Потаённый лик революции

И капитан Вовразизняк сказала, что предполагает, что нож может быть нужен, отпустила его наконец. Оружие легло всем своим весом в руку новой владелицы. Второй был чуть тяжелее первого, который Фридрих забрал в свои далекие дали, где бы они ни были.

Анна прикрепила ножны к ноге с помощью магнитных ремешков, поправила, поджала детали ножа, проверяя не слишком ли расшатан механизм. Он оказался пригодным. На ноге нож почти ничего не весил в выключенном состоянии, почти не ощущался инородным телом, двигаться не мешал. И Эберт предпочла временно о нем не думать.

Такой же лазерный нож достался ещё и Сергею. Они были единственными из отряда, кто мог пользоваться этим видом оружия. Антон порадовался за них. Но Эберт не понимала причины его радости и воодушевленности, ей начало казаться, будто его психологический возраст не больше шестнадцати лет.

Собрав экипировку, дипломатический отряд был готов отправиться на миссию. Все вышли, но Луиза остановила новенькую в дверях и приказала сдать личный пистолет. Эберт с трудом вырвала его из кобуры, оставленной на поясе. Он будто примерз. Потом ее пальцы по ощущениям приклеились к рукояти. Его дал отец ещё в начале войны. Теперь он уйдет этой противной женщине. Не по себе. Почти нестерпимо. Она готова до боли закусить губу чтобы протрезветь от тревожности, накатывающей как алкогольное опьянение. Но перед Луизой она стеснялась как подросток. Она отвела взгляд в сторону дверного проема, и вдруг заглянул Сергей:

– Быстрее. Артур сказал, что нам нужно быть на точке через полчаса.

Глава 3

Новый третий дипломатический отряд вышел на улицу. Белость их формы, уверенность походки, блеск позолоченных вставок на форме заставлял других солдат в грязной одежде коситься на них с неодобрением. Самые старшие из смотрящих выглядели так, будто ложку соли сунули в рот. Но вместо кристаллов соли были эти раздражающие "элитники" в белом. Не свои, незваные. Аннет чувствовала себя виноватой и не понимала причину этого ощущения. Ее тянуло спрятаться от чужих прилипчивых взглядов за спины товарищей. Но спас от позорных пряток поворот с площади к станции метро.

– На метро поедем? – нервно спросила Эберт, чтобы разрядить обстановку.

– Ну не на такси же, – огрызнулась Луиза, даже не обернувшись.

– Значит, захваченное нами метро действительно используется в военных целях? – отвлеченно спросила Анна, хоть и понимала, что тоже может получить неприятный ответ от капитана. Девушка привыкла, что люди могут слегка неадекватно реагировать на ее вопросы. По каким то необъяснимым причинам. Вместо Луизы откликнулся Иван в своей чуть наигранно дружелюбной манере:

– Да, наши солдаты часто его используют.

– На отдаленных от фронта станциях еще и полноценные базы расположены, – добавил Сергей, немного отстающий от группы. Он достал сигарету и закурил, пока капитан не видит. Антон поравнялся с ним и с осуждением остановил его руку с сигаретой перед очередной затяжкой.

– Ты что творишь? – прошептал Антон почти злобно, – При новом-то командире и самой Эберт!

– Да плевать мне, – Сергей отдернул свою руку. Антон разочарованно вздохнул и отвел взгляд.

Прогулочным шагом отряд дошел до станции. Капитан Вовразизняк не хотела идти быстрее. Анна почти чувствовала как тяжелые подошвы ее новых ААФовских сапогов прилипают к асфальту через постепенно замерзающую воду луж. Эберт старательно удерживала себя от мысли о том, что вот вот сама могла бы стать чем-то жидким и растечься, перестать делать шаги, вмерзнуть в асфальт. Поплывший туповатый взгляд перетек на приближающийся вход на станцию. Вывески с названием над входом уже давно не было. На двери красовалось лишь одно коряво написанное число – 34. «Они нумеруют станции… Странно». – подумала Анна.

Освещение автоматически включилось, как только дверь втолкнули внутрь. Луиза ступила на неработающий эскалатор и поплыла вниз, шагая в полутьму.

– А че это эскалатор то не работает опять? – громко возмутился Антон.

– Не маленький. Ножками спустишься, – снова буркнула уже спустившаяся Луиза.

