Открой Врата В Неизведанное: Погружение в Миры Обмана и Волшебства!

Фей громко кашляет. Похоже, он сейчас испытывает примерно те же ощущения. Тяжко мужичку. Но сундучок он не бросает – тянет за собой по всей пещере.

– А чего сундук не бросил? – киваю.

– Издеваешься? – фей подгребает сундучок поближе к себе. Потом думает, сплевывает и толкает его ко мне. – Сам тащи. Единственный артефакт оставил целым. Даже у гоблинов я ничего не нашел. Всё в пыль, ну вот вообще всё. Кто так научить-то тебя мог, а?

– Это артефакт? – удивляюсь.

– А, обычный морозильный шкаф, небольшой только, для фиала брали. Черт! – судорожно лезет под свою тогу, быстро перекручивается в ней. – А нет! Моя сумка не пропала! – радостно выдыхает. Потом опять морщится, до него с порывом ветра, тоже долетают запахи из пещеры.

– Говорят, если пробыть в гоблинской пещере несколько суток, можно заработать отравление и галлюцинации, – откашливается фей.

– А чего раньше-то об этом не сказал? – недоумеваю я.

– А зачем? Что бы это изменило? Мы же не собирались там ночевать. Просто задержались чуток, благодаря кое-кому. Но так-то у меня этого в планах не было. – Фей по-хозяйски обходит меня сначала с одной стороны, потом с другой.

Делаю пару шагов вперёд и замираю перед обрывом.

– Эй-эй, ты куда? – фей, подпрыгивая, оббегает меня, и ручками останавливает за пару шагов до обрыва. – Спускаться лучше не здесь. Здесь крокодилы стартуют, – опять поправляется. – Стартовали.

Действительно. Не замечаю, как прохожу маленькую каменную площадку. Бросаю взгляд вниз. Фей-то вовремя меня останавливает.

Вытягиваю шею и смотрю вниз с обрыва. – если сделаю еще пару шагов, то лететь мне примерно с высоты пяти-шести этажей. Не меньше.

Буквально под ногами вижу густой лес. Деревья качаются, словно перешёптываются друг с другом. Там же, внизу, замечаю отблеск воды.

– А куда идти? – спрашиваю. – Ты знаешь дорогу?

– Конечно. Её тут нет, – фей ухмыляется. – Просто спускаться лучше с той стороны, – машет рукой, – там хоть ногу поставить можно.

– А как гоблины сюда залезали? – удивляюсь. Нет, ну правда, склон, на который машет фей, не то, чтобы пологий.

– Так на крокодилах же! – делает шаг ко мне Феофан и тычет пальцем. – Отсюда стартовали вниз, по склону залетали наверх. Чему ты удивляешься?

Вопросительно на него смотрю. Фей переминается с ноги на ногу и показывает мне на грудь:

– Ты, это… Может, посадишь меня в переноску?

Следую за взглядом своего попутчика и замечаю, что у меня за пазухой убрана тряпка, похожая на кенгурятник для младенцев. Она, кстати, единственная остается почти чистой после неожиданного взрыва крокодила.

– Сюда? Ты прикалываешься? Ты же, типа, летающий! – Оттягиваю тряпку и вижу две прорези под ножки.

– Типа, да, но тебе что, сложно, что ли? – настаивает фей. – Думаешь, тряпка просто так у тебя болтается, для красоты? Не трать время, закидывай, нам надо торопиться, – дребезжит фей и хмурит брови.

Затаскиваю его в переноску. Что удивительно – вес практически не ощущается, с таким же успехом я мог бы поднять котёнка. Тряпки тоже практически не оттягиваются. Либо он невесомый, либо я чего-то еще про себя не знаю.

– Говорят, путь чист, – торжественно провозглашает фей.

– Кто говорит? – не понимаю я.

– Да Лес-же. Кто ж ещё? Ты уже спрашивал меня об этом, когда сюда шли. Сейчас спустимся к озеру и ещё раз прислушаюсь, – фей утверждает это с такой уверенностью, что переспрашивать не хочется.

