Последний смотритель

Впрочем, сейчас заниматься изучением стены было рановато.

Живот напомнил о себе громким урчанием.

Роман посмотрел на сумку.

— Вот с этим вопросом я хотя бы знаю, что делать.

Сумка оказалась дорожной, из хорошей плотной кожи.

Он высыпал содержимое на относительно чистое место.

Небольшой свёрток с хлебом.

Вяленое мясо.

Сушёные фрукты.

Запасная одежда — вернее, её остатки после вчерашней перевязки.

Фляга.

Огненный камень в металлической оправе.

Несколько мелких монет.

И шкатулка Мирены.

Роман взял её в руки.

Деревянная крышка была повреждена, но медальон сохранился.

Он достал украшение.

На поверхности виднелись тонкие пересекающиеся окружности.

Теперь он знал, кому оно принадлежало.

Помнил разговор с матерью.

Помнил, как линии начали светиться среди скал.

Но понятия не имел, что именно произошло.

Медальон сейчас выглядел совершенно обычным.

Роман повертел его в пальцах.

Попробовал мысленно направить в него эфир, как учили Дариана на занятиях.

Никакой реакции.

Он не стал продолжать.

После того, что случилось во время последней активации, экспериментировать с неизвестным артефактом не хотелось.

Роман поколебался, затем надел цепочку на шею. Медальон лёг на грудь.

Пусть будет при мне. Всё-таки мамин подарок.

Он вернулся к шкатулке. Под бархатной подкладкой обнаружилась небольшая неровность. Одна сторона дна слегка пружинила.

Роман осторожно поддел ткань ножом. Под ней скрывалась тонкая деревянная пластинка, вставленная в пазы.

Он сдвинул её ногтем. В потайном отделении лежала сложенная в несколько раз бумага.

Роман развернул её. Почерк был знакомым. Мирена.

«Дариан.

Если ты читаешь это письмо, значит, я не смогла рассказать тебе всё сама.

Наш род гораздо старше королевств, чью историю ты изучал. Но древность происхождения сама по себе ничего не значит.

Медальон не даёт власти и не делает своего владельца великим магом. Он лишь подтверждает принадлежность к крови, которую когда-то обязались хранить.

Не доверяй тем, кто станет называть его ключом. Они знают только часть правды.

И запомни: наследие Астэринов — не сокровище. Это обязанность, от которой наши предки однажды попытались отказаться.

Мирена».

Роман перечитал письмо. Кровь, которую обязались хранить. Обязанность. Не доверяй тем, кто называет его ключом...

Мирена явно знала больше, чем говорила сыну. Но теперь расспросить её было нельзя.

Он снова задержал взгляд на строчках. В другом мире он привык разбираться с трудностями сам: задавать вопросы, искать документы, не доверять догадкам. Но здесь главный человек, которому он мог бы задать вопросы, исчез; остались только чужие следы в письме да память о её голосе.

Он сложил бумагу, убрал обратно в тайник и закрыл шкатулку. Медальон оставил на шее.

Разберёмся, когда будет возможность.

Затем Роман пересчитал монеты.

Два серебряка и несколько медяков.

Не богатство, но на несколько дней скромной жизни в обычном городе хватило бы.

Если бы он знал, где ближайший город.

И как до него добраться.

Хлеб оказался немного черствым, мясо — солёным.

Роман ел медленно, запивая водой из фляги.

Аппетит был хорошим.

Даже слишком.

После еды он почувствовал себя заметно лучше.

Осторожно поднялся и ещё раз осмотрел помещение.

В дальнем углу обнаружилась ниша.

В ней лежали обломки каменных плит и высохшие корни каких-то растений.

Никакого прохода вниз он не увидел.

Это удивило.

Снаружи сооружение казалось частью более крупного здания, но внутри существовало только одно доступное помещение.

Роман осмотрел стены.

Возможно, проход когда-то был заложен.

Возможно, находился под слоем земли.

А может, башню вообще строили как отдельное сооружение.

Разберёмся.

Сейчас у него имелись более насущные потребности.

Нужна была вода.

Нормальное место для сна.

