И в венах кровь ее течет

– О, ты уже проснулся? Как рука? – Демьян резко выпрямился и поднял взгляд.

По лестнице, подпрыгивая, спустилась девчонка лет 16. Она была среднего роста и настолько худая, что одежда болталась на ней мешком. Она в три шага преодолела расстояние между лестницей и его кроватью и бесцеремонно плюхнулась рядом.

– Я – Александра. А ты – Демьян? Приятно познакомиться! – дружелюбно сказала она, улыбаясь, что есть мочи.

Лучи солнца, пробивающиеся через окно, освещали ее ярко-рыжие волосы. Казалось, что она пылала, сама того не осознавая.

Она была приятной наружности, с длинными вьющимися волосами и очень странными глазами. Один был зеленый, а другой наполовину красный, как будто в нем неудачно махнули кисточкой, окрасив только на половину. Он смотрел на нее не отрываясь. В ней не было ничего особенного, но что-то все же цепляло его, что-то необъяснимое.

– Тебе пора подниматься. Как рук? Не болит? – она со всей силы хлопнула его по плечу, но осознав свою оплошность, ойкнула и, соскочив с кровати, виновато спрятала руки за спиной.

Демьян скривился от неприятного ощущения, но боли не было. Он удивленно посмотрел на руку, на которой не осталось и следа от вчерашней раны. Неужели так действовала знаменитая магия исцеления.

– Не волнуйся, Людмила хорошо тебя подлечила. А где мелкий? – она вопросительно оглядела комнату. – Вроде бы я оставила его вчера здесь. Ладно, пойду поищу. – она подскочила на месте и, в припрыжку, словно маленький ребенок, выбежала за дверь.

Сколько жизни и энергии было в этой девчонке, что Демьяна начало раздражать его через чур жизнерадостное пробуждение.

«какая наглая! Подбегать вот так к незнакомцу, ещё и бить его в больное место».

Он раздраженно опустил ноги на пол и выпрямился. Демьян смутно помнил прошлый вечер, его фиаско и чудесное спасение. Надо поскорее найти его спасительницу и все выяснить.

Направившись к выходу, он гляделся по сторонам, осматривая дом. Дом был небольшой, но очень уютный. Как только Демьян взялся за ручку и открыл дверь, ему в глаза ударил солнечный свет, и перед ним открылся прекрасный вид на небольшой город и поля за ним. Давно он не видел таких просторов. Не смотря на столь ранний час, в городе уже кипела жизнь, что не скажешь о дворце, где все оживало только к полудню.

Осмотревшись, он заметил две фигуры на поляне недалеко от дома. Это был Пашка и эта странная девчонка. Они о чем-то яростно спорили, а Хрусталик с любопытством наблюдал за ними, сидя на травке.

– Это ты то важная личность? Ты себя в зеркало то видел? – надрываясь, смеялась девчонка. – Никогда не видела, чтобы важные люди были так одеты и были такими глупыми на вид! – ее смех был похож на весенний ручей, чье задорное журчание эхом разносилось по поляне.

Пашка весь покраснел от стыда, он не знал, что ему нужно ответить, чтобы доказать свою правоту и утереть этой нахалке нос.

– Да, ты просто глупая! Ты в жизни то не видела благородных людей, откуда ты знаешь, что я не царский сын какой-нибудь? – насупился Пашка, на лбу у него уже выступил пот, он притопнул ногой, но у нее это вызвало только еще один приступ смеха.

Увидев Демьяна, Пашка засиял от радости, предчувствуя скорою победу в его утреннем споре.

– Господин, вы проснулись! – он радостно подбежал к Демьяну, и несмотря на то, что он был его слугой, Пашка крепко своего господина.

Демьян не отстранился и не стал ругать Пашку за своеволие. Этот жест вызвал у него теплоту, так долго дремлющую внутри. Он осторожно потеребил Пашкины волосы и, когда его терпение закончилось, аккуратно отстранился.

– Эй, красноволосая! – окрикнул Сашу Демьян – Где та женщина, что спасла меня?

– Я не красноволосая и тем более не эй! Вообще-то я уже называла свое имя. – высоко вздернув подбородок, с вызовом бросила Саша.

– У тебя совершенно нет манер. – Демьян начал терять терпение, и, если бы не его слабость, он бы обрушил на нее свой гнев.

– А у вас они как будто бы есть? Благородный человек не будет никого называть словом эй. – она подошла к нему слишком близко и неотрывно смотрела ему в глаза.

