Жена из забытого прошлого

– Мне это говорит каждый первый, – вяло огрызнулся блондин. – Так, и зачем ты явился… ещё и девушку привёл?

– По делу как раз-таки этой девушки. Её не приняли, хотя уровень дара высок. Она вообще практикующий целитель, но без лицензии. А не взяли её из-за отметки стражей в удостоверении.

– Хм, – блондин подпёр голову рукой и только теперь внимательно посмотрел на меня. – И что же там за отметка?

– Дал, там долгая история. Потом расскажу. Просто знай, что эта отметка не имеет под собой оснований, – завуалированно объяснил страж.

– Нет уж, рассказывай сейчас, – сказал тот, кого он назвал Далом. – Я как раз готов послушать. Хотя, знаешь, пусть лучше твоя подружка сама расскажет. А для начала представится.

И одарил меня таким острым взглядом, что я мигом выровняла спину, расправила плечи, а мысли в голове выстроились стройными шеренгами. Не знаю, кто этот белобрысый тип, но, если у него в академии есть свой кабинет, значит, он всё-таки может хоть как-то мне помочь. Пусть это призрачный шанс, но упускать его не стоит.

– Моё имя Кари́н Лорэ́т, девятнадцать лет, уровень дара – девятка. Универсал. Закончила с отличием школу, но у нас с мамой не было денег на академию. Да и на жизнь не всегда хватало. А когда перебрались в столицу, стало ещё хуже. Мама имеет лицензию помощника целителя, многому меня учила сама. И я нашла себе подработку… лечила девочек в борделе. Платили хорошо, и никому там не нужна была моя лицензия. Я приходила туда днём, но однажды меня срочно вызвали ночью. И когда я почти закончила лечение, туда нагрянули стражи.

Дал слушал внимательно, а в его уставших глазах даже появился интерес.

– Дай угадаю. Среди стражей был наш драгоценный Кай, так?

Я растерялась. О ком он вообще говорит?

– Да, – ответил участник тех событий. – Нас с Солером взяли на ту облаву. Отправили проверять личные комнаты девочек. Там я Карин и увидел. Ну, на проститутку она совсем не была похожа, зато след от её магии улавливался сразу.

– Ну да, ты ж у нас магию вообще везде чуешь и видишь. Значит, арестовал девочку за нелегальные занятия магией, а теперь стыдно? – тон Дала стал издевательским.

– Сразу видно, что ты прогуливал право, – огрызнулся страж. – Если бы её поймали, то приговорили бы сразу к запечатыванию дара на год. В столице как раз рейд шёл по нелегальным магам. Не щадили никого. Устроили, так сказать, показательную порку. Поэтому мы переодели Карин в откровенное платье…

– И задержали как работницу борделя, – закончил за него Дал. – И что было дальше?

Он повернулся ко мне, а я продолжила:

– Назначили неделю общественных работ, мелкий штраф и отпустили. Это ведь у меня вообще первый проступок. Но в удостоверении поставили магическую печать…

– Всё ясно, – покивал блондин. – И из-за неё тебя не пропустила приёмная комиссия. Так?

– Да, – я кивнула.

– Давай документы, – он протянул руку, и я поспешила передать ему удостоверение и аттестат.

– Кай, достань измеритель, – скомандовал Дал, обращаясь к стражу. – Я пока заполню бланк.

Всего через пять минут я держала в руках документ об успешном прохождении первого этапа отбора, в котором были указаны все мои данные, уровень дара, и стоял допуск к сдаче теории. А внизу красовалась печать и подпись «Адалис Дилс». Я знала, что именно так зовут ректора академии, но даже представить себе не могла, что он окажется настолько молодым.

– Всё, идите, – бросил Дал, укладывая голову на сложенные на столе руки. – Кай, с тебя должок.

– Запиши на мой счёт, – отмахнулся страж. – И ты поспал бы нормально. Выглядишь как умертвие.

– Ага, чтобы мне потом местные профессора говорили, что я сплю, пока они вынуждены из-за меня работать? Нет уж. Закончим этот демонов отбор, тогда и высплюсь.

***

Когда мы вышли в знакомый тёмный коридор, я ещё какое-то время поражённо молчала. Но потом всё же не сдержала любопытства.

– Это что, действительно был ректор академии? – спросила я, шагая рядом со стражем по имени Кай.

– Да, – ответил тот. – Адалис Дилс собственной персоной.

– Ему на вид… чуть больше, чем тебе?