И желательно что-нибудь горячее поесть.

Он посмотрел на входной проём.

Высота около полутора метров.

Вчера забирался сюда с огромным трудом.

Сегодня, вероятно, смог бы сделать это значительно проще.

Но прыгать туда-сюда с раной в боку не хотелось.

Роман выглянул наружу.

Недалеко от стены росло дерево с несколькими толстыми боковыми ветвями.

Он оценил расстояние.

Подойдёт.

Можно было отломить подходящую ветвь и сделать простейшую лестницу, используя боковые сучья как ступеньки.

Ничего сложного.

И главное — не придётся каждый раз карабкаться по камням.

Спуститься получилось осторожно, придерживаясь за край проёма и опираясь ногами на вчерашние камни.

Земля под ногами была влажной.

Роман подошёл к дереву.

Выбрал подходящую ветвь.

Несколько минут ушло на то, чтобы отделить её от ствола с помощью ножа и собственного веса.

Работа оказалась неприятной для раненого бока.

Пришлось несколько раз отдыхать.

Но в конце концов ветвь поддалась.

Роман обрубил мелкие отростки, оставив наиболее крепкие боковые сучья.

Получилось грубовато.

Зато функционально.

Он прислонил импровизированную лестницу к стене и проверил устойчивость.

Потом несколько раз осторожно поднялся на одну-две ступеньки.

Держалась.

— Уже лучше.

Роман оглядел участок возле башни.

Солнце постепенно поднималось.

Погода была тёплой, хотя утром ощущалась прохлада.

Рядом росла высокая суховатая трава.

Её можно было использовать для подстилки.

А из веток сделать простую заслонку на вход, чтобы ночью не сквозило и помещение не было так заметно снаружи.

Он принялся за работу.

К середине дня в башне появилась подстилка.

Не кровать, конечно.

Толстый слой травы, накрытый частью запасной одежды.

Но лежать на нём было гораздо приятнее, чем на холодном камне.

Роман устроился на новом месте и вытянул ноги.

В боку немного ныло.

Он снова проверил повязку.

Следов свежего сильного кровотечения не появилось.

Пожалуй, на сегодня хватит.

Он посмотрел на сложенные возле стены вещи.

На сумку.

На шкатулку.

На меч.

И неожиданно понял, что впервые за последние сутки никуда не спешит.

Не нужно срочно ехать на работу.

Не нужно отвечать на звонки заказчиков.

Не нужно доказывать кому-то собственную состоятельность.

Не нужно немедленно искать убийц семьи Эйнар.

Он вообще пока никому ничего не должен.

Во всяком случае, здесь.

Роман медленно выдохнул.

Странное чувство.

Он слишком долго привыкал жить в ожидании следующей проблемы.

Работа.

Деньги.

Семья.

Обязательства.

А потом ещё одна жизнь, в которой от четырнадцатилетнего наследника требовали соответствовать положению рода, хорошо учиться, владеть оружием и однажды принять баронство.

Оба прожитых опыта были совсем разными.

Но в одном удивительно похожими.

Всё время куда-то надо было успевать.

И всё время от него чего-то ожидали.

Роман посмотрел в окно.

Здесь никто его не знал.

И он никого не знал.

Пока это было скорее преимуществом.

Он вспомнил лицо Мирены.

Потом Алису.

Матвея.

Альбрехта.

Дашу.

Воспоминания были отчётливыми, но уже не вызывали того отчаянного желания немедленно что-то исправить, которое сопровождало обе прежние жизни.

Где-то глубоко оставалась печаль.

Но вместе с ней появилось неожиданное спокойствие.

Наверное, мне просто нужно время.

Он не знал, почему оказался именно здесь.

Не понимал, что произошло с его сознанием.

Не знал, что делать с двумя прожитыми жизнями.

Но впервые не чувствовал необходимости отвечать на все вопросы немедленно.

Можно было просто пожить.

Разобраться в себе.

Осмотреться.

Понять, какие возможности теперь существуют.

А уже потом решать, куда двигаться дальше.

Роман усмехнулся.

Хотя бы неделю без великих свершений.

Он устроился поудобнее.