Станция внизу оказалась совсем не такой, как и другие. Она сохранила в себе дух Москвы двадцатого века. Все на месте: и колонны и советские барельефы на стенах и тяжёлые люстры, сохраненные ААФ. Но они подверглись влиянию времени и человеческого невежества даже больше чем заплесневелые стены. Стеклянные плафоны зияли дырами с со сколотыми краями.

– Мы же едем на пятнадцатую? – спросила Кристина. Луиза кивнула и прильнула спиной к стене, перекрыв своим телом лица рабочих и крестьян на барельефе.

– Капитан, Вы же форму испачкаете! Не стоит касаться грязных стен, – заботливо посоветовал Иван.

– Помолчи, умник. Эта форма медсестрички все равно на мне на неделю. Потом кто-нибудь постирает. Даже ты можешь заняться, если так хочется.

После этих слов искусственно зажженная внутри Ивана лампочка погасла. Он сам стал таким же мрачным и серым как капитан, как тень отбрасываемая ею на неприкрытый кусок барельефа. Все замерли как тени Хиросимы. Свет, регулируемый датчиками движения, выключился. Отряд остался в темноте.

– О нет, это же тьма – наш главный враг! – раздался в темноте задорный голос Антона. Кто-то задвигался, зашуршал. Свет включился. Антон скосил взгляд на Анну, которая замерла в неловкой позе с поднятыми руками. Она единственная, кто взывал свет включиться.

– Да прекрати уже дурачиться, Ярославцев. Пугаешь Эберт, – буркнул Сергей. Антон, по всей видимости, обиделся и затих.

Во тьме тоннеля что-то задребезжало. Пахнуло загустевшей в воздухе сыростью. Длинное тело поезда приближалось, разрывая носом воздух. Состав подкатился к станции, сунул людям в лица двери своих вагонов. Он состоял всего из трех вагонов: первый – сам локомотив, управляемый автопилотом, второй – пассажирский и еще один грузовой, который был пустым. Отряд ввалился в пассажирский вагон, как только двери снисходительно со скрипом разъехались перед ними. Вагон выглядел очень старым. Анна подумала, что он вполне мог быть сделан еще в Советском Союзе. Поезд тронулся, помчался к точке назначения, выполняя единственную свою задачу – двигаться. Анне все время казалось, что она должна развлекать новых товарищей отвлеченными разговорами. Именно отвлеченными, потому что совсем не хотелось думать о том, что она увидит вблизи линии фронта. Поэтому Эберт неловко поерзала на истертом сидении покрытом когда-то кожзамом и вяло произнесла.

– Эту часть подземки не изменило ни время ни интервенция.

– Интервенция? – Иван оторвался от прозрачного смартфона, в который беспричинно пялился, листая рабочий стол туда сюда. Он будто ожидал, что интернет соединение, которого не было пять лет, прорвется к нему из прекрасного далека. Все вдруг обернулись и вопрошающе взглянули на него.

– Ты как с луны свалился, Вань… Правда не знал о ней? – удивилась Кристина. Иван пожал плечами. Анна заметила, как в его глазах промелькнула тревога. Кристина ахнула и покачала головой.

– Да он просто тупой, видимо. Как только здесь оказался? За деньги? Или ещё что-то? – усмехнулась капитан Вовразизняк.

– Зачем же вы так резко… Я могу рассказать пока едем! – предложила Кристина. Девушка уселась поудобнее и начала рассказ, несмотря на то, что некоторые из товарищей показательно раздраженно закатили глаза.

– В начале войны я в стрессе думскролила всю информацию о том, что же происходит. Так много статей, постов и видео… В каждом варианте эти события описаны по разному, но я смогла составить примерную общую картину. В 2081 году, из-за ослабления нашей страны, произошла интервенция двух партий из Австрии и Швейцарии. Этими партиями были Феникс и партия консерваторов. Нигде в русскоязычных источниках нет ни слова о названии швейцарской партии. Видимо, она имеет слишком малое влияние в своей стране. Один из их дипломатов оттуда, Альфберн Россель втерся в доверие к нашему президенту, стал гос. секретарем и творит черти что. Говорят, он – тайный агент своей партии, и его цель не дать России вступить в Евросоюз. А из партии Феникс, выступающей за объединение с ЕС, но оттесненной в оппозицию, со временем и образовались наши силы. Далее вся информация представляет собой только размытые фрагменты различных событий. С момента объявления блокады ничего прямо не говорилось ни в СМИ ни на частных каналах блоггеров. Потому что цензура… – Кристина разочарованно умолкла.

