
Полная версия:
Кафе для фамильяров, дракону вход запрещен!

Александра Кузнецова
Кафе для фамильяров, дракону вход запрещен!
Глава 1
— Где капибары?!
Именно с этим вопросом я вскочила поутру и целую минуту пыталась сообразить, где нахожусь. И где, собственно, капибары, которых мы с волонтерами вчера отбили у контактного зоопарка.
Над головой темнели неструганые доски, на стенах пузырились старые бумажные обои, по ногам тянуло сквозняком от рассохшейся двери.
Бабушкин деревенский дом!
Память наконец включилась.
Вчера мы так и не нашли передержку для трех капибар. Им нужна была приличных размеров комната, и я вспомнила про бабушкин дом.
Я здесь не была с тех пор, как бабуля пропала. Мать сказала, что место это проклятое, но, к счастью, продавать не стала. Пригодилось!
Переплетя растрепавшуюся косу, я потянулась, зевнула и приоткрыла дверь в комнату, где мы с подругой устроили им временное пристанище.
Большая комната была пустой. Мебели там давно не было. Два окна, лампа под потолком и широкая старая русская беленая печка.
Мы с Аней добрались сюда из города уже в глубокой ночи, и все, что я успела, — это застелить пол клеенкой, разбросать сено и поставить капибарам миски с водой.
Борис, самый крупный и флегматичный капибара, лежал на тюке сена, который я оставила вчера, и неторопливо вытягивал из него траву, чтобы пожевать.
Маня, девочка-лапочка, спала в самом чистом углу, аккуратно подобрав лапы, и даже во сне выглядела как самое воспитанное существо в этой компании.
Иван же сидел у печи и самозабвенно пытался грызть кирпич. Вспомнились слова подруги: «Двое нормальных, а с этим у тебя будут проблемы». Аня была опытным ветеринаром, так что сомневаться в ее словах не приходилось. Иван и правда выглядел как милый дурачок, а еще его блестящие черные глаза немного косили, что придавало его внешности изюминку.
Я бросила взгляд на термометр на стене — двадцать пять градусов, неплохо. Капибарам нужно не ниже двадцати двух. А если столбик упадет до восемнадцати, начнется переохлаждение.
— Так, банда, — сказала я, упираясь руками в бока. — Доброе утро. Я понимаю, что переезд был внезапный, но вам со мной будет лучше, чем в том гадюшнике. Я профессиональный зоолог и пристрою вас потом в нормальное место, с вольером, подогревом и проточной водой. А пока этого всего нет, будем импровизировать. Ждите. Я организую вам бассейн.
К счастью, конструкция пластикового бассейна была проста и понятна. А вот насос и систему фильтрации я решила пока не покупать: пару дней воду можно и руками потаскать. А там, может, банду капибар заберут в зоопарк.
Стоило мне поставить бассейн в комнату, как Иван немедленно потопал его обнюхивать.
— Иван, даже не думай грызть борт, — сказала я строго и пошла решать более сложную задачу.
Надо было наполнить бассейн водой. Капибарам просто необходим водоем, без него их кожа быстро пересыхает, нарушается теплообмен, да и настроение портится.
Колодец, насколько я помнила бабушкин участок, стоял шагах в двадцати справа от крыльца. На кухне нашлось два эмалированных ведра, я подхватила их, приготовилась к долгим физическим упражнениям и толкнула входную дверь плечом.
Утро было яркое, солнечное, совсем не мартовское. Я зажмурилась, потянулась, открыла глаза и замерла.
В небе, в просвете между облаками, отчетливо виднелся силуэт дракона: большой, крылатый, с длинным хвостом, который рассекал облако пополам, словно нож. Я уронила ведро, и оно с грохотом покатилось по дощатому настилу, которого здесь быть не должно. Я молча вернулась в дом и закрыла за собой дверь.
— Бред какой.
В голове гудело. Я постояла, глядя на дверную ручку, поморгала немного, затем снова открыла дверь и выглянула. Ничего не изменилось. По небу, лениво взмахивая крыльями, плыл силуэт дракона.
Я снова закрыла дверь.
— Так, Дарья Сергеевна, — сказала я вслух. — Спокойно. Всему есть рациональное объяснение.
Я досчитала до десяти, выдохнула и снова открыла дверь.