Ладно, пусть пока повисит. Правда относиться к нему я все же буду с некоторым предубеждением – больно странный тип. Плюс, никто не гарантирует, что мы с феем друзья. Враждебности я от него не чувствую, разве только секундное раздражение и то периодически. А своему мнению я почему-то доверяю абсолютно.

Фей вцепляется в лямки и недовольно сопит, когда его переноска касается моей грязной одежды. Да и самому мне неприятно, чего уж там. Пропотевшая рубаха, перепачканная чужой кровью, пеплом и грязью, прилипает к телу. В сапогах хлюпает неизвестная жижа. Даже не хочу знать, что это. Хочется поскорее ополоснуться и переодеться. Но если фей не врёт и внизу озеро, то мы сможем сделать это совсем скоро.

Подхожу к обрыву и ещё раз смотрю вниз. Деревья вырастают примерно до половины скалы, их верхушки я вижу отчетливо.

Для прыжка, конечно, высоковато и смертельно опасно, а вот спуститься вполне реально. На лице сама-собой появляется улыбка, когда замечаю сверкающий небольшой водоём. Вот там и отмоюсь. А если потороплюсь, то можно ещё и успеть просохнуть под жаркими лучами. Издалека кажется, что вода чистейшая. Ну, либо мне очень хочется так думать. Кстати, раз уж фей там у кого-то спрашивает…

– А вот там, мы, наверное, можем помыться? – уточняю у феи и киваю в сторону озерца.

– Наверное, иногда там можно мыться… Если поторопимся, рискни, конечно, – неуверенно отвечает он.

Оглядываюсь в поиске тропинки, но никак не могу понять, куда идти. Сразу после длинной площадки, крутой спуск. На его склоне, по идее, должна быть тропка, хотя бы небольшая. Гоблинам же нужно хоть иногда выходить из пещеры. Ну не верю, что они крокодилами только обходились. Хотя, судя по запаху в пещере, могли и не особо стремиться наружу.

– Пойдем, Вить, а? – просит фей, так и не убирая зубочистку из зубов.

Подхожу чуть ближе к зарослям, пробую спуститься. Камни скатываются, сапоги скользят, чудом удерживаюсь на ногах. Да еще чертов сундучок в другой руке постоянно бьёт по ногам. Несколько раз опасно скольжу по камням. Передо мной моргает радужное марево. Пока лечу по склону, успеваю подумать, что это в глазах мутнеет. Но как останавливаюсь – все пропадает. Второй раз марево появляется, когда поскальзываюсь на склоне. Хорошо, успеваю остановиться перед крупной сосной, а то в печататься в ствол было бы неприятно. И опять марево исчезает. Странный эффект.

Фей болтается в кенгурятнике и не к месту подсказывает, куда наступать. Но когда я смотрю вниз, вижу разве что его залысины. Постоянно борюсь с желанием вытащить его и пустить своим ходом.

– Аккуратнее, ты ж мне так глаза выколешь! – реагирует он, как только я прибавляю шаг.

Резко останавливаюсь возле огромной раскидистой ели, чтобы перевести дух.

– Не дрова несёшь, Витя! Давай спокойнее, – возмущается фей из переноски.

– А зачем ты мне вообще нужен? – задаю вопрос, который терзает меня большую половину пути. – Дорогу до озера я найду, помыться тоже сумею.

– А защищать тебя кто будет? – чуть ли не с наездом спрашивает фей и задирает голову, чтобы посмотреть мне в глаза. – Каждому магу положен свой фей, мы защищаем и предостерегаем. Без защитной магии тебе крышка. Понимаешь?

Ни черта я не понимаю. Именно это хочется сказать вслух, но губы сами отвечают:

– Понимаю.

«Скоро ты всё узнаешь. Не торопись» – возникает в голове давешний голос. Не дело конечно, голоса-то в голове. Но, похоже, сделать сейчас с этим ничего не могу.

