И в венах кровь ее течет

– Ты в порядке? – спросил взволнованный голос откуда-то издалека.

Саша резко обернулась и увидела Демьяна, его волосы были взъерошены и торчали во все стороны, он был одет в черный плащ.

– Где я? – закричала Саша, – Что происходит? Где Людмила? – Саша в панике начала размахивать руками в разные стороны, пытаясь развеять этот кошмар.

– Прежде всего успокойся. – вытянул руку вперед Демьян и попытался прекратить охватившую ее панику, – Мы едем в столицу, теперь ты будешь служить царю.

– Что??? – закричала Саша.

Неужели он и в правду думал, что его слова смогут ее успокоить, а не вызвать вселенскую панику.

Не ожидая подвоха, Демьян было нагнулся к ней, чтобы взять за руку и успокоить, как вдруг получил удар ногой прямо в грудь. Не удержав равновесие, он вывалился из вагончика.

– Пашка, тормози! – закричал Демьян, кубарем катясь по дороге, собирая все лежащие на дороге камни и кочки.

Не дожидаясь пока Пашка, остановит лошадей, Саша рывком отодвинула навес и ловко спрыгнула вниз. Не удержав равновесие, она упала на колени, опершись руками о землю, и перекатилась на спину. Ладони саднило, она понимала, что ранена. С трудом поднявшись, она побежала, куда глядят глаза.

– Ну вы, конечно, и даете! – с укором крикнул Пашка, – Зачем вы все на нее вывалили? – он в растерянности осматривался по сторонам, оценивая масштабы той катастрофы, которую вызвала Саша, вывалив все вещи из телеги.

– Замолчи! – рявкнул Демьян, поднимаясь с колен и держась за спину.

Он явно что-то ушиб, но времени не было, чтобы проверить, надо было вернуть эту строптивую девчонку.

– Жди здесь! – со злостью приказал он Пашке.

– Слушаюсь и повинуюсь. -закатив глаза, простонал Пашка, понуро собирая все выпавшие из телеги вещи, – Ему бы поучиться обращаться с девчонками! – сказал Пашка Хрусталику.

Демьян рванул за Сашей, но в отличии от него, она всю свою жизнь провела на свободе за пределами высоких стен, и бегала она намного лучше него несмотря на то, что была растеряна и обессилена.

Он понимал, что у него почти нет шансов ее догнать. Ненавистная жизнь во дворце! Комфорт сделал из него тюфяка!

Саша бежала вперед, не оглядываясь, увеличивая расстояние между ними. В висках стучало, голова гудела, но от ран на ладонях и коленях не осталось и следа. Она была совсем растеряна, слезы наворачивались на глаза, рыдания вот-вот обещали вырваться наружу. И тут она почувствовала, как воздух похолодел, стало гораздо темнее. Что-то гналось за ней. Сделав еще один рывок вперед, она почувствовала, как что-то хватает ее за лодыжку и рывком тянет назад, сшибая с ног. Растерявшись, она приготовилась к жесткому приземлению, но его не последовало. Открыв глаза, она увидела перед собой огромные черные тени в форме пальцев, которые увеличивались в размере и пытались зажать ее в своем кулаке, как в клетке. Если бы Саша представила смерть, она могла бы поклясться, что это были ее костлявые пальцы. Саша начала сопротивляется и попыталась встать, но четно. Ей удалось только немного приподняться на колени.

– Даже и не пытайся! – запыхавшись, прошипел Демьян.

Он стоял позади нее, руками оперевшись о колени, пытаясь перевести дыхание.

– Тебе не сбежать! Если ты продолжишь в том же духе, то я тебя доставлю в столицу в таком вот виде, как дикарку!

Саша была в ярости. Она просверливала его глазами. Она не была глупа и понимала, что он обладает особой силой, и с ним лучше не шутить.

– Что ты молчишь, Александра? – откинув назад мокрую от пота челку, с угрозой спросил он.

– А что мне говорить? Ты забрал меня из дома без моей на то воли? Ты меня похитил! – выпалила она, надувшись как маленький ребенок.

– Это не так. Давай ты успокоишься, и я тебе все объясню. Хорошо? – его бесило, что ему приходится уговаривать ее, словно маленькую девочку. Другая бы была в восторге на ее месте, получив возможность поселиться в столице поближе к государственной кормушке. Но только не она.

Саша ничего не ответила только непрерывно смотрела ему прямо в глаза. От этого взгляда у него внутри все холодело.

– И может хватит на меня так смотреть? Ты должна мне доверять. – Демьян со злости пнул лежащий на земле камень.

