Тени близости

Несмотря на всю мою дружескую любовь к нему, он был весьма избалованным типом. Любил тратить деньги отца направо и налево. Ему было плевать на учебу, работу и все остальные важные аспекты жизни. Что касается девушек, то он их менял как перчатки. Его типажом всегда были брюнетки с огромным багажом знаний в области страстного и глубокого минета. К слову, цвет волос не являлся таким весомым аргументом, как второй. Красивые девушки всегда вешались ему на шею, надеясь удивить его своими умениями, дабы в следующий раз возглавлять список претендентов составить компанию высокому голубоглазому блондину.

О ком же он вчера говорил?

Я напряг свой мозг, как в нем всплыло имя одной девушки.

Кейси.

Его сестра, не заслуживающая этого слова. Бешенная и неугомонная девчонка, не знающая никаких правил приличия.

Первая наша с ней встреча была в доме Кайла, когда нам с ним было примерно двенадцать лет. Я охотно согласился на его предложение погостить у него в тот день, думая, что ему нужна моя поддержка, и полагая, что мое присутствие хоть как-то облегчит их знакомство. Позже я понял, что от меня ему требовалось совсем другое. Как бы это смешно ни звучало, в его мыслях было только желание похвастаться передо мной новым членом семьи. Не знаю, какую картину он рисовал в своей голове, но он искренне верил в то, что они подружатся. Она должна была рассказывать ему все свои секреты, он, в свою очередь, должен был отпугивать от нее парней, которые бы позже лезли к ней, а по вечерам они бы вместе смотрели кино, держа в руках бумажную упаковку приготовленного ими попкорна.

Я даже усмехнулся, вспоминая этот детский лепет. На тот момент я и правда ему завидовал, выслушивая предположения какой красивой, умной и веселой она должна была быть. Я единственный ребенок у отца и никогда не знал, каково это иметь сестру, но внезапный приезд Кейси означал, что у меня мог появиться еще один хороший друг из семьи Спенсеров.

Просто два наивных двенадцатилетних мальчика, которых она позже называла придурками, разрушая детские мечты Кайла и отчасти мои.

В голове всплывала наша первая встреча.

— Это она? — шепотом спросил у меня Кайл.

К дому подъехал серебристый Mercedes с тонированными окнами, а внутри сидела маленькая девочка, которую мы с Кайлом очень ждали. Был поздний вечер, и любые попытки разглядеть ее за затемненными стеклами автомобиля становились неудачными.

Машина затормозила на слегка заснеженной, прилегающей к дому дороге. Отец Кайла стоял перед нами, одетый в черное длинное пальто. Кайл в это время был по правую руку от меня. Мы были с ним одинакового возраста, но я уже обгонял его на пару сантиметров.

Когда водитель открыл переднюю дверцу машины, из нее первым делом высунулась маленькая ножка в узорчатых белых колготках и коричневых сапогах на размер больше положенного. Я даже почувствовал, как Кайл затаил дыхание, перед тем как милое личико Кейси предстало перед нами. На ней было теплое сиреневое платье, поверх которого надета куртка такого же цвета. Все было почти идеально, кроме ее взъерошенных белых локонов, собранных в небрежный хвост.

Ее лицо засветилось от счастья при виде украшенного желтыми фонарями особняка и громадной ели, находившейся в самом центре их придомовой территории. От удивления девочка даже слегка приоткрыла рот.

К ней подошел Генри. Узнав о ее существовании, он первым делом пригласил ее погостить у себя в доме.

Мы как вкопанные стояли в ожидании того момента, когда она шагнет в нашу сторону, пока мистер Спенсер, стоя пред ней на коленях, рассказывал про дом, указывая рукой на какие-то его детали.

После нашего пятиминутного ожидания она начала приближаться к нам.

Кайл, не отрываясь, с интересом разглядывал ее идеально выглаженное платье, а в его глазах уже металось желание подружиться и побыстрее рассказать, где он прячет дорогую коллекционную машинку своего отца, которая по неловкой случайности пропала во время благотворительного приема его партнеров.

