Когда можно остаться

Александр посмотрел на него.

— Где?

Оказалась та самая компания, в которую собирался Крылов. Володя назвал её спокойно, не заметив, как изменилось выражение лица собеседника.

— Кто позвал?

— Увидели моё резюме. Я его обновил. Сказали, есть несколько задач на расширение. Я ещё не ездил.

Александр задал два уточняющих вопроса. Крылова никто не упоминал, конкретного предложения Володе ещё не сделали. Но в голове уже складывалась другая последовательность: сначала разговор об уходе без команды, затем новый директор, затем знакомые люди один за другим.

Сергей вышел из цеха. Володя попрощался и пошёл к раздевалке. Александр остался у стены, держа телефон в руке.

— Что-то случилось? — спросил Сергей.

— Пока не знаю.

Он хотел немедленно набрать Крылову. Вместо этого спросил у Сергея, когда можно поговорить с Вадимом о развитии Володи. Назначили время на утро.

У машины Александр всё-таки открыл чат с Артёмом Борисовичем. Набрал: «Вы говорили, что не будете звать наших людей».

Прочитал. Стёр.

Набрал другое: «Нужен разговор. Володе предложили встречу в вашей будущей компании. Хочу понять, что вы об этом знаете».

Ответ пришёл через несколько минут.

«Узнал сейчас от вас. Завтра обсудим. Володя сам решит, куда ему идти».

Александр убрал телефон, не ответив. Утром ему предстояло разговаривать сразу о двух вещах, которые он уже почти успел спутать: о чужом обещании и о человеке, который ему ничего подобного не обещал.

Глава 51. Ни одного имени

Крылов пришёл с двумя стаканчиками кофе. Один поставил перед Александром. Сел, откинулся на спинку и сразу сказал:

— Я никого не просил звонить Володе.

— А имена наших сотрудников называли?

— Нет.

Александр посмотрел на крышку стаканчика. По краю выступила коричневая капля. Хотелось задать тот же вопрос иначе, найти в спокойном ответе место, за которое можно зацепиться.

— Они расширяют поиск, — продолжил Крылов. — Мне говорили. Резюме смотрят сами. Я сейчас у них ещё не работаю и не согласовываю каждое приглашение.

— Вы могли бы предупредить, чтобы наших не трогали.

Артём Борисович подался вперёд.

— Кого именно? Людей, которые сами ищут другую работу? Чтобы их не рассматривали, пока я у вас?

За дверью позвонил телефон Ирины. Александр подождал, пока она ответит и её голос отдалится по коридору.

— Мне неприятно, что всё выглядит вот так.

— Мне тоже. Но вы спрашиваете, нарушил ли я слово. Не нарушил.

Они некоторое время молчали. Крылов снял крышку с кофе, положил на салфетку. Александр понял, что тот принёс второй стакан не как знак мира, а потому что по дороге покупал себе и помнил, какой пьёт он. От этого разговор сделался труднее.

— Вы Володю будете рассматривать, если он туда пойдёт?

— Если мне придётся принимать решение — буду. Как специалиста. Я не стану обещать отказать ему из-за того, что когда-то работал с вами.

Александр кивнул. Не потому, что ему понравилось. Потому что наконец услышал границу обещания, которое успел расширить до нужного ему размера.

Крылов ушёл на производство. Александр допил остывающий кофе и позвонил Вадиму: встречу с Володей переносить не надо.

Пришли втроём, с Сергеем. Вадим принёс заметки. Выяснилось, что разговор о развитии начался почти месяц назад. Не потерялся совсем: Вадим успел посмотреть задачи, спросить мнение мастера. Но до конкретного плана не дошёл.

— Не успел, — сказал он. — Теперь понимаю, что затянул.

Володя сидел напротив, сжав колени. Ему явно не нравилось, что из-за его вопроса начальник должен объясняться перед генеральным.

— Что мы можем предложить сейчас? — спросил Александр.

