Лечу фамильяров, Дракона не предлагать!

Ин-Дюка это совершенно не смущало, потому он продолжил рассказ:

– Конечно, древние магические семьи, старая знать, не повелась на моду и сохранила традиции. Так что в нашей клинике мы с помощью магии помогаем фамильярам как и сотни лет назад. Кстати, а какие у вас способности?

Он наклонился вперёд и изучающе прищурился.

– Магических? Никаких, – честно ответила я, и поспешила добавить. – Лорд Арвик высоко оценил мои знания и решил, что я могу быть вам полезна.

Граф удивленно приподнял тонкую, возможно даже слегка выщипанную бровь:

– Знания? Вы же из другого мира. Или у вас там тоже есть фамильяры?

– Фамильяров нет, но судя по тому, что я уже видела, местные существа похожи на наших зверей, а ветеринария – наука универсальная.

Граф Ин-Дюк

– Сравнить фамильяра…с животным?! Это верх грубости!

–То есть у мантикор и грифонов не бывает глистов?

Граф Ин-Дюк сначала захлебнулся возмущением, о затем немного сдулся и вздохнул.

– Хорошо, я дам вам шанс проявить себя в деле. Идемте!

С этими словами граф поднялся и позвал меня за собой. Мы начали спускаться по винтовой лестнице вниз.

– В нашей клинике, – продолжил граф уже спокойнее, – основным средством лечения является магия. Однако не все проблемы решаются заклинаниями. Чем слабее фамильяры и чем ниже уровень магии, тем больше приходится заниматься ручным трудом. Именно поэтому мы и заинтересованы в ваших… необычных знаниях.

Граф поправил манжеты и добавил:

– Наша клиника – древнейшая в городе. Здесь обслуживается только старая знать и та новая аристократия, что может достойно вознаградить труды наших врачей. Конечно, желающих работать у нас много, но недавно освободилось место ассистента, и у вас есть шанс его занять, если вы проявите себя в деле.

Мы уже почти спустились, когда снизу внезапно послышался отчаянный детский крик:

– Помогите! Кто-нибудь, помогите!

В холле первого этажа стояла девочка лет одиннадцати в грязном рабочем фартуке. Из-под косынки выбивались пряди русых волос, лицо было в саже, а в глазах стояли слёзы. У её ног тяжело дышал внушительных размеров щенок, с неровно обритой шерстью. Он выглядел настолько плохо, что сердце у меня сразу сжалось.

– Кто впустил сюда эту особу? – возмущался один из посетителей.

Растерявшийся швейцар, который видимо должен был выполнять и роль охранника стоял в дверях, разведя руками.

– Фамильяру плохо, как не пустить?

Я особо не вслушивалась в разговор. Быстрым шагом приблизившись к девочке, опустилась на колени рядом с собакой.

Животное тяжело и часто дышало, глаза были мутными, язык безвольно свисал из пасти. Бедняге было очень плохо и если немедленно ничего не предпринять, то малыш может погибнуть.

– У нас не благотворительная клиника! А это не фамильяр! – возмутился граф Идд-Дюк, – Как по-вашему мы должны ему помогать?

Я бегло осмотрела щенка, он уже был размером почти с хозяйку, повезет, вымахает чуть ли ни с лошадь. Запаха из пасти не было, видимых повреждений тоже. Разве что бедняга был чересчур горячим. Термометра под рукой не было, да он и не нужен.

– Салли! – крикнула я, – Принеси холодную воду, полотенца, лед.

– Мы не обслуживаем животных! – возмутился граф, а девчушка, всхлипнув, вытерла лицо рукавом и заявила.

– Он фамильяр! Он со мной с рождения и ни на шаг не отходит, ясно?!

– Его тошнило? Понос? Кашель? – мельком спросила я на всякий случай.

– Нет! – девочка переключилась на меня, – все было хорошо. Он поел, и мы пошли на работу, как обычно! А потом ему стало плохо.

Щенок был на грани сознания, к счастью Салли подоспела с водой, тряпками и ведром льда.

– На работу? Где вы работаете? Он мог отравиться? – спросила я, осторожно по каплям вливая в пасть пса воду.

– Нет! Мы были в стекольной мастерской. Там не было еды, краски, ничего…

– Перегрев! Он перегрелся.