– Так значит, эту войну по сути развязали иностранцы? – поинтересовался Иван. По неожиданно всплывшим на его лице прирывистым морщинкам было заметно, как он заинтересован и немного напряжен.

– Не совсем так. Только этот Россель иностранец. А Эберты потомки поволжских немцев, – серьезно пояснила Анна, мельком взглянув в уголок лица Ивана, надеясь не влезая ему в глаза, понять его реакцию, которую она ожидала увидеть сдержанной, смягченной и чуть чопорной. Иван сглотнул и снова уставился в свой смартфон, быстро печатая что-то в заметках.

Поезд дотянул свое тельце до пятнадцатой станции ААФ. Новоиспеченные соотрядцы тихо вышли из поезда, оставив его на месте – отряд собирался вернутся на нем, а пока энергоснабжение само отключилось, и питание поезда перешло в спящий режим. Луиза достала из кармана круглое устройство и нажала единственную кнопку на нём. Раздался короткий звук.

– Всем построиться, – скомандовала капитан. Молодые люди встали по парам. Антон поставил замешкавшуюся Аню рядом с собой. Луиза, встала впереди них, подкинула устройство в воздух. Оно, зависло на высоте нескольких метров, осветило лазерами область вокруг отряда и стало медленно генерироваться в поле сероватого оттенка. Когда поле было готово, устройство снова упало в руку Луизе.

– Что это? – спросила Анна шёпотом у Антона. Он в миг изменился и стал серьезнее, кратко пояснив, что поле делает невидимым все, что находится внутри него, пропуская только звуки. Поэтому, им стоит быть тише на территории военных действий.

Одноотрядцы вышли на поверхность. По бокам входа стояли два солдата восстания. Их приборы зафиксировали появление поля. Луиза среагировала достаточно быстро и приказала своему отряду остановиться. Отыскав в кармане стелс-устройство, капитан сделала поле слабее. Охранники, увидев пришедших через поле, отдали честь и пропустили вышедших со станции. Элитный отряд номер три двинулся вперед, когда Луиза снова усилила поле.

Они шли по улице тихо, почти беззвучно. По бокам возвышались серые полуразрушенные небоскребы с разбитым окнами. Над входом в скверик между домами висела пробитая пулями в нескольких местах растяжка с еленой надписью на белом фоне “Моя любимая Москва”, чуть ниже жирным черным маркером печатными буквами набросано “МЕРТВА”.

Антон достал автомат и стал вычищать взглядом крыши, рыская в поисках вражеских снайперов. В его отлаженных движениях читалась опытность настоящего военного. Ничего не происходило. Ни души рядом. За домами к западу слышались взрывы и стрельба. Они способны были отпугнуть любую живую душу. Но это не пугало никого, кроме Анны. Она ощущала автомат, висевший через плечо как тяжелый вредный отросток на теле. Металл старого АК-205 холодил спину даже через бронежилет, мундир, водолазку. Эберт на ходу аккуратно стащила ремешок оружия с плеча, перевела через голову и повесила на плечо как сумку. Иван одобрительно похлопал по свободному плечу и шепнул:

– Правильно. Так удобнее стрелять будет.

Аннет поджала губы, не в силах заставить себя ответить что-то, кивнула, делая вид, что прекрасно понимает и принимает то, что оружие нужно не просто для красоты носить, но еще и пользоваться им по назначению.

Пройдя еще пару поворотов по широким безлюдным проспектам, они остановились перед одним из бывших небоскребов, голова которого в виде верхних этажей была снесена. Пустующими плечами и вершиной стал восьмой. На фасаде, чуть выше первого этажа, по старинке висела вывеска: «Ул. Талихина 18». Рядом чернела проемами окон пустая давно заброшенная школа. Луиза ткнула в нее пальцем. Сергей посмотрел крыши и окна здания через прицел легкой винтовки с новым прицельным обвесом, которая появилась в его руках будто из ниоткуда, будто стала очень полезной в данный момент частью его тела.

– Чисто, – шепнул он.

Капитан стала осматривать восемнадцатый дом. Все молчали, не подозревая, что их командир и сама не может найти вход. Вдруг окно, до этого будто намертво забитое фанерой на первом этаже приоткрылось. Непроницаемую фанеру не без усилий отодвинули изнутри. Выглянул солдат в форме разведчика ААФ. Нижняя часть его лица была закрыта черной маской из плотной ткани. Его зрачки резко расширились, когда устройство в кармане запищало, обнаружив сигнал от стелс-системы третьего отряда. Луиза тут же судорожно отключила поле. Солдат в окне облегченно вздохнул и поманил пришедших.