Дракона в небе не было. Облака, слепящее солнце. Я постояла еще минуту, вглядываясь, и наконец позволила себе нервный смешок:
— Просто глюк! Недосып, ночевка в заброшенном доме. Избыток углекислого газа, надо было лучше проветривать.
Я выдохнула и поморгала несколько секунд, потому что глаза уже резало, а потом снова напряглась.
Крыльцо, на которое я вышла, совсем не походило на бабушкино. Вчера я точно заходила через эту дверь: три ступеньки, шаткие перила, парочка резных досок и козырек.
А сейчас я стояла на широкой открытой террасе. Деревянный настил, потемневший от времени, но крепкий. Навес подпирали резные столбы. Вдоль перил стояла длинная стойка с полками, на которые так и просились бутылки да бокалы.
На полу валялись высокие табуреты разной степени сохранности.
В углу — что-то похожее на печь или жаровню, с покрытой копотью вытяжкой.
Веранда ресторана? Бара? Кто пристроил к бабушкиному дому бар?
Мозг отказывался думать. В голову лезла всякая чушь. Это чья-то шутка? Онлайн пранк?
Я мысленно отмотала вчерашний день, словно пленку задом наперед.
Вот мы приехали в ночи.
Последние километры грунтовки Аня ползла на второй передаче, вцепившись в руль и тихо ругаясь сквозь зубы.
Бабушкин дом стоял в глубине поселка. Может быть, мы просто ошиблись домом? Но нет же, ключи подошли! Да и печку, занавески, маленькую кухонку я помнила с детства.
Мы зашли, занесли переноски с капибарами, Аня помогла организовать комнату, поставила обогреватель и уехала в клинику. Она опаздывала на ночное дежурство.
Могла ли Аня устроить мне такой розыгрыш? Нет! Это не в ее характере.
Что еще было вчера?
Мы заезжали в строительный магазин, чтобы купить все необходимое на первое время. В зоомагазине смели с полок все сено.
А до этого? До этого я уволилась с очередного неподходящего мне места работы.
Волонтеры позвонили мне в разгар рабочего дня. Я, дипломированный зоолог, в очередной раз нанялась баристой, на этот раз в модное кафе, и по иронии оно оказалось прямо напротив зоопарка, который сгорел три года назад. Тогда мы все оказались на улице и ждали, когда его восстановят, но власти не торопились.
Я еще раз воспроизвела в голове утренние события.
Я зажимала трубку плечом и параллельно координировала волонтеров, чтобы они доставили капибар Ане в клинику, а я уже забрала бы их оттуда на передержку.
Вся кофейня с интересом слушала, как развиваются события вокруг грызунов, начиная от штурма контактного зоопарка и заканчивая счастливым финалом с освобождением пленников. И тут появился Алексей, управляющий. Он потребовал убрать телефон и определиться: или люди или зверушки.
Для бывшего старшего зоолога выбор был очевиден. Я ушла спасать капибар.
Вот и весь вчерашний день с вечера и до утра. Какой из меня герой для телешоу? Никакой!
Наверняка всему этому есть объяснение. Я была ужасно уставшая и… нет, не клеилось.
Может быть, кто-то из соседей воспользовался отсутствием хозяев и устроил себе гнездышко для вечеринок? Голова раскалывалась, в глаза лупил непривычно яркий для конца зимы свет. Я так долго смотрела в небо, что перед глазами все еще плясали пятна.
— Ну, точно бред!
Я вернулась в дом, чтобы как можно быстрее выпить таблетку от головной боли и позвонить Ане.
Моя сумка была на месте, висела на гвозде в знакомом с детства коридоре. Не перепутала я дом! На обоях сохранились мои рисунки.
Я снова зашла проверить капибар. Все трое невозмутимо жевали сено, на меня обернулся разве что самый крупный и старший — Борис.
В его черных глазах-бусинах было столько умиротворения и спокойствия, что я невольно выдохнула.
Нет, с ума я не схожу. Я взглянула на термометр, было жарковато, свет лился через окошки и нагревал комнату вместе с обогревателем.
— Жарковато тут у вас, ребята. Давайте немного проветрим, — сказала я, подходя к окошку и с трудом открывая рассохшиеся деревянные ставни.
Пятна перед глазами уже перестали плясать, поэтому я смогла рассмотреть вид за окном. Он снова заставил меня задуматься о душевном здоровье.