Она ничего не отвечала, только отвернулась и пристально смотрела куда-то вдаль.

Глубоко вздохнув, Демьян повернул назад, ведя за собой черную клетку с капризным ребенком. Он отчасти понимал ее чувства, ведь ему самому пришлось покинуть любимый дом, когда его сила пробудилась. Он чувствовал тоску и даже своего рода обиду на свою судьбу, но в отличии от Саши, у него дома никого не осталось.

Погрузившись в воспоминания, Демьян и не заметил, как вернулся к телеге.

– Да уж, выглядите вы ужасно! – уперев руки в бока, сказал Пашка, – Вам бы потренироваться что ли? Ведь принц вас не раз звал с собой на пробежки. – Пашка надсмехался над своим господином, который еле волочил ноги.

Демьян решил не отвечать на уколки Пашки, чтобы не тратить и без того угасающие силы. У него были дела поважнее. Оглянувшись, он увидел, что Саша все так же сидела, с тоскою глядя куда-то назад.

– Ты меня отпустишь? – печально сказала она, не оборачиваясь.

– Обещай, что не будешь вырываться. Мы знакомы всего пару дней, а я уже устал от тебя. – стряхнув пыль с черного плаща, ответил Демьян.

– Хорошо, я обещаю.

Демьян вытянул вперед руку, и тени расползлись, уронив Сашу на жесткую землю.

– А полегче нельзя? – возмущалась она, растирая ушиб от жесткого приземления.

В отличии от открытых ран, синяки и ушибы у нее не заживали так же быстро.

Проигнорировав ее, Демьян взмахнул плащом и подошел к Пашке.

– Переночуем здесь.

– Здесь? На жесткой земле? Опять? – возмутился Пашка, оглядывая место их ночлега.

– Не зли меня! А то будешь спать на жесткой земле всю свою оставшуюся недолгую жизнь! – взгляд Демьяна не нес в себе ничего доброго.

Пашка прикусил язык и пошел распрягать лошадей и организовывать привал. Саша хотела ему помочь, но Демьян схватил ее за запястье, намекая на то, что она должна остаться с ним. Ее слово ничего не стоило, и ему бы не хотелось бегать за ней по всему лесу.

Собрав хворост и разведя костер, Пашка суетливо пытался приготовить еду. Саша стояла возле костра и смотрела, как потрескивает огонь. Когда Демьян прошел мимо нее и жестом пригласил ее присесть рядом, она сначала надула губы и хотела отказаться, но подумав, что не будет же она стоять так всю ночь, молчаливо согласилась.

Они не произнесли ни слова, пока Пашка разливал всем похлебку, а Хрусталик, как только получил хлебные крошки, начал поспешно их есть.

– Такой забавный? – с умилением сказала Саша, обращаясь к Пашке, но нарочно игнорируя Демьяна. – Давно он у тебя?

– Уже почти год! – весело воскликнул Пашка, поглаживая Хрусталика по спинке. – Он мой лучший друг!

– Это так мило! Я всегда хотела себе такого же друга.

– У тебя совсем не было друзей дома? – удивился Пашка, – Ты же такая жизнерадостная и общительная!

– Настоящих нет, скорее просто приятели. Приходящие – уходящие. Я думаю, что дружба-это больше, чем просто времяпровождение и общение, это скорее связь двух сердец, заставляющая их биться в такт. – Саша осторожно поправила выбившуюся из-за уха прядь алых волос.

Демьян не мог не поразится тому, как она изменилась, когда начала говорить с Пашкой, словно стала мягче, добрее и нежнее. Его даже стало раздражать, что она заговорила сначала с Пашкой, но совершенно игнорировала его самого.

– Дружба-это слабость. Как и любовь. Все, что ограничивает нас, делает нас уязвимыми. – вмешался он, желая хоть как-то обратить на себя внимание Саши, пусть и раздражением.

Саша лишь покосилась на него с выражением глубокого презрения и отвращения.

– Кто успел тебя так обидеть? Сколько тебе лет? – скривив лицо, поинтересовалась она.

– Восемнадцать. – коротко ответил Демьяна, мирно отхлебывая похлебку.

– Действительно? Я думала сорок. – ее бровь выгнулась в изящной дуге от удивления.

Она замолчала и продолжила есть суп. Так они и сидели в тишине, которая была такой тяжелой и удручающей. Пашка мирно доедал похлебку, когда увидел, что Демьян косится на него, показывая что-то. Пашка сначала не понял намеков, но, когда Демьян разозлился и сказал ему, что ему пора подготовиться к завтрашнему дню, он, покраснев ойкнул, извинился и сбежал.