Продолжаю путь и перебираю в голове вопросы. Некоторые из них даже удается произнести вслух:

– То есть каждый маг вправе выбрать себе фея?

– Ага, сейчас, разбежался. Мне тебя выдали на месяц. Нужно, значица, защищать. Вернемся – может, другого мага получу. Но каждый фей должен своего мага довести. Ты лучше судьбу не испытывай и от меня не отмахивайся, – бубнит фей и одновременно отбивается от проворных веток.

– В каком смысле довести? Ааагх! – хватаюсь за особенно смолистую ветку, подскальзываюсь опять.

– А в любом, – хихикает Феофан, когда я восстанавливаю равновесие. Потом прокашливается. – Шучу! Обычно задание выдают студенту после третьего курса, как практику. Точнее фею. Если маг фею подходит, то оставляют напарниками, нет – выдают нового мага. Вот и ведем.

– Ты уверен, что мага выдают фею, а не наоборот? – цепляюсь за некоторое несоответствие в словах мужичка.

– Конечно! – слишком быстро говорит Феофан. – А как же иначе? Вы ж без нас сгинете.

Пока спускаюсь, раздражаюсь всё больше. На фею, на гору, на камни и сундучок в руках. Да ещё чувство голода настроения не добавляет.

«Скоро ты все поймешь! – снова этот голос. Но теперь он сопровождается странной картинкой, которую пару секунд я практически проживаю. Как будто я болтаю в воздухе ножками и ручками, как у младенца. – Просто дождись. Все нормально. Ты в порядке!»

Опять? Да какой, блин, порядок⁈ Снова слегка вскипаю. Я в пепле гоблинов и какого-то крокодила, грязнющий, спускаюсь в зелено-фиолетовый лес в компании странного типа мне по колено! Какой нафиг, порядок⁈ А еще я почти ничего по этому поводу не чувствую, кроме раздражения.

Почти падаю, задумавшись. Поднимаюсь, и, наконец, скатываюсь к озеру.

Озерцо – небольшое, как с картинки. В свете солнца – голубая-голубая вода, рядом удобные спуски. От воды веет приятной прохладой. Я чувствую приятное спокойствие от картинки.

Не спеша снимаю прилипшую мокрую одежду. Захожу в водоем по колено, а фей почему-то остаётся на берегу. Возможно, не очень любит мыться? Кто ж его знает. К воде он даже не прикасается.

– Давай быстрее, – торопит меня фей.

Я не реагирую и тщательно отмываю грязь, перемешанную с кровью и пеплом. В данный момент на мне только сапоги. Снимать их нет никакого смысла – они и до этого вымокли насквозь. А так хоть защитят ступни от острых камней и мусора, если такой имеется на дне. А заодно ещё и прополощутся.

– Ты можешь намываться быстрее? – нервничает фей и почему-то оглядывается.

Мне торопиться особо некуда, поэтому снимаю с плеча висящую полотенцем рубаху и спокойно застирываю. Переноску замачиваю рядом и на всякий случай цепляю за руку, чтобы не уплыла и не утонула.

– Ты тут прачечную решил открыть? Совсем с ума сошел? Сейчас же рассвет! – практически кричит в мою сторону фей и отходит от берега.

– Кто ещё из нас сошел с ума? – ухмыляюсь и показываю рукой на ярко светящее солнце. – Какой ещё рассвет?

Фей не успевает ответить на мой вопрос, только пялится вглубь лазурного неба. Поднимаю голову и слежу за его взглядом – из-за горы показывается синеватый диск ещё одного солнца или спутника. Недоуменно смотрю на небо. Мне кажется, тут что-то неправильное. Уверен, что солнце должно быть одно, и вот такой синеватый круглый диск явно лишний… Хотя, да. Мир-то другой, это я уже понял. Небо тоже меняет цвет, становится глубоким и более ультрамариновым. Да и у деревьев вокруг появляются вторые тени. Меня словно касается тревожность. Становится как-то…более опасно, что ли. Но ненадолго. Вдох, и чувство опасности словно смывает светло-голубой водой. Ведь что может случиться в этом замечательном месте, да?