Все выглядело так, будто бабушкин дом перенесли ночью и он внезапно оказался на высоченном холме. Мне открывался вид на разноцветные черепичные крыши, спускающиеся по склону, между ними тянулись узкие улочки, и над некоторыми трубами вился дымок. Дальше крыши становились плотнее, гуще, а за ними поднималась высокая стена из темного камня, и за стеной в легкой дымке виднелся дворец. Еще дальше блестела река.
Я медленно отошла от окна, задвинула старинный пыльный тюль и осторожно подошла к противоположному окну. Открыть я его не рискнула, просто заглянула в щель между шторами. С этого ракурса была видна терраса бара-ресторана, а дальше в небо поднимались горы. Снежные вершины, острые, как зубья, с ледниками, горящими на солнце так ярко, что глазам опять стало больно. Я зажмурилась:
— Ладно, — сказала я вслух, потому что звук голоса успокаивал хоть немного. — Ладно. Допустим.
Сзади раздался громкий шлеп. Это Иван с разбега рухнул в бассейн и теперь недоумевал, почему не получается плыть.
— Так не бывает, — прошептала я, — должно быть нормальное объяснение!
Я стояла посреди гостиной, прижимая к вискам ледяные пальцы, и пыталась выстроить хоть какую-то логическую цепочку. Галлюцинация? Отравление угарным газом? Газ! Может, произошла утечка, и я надышалась, и все это…
— Когда мир переворачивается, сядь и поешь, — раздался низкий бархатный голос. — Мир перевернется обратно.
Голос шел откуда-то снизу и звучал так спокойно, с такой невозмутимой уверенностью, что у меня по спине побежали мурашки. Призрак? Спрятанный в щелях динамик? Мой телефон из кармана кому-то позвонил?
Я замерла.
Тишина. Только мерное чавканье капибар и бульканье Ивана в бассейне.
Я открыла рот, чтобы спросить «кто здесь», но тут в дверь постучали.
Капибары не шелохнулись. Борис продолжил жевать. Маня даже ухом не повела. Только Иван высунул мокрую морду из бассейна.
Я подошла ко входной двери, стук повторился. Фух! Не показалось. Наверняка это сосед, или ведущий телешоу, или еще кто-то, кто прояснит ситуацию. Я не схожу с ума — это самое главное.
Распахнув дверь, я уткнулась взглядом в начищенные серебряные пуговицы на черном камзоле. Удивило меня скорее не одеяние гостя, а его рост.
Я со своим высоким ростом привыкла смотреть на всех сверху вниз, а тут кто-то смотрел так на меня.
Медленно проведя взглядом вверх по пуговицам, мимо шелкового шейного платка и изумрудной шпильки, я наконец добралась до глаз незнакомца и тихо икнула.
Они были не карие и не желтые, а именно золотые, как у хищной птицы, совы, льва. Единственное, что было в этих глазах человеческого, — легкое раздражение, с которым этот незнакомый и красивый мужчина смотрел на меня.
Это точно не сосед, соседей таких не бывает. Может, актер, которого я не знаю, или все же ведущий? Одет он и правда странно. Мою цепочку размышлений прервал гепард, протиснувшийся между нашими ногами в коридор.
Я растерянно отошла в сторону и во все глаза смотрела, как высокое белоснежное существо с пушистой кисточкой на хвосте обнюхивает мою сумку, затем лапой пытается приоткрыть дверь к капибарам.
— Вы знаете, что у вас задолженность по аренде? — невозмутимо произнес мужчина. — Вот извещение.
Я взяла в руки бумагу с какими-то незнакомыми закорючками, и они тут же расплылись и начали собираться в понятные русские буквы.
Я поморгала, всматриваясь в строчки. Мужчина предусмотрительно отошел от двери, чтобы я могла выйти на крыльцо, а вернее, в бар, где света было больше.
Облокотившись о стойку, я начала читать.
Заголовок гласил: «Уведомление о праве выселения и ликвидации имущества».
И далее шел аккуратно написанный текст:
«Настоящим уведомляется арендатор участка № 33 по улице Высокий Холм (район Рыжей линии, Междумирный Базар), что за истекший период в девятнадцать (19) лет и десять (10) месяцев арендная плата за указанный участок и расположенное на нем строение не вносилась ни в полном, ни в частичном объеме.
В соответствии с параграфом 7 Свода арендных уложений Междумирного Базара, неуплата аренды сроком свыше трех (3) лет дает владельцу земли безусловное право на: выселение магического арендатора и всех лиц, проживающих на указанном участке; ликвидацию имущества арендатора, находящегося на участке, без выплаты компенсации; возврат участка в полную собственность рода-владельца.