Обсудили небольшой участок ответственности под наблюдением Вадима, обучение в рабочее время и дату, когда станет ясно, готов ли Володя двигаться дальше. Зарплату немедленно не меняли. Новую должность не рисовали на словах.

Володя внимательно слушал, потом попросил записать. Вадим открыл блокнот на чистой странице.

— А на ту встречу я всё-таки съезжу, — добавил Володя.

Александр положил ручку. Очень осторожно, чтобы никто не решил, будто это ответ.

— Хорошо. Потом скажешь, что решил.

Глава 52. После разговора

Володя вернулся к вопросу через неделю. Сначала поговорил с Вадимом, потом попросил зайти к Александру. На этот раз сел сразу.

— Я буду уходить.

Он произнёс быстро, затем сглотнул и стал объяснять. В другой компании предложили работу, где часть задач уже соответствовала тому, чему здесь ему ещё предстояло учиться. Условия он обсудил, на участок съездил, с будущим руководителем поговорил. Крылова при этом не было.

— Вы понимаете, что там от вас потребуют? — спросил Александр.

— Да. Наверное, не всё. Но я хочу попробовать.

Знакомая фраза прозвучала почти тем же голосом, каким говорил Артём Борисович. Александр почувствовал усталость, от которой захотелось закончить разговор одним коротким «идите».

Вместо этого спросил о сроке. Договорились, что Володя спокойно завершит начатое и передаст то, что уже вёл. Вадим должен был согласовать подробности со сменой.

— Я благодарен, что меня тогда взяли, — сказал Володя. — Я не поэтому ухожу, что здесь плохо.

— Не надо доказывать, что мы хорошие, чтобы вам разрешили уйти.

Володя замолчал. Александр и сам не ожидал от себя этой фразы. В ней было больше желаемого, чем пережитого: ему всё ещё хотелось, чтобы человек остался хотя бы из благодарности за сказанное.

После разговора набрал Крылову. Не обвинение, просто сообщил о решении. Тот ответил, что понял, и спросил, успевают ли закрыть передачу по текущей работе. Больше ничего.

Вечером Вадим прислал обновлённый план смены. Володино имя пока оставалось в нескольких строках; рядом уже стояли другие фамилии. Александр долго смотрел на них. Раньше он узнавал о человеке больше всего в те дни, когда тот собирался уходить. Приходилось признать, что это был слишком поздний способ проявлять интерес.

На следующий день встретил Володю у выхода. Тот держал в руках пакет со сменной одеждой, пытался ответить кому-то на телефоне. Увидев Александра, убрал аппарат.

— Не прерывай, — сказал Александр.

Володя кивнул, затем всё-таки поднял глаза.

— Я в пятницу до конца буду. Если что-то надо показать.

— Вадим знает?

— Да.

Они пожали руки. Никакой речи не получилось. Александр прошёл к машине и обнаружил, что забыл у Вадима папку. Пришлось вернуться в цех, где люди уже обсуждали следующий день и никто не ждал, пока он окончательно примирится с сегодняшним.

Глава 53. Коробка на заднем сиденье

Полина предупредила днём: вечером к ней заедет бывший муж, вернёт оставшиеся фотографии и несколько книг. Встречу с Александром она предложила сдвинуть на час.

Он написал: «Хорошо». Потом ещё раз прочитал сообщение.

О бывшем муже Полина говорила мало. Звали Станиславом. Они разошлись до её знакомства с Александром, жили отдельно уже второй год. Все остальные подробности он прежде считал несущественными — до тех пор, пока этот человек не получил конкретное время в сегодняшнем вечере.

Александр приехал почти без опоздания к новому часу. У подъезда стояла незнакомая машина с открытым багажником. Полина разговаривала с высоким мужчиной в светлой куртке; тот что-то говорил, улыбался. В её руках была коробка.

Александр остановился у своей машины. Полина заметила, подняла ладонь, позвала. Ему хотелось сделать вид, что не услышал, но он подошёл.

— Это Станислав. Это Саша.

