DEADУШКА

Глава 6

На взлетно-посадочной полосе ветрено. Летают сухие опавшие листья. Весь в черном он поднимается по трапу. Не привлекая лишнего внимания, садится в самолет. Нервничает. Частный рейс. Только он, пилот и одна стюардесса. Поправляя красные перчатки, он оборачивается назад. Аэропорт почти пуст. Но там, у входа, толпятся журналисты. Они думают, что он еще не подъехал. Нет, он уже улетает.

Он смотрит на землю с высоты. Все кажется маленьким и ущербным. Даже эти особняки, которые с земли пугают своим величием – теперь это лишь точки. А в них живут люди. И как же их много, этих людей… И каждый думает, что мир вертится вокруг него.

- Полет займет десять часов, десять минут, - говорит пилот.

Внезапно он понимает, что не знает, куда летит.

- А куда мы летим? – спрашивает он у стюардессы, но та стоит как вкопанная, - Девушка?

Он стоит и не реагирует. В иллюминаторе темнеет.

- Мы в зоне турбулентности, пристегните ремни.

- Девушка, куда мы летим? – голос переходит на крик.

Он встает, подходит к ней и понимает, что это не девушка. Это холодный фарфоровый манекен. От легкого прикосновения руки кукла падает на пол и разбивается вдребезги. Паника. Иллюминатор запотел. В салоне стало жарко как в сауне.

Он подбежал к кабине пилота, открыл – никого.

- Альфред, - продолжил голос, - почему за твои грехи расплачивались другие? Альфред, скажи, пожалуйста. Что ты сделал со своими детьми? Это ведь ты должен был быть на их месте. Как за что? Ты еще спрашиваешь за что? У тебя что, плохо с памятью? Ты же знаешь, за что. Куда теперь ты пытаешься сбежать?

- Кто ты? Куда мы летим? – в ужасе кричал Дед Альфред.

Галстук на его шее каким-то образом затягивался все туже. Дед пытался его снять, но тот словно впился в шею. Он упал на колени. По какой-то причине весь костюм был в паутине. Как такое возможно? Он принялся судорожно снимать с себя пиджак. Животный страх заполз под рубашку.

- Куда мы летим? Кто ты, черт побери! Это похищение! Вы ответите за это! Что за злая шутка? Чья это злая шутка?

Он побежал к дверям самолета и, как ни странно, они легко открылись. Он выглянул – под ним все горело. Горели леса, горели дома.

- И куда ты теперь побежишь, Альфред? – смеялся голос, - Что ж, ты можешь спрыгнуть, если хочешь. Если не боишься. Или можешь мучиться дальше, потому что полет займет еще… Ох, а где же пилот? Боюсь, без пилота полет будет очень-очень долгим.

- Кто это говорит?

Дед Альфред попятился назад. Он прижался к стене и заплакал как ребенок.

- За что? – кричал он, - Почему? Кто ты? Чей это злой умысел? Скажи, что мне делать? Пожалуйста! Умоляю!

В самолете внезапно погас свет. Ничего не видно. Лишь полыхающая под ними земля освещала салон.

-Умоляю! – плакал он, - Простите меня! Простите меня за все! Если я в чем-то виноват…

- Ты признаешь свою вину? – сказал голос прямо ему в левое ухо.

- Да… Да. Да!!! Да! – кричал он, - Я признаю, я признаю!

Он повернул голову налево. Огромная черная Змея. Полоз. Он хотел было схватить его, но обнаружил, что рукава у него завязаны, словно он в смирительной рубашке.

- Ты уже старый, - сказала змея, - Ты спросил, куда мы летим? Мы летим туда, где тебе проведут оздоровительные процедуры. Мы летим в санаторий. Ты получил льготную путевку для пенсионеров.

От ужаса он вскочил и прыгнул прямо в открытую дверь самолета. Свободное падение.

Звонок телефона.