Арендатору предоставляется срок в двадцать один (21) день с момента вручения настоящего уведомления для погашения задолженности либо добровольного освобождения участка.
По истечении указанного срока владелец земли вправе приступить к принудительному выселению и сносу строения.
Уполномоченный по делам столицы Лорд А. Морлэйт»
Эта удивительная сказочная околесица была украшена алой печатью с гербом и размашистой подписью, состоящей из затейливых завитушек.
— Вам понятна суть уведомления? — спросил незнакомец.
Он стоял, расправив широкие плечи и заложив руки за спину, строго и по-военному, отчего казался еще выше и значительнее.
— Если я не заплачу аренду, то вы меня выселите? — уточнила я.
— Все верно. Здание будет лишено магии и снесено.
Несколько секунд я смотрела на этого убийственно серьезного мужчину с длинными каштановыми волосами, точеными чертами лица и глазами хищника, а затем расхохоталась в голос.
Роскошный незнакомец стоял передо мной и ждал ответа. А у меня из глаз текли слезы от хохота.
— Вы… вы это серьезно? — выдавила я, тыча пальцем в уведомление. — Магический арендатор? Ликвидация волшебного имущества?
— Не понимаю, что вызывает у вас такую реакцию. — Мужчина чуть склонил голову и нахмурился. — В рамках реорганизации Междумирного Базара перед его открытием Совет выпустил специальный указ, позволяющий расторгать договоры бессрочной аренды в случае длительной неуплаты или заброшенности арендованной собственности. Налицо и одно, и другое.
— Боже. — Я утерла глаза и перевела дух. — Только мне могло такое присниться!
Я рассматривала его, качая головой, и не могла остановиться. Каштановые волосы до плеч, симметричные черты лица, четко очерченные брови с изломом, прямой нос. Просто принц из сказки. Никогда не думала, что такие в моем вкусе.
— Главное — не забыть этот сон, — сказала я, складывая уведомление вчетверо и откладывая в сторону. — А лучше записать. Отличное начало для какого-нибудь романа. И герой что надо.
Золотые глаза моргнули. Один раз, медленно. Мне показалось, что зрачок чуть сузился.
— Вероятно, леди не вполне в себе, — произнес он вполголоса, и в его голосе я впервые уловила нотку растерянности. — Уведомление вручено, его юридическая сила не зависит от вашего душевного состояния. Всего хорошего.
Он слегка наклонил голову, коротко, формально, и развернулся к выходу. Белоснежный гепард поднялся, потянулся и пошел за хозяином, но, проходя мимо меня, негромко промурлыкал:
— Мика, ну как ты не видишь — девица думает, что это сон.
Звук шел от гепарда. Отчетливо, ясно.
— Конечно, сон! Что еще это может быть? — ответила я.
Гепард повел ухом, остановился и медленно обернулся. Я улыбнулась ему и присела, чтобы оказаться с ним на одном уровне.
— Какой красавец. Краше хозяина, пожалуй.
Гепард тряхнул головой, будто отгоняя муху, и отвернулся.
— Фух, показалось. — Он быстро догнал хозяина и тронул лапой его высокий сапог. — Мика, ну посмотри на нее. Эта дура может со скалы прыгнуть, чтобы от падения проснуться. Ну, сделай что-нибудь!
Я фыркнула:
— Я — дура? Сам дурак! И вообще, я высоты боюсь.
Гепард замер на полушаге. Он развернулся так резко, что кисточка на хвосте хлестнула по воздуху. Голубые глаза стали круглыми, шерсть на загривке встала дыбом, уши прижались к голове, а потом снова встали торчком. Все тело напружинилось, будто он собирался бежать и не мог решить — к двери или от нее.
— Ты что, меня слышишь?! — промяукал он на тон выше, чем говорил до этого.
Мужчина обернулся.
— Я не называл вас дурой! — воскликнул он, и в безупречной деловой маске наконец проступило живое возмущение. — Не в моих привычках оскорблять женщин, даже если они ведут себя неподобающим образом. Давайте оставим разговор в юридическом поле.
— Так я не с вами разговариваю, а с вашим гепардом. — Я указала на белоснежного зверя, который сверлил меня отчаянным взглядом. — Он меня дурой назвал, не вы!
