Разрушение

Альберт Дивный

Разрушение

Глава 1

Дом Хистов, стоявший в конце улицы, не выделялся из общего ряда. Двухэтажная постройка с торчащей трубой, устремлённой в небо, прилепившимся сбоку гаражом и маниакально подстриженной лужайкой. Ее неестественно изумрудный цвет резал глаз, будто сошел с рекламного буклета.

Марк слегка склонил голову набок и прищурился, окидывая взглядом свою работу. Трава была недостаточно короткой, недостаточно ровной. Лезвия, похоже, затупились. Нужно менять. Но сейчас – роскошь непозволительная. И без того пришлось вставать чуть свет, чтобы не пропустить… очередной раз.

Втаскивая газонокосилку обратно в гараж, Марк небрежно махнул рукой пожилой соседке. Женщина, склонившись над клумбой, что-то копала в земле, но никак не отреагировала на приветствие, хоть и смотрела прямо на него. «Ну и чёрт с ней,» – подумал Марк. Наверное, всё ещё дуется из-за постоянного шума. А чего она хотела? Дети часто шумят, а его дети – практически непрерывно.

Задвинув косилку в угол, Марк запустил двигатель своего внедорожника. Сдав назад на подъездную дорожку, он распахнул багажник. Окинув взглядом салон, Марк с удовлетворением отметил, что большая часть вещей уже на месте. Хорошо, что собрал всё ещё с вечера.

Посреди гостиной возвышались две огромные сумки и внушительный чемодан. Рядом беспокойно металась его жена Дана – высокая брюнетка, облаченная в черный спортивный костюм.

Присев на корточки, она извлекла из чемодана тугой сверток документов и впилась в каждый лист взглядом, полным тревоги. Спрятав документы обратно в чемодан, Дана устремила взгляд в окно, где на подъездной дорожке поблескивал серебристый автомобиль, увенчанный лыжами.

– Не могу отделаться от ощущения, что мы что-то забыли, – сказала она, обращаясь к мужу.

– Не беспокойся, дорогая, я всё проверил несколько раз.

Марк мягко приблизился к Дане сзади, обвил ее талию руками и оставил нежный поцелуй на ее шее. Растворившись в его объятиях, она обернулась. В ее глубоких, черных как смоль глазах плескалась безграничная благодарность к любимому.

– Как же мне с тобой повезло, – промурлыкала Дана, – просто не верится. Люблю тебя.

– И я тебя, моя хорошая, – ответил Марк, утопая в страстном поцелуе.

– Скорее бы в номер, – прошептала она, и от ее слов по телу Марка пробежала волна трепетных мурашек.

Как же он её обожал. С того самого момента, как впервые увидел её в школьном коридоре. Тогда он, пятнадцатилетний подросток, увлеченный компьютерными играми, случайно увидел эту новенькую, только что приехавшую с родителями из другого города. Марк дал себе слово, что она будет с ним, и сдержал его. Она стала его первой и единственной любовью, которую он вот уже двадцать лет обожал больше всего на свете, не считая двух прекрасных детей, подаренных ему этой удивительной женщиной.

Голоса дочери и сына донеслись сверху. Вскоре они появились на лестнице, крича и ругаясь друг на друга.

Ивонна, тринадцатилетняя светловолосая девочка с косой-ободком вокруг головы и голубыми глазами, унаследованными от отца, была облачена в синий джинсовый комбинезон. На спине у неё красовался розовый рюкзак, увешанный целой сокровищницей брелоков и наклеек. Марк никогда не постигал смысла этой традиции украшательства, но с радостью баловал Ивонну любой приглянувшейся безделушкой, лишь бы озарить её лицо улыбкой. Она же, в свою очередь, отвечала ему трогательной взаимностью, стараясь угодить отцу подарками, которые самостоятельно выбирала в магазине, на деньги, как правило, полученные от него же.

Позади сестры волочился десятилетний темноволосый Сами. На нём был серый джемпер и мешковатые штаны. Чемодан, явно непомерный для него, лениво шлёпал по ступеням, стирая последние пылинки с их поверхности.

Марк моментально распознал причину очередного столкновения между братом и сестрой. В их доме было всего две ванные комнаты: одна, которую они делили с женой, другая – предназначенная для детей. Обычно мальчики не злоупотребляли временем, проведенным в этом помещении, в отличие от девочек, но Сами отличался рядом навязчивых привычек, в особенности касающихся чистоты рук.

– Мам, да он опять ломился в дверь, как одержимый! – в голосе Ивонны клокотало возмущение. – Скажи ему, пусть прекратит это делать!