– Синий рассвет. Замри, приготовься.

Глава 3

Суп из осьминога заказывали?

Фей чуть подлетает над землёй. Стрекозиные крылышки едва шевелятся.

Они двигаются так лениво, что вывод напрашивается сам собой: магия. Сами такие крылья фея бы даже над землей не подняли бы. Феофан ведет себя предельно странно, поэтому особого внимания на его выходки не обращаю.

– К чему приготовиться? – на всякий случай переспрашиваю, так, для очистки совести. Мысли лениво перекатываются на волнах озерка.

– Пока не знаю, но опасность! Вокруг, здесь, там, не знаю! – Феофан кружится на месте. – Лес говорит – бегите!

Поворачиваюсь, но неподвижная гладь озера ничего плохого не предвещает. Да и разве может ли в таком месте что-то произойти? Так, я эту мысль только что думал. Секунду!

Нет. Спокойные воды озера. Голубые. Деревца, будто нарисованные, обступают водоём по кругу. Высоченные скалы закрывают местность от ветра, а солнце приятно пригревает. В тени деревьев можно даже вздремнуть. Опасностью и не пахнет. Все хорошо.

Фей нервно перетаптывается, вздрагивая, на песчаном участке.

– Да замри ты, ссс…собака! – Фей сильно беспокоится и жестами меня останавливает.

Не реагирую на его крики. Мой напарник подбегает к воде, но резко тормозит у самого берега. Бегает по краешку водоёма, не касаясь воды. Не понимаю, чего он так суетится? По-моему, райское место.

Будто подтверждая мои слова, под водой меня слегка поглаживает водоросль. Я стою в одних сапогах и чувствую под коленками едва заметную щекотку. На всякий случай сжимаю покрепче рубаху и разворачиваюсь к берегу.

– Медленно и плавно выходи на берег! – с ужасом шипит Феофан. Он перестает бегать по берегу и делает шаг назад. Бледнеет прямо на глазах.

Ну чего он боится? Здесь такое классное место. Можно целый день купаться и отдыхать. Заплыть поглубже, например.

Но это неважно, потому что щекотка поднимается от колен всё выше. Какое доброе озеро, оно хочет помочь мне помыться. Меня обволакивает нежное и заботливое тепло, хочется остановиться и полностью уйти под воду, мешают только нервные выкрики фея:

– Даже не думай! Не слушай его! Не ведись! Иди на берег. Медленно.

Я погружаюсь в некоторого рода блаженство и спокойствие. Страха или опасности не чувствую. Внутренний голос будто немного приглушен. Неторопливо делаю шаг к берегу.

– Вот так. Не торопись, – фей ладошками зовет к себе. – Еще шажок. Пожалуйста!

– Зачем? Здесь так хорошо! – зачерпываю воду и плескаюсь в фея.

Тот чуть морщится как обиженный карапуз.

От этой мысли я захожусь смехом, ведь он так забавен в своем странном беспокойстве! Перевожу дух и на секунду открываю глаза. От светло-голубой глади озера не остается и следа. Её сменяет бесконечное число тёмно-синих щупалец вокруг и огромные такие пузыри. Щупальца как в замедленной съёмке выползают на поверхность, а вода между ними в прямом смысле слова кипит.

Резко оборачиваюсь – озеро почти полностью превращается в кашу щупалец. Всего несколько десятков метров от берега остаются свободными, но и эта зона быстро сокращается.

То, что я принимал за нежные водоросли – тоже тоненькие щупальца. Они пытаются ухватиться за сапоги, но соскальзывают. За ноги зацепиться у них тоже не получается.

Меня будто выворачивает омерзением. Рвусь в сторону берега в облаке брызг.