Ее лицо резко изменилось при виде нас. Удивление затмило призрение.

— Привет, меня зовут Кайл. Папа сказал, что ты моя сестра. Это правда? — Она даже не успела до конца остановиться перед нами, как Кайл задал ей наиглупейший вопрос. Маленьким мальчикам свойственно волноваться, особенно когда их знакомят с новым членом семьи.

— Я тебе не сестра! — Она высоко задрала свой подбородок.

После ее слов я больше не видел в нем того Кайла, с которым был знаком. На лице больше не было той радужной улыбки, ее сменило полнейшее разочарование. Он знал, что этого дома было слишком много для него и отца, и человек, который должен был разбавить эти серые краски, только сгущал их.

Мы были старше нее, в то время как она была еще совсем ребенком. Таким капризным и привередливым ребенком. Кейси смотрела на нас так, будто мы и внимания ее не заслуживаем, что уж говорить о разговоре и знакомстве с ней.

Не успев ничего ответить, она развернулась, блеснув своими длинными растрепанными белоснежными волосами.

Два наивных двенадцатилетних мальчика, какими мы больше не являемся.

Я встречал в своей жизни много плохих людей, и попадались они мне достаточно часто, но ни один из них не относился ко мне с таким пренебрежением, как эта безмозглая девчонка. Я бы соврал, сказав, что меня не зацепила тогда эта ситуация, но, к сожалению, припрятанный тогда в моей куртке красивый цветок комнатной орхидеи завял, так и не удосужившись внимания человека, которому я хотел его подарить втайне от лучшего друга, чтобы произвести впечатление.

Резко переведя голову в сторону, я увидел спускающегося по лестнице ко мне Кайла. Его неуклюжая походка и заспанные глаза говорили о серьезном похмелье, с которым он обычно справлялся, добавляя в кофе секретный ингредиент в виде двадцатилетнего коньяка.

Друг завалился на диван.

— Я не сомневался, что увижу тебя здесь. В тебя будильник встроен? — произнес он.

Я сел напротив.

— Хреново выглядишь. Сколько часов ты поспал?

— Я и не ложился. — Он пожал плечами, как будто это ничего не значило. Вот только не выспавшийся Кайл — это тот же самый Кайл, но злой и выводящий меня из себя.

Не до конца был уверен в том, что стоит поднимать тему, связанную с Кейси. Кайл и правда был взбешен этой новостью, но если он хочет втянуть меня в какую-нибудь авантюру, то пусть расскажет, на что мне стоит рассчитывать.

— И что ты решил с Кейси? Мне нужно к чему-то готовиться? — в предвкушении веселья спросил я.

— Нууу… У папы припрятан коллекционный револьвер…

— Кайл!

Я ему не мамочка, но иногда хотелось отчитать его по полной за слабые мыслительные процессы. Думал, его головешка способна на большее. Воспоминания немного разогрели меня. И если хорошо все обдумать, я, возможно, даже соглашусь на его предложение о сухой мести.

— Она вроде не горела желанием связываться с вашей семьей, что же с ней случилось?

— А ты как думаешь? Она здесь только с одной целью — содрать с нас как можно больше денег. — Кайл скривился. — Ей не хватило тех, что мой папа дал в последний раз, и она решила закончить начатое. Отец пообещал переписать ей малую часть своей недвижимости в обмен на то время, что она проведет в доме. Какой дурак бы от такого отказался?

Я усмехнулся. Действительно.

Последний раз Кейси была в доме Спенсеров около года назад. Внезапно приехала просить денег на свое обучение, потому что достойна лучшей жизни. Кайл рассказывал какой надменной она была, и как показывала всем своим видом ненависть к нему и к главе семейства.

Это был второй — и я надеялся, последний — раз в жизни, когда мы ее видели.

Яхта стояла недалеко от берега. Не было ни ветра, ни волн, только тихое море и ярко палящее солнце.

Я стянул с себя белую хлопковую рубашку и шорты, оставаясь в одних боксерах, и подошел ближе к воде. Кайл продолжал что-то болтать на заднем фоне, только его внимание уже занимал недавно проснувшийся Бен.