Они поздоровались. Станислав пожал руку без любопытства, закрыл багажник. Полина спросила о какой-то книге, он сказал, что поищет ещё, но не обещает. Затем попрощался и уехал.

В лифте коробка мешала Полине нажать кнопку. Александр взял её, нажал сам. На верхней фотографии, лежавшей без конверта, она стояла у моря — молодая, мокрые волосы прилипли к щекам, за плечом чья-то рука.

Он отдал коробку, едва вошли. Полина поставила на пол возле комода.

— Долго ждали? — спросила она.

— Нет.

Его голос прозвучал так, что она обернулась.

— Что?

— Вы всё ещё храните общие фотографии?

— Часть. Да.

— Зачем?

Полина сняла куртку, повесила. Не спешила отвечать, и от этой паузы Александр успел придумать несколько объяснений, каждое хуже предыдущего.

— Потому что я на них тоже есть, — сказала она наконец.

Он посмотрел на коробку.

— Я не прошу выкидывать.

— Пока нет. Ты спрашиваешь так, будто я должна объяснить, почему не выкинула раньше.

Александр отошёл к окну. Во дворе Станислав уже выезжал через ворота. Полина осталась у комода, не пытаясь закрыть коробку собой.

— Ты предупреждала, — сказал он.

— Да.

— Я всё равно злюсь.

Она кивнула.

— Я это вижу. Но мне не за что сейчас извиняться.

К ужину он почти не притронулся. Полина поела, убрала свою тарелку, спросила, хочет ли он остаться. В вопросе не было испытания. Она в самом деле давала ему выбрать, способен ли он сегодня находиться рядом.

— Хочу. Если можно немного помолчать.

— Можно.

Они включили фильм. Первые двадцать минут Александр не понимал, что происходит на экране. Потом Полина тихо засмеялась, и он наконец повернулся к телевизору.

Глава 54. То, что остаётся

Утром Полина открыла коробку при нём. Не для отчёта: искала книгу, которую обещала вернуть сестре. Вынимала альбомы, складывала на пол, время от времени рассматривала страницу.

Александр сидел с кофе на подлокотнике кресла. На одном снимке она увидела что-то смешное, показала ему. В кадре надувной матрас застрял между двух деревьев; людей не было, только чья-то босая нога у края.

— Мы решили пронести его надутым, — сказала Полина. — Возвращаться к насосу было далеко.

Он улыбнулся. Хотел спросить, кто снимал, и не спросил. Полина всё равно добавила:

— Стас фотографировал, вместо того чтобы помогать. Я тогда очень ругалась.

Она говорила без скрытого вызова. Рассказала случай, который помнила, и положила снимок обратно.

— Я тоже храню вещи, — сказал Александр.

Полина подняла глаза.

— От Оксаны остались работы. Подаренные. И вообще не только от неё. Я никогда не считал, что должен всё выбросить.

— Я и не прошу.

Он кивнул, провёл большим пальцем по ручке чашки.

— Мне вчера хотелось, чтобы ты сама предложила избавиться от того, что меня задело.

Полина закрыла альбом.

— А завтра тебя может задеть человек, с которым я работаю. Или то, что мне было хорошо до тебя. Что мне тогда предложить?

Александр посмотрел на неё. Впервые вопрос о прошлом не оставлял удобного преимущества: собственное прошлое он привык считать опытом, чужое вдруг оказалось угрозой.

Они не стали разбирать все возможные случаи. Допили кофе, Полина нашла нужную книгу. Альбомы убрала на полку, откуда их было видно. Александр не предложил другое место.

Когда выходили, в лифте стоял сосед с собакой. Полина поздоровалась, погладила её по голове. Александр держал книгу, пока она застёгивала сумку. На улице они пошли завтракать, потому что дома снова успели только выпить кофе.

В кафе Полина спросила про Володю. Александр рассказал, что тот уходит. Не стал сравнивать его с Крыловым и не назвал приглашение заговором. Она слушала, отламывая корочку хлеба.

— Тебе трудно их отпустить?