Толстые щупальца явно тут же понимают, где я нахожусь. Прицельно выстреливают в погоню и почти успевают меня схватить.

Выбрасываюсь на берег, отталкиваясь от шевелящейся массы. Чувствую ее ногами. В полете переворачиваюсь, и это чувство омерзения пополам с ужасом, выплескивается из меня. Я отталкиваю и проклинаю руками все озеро огненными росчерками. Меня снова накрывает опустошение. Я успеваю прочувствовать каждый миг падения.

Запоминаю это, пока лечу, да и то, как набор картинок в калейдоскопе. Все сливается в одно. Темнота.

– Дорогая графиня, я осмотрел вашего наследника, – разговаривают два огромных человека. Обоих я вижу плохо, словно сквозь мутное стекло. Двигаться и говорить тоже не могу. Только мычу и агукаю – язык просто не повинуется. Руки и ноги тоже как-то странно отзываются, будто я их дергаю за ниточки. Но эта загадка пропадает сразу же. В поле зрения попадает моя ладонь – она совсем маленькая и пухлая как у ребенка. Размер людей тоже находит свое объяснение. Это не они большие, это просто я маленький.

– Да, Генрих? – отвечает теплый и родной голос. – Я только вам доверяю. Что же делать?

– Жаль, что ваш отец и мой друг не дожил до этого момента. Он бы объяснил вам сам – все же в нашей среде он долго крутился. В вашу семью пришла радость – родился маленький маг, а то, что вы наблюдали – это пробуждение его сил.

– Ох, Генрих, – женщина заламывает руки. – Мы же едва спасли нашего мальчика!

– Да, дорогая, но есть и иная сторона медали. Он первый в вашем Роду маг. И Сил ему дано очень много. А вы же помните, что у нас делают с очень сильными, но не умеющими себя контролировать детьми, правда?

– Что же делать⁈ Что же делать⁈ – женщина в отчаянии.

Хочу ей сказать, что я-то магию контролирую! Она как мягкий и тёплый котёнок ластится ко мне глубоко в груди. Я ее чувствую, как себя, и ничего страшного произойти больше не может. Просто магия испугалась сначала, а теперь мы вместе и все будет хорошо. Чувство непередаваемо.

Я все понимаю, но говорить еще не могу. И только руки и ноги двигаются все более и более хаотично.

– Видите, графиня, ему больно! И если мы не поступим как я предлагаю, он сожжет себя изнутри! Я ограничу его возможности. Сил мальчику хватит на то, чтобы закончить Академию и попасть в лейб-гвардию. А когда он станет старше, мы с ним постепенно снимем все печати с души. Он сможет прожить полноценную жизнь, а не сгорит, как крыло вашего замка.

– Почему же другим такие печати не ставят, Генрих?

– Наличие таких печатей – это секрет, только вам его открываю, как дочери моего друга. Да и почти бесплатная зарядка кристаллов королевству никогда не помешает. Так что просто невыгодны никому такие исследования. Не скрою, что ритуал очень опасный. Но больше для меня. Минусом для вашего сына будет только небольшой откат в развитии. Он начнет все заново, но я уверен – быстро нагонит своих сверстников.

– Ах, как же мой муж, Бастиан⁈ Он так гордится, что его сын опережает других детей! Виктор почти разумно агукает в нужные моменты, словно понимает нашу речь!

– Ну милая моя, решайте сами, что вам важнее: здоровье ребенка, или восхищение мужа. И решайте быстрее.

– Делайте, Генрих! Не могу видеть, как мой мальчик мучается!

– Ну вот и отлично, дорогая моя девочка! – убаюкивающим голосом наговаривает мужчина. – Ну вот и отлично. Все будет теперь хорошо! А когда Бастиан вернется с границы – я сам с ним поговорю, не переживайте. Тут я вам помогу.

– Ах, Генрих! Если бы не вы, я бы даже не знала к кому обращаться!..

Прихожу в себя, словно выныриваю из глубины. С этим придется разбираться. Да и с прошлой картинкой тоже: она неплохо дополняет предыдущую.