Я наскоро обмакнула полотенце в холодную воду и принялась обтирать беднягу. Несмотря на такую простую причину, состояние для животного очень опасное. Да и для человека тоже.

Я бросила в таз с водой несколько кусочков льда, и продолжила обтирать.

– Ему не должно было быть жарко, мы с отцом его вчера побрили!

Граф наблюдал за происходящим с раздражением:

– Это просто дворовый щенок, никакой не фамильяр! Практикантка, как там тебя, забыл… уйди от псины, еще подцепишь чего.

Девочка вскинула на графа заплаканные глаза и решительно возразила:

– Он мой фамильяр, настоящий! Просто он ещё не вырос!

Я приложила холодную мокрую ткань к животу и лапам собаки, в надежде понизить температуру тела. Щенок пошевелился и в полубреду благодарно лизнул мне руку. Вот зачем я училась ночами, работала. Ради того, чтобы помогать тем, кто не может о себе позаботиться.

– Все будет хорошо, малыш, – прошептала я.

– В моей клинике не место блохастым животным! Хотите здесь работать, уберите руки от пса, помойте их как следует и ждите меня у входа в кабинет, – и не дожидаясь моего ответа, обратился к швейцару, – выпроводите эту поберушку и ее зверушку.

Швейцар все еще сомневался, но все же положил руку на плече девочки. Обессиливший щенок тут же повернул голову и зарычал, клацнув зубами.

Клыки скользнули мне по руке, оставив глубокую царапину. Я вздрогнула, отпрянув. Понятно, что малыш не хотел меня обидеть, лишь защищал хозяйку.

– Вот! Вот о чем я говорю! – воскликнул граф, указывая на мою руку, на которой выступила первая капля крови.

Дама с рыжим енотом, до этого с любопытством наблюдавшая сцену, со стоном осела на пол. К ней на помощь кинулся тучный клиент, который до этого требовал выставить девочку вон.

– Бешеное животное! Монстр!

– Не трогайте нас!

– Пошли вон, в нашей клинике никакой агрессии!

Хаос голосов слился в гул, который не разобрать. А затем, послышался звон колокольчика, дверь распахнулась и на пороге появился Кассиан.

– Что здесь происходит?! – рявкнул он.

Одно его появление заставило всех замолчать.

На пороге стоял Кассиан. Его внушительная фигура почти полностью закрывала дверной проём. Высокий, с широкими плечами, жёстким взглядом серых глаз, дракон выглядел хозяином положения.

Суровый вид несколько смягчала белоснежная пушистая кошка, удобно устроившаяся на его плече. Розовые глаза Марси казались милыми, только если не знать, что она умеет превращаться в мантикору.

Даже граф Идд-Дюк невольно выпрямился, а девочка всхлипнула и тут же замолчала, перестав плакать.

Я продолжала обтирать щенка, прислушиваясь к его дыханию, которое постепенно становилось спокойнее и ровнее.

– Что здесь произошло? – повторил Кассиан, бросая тяжёлый взгляд на графа.

– Эта девчонка притащила в мою клинику блохастую заразную животину! – с негодованием заявил Идд-Дюк.

Я подняла глаза и спокойно возразила:

– Щенок не заразный и не блохастый. У него густая здоровая шерсть с подшёрстком. Была. Я так понимаю, кому-то показалось, будто в такой «шубе» ему жарко?

– Да, – всхлипнула девочка, – Я осталась без няни и теперь папа берет меня работу, а там печи. Малышу там очень жарко, он сидит с высунутым языком… папа его и побрил…

Я вздохнула, вроде мир совсем другой. Магия. Драконы. Фамильяры. А проблемы все те же.

– Животным без шерсти ещё хуже. Она защищает не только от холода, но и от перегрева. Без неё кожа становится более чувствительной и быстрее нагревается. Поэтому его и нельзя было стричь так коротко.

Кассиан внимательно выслушал меня и хмыкнул:

– Вы, оказывается, немало знаете о животных.

– Я ветеринар, – пояснила я еще раз, затем обернулась к Салли, – Есть шприц или что-то, чем удобно отпаивать?

Салли кивнула и поспешила куда-то, но граф крикнул.

–Стоять! Никаких поилок.