— Да.

— Но ты ведь уже отпускаешь.

— Пока больше стараюсь не мешать.

Она накрыла его руку своей. Он повернул ладонь, переплёл пальцы. За соседним столом звенели чашки, официант искал свободное место для подноса. Они подвинулись вместе, чтобы дать пройти, и продолжили завтрак.

Глава 55. Оставшаяся часть

Павел Григорьевич сообщил о договорённости с Марком в четверг. Александр услышал это в кабинете Виктора, куда пришёл обсуждать совсем другой вопрос.

— По той части, которую я собирался продать после ваших трёх, мы с Марком договорились, — сказал Павел. — Теперь заканчиваем документы.

Александр посмотрел на Марка. Тот сидел у окна, перебирал листы, помечая карандашом места, которые надо было уточнить. Несколько недель назад он ещё говорил, что не решил покупать всё предложенное. Теперь решил, и Александру не требовалось ни соглашаться, ни торжественно одобрять.

— Для текущей работы что меняется? — спросил он.

Виктор попросил сначала закончить оформление, затем отдельно пройти по вопросам взаимодействия. Никаких новых поручений от имени будущего распределения долей сегодня не давали. Павел продавал обсуждённую часть, сохраняя остальное участие в компании. О полном уходе речь не шла.

После встречи Марк предложил вместе дойти до парковки. Спина уже почти не беспокоила, но папку он держал по-прежнему осторожно, прижимая к боку.

— Вы хотели спросить ещё что-то, — сказал он.

— Хотел понять, почему вы изменили решение.

— Потому что мы договорились об условиях, которые меня устраивают.

Александр усмехнулся.

— Я рассчитывал на ответ подлиннее.

— А я рассчитываю, что мне не придётся делать из покупки легенду. Вы ведь тоже в итоге купили меньше.

Они остановились у машин. Марк убрал папку на заднее сиденье и вернулся, захлопнув дверь.

— У вас шесть процентов, — сказал он. — Они не станут меньше от моей покупки. Но и право на каждый вопрос вы ими не купили.

— Я не пытаюсь знать всё.

Марк посмотрел на него, немного помолчал.

— Тогда будет легче работать.

На обратном пути в офис Александр встретил Льва. Тот нёс пачку бумаги, попросил придержать дверь. Александр взял половину пачки и пошёл рядом.

— Вы уже знаете? — спросил он.

— Про Марка? Да.

— Как думаете, нам станет труднее?

Лев переложил бумагу на стол Ирины, выпрямился.

— Завтра утром всё равно начнём с денег, которые есть, и обещаний, которые надо исполнить. Остальное выясним.

Глава 56. Последний рабочий день

На шестой неделе передачи Крылов освободил ящик стола. Не весь кабинет: часть бумаг забрали раньше, часть осталась Мельникову, который уже вышел и успел несколько раз не согласиться с Сергеем. Тот, впрочем, не уходил хлопнув дверью, а возвращался с расчётами. Александр считал это хорошим признаком и старался не говорить вслух слишком часто.

Утром разобрали последние вопросы. Что-то закрыли окончательно, что-то осталось с датой и именем ответственного. Крылов дважды произнёс «дальше вы сами», и оба раза Александру хотелось переспросить, хотя всё было понятно.

Володя к этому времени уже закончил здесь работу. Новое место собирался начать в согласованный с ними срок. Крылов не объяснял его решение и не извинялся за него; Александр больше не спрашивал.

После обеда Ирина принесла торт. Неловкий, слишком высокий для офисных тарелок. Константин пытался нарезать, крем лип к ножу; Вадим нашёл длинную линейку, но Ирина отобрала её раньше, чем кто-нибудь успел предложить всерьёз.

Собрались почти все, кто мог отойти. Сергей пожал Крылову руку, сказал что-то тихо. Лев подарил хороший карандаш и сразу предупредил, что это не повод забывать считать. Артём Борисович рассмеялся, положил подарок в карман.

