:

– Собрать команду, в которой не оказалось бы «случайных пассажиров», мне так и не удалось, но в целом, процентов на восемьдесят «экипаж лодки» получился слаженный и эффективный… – довольно потянулся, как кот после долгой лёжки, и продолжил деловитым тоном: – Но вернёмся к твоей мотивации. Так вот, проясни ещё раз, является ли профессия, ради которой ты совершенствуешься, твоим призванием, или ты всё-таки допускаешь возможность заняться каким-то другим делом. Задай себе вопрос: «Чем бы я ещё хотел заняться, если не торговлей?» Если не найдёшь ответа, значит, ты на верном пути. А если найдёшь какую-то альтернативу, то сравни её со своей привязанностью к нынешней работе: ты бы хотел заняться этой альтернативной деятельностью или предпочитаешь остаться в нынешней профессии? И если альтернативное желание будет гораздо сильнее, если оно будет буквально жечь тебе грудь, возбуждать каждую клеточку твоего тела, вызывая в нём зуд, то нам нужно прекратить наши встречи. Во всяком случае, до тех пор, пока ты не разберёшься со своим призванием и не шагнёшь на новый профессиональный путь. Потому что, если ты не определился с делом всей твоей жизни, то мы без толку тратим время. Ведь в таком случае ты никогда не станешь харизматичным торговцем. Харизма – это дар, который раскрывается только в гармонии с истинным призванием человека. В конце концов, именно с призванием связаны те самые цели и та самая одержимость, которые притягивают людей к харизматичному лидеру. Понимаешь меня?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

сообщить о нарушении