Дети Стали и Тумана

«Спасибо за прошедшую ночь. Ваши глаза пленили меня; я надеюсь увидеться с вами вновь.

Граф Дубовский.»

– Ну еще бы! – пробурчала Агния, пряча лицо в ладонях.

Он не помогал ей. Он только все усложнял своей симпатией.

Насколько бы все было проще, если бы он оказался гулякой, повесой, охотящимся за очередной юбкой! Они могли бы просто провести пару ночей – и разойтись, довольные друг другом.

Но граф, судя по всему, был весьма серьезен. И, кажется, она ему действительно понравилась – это было видно и без чтения мыслей.

А она? Он ей нравился?

Она не успела дать себе ответ – ночную тишину прорезал резкий стук в дверь.

Агния торопливо спрятала письмо под подушку, кое-как поправила волосы, накинула халат. В глазах отчего-то щипало.

– Войдите!

На пороге возникла служанка.

– Госпожа Далия, вас вызывают к аппарату.

Агния выпрямилась. К горлу подступил ледяной ком.

– Кто?

Служанка покачала головой:

– Не представились. Говорят, срочно…

«Этот день никогда не закончится».

Агния торопливо спустилась вниз, к аппаратной, в которой и находился телефон. Трубка уже дожидалась ее – холодная, тяжелая, всего пару лет как вошедшая в обиход.

Чудо инженерной мысли, позволяющее связываться с другими людьми через большие расстояния.

Служанка выскользнула за дверь, позволяя Агнии ответить в одиночестве. Та присела, несколько долгих мгновений молча глядя на трубку.

Такие срочные ночные звонки никогда не несут за собой ничего хорошего.

– Агния Далия, – хрипло произнесла она в трубку.

На той стороне долго молчали.

– Это Леонард.

Она вздохнула. Ну, конечно же – кто еще это мог быть?

– Тебя давно не было слышно.

– Как и тебя. Много работы.

– И у меня. – Она замялась. – Отсюда я делаю вывод: ты не просто так со мной связался.

Леонард молчал долго, так долго, что ей показалось, что их разъединили.

– Он вернулся. Ноа связался со мной.

Вот и все. Сердце сделало кульбит.

– Что он хочет? – Агния поразилась тому, как спокойно звучит ее голос.

Хотя внутри все горело.

– Пока не знаю. Он написал… Сказал, что скоро все изменится. Хочет встретиться с нами, обсудить что-то. – Агния, конечно, не видела – но буквально почувствовала, как собеседник покачал головой. – Мне это все очень не нравится. Не знаю, что и думать…

Агния молчала долго. Думала. Соображала.

– Он наш брат, Леонард. – Подумав, добавила: – мы с ним близнецы, если ты помнишь. Я всегда чувствовала, что он вернется.

– Да, да. Эта ваша близнецовая связь…

– Ты так и остался скептиком.

– Не думаю, что слово «скептик» подходит относительно к ситуации, в которой мы находимся. Ты используешь дар?

– Конечно. Мне хватило того случая, когда меня…

– Да. Именно. Невилл так и не использует. Не хочет. Отрицает.

– Ты ему уже сообщил?

– Отправил Вильгельма. Так надежнее; сама знаешь, какой Нев вспыльчивый.

Агния нахмурилась:

– А как быть с Тео? Он же…

– Поэтому я и позвонил. Хотел посоветоваться.

– Ему нужно все рассказать. Он уже взрослый, он поймет.

– Без дара Ноа это будет проблематично. Он может просто не поверить.

– Но он наверняка использует дар. Покажем ему свои, и у него не останется выбора, кроме как поверить, правда же?

Леонард хмыкнул.

– Это уже не будет тот Теодор, Агни. Знать – одно. Поверить – другое.

– Тогда мы можем не говорить ему ничего. Насколько я знаю, у Тео прекрасная, налаженная жизнь – может, пусть так и остается?

– Ноа настаивал, что ему нужны все.

– Ох. Надрать бы ему уши!

– У тебя будет шанс. Когда мы встретимся.

– Я… не знаю, Лео. Я в Завии, у меня много работы. Я не знаю, какую причину придумать, чтобы мне позволили вернуться в Доман.

– Время есть. Он ждет нас весной.

Агния почувствовала облегчение:

– Отлично. Значит, успеем все обдумать.

– Мне не по себе, – признался вдруг Леонард. – Я старший, но мне страшно. Ноа всегда был… Самым необычным из нас. Я боюсь его и его дара.