После ужина Дед Альфред вернулся в свою комнату и сам не понял, как уснул. Обычно он сидел до самого утра без сна, а тут прилег – и все. Провалился. Он открыл глаза. Все как в тумане. На часах одиннадцать вечера. Он взял трубку.

- Привет, Альфред, - мужской голос.

- О, добрый вечер. Как у вас там дела? - Дед Альфред еще не мог оправиться от кошмара, который ему только что приснился.

- Что с голосом, дорогой? Неужели спал? Я разбудил? Прости. Да все нормально, но не без приколов. На Карину напала одна дура. Вызвал ее к себе, хотел побеседовать… Настроение у нее хорошее. Даже слишком. Безнадежно хорошее. Тяга к жизни на воле просто колоссальная. Готовься, Альфред. Даже когда всем плохо, кому-то хорошо. Карине твоей, к примеру. Подружку ее, кстати, засунули в шизо.

- Ладно, ладно… Не пострадала она?

- Цела и невредима, - усмехнулся Начальник Колонии, - Ты сам-то как? Что с голосом?

- Нервничаю, - честно ответил Дед.

- Я б на твоем месте тоже нервничал.

- У тебя как дела?

- Нормально. Работаю. Кошек подкармливаю. Сейчас вот фильм думаю глянуть какой-нибудь. Не посоветуешь?

- Не знаю, давно не смотрел. Слушай, пошли на следующей неделе в баню что ли сходим, отметим. У меня там день рождения, на сам день не позову, тут чисто с моими будем. А на следующий день…

Тут Дед Альфред закашлялся. “Ты старый”.

- Ох, - продолжил он, после того, как откашлялся, - Извини. Да. В баню. Что скажешь?

- Дорогой, не раскисай. Ты простудился? Сходи к врачу, не первый раз уже такой кашель у тебя. Конечно, конечно, встретимся.

- Главное, что с моей Кариной все хорошо.

- Сходи к врачу, пока она не добила тебя, дорогой.

Глава 7

С утра туман отливал пурпурным цветом.

Дед Альфред взял с собой Константина и приехал встречать свою внучку Карину. Оба нервничали. К счастью, ни журналистов, ни любопытных зевак рядом не было.

Карина вышла с маленькой спортивной сумкой. Серая водолазка, серые спортивные штаны, две косички, большие зеленые глаза и широкая улыбка.

- Дедушка! – завизжала она и набросилась на Деда с объятиями.

- Карина! Карина! Наконец-то! Иди ко мне, моя хорошая, - он прижал ее к себе и погладил по волосам.

Из глаз Деда Альфреда выступили слезы.

- Ты чего, дедушка? Не плачь! Надо радоваться! – сказала она, а потом взглянула на Константина, - Ого! Привет! Ты повзрослел. Рада тебя видеть.

Она подошла и обняла Константина.

- П-привет, - только и смог сказать он.

- Мы поедем в ресторан? Прямо сейчас! – воскликнула она.

- Ну… Мы собирались поехать домой… Нас там ждет Эмин, Альбина, - ответил Дед.

- Нет! Дедушка. Умоляю тебя, я хочу в японский ресторан поесть роллов! Поехали, поехали, поехали! – Карина прыгала перед ним, - Будь добр! Я пять лет только об этом и мечтала! Но только в самый лучший, не в рыгаловку!

Она взяла Деда и Константина за руки.

- Ты не хочешь переодеться? – уточнил Дед.

- Зачем? Меня что не пустят? Я выгляжу “на спорте”! Имею право! Сегодня у меня второй день рождения, день, когда я откинулась, е-мое! Дед, ты чего? Дедуль. Не бойся, я себя буду теперь хорошо вести!

Она посмотрела на Константина и улыбнулась ему широко.

- Едем? – спросила она у него, - Как ты считаешь, у меня зубы не слишком желтые?

- Нет, нет, - ответил Константин.

Они сели в кабриолет.

- Я вперед! – сразу воскликнула Карина.

Дед за рулем, Карина рядом, Константин на заднем. Поехали в японский. Кто они такие, чтобы отказывать девушке, которая только что вышла на свободу?