Саша нисколько не боялась его. Демьян немного растерялся, он давно не испытывал в свой адрес такого неуважения, какое проявляет эта девчонка.

У него не было времени вступать в спор, и он решил на этот раз отступить.

– Уважаемая Александра, не соблаговолите ли вы сказать мне, где находится та милая женщина, которая спасла мне жизнь? – сквозь зубы, без капли искренности, прошипел Демьян.

– Так-то лучше. – победно заулыбалась Саша, – Она должно быть в школе, я могу проводить вас, если вы меня попросите. Но я думаю она очень занята и не станет с вами общаться. Мы со дня на день ждем действительно важных гостей из столицы.

Пашка рванул вперед, желая прокричать ей, что это они те важные люди, которых все так жду, но Демьян поймал его за шиворот и прикрыл ему рот рукой.

– Мы будем очень признательны. – фальшиво заулыбался Демьян.

– Отлично. Тогда идемте.

Она пошла вниз по тропинке. Демьян закатил глаза, глубоко вдохнул и последовал за ней.

– Хрусталик, давай быстрее, а то без нас уйдут! – запаниковал Пашка, торопя своего друга, который все еще мирно посиживал на травке и что-то жевал.

Бросив недоеденную травинку, Хрусталик подбежал к Пашке, и забрался по штанине на плечо.

– Эй, подождите меня! – обиженно прокричал Пашка и побежал за своим господином и красноволосой.

Демьян был в этой деревне один раз, но он едва ли мог что-то вспомнить. Его привозил сюда Дмитрий, когда они заезжали за какими-то покупками для разных снадобий. Хоть настоящая магия и ослабевала, и едва ли где-то мог найтись еще годный волшебник, старые добрые снадобья, заговоры, привороты и отвороты никто не отменял. Поэтому все улицы деревни с утра пестрили разными прилавками со всякой всячиной.

Пашка шел с разинутым ртом, он еще никогда не видел такой яркой и красивой деревни. Конечно, она не могла сравниться со столицей, но ее живость и энергия не могли ни удивлять. Саша шла, улыбаясь и глядя по сторонам. Демьян поглядывал на нее, но старался делать это очень незаметно. Что-то странное было в ней, в том, как она двигается, в выражении ее лица. Казалось, что она была полна жизни и энергии, хотя от него не скрылось и то, что иногда, проходя мимо какой-нибудь незатейливой магической ерунды, ее взгляд на секунду тускнел и на лице появлялась печаль.

«Господи, обычная деревенщина». – подумал про себя Демьян. – «Здесь таких десятки. Ничем не примечательная серая мышь. Ну ладно – красная».

Но как не пытался он себя в этом убедить, он не мог перестать смотреть на нее. Она не казалась ему красавицей, у нее были немного угловатые черты лица, немного всклоченные неухоженные волосы, которые явно нуждались в большей заботе и частом расчесывании, грязь под ногтями, и, когда она волновалась, она могла нервно покусывать кончик пальца, что Демьян находил скорее присуще детям, а не юной барышне. Она больше была похожа на Пашку свои поведением, только на вид постарше.

Тут Саша, почувствовав на себе взгляд Демьяна, резко повернула голову. Их взгляды встретились. От веселости не осталось и следа.

– Это где тебя учили, что так пристально разглядывать людей-это нормально? – сердито сказала она.

– Не переживай, я смотрел на тебя лишь с той целью, чтобы представить себе типичный портрет местных барышень. – фыркнут Демьян, – ты вряд ли можешь вызвать у меня хоть милейший интерес.

Злые чертики запрыгали в Сашиных глазах.

– Тебе кто-нибудь говорил, что ты полный придурок? Мы знакомы всего пару часов, а ты уже успел наговорить мне кучу гадостей. Я не знала, что молодой человек вроде тебя может быть такой ханжой! – Саша ускорила шаг и оторвалась от Демьяна, не желая больше обмениваться с ним хоть словом.

Пашка несколько минут наблюдал за тем, как Демьян с любопытством рассматривал эту девчонку, и как потом он надел на себя маску высокомерия и наговорил черти что.

– И почему взрослые такие дураки? – повернувшись, он прошептал Хрусталику. – Хрусталик, если я потом стану таким же, укуси меня, да посильнее, чтобы неповадно было.

Хрусталик пискнул в знак одобрение и забрался Пашке на макушку.

Паша выбежал вперед, чтобы прервать затянувшееся молчание.