– А сколько мне? – Кай посмотрел на меня с любопытством, а в его голубых глазах сверкнула хитринка.

– Двадцать три? – развела я руками.

– Угадала, – улыбнулся он. – А Далу тридцать. Он просто всегда выглядел младше своего возраста. Наверное, поэтому и пошёл в учёные. Кстати, место своё он заслужил, ты не думай. И весь прошлый учебный год доказывал, что достоин его занимать.

– Но ты с ним так панибратски общался, – заметила я.

– Мы давно знакомы, дальние родственники. Но он мне поблажек не даёт. По правде говоря, я сегодня впервые использовал наше с ним знакомство в своих целях.

И мне стало стыдно. Я ведь такого себе про него надумала и пока даже не поблагодарила за помощь.

– Спасибо тебе… Кай, – сказала, опустив взгляд.

– Пожалуйста, – в его голосе слышалось удивительное тепло. – Мне было приятно тебе помочь.

– Уже второй раз, – вспомнила я. – А ты ведь говорил, что мы ещё встретимся. Знал?

– Скорее… почувствовал. Но это неважно.

Мы вышли из академии, спустились по тем самым ступенькам, где у меня совсем недавно случилась истерика, и направились дальше. Когда миновали ворота, я уже хотела попрощаться с Каем, но у него оказались другие планы.

– Поужинаешь со мной? – спросил он. – Тут рядом есть неплохой ресторан. Там готовят очень вкусных перепелов.

От такого предложения мне даже стало смешно.

– Кай, да какие мне рестораны или перепела? Мы с мамой едва на билеты на поезд наскребли. К тому же, она меня ждёт, переживает. Я с самого утра из дома ушла, а сейчас уже довольно поздно.

Он посмотрел мне в глаза и понимающе кивнул.

– Ладно, тогда в другой раз. Но я тебя провожу. Ты права, уже поздно, а Карст – далеко не самый безопасный город.

С этими словами он галантно подставил локоть, за который я с благодарностью зацепилась. И мы пошли вперёд по тёмной улице, освещённой редкими фонарями.

– А что ты делал в академии? – спросила я.

– Сдавал отчёт, – ответил Кай. – Я перешёл на четвёртый, последний, курс, а летом проходил практику в столичном отделе стражи.

– Значит, если поступлю, мы с тобой будем учиться в одной академии? – проговорила я с улыбкой, меня этот факт почему-то обрадовал.

– Да, – Кай кивнул и накрыл мою руку, лежащую на его локте, своей. – Но вряд ли удастся часто видеться. У меня будет свободное посещение, подготовка к сдаче дипломной работы. А первому курсу в этом году не позавидуешь. Наберут целую толпу.

– Понимаю, – я посмотрела под ноги на выложенную старым камнем дорожку. – Надеюсь, что смогу учиться.

– Сможешь, – его слова прозвучали уверенно. – А если будет нужна помощь, обращайся ко мне.

– Тоже будешь записывать всё на мой счёт? – спросила я, вспомнив слова ректора. – Я тебе ещё за прошлую помощь должна. А если не смогу расплатиться?

– Не буду, больше никаких счетов, – он несколько раз отрицательно покачал головой. – Но на ужин в твоей компании всё же рассчитываю.

И тут я поняла, чего именно ему от меня надо. Улыбка пропала с моего лица, а чувство странной лёгкости, появившейся при общении с этим парнем, сменилось напряженностью. А что самое паршивое, он каким-то образом сумел уловить эту перемену в моём настроении.

Кай остановился под ближайшим фонарём, мягко развернул меня к себе и посмотрел в глаза.

– Почему ты всегда думаешь обо мне только плохо? – спросил он, и в его голосе прозвучала обида. – Разве я хоть раз дал для этого повод?

Но я не стала отвечать и спросила иное:

– Скажи честно, после ужина со мной ты рассчитываешь на продолжение в спальне? На такую оплату?

По лицу Кая скользнула тень, а его голубые глаза на мгновение потемнели.

– Честно? – сказал с вызовом. – Очень хотелось бы тебя в мою спальню. Но не потому, что считаю тебя легкодоступной, а потому что ты мне понравилась. Но, чтобы нам обоим было хорошо, нужна взаимность. Мы должны очень нравиться и доверять друг другу, а для этого необходимо друг друга узнать. Поэтому, Карин, я приглашаю тебя на ужин, потом приглашу на свидание, потом ещё на одно и ещё… пока ты сама не захочешь оказаться в моей постели.