Демьян не знал, как начать разговор, как сказать что-то, чтобы не получить шквал обвинений и упреков. Воздух как будто наэлектризовался, и тянуть уже было нельзя, и как только он собрался с мыслями и открыл было рот, Саша заговорила первой.

– Твоя магия… Она страшная. – она поднесла ложку ко рту и замерла, -Никогда такой не видела.

– Да. Такая сила единственная в своем роде. – выждав паузу, усмехнулся он, -как и твоя.

При напоминании о ее способностях, Саша вспомнила ужасные картины минувших дней, и сильная дрожь пробила ее тело. Руки едва заметно затряслись, и она уже не могла ровно держать ложку. Положив ее в тарелку, Саша поставила похлебку вниз.

– Я монстр? – глядя куда-то вдаль спросила она, – Я это чувствовала, понимаешь? Я хотела ее убить, я хотела ее крови. Это было не просто помешательство, это была я. Как будто все годы унижения сложились в одну маленькую нить, потянув которую, я могла так легко оборвать Ольгину жизнь.

– Ты не монстр. Просто другая. – спокойно ответил он, поставив тарелку на землю.

– Ой, да откуда тебе знать? – вскочив, выпалила Саша и пошла к повозке

– Я знаю, как никто другой. Я убил своего учителя.

Саша замерла, она не могла пошевелиться, ее словно парализовало, она стояла спиной и пыталась осознать то, что он ей только что сказал.

– Дмитрий воспитывал меня с детства, как и тебя Людмила. Он научил меня простым заклинаниям, научил обращаться с травами, защищаться и сражаться. Мне кажется, он все знал, но берег меня до конца. Это было раннее зимнее утро. Я гулял в лесу и собирал хворост. Дмитрий был неподалеку, но я так увлекся, что отстал от него. И тут я почувствовал запах, запах мертвечины, а не морозной свежести. И чей-то голос звал меня. – Саша обернулась, уловив что-то столь знакомое, – Я прошел вперед и вышел на поляну, она была вся черная, как будто залитая краской. Голос все звал и звал, я только вступил в черноту, как она обволокла меня, пытаясь поглотить. И тут я увидел яркий свет. Дмитрий заметил, что меня нет и побежал искать. Он пытался спасти меня. Но чернота поглотила мое сердце. – он опустил голову, – А потом и Дмитрия. От него ничего не осталось. Меня нашли жители, они не знали, что случилось, но с тех пор стали меня бояться. Он был мне дорог, и эта ужасная сила забрала его у меня. Я был всего лишь ребенком, ты понимаешь? – он соскочил с места и за один шаг преодолел расстояние между ними. – Всего лишь ребенком. И не смей ныть! В отличии от меня ты никого не потеряла. Так что возьми себя в руки и перестань жалеть себя.

Он пристально смотрел ей в глаза. Прошла целая вечность, когда Саша решилась отвести взгляд. Она чувствовала вину. Саша еще не видела эту сторону Демьяна, и сомневалась, что кто-то мог видеть.

– Спокойной ночи. – быстрыми шагами Демьян удалился, оставив Сашу одну в оцепенении.

Неожиданно ей стало так одиноко и холодно, он подошла к костру и свернулась возле него калачиком. Слезы покатились по ее лицу, толи от обиды, то ли от жалости к маленькому Демьяну, то ли от стыда. Ее тело едва заметно содрогалось от всхлипываний. Тут она увидела любопытную мордочку перед собой. Хрусталик подбежал к ней, лизнул в нос, и улегся калачиком рядом.

– Спасибо тебе, дружок! – прошептала Саша и уснула.

14

Демьян долго не мог уснуть. Темные мысли одолевали его, заставляя поворачиваться то на один бок, то на другой. Он не все рассказал Саше про тот день, когда Дмитрий погиб. Он скрыл от нее самое важное. Когда Дмитрий пропал, его тело нашли в лесу на окровавленном снегу, точнее его останки. Жители подумали, что Дмитрия разорвал дикий зверь, но Демьян знал, что им просто не хотелось смотреть правде в глаза. Когда Демьян проснулся после недели в беспамятстве, он заметил, что люди стали на него коситься, избегать. Находясь в пустом доме, и гложимый чувством вины, он побежал на речку, чтобы утопиться, но, когда он уже прорубил дыру во льду и собрался прыгнуть вниз, он последний раз решил посмотреть на свое отражение. И испугался. На него смотрел уже не тот маленький мальчик, а какой-то зверь с почти бесцветными глазами. Он помнил себя, помнил свои прекрасные глаза цвета скошенной травы, от которых не осталось и следа. Казалось, что жизнь покинула его с уходом Дмитрия. И когда он опустил голову настолько низко, что кончик его носа касался воды, его откинуло от проруби с такой силой, что он пролетел несколько метров. Из самых водных глубин поднялась тьма, и, пока Демьян пятился назад, тьма приблизилась к нему настолько близко, что он ощущал дыхание смерти на своем лице.

