Эфирит. Возвращение в Край

Внезапная боль в левой руке заставила девушку вздрогнуть. Она было дело схватилась за неё другой рукой, но коснулась своего плеча. Левой руки не было.

В какой момент Аша её лишилась, она не помнила. А в Улье она всегда носила несъёмный протез, невероятно похожий на настоящую конечность.

— У вас фантомные боли? — спросил автоматон, слегка наклонив голову. Его волосы в лучах свечи блеснули золотом.

— Да, опять, — обречённо выдохнула Аша, закусив от боли губу так, что из неё потекла кровь. Она подтянула колени к груди и снова улеглась на кровать.

— Я могу вам помочь?

— Нет, всё хорошо. Я справлюсь, — боль в несуществующей руке немного ослабла. Девушка облегчённо выдохнула. — Мне сегодня приснился невероятный сон.

Ашима уже взяла себе в привычку рассказывать всё о своих воспоминаниях. Ей хотелось убедить автоматона в том, что мир с драконами существует, а она была одной из тех, кто жил в этом мире. А может, ей хотелось убедить саму себя? Филипп всегда внимательно её слушал, но не верил. А она? Верила, а точнее знала и чувствовала, что Солли, её дракон, был. Ритуал существовал, как и её настоящий дом. Где-то далеко и очень глубоко.

Единственное, что расстраивало, — Ашима не сможет вспомнить абсолютно всё, со слов Филиппа. Но ведь он может ошибаться?

Тяжёлые размышления были прерваны открывшейся деревянной дверью из потрескавшихся плах. Ашима села в кровати, поморщившись от фантомной боли. В комнату вошёл широкоплечий юноша с русыми волосами, собранными всегда в тугой и аккуратный верхний хвостик. В его пепельно-серых глазах светилась сдержанная радость.

Его звали Эрнест.

Несколько раз за день у них выходило перебрасываться фразами. А учитывая, что именно он всегда интересовался, тепло ли ей и Филиппу, а также рассказывал немного о клане, то в итоге можно было заключить, что человек он, вроде, хороший. За ним в комнату вошёл старик с испещрённым морщинами лицом — главный целитель клана по имени Мирон. Он тоже был весьма участлив и мил.

— Как ваше здоровье, господа потерявшиеся? — спросил целитель хриплым голосом, всматриваясь цепким взглядом в Ашиму и Филиппа. Все дни, проведённые в заключении, он приходил пару раз в сутки, чтобы проверить их состояние.

— Всё хорошо. Здоровы, сидим, спим, едим, — ответила Аша за себя и автоматона, которому она советовала как можно меньше разговаривать с другими людьми, что бы тот не выдал себя. К огромному облегчению девушки, пока никто из клана не заподозрил в Филиппе машину.

— Вижу, совсем уж скучно вам стало. Ну ничего. Сейчас вы мигом развеетесь.

— Вождь разрешил дать вам шанс, — улыбнувшись, произнёс помощник целителя. — Мне поручили провести вам для начала экскурсию.

— Можно увидеть Зефира? — вскочила с места Аша. Она знала, что её пчелу поместили где-то рядом и изучали, но не разобрали на мелкие детальки. Филипп тоже поднялся на ноги, окинув девушку непроницаемым взглядом.

Целители переглянулись. Между ними завязался недолгий безмолвный спор, который закончился тем, что Мирон небрежно махнул рукой, пожав плечами.

— Увидеть можно, но выпустить нет, — ответил Эрнест, сочувственно улыбнувшись взволнованной девушке. — Вы готовы идти сейчас или вас сначала накормить?

Ашима активно замотала головой. Наконец-то она покинет эту сырую маленькую комнату! Ни на одну секунду дольше она задерживаться здесь не собирается. Схватив руку застывшего на месте Филиппа, девушка с нетерпением пошла на выход из комнаты под сопровождением Эрнеста. Спустя пару шагов к их маленькой группе присоединились ещё двое из клана, которые охраняли темницу.

Система из пещер ничуть не изменилась. Всё было ровно таким же, как и при первом очень быстром осмотре, когда Ашу и Филиппа вели в темницу. Высокие округлые потолки, выдолбленные из камня комнаты, факелы, освещающие закоулки. А также редкий стук капель воды с потолка, эхо, разносящееся по бесконечным коридорам и люди, которые с нескрываемым опасением смотрели на чужаков и суетливо бегали, собирая свои вещи в мешки. Было холодно. И от взглядов клановцев, и от сырости. Если бы заключённым целители не выдали тёплую одежду, то они бы замёрзли, в том числе Филипп. Одежды из Улья на такую температуру рассчитаны небыли, как и в общем-то и серый костюм.