Он посмотрел в мои изумленные глаза, а потом вдруг улыбнулся и щёлкнул меня по кончику носа.

– Люди не любят честность, вот и ты сейчас выглядишь растерянной, хотя я не сказал ничего плохого. Просто обычно всё это остаётся за кулисами. Подразумевается, но не озвучивается.

– Это какая-то обнажённая честность, – проговорила я, не отводя взгляда от его глаз. – Она… дезориентирует.

– Но ты же сама попросила ответить честно, – он снова улыбнулся.

У него была завораживающая улыбка, она преображала его серьёзное лицо, затрагивала глаза и делала его по-настоящему красивым. Он смотрел на меня открыто, в его взгляде сияла искренность, и я решила попробовать сыграть по его правилам:

– Ты очень симпатичный. Я очень тебе благодарна, ты меня дважды спас. Но сейчас я должна учиться и думать только об учёбе. К тому же, я совсем тебя не знаю и немного опасаюсь. Но на ужин согласна, правда, не могу сказать, когда именно.

Его улыбка стала ещё более яркой, а в глазах вспыхнула радость.

– Давай предварительно договоримся встретиться в первые выходные после начала учёбы, – предложил он, мягко погладив мою ладонь. – Я найду тебя. Но и ты, если понадоблюсь, обращайся. Моя комната 335 в мужском крыле общежития.

Я благодарно кивнула, он снова ответил улыбкой, и мы пошли дальше.

Правда, по мере приближения к тому домику, где мы с мамой заняли комнату, Кай всё больше хмурился, а когда я остановилась у входа без двери, на его лице отразилась гримаса растерянности и негодования.

– Ничего не говори, – опередила я его. – Других вариантов у нас не было. И мы тут живём не вдвоём, а несколькими семьями. От тьмы укрываемся защитным куполом, едим вскладчину. И за жильё платить не надо. Но скоро эпопея с поступающими закончится, и в городе освободятся комнаты. Тогда и переедем.

– Ты будешь жить в общежитии. А твоя мама… уедет? – спросил Кай.

– Нет, останется в Карсте. Хочет поискать работу здесь.

– Я могу спросить у знакомого целителя, не нужна ли ему ассистентка, – вздохнув, сказал Кай и растерянно посмотрел на двухэтажное здание без двери и стёкол в окнах, где всё равно горел свет.

– Спасибо. Ты чудо, – я приподнялась на носочки и коснулась губами его щеки. И сразу поспешила отодвинуться, потому как на талию тут же легла мужская рука.

Кай вздохнул, но даже не попытался меня удержать. Он снова перевёл взгляд на дом и выглядел при этом по-настоящему растерянным.

– Не могу я тебя тут оставить, – признался он, будто бы действительно за меня переживая. – Здесь вообще находиться вредно, не то, что жить. Влияние тёмной магии колоссальное.

– И всё же я останусь, – рука сама потянулась к его пальцам, но он, словно почувствовав, поймал мои первым и переплёл со своими.

– Я мог бы позвать тебя к себе, но ты же снова начнёшь сомневаться и поймёшь всё неправильно, – проговорил удручённо.

– Давай сейчас просто разойдёмся. Я пойду к маме, а ты – к себе. Со мной ничего не случится.

Кай с шумом выдохнул, посмотрел на усыпанное звёздами тёмное небо и снова обратил взор на меня.

– Глупость какая-то, – сказал он тихо. – Я тебя второй раз вижу, а отпустить не могу.

Не знаю, как, но я чувствовала, что он не врёт.

– Кажется, мне начинает нравиться твоя обнажённая честность, – проговорила я с улыбкой.

– А мне нет, – ответил он с показным раздражением и всё-таки отпустил мою руку, правда, при этом не сдвинулся ни на шаг.

– Иди, Кай.

– Поцелуй ещё раз, и пойду, – произнёс он решительно, а мне стало смешно.

И всё же я выполнила его просьбу, правда, в этот раз коснулась губами другой его щеки, а на лице Кая расцвела довольная улыбка.

– Спокойной ночи, Карин, – проговорил он, отходя назад, но не отворачиваясь. – Пусть тебя не коснётся тёмная магия, и снятся только хорошие сны.

– Спокойной ночи, Кай…

– Моё имя Кайтер, – представился он, продолжая отступать. – Можешь звать меня, как нравится.

– А ты можешь звать меня Ри. Сладких снов, Кайтер.