Александр говорил последним. Хотел сказать о профессионализме, о результатах, о трудном времени, которое они прошли вместе. Посмотрел на человека напротив и выбрал другое.

— Мы сначала плохо представляли, как будем работать вдвоём. Спасибо, что не сделали это причиной не работать.

Крылов кивнул. Слова оказались короче подготовленных и, кажется, ближе к правде.

Проводить его Александр вызвался сам. Артём Борисович нёс небольшую коробку: кружка, настольный календарь, несколько личных вещей. У машины поставил на крышу, поискал ключи, снял снова, чтобы не поцарапать краску.

— Не звоните в понедельник в восемь, — сказал он.

— В девять можно?

Крылов улыбнулся.

— Если просто спросить, как дела.

Они пожали руки. Александр хотел добавить, что дверь всегда открыта, но не был уверен, имеет ли право превращать прощание в предложение возвращения. Пожелал удачи. Крылов сел за руль и уехал.

В офисе Мельников ждал его возле переговорной. Показал лист с вопросом, который они не успели закрыть утром. Александр выслушал, предложил зайти.

Прежде чем сесть, убрал со стула пустую коробку от торта. На столе оставалась полоска крема. Он вытер её салфеткой, повернулся к Мельникову и попросил объяснить, где именно тот не согласен с принятым решением.

Глава 57. Машина под воротами

Мельников положил лист на вытертый стол.

— Завтра утром забирают партию Руслана. По оплате у меня подтверждения нет. Есть ваше сообщение Николаю: «Пусть грузят».

Александр сел. Руслан звонил накануне. Сказал, что перевод задержится на несколько дней, попросил не держать машину: его собственный объект уже ждал. Они работали давно, и разговор закончился раньше, чем Александр успел придать ему значение решения.

— Я разрешил. Руслан заплатит.

— Тогда надо, чтобы Лев это увидел. И чтобы было понятно, на что мы с вами грузим.

Слова «мы с вами» прозвучали неожиданно. Александр привык отвечать за подобные разговоры один, иногда гордился этим. Теперь человек напротив не пытался отнять у него право согласиться, но отказывался оставаться исполнителем чужой фразы без её остального содержания.

Он позвонил Льву. Тот ещё был в здании, пришёл через пять минут. Не стал садиться, прочитал переписку, спросил, о каком именно сроке говорили.

— Несколько дней, — ответил Александр.

— Это до вторника или до конца недели?

Он не уточнил. Пришлось звонить Руслану снова.

За окном медленно темнело. Александр слушал гудки и смотрел на Мельникова, который перечитывал их короткую переписку. Человек, умевший объясняться с этим клиентом без лишних слов, час назад уехал с личной кружкой и настольным календарём. Но звонить Крылову не имело смысла: разрешение дал не он.

Руслан ответил из машины. Сначала подтвердил, что деньги будут, потом назвал следующий четверг. Лев поднял глаза.

— Мы на вторник рассчитывали получить от вас, — сказал Александр.

— Я тебе говорил, что задержка. У меня самого пока висит платёж. Саш, если начнёшь держать груз, я ещё и там попаду. Ты же вчера сказал, что можно.

Александр закрыл глаза на секунду.

— Сказал. Сейчас уточняем условия. Я перезвоню сегодня.

В трубке стало тихо. Затем Руслан произнёс:

— Только не делай вид, что я сам придумал твоё согласие.

После звонка Лев принёс расчёт. Дело было не в одной партии. На следующей неделе сходились несколько платежей, а поступления, которыми их собирались закрыть, ещё не стали деньгами на счёте. Руслан обычно платил вовремя. Ещё один клиент тоже обычно платил вовремя. На бумаге оба уже успели принять участие в расходах понедельника.

— Если груз не отпустим, деньги всё равно не появятся, — сказал Александр.

— Не появятся, — согласился Лев. — Но мы сможем решить, кому и что обещаем дальше. Сейчас у каждого в голове своя версия недели.