– А ты не запирайся на полдня! – не остался в долгу Сами.

– Угомонитесь оба! – Дана выступила миротворцем. – Дорогая, ты же знаешь, у твоего брата есть… особенности.

– Скорее уж причуды психа, – надменно фыркнула Ивонна.

– Сама психованная! – огрызнулся Сами.

– Тихо, тихо! – Дана встала между детьми, обнимая их за плечи. – Никто из вас не псих! У всех свои привычки и слабости. К сожалению, мы пока не можем позволить себе личную уборную для каждого. Так что будьте любезны найти компромисс и научитесь, наконец, уважать личное пространство друг друга!

Дети, насупившись, отвернулись. Дана выждала, пока страсти немного утихнут, и заговорила мягче:

– Сынок, а почему ты не пользуешься нашей ванной, если есть такая возможность?

– Я думал, нам запрещено туда заходить… Вы сами так говорили, когда мы переехали…

– Никто вам ничего не запрещал, – удивилась Дана. – Мы просто разграничили, каким помещением пользуемся мы, а каким вы.

– Мам, ну ты чего, – вставила Ивонна. – У него же всё своё… Не дай бог вилку или тарелку взять…

– На крайний случай можно руки на кухне внизу помыть, – вклинился в разговор Марк. – А твоя сестра, кстати, могла бы и не запираться каждый раз. – Ивонна испепелила его взглядом. – Я имею в виду, – поспешил он пояснить, – если зубы чистишь или что-то вроде того…

– Папа совершенно прав, – поддержала Дана, заметив, как Марк постучал по часам, напоминая о времени. – В следующий раз попробуйте один из этих вариантов.

Марк с трудом втиснул в багажник самые тяжелые сумки, не поместившиеся в салоне. Заталкивая чемодан Сами, он почувствовал легкую боль в пояснице – настолько тот оказался неподъемным.

– Сынок, да что ты туда напихал? – спросил Марк, потирая больное место.

– В основном сменная одежда, – ответил Сами.

– Не думал, что у тебя столько вещей…

– Ну… ещё я взял туристический набор для выживания, который дедушка подарил, и мощную рацию, на случай, если нас лавина завалит.

Лицо сына было абсолютно серьезным, и Марк понял, что тот не шутит.

– Подготовился основательно, – улыбнулся Марк, похлопав сына по плечу.

Дети, демонстративно игнорируя друг друга, уселись на заднее сиденье и тут же уткнулись в смартфоны.

Дана закрыла входную дверь и уже направилась к машине, но вдруг увидела пожилую соседку, застывшую на их участке. Женщина выглядела разъяренной и словно ждала, чтобы на неё обратили внимание. Дана удивилась, что та не подошла ближе, а просто стояла на месте, не двигаясь, даже когда её заметили.

– Вы что-то хотели? – спросила она у соседки.

Соседка не шелохнулась. Марк, уже собиравшийся сесть за руль, заметил странную сцену и на всякий случай ещё раз помахал соседке рукой. Старушка никак не отреагировала и с маниакальным упорством продолжала буравить взглядом пустоту. На её лице все так же застыла гримаса гнева и раздражения, но никаких действий она не предпринимала.

– Милый, мне кажется, с ней что-то случилось, – с тревогой сказала Дана.

– Это не наша проблема, – отмахнулся Марк и жестом поторопил жену в машину.

Пока Марк закрывал гараж и выезжал со двора, соседка продолжала неотрывно смотреть в одну точку.

– Может быть, ей нужна помощь, – взволнованно произнесла Дана, наблюдая за неподвижной фигурой в боковое зеркало. – Я впервые вижу её такой…

– Странно, а мне казалось, она всегда такая, – сказал Марк. – Ещё с первого дня, как мы сюда переехали. Может, таблетки забыла принять.

– Наверное, всё-таки стоило вызвать скорую или позвонить в социальную службу.

– В таком случае, дорогая, мы доберёмся до места ближе к полуночи и пропустим все вечерние мероприятия.

– Ну, всё же что-то с ней не так…

– Успокойся, милая, сомневаюсь, что она проявила бы такое же участие, окажись мы на её месте.

– Ты имеешь в виду, если кто-то из нас вдруг зависнет на одном месте посреди белого дня? – шутливо спросила Дана.

Марк хотел было что-то возразить, но осознал абсурдность сказанного и расхохотался. Дана не сдержалась и последовала его примеру. Ивонна и Сами синхронно оторвались от экранов и, нахмурив лбы, недоуменно переглянулись. Решив, что это очередные взрослые странности, они снова погрузились в свои телефоны.