Он улыбнулся на прощанье, махнул мне рукой… но ушёл, лишь когда я скрылась в дверном проёме. И даже после его ухода я не могла перестать улыбаться, а чувствовала себя так, будто у меня появилось несколько тысяч маленьких крылышек, и они сделали меня лёгкой и воздушной.

Не знаю, причина в Кае или в поступлении, но перед мамой я предстала совершенно счастливой, а в душе появилась уверенность, что всё в моей жизни теперь обязательно наладится.

ГЛАВА 4. Студентка

Теоретический экзамен я сдала легко и просто. Уже после обеда мне выдали документ о зачислении, а вместе с ним – ключ от комнаты в общежитии и даже комплект формы. И, казалось бы, я должна была радоваться… Да только до сих пор не могла поверить, что всё происходящее – реально. Мне казалось, что в любой момент, вот прямо сейчас, ко мне подойдёт охранник или кто-нибудь из преподавателей и скажет, чтобы я выметалась из академии, не занимала место того, кто куда больше достоин здесь учиться.

Я, как могла, старалась гнать от себя эти мысли и первым делом решила всё-таки посмотреть на выделенную мне комнату.

Она находилась на втором этаже и была рассчитана на двоих. Здесь стояли две узкие кровати, на которых громоздились скрученные старые матрасы. Единственное окно закрывала короткая цветастая штора, у высокого шкафа отсутствовала дверца, но зато рядом с длинным письменным столом обнаружились два совершенно целых стула. А ещё тут имелась маленькая уборная с унитазом и умывальником, что искренне меня обрадовало. Правда, в душ всё равно придётся ходить вместе с другими обитателями этажа, но это мелочи.

– Красота, – улыбнулась я, уже представляя, как всё тут отмою, отремонтирую, повешу на стены свои рисунки. Будет хорошо и уютно.

Хотелось сразу же приступить к делу, но с этим пришлось пока повременить. Сначала следовало сообщить маме о поступлении, ведь она совершенно точно переживает. Я даже решила остаться с ней, пока мы не найдём для неё более подходящую комнату.

Но в ответ на моё заявление мама сказала, что мне нужно осваиваться в академии, и настояла на моём немедленном переезде в общежитие. Мы даже поспорили, но сошлись на том, что сегодня же найдём ей жильё.

И ведь действительно нашли, хоть этому и пришлось посвятить почти весь остаток дня. Зато поселилась моя родительница всего в двух кварталах от академии. Да, квартирка оказалась маленькой, но зато со своей кухонькой и личной ванной.

– Мне хватит, – улыбнулась мама. – А как найду хорошую работу, может, и перееду в более удобное место. Не беспокойся обо мне. Справлюсь.

Эту ночь я провела в своей новой комнате в академии. Весь следующий день посвятила наведению порядка. Всё вымыла, вычистила: что-то магией, что-то пришлось оттирать руками. Но зато к вечеру спальня стала куда уютнее, у меня даже осталось время, чтобы немного порисовать. И я честно собиралась изобразить пейзаж, но так сильно ушла в себя, что не сразу поняла, что именно рисую. А увидев получившуюся картину, не смогла не улыбнуться. На ней был изображён вечерний Карст, точнее, аллея, ведущая к воротам академии. По бокам высились величественные сосны и раскидистые пальмы, горели фонари. А на дорожке, держась за руки, стояли темноволосый парень в тёмно-сером костюме и девушка-шатенка в широких брюках и серой потрёпанной рубашке. Лица были изображены расплывчато, я не стала вдаваться в детали. Но всё равно узнала в персонажах рисунка себя и Кая. Кайтера.

Интересно, где он сейчас? Что делает? Вспоминает ли обо мне, или уже забыл и нашу встречу, и свои обещания? А может, сидит дома, пьёт чай с родителями? Или отдыхает с друзьями в каком-нибудь ресторане?

Странно получается, он уже дважды мне помог, получил два моих поцелуя, пусть и целомудренных, но я почти ничего о нём не знала. Точнее, знала, но крайне мало. Он студент, учится на последнем курсе боевого факультета, будущий страж. Приходится дальним родственником молодому ректору и помогает убогим бедолагам вроде меня. Умеет дезориентировать честностью. А ещё он милый и находчивый. Интересно, когда мы с ним встретимся снова?