– А почему эта деревня называется Белой?

– На самом деле я и сама не знаю. – пожав плечами, призналась Саша, – Но говорят, что давным-давно эту деревню основали несколько могучих магов, чтобы она была местом, которое объединяло два враждующих государства. Это было место беспошлинной торговли, место, где было не важно, кто ты такой и откуда. Тут все были равны. Но это всего лишь легенда.

– Белый – значит пустой, чистый, незапятнанной кровью истории. – вставил Демьян.

– К сожалению, времена поменялись. – вздохнула Саша, – Но название так и осталось. – улыбнулась она Пашке.

– Саша, а та женщина – Людмила – твоя мать? – с детской наивностью спросил Пашка.

Саша на секунду замолчала. Демьяну показалось, что вопрос расстроил ее.

– Нет, она воспитала меня. Я не знаю своих родителей. Людмила говорит, что как-то раз, гуляя по лесу, она нашла меня под сосной. Ей стало меня жаль, и она решила оставить меня себе и вырастить как родную дочь.

– Она ужасно злая и строгая! – нахмурившись, воскликнул Пашка.

– Это так. Но это касается только тех моментов, когда это необходимо. А дома она очень милая и добрая. И печет самые вкусные пироги с брусникой. – засмеявшись, ответила Саша.

– Ни за что не поверю! – надулся Пашка.

Демьян снова внимательно посмотрел на Сашу, ее история чем-то напомнила его собственную. И появившееся сострадание, и чувство общности с этой девчонкой вызвало у Демьяна еще больше враждебности и неприязни.

– А вы? – Саша покосилась на Демьяна, – У вас есть семья? Откуда вы?

Несмотря на то, что вопрос был адресован им обоим, Саше было очень интересно, что же ей ответит эта высокомерная тень. Когда Саша увидела его впервые, ей было сложно оценить его внешность, тем более его поведение. Он был очень уязвим и слаб, и ей показалось, что такой человек может быть очень чутким и добрым. Но первое впечатление обманчиво, как только первое слово слетело с его губ, Саша поняла, что перед ней высокомерная ханжа, которая относится ко всем так, будто они ее слуги. Но еще больше Сашу поражало то, что он был настолько тих и бесшумен, что когда они шли по улице, иногда ей казалось, что он затерялся в толпе. И эти глаза, они одновременно пугали и вызывали интерес. Это были глаза человека, лишённого жизни, эмоций и радости. И несмотря на то, что их обладатель был вполне себе живой и даже после ранения находил в себе силы на оскорбления, они не выражали практически ничего. Как две льдинки.

– Я из маленькой деревушки недалеко от столицы, – начал Пашка, он подумал, что вопрос был адресован ему, так как Демьян вообще редко вступал в диалоги, – У меня большая семья, даже слишком. – недовольно закатил глаза он, – Родители народили мне братьев и сестер и решили отправить работать, а я что, дурачок? – воскликнул Пашка,– ну я и сбежал! – он смотрел вниз, пиная камни на его пути.

– А это Хрусталик. – расплылся он в довольной улыбке, – Мы с ним лучшие друзья. Он всегда рядом. – Пашка почесал Хрусталика за ушком, а тот довольно пискнул.

– Он очень милый. – улыбнулась Саша и погладила Хрусталика по шерстке. Тот не возражал и только радостно подставлял ей свою голову. – Ну а ты?

Демьяну не нужно было смотреть на нее, чтобы почувствовать, как его пронзает пристальный взгляд.

– У меня никого нет. – отрезал он, – Я сирота. А остальное не твое дело.

– Для своего юного возраста ты ведешь себя как ворчливый старик. Тебе что 50? – не дожидаясь ответа Саша ускорилась.

Ей совершенно не хотелось вступать с этим индюком в бесполезный спор.

Демьян уже давно отвык от такого неуважения. Но он не подал виду, что язык этой девчонки резал глубже любого острого ножа. И лучше бы он еще раз был унижен демоном, чем продолжал слушать нелестные слова в свой адрес.

– Вот мы и пришли! – торжественно заявила Саша, остановившись у какой-то лачуги, – Это наша школа Водной магии! Здесь мы тренируемся.

– Ты что тоже маг? – подняв левую бровь, скептически спросил Демьян.

– Ага, самый сильный из всех. Я бы сказала самая выдающаяся ученица! – Саша звонко засмеялась и пошла вперед.