- Я хочу свежие суши, - заявила Карина в машине, включая радио, - Горячий шоколад. Сначала горячий шоколад. Потом суши. Потом мы с вами выпьем. Что мы будем пить, братишка? – обратилась она к Константину, - Ты что пьешь обычно?

- Вино, пиво… - ответил тот.

- Водка и пиво сочетаются лучше! – засмеялась Карина.

- Нет, нет, я же не смешиваю…

- Да я поняла! Расслабься! Дедушка, начальник вчера вечером не был любезен со мной. С понтом, сука! Я надеялась, что он оставит мне засос на шее на память… Просто от души, - она повернулась и посмотрела на Константина.

Константин недоумевал, зачем она это говорит. Дед не знал, что ответить.

- Он мог бы и отлизать мне на прощание, как считаешь?

- Карина, - Дед Альфред хотел было ее остановить.

- Это шутка! – завизжала она, - Я поясняю! Я поясняю! Братишка, эта шутка над тобой! Просто когда мы виделись последний раз, ты был таким пиздюком, что я следила за базаром, а теперь я вижу ты взрослый парень, а значит, я могу говорить с тобой о взрослых проблемах, не так ли?

- Карина, я просто… Не знаю, что ответить.

- Не надо ничего отвечать. Просто посмеемся, – тихо сказала Карина.

- Карина, он же твой брат, а не подружка, - сказал Дед Альфред.

- Точно! Он же мой брат. Точнее, он даже мой дядя, а не подружка. Меня заебали эти подружки. Знаешь, сколько у меня там было этих куриц подружек? Они заебали меня. Я просто хочу узнать мужской взгляд на проблему женского одиночества! Братишка, а у тебя есть подружка?

- Нет сейчас. Я расстался.

- Ой, бедняга! Я уверена, она была тебя не достойна! Как дела у Альбины в школе?

- Альбина уже закончила школу…

Дед Альфред молчал.

- Да ты что? Альбине сколько лет?

- Восемнадцать.

- Шутишь? – Карина расхохоталась, - Ты прикинь, я думала, я сейчас приеду, а ей до сих пор тринадцать. Вот это да! Альбине-то уже восемнадцать. Она сама уже куролесит, да?

- Карина, - начал Дед, - Вы сами поговорите с Альбиной. Завтра вы пойдете и погуляете вместе…

- А почему не сегодня?

- Ну тебе надо отдохнуть…

- Отдохнуть? Дедуля, я наотдыхалась уже! В санатории с самым отвратным питанием…

Дед поморщился при слове “санаторий”. В мыслях всплыл кошмарный сон. Он взглянул на Карину. Она счастлива. Может все хорошо, и зря он волновался? Она не озлобилась, хочет гулять, хочет в ресторан. Это же замечательно.

Наконец, они доехали до ресторана.

- Коничива! – поздоровалась с официантами Карина.

Они сели за столик.

- Вот это интерьер, - Карина оглядывалась по сторонам, - Это что-то новенькое. Здесь реально, как будто я гейша.

Дед Альфред заказал чай, Константин пиво, а Карина бутылку сакэ.

- Что будете есть? – спросила официантка.

- Нам самый большой сет, - сказала Карина, - Самый дорогой. Потому что у меня тут два мужика. Им надо много жрать. О, вот это. Калифорния, Филадельфия и еще дохуя всего. Вот этот нам, пожалуйста. Коничива! Коничива! Как “спасибо”? Кончива! Я не знаю, как будет “спасибо”. Только “здравствуйте”.

Когда принесли напитки Дед Альфред решил сделать тост.

- Да, хоть я и с чаем, но вы, дети мои, сейчас выпейте. За тебя, Карина. Моя родная, моя хорошая. Как же я рад, что ты с нами. Пусть все это забудет, как… страшный сон. За тебя, родная моя.

Они чокнулись и выпили.

- Пиздато выглядишь, дедушка, - сказала Карина, - Хорошо выглядишь, реально. Наряд топ. Костюм топ. Ты заметил, как на тебя официантка смотрела.