***

За день до начала учёбы в мою комнату въехала соседка. Едва её начищенные лаковые туфельки переступили порог, она тут же остановилась и брезгливо осмотрелась вокруг. При этом в её глазах стояло такое отвращение, будто жить ей предложили на помойке. Девушка явно была из богатой семьи, возможно, даже из аристократии. Об этом говорили и изысканная причёска, и костюм из дорогой ткани, идеально сидящий на стройной фигуре, и шляпка-таблетка, прикреплённая чуть сбоку, и аккуратный макияж. Тёмные волосы незнакомки были убраны в красивый, но будто чуть небрежный пучок, в ушах сияли золотые серьги с камнями, а на ноготках красовался маникюр.

– Клоповник, – фыркнула девушка себе под нос.

Тем не менее, она всё-таки закрыла за собой дверь, прошла внутрь и только теперь остановила взгляд на мне.

Мы с ней молча изучали друг друга и пока не спешили ни знакомиться, ни хотя бы здороваться. Тут с первого взгляда было ясно, что найти общий язык у нас вряд ли получится. Мы вообще с этой особой из разных миров. Уверена, если бы эта фифа увидела комнату в том виде, в котором та досталась мне, то сразу бы сбежала.

– Полагаю, ты из бесплатников, – бросила она, остановившись у окна. Кстати, вид из него открывался вполне приятный – на аллеи.

– А ты, полагаю, из тех, чьи родители способны оплатить разом все четыре курса, – ответила я ей.

Мы одновременно усмехнулись, и обстановка будто бы стала чуть менее напряжённой.

– Я слышала, отбирать сотню первокурсников-бесплатников пришлось из четырёх тысяч желающих. Значит, ты или сверходарённая, или безумно везучая, – продолжила она.

– Мне казалось, желающих было всего две с половиной тысячи, – ответила ей, пожав плечами. – А я и одарённая, и везучая. Хотя обычно моё везение выглядит странно. Но, если уж попала сюда, значит, действительно, повезло.

– Я Ирма, – вдруг представилась девушка. – Ирма Серенити. Слышала о моей семье?

Увы, в моей памяти такой фамилии не нашлось, и я ответила совершенно честно:

– Нет. Но я большую часть жизни прожила в Латоре и окружающих его городках. Моё имя Карин.

– Ха, забавно, – бросила она, стягивая с рук тонкие белые перчатки. Зачем они? Лето же на дворе, а в Карсте так вообще всегда тепло. – Мой отец – министр экономики.

– Да уж точно, забавно… – с моих губ сорвался смешок, – …что дочери министра экономики придётся жить в месте вроде этого. Или, может, ты снимешь себе квартиру в городе? Там и слуг можно нанять.

Девушка отодвинула один из стульев и изящно опустилась на самый его край.

– Увы, не могу, – развела она руками. – Так что жить нам с тобой предстоит вместе, да и учиться тоже. Значит, придётся как-то искать точки соприкосновения. И, для начала, буду благодарна, если ты покажешь мне, где найти коменданта и библиотеку. А там, глядишь, и подружимся.

Я пожала плечами и улыбнулась. После этого разговора у меня появилась надежда, что с этой особой мы поладим. Ведь, несмотря на первое впечатление, оказалось, что в действительности у дочери министра не так уж много надменности и гонора. А значит, шансы найти общий язык у нас всё-таки есть.

***

В день торжественного начала нового учебного года нас всех построили на площади перед входом в главный корпус, молодой ректор прочитал торжественную речь, озвучил основные правила поведения и обучения, настоятельно потребовал выучить устав академии и отправил учиться.

Мы с Ирмой вместе попали в группу общей магии, где собрали тех, у кого не было особенной предрасположенности к чему-либо, а потенциал позволял многое. Сначала я хотела сразу перевестись к целителям, но решила, что лучше для начала получить максимально разнообразные знания и попробовать себя в различных областях. Вдруг я прирождённый артефактор или иллюзионист, а просто пока не знаю об этом?

На некоторых лекциях собирался весь поток: сотня бесплатников и двадцать ребят, обучающихся за деньги. На некоторых – только наша группа, в которой насчитывалось двадцать пять студентов.

Мне всегда нравилось учиться, поэтому на лекции я ходила с удовольствием, а уж на практических занятиях и вовсе искренне наслаждалась процессом. Магия была покорна мне, слушала меня и подчинялась. Плетения складывались легко и без затруднений, а на одном из тестирований выяснилось, что, помимо четырёх стихий, мне в малой степени подвластны ещё свет и тьма, что привело преподавателя основ построения заклинаний в настоящий восторг. Я оказалась не простым универсалом, а полным, что вообще считалось безумно редким явлением.