– Даже не вздумай, мальчик! Ты не умрешь своей смертью! – послышался ледяной голос, – Иди и неси мою тьму в свой померкший свет!

Демьян не помнил себя, он в ужасе вскочил на ноги и побежал домой. Ветер трепал его волосы, а ветки хлестали лицо, оставляя на нем глубокие порезы. Запнувшись, он полетел кубарем с небольшого снежного холма и приземлился на спину. Снег обжигал кожу, морозный воздух давил на легкие, а легкая рубаха прилипла к телу, угрожая слиться с ним намертво. Он лежал, а слезы катились из глаз. Он был совсем один. Уперевшись о камень, ему удалось подняться и, хромая, добраться до деревни. Войдя в дом, он увидел там знакомую Дмитрия. Она принесла какую-то еду и ждала его. От ее прежнего дружелюбия не оставалось и следа. Она смотрела на него как на незнакомца, который пришел, чтобы что-то у нее отобрать.

– Люди догадываются, что произошло с Дмитрием. – сурово сказала она, – Ты- убийца, и, пока тебя не разорвала толпа, тебе лучше покинуть деревню. Я принесла тебе еды только потому, что Дмитрий был хорошим человеком. Такие люди, как ты – пережитки прошлой магии, и ваше появление не сулит миру ничего хорошего.

С этими словами он встала и быстро вышла за дверь. Демьян подошел к столу и устало повалился на стул. Горячие слезы обжигали лицо, замерзшие щеки щипало, а ноги так болели, что ему думалось, что он больше никуда не сможет идти. В доме было холодно и пусто. Его память беспощадно подкидывала ему картины прошлого, где они с Дмитрием были как отец с сыном: вот Дмитрий учит его повелевать предметами, вот он учится делать свои первые отвары, вот Дмитрий учит его драться. Все эти картины причиняли неимоверную боль. Демьян встал, подвинул стул к печи и из потайного места достал книгу, которую Дмитрий ото всех так хорошо прятал. Он был не просто волшебник, он мог видеть былое, грядущее и настоящие, но только с помощью своей книги, которая переходила из поколения в поколение. У книги не было имени, но Демьян придумал ей прозвище -Безгласая, потому что она могла рассказать о мире больше, чем это могли сделать даже самые разговорчивые люди. Демьян умел ей пользоваться, точнее он понимал, как это делать, но не освоил этот навык в полной мере.

– Теперь только ты да я. – прошептал Демьян, и заботливо положил книгу в сумку.

В этот же вечер он покинул родной дом, ни взяв ничего, кроме книги. Даже его любимые вещи, напоминавшие о Дмитрие остались там. Выйдя за дверь, он понял, чтобы избежать соблазна вернуться, он должен лишить себя всяческой надежды на возвращение. Последний раз взглянув на дом, он сотворил магию огня и поджег его. Он молча наблюдал, как горела его прошлая жизнь, как растворялись его надежды и мечты, как вместе с домом умирал маленький добрый мальчик, и как его крики звучали у него в голове и в груди, стараясь вырваться наружу.

С тех пор он изменился. Он почти не улыбался и не радовался, и как бы он не старался убедить себя, что убийство Дмитрия была всего лишь случайностью, этому чувству вины суждено было сопровождать его в течение всей жизни.

Демьян проснулся от диких воплей Пашки, ворвавшегося к нему в палатку.

– Господин, господин, да вставайте вы уже! Он сбежала! Саша сбежала, и она украла нашего Хрусталика!

Демьян не сразу осознал происходящее, он уснул почти под утро, и туман все еще окутывал его сознание, но как только он увидел истеричное лицо Пашки, сон как рукой сняло. Он одним движением скинул одеяло и вскочил на ноги. Не надевая сапог, он выскочил наружу. Первые лучи рассвета только начали озарять лес.

– Ты ее искал?

– Я все оббегал. Их нигде нет! – чуть не плача, прохныкал Пашка. – Вот она ведьма! Хрусталииииик!

Слезы навернулись на его глазах. Глядя на Пашку, Демьян подумал, что он еще такой юный и ранимый, и каждая потеря в его жизни сродни смерти.

– Не паникуй! Мы их найдем! – спокойно сказал он, – По крайней мере постараемся.

– Кого найдете? – послышался сзади голос.