– Входа нет. Лезьте через окно.

Членам третьего отряда пришлось поочередно запрыгивать в оконный проем с кучи битых кирпичей. Внутри здания было мрачно и тоскливо. Оно оказалось таким же как любое другое московское строение черным вместилищем потерянных душ, останков полноценных людей. Солдат-разведчик, встретивший их, тут же отдал честь и представился сержантом Синичкиным.

– Какими судьбами сюда пожаловал второй элитный отряд? – спросил Синичкин заискивающе.

– Второй уничтожен в Питере. Мы – третий, – коротко ответила капитан.

– Вообще, у нас приказ от маршала. Десять ваших отрядов перенаправляются в Академический район, – объяснила Вовразизняк и сунула Синичкину в руку флешку, – Здесь все планы для вас в подробностях. Нам было велено только передать ее и выбрать людей. Информацию мы не просматривали,, – пояснила женщина. Из-за Луизиной спины выглянул Сергей.

– У вас же есть в наличии десять разведотрядов прямо сейчас?– сказал он. Синичкин кивнул и повел их наверх по темной лестнице. Их шаги эхом разлетелись по всем лестничным пролетам. Прибывшие и их проводник напряженно молчали, даже вечно неестественно радостный Антон временно притих.

Маленькая делегация добралась до третьего этажа. Здесь всюду сновали солдаты, было разложено оружие, на голых бетонных стенах расклеены карты. Вдруг кольцо на пальце Анны издало краткий писк. Это было оповещение GPS системы, будто что-то приближалось. Никто, кроме нее, этого не заметил. Сама Эберт не поняла, что это, будто какой-то страшный баг. Внутри все алось, пошло волнами. Аннет подернула плечами, готова была в грудь себя ударить чтобы шевеление чувств, неожиданно ставшее слишком реальным, наконец угомонилось. Как можно быстрее.

Луиза скомандовала всем, за исключением Ивана, остаться на пару минут у входа. Иван был нужен ей как стратег. Когда Луиза увела Ивана, Анна нервозно взглянула на перстень еще раз. Он молча сидел на ее пальце, будто ничего и не происходило. Эберт встряхнула кисть руки и сунула в карман. Она испугалась того тревожного покалывания в руке, вызванного багом, но не в ее принципах было показывать свой страх. Если она поднимет панику по явно незначительной для этих людей причине, это приведет к плачевным последствиям.

Неожиданно для всех раздался громкий и мощный взрыв. Ударная волна разрушила стену справа. Глаза чуть не выдавило. Барабанные перепонки будто порвались. Все тело неумолимо потянуло к полу. Мозг забыл, что когда-то был способен думать о чем-то кроме смерти.

За считанные секунды весь штаб охватила паника.

Когда пыль от размозженных бетонных стен а немного осела, через огромную дыру в стене втекла темная фигура вражеского солдата в полном обмундировании. За спиной этого человека вырос генератор защитного поля в виде треугольника, большой протез, утяжеляющий небольшую фигурку, начал менять форму. Он был переконвертирован в огнестрельное оружие, похожее на автомат.

Оглушительная помещении очередь.

Кристина одним резким движением отбросила Анну назад. Эберт почти упала на лестницу, но успела схватиться за перила. Холодный металл обжег руку. Перстень соскользнул с пальца. Прилив адреналина. Аннет рывком вытащила пистолет кобуры и вернулась на "поле боя", не заметив потерю. У противоположной стены уже валялись трупы. Все, кто остался жив, отстреливались как могли. С десяток людей против одного. Из ближайшей комнаты вынырнула капитан Вовразизняк с автоматом. Она пустила несколько пуль во врага, но вскоре замерла.

– Дельта пришла… Забирать меня! – воскликнула Вовразизняк, то ли со страхом, то ли с восхищением.

– Шлите сигнал тревоги в штаб! – заорал на нее какой-то разведчик. На лице Луизы расползлась сумасшедшая улыбка.

– Не в моих интересах. Извините, солдатики! – заявила она, и, уложив его одним выстрелом в висок, исчезла за стеной.

– Что она творит?! – закричал Сергей.