Первая учебная неделя промелькнула, как один миг. Как вспышка. Мне всё очень нравилось, но преподаватели давали немало заданий, и у меня не оставалось ни одной лишней минутки на посторонние мысли. Я настолько втянулась в учёбу, что даже немного расстроилась из-за неожиданно начавшихся выходных. Но, как оказалось, зря.

Кайтер нашёл меня сам, как и обещал. Просто в пятницу вечером постучал в дверь нашей с Ирмой комнаты, изрядно меня удивив.

– Поздравляю с окончанием первой учебной недели, – проговорил он, протягивая мне небольшую белую розу, и улыбался при этом так обворожительно, что я на несколько секунд попросту зависла.

За эти дни в академии я видела его всего два раза, да и то мельком. Первокурсники обучались в отдельном здании, а в столовой вечно творилась такая толкучка, что не всегда удавалось есть сидя. Поэтому сейчас я была особенно рада видеть Кая. Да и он смотрел на меня так, будто очень ждал нашей встречи.

– Спасибо, – я глупо покраснела, но цветок приняла.

Хотела позвать его в комнату, но вовремя вспомнила, что живу не одна, и сама вышла в коридор.

– Приглашаю тебя на ужин, – сказал Кайтер и сразу напомнил, чтобы я и не думала отказываться: – Ты мне обещала.

– Сейчас? – спросила я удивлённо.

– Ага, – покивал он. – Так что, иди, собирайся. Буду ждать тебя на лавочке у входа.

– Хорошо, я постараюсь побыстрее, – ответила я, широко улыбнувшись, и тут же скрылась за дверью.

Вот только, едва взглянув на шкаф, который так и стоял без одной створки, я поняла, что сглупила. Идти мне было банально не в чем. Мои вещи занимали всего две полки, и выбирать было особо не из чего. И всё же я достала серые брюки на подтяжках, в которых ходила сдавать экзамены, потом посмотрела на красное ситцевое платье в белый цветочек… и, насупившись, сунула эти вещи обратно.

Нет. Уж лучше пойду в форме. Она тоже не особо красивая: коричневые юбка и пиджак из довольно грубой ткани, белая блузка, галстук. Но зато я буду выглядеть как студентка, а не как нищебродка.

– На свидание идёшь? – спросила Ирма, отвлекаясь от переписывания моих лекций. Вчера она прогуляла два занятия и теперь переносила недостающие материалы в свои тетради.

– На ужин, – вздохнула я. – Хотя, наверное, это можно назвать свиданием.

– В форме? – поинтересовалась она скептически.

– А больше не в чем, – бросила я в ответ. – Пойду в форме.

– А давай, я тебе платье дам? У меня как раз есть одно, которое мне не очень нравится. Фигуры у нас с тобой похожи, рост тоже, грудь у меня, правда, чуть больше, но именно этот наряд на тебе будет смотреться лучше, чем на мне. Сейчас, подожди.

Она вытащила из шкафа наряд изумрудного цвета. Отказываться я не стала, хватило одного взгляда на ткань, чтобы понять – я на подобное даже за год не заработаю. А примерить очень хотелось.

Оно село на мне, как влитое, подчеркнуло узкую талию, изящную шею, даже зрительно прибавило объёма в груди. Правда, по длине едва прикрывало колени, и мои ботинки с ним не смотрелись никак. Пришлось Ирме вручать мне ещё и обувь, а потом собирать мои волосы в подходящую причёску.

– Ну вот, теперь я чувствую себя горничной, – причитала она, разглядывая получившийся результат. – Но ты красавица, Ри. С кем хоть на свидание идёшь? Не видела, чтобы ты с кем-то из парней на нашем потоке кокетничала. Ты, вообще, по-моему, только со мной в этой академии и разговариваешь.

– Мы с ним чуть раньше познакомились. Он с четвёртого курса, боевик, – пояснила я.

– А-а-а, сразу замахнулась на выпускника, – она понимающе улыбнулась. – Ну, дерзай. Только веди себя прилично. Коль уж оделась, как леди, то придётся соответствовать. Держи спину прямо, ходи плавно, будь аккуратной.

– Спасибо, знаю. Моя мама – графская дочь, и манерам она меня в своё время обучила.

– Видимо, ты из разорившегося рода, – с сомнением протянула Ирма.

– Почти, – отмахнулась я, ещё раз посмотрела на себя в небольшое зеркальце на стене и махнула рукой соседке. – Постараюсь вернуться до отбоя.