Закрыл глаза.

И неожиданно быстро уснул.

Проснулся он ближе к вечеру.

Голодный.

И с очень ясным ощущением, что вяленого мяса надолго не хватит.

Роман поднялся, выглянул наружу.

Река поблёскивала в косых лучах солнца.

В прозрачной воде возле берега двигались крупные серебристые рыбы.

Он некоторое время наблюдал за ними.

Рыбы держались на мелководье удивительно спокойно.

Некоторое время он просто смотрел, как вода разрезает солнечные пятна и соединяет их вновь. Река текла совершенно равнодушно к его бедам. И всё-таки в её ровном шуме было обещание обычного завтрашнего дня: найдётся еда, получится пережить ночь, а потом он попробует разобраться хотя бы с одной из накопившихся загадок.

Некоторые были довольно большими.

Килограмма два, а то и три.

И почти не реагировали на движение возле берега.

Роман прищурился.

А вот это уже интересно.

Он посмотрел на нож.

Потом на подходящую длинную ветку возле башни.

В памяти всплыло, как Гаррет объяснял устройство простого охотничьего копья.

Следом — совсем другое воспоминание: детская передача о древних способах рыбной ловли, которую когда-то смотрел Роман.

Два опыта неожиданно дополнили друг друга.

Он усмехнулся.

— Ну что, господин Эйнар... Или товарищ Носов?

Немного подумал.

— Да какая, к чёрту, разница.

Он взял нож и направился к деревьям.

До темноты ещё оставалось время.

А ужин сам себя не поймает.

Глава 9

Глава 9. Рыба Селии

Роман выбрал длинную прямую ветку, срезал боковые сучья и принялся заострять один конец.

Работа двигалась медленно. Нож был острым, древесина поддавалась легко, но стоило неловко повернуться, как рана в боку немедленно напоминала о себе.

Он остановился, перевёл дыхание и осмотрел результат.

Получилось вполне приличное копьё. Правда, без металлического наконечника, зато для рыбы должно было хватить.

Роман несколько раз проверил, насколько удобно держать древко.

Руки сами нашли правильное положение.

Он усмехнулся.

Восемь лет тренировок Дариана оказались весьма полезным приобретением.

Интересно, что бы сказал Гаррет, увидев, для чего я использую его уроки?

Наверное, заставил бы сделать ещё сотню выпадов.

Гаррет непременно заметил бы, что он держит оружие слишком высоко, а потом, не меняя выражения лица, поправил хват. Воспоминание было таким ясным, что Роман невольно оглянулся. Но за спиной шумели только деревья. Никакого наставника здесь не было, и каждую ошибку придётся оплачивать самому.

Роман осторожно поднялся и направился к реке.

Вода оказалась холодной.

Он вошёл по щиколотку, затем чуть глубже.

Течение заметно давило на ноги, а под водой попадались скользкие камни. Пришлось двигаться осторожно.

Рыбы стояли на мелководье небольшими группами.

Крупные, серебристые, с широкими спинами и тёмными плавниками.

Некоторые весили, наверное, килограмма по два или три.

Странным было другое.

Они почти не боялись человека.

Роман подошёл к одной из них на расстояние вытянутой руки.

Рыба лениво сместилась в сторону.

— Ну и наглость, — пробормотал он.

На Земле ему приходилось рыбачить, хотя настоящим любителем этого занятия он себя не считал. Несколько раз ездил с друзьями, в детстве ловил карасей с отцом.

Ничего подобного раньше не видел.

Он поднял копьё.

Прицелился.

Ударил.

Острие вошло в воду и скользнуло мимо.

Рыба метнулась в сторону.

Роман едва удержал равновесие.

Несколько мгновений он неподвижно стоял в воде, давая утихнуть боли. Глупо было сердиться на промах: рыба не обязана ждать, пока новичок вспомнит правильное движение. Впрочем, упрямство у него оставалось и от прежней жизни, и от этой. Он выровнял дыхание и снова пригляделся к течению.

— Отличное начало.

Он посмотрел на место, куда целился.

Преломление света.

Совершенно забыл.