Граф повернулся ко мне и строго сказал:

– Могу понять. Новый мир, щеночек в беде, сантименты. Но я никому не позволю командовать в моей клинике. Если мы будем лечить всяких дворовых псов, клиника придёт в упадок. Так что пусть уходит и лечит в другом месте.

Я заметила, как округлились глаза девочки. Как она в страхе сжала свой грязный передник. В душе поднялась волна злости. Два беспомощных существа, а этот… индюк!

– Если клиника обеднеет от ведёрка льда и пары полотенец, то грошь ей цена, – огрызнулась я.

Идд-Дюк сердито сдвинул свои тоненькие бровки и произнес:

– Раз вы так умны, милочка, топайте себе за зелёную стену, селитесь в любую пустую лавку и открывайте собственную клинику! Лечите там хоть крыс, хоть тараканов!

– И пойду! – вырвалось у меня.

– С радостью посмотрю, как у попаданки это получится. Чем лечить будете, водичкой? – Граф театрально развел руками, словно призывая всех присутствующих в свидетели, – Без магии вы обречены! Вы не знаете наших лекарственных трав, вряд ли сможете приготовить даже слабительное!

– А вы не переживайте, справлюсь! – я еще раз протерла уши щенка и, обмотав беднягу мокрым полотенцем, подняла на руки, – Я быстро учусь.

– Если учебник сможете прочитать, а вы сможете?

Дракон тем временем с интересом наблюдал за нашей перепалкой. На его суровом лице промелькнула тень снисходительной улыбки. Слова графа заставили меня вздрогнуть. Я не хотела признавать, что он, конечно, во многом прав.

– Смогу. Я знаю три языка, выучу и четвертый. У меня есть то, чего нет у вас – любовь к своему делу, к животным.

– Предлагаю вам, вашей любви к делу и блохастой псине покинуть мою клинику и не возвращаться. Я вас даже уборщицей не возьму!

Щенок был тяжелый и руки у меня уже побаливали, так что я была даже рада удалиться.

– А я вас найму, приходите если что, – огрызнулась я.

Лицо графа Идл-Дюка вытянулось, тонкие бровки взлетели вверх. Кажется, он лихорадочно подбирал слова и никак не мог найти подходящие.

Кассиан тихо рассмеялся, кажется, вся эта ситуация дракона забавляла. А зря. Я тут же метнула на него гневный взгляд.

– Ничего смешного, между прочим! Я здесь отдуваюсь из-за вас.

Я отвернулась и гордо вышла из клиники, стараясь не замечать любопытных взглядов посетителей и надменного выражения графа.

Щенок на руках был тяжелым, и я старалась идти осторожно, чувствуя, как он слегка подрагивает. Девочка семенила рядом, то и дело тревожно заглядывая в глаза своего питомца. Я спросила:

– Здесь есть поблизости прохладное место? – спросила я её.

– Рядом есть небольшой сквер, там много деревьев и всегда тень. Подходит?

– Да, на улице вроде и не жарко. Веди, – скомандовала я.

Мы свернули за угол, и я уже собиралась ускорить шаг, но сзади послышались шаги. Я обернулась – за нами спешила Салли. Она выбежала из чёрного хода клиники, тяжело дыша и поправляя свои огромные очки. Нагнав нас, девушка сунула мне в руки небольшой стеклянный поильник.

– Кажется, я провалила собеседование, – грустно улыбнулась я, принимая поильник.

Салли вздохнула и прошептала:

– Удачи! – и тут же убежала обратно.

Я вздохнула, покрепче прижала щенка и направилась в сторону сквера. Разберёмся. Я уже не один раз начинала сначала.

Мы прошли по узкой дорожке, зажатой между двумя высокими заборами, и через несколько шагов нам открылся небольшой, скрытый от чужих глаз сквер.

Я не думала, что после всего пережитого меня можно удивить садом, но оказалось – вполне.

Крохотный участок земли был устроен так, что отделял нас от шумного города. Создавалось полное ощущение природы – пусть и незнакомой мне.

Белоснежные стволы деревьев изящно изгибались, чем-то отдалённо напоминая яблони. Их листья с одной стороны были серебристо-серыми, а с другой – нежно-зелёными, слегка переливаясь на солнце.

В центре сквера журчал маленький фонтанчик, устроенный в виде тонкого ручейка, струящегося между гладкими камнями и спадающего небольшим водопадом в крошечный пруд.