Без оглядки я нырнул в воду, помогая себе руками уйти на несколько метров глубже. Больше не было слышно никаких разговоров, только полнейшая тишина.

— Почему ты так с нами разговариваешь? Что мы тебе такого плохого сделали? — возмущенно спросил я, пытаясь понять причину такой недоброжелательности.

Я словно был каким-то монстром, который застал ее в самый неподходящий момент. Кейси шарилась по кухонным ящикам поздно вечером, старательно разыскивая какую-то вещь, но мой наезд сразу же отвлек ее от этого дела.

Два не больших, а просто огромных глаза испуганно уставились на меня.

— Потому что вы плохие! И я не хочу с вами больше разговаривать. Особенно с тобой!

После этого она просто убежала, а на следующий день и вовсе покинула дом.

Глава 3

Кейси

Передо мной стоял большой двухэтажный особняк с четырьмя белыми колоннами. С двух сторон от входа, выдерживая безупречную симметрию, тянулись вверх большие черные окна. Ветер бил в лицо, пробирая до костей. Несмотря на всю окружающую роскошь, это место вызывало у меня самые неприятные воспоминания, которых я всегда старалась избегать. Лучше замерзнуть насмерть, чем ступить на порог этого дома и принять его правила.

— Что застыла? Вперед! — Громила толкнул меня в плечо, заставляя сделать первый шаг в направлении к дому.

Я не сдалась, я просто оступилась.

— Не расслышала?!

Еще один толчок, не сравнимый по боли с прошлым, и я все-таки сдалась.

Прекрасно помню тот день, когда последний раз была здесь. Тогда встреча с моим отцом, по его мнению, закончилась не очень удачно, однако я добилась того, чего хотела, и мне было наплевать, что обо мне подумают. Я нарушила пару законов, пробравшись на его территорию, но все же получила деньги, которые были нужны. И сейчас все больше осознаю, что пришло время расплачиваться за свою наглость.

Месяц назад отец позвонил мне, чтобы договориться о встрече. Всего один звонок, который я целенаправленно проигнорировала, и уже на следующий день некий адвокат по имени Ник Вилсон вломился без разрешения в дом, с милой улыбочкой заверяя, что дело не терпит отлагательств. Отнекиваться было бессмысленно, потому что тонкий намек, что мое неповиновение приведет к экстренным мерам, проскользнул быстрее, чем он успел представиться.

Все было уже давным-давно в прошлом, и я поклялась не ворошить эти глубоко закопанные воспоминания. И встреча с адвокатом отца должна была остаться там же. По крайней мере я на это надеялась.

Пряча голову в капюшон толстовки, я почувствовала, что к холоду добавился и страх. Тяжело признать, что я боюсь отца, его влияния, взгляда, который втаптывал меня в землю несмотря на то, что я уже давно не маленькая девочка, надеющаяся получше узнать своего отца.

Подъезжая к высокому многоэтажному зданию, находящемуся в самом центре города, я пыталась показать всем своим видом безразличие и твердость по отношению к этой встрече.

На улице шел сильный дождь, отчего мои волосы пришлось спрятать под капюшоном толстовки с эмблемой футбольного клуба «Детройт Лайонс».

Поднявшись на двадцать первый этаж офиса, адвокат приоткрыл мне одну из дверей, пропуская меня вперед. Я увидела отца, победоносно сидевшего за большим столом из темного дуба.

Скрывая свою мимолетную растерянность, сделала пару шагов вперед к нему, крепко сжав руки в кулаки. Все еще настоящая причина встречи была неизвестна.

— Кейси, присаживайся. — Рукой он указал на кресло с мягкой обивкой, явно сделанное в комплекте со столом. — Наш разговор не займет много времени.

Вразрез ожиданиям первая фраза прозвучала вежливо, но вот движения, взгляд не врут. Отец оглядел меня с ног до головы, после чего на губах появилась легкая насмешка. Еще бы, в последний раз я закатила ему такую истерику, что к его кабинету сбежалась вся охрана.