9

Слово школа было слишком лестным для этого здания, сомнительно сохраняющего свою форму. Демьян и подумать не мог, что именно здесь может передаваться из поколения в поколение та самая магия, о которой до сих пор ходят легенды.

– Это точно школа? Больше похоже на какой-то сарай. – скептически сказал Пашка.

– Дело не в том, как она выгладит, а в том, что происходит внутри. Побольше веры господа!-задорно ответила Саша, пропуская их вперед.

Зайдя во внутрь, они увидели несколько деревянный столов, стоящих в форме буквы п, множество травяных веников, свисающих с потолка, и какие-то склянки, содержимое которых представляло собой калейдоскоп разноцветных жидкостей. В центре комнаты стоял стол, за которым сидела женщина. Ее напряженная поза и складки на лбу говорили о том, что ее что-то беспокоило. Как только они переступили порог, она подняла голову и пронзительно посмотрела на Демьяна.

– Это вы? Как вы себя чувствуете? – холодно спросила она.

В ее взгляде и поведении не было ни капельки уважения или сострадания, скорее осуждение.

– Вполне себе сносно. – коротко ответил Демьян.

– Он попросил меня привести его сюда, я думала, что он хотел вас поблагодарить, но теперь я сильно сомневаюсь, что он знает значение этого слова. – укоризненно покосилась на Демьяна Саша.

– Я приехал из… – начал было Демьян, но Людмила перебила его, взмахнув рукой, и этим жестом заставила его замолчать.

– Я знаю кто вы. -Людмила поднялась из-за стола и медленно начала расхаживать по комнате, – Вы знатные господа из столицы. Вас отправили сюда за новым лекарем. О тебе темный волшебник ходят недобрые слухи. – не прекращая своего расхаживания по комнате, задумчиво сказала Людмила.

– Что? Они важные господа? – выпучив глаза и отскочив от Демьяна, вскрикнула Саша.

Она начала осматривать и Пашку и Демьяна с ног до головы, не веря только что услышанным словам. Как вообще эти два оборванца могли быть знатными господами?

– Видишь, видишь, глупая девчонка, я же тебе говорил! – вмешался Пашка, и тыкая в Сашу пальцем, показал ей язык и громко рассмеялся, – Я и мой господин из самой столицы! Ты должна нас чтить и уважать!

– Довольно. – сказала Людмила. – Александра, возьми этого юнца и отведи его к реке, пусть умоется, а заодно и освежится, а то от него дурно пахнет. – скорчив недовольное лицо, Людмила легко махнула в сторону Пашки, который уже было хотел закричать на нее, но увидев суровое выражение лица, тут же передумал.

Он покраснел от смущения и опустил голову. Саша хотела было возразить, понимая, что все самое интересное произойдёт без нее, но побоялась. Она понимала, что Людмила ни в том настроении, чтобы с ней спорить.

– Пошли давай! – подтолкнула она Пашку, – А то от тебя и правда разит! – Саша подпихивала Пашку к выходу.

Выходя, она чуть задержалась в пороге, и пристально посмотрела на Демьяна. В ее глазах читалось недоверие и презрение, и почему-то, осознав это, Демьяну стало не по себе.

– Присядьте. – предложила Людмила, указывая на стул напротив ее массивного стола.

– Я, пожалуй, постою. – съежившись сказал Демьян.

Его словно обдало волной холода от Сашиного взгляда, и ему сразу захотелось закутаться во что-то потеплее. Как жаль, что его одежда пришла в непригодность.

– Это была не просьба. – отрезала Людмила, многозначительно скривив губы.

Демьян обычно никого не боялся и никому не подчинялся, но эта суровая женщина напомнила ему его учителя. И ему вовсе не хотелось узнавать, на что она была способна в гневе. Он присел, как можно непринужденнее откинувшись на спинку стула, чтобы скрыть свою растерянность.

– И так… – начала она, – Вы, наверное, уже поняли, что появление демона – это очень плохой знак. Их не видели уже сотен лет. Магия исчезает, а то, что остается, не может призвать демонов с того края бездны. Это означает, что кто-то практикует черное колдовство, а значит, наша мирная жизнь под угрозой.

Демьян молча кивнул. От того, что еще кто-то кроме него выдвинул предположение, что, возможно, их мирной жизни пришел конец, ему стало еще более некомфортно. По спине побежали мурашки, и на лбу выступил холодный пот. Неужели опять война?