– Капитан сейчас не главная проблема,– присек его вопросы Антон, выхватил у Сергея лазерный нож, – Есть план, – заявил он. – Аня, за мной. Остальные – продолжайте обстрел.

– Ты не имеешь права команд… – Сергей пытался их остановить, но был прерван:

– Поэтому я тебя и не беру! – Антон потащил с собой Аню.

– Это опасно, стой! – Иван резко развернул автомат прикладом вперед, попытался ударить Анона по предплечью в болевую точку, чтобы Яросавцев отпустил Эберт. Анон ловко увернулся, Анна, не отпущенная невольно ушла с ним за угол в другое помещение.

А враг всё приближался, сражаясь в одиночку против десятка. Вдруг очертания страшного бионического оружия снова изменились, сформировали пулемет.

– Успокойтесь, детки. Мне плевать на ваш свинцовый дождь, – провозгласил враг неожиданно громким, проникающим в самое нутро женским голосом, – Передайте Элеоноре что я… – она не смогла договорить. Сзади из проема в стене в ее силовое поле прилетели сразу три гранаты. Поле отключилось, одна из гранат чуть задела девушку. Выпрыгнул Антон с лазерным ножом и попытался напасть. Она легко заблокировала удар своей обычной живой рукой, резким движением ноги выбила нож из рук противника и протезом ей не составило труда взять парня за горло и поднять над землей, будто былинку.

– Смотрите, у меня заложник! – весело засмеялась она. Стрельба прекратилась. Антон пытался оторвать ее холодную железную руку от своего горла. Все попытки были тщетны. Руки ослабели, а мертвые металлические фаланги неустанно сжимали по чуть чуть все сильнее и сильнее. Сергей выступил вперед и отбросил автомат в сторону.

– Дельта, мы против Вас ничто. Давайте договоримся!– крикнул он. Женщина сдвинула на каску непроницаемые очки, в ее темно красных от инфракрасных линз блеснуло честолюбие. Она сощурилась, горделиво приподняла голову и продолжала молчать в ожидании продолжения речи Сергея, параллельно наблюдая за тем, как позади него Кристина собирает раненых, перешептываясь с солдатами.

– Предложение такое: Вы отдаете нам заложника в обмен на меня, – твердо сказал Сергей. Все солдаты ААФ на секунду замерли.

– Меняете одного на другого. Как умно… – Дельта усмехнулась. Но вдруг в ее глазах застыла боль. На шее расползлась гигантская рана. Это Анна полоснула ее лазерным ножом сзади. Суперсолдатка выпустила из рук Антона и скривилась, ухватившись за шею. Кровь из раны хлестала странная – с синим оттенком.

– Отходим! – крикнул Иван остальным солдатам ААФ. Он кинул гранату в противоположную стену. Всем пришлось прыгать с третьего этажа, хватаясь за вырванные из стены куски арматур. Неполный третий отряд оказался на земле. Все кроме Луизы были здесь.

– Где капитан? – заволновалась Кристина. И вдруг ее взгляд поднялся и уткнулся в десятерых солдат врага и Луизу среди них. Они стояли рядом с детонатором, предназначенныМ для заложенных на крыше бомб. И рядом кружил дрон с пятиконечной звездой-знаком государственной армии. Дельта косилась на него и каждый мелкий взгляд будто отодвигал ее чуть дальше от края, не давая спрыгнуть и продолжить бой на земле. Как только Антон увидел врага, сразу же выстрелил, но промахнулся. Пулю прямо на лету голой рукой поймала Луиза. И свинец пронзил плоть, болезненно полез в тело через запястье, задевая лучевую кость. Уверенность с лица Вовразизняк тут же пропала. Капитан состроила гримасу, полную боли. Антон вдруг с запозданием понял, что произошло:

– Предательница! – выкрикнул парень.

Из дула его автомата одна за другой вылетели пять пуль. На этот раз он не промахнулся – Вовразизняк упала замертво.

– Ты что творишь?! – Кристина сзади дернула Ярославцева за плечо.

– Не мешай ему, – заткнул ее Иван и оттолкнул. Все замолкли, звенящая тишина обволокла отряд и повисла над солдатами. Ее будто мелкими дырочками испещревал тихий звук вражеского дрона плавно поднимающегося вверх и улетающего за дом.