Рыба под водой находилась немного не там, где её показывало изображение с поверхности.

Роман выбрал другую.

На этот раз взял поправку и ударил ниже видимого положения.

Получилось.

Рыба резко дёрнулась, забила хвостом.

Роман удержал древко обеими руками, подхватил добычу ближе к берегу и вытащил на камни.

Серебристое тело тяжело ударилось о землю.

— Есть!

Он невольно улыбнулся.

Радость оказалась почти детской.

За последние сутки произошло столько непонятного и страшного, что простая удача с рыбалкой неожиданно подняла настроение.

Роман присел возле добычи.

Рыба была довольно крупной.

И толстой.

Хорошо тут кормят.

Он посмотрел на остальных.

Те уже вернулись на прежние места.

Причём некоторые плавали совсем рядом.

Роман нахмурился.

Странные они всё-таки.

Но решил пока не разбираться.

Главное, ужин был обеспечен.

Чистить рыбу он устроился на большом плоском камне возле берега.

Работа оказалась привычнее, чем ожидалось.

Дариан несколько раз сопровождал Гаррета на охоту, а Роман и сам не раз разделывал рыбу.

Два опыта прекрасно дополняли друг друга.

Он снял чешую, вспорол брюхо и осторожно удалил внутренности.

Мясо выглядело обычным.

Светлое, плотное, почти без мелких костей.

Запах тоже был вполне рыбный.

Роман отложил тушку и взялся за голову.

Именно тогда заметил необычную выпуклость над жабрами.

Он повернул голову рыбы.

Под кожей прощупывалось что-то твёрдое.

Кость?

Роман осторожно сделал надрез.

Внутри находился небольшой камень.

Округлый, с гладкой поверхностью, серовато-белого цвета.

Он подцепил его кончиком ножа и вынул.

Камень оказался удивительно чистым.

Ни крови, ни остатков ткани на поверхности.

Роман положил его на ладонь.

И вспомнил.

Рыба Селии.

Название возникло совершенно естественно.

Таких рыб выращивали в немногих специально устроенных водоёмах. Их внутренние камни ценились среди магов, поскольку способствовали развитию источника.

Дариан слышал об этом на занятиях.

Тогда рассказы о ценных внутренних камнях казались очередной частью большой науки, до которой ученику ещё далеко. Теперь же знания всплывали посреди реки — вместе с мокрой одеждой, пустым желудком и необходимостью решить, что делать дальше. От такой встречи высокого искусства с обычным голодом хотелось усмехнуться.

Даже видел небольшой серый камень, который однажды показывал Эллард.

Тот тогда говорил, что подобные вещи стоят дорого и не предназначены для неопытных учеников.

Роман посмотрел на добычу.

Потом на реку.

В воде спокойно плавали ещё десятки таких же рыб.

— Надо же...

Он снова рассмотрел камень.

Обычные ядра рыбы Селии, насколько помнил Дариан, были небольшими и серыми.

Этот выглядел почти белым.

Может, разновидность такая.

Он перекатил камешек между пальцами.

И почувствовал тепло.

Сначала едва заметное.

Потом усиливающееся.

Роман удивлённо разжал ладонь.

Поверхность камня стала мягкой.

Он уже собирался стряхнуть его на землю, когда серовато-белая оболочка вдруг расплылась, превратившись в блестящую серебристую каплю.

— Ого!

Капля растеклась по коже.

Роман попытался стереть её другой рукой.

Но не успел.

Серебристая жидкость словно впиталась в ладонь.

Без следа.

Он замер.

Несколько секунд смотрел на руку.

Затем тщательно осмотрел пальцы.

Ничего.

Ни пятен.

Ни ожога.

Ни неприятных ощущений.

Только странное тепло, медленно распространявшееся от ладони к запястью.

Роман сел на камень.

Вот это уже интересно.

Он попытался вспомнить всё, что знал о подобных камнях.

По учебникам Дариана, ядра рыбы Селии требовали специальной подготовки перед использованием. Обычно их обрабатывали артефакторы или маги, владеющие восстановительными плетениями.

Но ничего подобного с обычными серыми камнями не происходило.