- Правда? – уточнил Дед.

- Да, правда. Константин, ты же видел?

- Я что-то не обратил внимания, - Константин сделал еще глоток пива.

На улице пошел дождь. А в японском ресторане было хорошо. Играла музыка. Карина смотрела по сторонам. Все люди одеты по-разному. Все разноцветные. Как же она устала от одинаковой одежды, от одинаковой столовой, от одинаковых дней. Принесли заказ.

- Я счастлива! – сказала Карина, наливая себе очередную рюмку японской водки.

Дед Альфред хлебнул чай и закашлялся. Карина стала бить его по спине.

- О нет, дедуля, ты что, подавился?

Он остановил ее рукой.

- Нет, нет, простудился немного. Все хорошо, - с трудом проговорил он.

- Дедушка, раз уж мы тут все сидим и душевно общаемся, я хочу сразу о деле. Дело в том, что я сегодня вышла на волю, и я хочу насладиться этим. Я хочу сделать объявление: год я не собираюсь ни работать, ни учиться. Ты согласен, что это правильно? – обратилась она к Деду.

Дед Альфред занервничал. Он не знал, что ответить.

- Карина, к чему ты это сейчас говоришь? – спросил он.

- Я ставлю тебя в известность. Я настрадалась. Я хочу год просто изучать мир. Ты считаешь, я не заслужила этого? Я пять лет работала швеей!!!

- Заслужила, конечно, - согласился Дед Альфред, - Карина, отдыхай столько, сколько тебе потребуется для восстановления.

- Ура! Дедушка, я люблю тебя, - она обняла его и поцеловала в щеку, - Я всем говорила там, всем этим курицам, что мой дедушка – лучший. Пусть завидуют.

- Кстати, Карина, мы отремонтировали твою комнату. Там теперь все новое.

- Пиздатые новости! – воскликнула Карина.

- Карина, потише, мы же…

Константин еще раз глотнул пива.

- Извини, дедуль. Прости, - шепотом продолжила она, - Это охуенные новости. Ты бы знал, как мне сложно было привыкнуть к этой вонючей женской общаге… Я так и не привыкла к ней, но к моей новенькой постельке двуспальной я привыкну за секунду. Это точно. Это однозначно. Все, гуляем в цвет!

Глава 8

- Всем привет! – воскликнула Карина.

Ближе к трем часа дня они приехали домой. Эмин и Альбина уже томились в ожидании.

- Карина! – побитый дядя обнял племянницу.

- Дядя Эмин, а ты совсем не изменился. Все так же с разбитым ебалом! – порадовалась Карина, - Ого! Альбина! Я бы никогда тебя не узнала.

Она накинулась с объятиями на Альбину.

- Карина, - сказала та, - поздравляю тебя. Мы очень рады тебя видеть.

- Ух, Альбина, классные титечки ты себе отрастила, молодец.

- Карина, - Дед Альфред взял внучку под локоть, - Давай пройдем ко мне в кабинет.

Карина и Дед вместе вошли в его Царство Красного Дерева.

- Ого, дедушка, коллекция пополнилась, - начала она.

- Карина, послушай. Первое, что я хочу тебе сказать, чтобы мы больше никогда не возвращались к этому диалогу. Постарайся вести себя немного… Как бы так сказать… Покультурнее. Ты теперь в безопасном месте. Тебе не обязательно агрессивно выражаться. Ты некорректно поздоровалась с Альбиной.

Карина округлила глаза, поглаживая одну из коллекционных винтовок.

- Ты прав, - сказала она, - Извини. Это все японское шило… Хорошо, я поняла тебя.

- Я надеюсь на это. Потому что ты теперь будешь крутиться в обществе. Забывай все эти фразочки, все эти шуточки.

- Ну да, ну да.

- Просто Альбина и Константин…

- Не знают, что мы на самом деле быдло, да.

- Карина!

- Дедушка, я это все помню. Ты прав. Ты абсолютно прав. Спасибо, что напомнил. Рахмат.