Удивительно, но мужчину из воспоминания я не воспринимаю как доброго человека. На мгновение мне кажется, что за его добродушным лицом скрывается злобная маска, хотя никаких предпосылок нет. Вроде бы полезное дело этот Генрих делает.

Кстати, теперь становится немного понятнее, что со мной не так. Ведь это было воспоминание, очевидно. Там я чувствовал себя так же, как сейчас. И мыслил так же. То есть я, кажется, понемногу начинаю возвращаться к себе? Наверное так. А то, что эмоций и удивления пока не густо, спишу на постепенное снятие этой самой печати, про которую говорил человек из сна.

Теория так себе, но в комплекте с недавним феем и крокодилом уже может считаться близкой к реальности. Принимаю за начальную точку.

Да и вот того ощущения ластящейся магии у меня сейчас нет. Только отзвуки, не больше. Но хотя бы знаю, к чему теперь идти.

С трудом разлепляю глаза. Вижу, как тот самый фей бегает по берегу озера и собирает камни. Или вовсе не камни? Приглядываюсь и понимаю, что в руках у моего попутчика самые настоящие куски щупалец.

Оборачиваюсь на озеро. Синее озерцо становится больше похоже на огромную тарелку супа из осьминога. По всему зеркалу озерца, тут и там, плавают куски разорванного чудовища, или чего там жило в озере, пены и водорослей.

Внутри полное опустошение. Бездумно смотрю на остановившегося фея.

– Живой? Тогда чего разлёгся⁈ Давай помогай! Я же чувствую, что с тобой всё в порядке! – фей опирается ручками на коленки, чтобы перевести дыхание. – Я, знаешь ли, зарядку на сегодня не заказывал.

– А что ты делаешь? – спрашиваю не без интереса.

– Как что? Тебе деньги не нужны? Мне вот нужны, – фей брезгливо оттягивает полу тоги. – Ты посмотри во что моя одежда превратилась! Да и перекусить не помешает, а то завтрак в желудке давно закончился. Хоть надолго этого деликатеса и не хватит.

Не сразу понимаю, о чем говорит фей. Подхожу к камням, куда он постоянно бегает, и вижу горку аккуратно нарезанных нежно-розовых кусочков. Поднимаю один. Выглядит довольно съедобным.

– Мы их прямо так есть будем? – спрашиваю на всякий случай.

– Если хочешь навсегда остаться тут, ешь. А я пожарю, – ухмыляется фей и садится под ближайшее дерево. – Ну, а что? Место красивое. Посетители каждый год новые. Скучно под ивами не будет.

– Шутник, – ухмыляюсь. – Мог бы просто сказать, что без обработки несъедобно. Чего развёл-то? Да и куда ты спешишь-то так?

– Дальше сам. – Фей глубоко вздыхает и вытягивает ноги. – Тебе будет попроще набить холодильник. Я слышал про такого монстра, к нам на кухню иногда его щупальца попадают. Если их не бросить в ближайшие четверть часа на лед, то все, что не обработано или не положено в холод, просто пропадёт. И не беспокойся, теперь это место совершенно безопасно, я чувствую. Так что можешь спокойно заходить в воду. А я пока эти кусочки пожарю.

– Где дрова возьмём? – осматриваю деревья, но сухих ветвей и листьев, как назло, не вижу.

– Какие дрова? А я тебе на кой? Сколько раз тебе говорить, что феи – лучшие кулинары во вселенной? – мужичок задирает подбородок и закидывает ногу на ногу.

Вот так новость! Но не успеваю я как следует обрадоваться, фей добавляет:

– Правда, я ещё не всем фокусам обучился у матушки, – опускает голову и водит пальцем по земле. – Умею только разогревать и поджаривать, – поднимает взгляд. – Но делаю это в лучшем виде!

Так и знал, что где-то кроется подвох. Через несколько минут становится ясно, что фей еще и несколько оптимистичен, когда говорит об идеальной прожарке.