– Так что Кокс думает насчёт твоего повышения? – поинтересовалась Дана, бросив мимолётный взгляд на мужа.

– Сказал, что я молодец и нужно продолжать в том же духе.

– Вот же лицемерный…

Дана осеклась, резко взглянув в зеркало заднего вида, встретившись глазами с Ивонной, которая с лукавым интересом ждала от матери нарушения ею же установленного запрета на крепкие выражения.

– Согласен, – кивнул Марк. – Сорсьерри его знатно припугнул. Он несколько дней ходил как потерянный.

– Ох, хотела бы я увидеть его лицо в тот момент, – усмехнулась Дана.

– Что-то вроде этого, – Марк скорчил гримасу.

– Это скорее похоже на лицо человека, съевшего кислый лимон, пролежавший несколько месяцев на солнцепёке.

– Последнее время у него частенько такое лицо, – усмехнулся Марк.

– Сам виноват. Кто-то пашет, а кто-то плетёт интриги за спиной.

– Да теперь у него выбор невелик, придётся работать под моим началом, – Марк с чувством потёр ладони. – Да-а, вот же повезло! Столько лет я к этому шёл!

– Я очень рада за тебя, дорогой, – сказала Дана, нежно положив свою руку на его. – Ты действительно заслужил это повышение.

Блистая в лучах утреннего солнца, серебристый внедорожник катил в сторону шоссе. Позади остались уютные пригородные улицы и деловой центр города с возвышающимися в небеса зданиями. Спустя пару часов они проезжали мост, тянущийся через реку на несколько километров, а ещё через три началась лесная дорога – финишная прямая, ведущая к горнолыжному курорту Альпен-Крик.

Марк уже бывал здесь, когда дети были крохами. Тогда, оставив их на попечение бабушки, они с Даной сбежали сюда вдвоём. Катание на лыжах, купание в термальных источниках, а также разнообразие развлекательных программ для всех возрастов – Марк запомнил ту поездку до мельчайших деталей. Теперь он жаждал разделить эти драгоценные воспоминания со своими повзрослевшими детьми.

Он планировал добраться на место после обеда. Пара часов на заселение – и вечером вся семья соберётся за ужином в просторном зале отеля. Живая музыка, аромат восхитительной еды и обволакивающая атмосфера уюта – вот о чём мечтал Марк после утомительных часов за рулём. А завтра… завтра их ждали искрящиеся в лучах солнца горные склоны.

Когда показались заветные вершины, сердце Марка забилось чуть быстрее. Эти голубоватые исполины, казавшиеся чем-то неземным, по-прежнему пробуждали чувство детского восторга. Оставалось совсем немного. Какие-то пара часов – и они окажутся в Альпен-Крике.

Дети, проспавшие первые часы дороги, проснулись и, как по команде, погрузились в мерцающие экраны смартфонов. Сами вновь сражался в своей любимой стратегии, а Ивонна яростно печатала, барабаня пальцами по сенсорной клавиатуре.

– Сынок, ты бы не налегал на газировку, от неё зубы портятся, – сказал Марк, наблюдая в зеркало, как Сами уже в который раз прикладывается к бутылке.

– Надеюсь, ты взял сменные штаны, – поддела брата Ивонна.

Румянец густо залил лицо Сами.

– Это всего раз было! – выпалил он. – И то во сне! Это с каждым может быть!

– Ага, конечно, – Ивонна не унималась, наслаждаясь смущением брата. – Со мной-то такого не было. Да и никто из моих подруг по ночам в кровать не писается.

– Да кто ж тебе признается!

Ивонна расхохоталась, запрокинув голову.

– Вот ещё, оправдания себе нашёл, зассанчик!

– Отстань ты! – вскипел Сами, толкнув сестру в плечо.

– Ай! Больно! Ты…!

Дана обернулась на заднее сиденье и принялась разнимать детей, устроивших настоящую потасовку.

– Эй! А ну-ка, хватит! – возмущалась она.

– Чего он дерётся? Знаешь, как больно? Мелкий, а бьёт сильно!

– Конечно, дорогая, он же мальчик… – Дана со строгой нежностью посмотрела на сына. – Поэтому бить девочек очень плохо!

– Она обзывается!