- Я приготовил для тебя подарок, - Дед Альфред достал коробочку и вручил ее Карине, - Посмотри. Надеюсь, тебе понравится. Это серьги с танзанитом.

- Ого, - Карина взяла их, сразу же надела и подошла к зеркалу, - Я прям как топовая мамка в этих серьгах. Спасибо, дедушка, - она поцеловала его в щеку.

- Еще подарки в твоей комнате! Выбирали стилисты, надеюсь, тебе все подойдет.

Карина завизжала и побежала к себе. Там она обнаружила полную кровать пакетов с вещами: нижнее белье, платья, кофточки, косметика и прочее. Сама комната тоже преобразилась – стала очень элегантной. Карина стала разбирать пакеты.

- Маска для лица, - она вытащила маску, раскрыла, приложила к лицу и легла, - О, как охлаждает. О да… О! ДА!

Сексуальные черные чулки. Пригодятся и очень скоро. Но вот презервативы никто в подарок не положил. А зря.

Через полчаса, после отрезвляющего душа и в новых нарядах, Карина спустилась вниз. Родственники отдыхали в гостиной. Все игнорировали факт того, что Эмин ночью пришел избитый. Не привыкать.

- Семейка! – воскликнула Карина, глядя на странную картину с ромашками на стене, - Я пошла по делам. Я иду в салон красоты, мне нужно привести в порядок свои патлы.

- Карина, в семь часов у нас будет торжественный ужин, - сказал ей вслед Дед Альфред.

Перед салоном Карина зашла в продуктовый и набрала себе много разных жевательных резинок.

Вечер. Все сидели в ожидании возвращения Карины, в честь которой Дед Альфред снова накрыл стол. Гуляем второй день.

И вот, наконец, любимая внучка лучшего дедушки вернулась домой. Новая стрижка, потрясающий макияж. Визажист не пожалел хайлайтера. Карина сияла.

- Карина, красавица, скорее присаживайся. Вон твой стул. Он тебя заждался! – сказал Дед.

- Вы тут как, уже соскучились по мне? – спросила Карина.

- Карина, мы соскучились по тебе, - сказал Эмин, - За эти пять лет столько всего произошло у нас, так быстро и не расскажешь. Ну, конечно, самую главную новость ты и сама знаешь…

- Я не хочу говорить о плохом, дядя. Давайте просто отдохнем, поедим и выпьем за меня!

- Альбина, - обратился Дед Альфред к своей приемной дочери, - Завтра погуляете с Кариной? Погоду обещают замечательную.

- Э… - начала было Альбина.

- Дедуля, - прервала ее Карина, - Я и одна могу погулять.

- Альбина не против составить тебе компанию, - заключил Дед Альфред, глядя на смущенную приемную дочь.

Константин завороженно смотрел на Карину. Это заметили все, кроме самой Карины. Она направила свой взгляд в тарелку и с жадностью ела.

Альбина взглянула на брата. Надо же, он даже не заступится. Почему бы ему не отправиться выгуливать Карину? Никто в этом доме не думает о чувствах Альбины. Все делают вид, что эта преступница приехала из дальнего плавания и что ее, эту убийцу и гадюку, надо облизывать. Неужели все в этой семье сошли с ума? Ее трясло от одной мысли, что она сидит напротив женщины, способной хладнокровно забить человека бильярдным кием. Кто знает, вдруг через секунду в нее снова вселятся бесы, и она придушит кого-нибудь прямо за этим столом?

- Дедуля, - начала Карина, параллельно напихивая еду в рот, - Ты бы знал, как это вкусно. Спасибо тебе и нашим поварам. Потому что в наших “местах не столь отдаленных” была такая водянистая каша, похожая на сопли. И такой же, похожий на сопли, кисель. Прикиньте? – она оглядела всех сидящих за столом, - Пять лет ваша сестра хавала сопли. А еще я хочу сказать, что сейчас, после нашего ужина, я отправлюсь в ванную. И я буду час лежать в пене! Час!