Оба резко обернулись и увидели Сашу с выражением замешательства на лице. В руках у нее была охапка хвороста, а Хрусталик довольный сидел у ней на голове с веточной в зубах.

–Хруустааалиик! – зарыдал Пашка и бросился в его сторону, – Я уж думал, что потерял тебя!

Он подбежал к Саше и протянул руки вверх, чтобы Хрусталик смог перебраться к нему. Схватив его в руки, он прижал зверька к себе и начал тереться об него щекой, в ответ на что зверек довольно попискивал и начал усердно облизывать Пашкино лицо.

– Мы просто решили не будить вас и собрали хворост до вашего пробуждения. – Саша спокойно прошла мимо Демьяна, вывалив хворост в кострище. – Что-то не так?

– Да нет… – начал было Демьян.

– Конечно, не так, дуреха ты! Мы с господином испугались, что ты сбежала, да ладно бы только ты, больно и нам нужна. Дак ты еще и нашего Хрусталика прихватила!

– Сами вы дурни! – надулась Саша, – Куда бы я убежала? Я и местности то не знаю. Я деревню ни разу не покидала. Да и Хрусталик сам за мной увязался.

Услышав свое имя, тот навострил ушки и посмотрел на Демьян, который одобрительно ему кивнул. Он и забыл, что сам ему приказал следить за Сашей, чтобы с ней чего не случилось.

– Давайте что ли завтрак готовить. А то в желудке урчит с ночи. – сменила тему Саша, растерянно глядя на хворост.

Покосившись на Демьяна, она приподнялась и начала спичками разводить огонь. Но искра так и не появлялась. Вздохнув, Демьян подошел ближе, присел и произнес заклинание, как вдруг искры заиграли на поломанных веточках, и появилось долгожданное пламя.

– Ты вообще никакую магию не знаешь? – подняв бровь, спросил Демьян.

– Нет, конечно. Я знаю только травы. Магии меня никто не учил. Ну за исключением безуспешных попыток сделать из меня мага воды. – Саша уселась на бревно, откинув руки назад и вытянув ноги, пытаясь согреть замерзшие пальцы. – И вообще, как ты собираешься привести меня к царю, если я даже не лекарь? Сомневаюсь, что он будет рад мне, да и тебя за такую вольность по головке не погладит.

Пашка вопросительно посмотрел на Демьяна, ожидая ответа.

– А над этим вопросом, нам надо будет хорошенько подумать.

Позавтракав, они собрались в путь. Пашка начал собирать вещи, а Саша решила ему помочь.

– Что ты делаешь? – спросил Демьян.

– Я помогаю Пашке. – удивленно подняв бровь ответила Саша.

– Ты больше не простолюдинка и не прислуга, тебе не нужно этим заниматься. Привыкай к своей новой роли. – с неимоверной важностью сказал он.

– У меня пока еще нет никакой роли, поэтому хочу – и помогаю. Это не твое дело! – огрызнулась она.

Демьян пристально смотрел на нее, оценивая своим наметанным взглядом, и понял, что спорить с ней бесполезно.

– Что? – спросила Саша.

– Ты видела свои глаза? Они изменились. – он подошел к ней ближе и начал рассматривать ее зрачки.

От такой близости Саша лишь смутилась.

– Что? Как это? – уловив момент, она отвернулась.

Саша побежала к корзине с провизией и нашла там кувшин с водой. Даже без яркого света, отражающегося в воде, цвет ее глаз хорошо виден. Они изменились. Стали рубиново-красные. Страшные.

– Господи! – воскликнула она, – Как такое может быть?

– Ты теперь повелительница крови. Одна из избранных. А это твоя отличительная черта. Будем надеется, что о ней мало кто знает.

– Избранных? Что ты несешь вообще? – взбесилась Саша, – Мне это все не нужно. Я хочу быть просто свободной, независимой, хочу быть собой.

– Увы, это теперь невозможно. – отрезал Демьян и сел в повозку.

Пашка уже занял место впереди, и Демьян жестом велел Саше сесть. Она, нехотя, забралась наверх и залезла в маленький шатер, высунув голову наружу. Ее терзало так много вопросов, что было сложно выбрать, с какого нужно было начать. Но еще больше ее пугало то, что она может получить ответы на эти вопросы. Повозка тронулась, и они медленно вывернули на ровную дорогу.

– Кто такие избранные? – спустя пол часа решилась спросить Саша.

– Избранные-это те, кто обладает особой магией. – ответил Демьян, все так же сидевший к ней спиной и глядящий на дорогу, – Существует одна легенда. О балансе магии. Может ты читала?