– Милая, перестань дразнить брата…

Наблюдая вполглаза за этой перепалкой в зеркало заднего вида, Марк вдруг заметил, как мимо проплывает дорожный указатель. На нем красовалась надпись: «Добро пожаловать в Брекенбридж. Население 5000 человек. Основан в 1890 году». Марк бросил взгляд на навигатор – на экране действительно отображался небольшой городок с этим названием. «Странно, – подумал он, – кажется, в прошлый раз я не видел здесь никакого Брекенбриджа».

Марку показалось, будто кто-то щелкнул волшебным переключателем, и окружающий дорогу лес преобразился. Лиственные деревья вдруг уступили место смешанному лесу, высокие клены чередовались с величественными елями, и земля была усыпана огромными шишками размером с кулак. Марк готов был поклясться, что несколько раз видел, как дорогу перебегали зайцы и олени. Природа этих мест поражала своей нереальной, почти сказочной красотой.

– Пап, останови, пожалуйста, я писать хочу! – донеслось с заднего сиденья.

– А тебе говорили много не пей, дурачок! – Ивонна с ехидной улыбкой посмотрела на брата.

– Сынок, ты не сможешь немного потерпеть? Осталось совсем чуть-чуть.

– Нет, пап! Я очень сильно хочу!

– Пап, останови! Сейчас зассанчик все сиденье обмочит! – воскликнула Ивонна, и в голосе ее уже звучала настоящая тревога.

– Останови, дорогой, я тоже не прочь размяться, – поддержала Дана.

– Хорошо, сейчас…

Марк выбрал укромное место и припарковался на обочине. Всего в десяти метрах зияла лесная чаща, такая густая и темная, что казалась черной дырой, поглощающей любой проблеск света. Сами, словно сорвавшись с цепи, выпрыгнул из машины и во всю прыть помчался к лесу.

– Сынок, далеко не забредай! – крикнул ему вслед Марк, не скрывая беспокойства.

Дана, не найдя ничего более подходящего поблизости, неспешно поплелась следом.

Марк выбрался из машины с явным намерением размять затёкшее тело. Особенно мучительно ныла поясница и саднила задница, онемевшая от долгой дороги – не спасала даже функция массажа, встроенная в сиденье. Он выполнил несколько широких вращений плечами, энергично присел пару раз, и почувствовал, как напряжение немного ослабевает.

Ивонна, казалось, пребывала в ином измерении, не замечая ни остановки, ни его возни снаружи, продолжая неподвижно сидеть в салоне.

– Милая, посмотри, какая красота! Деревья словно подпирают небеса своими верхушками!

– Ага… – отозвалась Ивонна, даже не взглянув в его сторону.

– Давай-ка вылезай! – скомандовал Марк, в голосе звучала строгость, смягченная отеческой добротой.

Осознавая, что отцовское упрямство не сломить, девочка с показным раздражением закатила глаза и с неохотой выбралась из машины. Прислонившись к холодному металлу двери, она, не отрываясь, продолжила сверлить взглядом экран смартфона, словно там заключалась вся вселенная.

– А воздух какой! – Марк с наслаждением вдохнул полной грудью. – Просто невероятный! Надо чаще выбираться на природу!

– Угу.

– Да оторвись ты наконец от своего телефона! – Марк обнял дочь за плечи, и ей ничего не оставалось, кроме как поднять глаза. – Когда ты еще такое увидишь?

– Не знаю… Может, по телевизору или в интернете?

– Ох, тоже мне… Вживую это совсем другое!

– Ну не знаю, пап… Деревья – они и деревья, что в них особенного? Они же повсюду. Даже на нашей улице их полно.

– Да уж, ваше поколение ничем не удивишь… – разочарованно пробормотал Марк. – Вы родились в такое время, что почти с рождения с гаджетами и интернетом под боком. Ничего вокруг себя не замечаете…

– Пап, только не начинай опять про пропавшее поколение, – скривилась Ивонна. – Ты же сам тестировщиком работаешь. С технологиями как-никак дело имеешь. Я понимаю, когда дедушка такое говорит. Но ты… Видимо, у вас это семейное.

– Дедушка о другом говорит. У него мир словно в серых тонах, одна сплошная неприязнь, – Марк нахмурился, словно поймал осколок льда. – А я, наоборот, восхищаюсь миром: его красками, звуками, всем спектром ощущений. Может, это оттого, что я с технологиями работаю, и мне просто не хватает всего этого.

– Рада, что хоть тебе эта поездка в радость, – Ивонна тронула его руку с легкой улыбкой.

– Вот приедем на место, тогда и ты расцветешь, обещаю, – Марк прижал дочь к себе и поцеловал в макушку.