- Да уж, Карина, - вздохнул Эмин, - Тяжело тебе пришлось.

- Меня пиздили там похлеще, чем тебя вчера. Вот уж поверь. Кстати, тебя кто отпиздил, дядя?

- Да так, суки одни…

- А чо, ты им даже в ответку не врубил?

- Нет, я врубил!

- Да ну? – Карина засмеялась, - На тебя это не похоже. Так, у всех все налито? Я предлагаю поднять наши бокалы сейчас за дядю Эмина!

Дед Альфред не хотел ругаться в первый же день. Ему хотелось сказать пару ласковых Эмину за то, что всю ночь он шлялся черт знает где и явился под утро в неподобающем виде. Дед еще не знал, что Эмина обобрали… Если он узнает, то поверх этих синяков появятся еще одни.

- Что ж, за нашего любимого дядю Эмина! – присоединился к тосту Дед Альфред, - Пожелаем ему найти свою вторую половинку и обрести свою собственную семью поскорее.

- А ты не звонил маме, дедуль? – этот вопрос поставил всех в неловкое положение.

- Звонил, - соврал Дед Альфред, - Она не брала трубку.

- Какая же она сука…

- Карина, давай сейчас не будем об этом.

- Она ни разу не приехала ко мне!!! – закричала Карина и ударила кулаками об стол, а потом истерично заплакала.

- Карина! – Константин вскочил и подбежал к ней, чтобы утешить, - Карина, не плачь. Сегодня твой день…

- Мой день, а моя родная мать забыла про меня! Просто забила на меня! Положила на меня огромный ослиный член!

Дед Альфред встал, подошел к внучке.

- Карина, а ну встань, - он взял ее за руку, помог подняться, повернул к себе и посмотрел в ее заплаканные глаза, - Она не мать тебе. Она родила тебя, но она тебе не мать! Мать бы так не поступила. Посмотри на нас! На меня, на дядю, на твоих братьев и сестру. Мы твоя семья! Мы тебя любим! Мы с тобой. Те, кто любит тебя, сейчас с тобой. И мы у тебя есть, - он обнял Карину, та продолжала всхлипывать.

- Неужели ей настолько похуй…

- Не думай о ней, красавица. Ты только что вернулась к себе домой. Вот это твой дом. Дом там, где тебе рады.

Альбина чувствовала неловкость. Вроде бы надо тоже сказать что-то Карине. Но язык не поворачивается утешать ее. Такую дочь врагу не пожелаешь. Совсем не удивительно, что даже родная мать предпочла держаться от нее подальше.

- Ладно, я пойду в комнату и успокоюсь, - Карина быстрым шагом удалилась.

Все сели обратно по своим местам, и за столом повисло молчание.

Спустя три минуты Эмин молча встал и удалился. За ним и Константин, пожелав Деду и Альбине хорошего вечера.

- Альбина, - тихо сказал Дед Альфред, - Я пойду в комнату сейчас. Отдохну немного. Через десять минут зайдешь ко мне?

Глава 9

Когда Дед Альфред был молодым, он любил звать девушек на непринужденные прогулки в парке. Час беседы. Лучше делать побольше комплиментов, ведь женщины любят ушами. Задавай вопросы, делай вид, что тебе очень интересно. В потрепанном портфеле бутылка спиртного. Предложение вместе распить за знакомство. “Но здесь нас могут увидеть”. Поэтому давай удалимся подальше. Вон туда. В лесочек. Выпили по глоточку. Потом еще по одному. Коронная фраза: “Я думал, мое сердце разбито навеки, но сейчас я что-то почувствовал к тебе”. А потом и горячий секс прямо там, на траве, или на листве, или в сугробе.

Коттедж стоял возле любимого леса. Он и сейчас часто гулял по нему, обнимая деревья, которые когда-то были свидетелями бурного прошлого.

День выдался тяжелым. Но и он подходит к своему логическому завершению. Дед умылся ледяной водой, пригладил назад седые волосы.