— Мы с тобой не с того начали, поэтому хочу попытаться исправить это недоразумение и предложить тебе выгодную сделку, которая изменит твою жизнь в лучшую сторону. Садись. — Последнее слово уже было жестче. Как приказ, скрытый обходительной улыбкой.

Я уселась напротив.

— Начну сразу с дела, — продолжил он. — Мы можем помочь друг другу. С недавних пор моя личность находится под пристальным вниманием всех крупных изданий, а мой авторитет на международном рынке повышается с каждой заключенной сделкой. По моей информации, люди, глубоко копающиеся в моей личной жизни, собираются слить в прессу всю информацию о тебе и твоей маме. Это просто неприемлемо, учитывая мой статус и прошлое твоей матери. — На мгновение мне показалось, что он забыл ее имя. — Я предлагаю тебе переехать на год жить ко мне домой. Взамен ты получишь деньги, которые тебе так нужны. Тебе ведь они нужны как никому, да, Кейси?

А кому не нужны деньги? Я могла усмехнуться от этого простого вопроса, но испытала только жалость к самой себе. Заманчивое предложение обогатиться ценой жизни с ненавистным мне человеком. Мне и вправду нужны были деньги, только вот проблема была в другом. Я никогда и ни под каким предлогом не буду помогать ему. Я его ненавижу.

Набравшись храбрости и почувствовав его зависимость от моего решения, я расположила руки на подлокотниках кресла. Старалась принять позу, которая помогла бы мне скрыть от него свою неуверенность.

— Я понимаю, к чему вы ведете. Если понадобится, я и моя мать — Миранда, — сказала я, делая явный акцент на ее имени, — будем все отрицать. Нам не нужны проблемы. Тем более, мы не намерены хоть как-то связываться с вашей семьей.

Мой ответ ему очевидно не понравился.

Встав со своего кресла, Генри повернулся ко мне спиной, разглядывая соседние небоскребы сквозь панорамное окно, по которому оживленно стекали капли дождя. В таком положении я не могла увидеть его эмоции.

Иногда я представляла, как на лице этого человека проявлялась хоть какая-то капля сожаления или, может, даже любви, но, к несчастью, это были только фантазии.

— Кейси… — Плечи мужчины напряглись. — Ты даже представить себе не можешь, насколько эта проблема надоела мне. У меня нет никакого желания упрашивать такую, как ты, мне помочь.

Такая, как ты. Все было сказано в этих трех словах. Словно прикованная к электрическому стулу, я почувствовала, как по мне прошелся убийственный электрический заряд.

— Я же сказала, что мы будем все отрицать.

Он развернулся, и я увидела тот самый взгляд. Разъяренный, как будто отец пытается сдерживать себя, чтобы не ударить. Я приказывала себе сидеть смирно и не дрожать.

— Как ты думаешь, что будет с моей фирмой и партнерами, когда наружу всплывет то, что у владельца «Спенсер Логистикс» есть дочь от гребаной алкоголички ПО ИМЕНИ МИРАНДА, которая вытворяла невесть что всю свою жизнь и имеет неплохой послужной список в полицейском участке! — крикнул он, яро желая унизить меня.

Я была права, что от этой встречи можно ожидать только одного исхода. Всего пару сказанных слов, и я в огне. Мне даже показалось, что вспыльчивость — это то единственное, что нас связывало. Последовав за его яростью, я привстала и твердо уперлась руками о стол. Я старалась всегда быть спокойной и рассудительной, но, если дело касалось меня и моей семьи, я безоговорочно дам отпор.

— Знаешь, мне глубоко наплевать на то, что будет с тобой и твоей фирмой, — заявила я. — Давай сделаем так, что эта встреча окажется последней. Ты ведь хочешь этого не меньше меня, Генри.

Я развернулась, направилась к выходу, но грубый голос заставил меня остановиться. В его руках слишком много власти над всеми — и, в частности, надо мной.