Когда Аша только оказалась под каменным сводом, на неё нахлынули воспоминания о её прошлой жизни. Несколько дней она думала, что это есть тот самый Край. Правда... Изменившийся до неузнаваемости. Но после сегодняшнего сна Ашима была уверена... Нет, она знала, что её родной мир находится очень, очень глубоко, куда никогда не ступала нога обычного человека с поверхности. Это значит, что все те, кого она помнит и забыла, находятся в безопасности, раз даже один из автоматонов, который, вроде, являлся правой рукой Оракула, ничего не знает о драконах. Увидит ли она когда-нибудь Солли?

Эрнест уверенно вёл их. Стены то сужались, то расширялись. Они были испещрены глубокими трещинами, а в некоторых местах и вовсе часть пещер обвалилась. То и дело иногда земля под ногами недолго тряслась. Бесчисленное число поворотов окончательно запутали Ашу. Людей было много, царила точно такая же суета, как и в маленьком поселении, готовящемся ко Дню Песни Сердца, но... Тревожная и гнетущая.

Наконец, они нырнули в проход, ничем не отличающийся от других. В просторной комнате копошились люди, одетые в одежду из шкур и металлических пластин. На каменных столах и на полу, были разложены различные и странные предметы. Разглядеть их Аша не сумела, поскольку сразу же отвлеклась на знакомое радостное урчание.

— Зефир!!! — вскрикнула звонко Аша и побежала к массивной клетке с её другом. От вскрика многие в помещении издали сдавленные раздражённые возгласы, а Эрнест бросился в след за ней.

Девушка подбежала к клетке и протянула руку, которой сразу же коснулся лбом Зефир. Он выглядел здоровым. Только появилось пару царапин. Аша облегчённо выдохнула и принялась гладить пчелу по голове.

— Удивительно, — произнёс Эрнест, заворожённо наблюдая за бесстрашной девушкой. Он подошёл ближе к клетке, но машина тут же грозно зашипела на него.

— Эй, он теперь наш друг, — проговорила ласково Аша, улыбнувшись. — Они же с тобой ничего не сделали? Не обижали тебя?

Зефир заметно успокоился, вновь заурчал и затрепетал крыльями.

— Не хочешь погладить?

— Я? Не думаю, что это хорошая идея, — произнёс Эрнест, с опаской глядя на одну из машин, которая могла истребить половину клана. — Он только что... шипел на меня?

— Кхартем, давай сюда руку, — Аша в один миг взяла тёплую ладонь вздрогнувшего Эрнеста и поднесла её через прутья ко лбу Зефира. — Он хороший.

— Д-да, хор-р-роший, — запинаясь от волнения и страха проговорил Эрнест.

Зефир, казалось, стал ещё больше доволен тем, что теперь его начали гладить целых два человека, и заурчал ещё громче. Через некоторое время ладонь Эрнеста расслабилась, а щёки на его лице приобрели слегка розоватый оттенок.

— Как же хорошо, что я смог убедить вождя не разбирать тебя, — выдохнул с облегчением юноша, притянув руку к себе, которой только что гладил машину.

— Разбирать? — Аша наклонила голову набок, настороженно взглянув на юношу.

— Они разбирают машины до самых микросхем. Пытаются собрать оружие из лазерных установок пчёл, — раздался холодный голос Филиппа.

Ашима резко обернулась и увидела, что автоматон со сжатыми в кулак ладонями стоял посреди комнаты и смотрел на разбросанные по полу предметы. Запчасти, провода, платы, бластеры, крылья пчёл.

По спине прошёл холодок от осознания того, что с Зефиром могла приключиться ровно такая же судьба. Словно почувствовав настроение Аши, Эрнест взял её ладонь в свою, а потом сразу же молниеносно отпустил.

— Они его не тронут. Не беспокойся, — заверил он, внимательно вглядываясь в Филиппа. — Откуда тебе известно, что мы пытаемся собрать?

— Это очевидно, — ответил автоматон, вперив свои жёлтые глаза в Эрнеста.