По крайней мере, в тех сведениях, которые помнил Дариан.

Роман снова посмотрел на ладонь.

Тепло уже достигло локтя.

Затем появилось слабое покалывание в груди.

Он невольно задержал дыхание.

Несколько мгновений ощущения усиливались.

А потом постепенно исчезли.

Роман осторожно пошевелил пальцами.

Поднялся.

Сделал несколько шагов.

Ничего необычного.

Разве что голова, которая ещё недавно ныла, теперь казалась немного яснее.

Может, показалось.

Он потрогал повязку на боку.

Боль оставалась.

Значит, мгновенного исцеления не произошло.

— Ладно, — пробормотал он. — Посмотрим.

В конце концов, камень уже исчез.

Вернуть его не получится.

А делать выводы по одному наблюдению Роман не собирался.

Вернувшись к башне, он занялся костром.

Сухих веток поблизости хватало.

Он собрал небольшую охапку, сложил возле большого камня и приготовил несколько тонких щепок.

Потом достал огненный камень.

Небольшой тёмно-красный кристалл был закреплён в металлической оправе. На боковой поверхности имелся узкий выступ.

Роман повертел устройство в руках.

И вдруг понял, как им пользоваться.

Не вспомнил объяснение.

Просто знал.

Он прижал большой палец к выступу и направил камень на подготовленные щепки.

— Эс.

Из кристалла вырвался короткий язычок пламени.

Роман от неожиданности отдёрнул руку.

Огонь погас.

Несколько секунд он смотрел на устройство.

— Вот зараза.

Он помнил, что произнёс слово.

Но не собирался его произносить.

Оно вырвалось само собой.

Так же естественно, как привычное движение рукой.

Эфирная формула.

Воспоминания Дариана подсказали, что подобные огненные камни распространены среди путешественников.

Стоят недорого, работают долго, но постепенно расходуют накопленный заряд.

Для активации обычно достаточно короткой словесной команды.

Роман усмехнулся.

Ещё вчера он пытался понять, что вообще происходит.

А сегодня пользуется магическим огнивом.

Впрочем, называть это магией ему пока было непривычно.

Скорее устройством, работающим по неизвестному физическому принципу.

А разве магия не может оказаться просто физикой, которой я не знаю?

Он снова направил камень на щепки.

— Эс.

Появилось небольшое пламя.

Тонкие веточки загорелись.

Роман добавил несколько сухих сучьев и осторожно раздул огонь.

Через несколько минут костёр горел вполне уверенно.

— Ну вот. Уже цивилизация.

Рыбу он разделил на несколько крупных кусков.

Часть насадил на заострённые веточки и устроил над углями.

Остальное оставил в тени, прикрыв чистой тканью от насекомых.

Жареная рыба пахла замечательно.

Роман несколько раз проверял готовность мяса, переворачивал куски, подкладывал веточки.

Когда первая порция была готова, он устроился возле костра.

Попробовал.

Мясо оказалось нежным, немного сладковатым.

И очень сытным.

— А вот это уже совсем неплохо.

Он съел довольно много.

Больше, чем собирался.

Только потом почувствовал, насколько устал.

Рана в боку ныла.

Но не так сильно, как утром.

Роман осторожно снял повязку и осмотрел повреждение.

Края раны выглядели чище.

Отёк заметно уменьшился.

Он нахмурился.

Быстро.

Слишком быстро для обычного глубокого пореза.

Впрочем, до полного заживления было далеко.

Роман наложил чистую часть ткани и закрепил повязку обратно.

Он подумал о том, что стоит поймать ещё одну рыбу.

Но быстро отказался от идеи.

Сегодня и так получилось сделать немало.

В башню он вернулся незадолго до заката.

Поднялся по самодельной лестнице, стараясь не напрягать больной бок.

Внутри было прохладнее, чем снаружи.

Он расстелил сухую траву, устроился на подстилке и положил рядом сумку.

Медальон тихо звякнул о металлическую застёжку куртки.

Роман достал его из-под одежды.

Пересекающиеся окружности на поверхности выглядели совершенно обычными.

Никакого свечения.

Он провёл пальцем по металлу.