— Вирен — образцовой воспитанности фамильяр! — отчеканил мужчина. Кажется, мои слова задели его за живое. Деловая холодность дала трещину. — Он не умеет говорить, но даже если бы мог, никогда не позволил бы себе таких выражений.
— Ох, Мика, знал бы ты, знал бы ты, — протянул гепард, усаживаясь и обвивая лапы хвостом. — Но приятно, что ты обо мне такого высокого мнения.
Я ткнула пальцем в гепарда:
— Ну вот! Вот прямо сейчас он сказал, что вы даже не представляете, на что он способен.
Вирен вздрогнул. Кисточка на хвосте задергалась, как сумасшедшая, уши заходили ходуном — вперед, назад, вперед. Он быстро облизнулся, прижался к полу и уставился на меня расширенными до предела глазами.
— Она реально меня слышит?! — прошептал он. — Проверка связи! Проверка!
— Слышу, — подтвердила я.
Мужчина сделал шаг вперед, загораживая гепарда.
— Прекратите делать вид, что разговариваете с моим фамильяром. Его это явно нервирует!
— Не вижу ни одной причины, почему я должна прекращать. Это мой сон, в конце концов.
— Это не сон! — Он повысил голос, и от него волной пошел жар, будто кто-то распахнул дверцу духовки. — Вы, судя по всему, попали к нам из другого мира, но это не повод грубо нарушать местные порядки — как законодательные, так и этические. Выйдите за ограду, если сомневаетесь в реальности, и убедитесь сами!
Я снова рассмеялась и помотала головой:
— Я предпочитаю оставаться под крышей. Там в небе дракон летает, вдруг его лепеха грохнется мне прямо на голову. Ужасная смерть. Вы-то сами не боитесь?
Золотые глаза мужчины заметно расширились.
Он медленно, очень медленно переспросил:
— Драконье… что должно упасть вам на голову?
— Лепеха. Ну… помет, — я начала подбирать слова, но меня перебил странный хриплый звук.
Это гепард повалился набок и захрипел. Потом закашлялся. Потом издал нечто среднее между мяуканьем и всхлипом, и я с изумлением поняла, что он хохочет.
— Прекрати! — простонал он между приступами. — Умоляю, не продолжай! Мика не понимает шуток, ты его в ступор вводишь!
Мужчина действительно стоял неподвижно. Лицо у него было такое, будто он пытался переварить услышанное и не мог.
— Драконы, — отчеканил он, — не… испражняются в небе. Это оскорбительно даже в качестве предположения.
Я не могла сдержать улыбки, глядя на незнакомца.
— А им что, для этого нужно обязательно сесть на ветку… или скалу, свесить хвост и…
— Драконы. Так. Не делают. Давайте прекратим эту неуместную дискуссию.
— А вдруг это пьяный дракон? Закусил каким-нибудь алкоголиком, сам захмелел и теперь кружит пьяный. Вон, сегодня одного такого видела, с золотым отливом. Уверена, что он летал в поисках подходящей мишени.
— Это был я, — хмуро произнес мужчина. — Мне следовало представиться. Лорд-дракон Микаэль Морлэйт.
Вирен на полу затих и навострил уши. Я тоже замолчала, не зная, что сказать.
— Вы. Дракон, — повторила я.
— В человеческой форме.
Я всмотрелась в золотые глаза мужчины и поняла, что он говорит правду. Вот почему его взгляд с самого начала казался мне нечеловеческим.
При всей бредовости ситуации мне в голову впервые закралась мысль, что это все уж как-то слишком для сна. Не уверена, что мое воображение было способно на подобное.
Я медленно опустила взгляд на свои руки и ущипнула запястье. Вроде больно. Затем я поднесла руку к лицу и цапнула себя изо всех сил, отчего брови дракона медленно поползли вверх.
— Это не сон, — прошептала я.
Ноги стали ватными. Мне срочно нужно было сесть, а лучше лечь, а еще лучше — оказаться рядом с чем-то знакомым.
— Извините, — выдавила я. — Мне нужно…
Я не закончила. Хотела побыстрее вернуться в дом, но перед глазами окончательно поплыло. Террасу качнуло, небо и горы смешались в одну яркую полосу, и последнее, что я почувствовала, — жар. Будто меня подхватила раскаленная волна.
* * *— Леди, вы в порядке?
Приятный глубокий мужской голос доносился откуда-то сверху. Я не спешила открывать глаза. Было тепло и уютно. Лицо обдувал прохладный ветер, а воздух был таким свежим, что его хотелось пить, как воду.