– Я знаю, кто вы, и знаю о вашей репутации, но что меня действительно удивляет, так это то, что маг вашего уровня проиграл схватку второсортному демону и практически лишился жизни! – каждое ее слово жгло не хуже адского пламени, Демьян сидел тихо и не мог издать не звука.

Давно его так никто не журили. Наконец-то холод отступил, уступив место жару, распространяющемуся по телу от самого его сердца.

– И вот что я вам скажу, молодой человек, жизнь во дворце изнежила вас, превратила в рохлю, вы едва ли переживете еще одно столкновение с кем-нибудь хоть немного сильнее комара.

Демьян склонил голову, но осознание того, что его жизнь и репутация под угрозой настигли его так внезапно. Он распахнул глаза в надежде, что эта женщина ошибается. Что этот демон был скорее исключением из правил, сбоем системы, фатальной ошибкой, чем предзнаменованием конца.

– Вам нужно заняться собой. Как доблестному воину нужны ежедневные физические тренировки, так и выдающемуся магу нужно тренировать тело и дух. Вы не хуже меня понимаете, что означает появление нечести. Хоть вы и носите в себе огромную силу, вы не готовы ее применить в полной мере. Будем надеется, что демон – это только досадное недоразумение, а если же нет, я надеюсь, что другие будут более подготовленные, чем вы. – закончила она.

Подойдя к столу, она взяла какие-то бумаги и начала их внимательно рассматривать.

– Это все. Вы можете идти. Вам тоже следует освежиться, а через час я вас представлю своей лучшей ученице, которую вы сможете с гордостью представить нашему царю.

Демьян вскочил со своего места, словно мальчишка, которого только что отругали за шалости. Он резко развернулся и на самом пороге, остановился.

– Я надеюсь, ваша протеже не эта девчонка – Александра. – обернувшись, он посмотрел на Людмилу из-под сбившейся на лбу челки, из-за чего его взгляд был яростнее и суровее обычного.

Людмила с облегчением выдохнула.

– Слава небесам – нет! – чуть ли не с улыбкой на губах ответила Людмила.

– Это пока что самая замечательная новость за сегодня. – отрезал он и вышел, хлопнув дверью.

10

Демьян выскочил как ошпаренный, он был неимоверно зол, и эта самая злость шрамом ложилась на его утонченное всегда спокойное лицо. В словах Людмилы была доля истины, он действительно потерял хватку, и злиться ему нужно было только на себя. Да что это с ним? За годы жизни во дворце, он совершенно забросил ежедневные практики магии и никогда не развивался физически, кроме первого года во дворце, когда царевич вытаскивал его на ежедневные тренировки. Кажись, сейчас он едва ли мог пробежать и километр.

– Чёрт! – выругался он, – Я идиот!

Конечно, у него было много других забот, но ведь даже когда Владислав звал его с собой поупражняться, он предпочитал отсиживаться у себя, избегая любого общества людей. Возможно, сегодня впервые он сказал кому-то больше слов, чем за последние несколько лет. Если Людмила права, ему надо быть готовым.

Думая о своей никчемности, он словно в полудреме добрел до реки, где вдалеке увидел Пашку, бултыхающегося в воде. Он наблюдал за тем, как тот недовольно выстирывал свою рубаху и одновременно пытался помыть голову, а Саша весело над ним подшучивала, то и дело бросая в его сторону едкие замечания. Она не зашла в воду полностью, но, подняв юбку, погрузилась в приятную прохладу до середины икры. Она казалась такой свободной и умиротворенной, словно ветер в поле, но, увидев Демьяна, тут же насупилась.

– Почему ты сразу не сказал, что ты маг из столицы? – громко выкрикнула она, когда Демьян подошел ближе.

Саша скрестила руки на груди, и ее глаза были полны враждебности.

– Не посчитал нужным. – Демьян был выше ее, поэтому чем ближе подходил, тем отчетливее казалось, что он смотрит на нее свысока.

Его челка упала на глаза, слегка прикрыв один, тем самым придав ему еще более отрешённый вид. Но для Саши он казался всего лишь эгоистичным и высокомерным мальчишкой. Несмотря на его преимущество в росте, Саша не чувствовала себя меньше и уязвимее, наоборот она чувствовала превосходство над ним.

– Что она вам сказала, господин? – кинув мокрую рубаху на землю, подбежал к нему Пашка, даже не заметив, что рубаха упала на Хрусталика, который начал недовольно фыркать и, выбравшись, догнал Пашку и укусил что есть мочи

– Ой, ты совсем что ли? – с горечью взревел Пашка и схватился за рану. Струйка крови потекла по его ноге, почувствовав ее запах, Саша напряглась, что не скрылось от Демьяна.