Когда-то он гонял на велосипеде, на мотоцикле. Как-то раз он хотел уйти в буддийский монастырь. В девяностые активно занимался боксом. Всю жизнь он проработал упаковщиком в типографии.

И вот год назад он нашел для себя еще одно вдохновляющее хобби помимо сигар и охоты. Он стал заниматься живописью. Все эти ромашки, развешанные по дому, – его собственные работы. И он ими гордится. В свободное время он с упоением писал картины. Ромашки, ромашки, ромашки. Лепестки, которые знают все тайны, которые умеют отвечать на вопросы. Время летело незаметно.

Сначала Дед Альфред увлекся посещением выставок импрессионистов. Почитал про Ван Гога. Потом стал копировать Ренуара, Моне. Получалось плохо. Но никто и не ждал от Деда шедевров.

Ему хотелось, чтобы его картины вызывали простые и теплые чувства. Словно это что-то домашнее, родное, чистое, скромное. К тому же он находил ромашку самым романтичным цветком. Он представлял, как молодая девушка гадает, любит ли он ее. Наверняка таких было немало.

Всего за год Деду Альфреду удалось написать почти сотню картин. Лучшие, по его мнению, он размещал дома, другие дарил своим друзьям.

В декабре 1977 года он встретил самую красивую девушку в его жизни. Аида. Черноволосая, с большими карими глазами. Самая настоящая краса востока. И он не мог поверить, что это взаимно. Где был он, а где она? За ней бегали сотни мужчин. Он придумал ей имя – Наваратна. Его он вычитал в какой-то энциклопедии. Слово означало «девять драгоценных камней», и так называли потрясающие украшения. Он обещал подарить ей такое кольцо, но не успел. Счастье было недолгим. Дед Альфред рано стал вдовцом, и ему пришлось в одиночку воспитывать двоих сыновей…

Дом в деревне, где они жили, сгорел. Не осталось даже ни одной фотографии. Образ его Аиды остался глубоко в памяти и все больше становился похож на исчезающий в пустыне мираж. Но он до сих пор считал ее своей музой. Одной из.

Дед Альфред встал рядом с мольбертом, достал краски и кисть. Недавно у него появилась новая цель – устроить выставку. Как раз вернулась Карина. Какое счастье будет организовать открытие, позвать туда журналистов. Дед и внучка снова вместе. И все картины светлые, добрые. Это вдохновит многих. А если еще сделать вечер благотворительным, то можно даже устроить аукцион. Кто знает, может, ему еще удастся занять свое место в искусстве и прославить доброе имя?

В комнате было темно. Горели настольная лампа и несколько свечей. Да, кто-то скажет, что в темноте писать картины неудобно, но у Деда была своя логика. Он считал, что свет можно разглядеть лишь во тьме.

Дверь открылась. Альбина.

- Заходи. Я пишу новую картину. Иди сюда, посмотри. В этот раз это куст ромашек, которые уже немного потрепало ветром… И поэтому на каждом цветке недостаточно лепестков.

Альбина в легком светло-жёлтом платье, с распущенными волосами и сама была похожа на невинный цветок. Она медленно подошла и посмотрела на картину.

- Это очень красиво, - сказала она.

- Ты весь вечер молчала.

- Я волнуюсь. Я не знаю, как общаться с Кариной, но я… Честно, я хочу с ней дружить, но переживаю, что не получится.

- Почему это не получится? Отнесись к ней, как к новому человеку. Не нужно вспоминать о том, что было раньше.

- Это сложно. Там, кстати, посуда вся осталась на столе. Может быть, я уберу? А то Марина же только завтра придет…

- Нет! Ничего ты мыть не будешь, и забудь об этом.

- Хорошо, - Альбина смахнула волосы с лица, подняла глаза на Деда и улыбнулась, - Больше не буду. А как ты?

- Мне кажется, что сегодня я сдавал экзамен… - вздохнул Дед, - Но сейчас у меня чувство, что я его сдал. Облегчение.