Договорились о частичной оплате перед выездом и точной дате остатка. Руслан согласился после долгого разговора. Полной суммы у него не было; часть он мог собрать. Дальше пришлось менять расчёт уже им самим.

Николай предупредил склад и перевозчика. Мельников записал, при каком условии машина уедет. Было почти десять, когда они поднялись из-за стола.

В прихожей офиса Александр достал телефон. Полина прислала фотографию открытой дорожной сумки: «Ты помнишь, что мы завтра в девять?»

Он помнил. Три дня, маленький дом за городом, её редкие свободные выходные. Бронь сделали ещё до последней недели Крылова.

Александр написал: «Помню. Буду». Потом посмотрел на закрытую дверь кабинета Льва, за которой всё ещё горел свет, и вернулся постучать.

Глава 58. Один чемодан

К девяти он приехал. Полина ждала у подъезда с сумкой и пакетом продуктов, в светлых брюках, которых он прежде не видел. В машине пахло свежим хлебом. Она поцеловала его и спросила, не слишком ли устал после проводов.

— Немного. По дороге отпустит.

Он не рассказал о платеже сразу. Хотел сначала получить хотя бы утро: выехать из города, услышать её смех, перестать быть человеком, который должен всем перезвонить. Убедил себя, что к моменту первого привала всё уже подтвердится.

Лев прислал сообщение через сорок минут. Частичная оплата Руслана пришла, машина уехала. По остальным поступлениям ясности пока не было. Александр прочитал на заправке, ответил, что будет доступен.

Полина стояла у кофейной стойки, выбирала между двумя булочками. Он подошёл, взял ту, на которую она указала, хотя есть не хотелось. Снаружи был тёплый ветер; в расщелине у бордюра росла маленькая трава, почти чёрная от дорожной пыли.

К дому добрались к обеду. Хозяйка показала, где включается вода, предупредила о скрипучей ступеньке и оставила ключ. Полина открыла окна. Занавеска поднялась, ударила по вазе с сухими ветками. Одна упала на пол; Александр поднял и воткнул обратно.

На час всё получилось. Они разобрали продукты, поели на маленьком крыльце, прошли к воде. Полина сняла обувь, осторожно ступила на нагретую доску. Александр фотографировал её на телефон и впервые за утро не ждал, что экран сейчас загорится другим именем.

Звонок пришёл, когда возвращались. Лев сказал, что второй ожидаемый платёж переносится. Пока без подтверждённой даты. На понедельник оставался разрыв, который вчера ещё надеялись закрыть обычным поступлением.

Александр отошёл к деревьям. Полина осталась на дорожке, держа босоножки в руке.

Они говорили пятнадцать минут. Рассматривали то, что можно было отложить без срыва, и то, чего откладывать нельзя. Александр пообещал быть в городе утром.

Когда вернулся, Полина уже обулась.

— Тебе надо уехать?

— Да. Завтра рано. Сейчас объясню.

Она выслушала, потом спросила:

— Вчера это уже было?

— Часть. Я думал, решим.

— Почему не сказал?

Он посмотрел на дом. Из открытого окна двигалась занавеска; всё, что они успели принести, уже выглядело чьей-то жизнью.

— Хотел поехать с тобой.

Полина кивнула. Поднялась по скрипучей ступеньке, убрала со стола хлеб. Александр пошёл следом.

— Ты можешь остаться. Я оплачу обратную дорогу, если захочешь не ехать со мной.

Она обернулась.

— Я знаю, что могу. Мне надо было знать, что еду сюда с человеком, который, возможно, завтра уедет. Я бы сама решила, как провести эти дни.

— Я не собирался тебя обманывать.

— Но решил за меня, что мне лучше пока не знать.

Она не кричала. Достала из сумки рабочий блокнот, положила на стол, затем убрала обратно. На этот раз её спокойствие не помогало Александру успокоиться.

Вернулись к вечеру. Полина предпочла поехать вместе, попросила отвезти домой. У подъезда он вынул сумку из багажника. Пакет продуктов она взяла сама.