— У тебя, как и у меня, есть только один выход из этой ситуации, и я не собирался обсуждать его. Ты переезжаешь к нам, и мы строим из себя прекрасную ячейку общества, пока журналисты не успели разнюхать всю правду про твою с МИРАНДОЙ дешевую и убогую жизнь. Взамен за это страдальческое, по твоему мнению, время, ты получишь от меня пару объектов недвижимости. Они в дальнейшем будут приносить тебе хороший доход для твоего по-прежнему унылого существования. И будет именно так, как я сказал, иначе…

— Мне от тебя ничего не нужно! — сорвалась я. Я была слишком зла на него, чтобы дослушивать последнюю часть. Кровь била по венам, разжигая во мне еще большую ненависть. — Решай свои проблемы сам! Как я уже говорила, мы будем все отрицать. Можешь не переживать об этом.

Быстро выбежав из его кабинета, я залетела в лифт, в спешке нажимая первые попавшиеся кнопки. Была хорошая возможность назвать его ублюдком-отцом, но я струсила, убежала, выбрала более легкий путь, произнося это слово лишь в голове, а позже с трясущимися руками осознала, что он так просто это не оставит.

Почему все не могло быть иначе? Почему он такой?

Все должно было остаться в прошлом.

Его слова про то, что все будет именно так, как он сказал, оказались правдой. Громилы, похитившие меня и мою мать из дома, привели к его двухэтажному особняку, и я, как дура, иду умолять оставить мою мать в покое всем сердцем ненавистного мне человека.

В комнату меня проводил Джаред, один из «людей в черном» отца. Его имя я услышала в машине случайно. Второй громила, который ехал со мной на заднем сидении, остался внизу. Незаметно скрыться от них уже не получится. Камеры по всей территории, обход дома строго в назначенное время, и я, потерянная до такой степени, что все полученные ранее наблюдения только мешают мозгу мыслить.

Если в машине меня трясло от страха и непонимания, то сейчас колотло из-за осознания безысходности.

Но выход всегда должен быть.

Джаред распахнул дверь и грубо подтолкнул меня в проем. На его лице, исцарапанном моими ногтями, я не увидела ни злости, ни усталости — лишь безликую пустоту.

Теперь я повиновалась, не говорила, не плакала, ступала вперед, не давая им возможности видеть меня жалкой.

Услышав странные звуки, исходящие из коридора, я повернула на них голову и увидела две черные тени на стене, становящиеся все больше с каждой секундой. Сначала они больше походили на призраков, и, поверьте, я была бы на седьмом небе от счастья, если бы это оказалось правдой. Они не такие страшные по сравнению с отцом.

Первым появившимся человеком оказался какой-то работник, бережно тянущий за собой огромный чемодан. За ним, уткнувшись в телефон, следовал высокий парень.

Кайл.

Наши взгляды пересеклись, но лишь на мгновение.

Поначалу мне показалось, что в его глазах читалась лишь апатия, однако я ошиблась. В них горела все та же ненависть, что и раньше. С недовольством он отвернулся и продолжил идти.

Такой же красивый и самоуверенный, как в нашу последнюю встречу. Я никогда не считала себя очень привлекательной, но мы с ним были очень похожи внешне, а это о чем-то все-таки говорило. Правда его волосы были темнее на несколько оттенков, но разрез глаз и небольшой размер носа идентичны. Когда-то даже было больно смотреть в зеркало, потому что перед глазами появлялся его образ, а этот образ мне совсем не нужно было вспоминать. Однако за такой красотой скрывалось полное безразличие и ненависть ко мне.

Дверь за спиной захлопнулась, оставляя меня одну. Ключ сделал два поворота, и ручка затряслась от проверки, что я надежно заперта.

Я облокотилась спиной на дверь и соскользнула вниз, руками прижимая ноги к туловищу. Мысль, что я осталась одна в этом большом доме, полном презирающих меня людей, сняла побитую охраной броню. Моим слезам удалось взять верх. Они хлынули из глаз и удержать их было невозможно. Зажав рот рукавом толстовки, я старалась не издать ни одного звука. Этого и хотели от меня.