Я осторожно опустилась на мягкую траву, уложив щенка рядом. Он слабо пошевелился, поднимая голову, но тут же тяжело выдохнул. Я встревоженно посмотрела на девочку:

– Эту воду можно пить?

Девочка кивнула, присаживаясь рядом и нежно гладя щенка:

– Это вода из ключа, чистая, её все здесь пьют.

Я зачерпнула немного воды в поильник и аккуратно начала отпаивать беднягу. Щенок делал небольшие глотки, жадно глотая прохладную воду, и с каждым глотком его состояние явно улучшалось.

Его дыхание постепенно выравнивалось, а мутные глаза приобретали осмысленность.

Девочка всхлипнула, на этот раз от облегчения.

– Спасибо… – тихо сказала она, вытирая слёзы грязным рукавом.

– Пока ваш друг не обрастёт, в горячий цех ему нельзя, – мягко, но твёрдо предупредила я.

– Совсем? А как же быть? Мы с папой сейчас одни, он меня без присмотра не оставляет, а я Малыша. Малыш очень скучает. С фамильярами нельзя надолго расставаться. Папа постоянно в мастерской, там жарко…

Я вздохнула, не зная, что и ответить. Предложить обматывать беднягу мокрым полотенцем? Может быть, в этом мире есть какой-нибудь магический охлаждающий ошейник? Если нет, то его однозначно стоит придумать.

– Это не фамильяр, а обычный щенок, – раздался сзади глубокий голос Кассиана.

Тень мужчины легла на нас с Малышом, отчего малыш вздрогнул. Кажется, он чувствовал в Кассиане хищника, а может боялся Марси, которая всегда сопровождала хозяина.

– В нем нет ни капли магии, как и в хозяйке. Так что ничего не случиться, если собака немного посидит дома или на улице на привязи, например.

Я обернулась на Кассиана, смерив его сердитым взглядом.

– Удивительно, как в мире, полном волшебных напарников, остаются такие черствые люди как Вы и Идд-Дюк. Неужели вам непонятно, что есть в Малыше магия или нет, он еще щенок. Одному ему будет грустно, страшно. Это может сказаться на его характере, а еще от скуки он может сгрызть всю мебель в доме, посмотрите на зубы!

Кассиан сложил руки на груди, я мельком заметила еще один шрам, идущий о запястья до локтя. Марси села у его ног, изящно обвив лапы пушистым хвостом.

– А вы и правда разбираетесь в животных, да? Что-то вроде врача? Знаете строение их организма и как лечить без магии?

– Вам нужно кого-то вылечить? – спросила я, невольно насторожившись.

Кассиан слегка улыбнулся, а Марси лениво потянулась.

– Нет, скажем так, я хотел поинтересоваться, возможно ли животных… потравить? Массово.

На секунду я растерялась, а затем во мне вспыхнул гнев.

– Потравить? Вы что, живодёр?! Как вам не стыдно вообще такое произносить! Тем более вы – дракон, защитник города! – меня буквально трясло от возмущения.

Перед глазами тут же встали десятки ничем неповинных собак, убитых догхантерами просто от злости. Кассиан слегка поднял руки, пытаясь меня успокоить:

– Вы не поняли, я не о домашних животных…

Я поднялась с колен и встала напротив Кассиана, и ничего, что я едва ли доходила ему до плеча. В этом мире или в любом другом, я никому не позволю бездумно лишать жизни беззащитных зверей.

– О нет, мне все очень понятно! Даже не думайте ко мне подходить с такими вопросами. Я ветеринар, а не убийца.

– Они агрессивные!

– Значит вы нарушили их границы! Полезли куда не звали, вот и все. Нет животных, которые просто так будут угрожать человеку. Всем и всегда есть причина. Что бы то ни было, ни в какой травле участвовать я не буду! А вам должно быть стыдно!

Дракон удивлённо моргнул, явно не ожидая такой яростной реакции, затем усмехнулся и качнул головой:

– С вашим характером вы действительно за стеной не пропадёте. Местные банды придут в трепетный ужас от вашего напора.

Я фыркнула:

– И вам не хворать.

На секунду мне показалось, что присутствующая при разговоре Марси не умывается, а закрывает мордочку лапой. Не поймешь этих фамильяров!