— Он просто хорошо разбирается в машинах. В Улье... мы все знаем базовые вещи, — вмешалась Аша, выразительно глянув на автоматона, чтобы тот не высовывался. Пока он притворялся молчуном, заподозрить в нём машину было сложно, но вот когда начинал говорить...

— Зачем? — задал вопрос Филипп, всё ещё сжимая ладони в кулаках.

— Потому что этот чужак, — раздался раздражённый голос, наполненный ядом, одного из клановцев. Он кивком головы указал на Эрнеста. — Убедил вождя, что нам всем стоит пойти наперекор своим традициям и зависти дружбу с этими железяками!

— Руди... — начал было говорить Эрнест, но его тут же перебили.

— Так он ещё и запудрил вождю мозги! Теперь мы оставляем свой дом. А всё потому, что одному выскочке чужаку не сидится на месте! Мы не какие-то там кочевники! Мы Скалистый клан!

Со всех сторон раздались одобрительные вскрики. Эрнест сложил руки на груди и исподлобья обвёл серьёзным взглядом присутствующих. Казалось, что воздух наэлектризовался и всё было готово взорваться от возникшего напряжения. Непроизвольно Ашима потянулась к Зефиру, чтобы его погладить и успокоиться самой. Недобрые взгляды летели не только в сторону Эрнеста, но и в её с Филиппом.

— Если не хотите помогать — идите. Я никого не держу. Вождю скажу, что я вас отпустил, — ответил юноша. В его голосе читалась усталость и разочарование.

Повторять дважды не пришлось. Под озадаченным взглядом Ашимы, все присутствующие, кроме соответственно Филиппа и охраны, вышли.

Воцарилась тишина.

— Неудобно вышло... — Эрнест неловко пожал плечами и извиняюще улыбнулся Аше и Филиппу. — Так, говоришь, ты разбираешься во всём... этом?

— Зачем? — вновь задал тот же вопрос Филипп.

— Землетрясение лишило нас дичи, уничтожило большую часть пещер и припасов. Мы не успеваем подготовиться к зиме, а машины стали гораздо агрессивнее, — начал свой рассказ Эрнест, проходясь медленным шагом по ряду открытых клеток, в которых лежали сломанные и почти до самого основания разобранные машины. В одной из них Ашима узнала ту, которая сгорела прямо на её глазах до того, как автоматона и её нашёл клан. — Я же предложил идти в сторону руин. Точнее к древнему городу, в котором многие кланы зимуют. Скалистый клан не кочует. В отличие от некоторых. Поэтому, чтобы защитить себя и своих ближних, я хочу собрать из остатков машин оружие, которое поможет справиться с другими пчёлами.

— Звучит довольно логично. Почему у твоих... Соплеменников... Сокланевцев? Такая реакция? — спросила недоумённо Аша.

— Всё... сложно, — уклончиво ответил Эрнест, отведя серые глаза в сторону. — Вообще-то они довольно приятные и дружные. Просто сейчас начались сложные времена, а будущее стало размытым и никому не известным.

— Ладно, — протянула задумчиво Ашима, решив не давить на юношу.

Девушка вновь всмотрелась в разложенные по полу детали, когда в её голове молнией пронеслась одна жуткая мысль. Она взглянула на Филиппа так, словно впервые его увидела. Он стоял всё на том же месте, посреди комнаты, заполненной запчастями машин. Он выглядел всё таким же безэмоциональным автоматоном, но его жёлтые глаза выражали что-то, от чего у Ашими пошли мурашки по коже. Он ведь буквально стоял среди останков трупов своих... Сородичей? Да, конечно, пчёлы напали на них и они вместе чудом спаслись, но... Она не думала, что испытывала бы хоть каплю приятных чувств по отношению к разбросанным по комнате органам, которые могли быть какого-нибудь её заклятого врага, если таковой вообще был.

— Я помогу, — сухо ответил Филипп и, внимательно окинув взглядом всю комнату, принялся деловито собирать нужные детали. — Где я могу работать?

А может, Аша зря беспокоится?

Эрнест поманил рукой Филиппа и показал ему свободный стол.

Следующие несколько часов прошли за тем, что Эрнест до разбирал оставшуюся сломанную машину, пока Филипп с умным видом конструировал из обломков лазеров новое оружие. Девушка же просто не могла принять участие в их деле, так как не хотела прямо на глазах у её Зефира выдирать провода из пчёл.