Случайный взгляд на экран телефона Ивонны выхватил калейдоскоп сердечек в переписке.

– Слушай, просто любопытно… Кто это у нас там такой любвеобильный? – спросил он, стараясь сохранить непринужденный тон.

– Да никто особенный… Подружки, – Ивонна проворно спрятала телефон в карман.

Марк уловил нотки фальши в ее голосе. Неужели с подружками переписываются, осыпая друг друга эмодзи в виде сердечек?

– И что же обсуждаете? Секреты какие?

– Пап, ну какая тебе разница? Тебе правда интересно, о чем мы там болтаем?

– А вдруг там мальчишки на горизонте?

– Пап, ну что ты такое говоришь! – щеки Ивонны вспыхнули румянцем.

Марк понял: попал в точку.

– Скажи честно, я не буду злиться.

– Честно-честно!

– Слишком быстро ответила, – Марк прищурился, глядя на дочь. – Значит, точно что-то скрываешь.

– Ну, пап… Не выдумывай, – Ивонна смущенно улыбнулась, но улыбка вышла натянутой.

– Ты совсем врать не умеешь, у тебя все на лице написано.

– Ничего там не написано!

– Написано, еще как! – Марк шутливо ткнул пальцем в ее лоб. – «Я встречаюсь с мальчиком и скрываю это от папы». Вот видишь, все как на ладони!

– Очень смешно, – Ивонна скорчила гримасу, больше похожую на смущенную улыбку.

Марк продолжал сверлить ее взглядом, сохраняя серьезное выражение лица. Ивонна ответила тем же. Натянутое молчание треснуло от внезапного взрыва хохота.

– Только скажи, мама уже в курсе? – спросил Марк, крепче обнимая дочь.

– Нет, пап, что ты! Она ни о чем не подозревает.

– Ладно, сделаю вид, что поверил.

Но и на этот раз удержаться от смеха удалось лишь на пару секунд.

– Я думала, ты ругаться будешь, – сказала Ивонна, прижимаясь щекой к плечу отца.

– Не могу сказать, что я в восторге от этой новости. Честно говоря, я ожидал, что это произойдет года через два.

– А как вы с мамой познакомились? В каком возрасте?

– Гораздо позже, в старшей школе. Нам тогда лет по пятнадцать было.

– Ну, понятно, почему ты так думал.

– Видимо, сейчас дети раньше взрослеют…

– Да чего такого-то? Мы просто гуляем вместе.

– Ну и слава богу…

– А ты что-то другое ожидал?

– Э-э… Ну, не знаю… Вы уже целовались?

– Пап, ну что за подробности!

– Ладно, ладно, прости…

– Прощаю, – тихо сказала Ивонна, снова прильнув к отцу.

Утренний штиль сменился яростным натиском ветра. Лес, словно обезумевший танцор, исступленно раскачивал деревья в диком вальсе. Вокруг, если не считать едва слышного шепота трещащих веток, царила звенящая тишина – густая, всепоглощающая, словно звуконепроницаемый кокон.

Внезапно этот первозданный покой разорвал отчаянный женский крик, такой оглушительной силы, что по коже Марка и Ивонны пробежала волна ледяных мурашек, а кровь застыла в жилах.

– Это мама… – прошептала Ивонна, вцепившись в рукав отца.

– Оставайся здесь! В машину! – рявкнул Марк, бросаясь в сторону леса.

Он бежал, продираясь сквозь колючий кустарник и цепкие ветви. Они хлестали по лицу, но Марк уже не чувствовал боли. В голове, словно заезженная пластинка, звучал крик Даны, заставляя сердце биться в паническом ритме. Какого чёрта они забрались так далеко?

Время растянулось в мучительную вечность. Наконец, сквозь просветы между деревьями, он увидел её, склонившуюся над чем-то на земле.

Он рванулся вперёд. Дана услышала его приближение и обернулась. Лицо её было искажено болью и залито слезами. В животе у Марка все оборвалось – сердце рухнуло куда-то в ледяную бездну.

– Скорее! Это Сами! – Голос её дрожал на грани истерики. – Я хотела позвонить, но здесь нет связи!

Мальчик лежал неподвижно на траве. Лицо его было мертвенно-бледным, а лоб покрыт липким потом.

– Что случилось?! Что с тобой, сынок?! – закричал Марк, падая на колени рядом с ним.

– Мне кажется, что-то с левой ногой… – прошептала Дана дрожащими губами.