– Не волнуйся, Людмила вылечит. – не глядя, на него сказала Саша, она едва сдерживала дрожь в теле, стараясь не потерять свой неуязвимый вид.

Она пристально смотрела Демьяну прямо в глаза, как будто ожидая чего-то.

– Ты приехал сюда за Ольгой? Ты заберешь ее с собой и увезешь во дворец?

– Только если она окажется настолько хороша, как о ней говорит твоя наставница. – не прерывая зрительный контакт, ответил Демьян.

– Уж, не сомневайся, она то тебя покорить. – сквозь зубы прошипела Саша. Она не понимала, почему ей так тяжело общаться с ним с такой же легкостью, как это было пару часов назад. Может быть потому, что она чувствовала, как ее доверчивостью воспользовались, ее выставили глупой дурочкой, которая не смогла отличить простолюдина от важной персоны. Только сейчас она начала осознавать, насколько Демьян отличался от нее, своей утонченностью, манерой и чванством.

– У меня вопрос, тут недалеко есть Выжженная земля. Ты знаешь, что это? – наконец, прервав игру в гляделки, спросил он, глядя куда-то вдаль за реку.

– Конечно, – немного растерявшись, ответила Саша, – Это место последней кровавой битвы. За много лет там так ничего и не выросло. А земля так и осталась чернее сажи.

– Можешь отвести меня туда? – спросил Демьян, снова посмотрев на нее.

Хитро улыбнувшись, она ответила.

– Пусть этим займется Оленька, ты будешь ее головной болью, а у меня есть дела поважнее. – она вышла из воды и расправила юбку, – Мне пора в школу, дорогу вы найдете сами. – высоко вскинув подбородок, она побежала по дороге в город, ни разу не обернувшись.

Демьян не успел ничего сказать, но он искренне не понимал, почему эта девчонка даже сейчас не оказывает ему должного уважения. Он еще не знал Ольгу, но уже испытывал к ней более приятные чувства, надеясь, что она будет более сговорчивой и обходительной.

– Пашка, одевайся! – скомандовал Демьян, – У нас есть дела. Хрусталик, для тебя есть задание.

Саша бежала по тропинке, пока река не скрылась из виду. Перейдя на шаг, она почувствовала, как все ее тело ломило от напряжения. Она и не осознавала, насколько устала за последний день, ведь ей приходилось тащить на себе высокомерного болвана и мелкого мальчишку, за что она даже не получила благодарности. Она испытывала целый калейдоскоп разных чувств и эмоций. Сначала ее одолевало любопытство, она давно не видела столь странных незнакомцев. Может она не хотела себе признаться, но Саша понимала, что они не из простых. Незнакомец использовал слова, которые не были в обиходе здешних людей, да и держался он через чур ровно и скованно. Саша даже могла посчитать Демьяна приятным и загадочным, может даже красивым, но все до тех пор, пока он не соизволил с ней заговорить. Чары рухнули, и от красивой конфетки в яркой обложке, осталась только гнилая слива. Причем дурно попахивающая. Саша привыкла, что к ней могли относиться достаточно высокомерно, но это касалось только ее сомнительных магических способностей, а в остальном, она не была обделена ни вниманием, ни хорошим с собой обращением.

– Он полный кретин! – выругалась она, запнувшись о камень, – Они с Ольгой точно найдут общий язык. Может даже поженятся и народят кучу отпрысков с раздутым самомнением. Поскорей бы он уже убрался восвояси, да и Оленьку с собой прихватил! – Саша шла, пиная все, что попадалось ей под ноги.

Она была похожа на маленького раздосадонного ребенка с пухлыми надутыми щеками.

В порыве ярости, Саша не заметила, что уже дошла до города, и как только она хотела еще раз выругаться, то налетела на Ольгу. Несмотря на ее комплекцию, тело Оли было словно камень. Саша ойкнула и упала.

– Ты такая неуклюжая Сашка, того и гляди кого-нибудь прибьешь! – с кривой улыбкой прошипела Ольга, – Не знаешь, зачем меня сюда вызвали? Я что-то не вижу здесь никого кроме тебя. Что происходит? – Ольга нервно оглядывалась по сторонам, а потом как ни в чем небывало начала отряхивать со своей одежды несуществующие пылинки, намекая на то, что, врезавшись в ее великолепие, Саша посмела ее запачкать.