За это время Эрнест выспрашивал с неподдельным интересом у Аши подробности её жизни в Улье. Но на вопросы о себе он отвечал с большой неохотой, о многом недоговаривая, и при первой же возможности переводил разговор на девушку.

— Почему решил стать целителем? — спросила Аша, поглаживая Зефира и отворачивая его голову к стене.

— Мне нравится помогать людям, — пожал плечами Эрнест, отведя взгляд. — Я не плохо разбираюсь в травах, поэтому моё будущее было очевидным.

— Почему тебя назвал один из клана чужаком?

От неудобного вопроса Эрнеста спас Филипп, тихо подошедший со спины, от чего Аша вздрогнула.

— Всё готово, — произнёс сухо автоматон. Эрнест с готовностью поднялся на ноги и пошёл к столу. — Хм.

Филипп всмотрелся в разобранную машину не читаемым взглядом, а потом одним точным движением нажал на пластины и достал маленькую панельку размером с два кулака.

— Что это? — спросила Ашима.

— Здесь должны храниться данные о командах, отдаваемых Оракулом.

— Ты... Сможешь их достать?

— С вероятностью в восемьдесят семь процентов дешифровка завершится успехом.

— Будь тише со своими процентами, — предостерегла его девушка, бросив быстрый взгляд на Эрнеста, который принялся увлечённо рассматривать оружие из лазерной установки. А потом мягко улыбнулась. — Будет чудесно, если у тебя получится.

***

Следующее утро прошло за сборами. А в полдень клан вышел к руинам.

К огромному счастью Аши, Зефир отправился вместе с ней. На нём передвигался Мирон, которого с большим трудом Эрнест сумел уговорить. Целителю с трудом бы дался этот поход до руин, если бы не ручная пчела.

Филипп всё время был занят дешифровкой данных. А Аша наслаждалась дневным светом солнца.

Скалистый клан шёл медленно, с неохотой покидая родной дом. Но появившийся в небе целый рой металлических пчёл или скорее ос, как поправил позже автоматон, заставил значительно ускориться и со страхом поглядывать в небо. Но наличие пары бластеров, разработанных Филиппом и Эрнестом, всё же успокаивало клан, который больше не мог называться «скалистым».

Глава 14. Птенец

Дождь прекратился только ближе к полудню. За это время Мира успела вздремнуть и пожарить своего жалкого карасика и несколько килограммовую рыбину, пойманную Лазурой. Воздух наполнился свежестью, которая бывает только после ливня, а птички вновь начали заливаться трелями.

Мира осторожно вылезла из-под крыла спящей Лазуры, стараясь её не потревожить, и направилась к берегу озера. Она потянулась, разминая затёкшие мышцы. Солнышко больше не скрывалось за тучами. Его лучи плясали по каплям на траве, листве и лужах, блестя и слепя глаза.

На этот день Мира успела запланировать два важных дела.

Во-первых, помочь Лазуре восстановиться. За раненым крылом нужен уход. Сама она не могла дотянуться и вылизать рану, так как сустав был ушиблен, и у дракона просто не получалось из-за боли достать до гноящейся раны. Проблема была только в том, чтобы Лазура дала себе помочь.

Во-вторых, сделать жильё. Для этого нужно найти подходящее дерево, в ветвях которого могла бы разместиться и Лазура тоже. Пока ей нужна помощь с крылом, Мира её не оставит в покое.

Подумав о том, где же достать тряпку, чтобы промыть крыло, девушка взяла нож и срезала часть брючины. Ткань есть. Теперь нужно было найти удобное место, куда можно завести дракона и не утопиться самой.

Спустя шагов двадцать нашлось место, где был пологий галечный берег. Сняв ботинки и носки, Мира вошла в холодную воду. В отличие от места, куда она падала во время недавней рыбалки, тут было гораздо мельче. Она прошла пару шагов, но вода не доставала даже до колен.

Кивнув самой себе, Мира направилась в сторону Лазуры, но, придя на место, её там не обнаружила. Только тлеющий костёр и сумка.

— Лааазуууурааа, — позвала Мира, но в ответ получила лишь тишину. — И куда ты делась?

Присмотревшись, девушка обнаружила свежую притоптанную траву и пошла осторожно по тропинке.

