«Ты обещал меня забыть»

— Что?

— Ты была у Орлова.

— Откуда ты знаешь?

— Мне сообщили.

— Кто?

— Алиса, пожалуйста, не начинай.

— Не начинай что? Задавать вопросы? Ты же обещал больше ничего не скрывать.

На другом конце стало тихо.

— Ты права. Я узнал от человека, который работает в этом бизнес-центре. Он видел тебя на седьмом этаже.

— Ты следишь за Орловым?

— Я пытаюсь понять, что он собирается делать.

— И как успехи?

— Пока никак.

— Тогда зачем звонишь?

Максим помедлил.

— Ты нашла Мельникова?

Алиса замерла.

— Откуда ты знаешь про Мельникова?

— Потому что он написал мне вчера. Сказал, что ты можешь выйти на него.

— И ты опять решил не рассказывать?

— Я не знал, что он действительно с тобой свяжется.

— Ты знал о его существовании, знал, что он исчез после смерти моего отца, и всё равно ждал, пока я сама найду его имя.

— Да.

Алиса закрыла глаза.

— Ты когда-нибудь устанешь отвечать на все мои обвинения одним словом?

— Наверное, когда перестану заслуживать их.

Она не ожидала такого ответа.

Несколько секунд они молчали.

— Мы встречаемся завтра в десять, — сказала Алиса.

— Где?

— У Южного вокзала.

— Не ходи туда одна.

— Нет.

— Алиса, послушай…

— Нет, Максим. Ты не пойдёшь со мной.

— Это может быть опасно.

— Всё, что связано с тобой, Орловым и моим отцом, уже опасно. Но я не собираюсь снова позволять тебе решать, куда мне идти и с кем встречаться.

Он тяжело выдохнул.

— Тогда хотя бы пришли мне адрес кафе.

— Зачем?

— Если что-то случится, я смогу помочь.

— Я не хочу, чтобы ты вмешивался.

— Я понимаю.

— Нет, не понимаешь. Но можешь хотя бы попробовать.

Она собиралась отключиться, когда Максим произнёс:

— Алиса, я должен тебе сказать ещё кое-что.

Она замерла.

— Что?

— Перед смертью твой отец оставил мне конверт. Он попросил открыть его только в том случае, если ты начнёшь искать правду.

Сердце Алисы забилось быстрее.

— Где он?

— У меня.

— Что в нём?

— Не знаю. Я не открывал.

— Пять лет ты хранил конверт и ни разу не посмотрел, что внутри?

— Я обещал ему.

Алиса стиснула телефон.

— И ты собирался рассказать мне об этом когда-нибудь?

— Да.

— Когда? Через десять лет? Через двадцать?

— Сегодня. Я хотел отдать его тебе сегодня, но после того, что случилось на складе…

— Я не хочу слушать объяснения. Завтра после встречи с Мельниковым я заберу конверт.

— Хорошо.

— И если там окажется очередная загадка вместо правды, я больше никогда с тобой не заговорю.

— Я понимаю.

Алиса отключилась.

Она села на край кровати и посмотрела в окно. Внизу по мокрой улице шли люди, спешили машины, светились окна соседних домов. Город жил своей обычной жизнью, словно ничего не произошло.

А её жизнь за несколько дней превратилась в цепочку чужих секретов.

Мельников. Орлов. Максим. Отец.

Каждый из них знал часть правды. Каждый молчал по своей причине.

Алиса открыла блокнот и написала на чистой странице:

«Кто убил Сергея Воронцова?»

Под вопросом она провела черту и добавила:

«Почему Максим не пришёл на свадьбу?»

На втором вопросе рука остановилась.

Она могла бы убеждать себя, что больше не любит его. Что он стал чужим человеком. Что пять лет назад умерло всё, что связывало их.

Но тогда ей не пришлось бы так тщательно избегать воспоминаний.

Она всё ещё помнила его голос, когда он впервые сказал, что хочет на ней жениться. Помнила, как он стоял под дождём у её дома, как смеялся, когда она пыталась испечь пирог, как однажды ночью обещал, что никогда не позволит ей остаться одной.

И помнила, как в день свадьбы ждала его у окна до тех пор, пока гости не начали расходиться.

Самое страшное заключалось в том, что она до сих пор не знала, какое из его обещаний было ложью.

Телефон завибрировал.

Сообщение с неизвестного номера.

«Не ходи завтра к Мельникову. Он уже однажды предал твоего отца».

Алиса перечитала текст.

Потом открыла контакт Максима и написала:

«Завтра я иду на встречу. Не пытайся меня остановить».

Ответ пришёл почти сразу.

«Я не буду».

Она положила телефон экраном вниз.

За окном ветер усилился, и дождь застучал по стеклу.

Завтра она узнает, кто такой Андрей Мельников на самом деле.

А сегодня ей предстояло решить, готова ли она услышать правду, даже если эта правда окончательно уничтожит человека, которого она когда-то любила.

Глава 6. Человек у окна

В десять утра Алиса вошла в кафе у Южного вокзала.

Она пришла на двенадцать минут раньше назначенного времени и сразу выбрала столик у окна. Отсюда были видны вход, остановка такси и часть площади перед вокзалом. Люди торопились по своим делам, катили чемоданы, курили под козырьком и поглядывали на табло отправлений.

В кафе пахло свежим кофе и подгоревшими тостами. За стойкой работала девушка с короткой стрижкой, возле стены негромко разговаривали двое мужчин в деловых костюмах.

Алиса сняла перчатки и положила телефон перед собой.

Она не сообщила Максиму точное место встречи. Не потому, что считала его врагом, а потому, что больше не хотела проверять, сдержит ли он обещание не вмешиваться.

В десять ноль пять она заказала кофе.

В десять десять посмотрела на дверь.

В десять пятнадцать ей показалось, что мужчина у стойки слишком долго смотрит в её сторону. Она отвела взгляд, но через минуту заметила, что он уже разговаривает по телефону и поворачивается к окну спиной.

В десять двадцать пять Алиса достала листок с номером Мельникова.

Она могла позвонить ему. Могла напомнить, что он сам назначил встречу. Но не стала.

В десять тридцать в кафе вошёл мужчина в светлом пальто.

Алиса сразу вспомнила предупреждение Мельникова: если увидит такого человека, подходить не нужно.

Незнакомец остановился у входа, оглядел помещение и направился к столику в дальнем углу. Он не смотрел на Алису, но, проходя мимо, слегка повернул голову.

Этого хватило, чтобы она заметила на его запястье часы с широким металлическим браслетом.

Те самые часы, которые попали на запись камеры возле мастерской.

Алиса не стала оборачиваться. Она медленно подняла чашку, сделала глоток и поставила её на блюдце.

Мужчина в светлом пальто заказал кофе. Затем достал телефон и начал печатать сообщение.

Телефон Алисы завибрировал.

«Не оборачивайтесь. Мужчина у входа не тот, кого вы ждёте».

Она прочитала сообщение дважды.

Номер был неизвестен.

Следом пришло второе:

«Уходите через кухню. Сейчас».

Алиса подняла глаза на стойку. За ней действительно была узкая дверь с табличкой «Служебное помещение».

Она могла подчиниться предупреждению.

Могла встать и уйти, не узнав, кто отправляет сообщения и зачем пытается ею управлять.

Но ей надоело, что все вокруг распоряжаются её жизнью, словно она не имеет права выбирать.

Она набрала ответ:

«Кто вы?»

Сообщение осталось непрочитанным.

Алиса убрала телефон и посмотрела на часы.

Десять тридцать две.

Мельников не пришёл.

Она достала его номер и нажала вызов.

Телефон зазвонил один раз.

На второй гудок мужчина в светлом пальто поднял голову.

На третий Алиса услышала голос в трубке:

— Не произносите моё имя.

— Андрей?

— Я сказал, не произносите!

Голос был тихим, но в нём чувствовалась такая паника, что Алиса невольно выпрямилась.

— Вы где?

— Не смотрите на дверь. Слушайте меня. У вас в сумке документы?

— Да.

— Те, что принадлежали Сергею?

— Часть из них.

Мельников тяжело дышал.

— Тогда уходите. Прямо сейчас.

— Вы сами назначили встречу.

— Я знаю.

— Почему вы не пришли?

— Потому что за мной следят.

— Кто?

— Не задавайте вопросов. Уходите, Алиса. Если они найдут документы, всё закончится.

Она стиснула телефон.

— Что именно закончится? Вы можете хоть раз сказать мне правду?

В трубке стало тихо.

Потом Мельников произнёс:

— Ваш отец не погиб в той аварии, которая была указана в заключении.

Алиса перестала слышать шум кафе.

— Что вы сказали?

— Я не могу объяснить по телефону.

— Вы только что сказали, что он не погиб в аварии!

— Я сказал, что заключение было подделано.

— Кто его подделал?

— Алиса, пожалуйста…

— Кто?!

Мужчина в светлом пальто поднялся из-за стола.

Алиса увидела это краем глаза.

— Андрей, если вы сейчас отключитесь, я найду вас сама.

— Я знаю, что вы найдёте. Вы такая же, как он.

— Тогда скажите, что мне делать.

Мельников произнёс всего одну фразу:

— Найдите синюю папку.

Связь оборвалась.

Алиса медленно опустила телефон.

Мужчина в светлом пальто направился к выходу. Перед дверью он остановился, словно хотел что-то сказать, но вместо этого посмотрел на неё и едва заметно кивнул.

В следующую секунду он вышел на улицу.

Алиса осталась сидеть ещё несколько мгновений.

Затем встала, расплатилась за кофе и направилась к служебной двери. Она не знала, кто прислал предупреждение, почему Мельников так испугался и что означала синяя папка.

Но одно стало ясно: встреча была ловушкой.

Вопрос заключался лишь в том, кто её устроил.

Служебный коридор вывел Алису во внутренний двор здания. Там стояли контейнеры для мусора, несколько пластиковых ящиков и тележка с пустыми бутылками. За металлической дверью находилась небольшая парковка.

Она вышла на улицу и сразу достала телефон.

Три пропущенных вызова от Максима.

Алиса нахмурилась.

Она не сообщала ему, где будет встречаться с Мельниковым. Откуда он узнал, что она находится возле вокзала?

Телефон завибрировал снова.

Она ответила.

— Ты где? — спросил Максим.

— Почему ты звонишь?

— Потому что Мельников только что связался со мной. Он сказал, что встреча сорвалась.

— Когда?

— Пять минут назад.

Алиса посмотрела на часы.

— Значит, он успел позвонить тебе после того, как говорил со мной?

— Возможно.

— Или ты уже был рядом.

Максим замолчал.

— Алиса, я приехал к вокзалу.

— Зачем?

— Потому что знал, что встреча опасна.

— Ты обещал не вмешиваться.

— Я не вмешивался.

— Ты приехал сюда!

— Я остался на другой стороне площади. Я не собирался подходить, пока ты сама не попросишь.

Она остановилась возле кирпичной стены.

— Откуда ты узнал, где мы встречаемся?

— Я не знал, в каком кафе вы будете. Мельников сказал, что встреча состоится возле Южного вокзала. Я решил проверить, всё ли в порядке.

— Ты снова решил за меня.

— Я решил проверить обстановку. Это не одно и то же.

— Для тебя, может быть.

Максим вздохнул.

— Ты в безопасности?

Алиса посмотрела на дорогу. Мужчина в светлом пальто исчез в толпе.

— Пока да.

— Ты видела его?

Она замерла.

— Кого?

— Человека в светлом пальто. Мельников предупреждал меня, что он может появиться.

— Кто он?

— Не знаю.

— Максим!

— Я говорю правду. Я не знаю его имени. Мельников лишь сказал, что этот человек может быть связан с Орловым.

Алиса закрыла глаза.

— Я хочу, чтобы ты перестал отвечать на вопросы новыми вопросами.

— Я тоже этого хочу.

— Тогда встретимся через час. Ты отдашь мне конверт отца. И расскажешь всё, что знаешь о заключении по аварии.

— Хорошо.

— Не опаздывай.

Она отключилась, прежде чем он успел что-либо добавить.

Максим ждал её в маленьком кафе неподалёку от мастерской.

Он сидел за столиком в глубине зала. Перед ним стояла чашка давно остывшего кофе и лежал плотный коричневый конверт. Когда Алиса вошла, он поднялся.

— Ты пришла.

— Я обещала.

Она сняла пальто и села напротив.

Максим подвинул к ней конверт.

— Он не вскрыт. По крайней мере, мной.

Алиса взяла его. На лицевой стороне отцовским почерком было написано:

«Максиму. Передать Алисе, когда она начнёт искать правду».

Под надписью стояла дата.

За три дня до смерти Сергея.

Она провела пальцем по буквам.

— Ты получил его тогда?

— Да.

— Где?

— У себя дома. Твой отец приехал ко мне вечером, когда ты была на работе.

Алиса подняла глаза.

— Он был у тебя?

— Да.

— И ты не сказал мне?

— Не сказал.

— Почему?

Максим сжал руки на столе.

— Он попросил меня не рассказывать тебе о встрече, пока не станет понятно, насколько серьёзна угроза.

— Какая угроза?

— Орлов. Твой отец обнаружил документы о незаконных поставках и финансовых махинациях. Он собирался передать их следователю. Но незадолго до этого кто-то сообщил ему, что материалы исчезли из архива комбината.

— Кто сообщил?

— Мельников.

Алиса откинулась на спинку стула.

— Значит, Мельников знал о документах, отец ему доверял, а потом он исчез.

— Да.

— И теперь он говорит, что заключение об аварии подделали.

Максим резко поднял голову.

— Он сказал тебе это?

— Да.

— Дословно?

— «Ваш отец не погиб в той аварии, которая была указана в заключении». Потом он уточнил, что заключение подделали.

— Это меняет всё.

— Почему?

Он посмотрел на конверт в её руках.

— Потому что Сергей не должен был погибнуть в той аварии.

Алиса медленно положила конверт на стол.

— Объясни.

Максим долго молчал. За окном проехал автобус, и его светлые окна на мгновение отразились в стекле кафе.

— За неделю до смерти твой отец попросил меня проверить один автомобиль, — наконец сказал он. — Он утверждал, что за ним следят. Я решил, что он слишком нервничает из-за документов, но всё же согласился. Машина принадлежала человеку, который работал на Орлова.

— Что ты обнаружил?

— Ничего, что можно было бы доказать. Но через два дня автомобиль исчез. А ещё через день произошла авария, в которой погиб твой отец.

— Ты видел машину после аварии?

— Нет. Я приехал к месту происшествия позже. Твоего отца уже увезли.

— Тогда откуда ты знаешь, что это была именно его машина?

Максим отвёл взгляд.

— Потому что мне позвонили и сказали, что Сергей погиб. Назвали номер автомобиля. Я приехал в морг, но тело мне не показали.

Алиса почувствовала, как холодеют пальцы.

— Что?

— Мне сказали, что опознание уже провели родственники.

— Я его опознала.

— Я знаю.

— Тогда почему ты говоришь так, будто не уверен, что это был он?

Максим посмотрел на неё.

— Потому что твой отец оставил мне конверт за три дня до смерти. А внутри была записка: «Если меня объявят погибшим, не верьте первому заключению. Найдите оригинал договора. Синяя папка укажет путь».

Алиса достала из сумки копию записки, найденной на складе.

— Здесь тоже написано про оригинал договора.

Максим кивнул.

— Значит, синяя папка существует.

— Ты знаешь, где она?

— Нет. Я искал её пять лет.

Алиса не ответила.

Она вскрыла конверт.

Внутри лежали три листа бумаги, фотография и небольшой ключ на тонком кольце.

Первый лист был написан от руки.

«Максим.

Если ты читаешь это, значит, я не смог выполнить то, что обещал Алисе. Я не хочу втягивать её в эту историю. Она не должна платить за мои ошибки.

Я знаю, что Орлов готовит против меня что-то серьёзное. У меня есть документы, которые могут доказать, что он использовал подставные фирмы для вывода денег и незаконного присвоения имущества. Но этих документов недостаточно. Нужен оригинал договора, подписанный всеми участниками сделки.

Я спрятал его там, где никто не станет искать, потому что считает это место давно потерянным.

Если со мной что-нибудь случится, помоги Алисе сохранить мастерскую. Не позволяй Орлову забрать её. И если она сама начнёт искать правду, не отговаривай её. Просто будь рядом.

Я знаю, что прошу тебя о невозможном. Но ты единственный человек, которому я могу доверить её.

Сергей».

Алиса дочитала письмо и положила его на стол.

Она не сразу поняла, что плачет.

Слёзы были тихими, почти незаметными. Она вытерла щёку рукавом и отвернулась к окну.

Максим не попытался её утешить.

Он просто сидел напротив.

И впервые за пять лет Алиса была благодарна ему за молчание.

— Он доверял тебе, — сказала она наконец.

Максим посмотрел на письмо.

— Да.

— А ты подвёл его.

— Да.

— И меня тоже.

— Да.

Алиса стиснула губы.

— Почему ты всё время соглашаешься?

— Потому что это правда.

— Ты мог хотя бы попытаться оправдаться.

— Я оправдывался перед собой пять лет. Мне хватило.

Она снова посмотрела на фотографию из конверта.

На снимке отец стоял у стены старого склада. Рядом с ним был Максим, а чуть дальше — незнакомый мужчина в светлой рубашке. Лицо мужчины оказалось частично закрыто тенью.

На обороте было написано:

«Последняя встреча. Оригинал передан на хранение».

— Ты помнишь этого человека? — спросила Алиса.

Максим взял фотографию.

— Нет. Или не узнаю по снимку.

— А место?

Он внимательно рассмотрел кирпичную стену, металлическую дверь и кусок вывески, попавший в кадр.

— Это не комбинат.

— Откуда ты знаешь?

— На комбинате стены были красными, а здесь кирпич светлый. И дверь другая.

— Значит, склад был в другом месте.

Максим кивнул.

Алиса посмотрела на ключ.

— А этот ключ?

— Не знаю.

Она перевернула его. На маленькой металлической бирке были выгравированы буквы и цифры: «К-14».

— Может, это номер камеры хранения? — предположила она.

— Или ячейки в архиве.

— Или сейфа.

Максим достал телефон и сфотографировал ключ.

— Я попробую выяснить, к чему он подходит.

Алиса сразу подняла голову.

— Нет.

Он убрал телефон.

— Хорошо. Что ты предлагаешь?

— Мы вместе выясним, что это за ключ. Без тайных поездок, без исчезновений и без решений, которые ты принимаешь за меня.

— Договорились.

Она посмотрела на него внимательно.

— И ещё. Ты не будешь больше скрывать от меня информацию, даже если считаешь, что она может причинить мне боль.

Максим выдержал её взгляд.

— Не буду.

— Если ты солжёшь мне ещё раз, всё закончится.

— Я понимаю.

Алиса убрала письмо, фотографию и ключ в сумку.

— Тогда начнём с синей папки.

Максим кивнул.

— Есть один человек, который может знать, где она.

— Кто?

— Бывший сотрудник архива комбината. Его зовут Павел Крылов. Он уволился незадолго до смерти твоего отца. Я пытался найти его раньше, но он сменил место жительства.

— Почему ты решил, что он может знать?

— Потому что он оформлял передачу документов. Если оригинал договора действительно где-то хранится, в архиве должна остаться запись.

Алиса достала блокнот и записала имя.

— Найдём его.

Максим помедлил.

— Алиса, есть ещё кое-что.

Она медленно подняла глаза.

— Что теперь?

— В день твоей свадьбы я всё-таки приехал к тебе.

Алиса перестала писать.

— Что?

— Я был возле дома. Видел, как ты выходила к машине. Видел гостей, слышал музыку. Я собира

Глава 7. Камера номер четырнадцать

В семь сорок пять утра Алиса уже стояла перед старым зданием городского архива.

Ночью она почти не спала. Каждый раз, когда ей удавалось провалиться в короткий беспокойный сон, она снова видела отца — не таким, каким запомнила его в последние месяцы жизни, усталым и молчаливым, а молодым, улыбающимся, с закатанными рукавами и пятнами машинного масла на ладонях. Он стоял в мастерской, что-то объяснял ей, а потом внезапно замолкал и смотрел куда-то за её спину.

Алиса оборачивалась — и просыпалась.

Последнее сообщение неизвестного не выходило из головы.

«Человек, который должен был сказать правду пять лет назад».

Она перечитала его столько раз, что слова потеряли смысл. Кто-то знал, что произошло в день гибели отца. Кто-то знал о Максиме. И, судя по всему, этот человек всё это время находился достаточно близко, чтобы следить за ней.

Алиса убрала телефон в карман и посмотрела на часы.

До восьми оставалось пятнадцать минут.

Здание архива стояло в стороне от оживлённых улиц, за старой кирпичной оградой. Когда-то здесь размещалось управление железнодорожных складов, потом помещение передали городским службам. Несколько лет назад архив переехал в новое здание, а старое собирались реконструировать. Реконструкция так и не началась.

Окна первого этажа были заколочены фанерой. На фасаде сохранились следы от снятой вывески. Над боковым входом висела камера наблюдения — новая, явно установленная уже после того, как здание перестало использоваться.

Алиса остановилась у ворот.

В сообщении не было ни фамилии, ни номера комнаты. Только время и требование прийти одной.

Она достала маленький ключ с биркой «К-14», который нашла в отцовском конверте. Металл был тёплым от её ладони. Ключ выглядел старым, но не настолько, чтобы его нельзя было использовать. На головке имелась небольшая царапина, будто его когда-то пытались вырвать из замка плоскогубцами.

Алиса не знала, открывал ли он камеру хранения, шкаф или дверь. Но теперь ей казалось, что обозначение «К-14» и камера номер четырнадцать не могли быть случайным совпадением.

Она толкнула калитку.

Та открылась без скрипа.

Во дворе пахло мокрым кирпичом, прошлогодними листьями и сырой землёй. У бокового входа обнаружилась металлическая дверь, приоткрытая на несколько сантиметров. Изнутри тянуло холодом.

— Есть кто-нибудь? — позвала Алиса.

Ответа не последовало.

Она толкнула дверь плечом и вошла.

За ней начинался узкий коридор. На стенах сохранились выцветшие таблички: «Отдел приёма», «Регистрация», «Технические помещения». Под потолком висели старые светильники, но горел только один — в дальнем конце коридора.