Мужичок кладёт руки на небольшой плоский камень. Буквально через пару десятков секунд на нём уже шипит вода. Феофан быстро бросает кусочки щупалец на импровизированную сковородку.

Я же, как раз, пока он готовит, достаю из озера несколько длинных кусков монстра и почти набиваю сундучок.

Снова сажусь к фее. Есть чего-то очень хочется, скорее всего от переживаний, или просто время подошло, не знаю. Один кусочек у повара практически превращается в уголёк, а второй по-прежнему отдаёт сырой водой. Его, пожалуй, есть не буду. Выбора особого нет, поэтому пробую, что дают.

Нет, это не съедобно.

– Почти как у матушки! Скажи, вкусно? – обращается ко мне фей и незаметно откладывает свой кусок в сторону.

– Очень, – сдержанно отвечаю я, чтобы не обидеть Феофана. – Но если бы к нему еще соус какой-нибудь солёный…

– Так есть у меня соус! – Феофан быстро вытягивает из-под тоги поясную сумку и запускает туда руки по локоть. Вытягивает оттуда небольшую посуду с чёрным соусом. Как она туда поместилась – непонятно. Но на ум приходит фраза, сказанная глубоким голосом: «Это Магия, Гарри!». Кто этот Гарри, и причем тут совы я не понимаю. Точнее, не помню. Но пусть. Это Магия, Витя.

Хм, какой-то знакомый запах. Слегка макаю пережаренное щупальце в эту жижу. Откусываю. А съедобно. Не сказать бы, что очень вкусно, но вполне съедобно.

– Так, Феофан, ножик дашь?

– У меня нет! А тебе зачем? – нелогично уточняет фей.

– Да вот эти две палочки срезать. – Показываю на два прутика рядом с камнями.

– На! – тут же протягивает фей мне срезанные палочки. – А зачем тебе они?

– Ну смотри, так-то ты идеальный повар, вот только сковородка тебя подводит. – Показываю на горячий камень. Ерунду, конечно, говорю, но пробовать готовку фея чего-то больше не хочется. – Видишь, камень нагревается неравномерно, поэтому так странно и прожариваются кусочки. Давай, ты будешь следить за камнем, а я палочками ПО переворачиваю кусочки еды. Просто чуть-чуть помогу.

– Точно! Сковородка виновата! А я-то все думаю… – Фей радуется простому объяснению. – Ты это хорошо придумал! Давай!

Быстро обжариваю кусочки щупалец. С фейским соусом это даже почти вкусно. Более того, получаю второе дыхание. С каждым кусочком у меня появляется все больше сил – я восстанавливаюсь на глазах.

– Странная еда! – смотрю на очередной кусочек. – Я быстрее прихожу в норму, что ли?

– Ещё бы, это ж вроде местный деликатес – я его сразу узнаю. На кухне часто встречал – он для магов полезный. Вроде помогает восстанавливаться после серьезных трат. Может и отсюда привозят, – улыбается фей. Правда, недолго. Бросает взгляд на суп из осьминога в озере и тут же отворачивается. – Только теперь и не знаю, может больше привозить не будут.

Быстро дожевываю куски так называемого деликатеса и проверяю наполненность сундучка.

– Закинь в холодильник ещё несколько штук и пойдём, – тихо предостерегает фей. – Не стоит тут надолго оставаться, а то мало ли, местные нас тут заметят, вопросы начнут задавать… Что с озером? Что с животиной? Да и зачем нам сейчас новые знакомства? Тревожно что-то мне.

В этот раз я решаю к нему прислушаться.

Холодильник почти полон, но еще несколько кусочков щупалец туда я все же утрамбовываю. Все-таки, по словам моего попутчика, щупальца можно обменять на деньги или одежду. Да и нормально поесть потом тоже не помешает. Деликатес, действительно, будто испаряется изо рта и желудка. Даже привкуса не оставляет – только силы.