«Может, всё же оставить Лазуру в покое? Займусь пока жильём, а потом, когда она вернётся, займусь её крылом, — размышляла Мира по дороге. — А если с ней что-нибудь случится? Конечно, она явно крупнее всех хищников в лесу, но... Могли ли вернуться машины за ней?»

Мира, подгоняемая беспокойством, бросилась бежать по следу. В руки она переложила свои ножи с пояса и была готова драться за дракона с металлическими пчёлами. Краем сознания она отметила, что больная ступня ноет, но сильной боли уже не было.

Когда показалась маленькая поляна, девушка остановилась на месте как вкопанная. Полянка была усыпана разноцветными цветами. Росли и жёлтые, и оранжевые, и фиолетовые. Поляна была освещена яркими лучами солнца. Витал сладкий запах разнотравья.

В середине полянки сидела Лазура. Она была расслаблена и, кажется, наслаждалась солнышком, от которого слегка поблёскивали её чёрные чешуйки.

Мира подошла ближе и поняла, что Лазура вовсе не наслаждалась солнышком, а беспокойно смотрела на землю, отбивая хвостом по земле. Сделав ещё один шаг, девушка обратила внимание на странный писк или щебет птицы.

— Привет? — решила подать звук Мира, чтобы не испугать дракона.

Услышав её, Лазура резко обернулась, потянула ноздрями воздух, а потом снова бросила свой взгляд на землю и беспокойно переступила с лапы на лапу.

— Ладно, тогда я подхожу ближе, — предупредила Мира, почти бесшумно приблизившись к дракону.

Оказалось, что пронзительный писк издавал маленький птенец совсем без оперения. У него была слегка беловатая кожа, на спине виднелся редкий белоснежный пушок, глазки — закрыты, в отличие от клюва, с помощью которого он громко пищал. Размером он был с Мирин кулак.

Девушка посмотрела наверх, чтобы обследовать кроны деревьев.

— Лазура, смотри, — она указала на гнездо среди веток одной из берёз. — Видимо, птенец выпал оттуда.

Лазура беспокойно рыкнула и поднесла свою когтистую лапу к птенцу.

— Стой! — Мира удивлённо положила руку на лапу. — Ты его не удержишь. Он слишком маленький для твоей лапищи!

Про себя девушка подивилась тому, что Лазура решила вернуть выпавшего птенца. Казалось бы... грозный дракон... Ситуация была сюрреалистичная. Хотя, учитывая, что сейчас Мира стояла рядом с драконом, то мир явно сошёл с ума уже давно. И удивлять поступками огромной, в теории, огнедышащей рептилии уже не стоит.

«Интересно, я для неё тоже что-то вроде этого беззащитного птенца?» — подумала Мира нахмурившись.

— Меня учили, что...

Лазура и птенец растворились во тьме. Сознание потухло.

***

— Нельзя брать руками птенцов, — строго сказал Бадир, порядком рассерженный.

— Но на земле его съедят лисы! — выпалила несогласная Миртис, упрямо смотря в глаза старшему.

— Мы просто хотим ему помочь, — проговорил более спокойно Эрнест, стоявший плечом к плечу с Миртис и также упрямо смотря на своего деда.

На свежей весенней траве между детьми и взрослым лежал маленький, ещё не оперившийся птенец. Он громко, без умолку пищал и барахтался, зовя свою маму.

— Никаких «но»! Если даже ты, Миртис, залезешь на это дерево и положишь птенца в гнездо, то в скором времени он окажется вновь на земле, — Бадир обвёл тяжёлым взглядом детей. — Понятно?

— Нет! Я хочу помочь! Он ведь умрёт! — Миртис топнула ножкой.

— Когда возьмёшь птенца в руки, ты оставишь на нём свой запах, — уже второй раз начал Бадир свои объяснения капризным детям. — Его мама может не узнать птенца и вновь выкинуть из гнезда. А что, если птенец с твоим запахом потрётся об других птенцов? М? Это означает, что клан потеряет потенциальную добычу.

— Но его же съест зверь! — негодуя, высказался Эрнест, который, как и Миртис, не собирался оставлять птенца погибать.

— Никаких «но». Значит, какая-нибудь голодная лисица его съест, а охотники позже её подстрелят. Всё. Точка. — Бадир взял детей за плечи. — Таков закон жизни, а мы ему следуем. Дети притихли, кидая взгляды на птенчика.