Вспомнил письмо Мирены.

«Не доверяй тем, кто станет называть его ключом».

Интересно, что именно она имела в виду.

Медальон явно был непростым артефактом. Но почему его активация отправила Дариана неизвестно куда?

И как это связано с появлением воспоминаний Романа?

Ответов пока не было.

Он спрятал украшение обратно под рубаху.

Повернулся на спину и посмотрел на потолок.

Завтра нужно было заняться водой.

Потом подумать о хранении пищи.

Возможно, обследовать окрестности.

А ещё разобраться с рыбой и её странными камнями.

Дел хватает.

Роман усмехнулся.

Он ведь собирался немного отдохнуть от прежней жизни.

Похоже, отдых получался своеобразный.

Но впервые за долгое время ему было интересно, что принесёт следующий день.

Он закрыл глаза.

И вскоре уснул.

Глубоко под башней, в древних помещениях, куда уже много тысячелетий не проникал солнечный свет, ожил один из наблюдательных контуров.

Поступили новые данные.

Совместимый носитель находился в пределах комплекса.

Его физическое состояние улучшалось.

Зафиксировано поглощение вещества, предназначенного для подготовки энергетической структуры.

Конструкт сравнил показатели с сохранившимися протоколами.

Результат оказался необычным.

Скорость усвоения превышала расчётные значения.

Однако отклонение не представляло непосредственной угрозы.

Система зарегистрировала изменения и продолжила наблюдение.

Пробуждать основной управляющий разум пока не требовалось.

Глава 10

Глава 10. Чёрный камень

На четвёртое утро Роман проснулся от голода.

Это уже начинало входить в привычку.

Он потянулся, осторожно повернулся на бок и сел.

Рана почти не беспокоила.

Ещё вчера при резких движениях в боку неприятно тянуло, а сегодня он смог подняться с подстилки, практически не почувствовав боли.

Роман расстегнул куртку и осмотрел повязку.

Под ней обнаружилась тонкая розовая полоска, окружённая молодой кожей.

Он некоторое время смотрел на неё.

— Ну ничего себе.

По всем представлениям Романа, такая рана должна была заживать гораздо дольше. Причём не без осложнений.

Однако воспоминания Дариана подсказывали, что магическое восстановление действительно способно творить подобные вещи.

Но он ведь не пользовался лечебными заклинаниями.

Рыба?

Другого объяснения пока не находилось.

За последние дни он съел несколько крупных рыбин, а найденные в их головах светлые камни неизменно растворялись при контакте с кожей.

После каждого такого случая возникало знакомое тепло, которое постепенно распространялось по телу.

Вчера он даже попробовал воспользоваться простейшим упражнением Элларда — ощутить собственный источник.

Ничего определённого не вышло.

То ли навык Дариана оказался недостаточным, то ли он сам пытался сделать что-то неправильно.

Зато самочувствие улучшалось с каждым днём.

Роман осторожно потянулся ещё раз.

Затем присел.

Выпрямился.

Повторил.

Тело слушалось прекрасно.

Ладно. Не будем жаловаться.

С обустройством башни дела тоже продвигались.

Возле входа теперь стояла прочная ветвь с оставленными боковыми сучьями. По ней можно было без особых усилий подниматься внутрь.

На полу лежала толстая подстилка из травы.

При взгляде на собственное жилище его охватывало странное удовлетворение. Разумеется, это была не комната и уж тем более не дом. Но каждый пучок травы, каждая найденная ветка означали одну маленькую победу над беспомощностью. Он не собирался романтизировать ни холод, ни голод — просто отказывался отдавать им больше, чем был вынужден.

Часть оконного проёма Роман прикрыл ветками, чтобы уменьшить сквозняк.

Возле стены устроил место для хранения вещей.

Получилось скромно, но вполне пригодно для временного жилья.

С водой тоже разобрался.

Флягу он наполнял в реке. Воспоминания Дариана подсказывали простейшее очищающее плетение, однако выполнить его самостоятельно пока не удавалось. Поэтому для питья Роман по возможности кипятил воду в небольшой металлической походной кружке, обнаруженной в сумке.