Вдруг, Сергей, резко выдернув что-то из своего снаряжения, выбросил металлический шар перед соотрядцами. Вокруг всех солдат ААФ появился гигантский лазерный круг. Анна обернулась и увидела, как один из вражеских солдат с безумной улыбкой нажимает на кнопку детонатора, а другой выкидывает перед своими такой же телепортатор.

На секунду перед глазами все поплыло. Телепортация. Они успели переместиться за квартал от базы. За домами послышался взрыв, будто разорвавший слой синих облаков в небесах.

– Потеряли базу… – послышался чей-то голос, еле прорывающийся через кашель. Анне на нос упала капля дождя. Эберт тяжело задышала и затряслась от переполняющих ее чувств.

Иван достал рацию, ранее принадлежавшую Луизе: – Пятый плацдарм, это третий отряд. Потеряли двадцать вторую развед. базу. Непредвиденный фактор – вражеский отряд во главе с суперсолдатом Дельта. Возвращаемся. Конец связи, – он говорил спокойно, но уголки его губ дрожали. На асфальт закапали крупные капли дождя.

– Отходим, – скомандовал какой-то незнакомый разведчик. К ужасу для себя, Анна заметила отсутствие своего перстня. Ладони саднили от цепляния за арматуры и камни во время побега с третьего этажа и ей казалось, что прохлада металла кольца матери могла бы успокоить эту боль.

Глава 4

После того, как люди немного оправились от взрыва, было решено немедленно покинуть место происшествия. Все отряды отошли на несколько кварталов к северу. Там все еще было небезопасно, но более удобного места для остановки оставшимся в живых командирам найти не удалось. Было необходимо оказать раненым первую помощь и перенаправить некоторые отряды. Все расположились на новом месте на получасовую передышку. Посоветовавшись, командующие разведчиков и третий отряд решили, что раненых надо отправить в ближайший медпункт, а все оставшиеся целые подразделения должны направиться к месту назначения – в Академический район, на новые позиции. Сержант Синичкин сумел сохранить флешку с данными у себя, поэтому был спокоен за своих подчиненных.

После взрыва некоторые пребывали в шоковом состоянии, в том числе и Анна.

Идти на сильного противника с одним только лазерным ножом даже со спины для нее перебор. Для кого угодно.

Вид синей крови противницы тогда вызывал у нее навязчивый, неприятно выкручивающий нутро, рвотный позыв. Как и то громкое требование передать что-то Элеоноре. Аниной двоюродной сестре. “Сестра связана с этой?”

Веко ее правого глаза нервно подрагивало, но она не обращала на это внимания, хотя мысленно уже с тысячу раз прокляла себя за решение ввязаться в войну.

Никто из соотрядцев не собирался оказывать девушке моральную поддержку. Все они были заняты. Кристина вместе с Антоном помогали делать перевязки раненым, Иван разрабатывал новые планы с Синичкиным и другими командирами, Сергей снова закурил в сторонке.

Когда Антон закончил с помощью Кристине, пошел искать Сергея. Парень наткнулся на Никитина, пока тот курил. Но на это раз Антону было совсем плевать на то, что делает его друг.

– Никитин! – окликнул Антон. Сергей обернулся, выпустил изо рта столб серого дыма, который прикрыл собой на мгновение презрение всплывшее на лице.

– Ты что, пытался пожертвовать собой этим «обменом»? – строго спросил Антон и сплюнул, не вытерпев того, что табачный вкус пробрался в рот..

– Тебе действительно так показалось? – Никитин выдавил из себя нервный смешок, – Я видел, как Аня позади вас копается с ножом. Всего лишь тянул время, ждал, когда она решится порезать эту тварь.

Антон поднял свой усталый взгляд на друга. Под карими глазами поблескивали следы от слез.

– Спасибо, – промолвил Ярославцев. – Думал, задушит. Готовился к глупой жалкой смерти. А тут ты сделал это… Только стресса мне прибавил, – Антон на несколько секунд крепко обнял друга. Сергей прикрыл глаза и тяжело вздохнул, так и не коснувшись обнимающего товарища.

– А если бы Эберт не успела? – Антон все еще был взволнован.

– Пришлось бы совершить обмен, – немного странно улыбнулся Сергей.

– Они бы тебя убили!

– Нет. Им нужен был именно заложник-информатор, а не труп. Поэтому Дельта к нам и влезла.

Антон постарался успокоится, но потом добавил, что у Сергея явно не столько везения, чтобы творить такие безрассудства. Обменявшись еще парочкой колкостей, они разошлись.