— Если сейчас же не перестанете капризничать, больше вы не выйдете в лес, до тех пор, пока не пройдёте инициацию. Ясно?

— Да, — понуро сказал Эрнест, опустив упрямые пепельно-серые глаза.

Миртис молча сбросила со своего плеча руку Бадира, хмурясь и сжимая кулачки.

В лесу раздалось гавканье косули. Бадир резко повернулся в сторону звука и снял лук со спины.

— Так, дети. Стойте на месте. Никуда не уходите. Эрнест, ты за старшего. Вам всё ясно?

— Да, — тихо ответил Эрнест.

Бадир лёгкой, бесшумной походкой ушёл, а Миртис сразу же, как только он скрылся из виду, подошла к ближайшему кусту и сорвала большой лист.

— Что ты делаешь? — спросил с подозрением Эрнест.

— Спасаю жизнь, — Миртис подошла к птенчику и была готова обернуть его в лист, но Эрнест схватил её за руку.

— Бадир же сказал…

— Отпусти! Ты будешь мне помогать или нет?

— Ты ведёшь себя совсем как маленькая!

— Так ты будешь помогать или нет? — с напором спросила Миртис.

— Буду, — ответил недовольно Эрнест, протягивая ей маленький мешочек. — Тебе нужны обе руки.

Миртис завернула пищащего птенца в лист и положила в мешочек, который закрепила на поясе. Подойдя к дереву, она, цепляясь пальцами за уступы коры, полезла наверх к гнезду.

— Ты точно уверена? — с сомнением спросил Эрнест. — Дерево очень высокое!

— Тише ты! — шикнула Миртис.

Эрнест недовольно закатил глаза, мысленно представляя, какая ждёт их взбучка от Бадира за непослушание.

В это же время Миртис поднималась всё выше и выше, пока не достигла ветки с гнездом. Она посмотрела вниз и заворожённо уставилась на маленького внизу Эрнеста, который недовольно ходил и махал ей рукой, поторапливая её.

В гнезде оказалось ещё пять птенцов, которые, почувствовав приближение Миртис, загалдели. Она достала из мешочка птенца и аккуратно положила его в гнездо, убирая листик.

Довольная собой Миртис полезла вниз.

Когда запыхавшаяся девочка спустилась до середины дерева, она поняла, что очень сильно устала. Её руки и ноги дрожали от перенапряжения. На такую высоту она забралась впервые. И впервые будет слезать. Она решила недолго отдохнуть и уселась на ветку.

— Эй! Ты там так и будешь сидеть? — крикнул ей Эрнест.

— Иди ко мне! — весело позвала Миртис.

— Нет, спасибо. Предпочитаю ходить по земле, а не прыгать по деревьям.

Миртис хихикнула, а ветка под ней надломилась. В самый последний момент девочка успела ухватиться за оставшийся от ветки выступ и повисла на нём, пытаясь найти ногами опору.

— Миртис! — вскрикнул внизу Эрнест. — Я… Я позову Бадира!

Когда опора была найдена, Миртис вздохнула с облегчением. Она попыталась дотянуться до другой ветки руками, но не вышло. Ноги сильно устали и совсем скоро могли просто подогнуться. Руки дрожали. Высоты она не боялась, но вот упасть с такой высоты было страшно.

Миртис казалось, что она провисела, не двигаясь, на дереве целую вечность, пока не раздался голос, наполнивший её надеждой.

— Постарайся не делать лишних движений! Сейчас я поднимусь к тебе, — крикнул Бадир, забираясь по дереву вверх при помощи сапог с шипами и верёвки.

Но добраться до Миртис он не успел. Её пальцы соскользнули, и она полетела вниз навстречу земле. Она успела услышать только вскрик Эрнеста, когда Бадир схватил её за руку, но, не сумев удержаться, тоже начал падать.

Миртис почувствовала, как Бадир её обнял. Потом последовал сильный удар, вышибший весь воздух из лёгких.

Раздался звонкий хруст сломанной кости.

***

По щеке Миры скатилась слеза. Она снова стояла на цветочной поляне с Лазурой и была опустошённой. Внезапно её плеча коснулось что-то тёплое и гладкое.

Девушка вздрогнула, ошалело взглянув на дракона. Лазура коснулась её головой и, непонимающими глазами с широкими зрачками, смотрела на Миру, которая, обхватив себя руками, отошла на шаг назад.