Я по-прежнему не знала, где находится мама, и это медленно убивало. Раньше она хотела, чтобы я жила в таком доме, чтобы у меня было много денег, и я ни в чем себе не отказывала. Беззаботный мир, в который она старалась меня впихнуть, оказался гнилым и жестоким. Мне нужна была лишь она. Как и сейчас.

Просидев на полу больше часа, я почувствовала, что ужасные мысли начали угасать.

Я искренне старалась верить, что нет ситуаций, которые невозможно решить, хоть сейчас положение и казалось почти безвыходным. Встав на ноги, я начала осматриваться, извлекая максимум полезной информации.

Комната была огромной по сравнению с той, где я жила восемнадцать лет. Она внушала несовместимое с моим состоянием спокойствие. Бежевые стены, белесый дубовый паркет, широкая кровать по центру, о которой я могла только мечтать. Конечно, она не сравнится с моим раскладным диваном с торчащими пружинами. Дома приходилось подкладывать одеяло, чтобы хоть как-то избежать боли по всему телу после сна. Помимо этого, комната была светлой. Лампы свисали с потолка, теснились у двери, стояли по обе стороны кровати. Странно, ведь меня могли запихнуть в чулан. Этого ведь все равно никто не увидел бы.

Я буду сильной, даже если от меня хотят другого. Быстро приведя себя в порядок, я уселась на край кровати, дожидаясь своего отца. Я знала, что он должен объявиться. По крайней мере, чтобы поглумиться надо мной и продиктовать свои правила. Слез больше не было, но тело дрожало от страха, который я продолжала испытывать с того момента, как к нам вторглись в дом по приказу отца.

Ублюдок.

Глава 4

Кристофер

Все как раньше. Ничего не изменилось за то время, что я провел в Атланте. Аромат свежего морского воздуха, насыщенного озоном, картины и вазы, висевшие и стоящие в тех же местах, что и всегда, очищенная до блеска, словно к ней никто не прикасался, мебель. Филипп, Джаред и Лиза. О боже, стряпня Лизы — это нечто.

Прилетев в Сиэтл, мы первым делом отправились домой к Кайлу, чтобы скинуть вещи и наконец нормально отоспаться. В самолете у меня толком не получилось поспать, в отличие от Кайла, забавно развалившегося на двух креслах сразу. Мне же нужно было немного сконцентрироваться на учебе, которую я не собирался откладывать. Не хотелось обременять Спенсеров своим присутствием в течение двух месяцев, поэтому в планах побыстрее решить свои дела и улететь к Софии, хоть она и не радовалась мне так сильно, как Кайл сейчас.

Сиэтл. Я чертовски сильно по нему соскучился.

Учитывая, сколько времени я проводил в детстве в этом доме, гостевая комната с видом на залив Тихого океана по праву считалась моей. Разместившись в ней, больше не мог сдержать восторга от возвращения в город, который будто принадлежал моей прошлой жизни. Жизни, с которой связаны как самые счастливые, так и самые печальные воспоминания.

Быстро разложив свои вещи, я принял душ, закрыл окна блокирующими свет шторами и провалился в сон.

Меня разбудили громкие непрекращающиеся стуки в дверь. Я даже на мгновение растерялся, подумав, что проспал больше положенного и очнулся только на следующий день после приезда. Быстро нащупав свой телефон, убедился, что дело шло к вечеру.

Я открыл дверь, прерывая надоедливый стук, принадлежавший, по моему мнению, такому же надоедливому человеку. Кайл стоял на пороге с двумя банками пива в руках, одетый в деловой костюм.

— Серьезно? — спросил я все еще заспанным голосом. — Скажи честно, ты начал что-то принимать, пока меня не было?

В ответ он только цокнул и, нагло отодвигая меня в сторону, протиснулся внутрь комнаты.

— Прикройся! — промямлил он. — Я не София, которая слюнки по твоему торсу пускать будет. — Он кинул в меня футболку.

Быстро натянув на себя кинутую мне вещь, я лег в исходное положение, взяв из рук Кайла банку.

Этот парень совершенно игнорировал тот факт, что я приехал сюда по делам, а не с целью пройтись с ним по всем клубам этого города, в которых я и так был много раз с момента своего совершеннолетия.