Сэр Кассиан хмыкнул, смерил меня заинтересованным взглядом и вздохнул:

– Если всё же передумаете, то сможете найти меня во дворце.

Я сделала вид, что не расслышала его предложения, продолжая внимательно протирать уши щенка.

Кассиан, помедлив ещё мгновение, словно хотел что-то сказать, все же развернулся и неторопливо удалился в сторону центральной улицы.

Я проводила его взглядом, чувствуя, как где-то внутри странно ёкнуло сердце.

Девочка с благодарной улыбкой посмотрела на меня, бережно поглаживая своего питомца.

– Мне кажется, вы зря отказались от его помощи, – тихо произнесла она. – Сэр Кассиан – дракон-защитник нашего города. Он, рискуя жизнью, делает всё, чтобы мы жили спокойно.

Я глубоко вдохнула, пытаясь унять странное волнение. – Возможно, он и неплохой человек… то есть, дракон. Но у меня стойкая аллергия на тех, кто решает проблемы силой без разбора просто потому, что так проще. Насилие порождает лишь новое насилие. Даже если речь идёт о монстрах. Кстати… это правда, что за зеленой стеной много свободных лавок. Их бросили из-а нападений или что?

Девочка внимательно посмотрела на меня и охотно заговорила:

– Раньше наш мир процветал. Город был одним из богатейших и красивейших. Здесь правил Король-маг. Повсюду кипела торговля, появлялись уникальные товары со всех уголков мира, открывались лавки. Папа, как и многие пришёл сюда из другого мира.

– Попал сюда случайно, как я? – удивлённо спросила я.

Девочка покачала головой:

– Нет, именно пришёл. До блокады сюда можно было попасть с проводниками – такими особенными людьми, которые умеют ходить между мирами и помогают другим перемещаться.

– А сейчас они пропали? Исчезли?

– О, нет, – девочка пожала плечами. – Только теперь они занимаются контрабандой.

Она сказала это так буднично, словно контрабанда была чем-то вроде торговли фруктами на рынке. Я моргнула от удивления. А ведь это значит, что я смогу попасть домой и без помощи дракона! Нужно лишь накопить денег и найти подходящего человека… Кстати о деньгах.

Пока щенок, закутанный в мокрые полотенца, тихо отдыхал на траве, я достала из кармана серебряные монеты и показала их девочке.

– Это много или мало?

Она наклонила голову и пожала плечами:

– Не знаю. Папа не даёт мне денег, даже карманных. Говорит, я слишком маленькая. Но за углом есть лавка, можно пойти туда и спросить, что сколько стоит. А я пока подожду здесь с Малышом.

Я встала с колен и отряхнула платье. Интересно, попытаются ли меня обмануть в местном магазине? Вокруг располагались весьма богатые дома, вряд ли за прилавком окажется мошенник.

Решительно вдохнув, я направилась к выходу из сквера.

За углом и правда обнаружилась небольшая вывеска, покрытая замысловатой вязью незнакомого языка. Магазин выглядел вполне обычным, хотя название мне ничего не говорило. Я толкнула тяжёлую деревянную дверь, вошла внутрь и тут же застыла на пороге, поражённая.

Я ожидала увидеть нечто похожее на продуктовую лавку, но это явно было что-то иное. Дубовые полки были заставлены странными баночками с порошками и жидкостями всех цветов радуги. Со стен свисали пучки сушёных трав, блестели в лучах света магические кристаллы, а воздух пах пряностями и чем-то терпким, с порога вызывая лёгкое головокружение.

Из-за прилавка выглянула пожилая женщина с длинными серебристыми волосами, тщательно заплетёнными в косу. Её внимательные тёмные глаза вспыхнули при виде меня, словно она узнала давнюю знакомую.

Женщина театрально закатила глаза, сложила руки на груди и с радостным вздохом хрипло произнесла:

– Замри! Не шевелись! Я вижу за тобой щупальца.

– Что?! – вскрикнула я и резко обернулась, ничего не было.

– Не двигайся! Сказала же! У меня видение! Я вижу тебя, окутанную щупальцами!

Её слова эхом отозвались в моих ушах, вызывая дрожь. Я любила всех животных, летающих, четвероногих, не боялась насекомых, змей. Единственное, что пугало меня – щупальца. Я не могла заставить себя даже подойти к осьминогу, а слыша слово «медуза» с криком выскакивала из воды.