Марк осторожно взял Сами за ногу, и мальчик вскрикнул от острой боли. Аккуратно закатав штанину, Марк увидел на щиколотке багровую опухоль, пульсирующую жаром воспаления. На ней виднелись два небольших прокола.

– Похоже, змея укусила… – прошептал Марк, чувствуя, как лед сковал его внутренности.

Дана прижала ладони ко рту, пытаясь сдержать крик ужаса. Слезы хлынули из её глаз неудержимым потоком.

– Нам нужна больница… как можно скорее… – выдавил из себя Марк, с трудом справляясь с дрожью, охватившей всё тело. – Кажется, по дороге был городок.

Он подхватил Сами на руки и побежал назад к машине. Ноги его подкашивались от выброса адреналина, дышать становилось всё труднее, но при этом как будто невидимая сила заставляла двигаться вперёд, превозмогая боль и неудобства. Дана бежала следом, спотыкаясь и падая. Ветер развевал её волосы, а ветви хлестали по лицу, оставляя грязные дорожки из туши и слёз.

Ивонна вопреки указанию Марка суетилась возле машины. Увидев неподвижное тело брата на руках отца, она застыла, словно парализованная.

Марк бережно уложил сына на заднее сиденье. Ивонна так и не шелохнулась.

– Быстро в машину! – Он потряс дочку за плечи, пытаясь освободить от ступора. – Залезай! Ну же!

– Что с ним, папа…? – прошептала она.

– По дороге расскажем!

Сами вытянул укушенную ногу в сторону двери, а голову положил на колени сестры. Глаза его закатывались, дрожь пронзала всё тело. Ивонна со слезами на глазах нежно приглаживала его волосы.

Марк дрожащими руками нашёл в навигаторе Брекенбридж. Обнаружив на карте значок больницы, он вбил адрес и втопил педаль газа в пол, молясь всем богам, чтобы они успели.

Превышая скорость почти в два раза, Марк судорожно думал о последствиях. Ему меньше всего хотелось объясняться с местной полицией. В захолустных городках не любят приезжих, и вряд ли будут церемониться с нарушителем.

Брекенбридж оказался ближе, чем казалось. Но стоило им выехать в город, как навигатор словно взбесился: картинка то и дело зависала, экран рябил помехами, куски карты пропадали в никуда. Марк сбросил скорость и впился взглядом в экран, пытаясь понять, куда ехать.

– Здесь какая-то сумеречная зона! – возмущалась Дана, глядя в свой смартфон. – GPS не работает, связи нет! Всё началось ещё в лесу!

– У меня тоже ничего! – в панике крикнула Ивонна с заднего сиденья.

Марк отчаянно искал прохожих, чтобы спросить дорогу, но улицы были мертвы. Словно все пять тысяч жителей растворились в воздухе. Мимо проносились машины, ярко горели вывески магазинов, на дверях красовались таблички «Открыто», но ни души поблизости. Кто-то мелькал в отдалении, скрываясь за поворотом, кто-то заходил в здания. «Проклятое место!» – пронеслось в голове Марка.

Когда терпение было на исходе, им всё-таки удалось найти человека, который подсказал, куда ехать. Марк, цепляясь за хрупкие остатки надежды, направил автомобиль по указанному адресу.

Трёхэтажное здание, выкрашенное в белый цвет, с вывеской «Больница Брекенбридж» возвышалось там, где и следовало. Марк остановил машину как можно ближе ко входу, к счастью, на парковке оказалось несколько свободных мест.

Автоматические двери шумно открылись, и Марк, неся Сами на руках, ворвался внутрь. За ним бежали Дана и Ивонна.

– Помогите! Пожалуйста, нам срочно нужна помощь! – кричал запыхавшийся Марк, оглядываясь по сторонам.

Пожилая пара с лицами, искаженными тревогой, приблизилась, предлагая помощь.

– Помогите ради бога! – продолжал кричать Марк. – Позовите врача скорее!

Дана с дочкой подбежали к регистрационной стойке. Женщина, сидевшая за ней, держала трубку у уха и наблюдала за происходящим.

– Позовите, пожалуйста, врачей! Моего сына укусила ядовитая змея! – кричала Дана, голос её срывался на всхлип.

– Я уже вызвала помощь! Прошу, успокойтесь! – отрезала женщина, кладя трубку. – Врач сейчас будет!

Минуты тянулись мучительно долго. Наконец появились двое санитаров с каталкой. Следом подоспела медсестра. Мальчика мгновенно переложили на каталку. Холодный луч фонарика скользнул по зрачкам.