— За столько лет ты так и не научился понимать людей, — проворчал другой, мурлыкающий голос. — Как она может быть в порядке, Мика?
— Я в порядке, — выдавила я, окончательно приходя в себя.
Золотые глаза с вертикальными зрачками смотрели на меня сверху вниз. Совсем близко.
Оказывается, я лежала на руках у дракона, и его лицо было так близко, что я смогла рассмотреть родинку на виске, небольшой шрам на скуле.
Микаэль держал меня так, словно я ничего не весила. А до этого меня мужчины вообще на руках не носили.
— Здесь прохладнее, это должно помочь...
Я повернула голову и увидела, где мы находимся.
Терраса нависала над склоном холма. За низкими перилами уходил вниз обрыв, а далеко внизу лежали крошечные черепичные крыши, ниточки улиц, игрушечные дымки из труб. Высоко. Очень высоко.
Сердце оборвалось, в ушах снова зашумело, и я вцепилась в дракона обеими руками, как утопающая.
— Нет! Не в порядке! Совсем не в порядке!
Дракон в моих объятиях словно окаменел. Я чувствовала, как под камзолом напряглась каждая мышца, а температура его тела подскочила еще на пару градусов.
— Не волнуйтесь, — голос звучал заметно ниже обычного. — Никто не причинит вам вреда, это просто выселение, процедура совершенно…
— Я высоты боюсь! — простонала я ему в шею. — Уберите меня отсюда!
Я вцепилась в дракона еще крепче. А он замер, даже не пошевелился, даже не дышал. Можно было подумать, что я держусь за статую, но я чувствовала его жар и быстрое биение сердца. На шее пульсировала венка.
Теперь и я замерла, осознавая, что я вообще-то в крепких объятьях незнакомого мужчины.
— Да унеси ты ее уже! — раздался недовольный голос Вирена.
Гепард головой подтолкнул хозяина ко входу в дом. Я мельком обратила внимание, что часть дома, примыкающая к бару, ничуть не поменялась. Бабушкин темный сруб с деревянными наличниками, за окном виднелась морда капибары, задумчиво жующей тюль.
— Иван! — я окончательно очнулась и гаркнула на младшего из троицы моих питомцев.
Мой крик и дракона привел в чувство, он едва заметно вздрогнул и спросил:
— Куда именно вас… перенести?
— В дом! К капибарам, пока они ничего не натворили.
Дракон нес меня осторожно, будто я из хрусталя. Два шага, три. Я разжала хватку у двери. С этого ракурса холм не казался таким высоким и страшным, правда, голова все еще кружилась.
— Здесь, — выдохнула я. — Поставьте.
Микаэль аккуратно опустил меня на ноги, но я снова покачнулась. Дракон поспешно приобнял меня, приоткрыл дверь и помог мне зайти в коридор.
Я коснулась рукой стены и с облегчением выдохнула.
— Простите, у меня… боязнь высоты, — пролепетала я, еще не отойдя от шока.
Перед глазами плыло, сердце стучало на уровне горла.
— Это вы простите, мне следовало отнестись к вам внимательнее. Я не всегда понимаю людей и…
Повисла тишина. Мы посмотрели друг на друга — я, растрепанная, бледная, в драных джинсах и растянутом свитере, и он, безупречный, но немного растерявшийся широкоплечий красавец, которому приходилось слегка наклонять голову, чтобы не задевать потолочную балку.
Дракон хотел еще что-то сказать, но вместо этого наморщил нос и с очень удивленным видом чихнул.
— Прошу прощения, — сказал он, а затем чихнул снова. А потом еще раз и еще.
Чихи получались с каждым разом все громче, и, закрыв нос платком, он пробормотал:
— Кажется, я простыл.
— А с драконами такое бывает? — удивилась я.
— С ним не бывает! — Вирен толкнул хозяина головой к выходу. — Скажите ему, чтобы немедленно лег в постель и позвал доктора!
— Немедленно в постель и вызывайте доктора! — бездумно повторила я и осеклась.
Дракон посмотрел на меня поверх платка с крайним удивлением. И правда!
— Нет! Я не это имела в виду. Вернее, это… это Вирен.
Мы не успели толком распрощаться, потому что гепард силой вытолкал своего чихающего хозяина за дверь и лишь махнул мне кисточкой на прощанье. Я так и осталась стоять посреди коридора.