Я сглотнула и попыталась улыбнуться: – Наверное, вы меня с кем-то перепутали…

– Нет! Я вижу что-то еще! Подожди…

Пожилая женщина за прилавком прищурилась, будто вглядываясь сквозь невидимую дымку, и произнесла на удивление зловещим шёпотом:

– Я вижу… магия уже коснулась тебя. Твою судьбу изменили силы, что неведомы даже тебе самой.

От её слов мне стало не по себе. Я поёжилась, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

– Но не бойся, дитя, – продолжила женщина, устремив на меня пронзительный взгляд. – За зелёной стеной тебя ждёт успех. Следуй за ежом, и он выведет тебя к предназначению!

– Каким ещё ежом? – едва слышно переспросила я, стараясь не выдать охватившей меня паники.

Но старуха не ответила. Вместо этого она внезапно закашлялась, заморгала глазами. Выражение её лица мгновенно изменилось, став совершенно нормальным, словно никакого зловещего предсказания и не было.

– Здравствуйте! – радушно улыбнулась она. – Добро пожаловать в лавку амулетов и предсказаний бабушки Ро. Чем могу помочь?

Я отшатнулась назад, не в силах выдавить из себя ни слова, а затем выпалила:

– Спасибо, простите…

Сердце бешено заколотилось в груди. Я развернулась и буквально выскочила за дверь, захлопнув её за собой. Воздух на улице показался таким свежим, что я глубоко вдохнула, пытаясь прийти в себя.

Что это было? Щупальца, ежи! Еж со щупальцами? Колючие щупальца судьбы? Бррр…

Нет уж. Быстрее заработать денег и вернуться домой. Где самое страшное, что есть в лавках – просрочка.

Вернувшись в сквер, я поспешила к тому месту, где оставила девочку со щенком. Однако лужайка была пуста, а ни девочки, ни щенка нигде не было видно.

– Эй, – окликнула я, оглядываясь вокруг. – Где вы?

Но ответа не последовало. Я обошла сквер, заглянула за фонтан, даже обратилась к случайным прохожим, спрашивая, не видели ли они девочку с большим щенком. В ответ люди только качали головой, брезгливо кривились, бросая взгляды на моё простенькое платье.

Спустя несколько минут я осознала, что совершенно потерялась. Я забыла дорогу обратно к общежитию! Испуганная, я снова попыталась обратиться к прохожим:

– Простите, не подскажете, где башня у зелёной стены?

Одна женщина с корзинкой покосилась на меня с нескрываемым презрением и бросила небрежно:

– Спуститесь вниз по улице вдоль реки. Там будет башня.

Я послушалась её совета и отправилась вниз по мощёной дороге, постепенно удаляясь от богатых кварталов. Дома стали попроще и пониже, но все еще красивые. Разве что некоторые уже не выглядели такими ухоженными.

Вскоре дорога вывела меня к реке. Вдоль неё тянулась длинная улица, упирающаяся в высокую каменную башню.

Но башня явно была не та, что мне нужна. Рядом с общежитием и миграционным центром не было никакой реки! Ну почему мне не пришло голову, что у стены может быть много башен?! Как глупо.

Я посмотрела назад, дорога поднималась в гору. В обратный пусть совсем не хотелось. Мне пришла в голову идея, пройти направо, вдоль зеленой стены и дойти до своей башни. Может быть есть более короткий маршрут, но этот верный.

Я прошла несколько кварталов и уперлась в забор. Оказалось, что некоторые дома стоят вплотную к стене. Мои попытки обойти их привели к тому, что я оказалась в узких переулках, ведущих непонятно куда. Моя надежда на легкую дорогу до общежития, разбилась о местный градостроительный кошмар.

Спрашивать дорогу было страшновато. Я никак не могла сойти за местную. В богатом квартале шанс нарваться на разбойника был невысок, а здесь? Кто знает.

Пришлось вернуться обратно к стене.

Отчаяние уже начинало подбираться к горлу, когда я заметила неприметную дверь в стене. Она была приоткрыта, и несколько человек спокойно прошли через неё, исчезнув за стеной. Нерешительно приблизившись, я окликнула проходящих: