Начистоту – 2. Отзывы о Галине Щекиной

В цикле рассказов «И другие» особо хочется выделить «Чай с коньяком», потому что сюжет его насыщен и драматичен, а ещё потому, что героине этого рассказа, Алле Вадимовне, автором был выдан самый шикарный гардероб. Она «была страстной любительницей тряпок, умела пошиковать… темно-синий бархат с голой спиной или строгий костюм из серебряной парчи, который при малейшем движении вспыхивал и переливался звёздами…» Это подчёркивает женственность её натуры, склонность к изяществу, желание показать свою внутреннюю красоту через внешние атрибуты. Но ей же достался и самый тяжёлый отрез женского горя. Её самообладание, выдержка и доброта поражают: увидев разгром на даче после пьянки сына, она лишь называет его «поросёнком» и сама всё убирает несколько часов, не устраивая скандалов. Или в эпизоде, где невестка Люда бросает её сына, а на работе приходится видеться с ней каждый день: Алла Вадимовна год терпит, не решается подойти и заговорить, чтобы не быть нетактичной, хотя сердце за сына болит.

Заострение какой-либо одной психологической черты также используется автором. Трудолюбие маленькой, но ответственной девочки Грани превращается в самоотверженность, а выносливость её доходит до мазохизма. После уроков она шла не отдыхать а, по приказу отца, работать на огороде, а потом и на путях. «Она била по камням, чтоб раскрошить спекшийся от мазута и грязи пласт… Очищенные камни надо было засыпать обратно… Падала без сознания уже дома, ничего не видела. Она могла бы спать с трёх и до утра, но вставала по хозяйству». Главная книга жизни Грани – «Овод», ей близки Жюль Верн и Гоголь «про черевички» – книги о преодолении, о возможности достичь недостижимого. Честность и правдивость её с годами переросли в обострённое чувство справедливости. С каким удовольствием она ела заработанный своим трудом кусок хлеба, или отдавала все свои деньги подруге, у которой украли чемодан, или перестала общаться с женихом, потому что он сказал, что стыдится её в институте. А Злата? Красивая, с белыми бантами, голубоглазая девочка-кокетка, с детства жаждущая мужского внимания. Так или иначе она его добивается, превратившись в модную развязную девицу, особо не страдая от своей женской доли. Автор подчеркнул это её жаргоном: «Но для меня всё кончилось плохо. Я опять залетела и настрочила ксиву начальству… Тут уж меня стали драть все кому не лень. Ты помнишь, я была ничего…».

В повести «Нила» у главной героини, сначала вовсе не пишущей, а ищущей себя в этом мире, затем ставшей писателем и руководителем литературной студии, можно обнаружить заострение таких черт, как гуманность и чуткость, которые вкупе с её заниженной самооценкой довели «пыльную училку» в «балахонистых трикотинах» до болезни.

В рассказе «Мимо Дафны», когда у Нилы обнаружилась миома, автор даёт такое описание: «Почти сорокалетняя деточка Нила сидела, втянув голову в плечи, и дрожала». Тогда Дафна, врач-акушер, с которой Нила подружилась и не переставала ею восхищаться всю свою жизнь, сказала ей в больнице: «Не любишь ты себя, всех ненавидишь, обижаешься, вот они, опухоли, и растут…» Опухоли растут, потому что Нила, забыв о себе, заботится о других людях, втолковывает ученикам азбучные истины, за которые никто не благодарит, по-матерински дарит людям добро. Нужно отметить, что Дафна – сильная, умная, уверенная в себе и нацеленная на результат, является примером для Нилы. Она победитель по жизни, а Нила жертва, которая себя таковой не считает. Её трудности в принятии себя, в несхожести с другими, «толстокожими», людьми, которым легче жить, чем страдающему, проницательному, порой жалкому, искреннему и невероятно трудолюбивому человеку, вызывают читательское сочувствие, и желание заступиться за неё.

Скудная гастрономия повседневности: кухонные дела – неотъемлемая часть женской жизни многих героинь книги. Они становятся матерями, рожают и кормят детей. Но при наличии портретов, яркого набора душевных переживаний, разноплоскостных разговоров, описаний духовных поисков, бытовых деталей, квартир, кухонь, цветов на подоконнике, гардеробов, мебели и бытовой техники, природных явлений – в книге так мало собственно еды! Автор лишь изредка подкармливает героинь и персонажей: «Зато когда выдали Гране карточку на хлеб, она так наелась!». Хлеб – награда за труд, так как в то время у Грани изысков в пище просто быть не могло. В других рассказах они могли бы быть, но автор лишь обильно поит героинь чаем. Чашек и кружек, выпитых ими по разным поводам, в горе и тоске, – не сосчитать: «Дафна не торопясь поставила чайник, достала шоколадку… После кружки чая Нила уже могла говорить» («Мимо Дафны»). Или: «Она шла домой и морщилась от слёз… Дома наварила еды – борща, каши с грибами. Испекла блинов. После долго ела перед телевизором» («Немного зла»). Или: «Чай, который пила Нила до интервью, давно стал холодным. Сыр на хлебе, наоборот, подтаял, покрылся капельками, подсох и скрутился» («Ночное интервью»). Или: «Трехслойный чай и вермишель с сардельками дали ей возможность успокоиться и побыть матерью» («Стихи с перегаром»). Алла Вадимовна, как и её мать, – любительница чая, который используется в качестве успокоительного: «Слава Богу, свет ещё не был отключен, и можно было согреть чайник на плите. Дико устав, она немного успокоилась и, выпив три кружки чая, все-таки пошла на электричку» («Чай с коньяком»). Заметно, что идея гедонизма чужда автору: сытостью не страдает никто в этой книге. Видимо, умышленно подчёркивается второстепенность пищи, когда «кулебяки с капустой» призваны утолять голод, но не должны отвлекать от роста души в упоительном мире переживаний. Лишь в рассказе «Дуновение Рождества» у героя, лишившегося любимой жены, не только самые светлые воспоминания о ней, но и самый обильный стол: «Кроме горбуши взял в кулинарии свёклу, курагу, орехи, вермишельные гнёзда, окорок тамбовский охотничий, томатный сок для себя, персиковый для неё, ей нельзя острое и копчёное… Ему можно, например, копчёного угря. А надо ещё курочку для бульона, бульон полезен и большим, и маленьким…» Автор как бы возмещает герою потерю близкого человека наслаждением от пищи.

Парадокс третий: счастье без хеппи-энда

Финал повести «Граня» огорчает читательские ожидания реализмом. Казалось бы, пусть Граня стала бы великим агрономом или была бы безумно счастлива в своей собственной семье с Егором. Но нет. Встреча с вернувшимся из тюрьмы отцом скомкана: Граню переполняли чувства и надежды, а у него другая семья. Прожив в гостях у матери с маленькой дочкой почти два месяца, Граня решила вернуться к мужу, по которому не так уж сильно и скучала – просто идти ей больше некуда: «Долго так стояла она у вокзального фонаря, изнывая от неизвестности… А она, Граня, поедет обратно к Егору, туда, где её второй дом. Она всё выдержит». Потому что счастлива она сама по себе, всё умеет, состоялась как личность, хотя и не стала великой лётчицей, как мечтала в детстве.

Первый рассказ из цикла «Нила», «Сынуля», сбивает с толку. Автор показывает нам Нилу глазами озадаченной Ольги, носительницы созидательной любви к незрелому неземному Санни. Нила Волина предстаёт перед нами неприятной шефиней литературного кружка, в котором занимается впоследствии Гурик, сын Ольги, и Санни, идеалистически защищающий её. И лишь в следующих рассказах проявляются положительные черты этой «отравленной литературой» женщины, неряшливой, предпочитающей в одежде свободный стиль струящегося трикотажа. Рассказ о её любви, мытарствах и «обивании порогов» в поисках помещений, авторов для фестивалей, студийцев для ЛИТО, героизм и выдержка, с которой она ведёт свои занятия, вдохновляя и направляя юных графоманов, – всё это восхищает. Не все её усилия напрасны, есть у неё яркая ученица Ада, конфронтация с которой до изнеможения изводит душу знающей и опытной Нилы. И вдруг намечается перемирие, Ада приглашает: «Пойдёмте ко мне есть пирог? Сама испекла…». А Нила отказывается: «Она шла домой и представляла, как они ставят чайник, режут этот пирог, как гремят чашки в раковине…». И хоть потом, спустя годы, их отношения налаживаются, а повесть заканчивается печальными размышлениями Нилы о своих проблемах. Ведь теперь ей придётся заняться собственной жизнью, и когда она возьмётся за неё всерьёз, всё наладится.